Постановление от 9 ноября 2025 г. по делу № А65-1443/2024

ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, <...>, тел. <***>

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности судебного акта арбитражного суда,

не вступившего в законную силу № 11АП-10016/2025

Дело № А65-1443/2024
г. Самара
10 ноября 2025 года
Резолютивная часть постановления объявлена 27 октября 2025 года Постановление в полном объеме изготовлено 10 ноября 2025 года

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Машьяновой А.В., судей Гольдштейна Д.К., Львова Я.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Ромадановым А.А., с участием:

лица не явились, извещены,

рассмотрев в открытом судебном заседании 27 октября 2025 года в помещении суда в зале

№ 2 апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО1 на

определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 23 июля 2025 года, вынесенное по

результатам рассмотрения ходатайства финансового управляющего ФИО1

Ильиничны о завершении процедуры реализации имущества гражданина

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Республики Татарстан 07.03.2024 ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, место рождения: с. Кошки, Кошкинский район, Куйбышевская область, адрес: РТ, <...> (ИНН <***>, СНИЛС <***>) признана несостоятельной (банкротом), введена процедура реализации ее имущества. Финансовым управляющим утверждена ФИО1, член Крымского союза профессиональных арбитражных управляющих «Эксперт».

Сообщение о введении в отношении должника процедуры реализации имущества гражданина опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 46 от 16.03.2024.

25.12.2024 в Арбитражный суд Республики Татарстан поступило заявление финансового управляющего о завершении процедуры реализации имущества гражданина. Финансовый управляющий направил отчет, ходатайствовал о завершении процедуры реализации имущества, выплате вознаграждения финансовом управляющему.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 23.07.2025 завершена процедура реализации имущества гражданина, ФИО2 освобождена от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реализации имущества должника, за исключением обязательств, предусмотренных пунктами 5 и 6 статьи 213.28 Федерального закона Российской Федерации от 26.10.2002г. № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", а также обязательств перед ООО «Профессиональная коллекторская организация «ЭОС» по кредитному договору № 9028L703CCB608219L38.

Не согласившись с принятым судом первой инстанции судебным актом, финансовый управляющий ФИО1 обратилась в Одиннадцатый арбитражный

апелляционный суд с апелляционной жалобой на определение суда первой инстанции, в которой просит его отменить в части не применения к должнику правила освобождения от исполнения обязательств перед конкурсным кредитором ООО «Профессиональная коллекторская организация «ЭОС».

В обоснование апелляционной жалобы заявитель ссылается на нарушение судом первой инстанции при вынесении обжалуемого судебного акта норм ст.270 АПК РФ, указывая, что согласно пояснениям должника автомобиль ВАЗ 21140 приобретался в 2006 году, должник в тот период состояла в браке, спорный автомобиль являлся совместно нажитым имуществом, фактическое пользование автомобилем осуществлял супруг должника. Апеллянт указывает, что решением мирового суда от 21.10.2016 брак между супругами И-выми прекращен, автомобиль остался в пользовании бывшего супруга должника, отношения между супругами не поддерживались, вернувшись из мест лишения свободы бывший супруг должника автомобиль не обнаружил, место нахождения автомобиля ни должнику, ни её бывшему супругу неизвестны. Кроме того, апеллянт указывает, что требования кредитора ООО «ПКО «ЭОС» были частично погашены денежными средствами, полученными от продажи другого автомобиля (ИЖ 27175-036 2006 г. в. VIN <***>), принадлежащего должнику. При этом сам должник в процедуре банкротства действовала добросовестно, информацию об имуществе и доходах не скрывала, все документы и банковские карты передала своевременно, всячески содействовала финансовому управляющему и суду.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.09.2025 апелляционная жалоба принята к производству, назначено судебное заседание.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, о времени и месте судебного заседания размещена на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили в связи с чем, жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Согласно части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

В пункте 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30 июня 2020 года № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» указано, что при применении части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации необходимо иметь в виду следующее: если заявителем подана жалоба на часть судебного акта, суд апелляционной инстанции в судебном заседании выясняет мнение присутствующих в заседании лиц относительно того, имеются ли у них возражения по проверке только части судебного акта, о чем делается отметка в протоколе судебного заседания.

