Постановление от 14 июня 2022 г. по делу № А29-14142/2018

ВТОРОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД


610007, г. Киров, ул. Хлыновская, 3,http://2aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело № А29-14142/2018
г. Киров
14 июня 2022 года
Резолютивная часть постановления объявлена 07 июня 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 14 июня 2022 года.


Второй арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Кормщиковой Н.А.,

судей Дьяконовой Т.М., Хорошевой Е.Н.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,


при участии в судебном заседании:

представителя заявителя жалобы – ФИО2 по доверенности от 11.06.2021


рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО3

на определение Арбитражного суда Республики Коми от 22.02.2022 по делу № А29-14142/2018 (З-162611/2020)

по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Гектор»

к обществу с ограниченной ответственностью «Автоперевозчик»

с участием лица, в отношении которого совершена сделка – ФИО3,

о признании сделки должника недействительной и применении последствий недействительности,



установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Проф-Инвест» (далее – ООО «Проф-Инвест», должник) общество с ограниченной ответственностью «Гектор» (далее –ООО «Гектор», Общество, кредитор) обратилось в Арбитражный суд Республики Коми с заявлением о признании недействительной сделки - перевода денежных средств в пользу ФИО3 (далее-ответчик, ФИО3, податель жалобы) в сумме 197 870,11 руб. по договору беспроцентного займа от 30.06.2015 и применении последствий ее недействительности.

Определением Арбитражного суда Республики Коми от 22.02.2022 заявление Общества удовлетворено.

ФИО3 с принятым определением суда не согласилась, обратилась во Второй арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить.

Как указывает ответчик, основания признания сделки недействительной ООО «Гектор» не представило, при этом утверждение заявителя о том, что на момент совершения платежа у должника имелись неисполненные обязательства перед иными кредиторами является попыткой ввести суд в заблуждение. Податель жалобы отмечает, что Арбитражным судом Республики Коми 29.05.2018 вынесено решение по делу № А 29 - 14022/2017 о взыскании с ООО «Проф – Инвест» в пользу ООО «Гектор» задолженности в сумме 12 600 000 руб. по договорам займа, основанием для иска стал именно спор о сроках возврата кредита, который установлен 28.09.2018; задолженность перед ООО «Автоконтроль» в размере 16 919 315,07 руб. установлена определением Арбитражного суда Республики Коми 17.06.2019 (дело № А29-14142/2018 (Т-44478/2019)), задолженность в сумме 3 000 000,00 руб. так же 17.06.2019 (дело № А29-14142/2018 (Т-44467/2019)). К тому же, утверждение заявителя о том, что сделка совершена в отношении заинтересованного лица, поскольку ФИО3 является учредителем ООО «Автоперевозчик» лишена какого - либо смысла и не логична, а ссылка на постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 06.04.2021 по делу А29-14142/2018 (3-128324/2019) безосновательна, поскольку в законе отсутствует понятие фактической аффилированности.

В дополнении к апелляционной жалобе ФИО3 указывает, что договор займа был заключен и исполнен, фальсификация копий документов не доказана. Отмечает, что у должника на момент совершения платежа неисполненных обязательств не было, к тому же аффилированность сторон не доказана.

Определение Второго арбитражного апелляционного суда о принятии апелляционной жалобы к производству вынесено 19.04.2022 и размещено в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» 20.04.2022 в соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 122 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. На основании указанной нормы стороны надлежащим образом уведомлены о рассмотрении апелляционной жалобы.

Конкурсный управляющий ФИО4 в отзыве на апелляционную жалобу указывает, что жалоба не подлежит удовлетворению. Отмечает, что основным доводом является неправильное применение норм материального права, ответчик считает, что не был аффилирован с должником, однако данное обстоятельство установлено судебными актами.

ФИО3 в дополнении указывает, что определением от 26.12.2020 установлено, что ФИО3 не является афиллированным лицом с ООО «Проф-Инвест».

В дополнении к отзыву на апелляционную жалобу конкурсный управляющий ФИО4 сообщает, что договор займа не оспаривают, в настоящем споре рассматривается сделка в части возврата займа аффилированному лицу. Отмечает, что в отсутствие подлинников документов по причине не предоставления их ответчиком проведение мероприятий по проверке заявления о фальсификации у суда отсутствовали. К тому же, довод об отсутствии неисполненных обязательств неоднократно опровергался вступившими в законную силу судебными актами.

В порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в ходе судебного заседания 01.06.2022 объявлен перерыв до 07.06.2022.

В судебном заседании до и после перерыва представитель заявителя поддержал доводы апелляционной жалобы и дополнений в полном объеме.

Иные участвующие по делу лица явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом.

Конкурсный управляющий ФИО4 направил ходатайство о рассмотрении жалобы в свое отсутствие.

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в отсутствие представителей неявившихся лиц при имеющейся явке представителя заявителя жалобы.

Законность определения Арбитражного суда Республики Коми проверена Вторым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, 30.06.2015 между ФИО5 (заимодавец) и ООО «Проф – Инвест» (заемщик) подписан договор беспроцентного займа, в соответствии с условиями которого заимодавец предоставляет заемщику заем в размере 198 000,00 руб. с возвратом займа в срок до 31.10.2015, заем может быть возращен досрочно.

Поступление обществу «Проф-Инвест» денежных средств подтверждено квитанциями к приходным кассовым ордерам на суммы: 82 134,05 руб. (приходный кассовый ордер № 6 от 30.06.2015); 115 736,06 руб. (приходный кассовый ордер № 7 от 15.09.2015).

На спорные даты ФИО5 являлся руководителем должника ООО «Проф-Инвест».

01.09.2015 между ФИО5 (цедент) и ФИО3 (цессионарий) подписан договор уступки права требования, согласно которому цедент уступает, а цессионарий принимает в полном объеме права и обязанности по договорам займа от 27.12.2011 г, (дополнительное соглашение от 27.12.2011 г.), от 02.03.2012 г. (дополнительное соглашение от 02.03.2012 г.), от 13.12.12 (дополнительное соглашение от 13.12.2012 г.), от 20.08.2013 г. (дополнительное соглашение от 20.08.13 г.). от 25.09.2013 г. (дополнительное соглашение от 25.09.13 г.), от 11.02.2014 г. (дополнительное соглашение от 11.02.2013 г.), от 20.05.2015 г (дополнительное соглашение от 20.05.2015 г.), от 30.06.2015 г., заключенными между ФИО5 и ООО «Проф-Инвест».

15.09.2015 ФИО5 уведомил ООО «Проф – Инвест» о переходе права требования по договору беспроцентного займа от 30.06.2015 в сумме 197 870,11 руб. к ФИО3

01.12.2015 ФИО3 обратилась к должнику с заявлением о возврате денежных средств по договору займа, который возвращен 02.10.2017 путем перевода денежных средств в размере 197 870,11 руб.

Определением Арбитражного суда Республики Коми от 15.11.2018 заявление ООО «Автоперевозчик» принято к производству, в отношении ООО «Проф-Инвест» возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве).

Решением Арбитражного суда Республики Коми от 13.02.2019 по делу №А29-14142/2018 ООО «Проф-Инвест» признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, в отношении него введено конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утверждена ФИО6

Определением Арбитражного суда Республики Коми от 27.08.2020 ФИО6 освобождена от исполнения обязанностей конкурсного управляющего, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО4

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения ООО «Гектор» в Арбитражный суд Республики Коми с настоящим заявлением о признании сделки недействительной на основании пунктов 1 и 2 статьи 61.2, пункта 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве, а также статьями 10, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы с дополнениями, содержание отзывов, заслушав пояснения представителя заявителя, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены или изменения определения суда, исходя из нижеследующего.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пунктам 1.3 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с нормами Гражданского кодекса Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов (пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве).

Согласно пункту 2 указанной статьи заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд наряду с лицами, указанными в пункте 1 настоящей статьи, конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер кредиторской задолженности перед ним, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его аффилированных лиц.

При этом установленный Законом десятипроцентный порог служит лишь ограничением для чрезмерного и несогласованного оспаривания сделок по заявлениям миноритарных кредиторов, что может нарушить баланс интересов участвующих в деле о банкротстве лиц, привести к затягиванию процедуры банкротства и увеличению текущих расходов. Возможность соединения требований нескольких кредиторов для достижения общих целей (признания незаконной сделки должника недействительной, пополнения конкурсной массы, максимального пропорционального погашения требований всех кредиторов) отвечает целям конкурсного производства и способствует эффективному восстановлению их нарушенных прав.

