Постановление от 28 октября 2024 г. по делу № А28-15726/2022

ВТОРОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД


ул. Хлыновская, д. 3, г. Киров, Кировская область, 610998

http://2aas.arbitr.ru, тел. 8 (8332) 519-109



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело № А28-15726/2022
г. Киров
28 октября 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 28 октября 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 28 октября 2024 года.


Второй арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Калининой А.С.,

судей Дьяконовой Т.М., Хорошевой Е.Н.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Русиновой А.И.,


при участии в судебном заседании:

представителя ФИО1, ФИО2 - ФИО3, по доверенности от 11.07.2023 (по веб-конференции);

представителя ФИО4 - ФИО5, по доверенности от 12.02.2024;


рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1, ФИО2

на определение Арбитражного суда Кировской области от 13.08.2024 по делу № А28-15726/2022

по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Хэмилтон» (ИНН: <***>, ОГРН: <***>, адрес: 610025, Россия, <...>, каб. 104)

к ФИО4 (610014, г.Киров)

о признании недействительными сделок должника и применении последствий недействительности сделок,



установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Хэмилтон» (далее – должник, ООО «Хэмилтон») конкурсный управляющий ФИО6 (далее – заявитель, конкурсный управляющий) обратился в суд с заявлением о признании недействительными сделок должника - перечислению должником денежных средств в период с 25.06.2020 по 03.08.2022 на общую сумму 2 485 250 рублей в адрес ФИО4 (далее - ответчик, ФИО4), применении последствий недействительности сделок – взыскания денежных средств 2 485 250 рублей с ФИО4 в пользу ООО «Хэмилтон».

Определением Арбитражного суда Кировской области от 13.08.2024 заявленные требования удовлетворены частично, признаны недействительными перечисления денежных средств, произведенные 29.07.2022 и 03.08.2022 на сумму 27 600 руб.; восстановлена задолженность должника перед ФИО4 на указанную сумму. В удовлетворении остальной части требований отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО1, ФИО2 (далее - апеллянты, ФИО1 и ФИО2 соответственно) обратились во Второй арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просят оспариваемое определение отменить, принять по делу новый судебный акт, которым частично удовлетворить заявление конкурсного управляющего о признании недействительными перечислений денежных средств, произведенных ООО «Хэмилтон» ФИО4 на общую сумму 557 642 рубля 62 копейки; применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с ответчика в пользу должника (в конкурсную массу) 557 642 рубля 62 копейки; восстановить право требования ФИО4 к ООО «Хэмилтон» на сумму 235 250 рублей.

В обоснование доводов жалобы апеллянты возражают против выводов суда об отсутствии у ООО «Хэмилтон» признаков неплатежеспособности до 30.06.2022, ссылаясь на данных бухгалтерской отчетности должника и результаты проведенного управляющим анализа финансовой деятельности. ФИО1 и ФИО2 настаивают на том, что неисполненные обязательства имелись у должника еще в 2019-2021 годах. Апеллянты обращают внимание, что часть денежных средств, поступивших на счет должника в 2022 году, является оплатой кредиторов по договорам, задолженность перед которыми в последующем включена в реестр требований. ФИО1 и ФИО2 считают, что в рамках настоящего обособленного спора доказана вся совокупность признаков: перечисления совершены в пользу аффилированного лица (руководителя и участника) в период неплатежеспособности, что привело к причинению вреда имущественным правам кредиторов. Апеллянты считают, что спорные сделки представляют собой возврат компенсационного финансирования.

Определение Второго арбитражного апелляционного суда о принятии апелляционной жалобы к производству вынесено 13.09.2024 и размещено в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» 14.09.2024.

В отзыве на жалобу ФИО4 отмечает, что основным видом деятельности общества по ОКВЭД является 31.02 - Производство кухонной мебели. Основные материалы для создания кухонной мебели поставлялись из иностранных государств. В период с даты создания общества до февраля 2022 года ООО «Хэмилтон» вело активную хозяйственную деятельность, без каких либо проблем закупались и поставлялись иностранные комплектующие для мебели. Однако ввиду санкций введенных иностранными государствами после февраля 2022 года закупка и поставка комплектующих из других стран стала затруднительна, а цены на закупку материалов поднялись в разы. Кредитор ссылается на бухгалтерский баланс и утверждает, что ООО «Хэмилтон» вело убыточную деятельность и всегда имело отрицательные активы. Между тем, в материалы дела А28- 15726/2022 при подаче заявления должником представлен бухгалтерский баланс за 2019-2021 года, а также отчет о финансовых результатах. Согласно бухгалтерскому балансу период активы должника в 2019 году составляли 29 891 000 руб., в 2020 году – 43 114 000 руб., в 2021 году – 81 039 000 руб. Кредиторская задолженность в 2019 году составляла 47 660 000 руб., в 2020 году 63 762 000 руб., в 2021 году 97 668 000 руб. Указанное говорит о том, что ООО «Хэмилтон» вело обычную хозяйственную деятельность, активы должника в 2021 году выросли в более чем на 51 148 000 руб. или в 2,5 раза по сравнению с показателями 2019 года. Также согласно отчету о финансовых результатах ООО «Хэмилтон» в 2020 году имело чистую прибыль размере 843 000 руб., а в 2021 размер чистой прибыли составлял 1 009 000 руб., т.е. ООО «Хэмилтон» вело деятельность которая приносила прибыль, при этом ежегодно чистая прибыль компании только росла, что говорит об отсутствии признаков объективного банкротства. Также в подтверждение ведения обычной хозяйственной деятельности и отсутствия признаков неплатежеспособности в дело представлены выписки по счетам ООО «Хэмилтон» из которых видно, что до сентября 2022 года на счета должника поступали денежные средства которые были израсходованы на выплату заработной платы, расчеты с кредиторами, уплаты налоговых платежей. В материалы дела со стороны конкурсного управляющего представлен анализ требований кредиторов включенных в реестр требований ООО «Хэмилтон» с указанием дат возникновения обязательств. Согласно данной таблицы массовость просроченной кредиторской задолженности началась в конце 2 и начале 3 квартала 2022 года. Ссылка конкурсного кредитора на компенсационный характер финансирования должника при оспаривании сделка должника является не правомерной и основанной на неверном толковании норм законодательства о банкротстве. Возврат реально предоставленных денежных средств, даже осуществленный в пользу аффилированного лица, не может быть признан недействительной сделкой по признаку причинения вреда имущественным интересам кредиторов.

