Постановление от 2 июня 2020 г. ФАС УО (ФАС Уральского округа)

ИИ помощник КонсультантПлюс для юриста

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075

http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е


№ Ф09-7104/19

Екатеринбург

03 июня 2020 г.


Дело № А60-46797/2016


Резолютивная часть постановления объявлена 02 июня 2020 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 03 июня 2020 г.


Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Оденцовой Ю.А.,

судей Кудиновой Ю.В., Столяренко Г.М.,

рассмотрел вопрос о возобновлении производства по кассационной жалобе ФИО1 на определение Арбитражного суда Свердловской области от 29.11.2019 по делу № А60-46797/2016 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.03.2020 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли участие представители:

ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 22.05.2019 серия 66 АА

№ 5512762);

общества с ограниченной ответственностью «Торговый Дом «Инкор» (далее – общество «ТД «Инкор») - ФИО3 (доверенность от 09.01.2020).

Определением Арбитражного суда Уральского округа от 11.10.2017 кассационная жалоба ФИО1 принята к производству, и этим же определением производство по кассационной жалобе приостановлено в целях недопущения нарушения процессуальных прав и законных интересов лиц, участвующих в деле, в том числе на доступ к правосудию, в условиях действующих ограничительных мер, введенных в целях противодействия распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19), до снятия указанных мер.

В связи с тем, что обстоятельства, послужившие основанием для приостановления производства по рассмотрению кассационной жалобы ФИО1, устранены, определением от 12.05.2020 Арбитражный суд Уральского округа назначил судебное заседание для разрешения вопроса о возобновлении производства по кассационной жалобе и рассмотрения данной жалобы по существу.

Определением от 02.06.2020 производство по кассационной жалобе ФИО1 возобновлено.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 12.04.2017 общество с ограниченной ответственностью «Завод энергетического машиностроения» (далее – общество «Завод Энергомаш», должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введено конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО4.

Конкурсный управляющий ФИО4 21.11.2018 обратился

в Арбитражный суд Свердловской области с заявлением о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением Арбитражного суда Свердловской области 17.01.2019 признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности; производство по заявлению приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.08.2019 и постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 13.11.2019 определение от 17.01.2019 оставлено без изменений.

Определением Верховного Суда Российской Федерации от 10.03.2020

№ 309-ЭС20-474 отказано в передаче кассационной жалобы на вышеуказанные судебные акты для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации.

В Арбитражный суд Свердловской области 05.08.2019 поступило заявление конкурного управляющего ФИО4 о возобновлении производства по заявлению и определением Арбитражного суда Свердловской области суда от 16.08.2019 назначено соответствующее судебное заседание.

ФИО4 14.10.2019 представил заявление об уточнении требований о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности в размере 9 024 275 руб. 80 коп., которое принято судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 29.11.2019 (судья Кириченко А.В.) ФИО1 привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на общую сумму 9 024 275 руб. 80 коп., из которых 4 198 753 руб. 71 коп. взыскано в пользу должника, а 4 825 522 руб. 09 коп. - в пользу общества «ТД «Инкор».

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.03.2020 (судьи Данилова И.П., Зарифуллина Л.М., Нилогова Т.С.) определение суда первой инстанции от 29.11.2019 оставлено без изменения.

