Постановление от 7 февраля 2020 г. по делу № А41-66664/2017

ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-25684/2019

Дело № А41-66664/17
07 февраля 2020 года
г. Москва


Резолютивная часть постановления объявлена 05 февраля 2020 года

Постановление изготовлено в полном объеме 07 февраля 2020 года

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Катькиной Н.Н.,

судей Муриной В.А., Шальневой Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания: ФИО1,

при участии в заседании:

от ФИО2: ФИО3 по нотариально удостоверенной доверенности от 15.07.19, зарегистрированной в реестре за № 77/285-н/77-2019-11-197,

от ФИО4: ФИО5 по нотариально удостоверенной доверенности от 12.07.18, зарегистрированной в реестре за № 50/122-н/50-2018-4-1931,

от публичного акционерного общества «МОСОБЛБАНК»: ФИО6 по доверенности от 06.08.19,

от финансового управляющего ФИО4 ФИО7: ФИО8 по нотариально удостоверенной доверенности от 13.11.18, зарегистрированной в реестре за № 77/10-н/77-2018-4-1923,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу Райковой Светланы Юзефовны, Райкова Дмитрия Емиловича на определение Арбитражного суда Московской области от 29 ноября 2019 года по делу №А41-66664/17, по заявлению Райковой Светланы Юзефовны, Райкова Дмитрия Емиловича о признании договора купли-продажи квартиры недействительным и исключении имущества из конкурсной массы Дарчиева Руслана Товсолтовича,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 и ФИО9 ФИО10 обратились в Арбитражный суд Московской области с заявлением о признании договора куплипродажи квартиры, расположенной по адресу: г. Москва, р-н Дорогомилово, пл. Победы, д. 2, корп. 2, кв. 60, от 25.03.14 недействительным, применении последствий недействительности сделки путем исключения имущества в виде квартиры, расположенной по адресу: г. Москва, р-н Дорогомилово, пл. Победы, д. 2, корп. 2, кв. 60, из конкурсной массы (л.д. 2-8).

Заявление подано на основании статей 167, 168, 169, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Определением Арбитражного суда Московской области от 29 ноября 2019 года в удовлетворении заявленных требований было отказано (л.д. 48-49).

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО2 и ФИО9 обратились в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение отменить, ссылаясь на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела (л.д. 59-62).

Законность и обоснованность определения суда проверены апелляционным судом в соответствии со статьями 266-268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав материалы дела и доводы апелляционной жалобы, заслушав представителей лиц, участвующих в судебном заседании, апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

Как следует из материалов дела, 25.03.14 между ФИО2, ФИО9 (Продавцы) и ФИО4 (Покупатель) был заключен договор купли-продажи квартиры, по условиям которого Продавцы передали Покупателю трехкомнатную квартиру общей площадью 73,3, кв.м., расположенную на 11 этаже жилого дома по адресу: <...>, а Покупатель уплатил за нее 1 000 000 рублей (л.д. 17-19).

В соответствии с пунктом 4 данного договора Покупатель уплатил Продавцам 1 000 000 рублей до подписания договора.

Право собственности ФИО4 на названную квартиру было зарегистрировано 08.04.14 (л.д. 40).

Определением Арбитражного суда Московской области от 22 августа 2017 года было возбуждено производство по делу о банкротстве ФИО4

Определением Арбитражного суда Московской области от 13 октября 2017 года в отношении ФИО4 была введена процедура банкротства – реструктуризация долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО7.

Решением Арбитражного суда Московской области от 16 марта 2018 года ФИО4 был признан банкротом, в отношении него введена процедура банкротства гражданина – реализация имущества, финансовым управляющим утвержден ФИО7

Обращаясь в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением, ФИО2 и ФИО9 указали, что договор купли-продажи от 25.03.14 является притворной сделкой, прикрывающей договор займа, совершенной также с нарушением порядка отчуждения имущества, принадлежащего несовершеннолетнему лицу.

Принимая обжалуемое определение, суд первой инстанции исходил из отсутствия доказательств в подтверждение заявленных требований, а также пропуска заявителями срока исковой давности.

Апелляционный суд считает выводы суда первой инстанции законными и обоснованными, доводы апелляционной жалобы подлежащими отклонению.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Федерального закона N 127-ФЗ от 26.10.02 "О несостоятельности (банкротстве)" сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Согласно пункту 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

При этом, в силу пункта 13 статьи 14 Федерального закона N 154-ФЗ от 29.06.15 "Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" пункты 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона) применяются к совершенным с 1 октября 2015 года сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 1 октября 2015 года с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона).

Как указывалось выше, оспариваемый договор купли-продажи был заключен 25.03.14, следовательно, он не может быть признан недействительным по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве.

Согласно статье 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

В силу пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 87 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 25 от 23.06.15 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях. Например, при установлении того факта, что стороны с целью прикрыть сделку на крупную сумму совершили сделку на меньшую сумму, суд признает заключенную между сторонами сделку как совершенную на крупную сумму, то есть применяет относящиеся к прикрываемой сделке правила.

Следовательно, под притворной сделкой понимается сделка, в которой воля всех ее участников направлена на достижение других правовых последствий, чем предусмотрено в совершенной сделке.

ФИО2, ФИО9 указывают, что договор купли-продажи от 25.03.14 был заключен в целях прикрытия сделки по предоставлению ФИО4 займа ФИО2 в сумме 1 000 000 рублей, которые были возвращены займодавцу. При этом ФИО4 денежные средства ФИО2, ФИО9 в счет оплаты спорной квартиры не передал.

