Постановление от 27 января 2020 г. по делу № А40-248122/2018

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной Сторожки, 12

адрес электронной почты: info@mail.9aac.ru

адрес веб-сайта: http://www.9aas.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 09АП-64506/2019

Дело № А40-248122/18
г. Москва
27 января 2020 года
Резолютивная часть постановления объявлена 23 января 2020 года

Полный текст постановления изготовлен 27 января 2020 года

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи В.С. Гарипова,

судей В.В. Лапшиной, Р.Г. Нагаева,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу

ОАО по ремонту и эксплуатации жилых и нежилых помещений «АРЕМЭКС»

на решение Арбитражного суда г.Москвы от 28.08.2019 года

по делу № А40-248122/18, принятое судьей В.Г. Дружининой,

об отказе в удовлетворении искового заявления Открытого акционерного общества по ремонту и эксплуатации жилых и нежилых помещений «АРЕМЭКС»

к ФИО2, ООО «Аргус», ФИО3, ФИО4, ООО «Комфорт Плюс»

о привлечении солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Глобал Недвижимость» путем взыскания 6 530 192 руб. 53 коп.

при участии в судебном заседании:

от ОАО по ремонту и эксплуатации жилых и нежилых помещений «АРЕМЭКС» - ФИО5 по дов. от 16.01.2020, ФИО6 по дов. от 30.05.2019,

от ФИО2 - ФИО7 по дов. от 06.12.2018,

от ООО «Комфорт Плюс» - ФИО8 по дов. от 21.05.2019,

Иные лица не явились, извещены

УСТАНОВИЛ:

Открытое акционерное общество по ремонту и эксплуатации жилых и нежилых помещений «АРЕМЭКС» обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с исковым заявлением к ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица путем взыскания 6 530 192 руб. 53 коп.

Определением суда от 15.04.2019 к участию в деле в качестве соответчиков привлечены Общество с ограниченной ответственностью «КОМФОРТ ПЛЮС», Общество с ограниченной ответственностью «АРГУС», ФИО3, ФИО4.

Ответчик ФИО3, третьи лица: ООО «Глобал Недвижимость», ООО «Татарстанский аграрно-промышленный банк», ИФНС России № 19 по городу Москве в судебное заседание не явились.

Арбитражный суд города Москвы, руководствуясь ст.ст. 2, 9, 32, 61.10-61.12, 61.14, 61.16, 61.19 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», ст.ст. 10, 15, 53, 56 Гражданского кодекса Российской Федерации, решением от 28.08.2019 года отказал в удовлетворении исковых требований.

Не согласившись с принятым решением, ОАО по ремонту и эксплуатации жилых и нежилых помещений «АРЕМЭКС» подало апелляционную жалобу, в которой просит его отменить и привлечь ФИО2, ООО «Аргус», ФИО3, ФИО4., ООО «Комфорт Плюс» солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Глобал Недвижимость» на основании подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве; Взыскать с ФИО2., ООО «Аргус», ФИО3, ФИО4. и ООО «Комфорт Плюс» солидарно в пользу Истца:

6 530 192 руб. 53 коп. в порядке субсидиарной ответственности по долгам ООО «Глобал Недвижимость»;

55 651 руб. судебных расходов по оплате государственной пошлины.

В обоснование своей позиции ОАО по ремонту и эксплуатации жилых и нежилых помещений «АРЕМЭКС» указывает, что пороки и противоречия первичной документации являются основанием для признания материалов, представленных соответчиками, ненадлежащими доказательствами по основанию их недостоверности.

27.09.2019 г. Истец получил новые материалы, которые являются безусловным доказательством фальсификации ФИО2, ФИО3 и ООО «Аргус» Договора аренды №АГ-1, а также приложений к ним. Документы получены от арбитражного управляющего Домино И.Н., который осуществлял полномочия временного управляющего Должника в период 06.03.2018 г. по 05.09.2018 г.

Заверенная копия Приложения № 3, полученная от Домино И.Н., содержит три пункта, а не пять пунктов. Отсутствует условие о необходимости проведения арендатором капитального ремонта. Отсутствует условие о предоставлении «арендных каникул» и льготной ставки арендной платы. Подпись ФИО9 отличается от подписи, проставленной в копии Приложения № 3, содержащейся в материалах дела.