В кассационной жалобе ФИО1 просит определение от 29.11.2019 и постановление от 23.03.2020 отменить, направить дело на новое рассмотрение. По мнению заявителя, неверно применив пункт 4 статьи 10 (пункта 11 статьи 61.11) Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), пункт 3 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, статью 143 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суды неверно определили размер ответственности ФИО1, уклонились от исследования доводов об отсутствии его исключительной вины в доведении должника до банкротства, не учли, что ФИО1, формой вины которого является неосторожность, не получил выгоды от совершения вменяемых ему действий, а ФИО1, как ответчик не имел права заявить о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО5 и иных контролирующих должника лиц, в результате чего на него возложен весь объем ответственности, и отказ судов в удовлетворении ходатайства ФИО6 о приостановлении производства по данному спору неправомерен. Заявитель полагает, что в предмет доказывания входит, в том числе, выяснение имущественного положения ФИО1, находящегося в местах лишения свободы, степень его вины в доведении должника до банкротства и установление размера его ответственности, вывод судов о том, что виновность ФИО1 предрешена при привлечении его к субсидиарной ответственности, формален, противоречит закону и судебной практике, сделан без учета того, что привлечение ФИО1 к субсидиарной ответственности не предопределяло умышленный характер его вины и соответствие размера вреда, причиненного по его вине, размеру требований кредиторов, поэтому суды должны определить степень вины ФИО1 по каждому основанию привлечения к ответственности с учетом роли и вины иных контролирующих должника лиц. Заявитель ссылается на то, что суды не оценили степень его вины в непередаче документов должника управляющему с учетом того, что с 03.02.2010 по 09.09.2016, когда возникли все включенные в реестр требования кредиторов должника, генеральным директором должника был ФИО7, не предоставивший ФИО1 возможность ознакомиться с документами должника и не ответивший на запросы ФИО1, лишив его возможности контролировать деятельность должника, тогда как именно ФИО1, как руководитель, подал в суд с заявление о банкротстве должника, а ФИО7 после прекращения его полномочий руководителя не передал ФИО1 первичные документы и имущество должника, отраженные в балансах за 2015, 2016 годы, и иное не доказано, при этом ФИО7 представил суду сфальсифицированный акт приема-передачи документов, а, согласно приговору Кировского районного суда от 11.01.2018, ФИО1 в спорный период осуществлял иную преступную деятельность, делами должника не занимался, в дальнейшем арестован и отбывает наказание в виде лишения свободы, поэтому, фактически не руководил должником и не имел выгоды от статуса руководителя, но эти обстоятельства, свидетельствующие об отсутствии единоличной вины ФИО1 в невозможности погашения требований кредиторов, и недобросовестность ФИО7 суды не исследовали и не оценили, а выводы судов о том, что первичные документы должника остались в арендуемых должником помещениях, не доказаны. По мнению ФИО1, не дав оценку степени его вины в отражении в бухгалтерском балансе должника за 2016 год сведений об активах, не подтвержденных первичными документами, суды не учли, что, по пояснениям ФИО7, все первичные документы должника за 2015 – 2016 годы переданы бухгалтерской компании, которая вела бухгалтерский учет должника путем удаленного доступа и формировавшей его регистры бухгалтерского учета, а поскольку формирование годового баланса должника происходило автоматизировано на основании уже внесенных в регистры бухгалтерского учета данных, то отражение активов в бухгалтерском балансе по разной стоимости могло быть следствием ошибки, а не умышленных недобросовестных действий ФИО1, не обладающего познаниями в области бухгалтерии и не занимавшегося делами должника.

Поступивший в суд округа 28.05.2020 от ФИО4 отзыв на кассационную жалобу судом округа не принимается, так как представлен незаблаговременно (за два дня до судебного заседания (с учетом выходных)), и к нему, в нарушение абзаца 2 пункта 1 статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не приложены доказательства направления (вручения) его копий иным лицам, участвующим в деле, при этом возвращению ФИО4 на бумажном носителе не подлежит, так как представлен в электронном виде через систему «Мой арбитр».

Представитель общества «ТД «Инкор» в судебном заседании суда округа по доводам кассационной жалобы возражал и, в числе прочего, пояснил, что определением от 06.02.2020 отказано в привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО5 и общества с ограниченной ответственностью «Бухгалтерская компания «Мой Бизнес» и на 24.06.2020 назначено заседание по рассмотрению апелляционной жалобы на названное определение от 06.02.2020.

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом округа

в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы.

Как установлено судами и следует из материалов дела, общество «Завод Энергомаш» создано 01.07.2003, его учредителем является ФИО1, владеющий 100% долей юридического лица, временно исполняющим обязанности генерального директора общества, то есть единоличным исполнительным органом должника, осуществляющим его хозяйственную деятельность, в период с 30.07.2016 также являлся ФИО1

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 12.04.2017 должник признан банкротом с введением в отношении него конкурсного производства, конкурсным управляющим должником утвержден ФИО4

Конкурсный управляющий, обращаясь в суд с заявлением о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности, ссылался на невозможность полного погашения требований кредиторов вследствие действий/бездействия контролирующего должника лица, поскольку документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена действующим законодательством, к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 17.01.2019, оставленным в силе постановлениями Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.08.2019 и Арбитражного суда Уральского округа от 13.11.2019 признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности за непередачу документов и имущества должника; производство по спору приостановлено до расчетов с кредиторами.

