Решение от 3 ноября 2020 г. по делу № А78-6040/2018

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ЗАБАЙКАЛЬСКОГО КРАЯ

672002 г.Чита, ул. Выставочная, 6

http://www.chita.arbitr.ru; е-mail: info@chita.arbitr.ru

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


РЕШЕНИЕ

Дело №А78-6040/2018
г.Чита
03 ноября 2020 года
Резолютивная часть решения объявлена 28 октября 2020 года

Решение изготовлено в полном объёме 03 ноября 2020 года

Арбитражный суд Забайкальского края в составе судьи И.В. Леонтьева

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1

рассмотрел в открытом судебном заседании дело по иску

ФИО2 к обществу с ограниченной ответственностью "Гермес" о взыскании стоимости доли бывшего участника общества 2 320 258,93 руб. основного долга, 339 123,32 руб., процентов за пользование чужими денежными средствами, при участии в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора - Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы №1 по Забайкальскому краю, ФИО3.

при участии в судебном заседании:

от истца - ФИО4, представителя по доверенности от 08.05.2018 года;от ответчика - представитель не явился;

от третьего лица 1 - представитель не явился;

от третьего лица 2 - представитель не явился.

ФИО2 обратилась с иском к Обществу с ограниченной ответственностью "Гермес" о взыскании стоимости доли бывшего участника общества 810057 руб. основного долга, 20750,77 руб., процентов за пользование чужими денежными средствами.

В судебном заседании представитель истца требования поддержала.

Ответчик явку представителей в суд не обеспечил, извещен надлежащим образом.

В отзывах ответчик высказал возражения относительно даты выхода участника из общества и относительно выводов эксперта. Ответчик не согласен с суммой установленной экспертным заключением. Также ответчик указал, что истец ошибочно определил размер доли как 61%. В связи с тем, что сделка по отчуждению доли от ФИО5 к ФИО2 является недействительной следовательно стоимость доли Нестеровой составляет 14.28 %. Ответчик представил контр-расчет исходя из доли 14,28 %.

Между сторонами имеется спор относительно стоимости доли Нестеровой Н.Э на период предшествующий выходу участника из общества.

Стороны согласовали, что оценку активов общества следует производить по состоянию на конец 2017 г.

Истец просит провести оценку активов исходя из рыночной стоимости имеющегося на конец 2017 г. имущества ООО «Гермес». Ответчик считает, что оценку следует производить на основании бухгалтерского баланса за 2017 г.

Для определения стоимости доли суд назначил судебную экспертизу.

Суд на разрешение эксперта поставил вопрос: Определить размер действительной стоимости доли ФИО2 в обществе с ограниченной ответственностью «Гермес» с установлением рыночной стоимости активов по состоянию на конец 2017 г.

Эксперт дал ответ на поставленный вопрос. Стоимость доли составляет 2320258,93 руб.

Истец с учетом экспертизы уточнил исковые требования и просил взыскать с ответчика 2 320 258,93 руб. основного долга, 339 123,32 руб., процентов за пользование чужими денежными средствами.

Суд принял уточнение исковых требований.

Суд, изучив материалы дела, установил.

ФИО2 являлась участником общества с ограниченной ответственностью «Гермес».

5 декабря 2017 года ФИО2 подала заявление о выходе из состава участников общества с требованием осуществить ей выплату действительной стоимости доли в уставном капитале.

По истечению трех месяцев действительная стоимость ее доли не была определена и не выплачена обществом.

В процентном отношении размер доли ФИО2 на дату выхода из общества составляет 61,9048% уставного капитала.

В связи с неоплатой доли истец просит взыскать ее стоимость с ответчика.

В соответствии с пунктом 1 статьи 94 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктом 1 статьи 26 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее - Закон об обществах с ограниченной ответственностью) участник общества с ограниченной ответственностью вправе в любое время выйти из общества независимо от согласия других его участников, если это предусмотрено уставом общества.

