Решение от 11 марта 2024 г. по делу № А24-6044/2023

АРБИТРАЖНЫЙ СУД КАМЧАТСКОГО КРАЯ


Именем Российской Федерации



РЕШЕНИЕ

Дело № А24-6044/2023
г. Петропавловск-Камчатский
11 марта 2024 года
Решение в виде резолютивной части принято 26 февраля 2024 года.

Мотивированное решение изготовлено 11 марта 2024 года.


Арбитражный суд Камчатского края в составе судьи Душенкиной О.А., рассмотрев в порядке упрощенного производства дело

по иску публичного акционерного общества энергетики и электрификации «Камчатскэнерго» (ИНН <***>, ОГРН <***>, адрес: 683000, <...>)

к федеральному государственному унитарному предприятию «Охрана» Федеральной службы войск Национальной гвардии Российской Федерации (ИНН <***>, ОГРН1057747117724, адрес: 127473, <...>)

о взыскании 100 000 руб. штрафа по договору от 01.12.2021 № 28400-2021,

установил:

публичное акционерное общество энергетики и электрификации «Камчатскэнерго» (далее – истец, Общество, ПАО «Камчатскэнерго») обратилось в арбитражный суд с иском к федеральному государственному унитарному предприятию «Охрана» Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации (далее – ответчик, Предприятие, ФГУП «Охрана» Росгвардии) о взыскании 100 000 руб. штрафа.

Требования заявлены истцом со ссылкой на статьи 309, 310, 330 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) и мотивированы ненадлежащим исполнением ответчиком обязательств по договору об оказании услуг по антитеррористической защите и охране от 01.12.2021 № 28400-2021, повлекшим незаконное проникновение на охраняемый объект условного нарушителя, который заложил «тест-предмет» муляжа взрывного устройства и покинул территорию, оставшись незамеченным.

Определением от 25.12.2023 исковое заявление принято к производству суда, дело назначено к рассмотрению в порядке упрощенного производства в соответствии со статьей 228 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ). Лица, участвующие в деле, о начавшемся судебном процессе извещены по правилам статей 121-123 АПК РФ, в том числе путем публикации судебного акта на сайте суда в сети Интернет, а также путем направления им копии вышеуказанного определения.

Ответчик в отзыве на иск выразил несогласие с требованиями истца, указывая, что проникновение на территорию произошло вследствие того, что истец не обеспечил необходимых условий для качественного выполнения ответчиком своих обязанностей.

После истечения сроков, установленных в соответствии с частью 3 статьи 228 АПК РФ, дело рассмотрено по правилам главы 29 АПК РФ в порядке упрощенного производства без вызова сторон.

26.02.2024 принято решение путем подписания его резолютивной части, размещенной на сайте суда в сети Интернет, которым исковые требования удовлетворены.

В срок, установленный частью 2 статьи 229 АПК РФ, ответчик обратился с заявлением о составлении мотивированного решения.

При рассмотрении дела в порядке упрощенного производства суд по результатам исследования представленных документов установил, что 01.12.2021 между истцом (заказчик) и ответчиком (исполнитель) заключен договор № 28400-2021, по условиям которого исполнитель принял на себя обязательство оказать истцу услуги по антитеррористической защите и охране объектов филиала ПАО «Камчатскэнерго» Камчатские ТЭЦ, указанных в перечне объектов филиала ПАО «Камчатскэнерго» Камчатские ТЭЦ, дислокации постов и необходимой численности и вооружения работников охраны, в том числе:

– защиту объектов от актов незаконного вмешательства;

– обеспечение на объекте пропускного и внутриобъектового режима;

– предупреждение и пресечение преступлений и правонарушений на объекте;

– поиск и задержание лиц, незаконно проникших на объект;

– участие в ликвидации последствий аварий, катастроф, стихийных бедствий и других чрезвычайных ситуаций на объекте (пункты 1.1, 1.3).

В соответствии с пунктом 2.1 договора режим охраны, количество и вид постов, штатная численность подразделений, осуществляющих антитеррористическую защиту и охрану объектов заказчика, определяются перечнем объектов (приложение №1), планом охраны, а также табелем постам караула и положением (Инструкцией) о пропускном и внутриобъектовом режимах филиала ПАО «Камчатскэнерго» Камчатские ТЭЦ, согласованными сторонами и являющимися неотъемлемыми частями договора.

В разделах 3,4 договора установлены взаимные права и обязанности сторон.

В частности, заказчик обязан создать необходимые условия для качественного выполнения исполнителем обязанностей по антитеррористической защите и охране объектов в соответствии с законодательством Российской Федерации и условиями договора, обеспечить охраняемые объекты инженерно-техническими средствами охраны согласно требованиям нормативных правовых актов, организовывать и осуществлять выполнение работ по своевременному обслуживанию и ремонту охранной и пожарной сигнализации, инженерно-технических средств охраны, телефонной связи, сетей электропитания, а также средств, влияющих на обеспечение безопасности объекта и оказание услуг охраны, и т.д.

