Постановление от 3 июля 2024 г. по делу № А60-39013/2022

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000

http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-2698/24

Екатеринбург

03 июля 2024 г.


Дело № А60-39013/2022

Резолютивная часть постановления объявлена 02 июля 2024 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 03 июля 2024 г.



Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Столярова А. А.,

судей Краснобаевой И. А., Суспициной Л. А.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Крестьянское хозяйство Восход» (далее – общество «КХ Восход») на решение Арбитражного суда Свердловской области от 28.11.2023 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.02.2024 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли участие представители:

индивидуального предпринимателя КФХ ФИО1 (далее – ИП КФХ ФИО1) – ФИО2 (доверенность от 01.01.2023 № 1);

ФИО3 (далее – ФИО3) – ФИО2 (доверенность от 22.02.2023 № 66/165-Н/66-2023-1-180).

Общество «КХ Восход» обратилось в Арбитражный суд Свердловской области с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю КФХ ФИО1 (далее – ИП КФХ ФИО1) об обязании ответчика возвратить имущество согласно перечню, указанному в просительной части искового заявления, взыскании имущественного вреда в размере 13 450 000,00 рублей, неосновательно полученного дохода в размере 12 000 000,00 рублей (с учетом уточнения исковых требований, принятых судом в порядке, предусмотренном статьей 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены общество с ограниченной ответственностью «К успеху» (далее – общество «К успеху»), Министерство агропромышленного комплекса и потребительского рынка Свердловской области (далее – Министерство).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 19.11.2022 общество «К успеху» привлечено к участию в деле в качестве соответчика с одновременным исключением из числа третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 24.092.2023 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО3

Обществом «КХ Восход» заявлено ходатайство об уточнении требований, в котором заявитель просил обязать ИП КФХ ФИО1 и общество «К успеху» солидарно передать обществу «КХ Восход» следующее имущество: 15 телят в возрасте до 9 месяцев; 46 коров; 4 системы навозоудаления; 2 танка охладителя молока на 3000 л каждый; 2 скотных двора каждый на 200 голов, оборудованных стойловыми местами с системами привязи и поения, а также кормовыми столами; пристрой к скотному двору оборудованный кабинетами ветврача, зоотехника, комнатами отдыха, вакуумной, моечной, комнатами для приема и хранения молока, складской комнатой, комнатой для умывания, кочегаркой и кабинетом директора с системами водоснабжения, отопления и водоотведения с мебелью; системы молокопровода (установки доильные модульные «Крафта УДМ-М») на двести голов дойного стада с 6 аппаратами доения; бочку для перевозки молока; две телеги 2ПТС; токарный станок; кузнечный пост; две телеги для перевозки сена; металлический трап для погрузки скота; установка с вакуумным насосом для откачки жидких отходов; металл 4 тонны (листовое железо, уголок, трубы); металлические стропильные фермы 21 штука сваренные из труб НКТ; мукомольная установка; ангар и склад для хранения зерна; здание с 2-мя гаражами, токарным помещением и складом; самодельная тракторная лопата; бороны для Беларус; БДТ-7; два плуга ПЛН-3; 6 цилиндрических с прицепными устройствами бочек для прикатки посевов; 50 метров проводов для сварочного аппарата; весы для взвешивания телят; счетчик молока; сосуд Дьюра СДС-35М; транспортер секционный шнековый ТСШ-100; Токарный станок 16К20РМЦ1000; станок для обрезки копыт для КРС; взыскать с ИП КФХ ФИО1 и общества «К успеху» солидарно имущественный вред в сумме 13 932 000,00 рублей, неосновательно полученный доход в сумме 26 669 644,66 рубля.

Данное уточнение принято судом первой инстанции на основании статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 27.03.2023 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО4 (далее – ФИО4).

В Арбитражный суд Свердловской области поступило встречное исковое заявление общества «К успеху» о признании недействительным договора № 1 субаренды крупнорогатого скота от 05.01.2020, которое принято судом к своему производству для совместного рассмотрения с первоначальным иском.