При выходе участника общества с ограниченной ответственностью из общества ему должна быть выплачена действительная стоимость его доли в уставном капитале общества или выдано в натуре имущество, соответствующее такой стоимости, в порядке, способом и в сроки, которые предусмотрены законом об обществах с ограниченной ответственностью и уставом общества (пункт 2 статьи 94 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 6.1 статьи 23 Закона об обществах с ограниченной ответственностью в случае выхода участника общества из общества в соответствии со статьей 26 названного Закона его доля переходит к обществу. Общество обязано выплатить участнику общества, подавшему заявление о выходе из общества, действительную стоимость его доли в уставном капитале общества, определяемую на основании данных бухгалтерской отчетности общества за последний отчетный период, предшествующий дню подачи заявления о выходе из общества, или с согласия этого участника общества выдать ему в натуре имущество такой же стоимости либо в случае неполной оплаты им доли в уставном капитале общества действительную стоимость оплаченной части доли.

Общество обязано выплатить участнику общества действительную стоимость его доли или части доли в уставном капитале общества либо выдать ему в натуре имущество такой же стоимости в течение трех месяцев со дня возникновения соответствующей обязанности, если иной срок или порядок выплаты действительной стоимости доли или части доли не предусмотрен уставом общества.

Действительная стоимость доли участника общества соответствует части стоимости чистых активов общества, пропорциональной размеру его доли (пункт 2 статьи 14 Закон об обществах с ограниченной ответственностью).

Учитывая перечисленные нормы права, суд считает, что установлению подлежат: дата выхода участника из общества и стоимость активов за период предшествующий выходу участника из общества.

Изучив представленные документы, суд считает следующее.

Утверждение истца о том, что он вышел из общества 05.12.2017 года является ошибочным.

В силу п.2 ст.94 ГК РФ, ч.2 п.7 ст.23 закона «Об ООО» доля или часть доли переходит к обществу с даты получения обществом заявления участника общества о выходе из общества, если право на выход из общества участника предусмотрено уставом общества.

Как следует из п. 1 ст. 165.1 ГК РФ заявления, уведомления, извещения, требования или иные юридически значимые сообщения, с которыми закон или сделка связывает гражданско-правовые последствия для другого лица, влекут для этого лица такие последствия с момента доставки соответствующего сообщения ему или его представителю.

Бремя доказывания факта направления (осуществления) сообщения и его доставки адресату лежит на лице, направившем сообщение (п.67 Постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского Кодекса Российской Федерации»).

Из данных норм следует, что обязанность по выплате Истцу действительной стоимости доли возникает с момента получения ООО «Гермес» заявления о выходе из Общества.

Из материалов дела следует, что заявление о выходе Нестеровой Н.Э из ООО «Гермес» удостоверено нотариально 05 декабря 2017 года.

Вместе с тем, доказательства получения обществом указанного заявления 05 декабря 2017 г., с которой Истец связывает момент возникновения обязательства по оплате действительной стоимости доли, а также рассчитывает проценты за неисполнение обязательства, истцом не представлены.

Как следует из пояснений представителя Истца, заявление ФИО2 о ее выходе из ООО «Гермес» от 05.12.2017 г. получено в этот же день от имени ООО «Гермес» самой ФИО2, которая на тот момент являлась Генеральным директором общества (т.е. единоличным исполнительным органом общества - ст.40 ФЗ «Об ООО») (т. 2 л.д.143).

Однако суд полагает, что 05.12.2017 г. ФИО2 не являлась единоличным исполнительным органом общества.

В соответствии со ст. 273 ТК РФ руководитель организации - физическое лицо, которое в соответствии с настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, законами и иными нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации, нормативными правовыми актами органов местного самоуправления, учредительными документами юридического лица (организации) и локальными нормативными актами осуществляет руководство этой организацией, в том числе выполняет функции ее единоличного исполнительного органа.

В силу норм ст.278 ТК РФ трудовой договор с руководителем организации может быть расторгнут по общим основаниям, предусмотренным Трудовым Кодексом РФ и федеральными законами, а также специальным основаниям, предусмотренным данной статьей.

Среди общих оснований прекращения трудового договора, содержащихся в ст. 77 ТК РФ, указано расторжение трудового договора по инициативе работника (ст. 80 ТК РФ).

Исходя из норм ст.80, ст.280 ТК РФ руководитель организации имеет право досрочно расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя (собственника имущества организации, его представителя) в письменной форме не позднее чем за один месяц. Течение указанного срока начинается на следующий день после получения работодателем заявления работника об увольнении.