В судебном заседании представители кредиторов и ответчика поддержали свои правовые позиции.

Иные лица, участвующие в деле, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом. Конкурсный управляющий телефонограммой представил ходатайство о проведении судебного заседания в отсутствие своего представителя. В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) дело рассматривается в отсутствие представителей неявившихся лиц.

Законность определения Арбитражного суда Кировской области проверена Вторым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном статьями 258, 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, между ООО «Хэмилтон» (заемщик) и ФИО4 (заимодавец) был заключен договор займа № 15 от 11.02.2019.

По условиям данного договора, ФИО4 предоставил ООО «Хэмилтон» в займ денежные средства в размере 232 550 рублей.

Согласно п.1.3 договора займ предоставлялся на срок до 31.12.2020. Денежные средства по договору займа №15 предоставлялись заемщику частями путем перечисления денежных средств на расчетный счет ООО «Хэмилтон».

В период с 19.02.2019 по 28.12.2020 ФИО4 исполнил договор займа №15 и перечислил на расчетный счет ООО «Хэмилтон» денежные средства в сумме 232 550 руб.

В период с 05.08.2019 по 28.12.2020 ООО «Хэмилтон» осуществлен возврат денежных средств по договору займа №13 на общую сумму 232 550 руб.

Между ООО «Хэмилтон» (заимодавец) и ФИО4 (заемщик) был заключен договор займа № 2/2021 от 12.10.2021.

По условиям данного договора, ООО «Хэмилтон» передало в собственность заемщика денежные средства, а заемщик обязался их возвратить в порядке и в сроки, согласованные в договоре.

Согласно п.2.1 договора займа №2/2021 заемщик обязуется возвратить сумму займа в срок до 31.03.2023.

В период с 12.10.2021 по 27.12.2021 ООО «Хэмилтон» перечислило в адрес ФИО4 по договору займа №2/2021 денежные средства в сумме 2 300 000 руб.

ФИО4 в период с 13.12.2021 по 27.12.2021 исполнил обязанность по договору займа №2/2021 и возвратил на расчетный счет ООО «Хэмилтон» денежные средства в сумме 1 977 607,38 руб.

Остаток задолженности по договору займа №2/2021 с учетом процентов составил 322 392,62 руб.

Между ООО «Хэмилтон» (заемщик) и ФИО4 (заимодавец) был заключен договор займа № 2/2022 от 22.06.2022.

По условиям данного договора ФИО4 передает в собственность ООО «Хэмилтон» в займ денежные средства в размере 5 879 885,42 рублей.

В период с 22.06.2022 по 06.09.2022 ФИО4 перечислил на расчетный счет ООО «Хэмилтон» денежные средства по договору займа №2/2022 в сумме 5 870 885 рублей ООО «Хэмилтон» осуществлен возврат займа на сумму 26 700 рублей. Остаток задолженности составляет 5 844 185 руб.

Согласно выписке по расчетному счету ООО «Хэмилтон»» № 40702810410000030433, открытому в АО «Тинькофф Банк», в период с 25.06.2020 по 03.08.2022 должником в адрес ФИО4 перечислены денежные средства на общую сумму 2 485 250 руб. с назначением платежей: «Частичный возврат займа по договору №15», «Оплата по договору процентного займа №2/2021 от 12.10.21», «Оплата по договору займа 2/2022».

Определением суда от 27.01.2023 принято к производству заявление ООО «Хэмилтон» о признании его несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Кировской области от 02.03.2023 отношении ООО «Хэмилтон» введена процедура наблюдения.

Решением суда от 02.08.2023 ООО «Хэмилтон» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное, конкурсным управляющим утвержден ФИО6

Согласно заявлению, конкурсным управляющим проведен анализ выписок по расчетным счетам ООО «Хэмилтон» и выявлены сделки по перечислению должником денежных средств в пользу контролирующих должника лиц, что явилось основанием для предъявления настоящих требований.

