Постановление от 8 ноября 2022 г. по делу № А19-6537/2019

ЧЕТВЕРТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

улица Ленина, дом 145, Чита, 672007, http://4aas.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело №А19-6537/2019
08 ноября 2022 года
г. Чита



Резолютивная часть постановления объявлена 02 ноября 2022 года

Полный текст постановления изготовлен 08 ноября 2022 года


Четвертый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего судьи Н. А. Корзовой, судей А. В. Гречаниченко, Н. И. Кайдаш, при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Иркутской области от 13 июля 2022 года по делу №А19-6537/2019 по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Компания Тандем» ФИО3 к ФИО4,

о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделок,

к участию в обособленном споре привлечены третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: ФИО2, ФИО5, ФИО6, Администрация Ангарского городского округа (ОГРН <***>, ИНН <***>; адрес: 665830, <...>), ФИО7, ФИО8, ФИО9 (г. Ангарск,), ФИО10 (г. Иркутск),

в рамках дела по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Международный финансовый центр Капитал» (правопреемник – общество с ограниченной ответственностью «ЕРСМ Сибири») о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Компания Тандем» (ОГРН <***>, ИНН <***>, юридический адрес: 665832, <...>),

В судебное заседание 02.11.2022 в Четвертый арбитражный апелляционный суд лица, участвующие в деле, не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом. Кроме того, они извещались о судебных заседаниях по данному делу судом первой инстанции, соответственно, были осведомлены о начавшемся процессе.

Руководствуясь частью 3 статьи 156, статьей 123, частью 6 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие надлежащим образом извещенных лиц, участвующих в деле.

Судом установлены следующие обстоятельства.

Общество с ограниченной ответственностью «Международный финансовый центр Капитал» (далее – ООО «МФЦ Капитал») 19.03.2019 обратилось в Арбитражный суд Иркутской области с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Компания Тандем» (далее – ООО «Компания Тандем»).

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 26.03.2019 заявление ООО «МФЦ Капитал» (процессуальный правопреемник - ООО «ЕРСМ Сибири») принято, возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «Компания Тандем».

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 13.05.2019 в отношении ООО «Компания Тандем» введена процедура наблюдения, временным управляющим ООО «Компания Тандем» утвержден арбитражный управляющий ФИО3.

Решением Арбитражного суда Иркутской области от 26.09.2019 (резолютивная часть оглашена 24.09.2019) в отношении должника введена процедура конкурсного производства. Конкурсным управляющим утвержден арбитражный управляющий ФИО3.

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 21.01.2021 в рамках дела о банкротстве № А19-6537/2019 установлено процессуальное правопреемство ООО «МФЦ Капитал» на правопреемника – ООО «ЕРСМ Сибири» на сумму 366 880 326,46 руб. по определению Арбитражного суда Иркутской области от 13.05.2019 о включении требования ООО «МФЦ Капитал» в реестр требований кредиторов ООО «Компания Тандем».

Конкурсный управляющий ФИО3 (далее – заявитель, конкурсный управляющий) обратился в Арбитражный суд Иркутской области с заявлением о признании недействительным договора от 20.09.2016, заключенного между ООО «Компания «Тандем» и ФИО4; применении последствий недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу земельного участка, разрешенное использование: индивидуальный жилой дом, общей площадью 1 239 кв.м., расположенного на землях населенных пунктов с кадастровым номером 38:26:040701:1896, Иркутская область, г. Ангарск.

В ходе рассмотрения обособленного спора конкурсный управляющий в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации неоднократно уточнял заявленные требования, в окончательной редакции просил:

Признать недействительной сделку - договор купли-продажи от 20.09.2016, заключенный между Обществом с ограниченной ответственностью «Компания Тандем» и ФИО4.

Применить последствия недействительности сделки: взыскать с ФИО4 в конкурсную массу Общества с ограниченной ответственностью «Компания Тандем» рыночную стоимость земельного участка, с разрешенным использованием: индивидуальный жилой дом, общей площадью 1 239 кв.м., расположенного на землях населенных пунктов, с кадастровым номером 38:36:040701:1896, Иркутская область, г.Ангарск, в размере 2 500 000 руб.

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 13 июля 2022 года заявление конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Компания Тандем» ФИО3 удовлетворено в полном объеме.

Не согласившись с определением суда первой инстанции, третье лицо ФИО2 обжаловала его в апелляционном порядке.

В апелляционной жалобе ФИО2, ссылаясь на нормы права, выражает несогласие с определением суда первой инстанции, указывая, что суд без должных оснований отказался от учета обстоятельств приобретения должником спорного имущества в собственность, в связи с чем стоимость спорного имущества, установленная в результате экспертизы, является недостоверной, а само заключение экспертизы – неотносимым.

Кроме того, третье лицо указывает, что поскольку вплоть до вступления в силу судебного акта о признании соглашения о переводе долга недействительным банк не предпринимал никаких действий, направленных на истребование долга, то руководитель должника, действуя разумно и добросовестно, не мог предполагать себя связанным наличием обязательств перед банком.