Исполнитель, в свою очередь, обязался обеспечить надлежащее исполнение обязательств, принятых в соответствии с договором, выявлять признаки подготовки к совершению акта незаконного вмешательства с отношении охраняемого объекта и в этих целях наблюдать за территорией, находящейся вблизи охраняемого объекта, а также за работниками охраняемого объекта и подрядных организаций, выполняющих работы на его территории, пресекать акты незаконного вмешательства в отношении охраняемого объекта, в том числе путем недопущения незаконного проникновения на охраняемый объект (путем прохода, проезда, преодоления периметрального ограждения и со стороны водных акваторий), незаконного проникновения в локальные охраняемые зоны объекта заказчика, рубежи и границы которых установлены в соответствии с паспортом безопасности объекта, проноса (провоза) на охраняемый объект вооружения, взрывчатых веществ, самодельных взрывных устройств и их элементов при наличии досмотровых технических средств охраны (переносные и стационарные), имеющихся на охраняемом объекте и переданных заказчиком исполнителю, и т.д.

В силу пункта 6.7.7 договора неисполнение ответчиком обязательств по договору, повлекшее проникновение на территорию охраняемого объекта лиц (в том числе условных нарушителей) и их несанкционированное нахождение на территории объекта ТЭК, влечет наложение на ответчика санкций в виде штрафа в размере 100 000 руб. за каждый случай допущенного проникновения на объекты с присвоенной «средней» категорией опасности.

На основании предписания начальника Управления Федеральной службы безопасности по Камчатскому краю (далее – УФСБ по Камчатскому краю) от 25.08.2023 на объекте ТЭК – станции ТЭЦ-1 филиала ПАО «Камчатскэнерго» Камчатские ТЭЦ (<...>) проведены мероприятия по изучению эффективности мер по антитеррористической защите в отношении объектов топливно-энергетического комплекса от актов незаконного вмешательства с использованием «тест-предметов» и условных нарушителей.

В ходе мероприятия условный нарушитель 25.08.2020 в 23 час. 50 мин. осуществил проникновение на территорию указанного объекта, проследовал через запасной выход в помещение здания мазутонасосной станции ТЭЦ-1, где произвел закладку муляжа взрывного устройства («тест-предмет») на электромазутный насос № 2 первого подъема, имеющий обозначение «ЭМН 2 I» и табличку «осторожно! Оборудование в работе», после чего покинул здание и территорию объекта тем же путем.

Ни условный нарушитель, ни «тест-предмет» сотрудниками ответчика за время проведения мероприятия обнаружены не были.

В 00 час. 09 мин. 26.08.2023 сотрудники УФСБ по Камчатскому краю прибыли на КПП № 1 станции ТЭЦ-1, вызвали начальника караула и сообщили о проведении мероприятия, а также тот факт, что на территорию станции ТЭЦ-1 осуществлено проникновение и заложен «тест-предмет».

После чего сотрудники совместно с начальником караула проследовали на место, осуществили обход территории и в 00 час. 47 мин. демонтировали «тест-предмет».

Также в ходе проведения мероприятия установлено, что приблизительно в 00 час. 03 мин. 26.08.2023 машинист-обходчик котельного отделения (работник истца) в ходе осуществления обхода обнаружил на территории объекта подозрительный предмет, имеющий признаки самодельного взрывного устройства, о чем сообщил начальнику смены котельного отделения и начальнику смены станции. Далее работники ПАО «Камчатскэнерго» в соответствии с установленным порядком уведомили руководство Общества и правоохранительные органы; сообщение об указанном факте от работников Общества поступило в дежурную службу УФСБ России по Камчатскому краю в 00 час. 38 мин. 26.08.2023.

По результатам мероприятия сотрудниками УФСБ по Камчатскому краю составлен акт (справка) от 26.08.2023, в которой указано на нарушение требований обеспечения безопасности и антитеррористической защищенности, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 05.05.2012 № 458, а именно подпункта «а» пункта 8, пунктов 54, 55, 170 и 171.

По факту произошедшего истец выставил ответчику претензию от 31.08.2023 с требованием уплатить штраф в размере 100 000 руб. за ненадлежащее исполнение обязательств по договору, предусмотренный пунктами 6.7, 6.7.7.

В ответ на указанную претензию Предприятие письмом от 02.10.2023 предложило Обществу отозвать свои требования, полагая, что проникновение произошло вследствие неисполнения заказчиком обязанности по обеспечению охраняемого объекта инженерно-техническими средствами охраны (далее – ИТСО), а также в связи с отсутствием ограждения на причальной стенке, неустойчивой работой системы охранной сигнализации (датчики постоянно дают ложные сработки), отсутствием интеграции системы видеонаблюдения с системой охранной сигнализации. Ответчик также указал, что во время проникновения условного нарушителя на территорию объекта сотрудники УФСБ по Камчатскому краю провели отвлекающие действия на автопарковке вблизи КПП, что затрудняло обнаружение условного нарушителя. Аналогичные доводы приведены Предприятием в отзыве на иск.