Суд первой инстанции, придя к выводу о том, что признаки неплатежеспособности возникли у ООО «Хэмилтон» лишь после 30.06.2022, не установил оснований для признания недействительными сделками платежей, совершенных ранее указанной даты. Арбитражный суд Кировской области посчитал, что платежи, совершенные должником 29.07.2022 и 03.08.2022 на расчетный счет ФИО4 повлекли оказание предпочтения одному из кредиторов (ФИО4), в связи с чем признал перечисления денежных средств, произведенные 29.07.2022 и 03.08.2022 должником ответчику на общую сумму 26 700 рублей недействительными сделкам, в качестве применения последствий восстановил взаимную задолженность сторон.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, заслушав представителей сторон, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены или изменения определения суда, исходя из нижеследующего.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу пункта 3 статьи 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок, а также применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление №63) поименованы виды сделок, которые могут оспариваться в рамках дела о несостоятельности (банкротстве). Так по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться: действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.); банковские операции, в том числе списание банком денежных средств со счета клиента банка в счет погашения задолженности клиента перед банком или другими лицами (как безакцептное, так и на основании распоряжения клиента); выплата заработной платы, в том числе премии.

Пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве установлено, что сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В силу пункта 5 Постановления №63 для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

1) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

2) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

3) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Согласно абзацу 2 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах 33 и 34 статьи 2 Закона о банкротстве.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 7 Постановления №63, следует, что презумпция осведомленности другой стороны сделки о совершении этой сделки с целью причинить вред имущественным интересам кредиторов применяется, если другая сторона признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Оспариваемые перечисления совершены в периоды, установленные пунктами 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, поскольку дело о банкротстве возбуждено 23.01.2023.

Как усматривается из сведений, отраженных в ЕГРЮЛ, с 21.04.2014 ФИО4 по настоящее время является участником должника, с 12.07.2018 по дату введения конкурсного производства являлся руководителем должника, что говорит о заинтересованности ООО «Хэмилтон» и ФИО4 в период оспариваемых перечислений.

Из материалов дела следует, что оспариваемые перечисления осуществлялись в рамках договоров займа.

В порядке пункта 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

В соответствии со статьей 809 ГК РФ займодавец имеет право на получение с заемщика процентов на сумму займа в размерах и порядке, определенных договором.

По пункту 1 статьи 810 ГК РФ заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.

Относительно перечислений в рамках договора денежного займа № 2/2021 от 12.10.2021, суд апелляционной инстанции отмечает, что ООО «Хэмилтон» выступало займодавцем, и предоставило ответчику займ на общую сумму 2 300 000 рублей, перечисления:

от 12.10.2021 на сумму 550 000 рублей;

от 12.11.2021 на сумму 750 000 рублей;

от 27.12.2021 на сумму 1 000 000 рублей.

Согласно условиям договора займа он предусматривает встречное предоставление со стороны заемщика, а именно: возврат полученных денежных средств (пункт 2.1.) и уплату процентов в размере 5,125% в год.

Оснований считать, что размер процентов за пользование суммой займа является заниженным, апелляционный суд не усматривает. Доказательств обратного в материалы дела не представлено.

Следовательно, для утверждения о том, что договором займа причинен вред имущественным правам кредиторов займодавца, необходимо установить неопровержимые доказательства, свидетельствующие об отсутствии у заемщика намерений возвратить полученные у должника средства.

Между тем, как следует из материалов дела, 13.12.2021 ответчик осуществил возврат займа в сумме 6 600 рублей, 22.06.2022 - 1 977 607 рублей 38 копеек.

Таким образом, ФИО4 фактически возвращены денежные средства в размере 1 977 607 рублей 38 копеек, что пропорционально 86% от суммы займа.

Остаток задолженности составляет 332 392 рубля 62 копейки.

Указанные обстоятельства свидетельствуют о реальности заемных отношений сторон и об отсутствии у ФИО4 намерения не возвращать займ, в том числе с учетом того, что по договору займа № 2/2022 от 22.06.2022 в период с 22.06.2022 по 06.09.2022 ФИО4 перечислил на расчетный счет ООО «Хэмилтон» денежные средства в сумме 5 870 885 рублей.

При этом, основания полагать, что финансовое состояние ответчика на момент получения займа от должника не позволяло исполнить обязательства по возврату денежных средств, надлежащими доказательствами не подтверждены.

Тот факт, что ответчиком сумма займа возвращена не в полном объеме, о причинении вреда имущественным правам кредиторов не свидетельствует, а является основанием для предъявления должником к ответчику иска о взыскании задолженности.

Предоставление займов предусмотрено гражданским законодательством, при этом в настоящем случае заем беспроцентным не являлся, предусматривал уплату процентов за пользование суммой займа, что соответствует обычаям делового оборота при заключении подобного вида договоров.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции не усматривает в перечислениях, совершенных должником в качестве предоставления займа ФИО4, факта причинения вреда имущественным правам кредиторов, что исключает возможность квалификации сделки в качестве недействительной.

Доводы жалобы о необходимости признания сделки недействительной и взыскании задолженности в размере 332 392 рубля 62 копейки подлежат отклонению.

Относительно договора займа № 15 от 11.02.2019, в котором займодавцем выступал ФИО4, суд апелляционной инстанции отмечает следующее.

По договору № 15 от 11.02.2019 ФИО4 предоставил должнику займ в размере 235 550 рублей, должником возвращены денежные средства в сумме - 232 550 рублей.