Названные обстоятельства, по мнению ФИО2, исключают признак неплатежеспособности, поскольку должник не приостанавливал исполнение денежных обязательств. Само по себе наличие денежных обязательств у должника перед третьими лицами не влечет за собой установление неплатежеспособности должника, поскольку наличие обязательств объективно следует из сути предпринимательской деятельности как способа извлечения прибыли из сотрудничества с иными участниками гражданского оборота.

Также заявитель апелляционной жалобы полагает, что установленная судом первой инстанции заинтересованность между ответчиком и АО ПК «ДИТЭКО» исходя из факта гражданско-правовых отношений, противоречит самой логике субинститута заинтересованности в банкротстве, а вывод суда о наличии фактической аффилированности между АО ПК «ДИТЭКО» и ООО «Компания Тандем» нельзя назвать в должной степени мотивированным.

Заявитель апелляционной жалобы считает, что судом первой инстанции не был разрешен ключевой вопрос о наличии общей экономической цели совершения всех оспариваемых сделок, который позволил бы объединить стороны этой сделки в состав единой группы с общими интересами.

С учетом указанных обстоятельств, ФИО2 просит определение Арбитражного суда Иркутской области от 13 июля 2022 по настоящему делу отменить, разрешить заявление конкурсного управляющего ООО «Компания Тандем» по существу, отказав в его удовлетворении.

Отзывы на апелляционную жалобу поступили от конкурсного кредитора ООО «ЕРСМ Сибири» и конкурсного управляющего должника, в которых, они, возражая по доводам апелляционной жалобы, просят апелляционную жалобу ФИО2 оставить без удовлетворения, а определение Арбитражного суда Иркутской области от 13.07.2022 по делу № А19-6537/2019 - без изменения.

Рассмотрев доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, проверив правильность применения норм материального и соблюдения норм процессуального права в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Из материалов обособленного спора следует, что 20.09.2016 между ООО «Компания Тандем» (продавец) и ФИО4 (покупатель) заключен договор купли-продажи, согласно которому продавец обязался передать в собственность покупателя земельный участок, разрешенное использование: индивидуальный жилой дом, общей площадью 1 239 кв.м., расположенный на землях населенных пунктов с кадастровым номером 38:26:040701:1896, Иркутская область, г. Ангарск, а покупатель принять и оплатить.

В соответствии с пунктом 3 договора стоимость земельного участка составляет 533 000 руб., которую покупатель перечисляет на расчетный счет продавца либо иным способом в срок до 30.10.2016.

Земельный участок передан продавцом покупателю по передаточному акту от 20.09.2016, подписанному сторонами без возражений.

Переход права собственности в отношении указанного земельного участка к ФИО4 зарегистрирован в установленном законом порядке 29.09.2016 за номером государственной регистрации 38-38/002-38/002/002/2016-3857/2.

Полагая данную сделку не отвечающей пунктам 1 и 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 № 127-ФЗ, статьям 10 и 168 ГК РФ, конкурсный управляющий обратился в суд с настоящим заявлением.

Суд первой инстанции, оценив представленные в дело доказательства по своему внутреннему убеждению, пришел к выводу о том, что заявление конкурсного управляющего подлежит удовлетворению, поскольку признал доказанным наличие оснований для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 № 127-ФЗ. При этом суд учел выводы судебной оценочной экспертизы, проведенной экспертом ФИО11.

Апелляционный суд не находит оснований для отмены определения суда первой инстанции и полагает необходимым отметить следующее.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 №127-ФЗ (далее - Закон о банкротстве) сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В соответствии с правовой позицией, указанной в пункте 30 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 декабря 2010 г. № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», заявление об оспаривании сделки по правилам главы III.1 Закона о банкротстве может быть подано в суд внешним управляющим или конкурсным управляющим только в процедурах внешнего управления или конкурсного производства.

Согласно пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В силу правовой позиции, указанной в пункте 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 декабря 2010 г. № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки.

При определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего. Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего Постановления).

Заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) принято к производству определением суда от 26.03.2019.

Оспариваемая конкурсным управляющим сделка по отчуждению земельного участка совершена 29.09.2016 - в период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона банкротстве, то есть в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом, из чего правильно исходил суд первой инстанции.

При таких обстоятельствах верным является вывод суда первой инстанции том, что оспаривание сделок в рассматриваемом случае может производиться по правилам пункта 2 статьи 61.2 Закона банкротстве.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

По смыслу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве для признания подозрительной сделки недействительной необходима доказанность совокупности следующих обстоятельств: вред имущественным правам кредиторов от совершения сделки, наличие у должника цели причинения вреда и осведомленность другой стороны сделки об указанной цели.

Как правильно установлено судом первой инстанции, на дату совершения спорной сделки у должника имелись признаки неплатежеспособности и недостаточности имущества ввиду того, что соглашение о переводе долга от 01.02.2016, заключенное между должником и ООО «Гудвилл», определением Арбитражного суда Иркутской области от 28.07.2018 по делу №А19-2600/2017 признано ничтожной сделкой, следовательно, на момент совершения сделки должник отвечал признакам неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Так, судом первой инстанции установлено, что между ОАО АКБ «Международный финансовый клуб» (кредитор), ООО «ГУДВИЛЛ» (новый заемщик) и ООО «Компания Тандем» (первоначальный заемщик) 01.02.2016 заключено соглашение о переводе долга.