В соответствии с разъяснением, содержащимся в абзацах 3 и 4 пункта 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 N 12 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции" арбитражный суд апелляционной инстанции пересматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы.

Возражений относительно проверки только части судебного акта от сторон не поступило.

Судебная коллегия считает, что материалы дела содержат достаточно доказательств для рассмотрения апелляционной жалобы по существу. Каких-либо доказательств затруднительности

или невозможности своевременного ознакомления с материалами дела в электронном виде в системе "Картотека арбитражных дел" сети Интернет, лицами, участвующими в деле, представлено не было. Отсутствие отзывов на апелляционную жалобу от лиц, участвующих в деле, по мнению суда апелляционной инстанции, не влияет на возможность рассмотрения апелляционной жалобы по существу.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 АПК РФ правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены обжалуемого в части судебного акта по следующим основаниям.

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ, пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, финансовый управляющий представил отчет о результатах реализации имущества гражданина и соответствующие ему документы, из которых судом установлено, что финансовым управляющим завершены мероприятия, выполняемые в ходе реализации имущества гражданина, а также расчеты с кредиторами.

В реестр требований кредиторов должника судом были включены требования кредиторов на общую сумму 325 602,66 руб.

В результате проведенной инвентаризации, финансовым управляющим выявлено и включено в конкурсную массу следующее имущество: легковой автомобиль, марка: ИЖ, модель: 27175-036, год изготовления: 2006, VIN: <***>, г/н: <***>.

Финансовым управляющим проведены мероприятия по реализации имущества должника, в результате которых было реализовано транспортное средство марки ИЖ, модель: 27175-036, год изготовления: 2006, VIN: <***> по цене 44 444 руб.

За период проведения процедуры реализации имущества гражданина, в конкурсную массу поступили денежные средства в размере 44 444 руб.

Требования кредиторов третьей очереди погашены в размере 23 695,03 руб. в виду недостаточности имущества должника, оспоримые сделки отсутствуют, признаки фиктивного, преднамеренного банкротства не обнаружены.

Расходы на проведение процедуры реализации имущества составили: 17 637,89 руб. – расходы на публикацию сообщений, а также почтовые расходы, которые погашены за счет имущества должника, вознаграждение финансового управляющего составило 25 000 руб.

Исходя из отчета финансового управляющего о своей деятельности и о результатах проведения реализации имущества гражданина, согласно представленным ответам из регистрирующих органов, иного движимого и недвижимого имущества у должника не имеется.

Финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с ходатайством о завершении процедуры реализации имущества в отношении гражданина с применением правил об освобождении гражданина от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных в реализации имущества гражданина поскольку в процедуре банкротства поведение должника было добросовестным, не были совершены какие-либо действия, направленные на сокрытие имущества, должник не уклонялся от сотрудничества с финансовым управляющим. ФИО2 была исполнена обязанность по передаче финансовому управляющему документов, имевшихся в ее распоряжении. Должник сразу после признания ее банкротом и введения процедуры реализации имущества, предоставила финансовому управляющему объяснительную, сообщив факт отсутствия автомобиля, а имеющейся второй автомобиль ИЖ 27175-03 2006 г. в. VIN <***> должник беспрепятственно передала финансовому управляющему для вкючения его в конкурсную массу. Средства полученные от реализации автомобиля направлены для погашения требования кредитора ООО ПКО «ЭОС».

Кредитором ООО ПКО «ЭОС» в суде первой инстанции было заявлено ходатайство о неприменении к должнику правил об освобождении от исполнения обязательств перед ООО ПКО «ЭОС» в виду утраты предмета залога.

Должник просила завершить процедуру реализации имущества, освободив от исполнения обязательств, также пояснила, что транспортное средство, находящееся в залоге ООО «ПКО «ЭОС» после расторжения брака осталось у бывшего супруга ФИО3

ФИО3 пояснил в судебном заседании, что транспортное средство в настоящий момент у него отсутствует, его судьба ему не известна.