В соответствии со ст.84.1 ТК РФ прекращение трудового договора оформляется приказом (распоряжением) работодателя. Днем прекращения трудового договора во всех случаях является последний день работы работника, за исключением случаев, когда работник фактически не работал, но за ним сохранялось место работы (должность). В день прекращения трудового договора работнику выдается трудовая книжка, производится с ним расчет.

15 сентября 2017 года Генеральный директор ООО «Гермес» ФИО2 написала общему собранию учредителей ООО «Гермес» заявление о расторжении трудового договора с 16 октября 2017 года. (т. 2 л.д.136).

По истечении установленного месячного срока предупреждения оформила приказ о прекращении трудового договора № 15 от 16 октября 2017 г., (т. 2 л.д.157).

Таким образом, с 17 октября 2017 г. ФИО2 не состоит с ООО «Гермес» в трудовых отношениях. И на дату вручения обществу заявления о выходе из него (05.12.2017 г.) не являлась генеральным директором.

Таким образом, заявление о выходе участника из общества 05.12.2017 г. общество не получало.

Заявление о выходе участника из общества общество получило 04.03.2018 года (т. 1 л.34-35). Следовательно с этой даты у общества возникла обязанность по выплате доли.

В соответствии со ст.13 Федерального закона от 06.12.2011 г. № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» бухгалтерская (финансовая) отчетность должна давать достоверное представление о финансовом положении экономического субъекта на отчетную дату, финансовом результате его деятельности и движении денежных средств за отчетный период, необходимое пользователям этой отчетности для принятия экономических решений. Бухгалтерская (финансовая) отчетность должна составляться на основе данных, содержащихся в регистрах бухгалтерского учета, а также информации, определенной федеральными и отраслевыми стандартами (п.1). Экономический субъект составляет годовую бухгалтерскую (финансовую) отчетность, если иное не установлено другими федеральными законами, нормативными правовыми актами органов государственного регулирования бухгалтерского учета (п.2). Годовая бухгалтерская (финансовая) отчетность составляется за отчетный год (п.3).

Согласно п.1 ст. 15 Федерального закона от 6 декабря 2011 года № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» отчетным периодом для годовой бухгалтерской (финансовой) отчетности (отчетным годом) является календарный год - с 1 января по 31 декабря включительно, за исключением случаев создания, реорганизации и ликвидации юридического лица.

Учитывая, что заявление о выходе ФИО2 из участников общества было получено ООО «Гермес» только в 2018 году, расчет действительной стоимости доли должен производиться на основании годовой бухгалтерской (финансовой) отчетности за 2017 год, т.е. за период с 1 января по 31 декабря 2017 года.

Следовательно предшествующим периодом за который следует оценить стоимость активов является 2017 год.

По смыслу пункта 6.1 статьи 23 Закона об ООО действительная стоимость доли в уставном капитале общества при выходе его участника определяется с учетом реальной (рыночной) стоимости имущества, отраженного на балансе общества.

Действительная стоимость доли участника общества соответствует части стоимости чистых активов общества, пропорциональной размеру его доли.

В соответствии с пунктом 29 Положения по ведению бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности в Российской Федерации, утвержденного приказом Министерства финансов Российской Федерации от 29.07.1998 N 34н, организация должна составлять бухгалтерскую отчетность за месяц, квартал и год нарастающим итогом с начала отчетного года, если иное не установлено законодательством Российской Федерации. При этом исходя из пункта 37 указанного Положения для составления бухгалтерской отчетности отчетной датой считается последний календарный день отчетного периода.

В пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 9 декабря 1999 года N 90/14 "О некоторых вопросах применения Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" разъяснено, что в случае несогласия сторон с размером действительной стоимости доли участника, определенной на основании данных бухгалтерской отчетности, суд проверяет обоснованность его доводов, а также возражений общества на основании представленных доказательств, в том числе заключения проведенной по делу экспертизы.

Таким образом, независимо от вида активов при возникновении спора о размере действительной доли участника суд должен установить рыночную стоимость активов общества (стоимость предприятия).