В Арбитражный суд Свердловской области поступили заявление ФИО3 о вступлении в дело в качестве третьего лица с самостоятельными требованиями и встречное исковое заявление ФИО3 о признании недействительным договора № 1 субаренды крупнорогатого скота от 05.01.2020, заключенного между обществами «КХ Восход» и «К успеху».

ФИО3 привлечен судом к участию в деле в качестве третьего лица с самостоятельными требованиями, его заявление принято к производству суда.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 28.11.2023 в удовлетворении первоначального иска отказано полностью. Встречный иск и заявление третьего лица ФИО3 удовлетворены полностью.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.02.2024 решение суда оставлено без изменения.

Не согласившись с указанными судебными актами, общество «КХ Восход» просит обжалуемые судебные акты отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении первоначального иска в полном объеме. По мнению заявителя, материалами дела подтверждается, что ФИО1 распоряжался имуществом истца. Вывод судов об отсутствии доказательств удержания спорного имущества опровергается материалами дела. В частности, ФИО1 заявлял, что указанное в иске имущество он не отдаст; в материалы дела в качестве доказательства приобщено постановление Тавдинского МОСП от 08.04.2022, в котором содержится информация о том, что все имущество, указанное истцом, находится на ферме в пользовании ФИО1 В постановлении Тавдинского МОП от 02.12.2022 об отказе в возбуждении уголовного дела указано, что ФИО1 скот, полученный от ООО «КХ Восход», сдал на бойню. В материалы дела в качестве доказательств приобщены отчеты ИП ФИО1 о движении скота за собственноручной подписью ФИО1 о том, что у него в распоряжении на 31.05.2022 находится скот в количестве 197 голов. Согласно отзыву третьего лица Министерства агропромышленного комплекса и потребительского рынка Свердловской области, на момент проверки наличия скота в августе 2022 года скота уже осталось 46 голов. Получаемое молоко от КРС ФИО1, хранил в танке охладителе молока, принадлежащего истцу. Навоз ФИО1 убирал с помощью систем навозоудаления установленных в коровнике и принадлежащих ФИО4, как и установлено судом. Указанные обстоятельства никем не оспорены. Судами не дана правовая оценка представленному в материалы дела определению Верховного суда Российской Федерации № 309-3022-10837 от 23.11.2022 по делу № А60-29092/2021. Право собственности ФИО4 на КРС возникло на основании следующих документов, которые приобщены к делу в качестве доказательств: мировое соглашение между ФИО4 и ФИО3 от 26.02.2015, согласно которому ФИО3 обязан вернуть денежные средства в сумме 3 980 000,00 рублей ФИО4; договор залога крупного рогатого скота от 18.03.2015, подписанный ФИО3 и ФИО4, согласно которому ФИО3 передал в залог ФИО4 весь крупнорогатый скот в счет возврата заемных денежных средств на сумму 3 980 000,00 рублей; соглашение о производстве расчета от 24.03.2015, заключенное между ФИО4 и ФИО3, согласно которому в соответствии с утвержденным судом 26.02.2015 мировым соглашением, ФИО3 передал ФИО4 скот, указанный в вышеуказанном договоре залога. Данные обстоятельства также подтверждаются и следующими документами, которые приобщены к материалам дела в качестве доказательств: постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от 25.07.2017 участкового ФИО5, постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от 24.02.2016 участкового ФИО6, постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от 18.11.2015 участкового ФИО6 Выводы суда о том, что истец злоупотребил правами и распорядился имуществом ФИО3, а также вывод суда о том, что данное имущество является совместной собственностью ФИО4 и ФИО3, противоречат друг другу. Полагает, что выводы судов противоречат установленным по делу обстоятельствам. Заявитель не согласен с выводом судов о том, что истребуемое имущество невозможно идентифицировать. Как указал податель жалобы, статья 301 Гражданского кодекса Российской Федерации не содержит никаких условий или ограничений по истребованию имущества из чужого незаконного владения; идентификационные номера предусмотрены только для ограниченного круга товаров и истребуемое имущество к ним не относится. Кассатор отметил, что право собственности истца на оборудование подтверждается договорами на приобретение имущества. Подтверждением права собственности истца на транспортер шнековый ТСШ-100 (4м) является договор № 895 от 12.09.2018, к-т рем., доильной установки УДМ-50 - договор купли-продажи №115-18 к/п от 24.10.2018, охладителя молока закрытого типа ОМЗТ 3000 (комплектация стандарт) - договор поставки № 59 от 28.09.2015, установки доильной модульной с молоко проводом «Крафта УДМ-М» - договор поставки № 15 от 05.03.2016, станка токарно-винторезного 16/120 РМЦ1000, Б/у в рабочем состоянии - договор поставки № 9121 от 14.12.2016, сосуда Дьюра СДС -35М - договор купли-продажи № 13 от 21.03.2016. Суды, однако, не оценили приобщенные к материалам дела в качестве доказательств документы, подтверждающие принадлежность истребуемого имущества истцу. Заявитель не согласен с утверждением судов о том, что согласно выпискам из ЕГРН, предоставленным ответчиками, здания животноводческих ферм зарегистрированы на праве собственности за ФИО3, однако из содержания данных выписок прямо видно, что это другие объекты, поскольку имеют другие адреса и другие площади. Здания животноводческих ферм, указанные в исковом заявлении как истребуемое имущество, находятся на земельном участке с кадастровым номером 66:27:0502002:957 и они не зарегистрированы. Кроме того, заявитель указал, что суд 21.11.2023 одновременно принял к производству встречное исковое заявление ФИО3, рассмотрел его и принял решение о его удовлетворении, в связи с чем, общество «КХ Восход» и ФИО4 были лишены всех прав, предоставленных данными нормами ответчику и другим участникам процесса. Встречное исковое заявление им не было направлено, права возможности представить отзыв и доказательства также не предоставлено, участники процесса, включая истца и ФИО4, не уведомлены о принятии и времени рассмотрения встречного иска.