Поскольку, требование заказчика об оплате штрафа ответчик не исполнил, ПАО «Камчатскэнерго» обратилось в суд с рассматриваемым иском.

Проанализировав положенный в основание иска договор и документы, связанные с его исполнением, суд установил, что между истцом и ответчиком сложились правоотношения, регулируемые положениями главы 39 ГК РФ (возмездное оказание услуг), общими положениями о подряде (статьи 702-729) и положениями о бытовом подряде (статьи 730-739) в части, не противоречащей статьям 779-782 ГК РФ и особенностям предмета договора возмездного оказания услуг (статья 783 ГК РФ), а также общими нормами ГК РФ об обязательствах и договоре.

Статьями 779, 781 ГК РФ определено, что по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг.

Исходя из совокупного толкования статей 702, 708, 709, 711, 720, 779, 781 ГК РФ, обязательственное правоотношение по договору возмездного оказания услуг состоит из двух основных встречных обязательств, определяющих тип этого договора: обязательства исполнителя оказать услуги надлежащего качества в согласованный срок и обязательства заказчика уплатить обусловленную договором цену в порядке, предусмотренном сделкой (статья 328 ГК РФ).

В силу положений статей 309, 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются.

В соответствии со статьей 329 ГК РФ исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, которая по своей правовой природе является мерой имущественной ответственности.

Неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков (пункт 1 статьи 330 ГК РФ). При этом в силу статьи 331 ГК РФ соглашение о неустойке должно быть совершено в письменной форме независимо от формы основного обязательства. Несоблюдение письменной формы влечет недействительность соглашения о неустойке.

Следовательно, для привлечения лица к ответственности в виде неустойки необходимо установить факт неисполнения либо ненадлежащего исполнения им принятых на себя обязательств, а также, с учетом положений статьи 331 ГК РФ, установить, что за нарушение данного обязательства договором либо законом установлена неустойка.

В силу условий заключенного с истцом договора ответчик принял на себя обязательство оказать услуги по антитеррористической защите и охране объектов истца, включая защиту объектов от актов незаконного вмешательства, обеспечение на объекте пропускного и внутриобъектового режима, предупреждение и пресечение преступлений и правонарушений на объекте, поиск и задержание лиц, незаконно проникших на объект (пункт 1.3 договора).

Разделом 4 договора к обязанностям ответчика также отнесены обязанности по недопущению незаконного проникновения на охраняемый объект (путем прохода, проезда, преодоления периметрального ограждения и со стороны водных акваторий), проноса (провоза) на охраняемый объект вооружения, взрывчатых веществ, самодельных взрывных устройств и их элементов.

Неисполнение ответчиком указанных обязательств, повлекшее проникновение на территорию охраняемого объекта лиц (в том числе условных нарушителей) и их несанкционированное нахождение на территории объекта, влечет наложение на ответчика штрафа в размере 100 000 руб. за каждый случай допущенного проникновения на объекты с присвоенной «средней» категорией опасности (пункта 6.7.7 договора).

Поскольку факт незаконного проникновения условного нарушителя на территорию объекта с присвоенной «средней» категорией опасности и установление на территории этого объекта муляжа взрывного устройства материалами дела установлен и в целом ответчиком не оспаривается, истец вправе требовать от ответчика уплаты установленного пунктом 6.7.7 договора штрафа, если докажет, что проникновение произошло именно вследствие ненадлежащего оказания ответчиком договорных обязательств.

В соответствии с пунктом 1 статьи 401 ГК РФ лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности.

Лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ).

Если неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства произошло по вине обеих сторон, суд соответственно уменьшает размер ответственности должника (часть 1 статьи 404 ГК РФ).

В обоснование отсутствия вины исполнителя в проникновении на объект условного нарушителя ответчик ссылается на неисполнение заказчиком обязанности по обеспечению охраняемого объекта ИТСО, неустойчивую работу системы охранной сигнализации (постоянно ложные сработки датчиков), отсутствием интеграции системы видеонаблюдения с системой охранной сигнализации, отсутствием ограждения на причальной стенке (место проникновения нарушителя). Также ответчик указал, что во время проникновения условного нарушителя на территорию объекта сотрудники УФСБ по Камчатскому краю провели отвлекающие действия на автопарковке вблизи КПП, что затрудняло обнаружение условного нарушителя.

Оценив доводы ответчика, суд признает их необоснованными.

Прежде всего, суд отмечает, что предметом заключенного сторонами договора является оказание охранных услуг; цель – обеспечить антитеррористическую защиту и охрану объектов топливно-энергетического комплекса с присвоенной «средней» категорией опасности.