В соответствие со статьей 213.28 Закона о банкротстве по итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества гражданина арбитражный суд выносит определение о завершении реализации имущества гражданина.

Суд первой инстанции, рассмотрев отчет финансового управляющего, учитывая отсутствие в материалах дела доказательств наличия иного имущества у должника, за счет которого возможно погашение требований кредиторов, а также доказательств, свидетельствующих о возможности его обнаружения, в материалах дела отсутствуют, информацией о возможном поступлении денежных средств должнику суд не располагает и лицами, участвующими в деле данная информация не сообщена, пришел к выводу о возможности завершить процедуру реализации имущества гражданина в отношении ФИО2.

В части завершения процедуры реализации имущества гражданина судебный акт управляющим не обжалуется и апелляционному пересмотру не подлежит.

Предметом апелляционного обжалования со стороны управляющего, является неприменение к должнику общего правила об освобождении его от исполнения обязательств ООО «Профессиональная коллекторская организация «ЭОС» по кредитному договору № 9028L703CCB608219L38.

Не применяя к должнику общего правила об освобождении его от исполнения обязательств перед кредитором ООО «Профессиональная коллекторская организация «ЭОС», суд первой инстанции руководствовался следующим.

Освобождение гражданина от обязательств не распространяется на требования кредиторов, предусмотренные пунктами 4 и 5 настоящей статьи, а также на требования, о наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту принятия определения о завершении реализации имущества гражданина.

Следовательно, указанные требования в силу пунктов 5 и 6 статьи 213.28 Закона о банкротстве сохраняют силу и могут быть предъявлены после окончания производства по делу о банкротстве гражданина в непогашенной их части в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

Судом установлено, что определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 17.06.2024 требования ООО ПКО «ЭОС» в общей сумме 322 973,66 руб., были включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника ФИО2, как требование обеспеченное залогом автотранспортного средства ВАЗ 21140, год выпуска 2006, VIN <***>.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 17.06.2024 установлено, что 09.12.2006 между ОАО АКБ «РОСБАНК» и должником был заключен договор о предоставлении кредита № 9028L703CCB608219L38, в соответствии с которым ответчику был предоставлен кредит на автотранспортное средство в размере 258 000,00 руб. и на условиях, определенных кредитным договором.

Для обеспечения обязательств по кредитному договору № 9028L703CCB608219L38 от 09.12.2006 между ОАО АКБ «РОСБАНК» и должником заключен договор залога автотранспортного средства ВАЗ 21140, год выпуска 2006, VIN: <***>.

Согласно Договору цессии (об уступке права (требования) № SG-CS/13/05 от 21.10.2013 ОАО АКБ «РОСБАНК» уступил право требования к ФИО2 по кредитному договору № 9028L703CCB608219L38 от 09.12.2006 ЭОС Финанс ГмбХ (EOS Finance GmbH), как к должнику, ненадлежащим образом, исполнившему обязанности в части выплаты сумм по кредитному договору в размере 447 678,43 руб., из них: сумма основного долга 205 807,52

руб., сумма процентов 159 888,64 руб., сумма гос. пошлины 10 761,06 руб., сумма штрафов 71 221,21 руб.

24.10.2017 между ЭОС Финанс ГмбХ (EOS Finance GmbH) и ООО «ЭОС»(впоследствии наименование изменено на ООО ПКО «ЭОС») был заключен Договор об уступке прав требований, согласно которому право требования задолженности по кредитному договору было уступлено ООО ПКО «ЭОС»(впоследствии наименование изменено на ООО ПКО «ЭОС») в полном объеме.