1) ФИО2, действуя от имени Должника, перевел денежные средства в размере 9 781 373 (девять миллионов семьсот восемьдесят одна тысяча триста семьдесят три) руб. в адрес трех ликвидированных в настоящее время организаций;

2) ФИО2 не приведены надлежащие доказательства возмездности выбытия денежных средств Должника;

3) после вывода активов Должника группа лиц осуществила перераспределение денежных потоков, центром которых стало ООО «Комфорт Плюс», которое в настоящий момент является арендатором спорных помещений и получает доход от их использования;

4) Пособничество в сокрытии вывода активов ФИО2 осуществили аффилированные с ним соответчики ФИО3, ФИО4, ООО «Аргус» и «ООО Комфорт Плюс»;

5) Соответчики действовали согласованно и скоординированно для достижения общей цели - сокрытия противоправного поведения ФИО2;

6) ФИО2 при помощи ФИО3 и ООО «Аргус» сфальсифицировал Приложение № 3 к Договору аренды №АГ-1;

7) ФИО2 должен быть привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам Должникам за осуществление вывода актива в размере 9 781 373 (девять миллионов семьсот восемьдесят одна тысяча триста семьдесят три) руб. как исполнитель;

8) ФИО3, ФИО4, ООО «Аргус» и ООО «Комфорт Плюс» должны быть привлечены к субсидиарной ответственности солидарно с ФИО2 как пособники и возможные выгодоприобретатели от осуществленного выбытия актива Должника и последующего причинения вреда имущественным правам кредиторов.

В судебном заседании Девятого арбитражного апелляционного суда представитель заявителя апелляционной жалобы поддержал ее доводы и требования, представители ФИО2, ООО «Комфорт Плюс» возражали против ее удовлетворения.

Законность и обоснованность принятого решения проверены по доводам жалобы в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ.

Суд апелляционной инстанции, изучив материалы дела, исследовав и оценив имеющиеся в материалах дела доказательства, проверив доводы апелляционной жалобы, заслушав представителей участвующих в деле лиц, считает, что оснований для отмены решения Арбитражного суда города Москвы не имеется.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, истец обратился с требованием о привлечении ФИО2 (как руководителя должника – подп. 1 п. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве), а также ООО «КОМФОРТ ПЛЮС», ООО «АРГУС», ФИО3, ФИО4 (как лиц, извлекших выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 ГК РФ – подп. 3 п. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве) к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Глобал Недвижимость», взыскании с них денежных средств в размере 6 530 192 руб. 53 коп. в связи с невозможностью погашения требований кредиторов должника ООО «Глобал Недвижимость».

Из материалов дела следует, что определением Арбитражного суда города Москвы от 05.09.2018 прекращено производство по делу №А40-248955/17-74-399 Б по заявлению ОАО по ремонту и эксплуатации жилых и нежилых помещений «Аремэкс» о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Глобал Недвижимость» на основании абзаца 8 пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве.

Следовательно, истец обладает правом на обращение с заявлением о привлечении контролирующих должника ООО «Глобал Недвижимость» лиц к субсидиарной ответственности на основании п. 3 ст. 61.14 Закона о банкротстве.

Из рассматриваемого искового заявления ОАО по ремонту и эксплуатации жилых и нежилых помещений «Аремэкс» следует, что основанием для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности послужило то, что им:

-причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения от имени должника - ООО «Глобал Недвижимость» вредоносных сделок (подп. 1 п.2 ст. 61.11 Закона о банкротстве);

-не передана в полном объеме документация в отношении должника - ООО «Глобал Недвижимость» временному управляющему, а также искажена бухгалтерская отчетность должника (подп. 2, 4 п.2 ст. 61.11 Закона о банкротстве);

-не исполнена обязанность по подаче в арбитражный суд заявления о признании ООО «Глобал Недвижимость» несостоятельным (банкротом) (п.1 ст. 9 и п.1 ст. 61.12 Закона о банкротстве).

В свою очередь, в качестве обоснования необходимости привлечения к субсидиарной ответственности ООО «КОМФОРТ ПЛЮС», ООО «АРГУС», ФИО3, ФИО4 истец указывает, что данные лица являются выгодоприобретателями по вредоносным сделкам с должником, в пользу которых безвозмездно было отчуждено имущество ООО «Глобал Недвижимость».

По первому доводу искового заявления судом первой инстанции установлено следующее.

Истец ссылается на причинение существенного вреда имущественным правам кредиторов в результате действий и (или) бездействия ответчиков.

Так, по мнению истца, по заключенным ООО «Глобал Недвижимость» в период с 07.04.2014 по 11.05.2015 договорам подряда на выполнение ремонтных работ осуществлено выбытие в пользу ООО «КОМФОРТ ПЛЮС» (руководитель ФИО4), ООО «АРГУС» (руководитель ФИО3) имущества должника без получения какого-либо встречного предоставления должнику.

Взаимосвязь и заинтересованность указанных лиц истец подтверждает сведениями из ЕГРЮЛ (выпиской из системы Контур.Фокус), согласно которым ФИО2, ФИО4 и ФИО3 одновременно являлись учредителями и руководителями в нескольких компаниях.

Указанные обстоятельства, по мнению истца, свидетельствуют о наличии у ООО «КОМФОРТ ПЛЮС», ООО «АРГУС», ФИО3, ФИО4 статуса контролирующих должника лиц и являются основанием для привлечения их к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Глобал Недвижимость».