На основании заявления конкурного управляющего ФИО4 от 05.08.2019 определением от 16.08.2019 производство по обособленному спору о привлечении к субсидиарной ответственности возобновлено.

Устанавливая размер субсидиарной ответственности ФИО1, суды исходили из следующего.

В соответствии со статьей 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), дела о банкротстве юридических лиц рассматриваются арбитражным судом

по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Если на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности на основании статьи 61.11 Закона о банкротстве, невозможно определить размер субсидиарной ответственности, суд после установления всех иных имеющих значение для привлечения к субсидиарной ответственности фактов выносит определение, содержащее в резолютивной части выводы о доказанности наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и о приостановлении рассмотрения этого заявления до окончания расчетов с кредиторами или до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами (пункт 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве).

После завершения расчетов с кредиторами управляющий одновременно с отчетом о результатах процедуры, примененной в деле о банкротстве, направляет в арбитражный суд ходатайство о возобновлении производства по рассмотрению заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 Закона о банкротстве, указав размер требований каждого кредитора, которые остались непогашенными в связи с недостаточностью имущества должника, а также отчет о результатах выбора кредиторами способа распоряжения правом требования о привлечении к субсидиарной ответственности (пункт 9 статьи 61.16 Закона о банкротстве).

В пункте 41 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума № 53) разъяснено, что, по смыслу пункта 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве, приостановление производства по спору о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по статье 61.11 Закона о банкротстве, суд производит при невозможности определения размера ответственности, но при установлении всех иных обстоятельств, имеющих значение для привлечения к такой ответственности, при этом суд выносит определение о приостановлении производства по обособленному спору, в резолютивной части содержатся указание на приостановление производства по спору и вывод о наличии оснований привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, а в мотивировочной части - обоснование этого вывода.

Изложенный в резолютивной части определения о приостановлении производства по делу вывод суда о наличии оснований для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности общеобязателен (статья 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), что исключает его повторную проверку после возобновления производства по обособленному спору на основании абзаца 1 пункта 9 статьи 61.16 Закона о банкротстве (пункт 43 постановления Пленума № 53).

По общему правилу, закрепленному в пункте 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве, размер субсидиарной ответственности равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица подлежит соответствующему уменьшению, если им будет доказано, что размер вреда, причиненного имущественным правам кредиторов по вине этого лица, существенно меньше размера требований, подлежащих удовлетворению за его счет; не включаются в размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица и не подлежат удовлетворению за счет средств, взысканных с данного контролирующего должника лица, требования, принадлежащие этому лицу либо заинтересованным по отношению к нему лицам.

Порядок распоряжения правом требования о привлечении к субсидиарной ответственности закреплен в статье 61.17 Закона о банкротстве, в соответствии с пунктами 1, 2 которой, в течение пяти рабочих дней со дня принятия судебного акта о доказанности наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, вынесенного в соответствии с пунктами 7 и 8 статьи 61.16 Закона о банкротстве, управляющий сообщает кредиторам о праве выбрать способ распоряжения правом требования о привлечении к субсидиарной ответственности, и в течение десяти рабочих дней со дня направления такого сообщения каждый кредитор, в интересах которого лицо привлекается к субсидиарной ответственности, вправе направить управляющему заявление о выборе одного из следующих способов распоряжения правом требования о привлечении к субсидиарной ответственности: взыскание долга по этому требованию в рамках процедуры, применяемой в деле о банкротстве; продажа этого требования по правилам пункта 2 статьи 140 Закона о банкротстве; уступка кредитору части этого требования в размере требования кредитора.

Из материалов дела следует, что основания привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности в связи с признанием должника банкротом вследствие действий и (или) бездействия ФИО1, как контролирующего должника лица (непередача документов и имущества должника), установлены определением суда первой инстанции от 17.01.2019, оставленным без изменения постановлениями апелляционного суда от 29.08.2019 и суда кассационной инстанции от 13.11.2019.