Указание в жалобе на возврат должником суммы в размере 208 550 рублей отклоняется, поскольку не учитывает операции от 05.08.2019 и 27.12.2019 на суммы 21 000 рублей и 3 000 рублей соответственно.

Сами по себе действия ООО «Хэмилтон» по возврату ранее предоставленных денежных средств о причинении вреда имущественным правам кредиторов не свидетельствуют.

Между тем апеллянтами приведены доводы о наличии в действиях ответчика признаков компенсационного финансирования.

Пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве предусмотрены определенные обстоятельства, при наличии которых должник обязан обратиться в суд с заявлением о собственном банкротстве в связи с невозможностью дальнейшего осуществления нормальной хозяйственной деятельности по экономическим причинам (абзацы второй, пятый, шестой и седьмой названного пункта).

При наступлении подобных обстоятельств добросовестный руководитель должника вправе предпринять меры, направленные на санацию должника, если он имеет правомерные ожидания преодоления кризисной ситуации в разумный срок, прилагает необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план (абзац второй пункта 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).

Поскольку перечисленные случаи невозможности продолжения хозяйственной деятельности в обычном режиме, как правило, связаны с недостаточностью денежных средств, экономически обоснованный план преодоления тяжелого финансового положения предусматривает привлечение инвестиций в бизнес, осуществляемый должником, в целях пополнения оборотных средств, увеличения объемов производства (продаж), а также докапитализации на иные нужды.

Соответствующие вложения могут оформляться как увеличение уставного капитала, предоставление должнику займов и иным образом.

Изъятие вложенного мажоритарным участником (акционером) не может бы приравнено к исполнению обязательств перед независимыми кредиторами (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации). Возврат приобретшего корпоративную природу капиталозамещающего финансирования не за счет чистой прибыли, а за счет текущей выручки должника необходимо рассматривать как злоупотребление правом со стороны мажоритарного участника (акционера). Соответствующие действия, оформленные в качестве возврата займов, подлежат признанию недействительными по правилам статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации как совершенные со злоупотреблением правом.

При этом согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации (определение от 21.02.2018 №310-ЭС17-17994(1,2)), если мажоритарный участник (акционер) вкладывает свои средства через корпоративные процедуры, соответствующая информация раскрывается публично и становится доступной кредиторам и иным участникам гражданского оборота. В этом случае последующее изъятие вложенных средств также происходит в рамках названных процедур (распределение прибыли, выплата дивидендов и т.д.).

Когда же мажоритарный участник (акционер) осуществляет вложение средств с использованием заемного механизма, финансирование публично не раскрывается. При этом оно позволяет завуалировать кризисную ситуацию, создать перед кредиторами и иными третьими лицами иллюзию благополучного положения дел в хозяйственном обществе.

Однако, обязанность контролирующего должника лица действовать разумно и добросовестно в отношении как самого должника (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации), так и его кредиторов подразумевает в числе прочего оказание содействия таким кредиторам в получении необходимой информации, влияющей на принятие ими решений относительно порядка взаимодействия с должником (абзац третий пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Поэтому в ситуации, когда одобренный мажоритарным участником (акционером) план выхода из кризиса, не раскрытый публично, не удалось реализовать, на таких участников (акционеров) относятся убытки, связанные с санационной деятельностью в отношении контролируемого хозяйственного общества, в пределах капиталозамещающего финансирования, внесенного ими при исполнении упомянутого плана. Именно эти участники (акционеры), чьи голоса формировали решения высшего органа управления хозяйственным обществом (общего собрания участников (акционеров)), под контролем которых находился и единоличный исполнительный орган, ответственны за деятельность самого общества в кризисной ситуации и, соответственно, несут риск неэффективности избранного плана непубличного дофинансирования (определение Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС15-5734(4,5)).

Изъятие вложенного названным мажоритарным участником (акционером) не может бы приравнено к исполнению обязательств перед независимыми кредиторами (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации). Возврат приобретшего корпоративную природу капиталозамещающего финансирования не за счет чистой прибыли, а за счет текущей выручки должника необходимо рассматривать как злоупотребление правом со стороны мажоритарного участника (акционера). Соответствующие действия, оформленные в качестве возврата займов, подлежат признанию недействительными по правилам статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации как совершенные со злоупотреблением правом.

Исходя из сформулированного в судебной практике понятия компенсационного финансирования в форме заключения договора займа, в частности из смысла правовой позиции пункта 3.1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее – Обзор), следует, что такое финансирование предоставляется контролирующим лицом в период, когда должник находится в трудном экономическом положении, с целью вернуть должника к нормальной предпринимательской деятельности.

Компенсационное финансирование, как правило, имеет своей целью создать у кредиторов должника видимость его платежеспособности, возможности в дальнейшем погасить свои обязательства.

В силу положений подпункта 1 пункта 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве в отношении ответчика презюмируется статус контролирующего должника лица.

В предмет доказывания в рамках выявления в отношениях сторон компенсационного финансирования также входит установление у должника имущественного кризиса.

Договор денежного займа № 15 был заключен ФИО4 и ООО «Хэмилтон» 11.02.2019, денежные средства предоставлены следующими перечислениями:

11.02.2019 - 85 000 рублей, 28 000 рублей и 50 000 рублей;

27.09.2019 - 49 250 рублей;

27.12.2019 - 3 000 рублей;

05.11.2020 - 1 000 рублей;

06.11.2020 - 2 500 рублей;

28.12.2020 - 16 800 рублей.