Для определения действительной стоимости доли вышедшего участника судом по ходатайству сторон проведена экспертиза.

Согласно заключению экспертов ООО "Забайкальская краевая лаборатория судебных экспертиз" от 18.10.2019 действительная стоимость доли истца по состоянию на конец 2017 г составляет 2320258,93 руб.

Ответчик представил возражения относительно объективности экспертного заключения.

Вызванный в судебное заседание эксперт ФИО6, дала суду пояснения на вопросы ответчика, в дальнейшем представила развернутые письменные пояснения на каждое возражение (т. 8 л.д.23).

Суд ознакомился с доводами ответчика и пояснениями эксперта.

У суда отсутствуют основания не доверять экспертному заключению, которое изготовлено специалистами, чья квалификация подтверждена документально.

Заключение эксперта от 18.10.2019 г. соответствуют требованиям статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, является ясным и полным, выводы эксперта носят категорический характер и не являются противоречивыми. Доказательств, опровергающих выводы эксперта, материалы дела не содержат.

Экспертное заключение принимается судом в качестве допустимого доказательства, поскольку только эксперт обладает специальными познаниями, которые применяет при выполнении экспертизы. Оснований сомневаться в профессионализме и компетенции экспертов у суда не имеется.

Доводы ответчика о том, что эксперт неправомерно включил в состав имущества оборудование и предметы, указанные в амортизационной ведомости, которых у ответчика на момент экспертизы не было, судом отклоняются, поскольку при подготовке документов к экспертизе суд предложил сторонам представить и сформировать папку из документов отражающих финансовую деятельность общества за 2017 год.

Ответчик представил документы (т. 4 ), которые в дальнейшем были направлены эксперту. Среди документов имеется документ «Расчет амортизации на 31.12.2017 г.» (т. 4 л.д. 315), который выполнен привлеченным сторонним аудитором ФИО7 (т. 1 л.д.125, 128). В документе указана номенклатура предметов и оборудования, их балансовая стоимость, что говорит о том, что на 31.12.2017 г. имущество состояло на балансе ответчика. Факт отсутствия имущества в натуре не может служить основанием для исключения данного имущества из оценки активов. Оценка должна производиться на основании бухгалтерских документов. Эксперт правомерно произвел оценку данного имущества на основании доказательств наличия данного имущества на балансе общества.

Доводы ответчика о том, что сделка по отчуждению доли от ФИО5 к ФИО2 является недействительной, следовательно стоимость доли Нестеровой составляет 14.28 % не нашли своего подтверждения материалами дела. Ответчик сделал данное заявление, сославшись на решение суда по делу А78-8812/2017 при рассмотрении которого установлено, что сделка по дарению является притворной. Ответчик, ссылаясь на ничтожность притворной сделки, считает, что у истца не наступило право на владение долей 47,619 %.