Руководствуясь вышеназванными нормами права и соответствующими разъяснениями, исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все представленные доказательства, исходя из конкретных обстоятельств дела, проверив представленный и неоспоренный лицами, участвующими в деле, расчет размера субсидиарной ответственности, установив, что по результатам проведенной конкурсным управляющим реализации имущества должника, составляющего конкурсную массу, и частичного погашения требований кредиторов в порядке статей 134, 142 Закона о банкротстве, в связи с недостаточностью имущества должника не удовлетворены требования кредиторов третьей очереди реестра требований кредиторов, и без учета неподлежащих включению в размер субсидиарной ответственности требований общества с ограниченной ответственностью «Рэлэн», являющегося заинтересованным по отношению к должнику лицом ввиду его аффилированности с ФИО1, являющимся генеральным директором данного общества, в размере 8 745 568 руб. 67., размер непогашенных требований кредиторов третьей очереди составляет 8 113 275 руб. 80 коп., принимая во внимание наличие непогашенного вознаграждения управляющего за период с 04.04.2017 по 15.10.2019 в сумме 911 000 руб., с учетом которого совокупный размер непогашенных требований составил 9 024 275 руб. 80 коп., суды признали доказанным материалами дела надлежащим образом и в полном объеме размер субсидиарной ответственности ФИО1 в сумме 9 024 275 руб. 80 коп., тогда как доказательства иного, опровергающие установленный судами размер субсидиарной ответственности, отсутствуют, возражения относительно расчета размера ответственности либо соответствующий контррасчет в материалы дела не представлены.

Кроме того, по результатам исследования и оценки всех имеющихся доказательств, с учетом конкретных обстоятельств дела, установив, что общество «ТД «Инкор», чьи требования в сумме 4 825 522 руб. 09 коп. включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника определением от 30.11.2016 по настоящему делу, в установленном законом порядке 29.03.2019 направило ФИО4 заявление о выборе в качестве способа распоряжения правом требования о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника уступки части этого права требования в размере его требования, включенного в реестр, и в представленном в судебное заседание отзыве настаивало на таком способе распоряжения правом требования, принимая во внимание, что, хотя сообщение в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве о праве выбрать способ распоряжения правом требования о привлечении к субсидиарной ответственности управляющим должника длительное время не публиковалось, но это обстоятельство не может являться ограничением для реализации выразившим свою волю по данному вопросу конкурсным кредитором своих прав и законных интересов, суды определили подлежащую взысканию в порядке субсидиарной ответственности с ФИО1 в пользу общества «ТД «Инкор», выбравшего способ, предусмотренный подпунктом 3 пункта 2 статьи 61.17 Закона о банкротстве, сумму в размере 4 825 522 руб. 09 коп.

Таким образом, обжалуемыми судебными актами, исходя из совокупности установленных по делу обстоятельств и доказанности материалами дела заявленного размера субсидиарной ответственности, а также из отсутствия доказательств, свидетельствующих об ином (статьями 9, 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), установлен непосредственно размер субсидиарной ответственности, тогда как фактические обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности установлены ранее судебным актом и не могут быть обжалованы в рамках данного спора.

Доводы ФИО1 о том, что размер субсидиарной ответственности подлежит снижению, как минимум на 50%, в связи с тем, что виновным в доведении должника до банкротства является не только ФИО1, фактически должником не руководивший и не контролировавший его, а также и ФИО7, который руководил должником до 30.07.2016, фактически контролировал деятельность должника и не передал ФИО1 документы должника, а неточность отражения в балансе активов должника имела место не по вине ФИО1, не имеющего познаний в бухгалтерском учете, а ввиду бухгалтерской ошибки, не приняты судами по следующим основаниям.

Аналогичные доводы являлись предметом исследования и оценки судов в ходе спора об установлении оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности, по результатам рассмотрения которого судами установлено, что с 09.09.2016 года до момента введения конкурсного производства (12.04.2017) руководителем должника являлся ФИО1, также являющийся с 30.06.2010 единственным участником должника, именно ФИО1 сдавал в налоговую инспекцию от лица должника бухгалтерскую отчетность, подтверждая наличие на балансе предприятия активов, указанных в данной бухгалтерской отчетности, согласно которой у должника имелись активы стоимостью 26 783 000 руб., и в период, когда руководителем должника был ФИО1, совокупная стоимость активов должника уменьшилась с 42 639 000 руб. до 26 783 000 руб., при этом ФИО1 передал конкурсному управляющему документы по корпоративной деятельности должника, бухгалтерскую и налоговую отчетность за последние три года, печать и документы, частично подтверждающие кредиторскую задолженность, но не предоставил управляющему первичные документы, подтверждающие сведения, содержащиеся в бухгалтерской отчетности, явившиеся правовым основанием для отчуждения должником активов и позволяющие взыскать дебиторскую задолженность должника.