В обоснование имущественного кризиса апеллянты ссылаются на показатели бухгалтерской отчетности должника, размер обязательств превышает стоимость активов должника.

Как следует из выписки из ЕГРЮЛ, хозяйственная деятельность должника основывалась на изготовлении мебели. Указанное обстоятельство также подтверждается структурой задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, обязательства перед большинством кредиторов вытекают из договоров на изготовление мебели.

Из анализа договоров на изготовление мебели следует, что они предусматривали внесение заказчиком 100% аванса.

Выбранная должником модель ведения хозяйственной деятельности, предусматривающая стопроцентное авансирование, объясняет отражение в бухгалтерской отчетности должника наличия обязательств в значительном размере, поскольку у ООО «Хэмилтон» после поступления полной оплаты существует обязанность по изготовлению и передаче покупателю приобретенной мебели.

С учетом изложенного, по мнению суда апелляционной инстанции, преобладание отраженных в отчетности обязательств над активами должника само по себе о неудовлетворительном финансовом положении ООО «Хэмилтон» не свидетельствует.

Ссылки апеллянтов на соответствующие показатели коэффициентов, приведенные в анализе финансового состояния, не могут являться достаточным доказательством наличия финансового кризиса у ООО «Хэмилтон» в рассматриваемый период. Данные величины по своей природе носят относительный и расчетный характер

В качестве кредиторов с наиболее ранним периодом возникновения обязательств ФИО1 и ФИО2 в своей жалобе указывают ФИО7 и ООО «ИК Глинком».

Как следует из определения Арбитражного суда Кировской области от 02.08.2023 по делу № А28-15726/2022, требования ФИО7 основаны на решении Нагатинского районного суда г. Москвы от 24.08.2021 по делу №2-2702/21, которым с должника в пользу кредитора взыскано 135 000 рублей долга, 786 000 рублей 00 копеек неустойки, 1 000 рублей компенсации морального вреда, 100 000 рублей штрафа.

Как следует из содержания указанного судебного акта, ФИО8 (истец) обратился с иском к ООО «Хэмилтон» (ответчик) о взыскании стоимости устранения недостатков, суммы пеней, компенсации морального вреда.

Судом было установлено, что 02 июля 2019 года между ФИО7 и ООО «Хэмилтон» был заключен договор розничной купли-продажи набора мебели, по условиям п.1.1 которого, продавец обязуется передать покупателю товар мебель, а покупатель обязуется принять и оплатить товар.

Согласно п. 2.1. договора стоимость товара составила 786 000 руб. 00 коп.

Срок передачи набора мебели определяется по соглашению сторон и составляет не более 60 рабочих дней с момента подписания покупателем чистового технического проекта.

Поскольку после сборки мебели истцом были выявлены недостатки, акт приема-передачи выполненных работ ФИО7 не подписан.

25.10.2019 в адрес ответчика истцом был направлен рекламационный акт, с указанием на выявленные недостатки, имеющиеся в поставленной мебели.

29.10.2019 ООО «Хэмилтон» в адрес ФИО7 был направлен ответ на рекламацию, согласно которому недостатки были ответчиком признаны, предложено назначить время для допуска представителей продавца с целью их устранения.

29.10.2019 ФИО7 был направлен ответ с указанием даты устранения недостатков 12.11.2019. В назначенное время бригада работников ответчика прибыла на объект, но истец их в квартиру не пустил, о чем был подписан акт.

08.11.2019 ФИО7 в адрес ответчика был направлено письмо об устранении недостатков в срок до 13.11.2019.

С целью устранения выявленных недостатков между ФИО7 и ИП ФИО9 было заключено дополнительное соглашение к договору купли-продажи №43 от 25.10.2020, согласно которому продавец обязался по заданию заказчика выполнить дополнительные работы по реставрации кухонной мебели, а заказчик обязался принять выполненные работы и оплатить обусловленную дополнительным соглашением цену. В соответствии с п. 3 дополнительного соглашения, стоимость работ составила 135 000 руб.

При таких обстоятельствах, поскольку работы по установке кухонного гарнитура, имели недостатки, ответчиком в добровольном порядке, в срок назначенный истцом не устранены, суд общей юрисдикции посчитал, что требования истца о взыскании с ответчика стоимости работ по устранению недостатков в размере 135 000 рублей, неустойки в размере 786 000 рублей обоснованы и подлежат удовлетворению. Также суд счел возможным применить положения ст. 333 ГК РФ и взыскать в пользу истца с ответчика штраф в размере 100 000 рублей.

Таким образом, из данного судебного акта следует, что мебель по заказу ФИО8 была изготовлена должником, обязательства перед ФИО7 возникли в связи с выявленными покупателем недостатками, договор на устранение которых был заключен ФИО7 25.10.2020.

Как следует из пояснений представителя должника, отраженных в решении суда, должник наличие недостатков признал, предпринял попытку по устранению недостатков.

При этом, из общего размера требований ФИО8 в сумме 1 022 000 рублей действительная стоимость устранения недостатков составила лишь 135 000 рублей, иные взысканные суммы по сути представляют собой меры ответственности ООО «Хэмилтон», предусмотренные Законом РФ от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей».