В соответствии с пунктом 1 соглашения стороны договорились о переводе долга первоначального заемщика по кредитному договору <***> от 17.06.2013, заключенному между кредитором и первоначальным заемщиком, на нового заемщика, в связи с чем, обязательства первоначального заемщика по кредитному договору 1 как существовавшие на дату заключения соглашения, так и те, которые возникнут в будущем (в том числе обязательства по возврату кредита, уплате процентов и иных платежей), переходят от первоначального заемщика к новому заемщик с даты заключения соглашения.

Согласно пункту 2 соглашения стороны договорились о переводе долга первоначального заемщика по кредитному договору № <***> от 13.11.2014, заключенному между кредитором и первоначальным заемщиком, на нового заемщика, в связи с чем, обязательства первоначального заемщика по кредитному договору 2 как существовавшие на дату заключения соглашения, так и те, которые возникнут в будущем (в том числе обязательства по возврату кредита, уплате процентов и иных платежей), переходят от первоначального заемщика к новому заемщик с даты заключения соглашения.

При этом первоначальный заемщик с целью обеспечения исполнения обязательств нового заемщика по кредитному договору 1 и кредитному договору 2 обязуется в течение 5 календарных дней с даты заключения соглашения обратиться в качестве залогодателя совместно с кредитором в Управление Росреестра по Иркутской области для государственной регистрации изменений в ЕГРП в отношении следующего имущества: земельный участок площадью 56 824 кв.м., кадастровый номер 38:26:040804:3, категория земель – земли населенных пунктов, разрешенное использование – для эксплуатации профилактико-оздоровительного комплекса (профилакторий), находящийся по адресу: <...> мкр-н., д. 40; расположенный на земельном участке профилактико-оздоровительный комплекс, общей площадью 12 880,5 кв.м., находящийся по адресу: <...> мкр-н, д. 40, расположенный на земельном участке склад, находящееся по адресу: <...> мкр-н, д.40/2; расположенное на земельном участке нежилое здание узла учета, площадью 4,7 кв.м. находящееся по адресу: <...> мкр-н, д. 40/3; расположенный на земельном участке гараж, общей площадью 1 120,5 кв. м., находящееся по адресу: <...> мкр-н, д. 40/1, на основании заключаемого между залогодателем и кредитором дополнительного соглашения к договору ипотеки № 009/15/ЗЮ-03-13023 от 30.12.2015.

В соответствии с пунктом 8 соглашения к новому заемщику, исполнившему обязательства по кредитному договору 1 и кредитному договору 2, переходят права кредитора по указанным обязательствам.

Однако, определением Арбитражного суда Иркутской области от 30.07.2018, оставленным без изменения постановлением Четвертого арбитражного апелляционного суда от 28.11.2018, постановлением Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 05.06.2018в рамках дела № А19-2600/2017, вышеозначенное соглашение о переводе долга от 01.02.2016 признано недействительной сделкой; применены последствия недействительности сделки в виде приведения сторон сделки в первоначальное положение, восстановлена задолженность общества с ограниченной ответственностью «Компания Тандем» перед акционерным обществом Акционерный коммерческий банк «Международный финансовый клуб», вытекающая из кредитного договора № <***> от 17.06.2013 и кредитного договора № <***> от 13.11.2014.

Судом в рамках рассмотрения сделки о признании соглашения о переводе долга от 01.02.2016 недействительной по делу № А19-2600/2017 сделан вывод о ничтожности сделки (соглашения о переводе долга от 01.02.2016).

Следовательно, как правильно указал суд первой инстанции, обязательства ООО «Компания Тандем» по кредитам считаются существовавшими вне зависимости от заключения соглашения о переводе долга от 01.02.2016 и вне зависимости от момента вступления в законную силу судебного акта, которым указанное соглашение признано ничтожной сделкой.

Этот вывод суда первой инстанции основан на статье 166 ГК РФ и правовой позиции, приведенной в пункте 25 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 декабря 2010 г. № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

В случае ничтожности сделки должника, направленной на прекращение обязательств, такие обязательства признаются существовавшими независимо от совершения этой сделки. Таким образом, будучи ничтожной сделкой, соглашение о переводе долга от 01.02.2016, в конечном итоге не привело к прекращению обязательств ООО «Компания Тандем» по кредитным договорам, поэтому данные кредитные обязательства существовали в период совершения оспариваемой сделки.

Так, у должника имелись неисполненные денежные обязательства по кредитным договорам № <***> от 17.06.2013 и № <***> от 13.11.2014, которые считаются существовавшими вне зависимости от заключения соглашения о переводе долга от 01.02.2016, исходя из вышеуказанных обстоятельств.

Судом первой инстанции правильно отклонен довод третьего лица о том, что судебный акт о восстановлении задолженности ООО «Компания Тандем» перед ОАО АКБ «Международный финансовый клуб» вступил в силу лишь 28.11.2018, то есть до указанного момента соответствующее процессуальное решение общеобязательной силы не имело. По мнению заявителя апелляционной жалобы, в период с 01.02.2016 по 28.11.2018 – действия соглашения у ООО «Компания Тандем» отсутствовала обязанность учитывать наличие задолженности перед банком, правопреемником которого сейчас является ООО «ЕРСМ Сибири», необходимо учитывать юридически значимые действия лиц: ОАО АКБ «Международный финансовый клуб» и ООО «ГУДВИЛЛ».