Целями обеспечения безопасности объектов топливно-энергетического комплекса являются их устойчивое и безопасное функционирование, защита интересов личности, общества и государства в сфере топливно-энергетического комплекса от актов незаконного вмешательства (статья 3 Федерального закона от 21.07.2011 № 256-ФЗ «О безопасности объектов топливно-энергетического комплекса», далее – Закон № 256-ФЗ).

Система физической защиты объектов топливно-энергетического комплекса представляет собой совокупность направленных на предотвращение актов незаконного вмешательства организационных, административных и правовых мер, инженерно-технических средств охраны и действий подразделений и (или) организаций, привлеченных субъектом топливно-энергетического комплекса (собственником) для обеспечения физической защиты объекта (часть 1 статьи 9 Закона № 256-ФЗ).

В соответствии с положениями статьи 12 Закона № 256-ФЗ субъекты топливно-энергетического комплекса имеют право привлекать для обеспечения физической защиты объектов топливно-энергетического комплекса подразделения и (или) организации, указанные в части 4 статьи 9 Закона № 256-ФЗ, и при этом обязаны оказывать содействие в выявлении, предупреждении и пресечении актов незаконного вмешательства, а также в ликвидации их последствий, установлении причин и условий их совершения.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 05.05.2012 № 458дсп утверждены Правила по обеспечению безопасности и антитеррористической защищенности объектов топливно-энергетического комплекса, которые являются обязательными для выполнения субъектами топливно-энергетического комплекса (пункт 14 статьи 2 Закона № 256-ФЗ) (далее – Правила № 458дсп).

Поскольку указанный документ имеет гриф «для служебного пользования», его текст для общего доступа в справочно-информационных системах и на иных ресурсах в сети Интернет отсутствует. Однако содержание отдельных его положений приводится сторонами в пояснениях, а также отражено в судебных актах первой и апелляционной инстанции, принятых по делу № А24-3486/2023 между теми же сторонами, по тому же договору, но в отношении другого объекта охраны. Поскольку спор между сторонами относительно содержания отдельных пунктов Правил № 458дсп отсутствует, суд счел возможным, не требуя представления данного документа ограниченного пользования в материалы дела, процитировать их содержание в том виде, в каком оно приводится в решении суда первой инстанции и постановлении суда апелляционной инстанции по делу № А24-3486/2023.

В соответствии с пунктом 3 Правил № 458дсп, обеспечение безопасности и антитеррористической защищенности объекта осуществляется путем определения угроз совершения актов незаконного вмешательства и предупреждения таких угроз, категорирования объектов, разработки и реализации мер по созданию системы физической защиты.

Пунктом 4 Правил № 458 в систему физической защиты объекта включены персонал физической защиты, комплекс организационных, административных и правовых мероприятий, инженерно-технические средства охраны.

Персонал физической защиты – сотрудники службы безопасности и подразделений охраны, непосредственно задействованные в выполнении задач по физической защите объекта (пункт 5 Правил № 458).

К инженерно-техническим средствам охраны (ИТСО) относятся инженерно-технические средства защиты (инженерные заграждения, инженерные средства и сооружения, контрольно-пропускные пункты, помещения для размещения подразделений охраны), технические средства охраны (система охранной сигнализации, система охранная телевизионная, система контроля и управления доступом и т.д.), вспомогательные системы (система охранного освещения, система оповещения о тревоге, чрезвычайной ситуации и т.д.). Обязанность по обеспечению объекта инженерно-техническими средствами охраны возлагается на субъект топливно-энергетического комплекса (пункт 19 Правил).

В силу пункта 3 статьи 328 ГК РФ ни одна из сторон обязательства, по условиям которого предусмотрено встречное исполнение, не вправе требовать по суду исполнения, не предоставив причитающегося с нее по обязательству другой стороне.

Ответчик утверждает, что истец как заказчик не обеспечил надлежащие условия для исполнения договора, что выразилось в необеспечении объекта исправно работающими техническими средствами (неустойчивая работа системы охранной сигнализации, отсутствие ее интеграции с системой телевизионной охраны) и отсутствием ограждения в том месте, где произошло проникновение условного нарушителя.

Как указывалось судом ранее, к заключенному сторонами договору на основании статьи 783 ГК РФ применимы общие положения о подряде (статьи 702 - 729), если это не противоречит статьям 779-782 ГК РФ, а также особенностям предмета договора возмездного оказания услуг.

Пунктами 1, 2 статьи 716 ГК РФ предусмотрено, что подрядчик обязан немедленно предупредить заказчика и до получения от него указаний приостановить работу при обнаружении: непригодности или недоброкачественности предоставленных заказчиком материала, оборудования, технической документации или переданной для переработки (обработки) вещи; возможных неблагоприятных для заказчика последствий выполнения его указаний о способе исполнения работы; иных не зависящих от подрядчика обстоятельств, которые грозят годности или прочности результатов выполняемой работы либо создают невозможность ее завершения в срок.