Принимая судебный акт, суд первой инстанции исходил из следующего.

Как следует из материалов дела, ООО «Глобал Недвижимость» (Арендатор) в период с 01.08.2014 по 30.06.2015 заключило договор аренды №АГ-1 с ООО «Аргус» (Арендодатель). По условиям договора Арендодатель передал Арендатору недвижимое имущество, в том числе строения 1, 2 и 6, общей площадью 3 697,8 (Три тысячи шестьсот девяносто семь целых восемь десятых) кв.м. а также сооружение в виде железнодорожного пути не общего пользования 278 м., расположенные по адресу: <...>.

При этом, цена аренды по переданному объекту была ниже рыночной. Причиной для установления такой цены являлось наличие необходимости ремонта данных объектов недвижимости и приведение их в надлежащий вид.

От эксплуатации вышеуказанных объектов недвижимого имущества ООО «Аргус» должником был получен доход в размере 21 435 943 рубля.

Так, по договорам субаренды за период с 01.08.2014 по 30.06.2015 ООО «Глобал Недвижимость» за счет имущества ООО «Аргус» получило доход - 13 133 573 рублей, а по договорам на предоставления койко-место для временного проживания за период с 01.08.2014 по 30.06.2015 ООО «Глобал Недвижимость» получило доход - 8 302 370,00 рублей.

Из изложенного судом первой инстанции сделан вывод, что фактически ремонтные работы выполнялись за счет определенного источника финансирования, а именно высвобождаемых средств вследствие применения сторонами пониженной арендной платы по вышеуказанным объектам недвижимого имущества, что соответствует обычаям делового оборота и свидетельствует о том, что какого-либо безвозмездного (неравноценного) выполнения работ не было.

Истцом в подтверждение своего довода о выводе активов ООО «Глобал Недвижимость» в пользу аффилированных лиц не представлено доказательств того, каким образом аффилированность по отношению к должнику ответчиков ООО «КОМФОРТ ПЛЮС» (руководитель ФИО4) и ООО «АРГУС» (руководитель ФИО3) послужила основанием наступления последствий, предусмотренных ст. 61.11 Закона о банкротстве.

Сама по себе аффилированность не означает подконтрольность обществу или деятельность во вред должнику. Указанные лица являются такими же контрагентами по сделкам с ООО «Глобал Недвижимость», как и истец.

По сути, доводы истца сводятся к несогласию с тем, как ответчик ФИО2 распоряжался денежными средствами ООО «Глобал Недвижимость», отдавая предпочтение расходам на текущую хозяйственную деятельность общества, а не на погашение задолженности перед истцом.

При этом, материалами дела не подтвержден довод искового заявления о преимущественном получении ООО «Глобал Недвижимость» дохода от использования помещений истца, а не ООО «АРГУС», соответственно, утверждение об отсутствии экономической целесообразности заключения договора аренды №АГ-1 с ООО «АРГУС» не принято судом первой инстанции в качестве единственно верного.

Надлежащих и допустимых доказательств наличия вины руководителя ООО «Глобал Недвижимость» ФИО2 в создании критической ситуации для общества истцом не представлено, равно как и не представлено доказательств того, что непосредственно в результате указанных им в исковом заявлении сделок общество утратило возможность осуществлять хозяйственную деятельность.

Хозяйственная деятельность как один из видов предпринимательской деятельности характеризуется высокой оборачиваемостью и ликвидностью активов, наличием большого числа контрагентов с различными условиями взаимоотношений и, как следствие, значительными объемами дебиторской и кредиторской задолженности.

Сделки ООО «Глобал Недвижимость» являлись обычной хозяйственной деятельностью компании, не выходили за пределы обычного делового риска и не были направлены на нарушение прав и законных интересов гражданско-правового сообщества.

В данном случае, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что истцом не доказана совокупность всех требуемых законом условий для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по данному основанию.

По второму доводу искового заявления судом первой инстанции установлено следующее.

В обоснование указанного довода истец ссылается на непередачу ФИО2 в полном объеме документации в отношении должника - ООО «Глобал Недвижимость» временному управляющему, а также искажение бухгалтерской отчетности общества.

При этом истец оперирует данными бухгалтерской отчетности ООО «Глобал Недвижимость» за 2016 год, согласно которой в составе активов должника числились финансовые и другие оборотные активы (краткосрочная дебиторская задолженность) в размере 14 054 000,00 руб.

Согласно выводам анализа финансового состояния ООО «Глобал Недвижимость», расхождение между данными в размере дебиторской задолженности, которые представлены в бухгалтерском балансе, и документами, направленными временному управляющему, составляет 13 825 900,00 руб.

Таким образом, по мнению истца, ответчик не подтвердил наличие дебиторской задолженности на сумму 13 825 900,00 руб. в составе активов должника ООО «Глобал Недвижимость».