В отзыве на кассационную жалобу ИП КФХ ФИО1 просит оставить обжалуемые судебные акты без изменения, а кассационную жалобу – без удовлетворения.

Как следует из материалов дела и установлено судами, 01.07.2015 между обществом «КФХ Восход» в лице директора ФИО4 (арендатор) и ФИО4 (арендодатель) заключен договор аренды, по которому арендодатель передает в пользование арендатора следующее имущество: 70 дойных коров, 30 нетелей, 1 бык-производитель, 147 голов молодняка КРС, арендатор обязуется за все время аренды имущества, указанного в пункте 1 договора, оплачивать стоимость аренды в размере 15% от стоимости полученных доходов от реализации мяса, молока и других продуктов животноводства.

В соответствии с пунктом 4 договора аренды от 01.07.2015 имущество передается в пользование сроком на пять лет, то есть до 30.06.2020.

Согласно пункту 3 договора аренды от 01.07.2015 указанное имущество передается по акту приема-передачи. С момента подписания акта приема-передачи у арендатора возникает право пользования указанным имуществом.

В акте приема-передачи от 01.07.2015 стороны подтвердили передачу арендодателем и получение арендатором следующего имущества: 70 дойных коров, 30 нетелей, 1 бык-производитель, 147 голов молодняка КРС разных возрастов.

Между обществом «КФХ «Восход» (сторона-1) и обществом «К Успеху» в лице заместителя директора ФИО1 (сторона-2) заключен договор субаренды скота № 1 от 05.01.2020, по условиям которого сторона-1 обязуется предоставить во временное пользование, а сторона-2 – принять по акту (Приложение № 1) в пользование крупный рогатый скот. Приплод, продукция и доходы, полученные стороной-2 в результате использования скота, являются собственностью стороны-2.

На момент заключения договора скот, сдаваемый в субаренду, принадлежит стороне-1 на праве аренды, что подтверждается договором аренды № 1 от 01.07.2015 (пункт 1.2 договора).

В соответствии с пунктом 1.4 договора субаренды при передаче скота производится проверка его количества и осмотр в присутствии стороны-2, скот передается в удовлетворительном состоянии.

Согласно пункту 1.5 договора субаренды без согласия стороны-1 указанный скот не может быть передан стороной-2 в субаренду или пользование иным лицам, сдан на убой.

Согласно пункту 2.1 договора субаренды скот предоставляется на срок 11 месяцев. Стороны вправе продлить срок субаренды.