27.12.2010 Фрунзенским районным судом г. Саратова вынесено решение № 2–12/11 о взыскании задолженности по кредитному договору № 9028L703CCB608219L38 от 09.12.2006 г. солидарно с ФИО2, с ФИО3 (поручитель) в пользу ОАО АКБ «РОСБАНК» в размере 356 106,06 руб., из них: сумма основного долга - 205 807,52 руб., сумма процентов - 79 077,33 руб., сумма пени - 71 221,21 руб., а также расходы, связанные с уплатой государственной пошлины 10 761,06 руб.

В рамках указанного решения обращено взыскание на заложенное транспортное средство ВАЗ 21140, год выпуска 2006, VIN: <***>, определив способ реализации - путем продажи с публичных торгов.

11.01.2016 Фрунзенским районным судом г.Саратова произведена замена в рамках гражданского дела № 2–12/11 по исковому заявлению ОАО АКБ «РОСБАНК» к ФИО2 о взыскании задолженности по кредитному договору № 9028L703CCB608219L38 от 09.12.2006, с ОАО АКБ «РОСБАНК» на правопреемника ООО «ЭОС».

Исходя из объяснений должника, спорный автомобиль был взят в кредит для бывшего мужа, местонахождение автомобиля неизвестно.

Бывший супруг в судебном заседании не отрицал передачу транспортного средства ему в пользование, однако пояснил, что после выхода из мест лишения свободы транспортное средство не обнаружил.

Согласно ответу МВД по РТ спорное транспортное средство по настоящее время зарегистрировано за должником, согласно сведениям СПО «Паутина» установлено передвижение транспортного средства по территории Республики Татарстан с февраля 2023 года по февраль 2024 года.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в "Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2(2018)", утвержденном Президиумом Верховного Суда РФ 04.07.2018, ключевой характеристикой требования залогодержателя является то, что он имеет безусловное право в рамках дела о банкротстве получить удовлетворение от ценности заложенного имущества приоритетно перед остальными (в том числе текущими) кредиторами, по крайней мере, в части 80 процентов стоимости данного имущества (если залог обеспечивает кредитные обязательства - статья 18.1, пункт 2 статьи 138 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве).

В рассматриваемом случае требования залогового кредитора в установленном законом порядке и полном размере погашены не были.

Право залогодержателя, наличие и состояние заложенного имущества, не создают для должника правовой основы для отчуждения имущества, являющегося предметом залога, без согласия залогодержателя, в ином случае залог утрачивает функцию гарантирования исполнения обязательств перед кредиторами, на что разумно рассчитывал Банк при вступлении в правоотношения с должником.

По общему правилу, ординарным способом прекращения гражданско-правовых обязательств является их надлежащее исполнение (пункт 1 статьи 408 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При применении процедуры банкротства завершение расчетов с кредиторами влечет освобождение гражданина-банкрота от дальнейшего исполнения требований кредиторов, и, как следствие, от их последующих правопритязаний (пункт 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве), что позволяет такому гражданину выйти законным путем из создавшейся финансовой ситуации и вернуться к нормальной экономической жизни без долгов.

Такой подход к регулированию потребительского банкротства ставит основной его целью социальную реабилитацию гражданина.

Между тем, поскольку институт банкротства - это крайний, экстраординарный способ освобождения от долгов, так как в результате его применения могут в значительной степени ущемляться права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им, названная цель ориентирована исключительно на добросовестного гражданина, призвана к достижению компромисса между должником, обязанным и стремящимся исполнять свои обязательства, но испытывающим в этом объективные затруднения, и его кредиторами, а не способом необоснованного ухода от ответственности и прекращения долговых обязательств.

Реабилитационная цель института банкротства граждан должна защищаться механизмами, исключающими недобросовестное поведение граждан.

Предусмотренные Законом о банкротстве обстоятельства, препятствующие освобождению гражданина от дальнейшего исполнения обязательств (пункты 4, 5 статьи 213.28 Закона о банкротстве), все без исключения связаны с наличием в поведении должника той или иной формы недобросовестности.

В абзаце четвертом пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве предусмотрено, что освобождение гражданина от обязательств не допускается, в том числе, в случае, если доказано, что при исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно.