Ответственность руководителя должника возникает при неисполнении им обязанности по организации ведения и хранения бухгалтерской документации и отражении в бухгалтерской отчетности достоверной информации, непередачу данной документации арбитражному управляющему, что повлекло за собой невозможность формирования арбитражным управляющим конкурсной массы или ее формирование не в полном объеме и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов.

Вместе с тем, как указывает суд первой инстанции, заявленный истцом довод противоречит фактическим обстоятельствам дела.

В материалы дела ответчиком представлены акты приема-передачи, подтверждающие передачу документов руководителем ООО «Глобал Недвижимость» ФИО2 временному управляющему в рамках дела №А40-248955/17-74-399 Б о банкротстве ООО «Глобал Недвижимость».

Так, в акте приема-передачи документов ООО «Глобал Недвижимость» по запросу временного управляющего Домино И.Н. в п. 2 указано на передачу временному управляющему инвентарной книги, актов о приеме-передаче основных средств, датированных 2012-2014 годом, первичных документов, подтверждающих их приобретение и инвентарные корточки учета основных средств. Факт представления данных документов не отрицается в документах, подготовленных временным управляющим, в частности в финансовом анализе должника и иных заключениях.

Таким образом, имеющиеся в распоряжении руководителя должника документы были переданы временному управляющему, что свидетельствует о его сотрудничестве с временным управляющим в процедуре банкротства.

При этом суд первой инстанции отмечает, что в материалах дела отсутствуют доказательства того, что временный управляющий направлял какие-либо запросы в адрес ФИО2 с требованием представить дополнительные документы.

В данном случае, истцом не доказан факт затруднительности проведения процедур, применяемых в деле о банкротстве, с учетом переданного временному управляющему руководителем должника в рамках дела №А40-248955/17-74-399 Б объема документации, как и факт наличия в распоряжении ответчика иной документации должника.

Истец в обоснование своего заявления не приводит доводов о том, какие именно документы не были переданы и какую роль они могли сыграть в формировании конкурсной массы.

Материалами дела подтверждается, что временному управляющему были предоставлены соответствующие пояснения относительно дебиторской задолженности общества на сумму 13 825 900,00 руб., отраженной в составе активов ООО «Глобал Недвижимость».

В частности, в адрес заявленных контрагентов перечислялись авансы по заключенным с ними договорам.

Как установлено судом первой инстанции из представленного ФИО2 отзыва, сумма в размере 13 825 900,00 руб. отражалась бухгалтером предприятия формально, ввиду необходимости соблюдения требований ст. 9 Федерального закона от 06.12.2011 №402-ФЗ «О бухгалтерском учете». Между тем, само по себе несвоевременное отражение в учете операций по закрытию авансовых обязательств и прекращения договора аренды, с учетом предоставления временному управляющему всех документов, подтверждающих отсутствие прав требований по авансам и арендным платежам, свидетельствует об отсутствии искажений, которые существенно затрудняют проведение процедур банкротства.

Из указанного судом был сделан вывод, что соответствующие сведения в отношении дебиторской задолженности ООО «Глобал Недвижимость» не скрывались руководителем должника, а наоборот были самостоятельно представлены временному управляющему.

Фактическое же отсутствие дебиторской задолженности общества не позволило бы ее реализовать в процедуре банкротства ООО «Глобал Недвижимость» и пополнить конкурсную массу.

Нежелание истца принимать указанный факт, в отсутствие в материалах дела доказательств обратного, не может вменяться ответчику в вину с учетом распределенного законодателем бремени доказывания (в т.ч. повышенного по отношению к ответчику).

При указанных обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии предусмотренных законом в этой части оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности, ввиду как отсутствия объективной стороны в виде бездействия, так и субъективной в виде умышленных действий по сокрытию документов и сведений в отношении подконтрольного ему общества.

Более того, суд первой инстанции отмечает, что недостаточность сформированной конкурсной массы для расчетов с кредиторами не является доказательством виновных действий либо допущенного бездействия руководителя должника.

В связи с этим, указанный довод искового заявления признан судом первой инстанции необоснованным.

По третьему доводу искового заявления судом первой инстанции установлено следующее.

В обоснование данного довода заявления истец указывает, что у ответчика ФИО2 как у добросовестного руководителя существовала обязанность обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Глобал Недвижимость» уже по состоянию на 01.01.2015; месячный срок был пропущен 01.02.2015.

При этом истец при определении даты возникновения признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества должника - ООО «Глобал Недвижимость» руководствуется исключительно данными анализа финансового состояния общества, выполненного временным управляющим Домино И.Н. в процедуре наблюдения в рамках дела №А40-248955/17-74-399 Б о банкротстве ООО «Глобал Недвижимость».