В соответствии с пунктом 3.1 договора субаренды арендная плата за скот не начисляется и не выплачивается стороне-1, поскольку сторона-2 несет все расходы на закупку кормов, вакцинацию, медицинское обслуживание, содержание и при необходимости ремонт помещения.

В Приложении № 1 к договору субаренды стороны подтвердили передачу стороной-2 и принятие стороной-1 следующего крупно-рогатого скота: телят (0-3 мес.) 24 головы, телок (до 150 кг) – 29 голов, быка производителя – 2 головы; нетелей – 22 головы, дойных коров – 61 голова, коров сухостойных - 20 голов.

Как установлено судами, в обоснование заявленных требований истец по первоначальному иску ссылался на следующие обстоятельства.

По полученным сведениям из управления сельского хозяйства Правительства Свердловской области, ИП КФХ ФИО1 с февраля 2020 года сдает отчеты, как производитель сырого коровьего молока, по настоящее время сдал на Ирбитский молочный завод 400 тонн молока на сумму 12 000 000,00 рублей. То есть с 05.01.2020 скотом, помещениями для его содержания, оборудованием привязи скота, уборки навоза из скотных дворов, оборудованием для поения скота и коров пользуется без всяких оснований и без оплаты ИП КФХ ФИО1 и получает доход.

ФИО1 21.02.2020 зарегистрировался в качестве индивидуального предпринимателя установленном законом порядке, 10.03.2020 включен в реестр малого и среднего предпринимательства.

С марта 2020 года ФИО1 сдает отчеты как производитель сырого коровьего молока.

Общество «КХ Восход» 25.12.2021 направило в адрес общества «К успеху» требование вернуть скот в общество «КХ Восход». Ответа не поступило.

Далее 05.01.2022 общество «КХ Восход» направило ИП КФХ ФИО1 требование об оплате стоимости используемого им имущества и оборудования, а именно 3 систем навозоудаления стоимостью 750,00 рублей в сутки, системы привязи стойловых мест на 300 голов крупнорогатого скота стоимостью 20,00 рублей в сутки за каждое стойловое место, 3 молокопроводов на 200 дойных коров стоимостью 5 000,00 рублей в сутки, 2 танков охладителя молока на 6 тонн стоимостью 1 000,00 рублей в сутки.

Общая стоимость требований по оплате вышеуказанного оборудования за период с 05.01.2020 по 13.03.2021 составила 15 976 500,00 рублей.

Ответа от ИП КФХ ФИО1 не поступило. Вместе с тем, он продолжает пользоваться безвозмездно без всяких оснований вышеуказанным оборудованием, принадлежащим обществу «КХ Восход» и получать доход.

Общество «КХ Восход» 11.02.2022 направило в адрес ИП КФХ ФИО1 требование о возврате незаконно полученного удерживаемого имущества, принадлежащего обществу «КХ Восход»: 24 телят в возрасте до 3-х месяцев - 720 000,00 рублей; 29 телок в возрасте от года до полутора лет – 1 812 000,00 рублей; 2 быков производителей - 400 000,00 рублей; 2 лошадей – 360 000,00 рублей; 22 нетелей - 2 310 000,00 рублей; 81 коров - 7 290 000,00 рублей; 4 систем навозоудаления (одна из них новая) - 940 000,00 рублей; 2 танков охладителя молока на 3000 л каждый - 1 000 000,00 рублей; 2 скотных дворов каждый на 200 голов оборудованных стойловыми местами с системами привязи и поения, а также кормовыми столами - 30 000 000,00 рублей; пристроя к скотному двору, оборудованного кабинетами ветврача, зоотехника, комнатами отдыха, вакуумной, моечной, комнатами для приема и хранения молока, складской комнатой, комнатой для умывания, кочегаркой и кабинетом директора с системами водоснабжения, отопления и водоотведения с мебелью - 8 000 000,00 рублей; системы молокопровода на двести голов дойного стада с 6 аппаратами доения - 1 000 000,00 рублей; бочки для перевозки молока - 100 000,00 рублей; двух телег 2ПТС - 200 000,00 рублей; токарного станка - 400 000,00 рублей; Кузнечный пост - 50 000,00 рублей; две телеги для перевозки сена - 200 000,00 рублей; металлического трапа для погрузки скота - 70 000,00 рублей; установки с вакуумным насосом для откачки жидких отходов - 100 000,00 рублей; металла 4 тонны (листовое железо, уголок, трубы) - 400 000,00 рублей; металлической стропильной фермы 21 шт. сваренной из труб НКТ - 1 000 000,00 рублей; мукомольной установки - 100 000,00 рублей; ангара - 2 000 000,00 рублей; склада для хранения зерна - 2 500 000,00 рублей; здания с 2-мя гаражами, токарной и складом - 2 500 000,00 рублей; самодельной тракторной лопаты - 70 000,00 рублей; бороны для Беларус - 200 000,00 рублей; БДТ-7 - 350 000,00 рублей; двух сеялок СЗП-5 - 800 000,00 рублей; двух плугов ПЛН-3 - 150 000,00 рублей; 6 цилиндрических с прицепными устройствами бочек для прикатки посевов - 300 000,00 рублей; 50 метров проводов для сварочного аппарата - 15 000,00 рублей; Беларус-892 2011г.в. - 800 000,00 рублей; весов для взвешивания телят - 100 000,00 рублей; счетчика молока - 30 000,00 рублей; сосуда Дьюра СДС -35М - 50 000,00 рублей; транспортера секционного шнекового ТСШ-100 - 50 000,00 рублей; станка для обрезки копыт для КРС - 150 000,00 рублей, итого общей стоимостью 62 172 000,00 рублей.