Руководствуясь изложенными правовыми нормами, учитывая приведенные обстоятельства, суд первой инстанции пришел к выводу, что при исполнении обязательства, на котором ООО «ПКО «ЭОС» основывало свое требование, должник действовал незаконно и недобросовестно, не обеспечив сохранность залогового имущества, повлекшее его утрату без уведомления залогодержателя, что является основанием для неприменения в отношении должника правил для освобождения должника от дальнейшего исполнения обязательств перед названным кредитором.

Таким образом, установленные обстоятельства утраты залогового имущества, в отсутствие компенсации его имущественных потерь, суд расценивает как недобросовестное поведение должника, приведшее к тому, что обязательства перед ООО «ПКО «ЭОС» не были погашены в полном объеме, что исключает применение в отношении должника нормы об освобождении от дальнейшего исполнения требований кредитора в этой части.

Суд апелляционной инстанции повторно рассмотрев дело, с учётом обстоятельств установленных в рамках настоящего спора, принимая во внимание доказательства имеющиеся в материалах настоящего спора, не находит оснований для отмены обжалуемого в части судебного акта, при этом считает необходимым отметить следующее.

В силу пункта 1 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) после завершения расчетов с кредиторами финансовый управляющий обязан представить в арбитражный суд отчет о результатах реализации имущества гражданина с приложением копий документов, подтверждающих продажу имущества гражданина и погашение требований кредиторов, а также реестр требований кредиторов с указанием размера погашенных требований кредиторов.

По итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества гражданина арбитражный суд выносит определение о завершении реализации имущества гражданина (пункт 2 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

В соответствии с положениями пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, заявленных в ходе процедур, применяемых в деле о банкротстве, за исключением требований, предусмотренных пунктами 4, 5 статьи 213.28 Закона о банкротстве.

В частности, освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если: вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство при условии, что такие правонарушения совершены в данном деле о банкротстве гражданина; гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина;

доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

Из приведенных норм права следует, что отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами (сокрытие своего имущества, воспрепятствование деятельности финансового управляющего и т.д.).

Как разъяснено в пунктах 45 и 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 N 45 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан" (далее - Постановление N 45), соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах. По общему правилу вопрос о наличии либо отсутствии обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, разрешается судом при вынесении определения о завершении реализации имущества должника.

Закрепленные в законодательстве о несостоятельности граждан положения о неосвобождении от обязательств недобросовестных должников направлены на исключение возможности получения должником несправедливых преимуществ и обеспечение тем самым защиты интересов кредиторов. Возможность применения правила об освобождении должника от исполнения обязательств зависит от его добросовестности.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", при наличии обоснованного заявления участвующего в деле лица о недобросовестном поведении должника либо при очевидном для суда отклонении действий должника от добросовестного поведения суд при рассмотрении дела исследует указанные обстоятельства и ставит на обсуждение вопрос о неприменении в отношении должника правил об освобождении от обязательств.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 23.01.2017 N 304-ЭС16-14541, суд вправе указать на неприменение правил об освобождении гражданина от исполнения долговых обязательств в ситуации, когда действительно будет установлено недобросовестное поведение должника. Этим достигается баланс между социально-реабилитационной целью потребительского банкротства и необходимостью защиты прав кредиторов.

Институт неосвобождения от исполнения обязательств является формой ответственности должника за неправомерное или недобросовестное поведение в отношениях с кредитором.

При этом законодательством о банкротстве допускается частичное освобождение должника от обязательств.

В силу пункта 1 статьи 343 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) если иное не предусмотрено законом или договором, залогодатель или залогодержатель в зависимости от того, у кого из них находится заложенное имущество обязан: не совершать действия, которые могут повлечь утрату заложенного имущества или уменьшение его стоимости, и принимать меры, необходимые для обеспечения сохранности заложенного имущества; принимать меры, необходимые для защиты заложенного имущества от посягательств и требований со стороны третьих лиц; немедленно уведомлять другую сторону о возникновении угрозы утраты или повреждения заложенного имущества, о притязаниях третьих лиц на это имущество, о нарушениях третьими лицами прав на это имущество.