Апелляционный суд полагает необходимым отметить, что указанные доводы третьего лица имеют какое-либо значение для юридической оценки действий контролирующих лиц должника, связанных с наличием обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом, с привлечением к субсидиарной ответственности по иным основаниям (либо взысканию убытков), поскольку именно в рамках споров о субсидиарной ответственности (взысканию убытков) оценивается экономическая целесообразность действий руководства, вина и т. д.

В рамках споров о признании сделок недействительными в предмет исследования не входит оценка таких действий контролирующих лиц должника, достаточно констатации факта наличия признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества, что подтверждено в настоящем споре.

По изложенным же основаниям отклоняются доводы заявителя апелляционной жалобы о том, что суду следовало проанализировать, мог ли ответчик, в силу занимаемой им должности, оказывать влияние на принимаемые решения должника на дату совершения сделки, в связи с чем вывод суда о наличии фактической аффилированности между АО ПК «ДИТЭКО» и ООО «Компания Тандем», по мнению ФИО2, также нельзя назвать в должной степени мотивированным.

Апелляционный суд также отмечает, что в спорах о признании сделок недействительными в силу правовой позиции, приведенной в пункте 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 декабря 2010 г. № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», факт аффилированности означает отсутствие необходимости опровергать презумпцию осведомленности стороны сделки о ее совершении в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, в связи с чем, как правило, не нужно устанавливать вопрос наличия возможности по оказанию влияния (или степень влияния) на принимаемые решения должника (в отличие от споров по субсидиарной ответственности).

Как следует из материалов дела, между ОАО АКБ «Международный финансовый клуб» (кредитор) и ООО «Компания Тандем» (заемщик) заключен кредитный договор <***> от 17.06.2013 (кредитный договор № 1), в соответствии с пунктом 1.2 договора кредитор обязуется открыть заемщику кредитную линию, при этом общая сумма предоставленных денежных средств не может превысить 245 000 000 руб. Кредит подлежит возврату в полном объеме 17.06.2016.

Исполнение обязательств по договору, в соответствии с пунктом 8.1 договора обеспечивается залогом недвижимого имущества заемщика (ипотека в силу закона) в отношении имущества: земельный участок площадью 5,6824 кв.м., находящийся по адресу: <...> мкр-н.; расположенное на земельном участке нежилое здание, общей площадью 5,6824 кв.м., находящееся по адресу: <...> мкр-н, д. 35; расположенное на земельном участке нежилое здание склада, находящееся по адресу: <...> мкр-н, д. 35, общей площадью 328,6 кв.м.; расположенное на земельном участке нежилое здание узла учета, находящееся по адресу: <...> мкр-н, д. 35, общей площадью 4,7 кв.м.; расположенное на земельном участке нежилое здание – гараж, находящееся по адресу: <...> мкр-н, д. 35.

Кроме того, между ОАО АКБ «Международный финансовый клуб» (кредитор) и ООО «Компания Тандем» (заемщик) заключен кредитный договор № <***> от 13.11.2014 (кредитный договор № 2), в соответствии с пунктом 1.2 договора кредитор обязуется открыть заемщику кредитную линию лимитом единовременной задолженности 53 000 000 руб.

Исполнение заемщиком обязательств по договору, в соответствии с пунктом 8.1 обеспечивается: поручительством ФИО2 в соответствии с договором поручительства №031/14/ПФ-03-8779 от 13.11.2014 (пункт 8.1.1 договора); последующим залогом недвижимого имущества: земельный участок площадью 5,6824 кв.м., находящийся по адресу: <...> мкр-н., д. 40; расположенное на земельном участке нежилое здание узла учета, находящееся по адресу: <...> мкр-н, д. 40/3; расположенное на земельном участке нежилое здание склада, находящееся по адресу: <...> мкр-н, д.40/2; расположенное на земельном участке нежилое здание – гараж, находящееся по адресу: <...> мкр-н, д. 40/1; расположенный на земельном участке профилактико-оздоровительный комплекс, общей площадью 12 880,5 кв.м., находящийся по адресу: <...> мкр-н, д. 40, принадлежащего заемщику на праве собственности в соответствии с договором ипотеки подлежащим заключению между кредитором и заемщиком.

Следовательно, должник имел обязательства по кредитным договорам <***> от 17.06.2013 и №<***> от 13.11.2014, которые существовали на момент совершения оспариваемых сделок, из чего верно исходил суд первой инстанции.

Кроме того, как правильно указал суд первой инстанции, соглашение о переводе долга от 01.02.2016 являлось возмездным, и им было установлено наличие у ООО «Компания Тандем» обязательства перед ООО «Гудвилл» по оплате вознаграждения за перевод долга.

Согласно соглашению о переводе долга от 01.02.2016 ООО «Компания Тандем» приняло на себя обязательства уплатить ООО «Гудвилл» вознаграждение за перевод долга по кредитным договорам в общем размере 310 532 545 руб. Тот факт, что перевод долга был возмездным, установлен определением Арбитражного суда Иркутской области от 30.07.2018 по делу №А19-2600/2017. Также указанным судебным актом установлено, что какого-либо вознаграждения ООО «Гудвилл» от ООО «Компания Тандем» не получило.