Указанное имущество возвращено не было.

На сегодняшний день непонятно количество оставшегося скота, ФИО1 физически чинит препятствия для пересчета скота и для владения обществом «КХ Восход» своим собственным имуществом.

Согласно протоколу осмотра места происшествия, составленному старшим следователем СО МО МВД России «Тавдинский» ФИО7 на 18.03.2022, дойных коров осталось всего 60 голов, 20 из которых ФИО1 приобрел на деньги гранта, предоставленного ему государством.

Согласно протоколу осмотра места происшествия на 29.07.2022 установлено, что остались 46 коров, 1 бык, 15 телят, две лошади. Остальное, как поясняет ФИО1, он продал.

Ссылаясь на указанные обстоятельства, а также на то, что ИП КФХ ФИО1 в отсутствие законных оснований использует имущество, принадлежащее обществу «КХ Восход», в связи с чем, истцу причинен ущерб, общество «КХ Восход» обратилось в арбитражный суд с иском об обязании ИП КФХ ФИО1 и общество «К успеху» солидарно передать обществу имущество согласно перечня, указанного в иске, взыскании с ответчиков солидарно имущественного вреда в сумме 13 932 000,00 рублей, неосновательно полученного дохода в сумме 26 669 644,66 рубля.

Ссылаясь на то, что весь крупнорогатый скот был приобретен ФИО3 и обществу «КХ Восход» не передавался и не продавался, право собственности на крупнорогатый скот в момент заключения договора субаренды обществом «КХ Восход» не приобретено, общество «К успеху» и ФИО3 обратились в арбитражный суд со встречными исковыми требованиями о признании договора субаренды от 05.01.2020 № 1 недействительным.

Удовлетворяя встречные исковые требования, признавая недействительным договор субаренды от 05.01.2020 № 1, отказывая в удовлетворении первоначального иска, суды исходили из того, что у ФИО4 отсутствует право собственности на имущество, переданное по договору аренды, указанное имущество является собственностью ФИО3 Поведение общества «КХ Восход», осведомленного о невозможности сдачи имущества в субаренду ввиду отсутствия у арендодателя ФИО4 права собственности на него, является недобросовестным, совокупность обстоятельств, требуемых для удовлетворения иска об истребовании имущества из чужого незаконного владения и взыскания убытков, не доказана.

Проверив законность обжалуемых судебных актов в пределах доводов кассационной жалобы в порядке, предусмотренном статьями 274, 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд кассационной инстанции оснований для их отмены не усматривает.

В соответствии со статьей 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном настоящим Кодексом.