Подрядчик, не предупредивший заказчика об обстоятельствах, указанных в пункте 1 настоящей статьи, либо продолживший работу, не дожидаясь истечения указанного в договоре срока, а при его отсутствии разумного срока для ответа на предупреждение или несмотря на своевременное указание заказчика о прекращении работы, не вправе при предъявлении к нему или им к заказчику соответствующих требований ссылаться на указанные обстоятельства.

В материалы дела ответчиком представлен акт от 30.10.2021 № 1 совместной комиссии по организации охраны, установлению (пересмотру) дислокации постов и определению потребной численности военизированной охраны для объекта филиала ПАО «Камчатскэнерго» Камчатские ТЭЦ «Станция ТЭЦ-1» (далее – акт от 30.10.2021 № 1), утвержденный истцом и согласованный ответчиком, в котором отражено отсутствие ограждения береговой полосы (причальная стенка) со стороны Авачинской бухты, протяженностью 865 м.

Вместе с тем одновременно в акте указано, что высота причальной стенки (3,5 м.) обеспечивает защищенность периметра объекта со стороны воды. Здесь же отражено, что запретная зона, зона (полоса) отторжения, тропы служебных нарядов отсутствуют, поскольку территория объекта в зонах землеотвода не позволяет выделить 6 метров от ограждения с внутренней стороны (по причине наличия производственных строений, зданий и корпусов в непосредственной близости к меже землеотвода) и 5 метров от ограждения с внешней стороны периметра (расположением в непосредственной близости автодорог общего пользования, гаражного кооператива, сторонних организаций и иных сооружений).

Каких-либо предложений, связанных с отсутствием ограждения, в частности, по его установке, акт от 30.10.2021 № 1 не содержит.

В соответствии с паспортом безопасности объекта, утвержденным председателем антитеррористической комиссии Камчатского края 17.01.2022, высота причальной стены составляет 3,5 метра, что является достаточной высотой, для предотвращения несанкционированного проникновения на территорию объекта нарушителей со стороны воды. Устанавливать дополнительное ограждение по верху кромки причальной стенки нецелесообразно, по причине особых климатических условий (в зимнее время года ограждение будет приходить в негодное состояние по причине обильных снежных масс в районе причальной стенки). Устанавливать дополнительное нижнее ограждение (противоподкопное) причальной стенки нецелесообразно, так как нижняя часть причальной стенки находится под водой на глубине от 2 до 10 метров.

В качестве компенсационных мер вдоль причальной стенки по берегу установлены опоры освещения, которые освещают стенку по всей ее длине. Кроме этого, контролером поста № 13 согласно графика обходов границ поста ежечасно осуществляется патрулирование границ поста (береговой линии).

Помимо вышеперечисленных мер, вся протяженность береговой линии находится под обзором установленной и введенной в эксплуатацию системы охранной телевизионной и системы охранной сигнализации объекта, информация и сигналы с которых поступают в караульное помещение объекта.

В отношении системы охранного телевидения в акте от 30.10.2021 № 1 указано, что она работает автономно, ее интеграция с системой охранной сигнализации и СКУД будет осуществлена в рамках реализации инвестиционной программы «Создание системы наблюдения, охранного освещения и площадок досмотра автотранспорта ТЭЦ-1 и ТЭЦ-2», согласно срокам ее реализации и финансирования, а именно: до 31.12.2023 (пункт 4 мероприятий, предложенных комиссией).

Акт от 30.10.2021 № 1 подписан всеми членами комиссии без замечаний и возражений, в том числе представителями ответчика.

В соответствии с пунктом 12.2 договора исполнитель заявляет и заверяет заказчика в том, что на момент заключения договора исполнитель тщательно изучил всю информацию, связанную с договором, в том числе по вопросам, влияющим на сроки, стоимость и качество услуг, полностью ознакомлен со всеми условиями оказания услуг и принимает на себя все расходы, риски и трудности исполнения обязательств, возникающих из договора или в связи с ним.

В силу пункта 4.1.3 договора ответчик принял на себя обязательство обеспечить антитеррористическую защищенность и охрану объектов заказчика с использованием переданных для этих целей имущества.

Как отмечено ранее, в силу статей 309, 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований – в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

Собственный интерес хозяйствующего субъекта не должен ограничивать применение принципа добросовестности (статья 10 ГК РФ) и влиять на достигнутые сторонами договоренности, а основанные на них разумные ожидания должны уважаться правопорядком (пункты 1 и 2 статьи 1, статья 309 ГК РФ).

Таким образом, заключая с истцом договор 01.12.2021 и принимая объект под охрану в том виде и с теми особенности, которые отражены в совместном акте от 30.10.2021 № 1, не заявляя каких-либо возражений по поводу отсутствия ограждения и интеграции систем охранной сигнализации и охранного телевидения (заведомо зная, что интеграция будет реализовываться до 31.12.2023, то есть в период установленного договором срока его действия), ответчик понимал, с каким объектом, в каких условиях ему предстоит работать, какие особенности объекта и особенности имеющихся на нем ИТСО, а значит, вступая в договорные отношения и принимая на себя обязанность по обеспечению антитеррористической защищенности объекта, должен был выработать комплекс максимально необходимых мер с тем, чтобы надлежащим образом оказать охранные услуги.