В силу пункта 1 статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Таким образом, целью покупки является получение в собственность имущества за соразмерное встречное представление.

Как указывалось выше, по условиям договора купли-продажи от 25.03.14 ФИО2 и ФИО9 передали ФИО4 квартиру общей площадью 73,3, кв.м., расположенную по адресу: <...>, а ФИО4 уплатил за нее 1 000 000 рублей (л.д. 17-19).

В соответствии с пунктом 4 договора от 25.03.14 Покупатель уплатил Продавцу 1 000 000 рублей до подписания договора.

Договор от 25.03.14 был подписан ФИО2 и ФИО9 (с согласия матери) без каких-либо замечаний, подлинность подписей на договоре заявителями не оспаривается.

Подписав указанный договор, ФИО2 и ФИО9 подтвердили его содержание, в том числе факт получения денежных средств в сумме 1 000 000 рублей за спорную квартиру до подписания договора.

Кроме того, в соответствии с пунктом 1 статьи 16 Федерального закона N 122-ФЗ от 21.07.97 "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним", действовавшего на момент заключения оспариваемого договора, государственная регистрация прав проводится на основании заявления правообладателя, сторон договора или уполномоченного им (ими) на то лица при наличии у него нотариально удостоверенной доверенности, если иное не установлено федеральным законом, а также по требованию судебного пристава-исполнителя.

Договор от 25.03.14 был зарегистрирован в установленном законом порядке, что презюмирует наличие согласия ФИО2 и ФИО9 на совершение регистрационных действий путем подачи собственного заявления либо наделения соответствующими полномочиями представителя по договоренности.

Поскольку доказательств обратного не представлено, государственная регистрация оспариваемого договора свидетельствует о наличии у ФИО2 и ФИО9 сведений о заключении данной сделки.

Таким образом, ФИО2 и ФИО9 выразили свое согласие на отчуждение спорной квартиры и подтвердили законность рассматриваемой сделки.

Кроме того, в суде первой инстанции ПАО «Мособлбанк» было заявлено о пропуске срока исковой давности (л.д.41-43).

Согласно статье 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давности признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Пунктом 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса (п. 1 ст. 196 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

По смыслу данных норм права и условий договора от 25.03.14 о неисполнении ФИО4 обязанности по оплате спорной квартиры ФИО2 и ФИО9 должны были узнать в момент подписания договора, поскольку в нем прямо указано на уже свершившуюся передачу денежных средств.

Между тем, рассматриваемое заявление было подано в арбитражный суд только 19.08.19, то есть по истечении срока исковой давности.

Факт обнаружения ФИО2 и ФИО9 сведений об отчуждении спорной квартиры только 13.07.19 из телеграммы ФИО11 (л.д. 31), как на то указано в заявлении, поданном в Арбитражный суд Московской области, документально не подтвержден.

Договор купли-продажи от 25.03.14 был подписан ФИО2 добровольно, что указано в пункте 14. Условия договора предусматривают сохранение за ФИО2 права пользования спорной квартирой в течение 6 месяцев (п. 5 договора), а также закрепляют, что право собственности на спорную квартиру возникает у ФИО4 с момента государственной регистрации (п. 13 договора).

Таким образом, заключив договор от 25.03.14 ФИО2 и ФИО9 должны были осознавать, что последствием данной сделки является утрата ими права собственности в отношении спорного имущества.

Как указывалось выше, государственная регистрация договора от 25.03.14 не могла быть произведена в отсутствие согласия ФИО2 и ФИО9, что свидетельствует о согласовании ими условий договора и наличии сведений о порядке оплаты квартиры с момента совершения сделки.

Представленные в материалы дела ведомости сбора взносов и выписка из домовой книги (л.д. 10-14) не свидетельствуют сами по себе об осуществлении ФИО2 и ФИО9 правомочий собственника в отношении спорной квартиры в связи с отсутствием у них сведений о переходе права собственности на это имущество к ФИО4

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о пропуске заявителями срока исковой давности, в связи с чем правомерно отказал в удовлетворении заявленных требований.

Довод заявителей апелляционной жалобы о совершении оспариваемой сделки в нарушение действующего законодательства без согласия органа опеки и попечительства, подлежит отклонению.

В соответствии со статьей 26 Гражданского кодекса Российской Федерации несовершеннолетние в возрасте от четырнадцати до восемнадцати лет совершают сделки, за исключением названных в пункте 2 настоящей статьи, с письменного согласия своих законных представителей - родителей, усыновителей или попечителя. Сделка, совершенная таким несовершеннолетним, действительна также при ее последующем письменном одобрении его родителями, усыновителями или попечителем.

Как следует из материалов дела, на момент совершения оспариваемой сделки ФИО9 было 14 лет, оспариваемый договор подписан им с согласия его законного представителя – матери ФИО2, о чем есть указание в самом договоре (л.д. 19).

Следовательно, согласия органа опеки и попечительства на совершение оспариваемой сделки не требовалось.

Следует отметить, что обжалуемый судебный акт права и законные интересы приобретателя квартиры ФИО11 не затрагивает, поскольку в удовлетворении заявленных требований было отказано.

Доводов, опровергающих выводы суда первой инстанции по существу, апелляционная жалоба не содержит.

С учетом изложенного апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта, в связи с чем апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 266, 268, пунктом 1 части 4 статьи 272, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Московской области от 29 ноября 2019 года по делу № А41-66664/17 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в месячный срок со дня его принятия.

Председательствующий

Н.Н. Катькина

Судьи:

В.А. Мурина

Н.В. Шальнева