Пункт 2 статьи 346 ГК РФ предусматривает, что залогодатель не вправе отчуждать предмет залога без согласия залогодержателя, если иное не предусмотрено законом или договором и не вытекает из существа залога.

Утрата залогового имущества, в отсутствие компенсации его имущественных потерь, расценивается как недобросовестное поведение должника, приведшее к тому, что обязательства

перед кредиторами не были погашены в полном объеме, что исключает применение в отношении должника нормы об освобождении от дальнейшего исполнения требований кредитора в этой части.

В рассматриваемом случае как следует из материалов настоящего дела, в обеспечение обязательств по кредиту должником было предоставлено в залог спорное транспортное средство. Однако должник не обеспечил сохранность предмета залога, распорядился им без согласия банка-залогодержателя и не привел каких-либо разумных обоснований своих действий. В связи с этим поведение должника, приведшее к невозможности для кредитора получить удовлетворение за счет стоимости заложенного имущества, правомерно признано судом недобросовестным.

Должником при рассмотрении дела в суде не были представлены доказательства того, что он уведомил ООО ПКО «ЭОС» о намерении передачи третьему лицу по тем или иным причинам залогового автомобиля.

При этом апелляционный суд отмечает, что принимая на себя обязательства залогодателя, должник, безусловно, был ознакомлен с ограничениями, установленными действующим законодательством, относительно возможности распоряжения залоговым имуществом.

Однако должник не исполнил обязательства по погашению кредитных обязательств, не передал залоговое имущество в конкурсную массу, не обеспечил сохранность залогового имущества (транспортного средства), мер по обращению в правоохранительные органы с целью поиска транспортного средства не предпринял. Сохранность предмета залога должником не обеспечивалась, напротив должником совершены действия, направленные на передачу залогового автомобиля в пользование третьему лицу.

Документальных доказательств обратного материалы дела не содержат (ст.ст. 9, 65 АПК РФ).

Право ООО ПКО «ЭОС» как залогодержателя, наличие и состояние заложенного имущества, не создают для должника правовой основы для отчуждения имущества, являющегося предметом залога, без согласия залогодержателя, в ином случае залог утрачивает функцию гарантирования исполнения обязательств перед кредиторами, на что разумно рассчитывал залогодержатель при вступлении в правоотношения с должником.

По общему правилу, ординарным способом прекращения гражданско-правовых обязательств является их надлежащее исполнение (пункт 1 статьи 408 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При применении процедуры банкротства завершение расчетов с кредиторами влечет освобождение гражданина-банкрота от дальнейшего исполнения требований кредиторов, и, как следствие, от их последующих правопритязаний (пункт 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве), что позволяет такому гражданину выйти законным путем из создавшейся финансовой ситуации и вернуться к нормальной экономической жизни без долгов.

Такой подход к регулированию потребительского банкротства ставит основной его целью социальную реабилитацию гражданина.

Между тем, поскольку институт банкротства - это крайний, экстраординарный способ освобождения от долгов, так как в результате его применения могут в значительной степени ущемляться права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им, названная цель ориентирована исключительно на добросовестного гражданина, призвана к достижению компромисса между должником, обязанным и стремящимся исполнять свои обязательства, но испытывающим в этом объективные затруднения, и его кредиторами, а не способом необоснованного ухода от ответственности и прекращения долговых обязательств.

Реабилитационная цель института банкротства граждан должна защищаться механизмами, исключающими недобросовестное поведение граждан.

Само завершение процедуры реализации имущества должника не сводится к автоматическому освобождению должника от обязательств перед его кредиторами.

В рассматриваемом случае, должник не обеспечил сохранность предмета залога и, передавая залоговое имущество в пользование третьему лицу без согласия залогодержателя, не могла не осознавать противоправность своих действий, совершенных в нарушение порядка, установленного положениями пункта 2 статьи 346 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Действия, совершенные должником, противоречат принципам осуществления гражданских

прав и исполнения гражданских обязанностей, являются очевидным отклонением от добросовестного поведения.