Согласно пункту 1 статьи 2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и пункту 1 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации основной задачей судопроизводства в арбитражных судах является защита нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов лиц, осуществляющих предпринимательскую и иную экономическую деятельность.

Исходя из положений статьи 11 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, защиту нарушенных или оспоренных гражданских прав осуществляет арбитражный суд, при этом способ защиты нарушенного права лицо, обратившееся с арбитражный суд, избирает самостоятельно. Избранный способ защиты в случае удовлетворения требований истца должен привести к восстановлению его нарушенных или оспариваемых прав.

В тех случаях, когда закон предусматривает для конкретного правоотношения определенный способ защиты, лицо, обращающееся в суд, вправе воспользоваться именно этим способом защиты.

Перечень способов защиты гражданских прав установлен в статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации и не является исчерпывающим.

Способ защиты права должен соответствовать характеру и последствиям правонарушения и обеспечивать восстановление нарушенных прав.

Если истец избрал способ защиты права, не соответствующий нарушению, и не обеспечивающий восстановление прав, его требования не могут быть удовлетворены.

В качестве одного из способов защиты права указано восстановление положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Глава 20 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает два вещно-правовых иска на защиту права собственности и других вещных прав: об истребовании имущества из чужого незаконного владения (статья 301 Гражданского кодекса Российской Федерации виндикационный иск) и об устранении препятствий в пользовании имуществом, не связанных с лишением владения вещью (статья 304 Гражданского кодекса Российской Федерации негаторный иск).

Как видно из материалов дела и установлено судами, истцом заявлен виндикационный иск.

В силу статьи 301 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29.04.2010 (ред. от 23.06.2015) «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» (далее – постановление Пленума № 10/22), применяя статью 301 ГК РФ, судам следует иметь в виду, что собственник вправе истребовать свое имущество от лица, у которого оно фактически находится в незаконном владении. Иск об истребовании имущества, предъявленный к лицу, в незаконном владении которого это имущество находилось, но у которого оно к моменту рассмотрения дела в суде отсутствует, не может быть удовлетворен.

В соответствии со статьей 301 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, обратившееся в суд с иском об истребовании своего имущества из чужого незаконного владения, должно доказать свое право собственности на имущество, находящееся во владении ответчика (пункт 36 постановления Пленума № 10/22).

В силу положений статей 301, 302 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснений абзаца 2 пункта 34 постановления Пленума № 10/22, спор о возврате имущества собственнику по правилам виндикации подлежит разрешению в случаях, когда между лицами отсутствуют договорные отношения или отношения, связанные с последствиями недействительности сделки.

По смыслу приведенных выше норм права иск об истребовании имущества из незаконного владения характеризуется определенными признаками: наличием у истца права на виндицируемое имущество, утратой фактического владения имуществом, возможностью выделить вещь при помощи индивидуальных признаков из однородных вещей, фактическим владением ответчика вещью на момент рассмотрения спора. Для удовлетворения исковых требований необходимо наличие указанных фактов в совокупности, отсутствие или недоказанность одного из них влечет отказ в удовлетворении иска.

В силу пунктов 1, 2 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства. В случае если вред возник в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения договорного обязательства, то вред возмещается в соответствии с правилами об ответственности за неисполнение договорного обязательства или согласно условиям договора, заключенного между сторонами.

Согласно статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Для наступления деликтной ответственности, являющейся видом гражданско-правовой ответственности, необходимо наличие состава правонарушения, включившего в себя: а) наступление вреда; б) противоправность поведения причинителя вреда; в) причинную связь между двумя первыми элементами; г) вину причинителя вреда.

В соответствии со статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Пунктом 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статей 1109 названного Кодекса.

Таким образом, для возникновения обязательств из неосновательного обогащения необходимы приобретение или сбережение имущества за счет другого лица, отсутствие правового основания такого сбережения или приобретения, отсутствие обстоятельств, предусмотренных статьей 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия. Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

В силу пункта 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Как установлено пунктом 1 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 данной статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (пункт 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основании своих требований и возражений.

В силу положений части 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности.

Как верно отмечено судами, в рассматриваемом случае между лицами, участвующими в деле имеются разногласия относительно принадлежности имущества истцу по первоначальному иску - обществу «КХ Восход».