В данном случае суд апелляционной инстанции обращает внимание на то, что ошибочно отождествлять неплатежеспособность с неоплатой конкретного долга отдельному кредитору. Данное обстоятельство само по себе не свидетельствует о наличии имущественного кризиса. Апеллянтами не доказано, что сумма задолженности перед ФИО8 с учетом характера и объемов хозяйственной деятельности должника являлась для последнего значительной.

Также, как было отмечено выше, требование об исправлении недостатков должно было быть исполнено до 13.11.2019.

После указанной даты в рамках договора займа № 5 от 11.02.2019 со стороны ФИО4 в пользу должника имело место предоставление займа путем 4 перечислений на общую сумму 23 300 рублей.

Предоставление займа на столь незначительную сумму не может свидетельствовать о попытке контролирующего должника лица скрыть неблагоприятное имущественное положение.

В отношении задолженности перед ООО «ИК Глинком», апелляционный суд отмечает, что из определения Арбитражного суда Кировской области от 25.04.2023 по делу № А28-15726/2022 следует, что она основана на решении Арбитражного суда Кировской области от 16.02.2022 по делу № А28-1247/2021, которым с ООО «Хэмилтон» в пользу ООО «ИК Глинком» взыскано 1 845 550 рублей, в том числе 1 800 000 рублей убытки, 27 048 рублей пени, 18 502 рубля судебные расходы.

В соответствии с данным решением ООО «ИК Глинком» обратилось в арбитражный суд с исковым заявлением к ООО «Хэмилтон» о взыскании 96 600 рублей 00 копеек неустойки по договору от 19.08.2019 № 0194, убытков в сумме 3 600 000 рублей 00 копеек и расходов по уплате государственной пошлины в сумме 41 483 рублей 00 копеек.

ООО «Хэмилтон» направило в арбитражный суд встречное исковое заявление к ООО «ИК Глинком» о взыскании стоимости хранения товара по договору от 19.08.2019 № 0194 в размере 69 552 рубля 00 копеек и расходов по уплате государственной пошлины в сумме 2 782 рубля 00 копеек.

Судом в рамках дела №А28-1247/2021 установлено, что 19.08.2019 ООО «ИК Глинком» и ООО «Хэмилтон» подписали договор розничной купли-продажи набора мебели № 0194.

Из пункта 1.1 договора от 19.08.2019 №0194 следует, что продавец обязуется передать покупателю товар мебель бытовую (мебельные гарнитуры и комплекты), а покупатель обязуется принять и оплатить товар на условиях настоящего договора.

Согласно пункту 2.1 договора от 19.08.2019 №0194 стоимость товара составляет 1 743 000 рублей 00 копеек.

Пунктом 3.1 договора от 19.08.2019 № 0194 установлено, что срок передачи набора мебели определяется по соглашению сторон и составляет не более 60 рабочих дней с момента подписания покупателем чистового Технического проекта. Покупатель обязан принять товар в течение 14 календарных дней после уведомления о готовности товара, отправленного на электронный почтовый адрес покупателя (пункт 3.2 договора).

Доставка товара производится силами продавца до офиса покупателя (пункт 3.3 договора).

Монтаж мебели на объекте может занимать до 14 дней в зависимости от сложности проекта (пункт 3.4 договора).

В силу пункта 3.5 договора от 19.08.2019 № 0194 при приемке товара производится подписание сторонами (их представителями) акта приема-передачи товара.

Согласно пункту 6.2 договора от 19.08.2019 № 0194 в случае просрочки готовности товара более чем на 10 рабочих дней продавец обязуется по заявлению покупателя уплатить неустойку из расчета 0,1% от стоимости непоставленного товара за каждый день просрочки, но не более 5% от общей цены товара.

Из пункта 6.3 договора следует, что в случае просрочки получения товара покупатель оплачивает хранения товара на складе продавца из расчета 0,1% от стоимости товара за каждый день хранения, но не более 5% от общей суммы договора. Выплата неустойки не распространяется в случае, если покупатель предупредил о невозможности принять товар за 3 недели до срока готовности товара.

Пунктом 7.10 договора предусмотрено, что при возникновении обстоятельств непреодолимой силы (стихийные бедствия, техногенные катастрофы, катастрофы, военные действия, введение новых таможенных условий, национальные каникулы страны производителя и т.п.), препятсвующих исполнению обязательств по настоящему договору одной из сторон, она обязана оповестить другую сторону не позднее 3 дней с момента возникновения таких обстоятельств. При этом срок выполнения обязательств переносится соразмерно времени, в течение которого действовали такие обстоятельства.

30.08.2019 ООО «ИК Глинком» и ООО «Хэмилтон» подписали дополнительное соглашение № 1 к договору розничной купли-продажи набора мебели № 0194 от 19.08.2019 (далее – дополнительное соглашение).

Согласно пункту 1.1 дополнительного соглашения стороны пришли к соглашению о покупке дополнительной мебели, не включенной в основной договор купли-продажи.

Стоимость товара составляет 189 000 рублей 00 копеек (пункт 1.2 дополнительного соглашения).

Дополнительное соглашение является неотъемлемой частью договора от 19.08.2019 № 0194 (пункт 1.6 дополнительного соглашения).

14.11.2019 сторонами подписан Технический проект.

24.01.2020 ООО «ИК Глинком» (арендодатель) и ФИО10 (арендатор) подписали договор аренды апартамента.