Истец утверждает, что руководитель ООО «Глобал Недвижимость» ФИО2 должен был обратиться в суд с заявлением о признании общества банкротом не позднее 01.02.2015, т.е. спустя месяц после появления признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества у ООО «Глобал Недвижимость», поскольку согласно анализу финансового состояния должника, выполненного временным управляющим Домино И.Н. в процедуре наблюдения в рамках дела №А40-248955/17-74-399 Б о банкротстве ООО «Глобал Недвижимость» по состоянию на 01.01.2015 общество имело следующую совокупность обстоятельств:

-неплатежеспособность;

-финансовая неустойчивость;

-зависимость от сторонних кредиторов;

-невозможность отвечать по своим обязательствам в установленные законом и договорами сроки;

-малорентабельное использование активов;

-крайне низкий уровень доходности хозяйственной деятельности.

Вместе с тем, суд первой инстанции отмечает, что сам по себе низкий уровень показателей финансового состояния организации в отсутствие кредиторов не свидетельствует о наличии признаков неплатежеспособности, которая определяется как прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств (ст. 2 Закона о банкротстве).

В данном случае, истец, определяя дату не позднее которой руководитель ООО «Глобал Недвижимость» должен был обратиться в суд с заявлением о банкротстве, не представляет доказательств наличия на указанную дату у общества кредиторов по неисполненным им обязательствам, ввиду недостаточности денежных средств.

При этом истцом не оспаривается, что он являлся единственным кредитором должника, чьи требования были установлены судом; должник в период после 1 января 2015 года и по 15 мая 2015 года полностью исполнял денежные обязательства перед всеми кредиторами и не имеет неисполненных обязательств, в том числе и перед истцом, о чем свидетельствует само требование истца, где задолженность за май 2015 года являлась частичной в сумме 1 431 489, 20 рублей, за июнь – 2 341 940 руб. и за июль – 2 341 940 руб.

Данные обстоятельства свидетельствуют о том, что до 15 мая 2015 года признаков объективного банкротства, как и признаков банкротства, установленных п. 2 ст. 3 Закона о банкротстве – юридических признаков, у ООО «Глобал Недвижимость» не имелось, соответственно, обязанности по даче заявления о банкротстве у руководителя ФИО2 в указанную истцом дату не возникло.

Следовательно, вопреки утверждениям истца, совокупность таких обстоятельств как финансовая неустойчивость, зависимость от сторонних кредиторов, малорентабельное использование активов, низкий уровень доходности хозяйственной деятельности – в отсутствие кредиторов не возлагает на руководителя обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве предприятия.

Кроме того, суд первой инстанции отмечает, что неплатежеспособность не является тождественным понятием неоплаты конкретного долга отдельному кредитору.

При этом суд также отмечает, что наличие кредиторской задолженности в определенный момент само по себе не может являться свидетельством невозможности организации исполнить свои обязательства, и, соответственно, не порождает у обязанных лиц обязанности по принятию решения и подаче заявления должника о признании его банкротом. Равно как и факт подачи исков к должнику сам по себе не свидетельствует о неплатежеспособности последнего либо о недостаточности у него имущества.

Факт наличия кредиторской задолженности не отнесен Законом о банкротстве к обстоятельствам, из которых возникает обязанность руководителя обратиться в Арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом. Сам по себе момент возникновения признаков неплатежеспособности хозяйствующего субъекта может не совпадать с моментом его фактической несостоятельности.

По общему правилу недостаточность имущества определяется по бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату, предшествующую совершению сделки и/или иного действия.

Как следует из искового заявления, выводы истца о наличии у ООО «Глобал Недвижимость» по состоянию на 01.01.2015 признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества основывается на вышеуказанном финансовом анализе общества, в котором временным управляющим анализировался период с 2015 по 2017 год.

Между тем, суд первой инстанции полагает, что в данном случае выводы о неплатежеспособности общества могли быть построены на соответствующих коэффициентах и их анализе за период 2013-2014 годов.

Из представленного в материалы дела финансового анализа ООО «Глобал Недвижимость» следует, что арбитражным управляющим финансовая отчетность и деятельность общества за период до 1 января 2015 года не анализировалась.

Следовательно, сделать вывод о том, что по состоянию на 1 января 2015 года ООО «Глобал Недвижимость» обладало признаками неплатежеспособности и недостаточности имущества арбитражный управляющий не мог, с учетом того, что первая просрочка платежа имела место не ранее 10 мая 2015 года, т.е., спустя пять месяцев с момента якобы возникновения неплатежеспособности и недостаточности имущества.

Осуществление ООО «Глобал Недвижимость» хозяйственной деятельности в указанный период также опровергает довод о наличии данных признаков у ООО «Глобал Недвижимость» на 01.01.2015.

В данном случае, истцом не представлены надлежащие доказательства в обоснование своих доводов, а именно с какого момента ООО «Глобал Недвижимость» начало отвечать признакам неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества.

Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче заявления должника в арбитражный суд, должны объективно отражать наступление критического для общества финансового состояния, создающего угрозу нарушений прав и законных интересов других лиц.