С учетом приведенных норм права и разъяснений, принимая во внимание, что истцом по первоначальному иску заявлено, в том числе, требование об истребовании имущества из чужого незаконного владения к предпринимателю КФХ ФИО1, в обоснование исковых требований общество ссылалось на заключение договора субаренды, в то время как общество «К успеху» и ФИО3 заявлены встречные исковые заявления о признании указанного договора недействительным, суды обоснованно указали, что вопрос о принадлежности спорного имущества имеет значение для рассмотрения настоящего спора.

Как следует из материалов дела и установлено судами, по условиям договора субаренды скота № 1 от 05.01.2020 между обществами «КФХ «Восход» (сторона-1) и «К Успеху» в лице заместителя директора ФИО1 (сторона-2), сторона-1 обязуется предоставить во временное пользование, а сторона-2 – принять по акту (Приложение № 1) в пользование крупный рогатый скот. Приплод, продукция и доходы, полученные стороной-2 в результате использования скота, являются собственностью стороны-2.

В Приложении № 1 к договору субаренды указано на передачу телят (0-3 мес.) в количестве 24 голов; телок (до 150 кг) – 29 голов; быка производителя – 2 голов; нетей – 22 голов; дойных коров – 61 голов; коров сухостойных - 20 голов.

В подтверждение наличия у общества «КХ Восход» права передачи имущества в субаренду в материалы дела представлен договор аренды от 01.07.2015, заключенный между обществом «КФХ Восход» в лице директора ФИО4 (арендатор) и ФИО4 (арендодатель), по условиям которого арендодатель передает в пользование арендатора следующее имущество: 70 дойных коров, 30 нетелей, 1 быка-производителя, 147 голов молодняка КРС, арендатор обязуется за все время аренды имущества, указанного в пункте 1 договора, оплачивать стоимость аренды в размере 15% от стоимости полученных доходов от реализации мяса, молока и других продуктов животноводства.

В соответствии с пунктом 4 договора аренды от 01.07.2015 имущество передается в пользование сроком на пять лет, то есть до 30.06.2020.

В акте приема-передачи от 01.07.2015 стороны подтвердили передачу арендодателем и получение арендатором следующего имущества: 70 дойных коров, 30 нетелей, 1 быка-производителя, 147 голов молодняка КРС разных возрастов.

Вместе с тем, как обоснованно указано судами, доказательства наличия у арендодателя ФИО4 права собственности на имущество, указанное в договоре аренды от 01.07.2015, в материалах дела отсутствуют.

Представленный в материалы дела договор купли-продажи от 08.06.2005 (здание склада под зернохранилище 647 кв.м, построено в 1980 году из железобетонных блоков с деревянным перекрытием покрытым шифером, по адресу: Свердловская область, Тавдинский район, в с. Кошуки) с договором уступки прав и обязанностей от 22.07.2016 исследованы судами и не признаны доказательствами наличия права собственности истца на истребуемое имущество.

При этом суды исходил из следующего.

Вступившим в законную силу решением Тавдинского районного суда Свердловской области от 06.12.2022 по делу №2-951(8)2022, оставленным без изменения апелляционным определением Свердловского областного суда от 29.06.2023, в удовлетворении искового заявления ФИО4 о пресечении действий, создающих угрозу нарушения права, установлении запрета заходить в производственные помещения и находиться в них отказано.

При рассмотрении указанного спора судом установлено, что право собственности и другие вещные права общества «КХ Восход» на объекты недвижимости зарегистрировано не было, вышеуказанные объекты недвижимости (здания ферм для содержания крупно-рогатого скота площадью 1155 кв.м и 1087 кв.м) находятся в собственности ФИО3

Представленная истцом по первоначальному иску выписка из ЕГРН в отношении объекта недвижимого имущества с кадастровым номером 66:27:0502002:957 проанализирована судами и оценена критически, поскольку данная выписка не содержит сведений о собственнике имущества, указанная выписка не подтверждает его принадлежность.

Иные представленные истцом в обоснование заявленных требований документы (акт № 1 от 24.10.2016 о приемке выполненных работ; справка о стоимости выполненных работ и затрат № 1 от 24.10.2016, договор залога крупнорогатого скота от 18.03.2015, сверка расчетов, счета на оплату) также не признаны судами в качестве доказательств, подтверждающих право собственности на имущество, указанное в договоре субаренды.