Согласно пункту 1.1 Договора аренды арендодатель передает арендатору в аренду апартамент № 11, кадастровый номер 77:01:0001053:3416, расположенный по адресу: 119034, <...>, для временного проживания.

В соответствии с пунктом 1.3 договора аренды арендатор уведомлен о том, что в апартаменте осуществляется ремонтные работы, установка мебели. Срок окончания работ 20.03.2020. Апартамент передается арендатору в срок до 27.03.2020 по акту передачи.

Стороны согласовали, что апартамент будет оборудован всей необходимой мебелью и бытовой техникой, согласно перечня имущества, содержащегося в приложении № 1 к договору аренды (пункт 1.4 договора аренды).

Из пункта 3.1 договора аренды следует, что плата за аренду апартамента составляет сумму в размере 600 000 рублей 00 копеек в месяц.

При передаче апартамента и имущества арендатор обязуется выплатить арендодателю плату за первый месяц аренды в размере 600 000 рублей 00 копеек. В дальнейшем оплата за аренду производится ежемесячно до 10 числа оплачиваемого месяца (пункты 3.3, 3.1 договора аренды).

Срок действия договора аренды устанавливается с 24.01.2020 по 31.12.2020.

24.03.2020 ООО «Хэмилтон» направило ООО «ИК Глинком» уведомление о готовности товара к приемке, а также о том, что покупатель обязан принять товар в срок до 07.04.2020 включительно.

28.04.2020 ООО «Хэмилтон» направило ООО «ИК Глинком» требование об исполнении обязательства по внесению платы по Договору. Согласно данному требованию 24.03.2020 продавец уведомил покупателя о готовности товара к отгрузке. Покупатель был обязан принять товар в срок до 07.04.2020 (включительно) и внести оставшуюся часть оплаты по договору на расчетный счет продавца в срок до 27.03.2020.

14.05.2020 товар в несобранном виде принят покупателем, что подтверждается товарными накладными № КА-118, КА-28, КА-27.

В письме от 03.07.2020, адресованном генеральному директору ООО «ИК Глинком», ФИО10 указал, что вынужден отказаться в одностороннем порядке от Договора аренды, поскольку арендодатель значительно нарушил срок передачи апартамента.

20.07.2020 ООО «Хэмилтон» в одностороннем порядке подписало акт приема-передачи комплекта мебели.

10.08.2020 ООО «ИК Глинком» направило ООО «Хэмилтон» письмо, в котором указало, что не осуществлена поставка комплекта мебели в полном объеме согласно проектной документации, не выполнен монтаж мебели в соответствии с условиями договора. Ввиду неоднократного нарушения сроков поставки товара, а также недостатков при монтаже товара, недвижимость, в которой ООО «Хэмилтон» ненадлежащим образом исполняет свои обязательства по договору, не может использоваться собственником, что влечет убытки, которые будут возложены на продавца в полном объеме.

21.08.2020 ООО «ИК Глинком» направило ООО «Хэмилтон» письмо, в котором указало, что в процессе монтажа мебели выявлены дефекты, которые не устранены. Ввиду неоднократного нарушения сроков поставки товара, а также недостатков при монтаже товара, недвижимость, в которой ООО «Хэмилтон» ненадлежащим образом исполняет свои обязательства по договору, не может использоваться собственником, что влечет убытки, которые будут возложены на продавца в полном объеме.

29.12.2020 ООО «ИК Глинком» направило ООО «Хэмилтон» претензию, содержащую требование о возмещении убытков в сумме 3 600 000 рублей 00 копеек, а также об уплате договорной неустойки в сумме 96 600 рублей 00 копеек.

Рассматривая требования сторон в рамках дела № А28-1247/2021, Арбитражный суд Кировской области пришел к выводу о том, что ООО «Хэмилтон» допущена просрочка готовности мебели более чем на 10 рабочих дней, в связи с чем взыскал с ООО «Хэмилтон» в пользу ООО «ИК Глинком» неустойку за нарушение срока передачи мебели в сумме 96 600 рублей.

Также суд установил, что готовый к отправке покупателю товар принят ООО «ИК Глинком» с нарушением срока, предусмотренного пунктом 3.2 договора, в связи с чем взыскал с ООО «ИК Глинком» в пользу ООО «Хэмилтон» стоимость хранения товара за период с 08.04.2020 по 13.05.2020 в сумме 69 552 рублей 00 копеек.

В результате зачета данных требований с ООО «Хэмилтон» в пользу ООО «ИК Глинком» взыскана неустойка в размере 27 048 рублей.

При взыскании суммы 1 800 000 рублей Арбитражный суд Кировской области исходил из того, что покупатель является собственником объекта недвижимого имущества.

ООО «ИК Глинком» предполагало получить прибыль путем сдачи названного объекта недвижимого имущества в аренду.

Для извлечения прибыли путем сдачи апартамента в аренду ООО «ИК Глинком» осуществило ремонтные работы в отношении данного объекта, приобрело у ООО «Хэмилтон» мебель по Договору и Дополнительному соглашению, заключило с ФИО10 договор аренды.

ООО «Хэмилтон» нарушило срок передачи мебели, предусмотренный договором от 19.08.2019 № 0194. Следствием нарушения продавцом срока передачи мебели покупателю стало нарушение срока передачи апартамента арендатору.