Между тем, представленные истцом в обоснование своего заявления доказательства не позволяют однозначно определить дату возникновения у руководителя ООО «Глобал Недвижимость» ФИО2 обязанности подать заявление о банкротстве общества.

При этом суд первой инстанции отмечает, что анализ финансового состояния ООО «Глобал Недвижимость» в силу положений ч. 2 ст. 64 АПК РФ является одним из доказательств по делу, предпочтение которому судом отдано быть не может.

В силу частей 4, 5 статьи 71 АПК РФ каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. При этом ни одно из доказательств, не имеет для арбитражного суда заранее установленной силы - все они оцениваются судом, по существу, в их совокупности.

Таким образом, изложенные в анализе финансового состояния ООО «Глобал Недвижимость» сведения не приняты судом первой инстанции в качестве преюдициальных, поскольку подлежат оценке наряду с другими доказательствами.

Как отмечает сам истец, у ООО «Глобал Недвижимость» имелись денежные средства для погашения задолженности перед всеми кредиторами третьей очереди, в т.ч. перед истцом, что свидетельствует о противоречивости позиции истца.

Направление имеющихся в распоряжении ООО «Глобал Недвижимость» денежных средств на иные цели, а не на погашение задолженности перед истцом, не говорит о недобросовестном поведении со стороны руководства общества. В данном случае, приоритетное значение отдавалось поддержанию хозяйственной деятельности общества в расчете на последующее погашение задолженности перед истцом, что соответствует рисковому характеру предпринимательской деятельности.

В силу приведенных выше норм руководитель должника не может быть привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам общества только по тому основанию, что он является руководителем общества и имел право давать обязательные для общества указания либо иным образом имел возможность определять его действия.

При указанных обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к выводу, что надлежащих доказательств, подтверждающих, что 01.02.2015 является крайним сроком для обращения руководителя в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника, истцом не представлено, как и доказательств того, что на указанную дату ООО «Глобал Недвижимость» отвечало признакам неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Из содержания пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве следует, что доказыванию подлежит точная дата возникновения перечисленных в пункте 1 статьи 9 закона обстоятельств, точные даты возникновения у соответствующего лица обязанности подать заявление о банкротстве должника и истечение предусмотренного пунктом 3 статьи 9 Закона о банкротстве срока.

Отсутствие точных сведений о дате возникновения у ООО «Глобал Недвижимость» признака неплатежеспособности делает невозможным установление точной даты возникновения у контролирующего должника лица обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о банкротстве, а также установления неисполненных обязательств, возникших у должника после истечения срока обязанности для подачи заявления в суд и до даты возбуждения дела о банкротстве должника.

Согласно ст. 68 АПК РФ обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

При этом суд отмечает, что истец неверно трактует вновь возникшие обязательства (т.е. обязательства, возникшие после истечения срока, предусмотренного пунктами 2-4 статьи 9 Закона о банкротстве), чем пытается искусственно включить задолженность перед ним, возникшую в мае 2015, в размер субсидиарной ответственности ответчика ФИО2

Так, договор, в результате неисполнения обязательств по которому возникла спорная задолженность, был заключен сторонами 01.10.2014 (№НП-01/14), соответственно, задолженность по нему, возникшая с мая 2015 года, не является следствием принятия обществом на себя новых обязательств.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 9 Постановления №53, обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Пунктом 12 названного постановления разъяснено, что согласно абзацу второму пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве презюмируется наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника, ликвидационной комиссией заявления о банкротстве и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, обязательства перед которыми возникли в период просрочки подачи заявления о банкротстве.

Подобных обязательств судом не установлено.

Из материалов дела следует, что после возникновения в мае 2015 года задолженности перед истцом (т.е. и после указанной истцом даты возникновения соответствующей обязанности руководителя - 01.01.2015) общество осуществляло хозяйственную деятельность в целях преодоления убыточного состояния.

Как установлено судом первой инстанции, истцом не оспаривается и это следует из договора аренды недвижимого имущества № НП-01/13 от 18 октября 2013 года, что принятые в аренду помещения являлись жилыми (п. 1.1 договора) и были предназначены для временного проживания граждан гостиница/общежитие) (п. 1.2 договора).

Основным контингентом лиц, которые проживали в указанных помещениях, являлись граждане Беларуси, Узбекистана, Таджикистана и. т.д., что подтверждается регистрационными списками, направляемыми в УФМС России по району Восточное Измайлово.

Официальное средство массовой информации https://www.rbc.ru указывает ключевые обстоятельства, что:

-700-800 тыс. иностранных граждан официально трудится в столице на конец 2014 года;

-на 70% - падении притока мигрантов в январе Ромодановский рассказал в интервью телеканалу «Россия 24»;

-по словам главы ФМС России, сократилось число приезжих из всех стран Средней Азии, кроме Киргизии.