Будучи заранее осведомленным о частичном отсутствии ограждения, об отсутствии интеграции систем охраны, ответчик приступил к исполнению договора на согласованных условиях, а соответственно, принял на себя исполнение договорных обязательств, обладая полной и достоверной информацией о всех уязвимых местах охраняемого объекта.

В такой ситуации отсутствие ограждения и интеграции систем охраны не освобождают исполнителя от необходимости обеспечивать надлежащее исполнение договора в части недопущения проникновения на территорию объекта посторонних лиц. Осуществляя охрану объекта при наличии имеющейся технической оснащенности, ответчик как специалист в сфере охранных услуг, должен был предполагать возможные негативные последствия. Следовательно, заключив договор и в дальнейшем его исполняя, ответчик нес риск наступления неблагоприятных последствий, связанных именно с теми обстоятельствами, о которых ему было известно на стадии заключения договора.

Заступая на пост, сотрудник охраны должен был учитывать слабые места охраняемого объекта, особенности ИТСО, а следовательно, в целях исполнения условий договора, предпринимать все возможные от него меры в целях выполнения возложенных на исполнителя договором задач.

Исполнитель, приступивший к оказанию услуг, несмотря на имеющиеся и зафиксированные сторонами недостатки технической укрепленности объекта, не вправе ссылаться на данные недостатки как обстоятельства, освобождающие его от ответственности (статья 716 ГК РФ).

Довод ответчика о неисправной работе системы охранной сигнализации, во-первых, не подтверждены документально (заключение технических специалистов отсутствует, а представленные ответчиком видеозаписи не позволяют установить их относимость к рассматриваемому спору (дата, место, время), определить, что за процесс на них запечатлен, является ли это фиксацией сбоя или штатной работы системы, когда происходила фиксация и пр.), а во-вторых, как отмечено ранее, поскольку ответчик в установленном порядке до факта проникновения на объект (в ночь с 25.08.2023 на 26.08.2023) не сообщил истцу о наличии неисправности работы системы, то в силу статьи 716 ГК РФ он утрачивает право ссылаться на такие обстоятельства. Доказательств тому, что ответчик заблаговременно оповещал истца о сбоях в работе технических средств охраны (письма в адрес истца, какие-либо журналы учета средств охраны и пр.), в порядке статьи 65 АПК РФ суду не представлено.

При этом судом изучены представленные в материалы дела видеозаписи факта проникновения и установлено, что место проникновения хорошо освещается по всей длине, условный нарушитель отчетливо виден на камерах (зафиксирован с двух камер), видна местность, где он находился, расположенные на данном участке объекты, иные ориентиры.

В такой ситуации ссылка ответчика на отсутствие интеграции систем сигнализации и наблюдения (о чем, как уже ранее установлено, ему изначально было известно) не объясняет причин, каким образом данное обстоятельство не позволило обнаружить проникновение на объект условного нарушителя, отчетливо просматриваемого на записях двух видеокамер в условиях хорошей освещенности территории, позволяющей установить местность и ориентиры, и наличия у сотрудника охраны доступа одновременно ко всем камерам и иным техническим системам.

В обоснование вины заказчика ответчик также ссылается на содержание акта (справка) от 26.08.2023 УФСБ по Камчатскому краю, где указано на нарушение подпунктов «а» пункта 8, пунктов 54, 55, 170 и 171 Правил № 458дсп.

Вместе с тем, в тексте акта не раскрывается, в чем именно заключается нарушение указанных пунктов, что не позволяет определить степень вины заказчика в свершившемся спорном событии.

В частности, подпунктом «а» пункта 8 Правил № 458дсп предусмотрено, что подразделение охраны объекта осуществляет защиту объекта от актов незаконного вмешательства. Однако нарушение данного положения находится в зоне ответственности именно подразделения охраны и не может быть вменено заказчику.

Пунктами 54-55 Правил № 458дсп предусмотрено, что инженерно-технические средства защиты объекта должны обеспечивать круглогодичную защищенность объекта от актов незаконного вмешательства путем разрушения, взлома строительных защитных конструкций, преодоления ограждений, вскрытия запирающих устройств. Инженерно-технические средства защиты объекта предназначены для создания физических преград несанкционированным действиям в отношении объекта, создания препятствий на пути движения нарушителя с целью затруднения (задержки) его продвижения к уязвимым местам, критическим элементам и на пути отхода на время, достаточное для силового или технологического реагирования, с целью минимизации возможного ущерба и т.д.