Кроме того, судебными актами по спору об установлении оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, установлено, что ФИО1 как руководитель и единственный учредитель должника не предпринимал никаких мер по истребованию имущества и документов у ФИО7 (обращения в суд, правоохранительные органы и т.д.), при том, что, обладая доступом в помещения, в которых находились документы и имущество должника ФИО1 мог и должен был обеспечить их сохранность и передачу конкурсному управляющему, при этом бухгалтерский баланс и заявление о банкротстве должника подписаны генеральным директором ФИО1, из чего следует, что он после своего назначения руководителем должника обладал сведениями о финансовом состоянии последнего, наличии у него признаков банкротства, и, соответственно, владел и обладал первичной хозяйственной документацией должника, как в отношении кредиторской задолженности, так и в отношении активов должника и его имущественных прав, в том числе дебиторской задолженности, в то время как непередача этих документов и имущества должника конкурсному управляющему привели к невозможности формирования конкурсной массы должника и удовлетворения требований кредиторов, в связи с чем, суды установили наличие оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, а доводы ФИО1 о его нахождении под стражей отклонены судами, со ссылкой на то, что с учетом даты ареста ФИО1 он имел возможность восстановить бухгалтерские документы должника и передать их управляющему, тем более, что именно ФИО1 обратился в суд с заявлением о банкротстве должника, и, следовательно, имел представления об активах и пассивах последнего, а доводы ФИО1 о не передаче ему документов и имущества должника предыдущим руководителем ФИО7 и о наличии оснований для привлечения последнего к субсидиарной ответственности, не приняты судами во внимание, как противоречащие материалам дела и установленным судами обстоятельствам, не подтвержденные соответствующими доказательствами

Учитывая установленные судами вышеизложенные обстоятельства, исследовав и оценив все имеющиеся в деле доказательства, исходя из конкретных обстоятельств дела, приняв во внимание, что вступившими в законную силу преюдициальными судебными актами установлен факт наличия у ФИО1 на момент возбуждения дела о банкротстве и введения соответствующих процедур документов и имущества должника и факт их непередачи ФИО1 конкурсному управляющему, что привело к невозможности формирования конкурсной массы и удовлетворению требований кредиторов должника, учитывая, что, повторно ссылаясь на непередачу ФИО7 документов и имущества должника при рассмотрении настоящего спора, ФИО1 никаких новых доказательств по данному поводу не представил, доказательства, свидетельствующие о том, что между ФИО1 и ФИО7 имели место какие-либо корпоративные конфликты и споры по деятельности должника, включая споры по принудительному истребованию документов и имущества, как в период, когда ФИО1 являлся единственным участником должника, так и в период, когда он стал руководителем должника, отсутствуют, а само по себе направление ФИО1 запросов о предоставлении документов, в отсутствие каких-либо претензий и споров, не может свидетельствовать о неисполнении обществом соответствующих требований участника и об отсутствии у ФИО1 документов и имущества должника, при том, что иное не доказано, суды пришли к выводу, что вышеуказанные доводы, на которые ссылается ФИО1, не подтверждены надлежащими и достаточными доказательствами, не свидетельствуют о невиновности ФИО1 как руководителя должника и не могут являться основанием для снижения размера ответственности по заявленному управляющим основанию.

При этом, исходя из учитывая изложенного, по результатам исследования и оценки всех имеющихся доказательств, суды не приняли во внимание ссылку ФИО1 на то, что деятельность должника контролировал ФИО7, а сам ФИО1 фактически не исполнял обязанности участника и руководителя должника и не осуществлял контроль за его деятельностью, как имеющую предположительный характер, не подтвержденную соответствующими доказательствами, противоречащую материалам дела, и в связи с тем, что само по себе данное обстоятельство не может являться основанием для уменьшения размера ответственности, а также суды отклонили довод ФИО1 о том, что неточности в бухгалтерском балансе связаны с бухгалтерской ошибкой, поскольку данный довод ничем не подтвержден.