Таким образом, данная динамика повлияла на условия хозяйственной деятельности и ООО «Глобал Недвижимость», что прослеживается по снижению количества лиц, в отношении которых были представлены регистрационные списки в УФМС России по району Восточное Измайлово за период с 1 января 2015 года.

Следовательно, снижение экономической активности ООО «Глобал Недвижимость» было обусловлено не действиями руководителя общества, а указанными внешними факторами, которые находились вне объективно возможного контроля со стороны руководителя ФИО2

Вторым фактором, который безусловно повлиял на усиление снижения экономической активности общества, являются действия самого истца, который фактически расторг договор аренды с ООО «Глобал Недвижимость» в мае 2015 года.

В указанный период времени руководитель ООО «Глобал Недвижимость» осуществлял меры по поиску новых помещений для размещения гостиницы в расчете на продолжение хозяйственной деятельности. В частности, вел переговоры с ЗАО «НИИДАР-Недвижимость», но в конечном счете данное лицо не смогло представить помещения требуемых размеров.

Также были проведены предварительные переговоры и заключен предварительный договор (договор о намерениях № 1 от 16 августа 2015 года) с ООО «Дирекция по эксплуатации и управлению зданиями», согласно которому стороны должны были заключить договор аренды до 15 января 2016 года. 25 января 2016 года стало известно о том, что указанный договор в установленный срок не может быть заключен, о чем было сообщено письмом от 25 января 2016 года № 2П.

При этом, в указанный период времени ООО «Глобал Недвижимость» продолжало хозяйственную деятельность, но с меньшим масштабом.

При таких обстоятельствах, как отмечает ответчик, фактически объективный кризисный фактор, когда сложилось понимание того, что ООО «Глобал Недвижимость» не сможет погасить задолженность перед истцом, возник в январе 2016 года, а до этого времени руководитель ООО «Глобал Недвижимость» рассчитывал на продолжение хозяйственной деятельности общества.

Доказательств, опровергающих указанные доводы, в материалы дела не представлено. Несогласие истца с осуществляемым ответчиком планом само по себе не свидетельствует об обратном.

Иные приемы и способы ведения хозяйственной деятельности, отличные от указываемых истцом, не могут быть вменены ответчику в качестве вины, а также надлежащего доказательства, подтверждающего недобросовестность руководителя общества.

Следовательно, суд первой инстанции пришел к выводу, что истец не представил надлежащих доказательств, свидетельствующих о наличии совокупности обстоятельств, необходимых в силу норм ст. 9 и п. 1 ст. 61.12 Закона о банкротстве для привлечения руководителя к субсидиарной ответственности, в связи с чем, данный довод заявления отклонен.

Истцом не предоставлено надлежащих доказательств, подтверждающих виновность, противоправность и недобросовестность ФИО2, а также не доказана причинно-следственная связь между противоправным поведением и наступившими последствиями, вина причинителя вреда.

В данном случае субсидиарная ответственность является экстраординарным механизмом защиты нарушенных прав кредиторов, то есть исключением из принципа ограниченной ответственности участников и правила о защите делового решения менеджеров, поэтому по названной категории дел не может быть применен стандарт доказывания, применяемый в рядовых гражданско-правовых спорах. В частности, не любое подтвержденное косвенными доказательствами сомнение в отсутствии контроля должно толковаться против ответчика, такие сомнения должны быть достаточно серьезными, то есть ясно и убедительно с помощью согласующихся между собой косвенных доказательств подтверждать факт возможности давать прямо либо опосредованно обязательные для исполнения должником указания.

Доказательства наличия у ответчика умысла, направленного на причинение вреда должнику и его кредиторам, материалы дела не содержат.

При этом представление ответчиком доказательств, не отвечающих интересам истца, не свидетельствует о недобросовестном осуществлении ответчиком процессуальных прав и не может являться основанием для не принятия их судом, который осуществляет оценку представленных доказательств в их совокупности.

Из совокупности представленных ответчиком в материалы дела доказательств судом первой инстанции установлено, что в период возникновения задолженности, на которую ссылается истец в обоснование своей позиции, подконтрольное ему общество осуществляло хозяйственную деятельность, связанную с извлечением прибыли; ответчиком предпринимались необходимые меры для сохранения деятельности ООО «Глобал Недвижимость».

Так, истцом не учтено наличие действующих и выполняемых в указанный период договоров, по результатам выполнения которых планировалось получение сумм, достаточных для погашения задолженности и сохранения организации.

В отмеченный период решение о ликвидации ООО «Глобал Недвижимость» не принималось; руководитель общества не скрывался, принимал участие в процедуре наблюдения (дело №А40-248955/17-74-399 Б), введенной в отношении общества; участие в настоящем деле.

Учитывая установленные по делу фактические обстоятельства, принимая во внимание, что ФИО2 предпринимались меры по предотвращению банкротства компании, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для утверждения о наличии злонамеренных, недобросовестных действий указанного лица по уклонению от погашения задолженности перед истцом.