На основании правовой позиции, указанной в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 декабря 2010 г. № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

На основании разъяснений, приведенных в пункте 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 декабря 2010 г. № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 7 Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 декабря 2010 г. № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», презумпция осведомленности другой стороны сделки о совершении этой сделки с целью причинить вред имущественным интересам кредиторов применяется, если другая сторона признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

При решении вопроса, могла ли другая сторона по сделке знать о наличии указанных обстоятельств (в частности, о признаках неплатежеспособности другой стороны по сделке), во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Статьей 2 Закона о банкротстве установлено, что недостаточность имущества - превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств (при этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное).

Соглашается апелляционный суд с суждениями суда первой инстанции о том, что доказательства, подтверждающие достаточность денежных средств на момент совершения спорной сделки для погашения требований кредиторов, в материалы дела не представлены.

Установив, что на момент совершения спорной сделки у должника существовали неисполненные денежные обязательства, вызванные недостаточностью имущества, суд первой инстанции обоснованно оценил наличие фактической аффилированности участников сделки.

Как отмечено выше, оспариваемый договор заключен между ООО «Компания Тандем» и ФИО4

Судом первой инстанции дана правильная оценка доводам конкурсного управляющего о наличии фактической аффилированности и факту вхождения в одну группу лиц, а именно: ФИО4 состояла в браке с ФИО6, у них имеются общие дети: ФИО12 и ФИО12, что подтверждают данные ответа Службы ЗАГСа Иркутской области от 05.06.2020 №01416, полученные судом в рамках рассмотрения обособленного спора №А19-6537-15/2019.

ФИО6 являлся руководителем АО ПК «Дитэко» в период с 14.01.2010 по 06.12.2015, что подтверждают данные имеющихся в материалах дела выписок по АО ПК «Дитэко» из «Контур-фокус».

ФИО13 работала в АО ПК «Дитэко» с 01.02.2007 по 15.12.2015, в том числе с 01.10.2009 на должности Финансового директора АО ПК «Дитэко», что подтверждает ответ на запрос сведений от 04.10.2021.

Взаимоотношения между АО ПК «Дитэко», ООО «Компания «Тандем», ФИО6 и ФИО4, а также работниками АО ПК «Дитэко» свидетельствуют о наличии фактической аффилированности данных лиц и наличии у ответчика статуса заинтересованного лица по смыслу ст.19 Закона о банкротстве.

В частности, установлено, что ФИО5 в разное время являлся единственным учредителем и руководителем АО ПК «Дитэко» и ООО «Компания Тандем»; все денежные средства, с помощью которых исполнялись обязательства ООО «Компания Тандем» по кредитным договорам, поступали от АО ПК «ДИТЭКО» через цепочку договоров аренды.

Так, ООО «Компания Тандем» сдавало имущество в аренду ООО «Жемчужина», ООО «Жемчужина» сдавало имущество в субаренду АО ПК «ДИТЭКО», что подтверждает решение Арбитражного суда Иркутской области от 31.08.2016 по делу №А19-10939/2016.

Учредителем ООО «Жемчужина» являлся ФИО14, который также являлся работником АО ПК «Дитэко».

АО ПК «Дитэко» и его генеральный директор ФИО6 являлись поручителями ООО «Компания Тандем» по кредитным договорам. Сделки по продаже земельных участков ООО «Компания Тандем» ООО «Компания Тандем» совершались с лицами, которые были работниками АО ПК «ДИТЭКО», либо работниками АО ПК «Дитэко» были их представители, и данные лица находились в разные периоды времени в подчинении ФИО6 и ФИО5, являвшихся руководителями АО ПК «Дитэко».

Как следует из материалов дела, ООО «Компания Тандем» учреждено 25.03.2011 работником АО ПК «Дитэко» ФИО2, которая работала согласно ответу АО ПК «Дитэко» от 04.10.2021 в АО ПК «Дитэко» с 01.03.2009 по 04.03.2016. Таким образом, ООО «Компания Тандем» было создано и находилось под управлением работника АО ПК «Дитэко» ФИО2

ФИО2 являлась номинальным держателем акций АО ПК «Дитэко». В 2011 году в собственность ФИО2 был оформлен пакет акций АО ПК «Дитэко» (20 шт.), которые она затем в 2012 году продала ФИО15 Сделки с акциями оформлялись по их номинальной стоимости (84 руб. за 1 шт.) при том, что рыночная стоимость акций на момент совершения данных сделок была значительно выше номинальной (3 462 950 000 руб. за 100 шт.), что подтверждают договоры купли-продажи и сведения об оценке пакета акций имеющихся в материалах дела.

Согласно представленным пояснениям акционера АО ПК «Дитэко» ФИО16 от 28.01.2021, ФИО6 осуществлялся фактический контроль за деятельностью ООО «Компания Тандем».

АО ПК «Дитэко» на регулярной основе предоставляло ООО «Компания Тандем» денежные средства по договорам займа, а также организации были связаны отношениями по иным договорам, что подтверждают приложенные к материалам дела акты сверки.

Работники юридического отдела АО ПК «Дитэко» ФИО17 и ФИО18 представляли интересы ООО «Компания Тандем», ФИО6 и ФИО2., а также интересы лиц, которые работали в АО ПК «Дитэко».