Действительно суд в указанном решении указал на притворность сделки, однако сославшись на в Определение Верховного Суда Российской Федерации №32-КГ17-33 от 09 января 2018 года указал, что в случае признания сделки недействительной в связи с притворностью суду необходимо установить действительную волю сторон, выяснить фактические отношения между сторонами, а также намерения каждой стороны. При этом следует учесть, что признание договора притворной сделкой не влечет таких последствий как реституция, поскольку законом в отношении притворных сделок предусмотрены иные последствия - применение к сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемой сделке), относящихся к ней правил, с учетом существа и содержания такой прикрываемой сделки. При оценке притворности сделки выясняется действительная воля сторон, при этом во внимание принимаются не только содержание договора, но и иные обстоятельства. Притворные сделки направлены на то, чтобы скрыть действительную волю сторон, поэтому о притворности свидетельствует не столько содержание договора, сколько совокупность обстоятельств, связанных с его заключением и исполнением. В дополнении к отзыву на иск от 09 октября 2018 года ответчик заявила о притворности спорной сделки, указала, что передача доли носила возмездный характер, являлась куплей-продажей. Факт передачи долей в счет денежных обязательств был подтвержден ответчиком в судебном заседании 10 октября 2018 года, что следует из аудиозаписи судебного заседания. Доказательств в подтверждение заявленных доводов о возмездности сделки ответчик не представила, о наличии таких доказательств не заявила, однако согласно пункту 3.1 статьи 70 АПК РФ признание стороной обстоятельств, на которых другая сторона основывает свои требования или возражения, освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств. В иске истец указала, что в 2014 году ответчик, будучи участником общества, предложила ей выкупить 47,619% долей уставного капитала ООО «Гермес» за 1 000 000 руб., при этом стороны договорились оформить долю посредством заключения договора дарения, а не договора купли-продажи. Однако за переданную долю ответчик полностью денежные средства не отдала. В дополнении к исковому заявлению от 28 мая 2018 года истец также указала, что спорная сделка по передачи доли в уставном капитале общества должна была быть оформлена как сделка по купли-продажи доли, а не дарению доли в силу ее возмездности (л.д. 2-3, 126 т.1). А.В. Поддубняк в судебном заседании от 04 сентября 2017 года подтвердила, что дарение доли, оформленное договором дарения от 20 июня 2014 года, носило возмездный характер, что следует из аудиозаписи судебного заседания от 04 сентября 2017 года, о возмездном характере передачи доли неоднократно заявлялось А.В. Поддубняк в ходе разбирательства по делу №2-189/17, что усматривается из протоколов заседаний. Кроме того, из решения Оловяннинского районного суда Забайкальского края от 30 октября 2017 года по делу №2-189/2017 и протокола судебного заседания от 27 июня 2017 года по делу №2-189/2017 следует, что судом была допрошена в качестве свидетеля ФИО8, работавшая в ООО «Гермес» в должности инженера отдела кадров. Согласно показаниям свидетеля ФИО8 передача доли истца к ответчику была произведена за деньги, но чтобы уйти от налогов, была оформлена как договор дарения, документы делались формально (л.д. 133 т.1).

Исследуя доказательства в рамкх дела А78-8812/2017 суд пришел к выводу, что сделка по дарению доли является притворной, поскольку на саммом деле имела место следка купли-продажи доли. Сделка купли продажи доли не оспорена, а притворная сделка не влечет таких последствий как реституция, следовательно размер доли истца составляет 61,9048%.

Ответчик заявил, что часть денежных средств по оплате доли перечислена истцу 20.05.2019 г. в сумме 15846,10 руб.

Истец не оспорил данный факт, представитель истца представила платежную квитанцию на 15846,10 руб. При таких обстоятельствах суд считает, что удовлетворению подлежит сумма 2304412,83 руб.

Истец просит взыскать с ответчика 339 123,32 руб., процентов за пользование чужими денежными средствами.

В соответствии со ст. 395 в редакции с 01.08.2016 г. в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Расчет суммы процентов истец произвел за период с 06.12.2017 г. по 21.11.2019 г. , что является не правомерным. Учитывая, что заявление о выходе из общества вручено надлежащим образом обществу 04.03.208 года, а у ответчика в соответствии с нормами права имеется 3 месяца на оплату, то проценты должны начисляться с 05.06.2018 г.

Суд произвел расчет процентов с учетом частичной оплаты и за период с 05.06.2018 г по 21.11.2019 г. По расчету суда сумма процентов составила 251915,78 руб., которая подлежит взысканию с ответчика.

Таким образом, требования истца суд считает обоснованными и подлежащим удовлетворению частично.

Расходы по оплате государственной пошлины и на проведение экспертизы распределяются пропорционально удовлетворенных требований на основании ст. 110 АПК РФ. требования удовлетворены на 96,13 %.

Руководствуясь статьями 167, 168, 170, 171, 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л :

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью "Гермес" (ОГРН <***>, ИНН <***>) в пользу ФИО2 2304412,83 руб. основного долга, 251915,78 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами, 48065 руб. расходов на проведение экспертизы, всего 2604393,61 руб.

В остальной части иска отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью "Гермес" (ОГРН <***>, ИНН <***>) в доход федерального бюджета 34890 руб. государственной пошлины.

Взыскать с ФИО2 в доход федерального бюджета 1407 руб. государственной пошлины.

Решение может быть обжаловано в течение месяца после его принятия в Четвертый арбитражный апелляционный суд.

Судья И.В. Леонтьев