Таким образом, в рассматриваемом случае отсутствует причинно-следственная связь между действиями ответчика по доведению организации до банкротства (поскольку действия были направлены на сохранение организации, и сложившаяся ситуация вызвана факторами, неподконтрольными генеральному директору), а также вина и умысел способствующий своими действиями доведению банкротства.

Исходя из представленных доказательств, установленных по делу обстоятельств, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Глобал Недвижимость» ответчиков ФИО2, ООО «КОМФОРТ ПЛЮС», ООО «АРГУС», ФИО3, ФИО4.

Суд апелляционной инстанции не находит оснований для переоценки выводов суда первой инстанции и для отмены определения суда по доводам апелляционной жалобы, которые были предметом рассмотрения суда первой инстанции и мотивированно им отклонены.

Заявителем апелляционной жалобы в нарушение положений ст.ст. 9, 41, 65, 257, 268 АПК РФ заявлены новые доводы и представлены новые доказательства, которые им не были заявлены и представлены в суде первой инстанции, в связи с чем, с учетом возражений ответчиков, они не могут быть приняты и рассмотрены судом в качестве оснований для отмены решения.

Истец ссылается на передачу ему новых доказательств конкурсным управляющим. Однако это не является уважительной причиной непредставления доказательств участниками спора, в том числе самим конкурсным управляющим, в суд первой инстанции.

В апелляционной жалобе истец ссылается на основания возникновения субсидиарной ответственности, предусмотренные ст. 61.11 Закона о банкротстве, и указывает на то, что рядом сделок был причинен существенный вред кредиторам, в частности истцу.

Так истец указывает, что действиями ФИО2 причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Истец указывает на то, что Должником и третьими лицами были заключены договоры подряда, в частности № 2014-01/3 от 07.04.2014 года с ООО «МетКомплекс», договор подряда № 01/08-2014 от 01.08.2014 года с ООО «Максимус», договор подряда на ремонт кровли № 21 от 11 мая 2015 года с ООО «Прайм Сервис».

При этом договор подряда № 2014-01/3 от 07.04.2014 года с ООО «МетКомплекс» и договор подряда № 01/08-2014 от 01.08.2014 года с ООО «Максимус» заключались и исполнялись в 2014 году.

Арбитражным управляющим ООО «Глобал Недвижимость» был проведен анализ финансовой деятельности Должника и определены соответствующие коэффициенты и сделан фактический вывод о платежеспособности Должника непосредственно в 2015 году, на что прямо указывает основной показатель текущей ликвидности.

Судом первой инстанции установлено, что у должника отсутствовали какие-либо признаки неплатежеспособности вплоть до даты возникновения первой задолженности перед истцом, то есть до 15 мая 2015 года.

Таким образом, договоры подряда № 2014-01/3 от 07.04.2014 года с ООО «МетКомплекс» и договор подряда № 01/08-2014 от 01.08.2014 года заключались в 2014 году, а следовательно отсутствует какая-либо прямая причинно-следственная связь между заключенными сделками и неисполнением конкретного денежного обязательства перед Истцом, возникшего в мае 2015 года.

Истцом также не представлено доказательств того, что договор подряда на ремонт кровли № 21 от 11 мая 2015 года с ООО «Прайм Сервис» повлек неисполнение соответствующего обязательства, с учетом того, что договорная стоимость по таким работам составила всего 830 000 рублей.

Истец не профинансировал процедуры банкротства должника, указанные сделки не оспаривались и недействительными признаны не были.

Вывод суда первой инстанции о том, что ФИО2 в качестве руководителя должника не совершал сделок, которые по своему характеру бы привели и/или могли привести к объективному банкротству должника, является обоснованным, доказательств обратного не представлено, как и не представлено наличие причинно-следственной связи, с учетом того, что объективного банкротства должника, как установлено судом первой инстанции, вплоть до мая 2015 года не имелось.

Судом первой инстанции обоснован вывод о том, что снижение экономической активности должника было обусловлено не действиями руководителя, а внешними факторами, которые находились вне его контроля. Объективный кризисный фактор экономической деятельности Должника случился не в следствии действий и бездействий руководителя должника, а вследствие снижения потока мигрантов, которым предоставлялись койко-места в гостиницах. Общество продолжало хозяйственную деятельность, но с меньшим масштабом. При этом руководитель должника принимал объективные меры по восстановлению деятельности.

Таким образом, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены решения суда, в связи с чем апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 176, 266-269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда г. Москвы от 28.08.2019 года по делу № А40-248122/18 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ОАО по ремонту и эксплуатации жилых и нежилых помещений «АРЕМЭКС» – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.

Председательствующий судьяВ.С. Гарипов

Судьи:Р.Г. Нагаев

В.В. Лапшина

Телефон справочной службы суда – 8 (495) 987-28-00.