ФИО17 и ФИО18 длительное время представляли интересы ФИО19 - бывшего работника АО ПК «Дитэко», в собственность которого были оформлены 9 земельных участков ООО «Компания Тандем», что подтверждают доверенности от 18.04.2016 и 14.05.2019. Кроме того, согласно данным доверенностям представителем ФИО19 являлась ФИО20, которая была представителем покупателей ФИО21 и ФИО22 по иным сделкам с земельными участками ООО «Компания Тандем».

ФИО4, помимо личных связей с руководителем АО ПК «Дитэко» ФИО6, также связана с АО ПК «Дитэко» через принадлежавшие обществу предприятия - ООО «Нефтегазовая компания Дитэко» (далее - ООО «НГК Дитэко») и ООО «Морской терминал «Дитэко» (далее - ООО «МТ «Дитэко», что отражено в заключении о преднамеренном банкротстве от 23.11.2020 (связь №2).

Судами рассматриваются (рассмотрены) дела по искам бывших собственников долей ООО «НГК Дитэко» и ООО «МТ «Дитэко» об оспаривании 9 заключенных между ними и ФИО4 сделок купли-продажи долей в данных предприятиях (дело №А19-20262/2020 по иску ФИО23 к ФИО4 и ООО «НГК Дитэко» о признании недействительным договора купли-продажи доли в уставном капитале ООО «НГК Дитэко»; дело А51-17853/2020 по иску ФИО24 к ФИО4 и ООО «МТ «Дитэко» о признании недействительными договоров купли-продажи долей в уставном капитале ООО «МТ «Дитэко»). В указанных судебных спорах в качестве третьих лиц участвуют ФИО19 (лицо, через которое производились финансовые операции) и ФИО25 (лицо, которое после покупки долей ФИО4 становилась участником обществ вместе с ней).

При этом ФИО25, как и ФИО4, работала в АО ПК «Дитэко» с 18.09.2013 по 28.04.2017, т.е. в период руководства обществом ФИО6, что подтверждает ответ на запрос информации от 30.11.2021. Интересы ФИО25 защищает ФИО26 - представитель ФИО2 и представитель ООО «Арцгама», принадлежащего ФИО22 - другому покупателю земельных участков Должника.

В период банкротства АО ПК «Дитэко» имущество предприятия перешло в собственность тех же лиц, в собственность которых поступили активы ООО «Компания Тандем». Так, согласно решению Арбитражного суда Иркутской области от 14.07.2020 по делу № А 19-18201/2019 конечным собственников активов АО ПК «Дитэко» стало ООО «Арцгама» (ИНН <***>). Единственным участником и руководителем ООО «Арцгама» является ФИО22, что подтверждает выписка из ЕГРЮЛ.

ФИО22 является покупателем по двум сделкам с земельными участками должника (обособленные споры № А19-6537-23/2019 и А19-6537-25/2019), и ей принадлежит юридическое лицо ООО «Велланд Байкал», являющееся конечным собственником шести земельных участков ООО «Компания Тандем», которые были сначала оформлены в собственность бывших работников АО ПК «Дитэко» (ФИО27; ФИО28, ФИО29, ФИО30, ФИО22).

Указанные обстоятельства перехода активов ООО «Компания Тандем» и АО ПК «Дитэко» на одних и тех же лиц и наличие единого представителя у конечных собственников имущества и ФИО2 подтверждают общность интересов должника и АО ПК «Дитэко» и осуществление единого руководства их деятельностью.

В 2014-2015 годах между ООО «Компания Тандем» и АО ПК «Дитэко», а также аффилированным с ним ООО «Строительная компания «Дитэко», имели место правоотношения, не характерные для обычных хозяйственных взаимоотношений, которые указывают на использование имущества ООО «Компания Тандем» в интересах АО ПК «Дитэко».

11.09.2014 между ЗАО ПК «Дитэко», ООО «Компания Тандем» и ОАО «АУС» заключен договор перевода долга, по которому ООО «Компания Тандем» приняло на себя обязательства ОАО «АУС» перед ЗАО ПК «Дитэко» по возврату займов и процентов, размер которых на момент подписания договора составлял 42 976 017 руб. 87 коп. Указанную сумму ОАО «АУС» должно было заплатить ООО «Компания Тандем» за перевод долга. Однако оплата произведена не была и заведомо не могла быть произведена, поскольку ОАО «АУС» уже отвечало признакам банкротства, в отношении него 28.08.2014 было подано заявление о признании банкротом, которое было принято определением Арбитражного суда Иркутской области от 12.09.2014 по делу №А1914152/2014.

11.09.2014 между ЗАО ПК «Дитэко» и ООО «Компания Тандем», а также между ООО «Строительная компания «ДИТЭКО» и ООО «Компания Тандем» были заключены договоры об уступке прав требования к ОАО «АУС» на общую сумму 12 390 442 руб. 95 коп.

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 16.04.2015 по делу № А19-14152/2014 на основании указанных выше сделок в реестр требований кредиторов ОАО «АУС» были включены требования ООО «Компания Тандем» в размере 55 321 460 руб. 82 коп.