При этом ФИО2 не привела разумных обоснований, оправдывающих такое действие.

Сведений об исключительных жизненных обстоятельствах, при которых должник был вынужден совершить передачу предмета залога третьему лицу без согласия залогодержателя, должником также не приведено.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу, что должник не обеспечил надлежащую сохранность залогового имущества для целей наличия возможности реализовать для погашения требования залогового кредитора и оценил данные, как недобросовестные в связи с чем, к должнику не могли быть применены права об освобождении от обязательств перед кредитором ООО ПКО «ЭОС».

Выводы суда первой инстанции в обжалуемой части согласуются с разъяснениями, изложенными в пункте 63 «Обзора судебной практики по делам о банкротстве граждан» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 18.06.2025).

Оценив представленные доказательств по правилам статьи 71 АПК РФ, учитывая правовые позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенные в Обзоре, апелляционный суд приходит к выводу, что при исполнении обязательства, на котором залоговый кредитор основывал свое требование, должник действовал незаконно и недобросовестно, произведя передачу третьему лицу заложенного имущества без согласия залогодержателя, не погасив обязательства перед залоговым кредитором в связи с утратой/выбытием предмета залога в связи с чем, кредитор был лишен возможности получения удовлетворения своих требований в порядке и размере, установленном Законом о банкротстве, в том числе за счет предмета залога.

Принимая во внимание изложенное, апелляционный суд приходит к выводу, что в рассматриваемом случае освобождение должника от обязательств перед залоговым кредитором создает условия для получения должником не вытекающей из закона выгоды за счет его освобождения от обязательств перед кредиторами, что является недопустимым в связи с чем, суд первой инстанции правомерно не применил в отношении должника правила об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств перед названным кредитором.

Разрешая настоящий спор, суд действовал в рамках предоставленных ему полномочий и оценил обстоятельства по внутреннему убеждению, что соответствует положениям статьи 71 АПК РФ.

Ключевой характеристикой требования залогодержателя является то, что он имеет безусловное право в рамках дела о банкротстве получить удовлетворение от ценности заложенного имущества приоритетно перед остальными (в том числе текущими) кредиторами.

Как установил суд, в рассматриваемом случае, должник не обеспечил сохранность предмета залога и, передавая залоговое имущество в пользование третьему лицу без согласия залогодержателя, не мог не осознавать противоправность своих действий, совершенных в нарушение порядка, установленного положениями пункта 2 статьи 346 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

Действия, совершенные должником, противоречат принципам осуществления гражданских прав и исполнения гражданских обязанностей, являются очевидным отклонением от добросовестного поведения.

При этом должница не привела разумных обоснований, оправдывающих такое действие.

При таких обстоятельствах, посчитав недобросовестным поведение должника, выразившееся в отчуждении предмета залога без согласия залогодержателя, совершенного в нарушение ограничения, установленного пунктом 2 статьи 346 ГК РФ, в результате чего кредитор лишился возможности получить удовлетворение своих требований к должнику за счет заложенного имущества, при этом должник компенсацию его имущественных потерь не произвел, суд правомерно посчитал, что основания для освобождения должника от дальнейшего исполнения обязательств перед залоговым кредитором в данном случае отсутствуют.

Учитывая изложенное, доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, основаны на неверном толковании норм права, регулирующие спорные правоотношения сторон, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на

обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции в связи с чем, признаются апелляционным судом несостоятельными и не могут служить основанием для отмены оспариваемого судебного акта.

Несогласие заявителя с оценкой, установленных по делу обстоятельств не может являться основанием для отмены судебного акта.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора в данном конкретном случае исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены верно, выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, арбитражным апелляционным судом не установлено.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта обжалуемого по приведенным доводам жалобы и удовлетворения апелляционной жалобы, не имеется.

Руководствуясь статьями 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 23 июля 2025 года по делу № А65-1443/2024 - в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его вынесения, через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий А.В. Машьянова

Судьи Д.К. Гольдштейн

Я.А. Львов