Требование ООО «Гектор» в сумме 12 387 361,96руб. составляет 28% от общего размера кредиторской задолженности, в связи с чем обращение в арбитражный суд с настоящим заявлением об оспаривании сделки, признается судом правомерным.

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Постановление N 63), по правилам главы III.1 Закона о банкротстве в частности могут быть оспорены действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

Согласно пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Таким образом, для признания сделки недействительной по основанию, указанному в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, лицу, требующему признания сделки недействительной, необходимо доказать, что сделка заключена в течение года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия данного заявления (указанный срок является периодом подозрения, который устанавливается с целью обеспечения стабильности гражданского оборота) при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки.

Для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки. Неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (абзацы 2 и 3 пункта 8 Постановления N 63).

Из разъяснений, данных в абзаце 4 пункта 9 Постановления N 63, следует, что в случае оспаривания подозрительной сделки суд проверяет наличие обоих оснований, установленных как в пункте 1, так и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

По правилам пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет 20 и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - 10 и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 5 Постановления N 63, пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). Для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что, согласно абзацу 32 статьи 2 Закона о банкротстве, под вредом понимаются уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 7 Постановления N 63, презумпция осведомленности другой стороны сделки о совершении этой сделки с целью причинить вред имущественным интересам кредиторов применяется, если другая сторона признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данных в абзацах 33 и 34 статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах 2 - 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества. Для установления цели причинения вреда имущественным правам кредиторов необходимо одновременное наличие признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества должника и наличие хотя бы одного из обстоятельств, предусмотренных абзацами 2 - 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (пункт 6 Постановления N 63).

Установленные абзацами вторым-пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную, в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

По общему правилу, установленному абзацем 1 пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

Договор, при заключении которого допущено злоупотребление правом, подлежит признанию недействительным на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации по иску оспаривающего такой договор лица, чьи права или охраняемые законом интересы он нарушает.

Как разъяснено в пункте 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

В соответствии с пунктами 3 и 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались.

Основным признаком наличия злоупотребления правом является намерение причинить вред другому лицу, намерение употребить право во вред другому лицу. В связи с этим, для квалификации действий как совершенных со злоупотреблением правом должны быть представлены доказательства того, что совершая определенные действия, сторона намеревалась причинить вред другому лицу.

Для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что совершая сделку, стороны намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес, соответственно, для признания сделки недействительной необходимо установить признаки злоупотребления правом не только со стороны должника, но и со стороны ответчика.

Согласно статье 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается в обоснование своих требований и возражений, следовательно, бремя доказывания наличия всех квалифицирующих признаков лежит на заявителе требования о признании сделки недействительной вне зависимости от участия в них, которыми в рассматриваемом случае является конкурсный кредитор.

Из материалов дела следует, что заявление о признании должника банкротом принято судом к производству 15.11.2018, оспариваемая сделка совершена 02.10.2017, то есть в период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Фактическое предоставление ФИО5 должнику в июне, сентябре 2015 года заемных средств путем расходования своих денежных средств на нужды Общества (авансовые отчеты от 29.06.2015, 14.09.2015, 15.09.2015) подтверждено материалами дела.

Оспариваемая сделка совершена в пределах периодов подозрительности и привела к уменьшению стоимости имущества должника, поскольку со счета должника списаны денежные средства.

При этом судом установлено, что на дату совершения оспариваемой сделки ООО «Проф-Инвест» обладало признаками неплатежеспособности, поскольку у общества имелись неисполненные денежные обязательства в значительном размере перед ООО «Гектор», ООО «Автоперевозчик» и ООО «Автоконтроль», подтвержденные судебными актами, наличие у задолженности перед ООО «Автоперевозчик» и послужило основанием для обращения последнего в суд с заявлением о признании должника банкротом.

В анализе финансового состояния конкурсного управляющего ФИО6 за период с 01.01.2016 по 07.07.2019, отражено, что на протяжении всего анализируемого периода должник испытывал недостаток ликвидных активов и оборотных средств для ведения хозяйственной деятельности, в связи с кризисным финансовым состоянием Общество неспособно было исполнить в полном объеме денежные обязательства перед кредиторами.