Впоследствии определением Арбитражного суда Иркутской области от 17.03.2016 по делу №А 19-14152/2014 конкурсный кредитор ООО «Компания Тандем» был заменен на его правопреемника - ЗАО ПК «Дитэко» по требованию в размере 55 321 460 руб. 82 коп.

Требования перешли к ЗАО ПК «Дитэко» в связи с расторжением договора об уступке прав требования от 11.09.2014 (финансовые операции не производились), а также по договорам уступки прав требования от 27.10.2015 и от 20.11.2015, по которым расчеты были произведены путем взаимозачетов между ООО «Компания Тандем», ЗАО ПК «Дитэко» и ООО «Жемчужина» (последнее являлось арендатором имущества ООО «Компания Тандем», которое сдавало в субаренду ЗАО ПК «Дитэко», а за счет арендных платежей производились расчеты по кредитам должника).

Указанные взаимоотношения сторон не отвечали экономическим интересам ООО «Компания Тандем», имело место использование ресурсов должника в интересах АО ПК «Дитэко». ООО «Компания Тандем» не имело и не могло иметь экономического интереса в получении прав требования к находящемуся в банкротстве ОАО «АУС».

В силу правовой позиции, приведенной в определении Верховного Суда РФ от 15.06.2016 №308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившим о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства.

С учетом указанного, верными являются выводы суда первой инстанции о том, что совокупность вышеперечисленных обстоятельств подтверждает фактическую аффилированность участников сделки.

В рассматриваемом случае имеет место совокупность обстоятельств, которые указывают на фактическую аффилированность сторон оспариваемой сделки и подтверждают наличие у ответчика статуса заинтересованного лица, который свидетельствует об осведомленности ответчика о противоправной цели сделки. ФИО4, являясь заинтересованным по отношению к должнику лицом, не мог не знать о финансовом положении должника.

Также в рамках рассмотрения настоящего обособленного спора судом первой инстанции правильно установлен факт причинения имущественного вреда кредиторам вследствие реализации земельного участка по более низкой (чем рыночная) цене.

Как усматривается из пункта 3 договора купли-продажи, стоимость земельного участка составила 533 000 руб.

Определением суда первой инстанции с целью определения рыночной стоимости переданного по спорному договору имущества на дату совершения сделки назначена комиссионная судебная оценочная экспертиза, производство которой поручено эксперту ФИО11, эксперту общества с ограниченной ответственностью «Прайс Хаус ТВ’ с» ФИО31.

Согласно выводам эксперта ФИО11, сформулированным в ходе проведения экспертного исследования при ответе на поставленный вопрос, рыночная стоимость земельного участка составляет 2 500 000 руб.

Эксперт ФИО31 в своем заключении пришел к иному выводу: рыночная стоимость спорного земельного участка на дату совершения сделки составляет 1 700 000 рублей. Однако, в результате эксперт ФИО31 приходит к выводу о том, что: «Стоимость земельного участка более чем в 115 раз меньше рыночной стоимости земельного участка. При таких условиях стоимость земельного участка составляет -193 896 320 руб., то есть принимает отрицательное значение, характеризующее его как отсутствие реальной потребительской ценности у такого земельного участка» (стр.69).

В ходе рассмотрения настоящего обособленного спора эксперты ФИО11, ФИО31 вызваны судом в судебное заседание для дачи пояснений по вопросам лиц, участвующих в деле; в материалы дела представлены письменные пояснения экспертов по поставленным вопросам.

В отношении договора развития застроенной территории N 1/2012 от 04.10.2012, эксперт ФИО11 пояснила, что ей известно о наличии данного договора, однако при проведении оценочной экспертизы эксперт пришел к выводу, что данный договор, с учетом определения действительной стоимости земельных участков на дату, являющуюся ретроспективной, на рыночную стоимость земельных участков не повлиял.

Представленное в материалы заключение специалиста на экспертные заключения в качестве доказательств наличия неустранимых пороков в заключениях эксперта ФИО11 и обосновывающих необходимость назначения повторной судебной оценочной экспертизы судом оцениваются критически, поскольку в материалах дела имеется несколько документов, выполненных специалистами в области оценки недвижимости, по мнению которых экспертные заключения отвечают требованиям законодательства, а в ходе проведения экспертного исследования экспертом не допущено каких-либо нарушений. Суд оценивает представленные в материалы дела рецензии как заключения внесудебных специалистов, то есть иные письменные доказательства и содержащие субъективные выводы сторонних специалистов, а при наличии противоречивых выводов в таких доказательствах такие рецензии не подлежат принятию как объективные доказательства для целей оспаривания заключения судебного эксперта, предупрежденного судом об уголовной ответственности.

Относительно выводов, содержащихся в заключениях эксперта ФИО31, у суда первой инстанции обоснованно возникли сомнения.

Эксперт ФИО31 необоснованно уменьшил полученную им величину рыночной стоимости земельного участка на стоимость затрат на выполнение двух из числа обязательств по Договору РЗТ, которые с экономической точки зрения не являются обременением конкретного земельного участка, поскольку реализация обязательств по Договору РЗТ связана с получением покрывающих такие затраты доходов от реализации вновь возводимых объектов недвижимости.