В силу пунктов 170-171 Правил № 458дсп система охранной сигнализации должна поддерживать сопряжение с другими системами комплекса инженерно-технических средств охраны – системой охранной телевизионной, системой сбора и обработки информации, системой контроля и управления доступом. В систему охранной сигнализации включаются периметральные средства обнаружения, предназначенные для обнаружения нарушителей на открытых площадках, средства обнаружения проникновения – автоматические и неавтоматические охранные извещатели и т.д.

Таким образом, ввиду отсутствия доказательств иного, нераскрытости содержания акта (справки) от 26.08.2023 в части выявленных нарушений, доводов ответчика, приведенных в отзыве, суд приходит к выводу, что отраженные в акте (справке) от 26.08.2023 нарушения пунктов 54, 55, 170 и 171 Правил № 458дсп связаны именно с теми недостатками, на которые указывал ответчик: отсутствие ограждения (пункты 54, 55) и отсутствие интеграции (сопряжения) систем охраны (пункты 170, 171).

Однако данным обстоятельства уже дана оценка ранее в настоящем решении.

Оснований для вывода о том, что сотрудниками службы безопасности зафиксирована какая-либо техническая неисправность систем наблюдения и сигнализации в отсутствии конкретного на то указания в акте и иных дополнительных доказательств, которые в совокупности могли бы подтвердить данный факт, у суда не имеется.

К доводу ответчика о том, что обнаружение условного нарушителя было затруднено отвлекающими действиями сотрудников УФСБ России по Камчатскому краю на парковке, расположенной вблизи КПП, суд относится критически.

Даже не учитывая отсутствие в деле доказательств тому, что такие действия сотрудников УФСБ России по Камчатскому краю действительно имели место одновременно с моментом проникновения условного нарушителя или чуть ранее (в акте проверки Управления Росгвардии по Камчатскому краю от 06.10.2023 отражено лишь единичное срабатывание сигнализации в момент проникновения условного нарушителя, на представленной записи видеонаблюдения автомобиль на парковке зафиксирован по времени уже после того, как согласно документам условный нарушитель покинул территорию), суд полагает необходимым отметить, что целями деятельности ФГУП «Охрана» Росгвардии является охрана объектов различных форм собственности, в том числе объектов, на которые частная охранная деятельность не распространяется, обеспечение их защиты от противоправных посягательств (пункт 13 Устава Предприятия, утвержденного Приказом Росгвардии от 12.05.2021 № 165).

Для достижения указанной цели Предприятие осуществляет, в числе прочего, охрану имущества физических и юридических лиц, охрану и защиту объектов промышленности, защиту охраняемых объектов от противоправных посягательств, принимает меры по пресечению (профилактике) на охраняемых объектах преступлений и административных правонарушений, обеспечивает в соответствии с заключенными договорами на охраняемых объектах пропускной и внутриобъектовый режимы, участвует в мероприятиях по оценке антитеррористической защищенности охраняемых объектов промышленности, в том числе разработке и внедрении методических рекомендаций по совершенствованию системы антитеррористической защищенности объектов промышленности (пункты 14.1, 14.3, 14.5, 14.37, 14.40 Устава Предприятия).

Пунктом 42 Устава Предприятия на него возложена обязанность проводить мероприятия по укреплению кадрового состава, подбору и расстановке кадров, профессиональной и психологической подготовке, укреплению законности, дисциплины, обеспечению социальной и правовой защиты работников (пункт 42.18), а также обеспечивать служебно-боевую готовность подчиненных сил и средств в экстремальных условиях, в том числе при чрезвычайных обстоятельствах, а также первоначальное обучение работников Предприятия для несения службы с оружием (пункт 42.17).

В соответствии с выпиской из ЕГРЮЛ основным видом деятельности ответчика является деятельность охранных служб, в том числе частных.

На официальном сайте Предприятия приведена информация, что при подборе работников учитываются не только уровень подготовки, морально-психологические качества, способность оперативно принимать необходимые решения, но и имеющиеся навыки. Несение службы на постах подлежит жесткому контролю со стороны соответствующих подразделений Росгвардии и руководителей ФГУП «Охрана» Росгвардии. Столь пристальное внимание связано с тем, что работники Предприятия выполняют ответственные задачи, связанные с защитой интересов граждан и организаций.

В соответствии с пунктом 4.1.5 заключенного между сторонами договора Предприятие в целях предупреждения актов незаконного вмешательства в отношении охраняемого объекта обязуется, в числе прочего, регулярно проводить антитеррористические тренировки с работниками охраны (пункт 4.1.5.1), проводить профилактические мероприятия, направленные на недопущение нарушений порядка несения службы по охране объектов заказчика и укрепление дисциплины в подразделении охраны (пункт 4.1.5.6), обеспечить устойчивое и непрерывное управление караулом при внесении помех в радиообмен с постами, совершении попыток нарушить управление караулом (пункт 4.1.5.9).