Ссылка заявителя на неправомерный отказ судов в удовлетворении ходатайства о приостановлении производства по данному спору, судом округа отклоняется, так как в данном случае, с учетом статей 143, 145, 159 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и, исходя из того, что судебные акты от 02.07.2018 об обязании руководителя должника передать управляющему документы и имущество должника и от 17.01.2019 об установлении оснований для привлечения к субсидиарной ответственности вступили в законную силу, а заявления ФИО1 о пересмотре по новым (вновь открывшимся) обстоятельствам этих судебных актов и определения суда от 29.11.2019 об установлении размера субсидиарной ответственности на дату разрешения апелляционным судом соответствующего ходатайства о приостановлении еще не приняты судом к рассмотрению, а иные основания для приостановления не заявлены, апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии оснований для приостановления производства по обособленному спору, при этом определениями от 20.05.2020 в удовлетворении заявлений ФИО1 о пересмотре указанных судебных актов отказано.

Таким образом, удовлетворяя требования в заявленном размере, суды исходили из совокупности установленных по делу обстоятельств и доказанности материалами дела заявленных требований, а также из отсутствия доказательств, свидетельствующих об ином (статьи 9, 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Судами правильно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана надлежащая правовая оценка, верно применены нормы материального права, регулирующие спорные отношения.

Все доводы кассационной жалобы судом округа отклоняются, поскольку не свидетельствуют о нарушении судами норм права и сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств. При этом заявитель фактически ссылается не на незаконность обжалуемых судебных актов, а выражает несогласие с произведенной судами оценкой доказательств, просит еще раз пересмотреть спор по существу и переоценить имеющиеся доказательства. Суд округа полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда округа не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного, обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:


определение Арбитражного суда Свердловской области от 29.11.2019 по делу № А60-46797/2016 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.03.2020 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Приостановление исполнения определения Арбитражного суда Свердловской области от 29.11.2019 по делу № А60-46797/2016 и постановления Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.03.2020 по тому же делу, принятое определением Арбитражного суда Уральского округа от 27.04.2020, отменить.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий Ю.А. Оденцова


Судьи Ю.В. Кудинова


Г.М. Столяренко



Суд:

ФАС УО (ФАС Уральского округа) (подробнее)

Истцы:

МЕЖРАЙОННАЯ ИНСПЕКЦИЯ ФЕДЕРАЛЬНОЙ НАЛОГОВОЙ СЛУЖБЫ №32 ПО СВЕРДЛОВСКОЙ ОБЛАСТИ (ИНН: 6686000010) (подробнее)
ООО РЭЛЭН (ИНН: 6626018252) (подробнее)
ООО ТОРГОВЫЙ ДОМ ИНКОР (ИНН: 6685039889) (подробнее)
ФНС России Межрайонная инспекция №25 по Свердловской области (подробнее)

Ответчики:

ООО "ЗАВОД ЭНЕРГЕТИЧЕСКОГО МАШИНОСТРОЕНИЯ" (ИНН: 6626013744) (подробнее)

Иные лица:

НП СОАУ Евросиб (подробнее)
ООО "БУХГАЛТЕРСКАЯ КОМПАНИЯ МОЙ БИЗНЕС" (ИНН: 6671426084) (подробнее)
ООО "ЗАВОД РЭЛТЕК" (ИНН: 6672271073) (подробнее)
ООО "РЭЛ-ИФ" (ИНН: 6670361317) (подробнее)
СОЮЗ "САМОРЕГУЛИРУЕМАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ АРБИТРАЖНЫХ УПРАВЛЯЮЩИХ СЕВЕРО-ЗАПАДА" (ИНН: 7825489593) (подробнее)
УПРАВЛЕНИЕ ФЕДЕРАЛЬНОЙ СЛУЖБЫ ГОСУДАРСТВЕННОЙ РЕГИСТРАЦИИ, КАДАСТРА И КАРТОГРАФИИ ПО СВЕРДЛОВСКОЙ ОБЛАСТИ (ИНН: 6670073005) (подробнее)

Судьи дела:

Оденцова Ю.А. (судья) (подробнее)