В силу части 1 статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле, а также может назначить экспертизу по своей инициативе, если назначение экспертизы предписано законом или предусмотрено договором, необходимо для проверки заявления о фальсификации представленного доказательства или проведения дополнительной либо повторной экспертизы.

Поскольку заключение эксперта ФИО11 содержит подробное описание проведенного исследования, а также выводы и ответы на поставленные вопросы, в нем подробно описан процесс проведения исследования, приведены ссылки на нормативно-правовые акты, у суда апелляционной инстанции, так же как и у суда первой инстанции, отсутствуют основания для непринятия его в качестве одного из доказательств согласно положениям частей 4 и 5 статьи 71 АПК РФ, равно как и основания для назначения дополнительной или повторной экспертизы.

Приняв во внимание порядок выбора экспертом ФИО11 методов, способов и подходов к производству оценочной экспертизы, выбора объектов-аналогов и применения корректировочных коэффициентов, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что заключение эксперта ФИО11 основано на фактически проведенных исследованиях рынка. Оснований сомневаться в квалификации эксперта или в изложенных экспертом выводах, не имеется.

Отчуждение имущества по заниженной цене, рассматривается как очевидный признак недействительности сделки по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, поскольку сделка с такой ценой нарушает права и законные интересы кредиторов, рассчитывающих на удовлетворение их требований за счет равноценного денежного эквивалента, полученного от реализации имущества, о чем сформулирована правовая позиция в определении Верховного Суда Российской Федерации от 22.12.2016 N 308-ЭС16-11018 по делу N А22-1776/2013.

При таких обстоятельствах оспариваемые сделки совершены при неравноценном встречном предоставлении со стороны ответчика.

В судебном заседании от 28.02.2022 эксперт ФИО11 при ответе на вопрос представителя ФИО2 сообщила, что поддерживает свою позицию о том, что при определении рыночной стоимости оцениваемого земельного участка обязательства по Договору РЗТ, относящиеся к указанной в данном договоре территории, не подлежат учету, такие обязательства подлежат учету при определении инвестиционной стоимости.

Эксперт ФИО11 при формировании аналогов использовала только объекты, которые расположены непосредственно в микрорайоне Старица и находящемся рядом с ним микрорайоне ФИО32 (стр.47-48 заключения эксперта ФИО11).

В ответе на вопрос представителя кредитора эксперт ФИО11 пояснила, что микрорайон ФИО32 находится в непосредственной близости от микрорайона Старица, где расположен оцениваемый земельный участок, сопоставим с ним по ценам предложений 1 кв.м. на продажу земельных участков. Микрорайон Северный значительно отличается от микрорайона Старица, поскольку находится от него на значительном удалении и цены предложений на продажу 1 кв.м. земельных участков в микрорайоне Северный находятся в другом ценовом диапазоне, чем в микрорайоне Старица.

Таким образом, экспертом ФИО11 произведен обоснованный отбор объектов-аналогов, в качестве объектов-аналогов было отобрано 8 земельных участков в микрорайонах Старица и ФИО32.

Выводы эксперта ФИО11 основаны на фактически проведенных исследованиях рынка. Оснований сомневаться в квалификации эксперта или в изложенных экспертом выводов у суда не имеется.

Таким образом, спорный земельный участок, величина рыночной стоимости которого по состоянию на 20.09.2016 составляла 2 500 000 руб., был продан ответчику по цене 530 000 руб., по существенно заниженной цене, что нарушило права и законные интересы кредиторов Должника.

Верными являются суждения суда первой инстанции о том, что на момент совершения спорной сделки у должника существовали неисполненные денежные обязательства, вызванные недостаточностью имущества и денежных средств, ответчик, являясь заинтересованным лицом, знал о данных обстоятельствах, действия ответчика и должника были направлены на причинение вреда имущественным правам кредиторов, и в результате совершения оспариваемой сделки такой вред фактически причинен, что свидетельствует о доказанности наличия всей совокупности условий, позволяющих признать сделку недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Последствия признания недействительности сделок в виде взыскания действительной рыночной стоимости имущества применены верно, поскольку на момент рассмотрения обособленного спора спорные земельные участки выбыли из владения должника.

Доводы третьего лица о ничтожности сделки правильно отклонены судом первой инстанции, поскольку не установлено выхода за дефекты совершения подозрительных сделок.

В этой связи судом первой инстанции принят законный и обоснованный судебный акт.

Нарушений норм материального и процессуального права при принятии обжалуемого судебного акта, которые в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации могли бы повлечь его отмену, судом апелляционной инстанции не установлено, в связи с чем определение суда первой инстанции подлежит оставлению без изменения, апелляционная жалоба - без удовлетворения.

Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленными квалифицированными электронными подписями судей, в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».

По ходатайству указанных лиц копии постановления на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Лица, участвующие в деле, могут получить информацию о движении дела в общедоступной базе данных «Картотека арбитражных дел» по электронному адресу: www.kad.arbitr.ru.

Руководствуясь ст. ст. 258, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда Иркутской области от 13 июля 2022 года по делу №А19-6537/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение месяца в кассационном порядке в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа путем подачи кассационной жалобы через арбитражный суд первой инстанции.


Председательствующий судья Н.А. Корзова


Судьи А.В. Гречаниченко


Н.И. Кайдаш