Поскольку наличие у должника по состоянию на 2018 год признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества неоднократно устанавливалось судами в ходе рассмотрения иных обособленных споров в рамках настоящего дела, следовательно, соответствующие доводы ответчика об обратном направлены на пересмотр вступивших в силу судебных актов арбитражного суда вне установленных законом процедур, что не допустимо.

К тому же фактическая аффилированность ответчика по отношению к должнику также установлена судебными актами (в том числе постановлением Второго арбитражного апелляционного суда от 14.02.2022 по обособленному спору №А29-14142/2018 (З-56992/2021), от 06.04.2021 по обособленному спору № А29-14142/2018 (З-128324/2019)), а также следует из факта наделения ФИО5 ответчика ФИО3 полномочиями представителя по доверенности от 19.06.2014 (поименована под №34 в акте передаваемой конкурсному управляющему документации должника от 27.08.2020, л.д.32-34 том3).

Опрошенный в ходе судебного заседания первой инстанции 16.12.2021 в качестве свидетеля ФИО7, являвшийся в период с ноября 2015 года по ноябрь 2017 года директором ООО «Проф-Инвест», сообщил, что фактическое управление должником осуществляла ФИО3, что соответствует показаниям ФИО7 в ходе проверки, проведенной УМВД России по г.Сыктывкару (л.д.88-105, т.6).

То есть, установленная по отношению к должнику аффилированность ФИО3 свидетельствует об осведомленности последней о наличии у должника на дату оспариваемого платежа неисполненных обязательств перед иными кредиторами, требования которых в настоящее время включены в реестр требований кредиторов должника.

К тому же, судом принимается во внимание, что оспариваемый платеж произведен в пользу ФИО3 02.10.2017, то есть после предъявления ООО «Автоконтроль» и ООО «Гектор» должнику требований о возврате займов (июль, август и сентябрь 2017 года), и 1 год и 10 месяцев с установленного срока возврата займа по договору от 30.06.2015.

В этой связи, установив наличие совокупности обстоятельств, позволяющих признать оспариваемую сделку недействительной на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве, арбитражный суд первой инстанции обоснованно удовлетворил требования ООО «Гектор», признав недействительной сделку по перечислению должником ООО «Проф-Инвест» 02.10.2017 в пользу ФИО3 денежных средств в сумме 197 870,11 руб.

Выводы суда относительно договора уступки права требования от 01.09.2015 апелляционным судом не поддерживаются, однако они не привели к принятию неверного судебного акта.

Доводы заявителя апелляционным судом рассмотрены и отклонены как не свидетельствующие о наличии оснований для отказа в удовлетворении заявленных по делу требований.

Вопреки позиции заявителя, само по себе финансирование ФИО5 деятельности ООО «Проф-Инвест» путем предоставления заемных средств очевидным образом свидетельствует о недостаточности у последнего собственных денежных средств и его неплатежеспособности.

Аргументы заявителя о праве ФИО3 на спорные денежные средства как наследницы займодавца ФИО5 не могут быть приняты коллегией судей во внимание в силу положений п. 7 ст. 268 АПК РФ.

При этом суд апелляционной инстанции считает необходимым отметить, что согласно свидетельству о праве на наследство по закону, выданному ФИО3, спорные денежные средства в состав наследуемого имущества ФИО5 не вошли.

Приведенные в апелляционной жалобе доводы свидетельствуют не о нарушении арбитражным судом норм материального и процессуального права, а о несогласии заявителя с установленными по делу фактическими обстоятельствами и оценкой судом доказательств.

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, а также оснований для направления дела в суд первой инстанции на новое рассмотрение в ином составе, как того просит заявитель, судом апелляционной инстанции не установлено.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по апелляционной жалобе относятся на заявителя жалобы.

Руководствуясь статьями 258, 268 – 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Второй арбитражный апелляционный суд



П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Республики Коми от 22.02.2022 по делу № А29-14142/2018 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО3 – без удовлетворения.

Взыскать с ФИО3 в доход федерального бюджета 3 000 рублей государственной пошлины по апелляционной жалобе.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в течение одного месяца со дня его принятия через Арбитражный суд Республики Коми.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1-291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.


Председательствующий

Н.А. Кормщикова

Судьи


Т.М. Дьяконова


Е.Н. Хорошева