В связи с нарушением срока передачи апартамента ФИО10 отказался от договора аренды.

Таким образом, в результате ненадлежащего исполнения ООО «Хэмилтон» обязательств по договору от 19.08.2019 № 0194 и нарушения срока передачи товара ООО «ИК Глинком» понесло убытки в виде упущенной выгоды.

Кроме того, суд пришел к выводу, что ООО «ИК Глинком» также допустило ненадлежащее исполнение обязательств по договору от 19.08.2019 № 0194, а именно, нарушило срок принятия готового к доставке товара, следовательно, в возникновении ущерба усматривается обоюдная вина сторон в связи с чем имеются основания для применения положений статьи 404 ГК РФ и уменьшения размера ответственности продавца в виде взыскания убытков до 1 800 000 рублей (50%).

С учетом изложенного, проанализировав отраженные в решении по делу № А28-1247/2021 правоотношения сторон, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что сумма неустойки в размере 27 048 рублей незначительна и не свидетельствует о наличии у должника имущественного кризиса.

Убытки в размере 1 800 000 рублей представляют собой упущенную выгоду, данное требование являлось спорным, в том числе установлена взаимная вина сторон, доказательств осведомленности должника о правоотношениях ФИО10 и ООО «Глинком» не представлена, обязанность по погашению данной задолженности не являлась для должника очевидной и однозначной.

Убытки в размере 1 800 000 рублей в виде упущенной выгоды были взысканы с должника лишь решением Арбитражного суда Кировской области от 16.02.2022 по делу № А28-1247/2021, вступившим в законную силу 18.07.2022.

В любом случае обязанность по возмещению упущенной выгоды не могла наступить ранее периода, за который данные убытки взысканы (аренда за апрель-сентябрь 2020 года).

В данном случае аналогично после указанного периода в рамках договора займа № 5 от 11.02.2019 со стороны ФИО4 в пользу должника имело место предоставление займа путем 3 перечислений на общую сумму 20 300 рублей, в отношении которых суд апелляционной инстанции ранее уже указывал на невозможность квалификации данных перечислений в качестве компенсационного финансирования.

Требования иных кредиторов, возникшие в период с 11.02.2019 по 28.12.2020, апеллянтами не приведены. Согласно представленной ФИО1 таблице с анализом периода возникновения обязательств перед конкурсными кредиторами иные кредиторы с задолженностью за данный период отсутствуют.

Иных доказательств наличия у должника имущественного кризиса в период с 11.02.2019 по 28.12.2020 апеллянтами не приведено.

Более того, в суде апелляционной инстанции представитель кредиторов указал, что полагает, что имущественный кризис у должника сформировался в 4 квартале 2021 года.

С учетом изложенного, денежные средства, предоставленные ФИО4 должнику в период с 11.02.2019 по 28.12.2020 в рамках договора займа № 15 от 11.02.2019, не являются компенсационным финансированием ввиду недоказанности наличия имущественного кризиса.

Возврат займа также производился в срок, установленный договором.

Перечисление ООО «Хэмилтон» ответчику денежных средств в рамках исполнения обязанности по возврату реально предоставленного займа, не признанного компенсационным финансированием, свидетельствует об отсутствии вреда имущественным правам кредиторов, что исключает возможность признания сделки недействительной на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Доводы об аффилированности сторон в данном случае правового значения не имеют.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что предметом спора является требование о признании сделок должника недействительными, в связи с чем обязанность установить в рамках данного конкретного спора дату объективного банкротства должника отсутствует. В данном случае наличие признаков имущественного кризиса проверено на конкретные даты, имеющие отношение к оспариваемым перечислениям.

Иные доводы жалобы судом апелляционной инстанции оценены и признаны подлежащими отклонению, как не имеющие правового значения.

Таким образом, суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении требований конкурсного управляющего о признании недействительной сделкой перечислений денежных средств должником ответчику, произведенных со ссылками на договор займа № 5 от 11.02.2019 и договор займа № 2/2021 от 12.10.2021.

В отношении перечислений на сумму 26 700 рублей, совершенных ООО «Хэмилтон» в рамках договора займа № 2/2022 от 22.06.2022, суд апелляционной инстанции учитывает, что они признаны недействительными на основании пункта 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве, восстановлена взаимная задолженность сторон.

Доводов, выражающих несогласие апеллянтов с выводами суда в данной части, не приведено.

Оснований не согласиться с выводами Арбитражного суда Кировской области в данной части суд апелляционной инстанции не усматривает.

При данных обстоятельствах основания для удовлетворения жалобы ФИО1 и ФИО2 и отмены оспариваемого определения суда первой инстанции отсутствуют. Доводы жалобы сводятся к несогласию апеллянтов с выводами суда первой инстанции, положенными в обоснование принятого по делу судебного акта, что само по себе не может служить основанием для его отмены.

Апелляционная жалоба ФИО1 и ФИО2 удовлетворению не подлежит.

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по апелляционной жалобе относятся на заявителей жалобы.

Руководствуясь статьями 258, 268–271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Второй арбитражный апелляционный суд



П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Кировской области от 13.08.2024 по делу № А28-15726/2022 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО1, ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в течение одного месяца со дня его принятия через Арбитражный суд Кировской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1–291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.


Председательствующий


Судьи


А.С. Калинина


Т.М. Дьяконова


Е.Н. Хорошева