В соответствии с пунктом 4.1.5.10 договора во время профессиональной подготовки и в ходе антитеррористических тренировок Предприятие обязуется особое внимание уделять повышению эффективности практических действий работников охраны по недопущению акта незаконного вмешательства в отношении охраняемых объектов, знанию тактики действий диверсионно-террористических групп по совершению диверсионно-террористических актов на объектах энергетики, психологической готовности работников охраны к реальному применению оружия в соответствии с законодательством РФ для защиты охраняемого объекта заказчика.

По смыслу главы 39 ГК РФ исполнитель отвечает перед заказчиком за полезность своих действий или деятельности как таковых, и в этом состоит его предпринимательский риск. В случае возникновения спора о качестве оказанных услуг суду в соответствии с пунктом 3 статьи 307, статьей 309 ГК РФ, по сути, требуется оценить достаточность предпринятых исполнителем усилий: действовал ли он с такой заботливостью, осмотрительностью и профессионализмом, с какими по обстоятельствам дела действовал бы любой иной исполнитель, оказывающий охранные услуги, стремящийся принести пользу заказчику и обеспечить достижение цели заключения договора, в частности – антитеррористическую защищенность объекта с присвоенной категорией опасности.

Если необходимые знания и умения не были применены высокопрофессиональным специалистом, то применение к такому лицу пониженного стандарта качества оказываемых им услуг для целей установления оснований и меры его имущественной ответственности не будет отвечать принципу справедливости.

Принимая во внимание изложенные обстоятельства, содержание заключенного сторонами договора, раскрытые при заключении договора условия исполнения обязательств, требования к Предприятию как исполнителю охранных услуг, суд приходит к выводу, что сам факт проникновения условного нарушителя и закладки им муляжа взрывного устройства свидетельствует о недостижении исполнителем эффективной защиты объекта топливно-энергетического комплекса с присвоенной ему средней категорией опасности, которая составляет предмет договора.

Ответчик, осуществляющий охранные услуги на профессиональной основе, мог и должен был предполагать, что вероятный нарушитель в целях проникновения на объект может прибегнуть к маневру отвлечения, а значит, полное переключение внимания лишь на территорию парковки с оставлением без внимания иных участков охраняемого объекта является зоной ответственности исполнителя.

Вместе с тем, при несении службы представители исполнителя не заметили проникновения на территорию объекта постороннего лица, закладку муляжа взрывного устройства, что привело к нарушению обязательств, возложенных на исполнителя как условиями договора, так и приведенными нормативными правовыми актами, в части предотвращения несанкционированного прохода (проезда) лиц и транспортных средств, проноса оружия, взрывчатых веществ и других опасных устройств, предметов, веществ на территорию объектов топливно-энергетического комплекса.

При этом суд принимает во внимание, что ненадлежащее исполнение ответчиком обязанностей по договору, учитывая характер нарушения, значимость охраняемого объекта, с максимальной вероятностью создает предпосылки для реализации угроз безопасности Российской Федерации террористической направленности, что может привести к чрезвычайной ситуации с человеческими жертвами среди населения, создает риск причинения ущерба не только имуществу истца, но, прежде всего, угрозу жизни и здоровью находящихся на объекте лиц, угрозу безопасности неопределенного круга лиц, бесперебойной работы объекта, являющегося одним из основных поставщиков электроэнергии региона.

На основании изложенного, суд приходит к выводу об отсутствии обстоятельств, исключающих вину ответчика в допущенном нарушении или влияющих на степень его вины и размер ответственности, в связи с чем признает требования истца обоснованными и подлежащими удовлетворению в полном объеме.

Понесенные истцом расходы по оплате государственной пошлины в силу статьи 110 АПК РФ подлежат возмещению ему за счет ответчика.

Руководствуясь статьями 1–3, 17, 27, 101–103, 110, 167–170, 226–229 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

решил:

иск удовлетворить.

Взыскать с федерального государственного унитарного предприятия «Охрана» Федеральной службы войск Национальной гвардии Российской Федерации в пользу публичного акционерного общества энергетики и электрификации «Камчатскэнерго» 100 000 руб. штрафа и 4 000 руб. расходов по оплате государственной пошлины; всего –104 000 руб.

Решение по делу, рассмотренному в порядке упрощенного производства, подлежит немедленному исполнению.

Решение по результатам рассмотрения дела в порядке упрощенного производства может быть обжаловано в Пятый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Камчатского края в срок, не превышающий пятнадцати дней со дня его принятия.

Решение, если оно было предметом рассмотрения в арбитражном суде апелляционной инстанции или если арбитражный суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы, может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Камчатского края в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу, по основаниям, предусмотренным частью 3 статьи 288.2 АПК РФ.

Заявление о составлении мотивированного решения арбитражного суда может быть подано в течение пяти дней со дня размещения решения, принятого в порядке упрощенного производства, на официальном сайте Арбитражного суда Камчатского края в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» http://www.kamchatka.arbitr.ru.


Судья О.А. Душенкина