Как установлено судами, вступившим в законную силу решением Тавдинского районного суда Свердловской области от 21.07.2016 по делу № 2-448(8)2016, оставленным без изменения апелляционным определением Свердловского областного суда от 08.11.2016, установлены следующие обстоятельства.

Между ФИО4 и ИП КФХ ФИО3 01.11.2012 заключен договор о совместной деятельности по животноводству, растениеводству, выращиванию зерновых культур. Вклады участников являются равными и могут быть внесены в размере согласованном обеими сторонами в письменном виде. Вкладом участника № 1 (ФИО4) являются право на внесение денежных средств, скота и иного имущества на сумму не более 15 000 000,00 рублей.

Во исполнение вышеуказанного договора ФИО4 переданы денежные средства, согласно распискам от 10.07.2014 ФИО4 передано ФИО3 – 100 000,00 рублей для приобретения 20 нетелей крупнорогатого скота, 16.07.2014 ФИО4 передано ФИО3 – 500 000,00 рублей для приобретения 20 нетелей крупнорогатого, 18.07.2014 ФИО4 передано ФИО3 – 250 000,00 рублей для приобретения 20 нетелей крупнорогатого скота, 06.08.2014 ФИО4 передано ФИО3 – 200 000,00 рублей для оплаты приобретенных 20 нетелей крупнорогатого скота, 25.08.2014 ФИО4 передано ФИО3 – 300 000,00 рублей для оплаты приобретенных 20 нетелей крупнорогатого скота.

ФИО4, являясь участником крестьянского (фермерского) хозяйству, к ФИО3 не обращался с требованием о разделе имущества между участниками, в судебном заседании представитель ФИО3 пояснила, что часть имущества КФХ ФИО3 находится в пользовании у ФИО4, ферма, коровы, что не оспаривалось ФИО8

В апелляционном определении Свердловского областного суда от 08.11.2016 суд также отметил следующее.

ФИО4, требуя взыскания с ФИО3 компенсации своей доли, не представил соглашения с ФИО3 о выделе своей доли в имуществе совместного хозяйства, о размере доли, не требовал принудительного раздела, не оспорил утверждение ФИО3 о том, что часть имущества крестьянского фермерского хозяйства ИП ФИО3 находится в пользовании ФИО4, что ФИО4 организовал на базе совместного производства собственное общество «Восход», ФИО3 обязан выплатить соответствующие суммы, в связи с чем, суд не нашел оснований взыскать в его пользу 8 883 575,00 рублей в виде компенсации вклада в совместную деятельность – всей денежной суммы, внесенной ФИО4 в совместную деятельность, при отсутствии оснований сделать вывод о том, что вклад является фактической долей в имуществе совместного хозяйства, которая может быть как в большем, так и в меньшем размере.

В материалы настоящего дела представлен договор о совместной деятельности по животноводству, растениеводству и выращиванию зерновых культур от 01.11.2012, заключенный между ФИО4 (участник №1) и ИП главой КФХ ФИО3 (участник № 2), согласно пункту 1 которого на момент подписания настоящего договора вкладом участника № 2 является здание фермы площадью 1155,1 кв.м, здание гаража площадью 1546,9 кв.м, склад-ангар площадью 473,2 кв.м, склад под зернохранилище площадью 647,1 кв.м, крупно-рогатый скот в количестве 35 голов.

В соответствии с пунктом 3 договора о совместной деятельности договор заключается сроком на 5 лет. По истечении срока действия договора общее имущество участников подлежит распределению в порядке и на условиях, предусмотренных настоящим договором.

Кроме того, в договоре залога от 18.03.2015, заключенного между ФИО3 и ФИО4, стороны указывают на принадлежность залогодержателю ФИО3 на праве собственности следующего имущества: ста дух голов дойных коров, пяти голов нетелей крупно-рогатого скота и восьмидесяти голов молодняка (бычков и телок) в возрасте от 6 месяцев до одного года, сорок два голов телят в возрасте до шести месяцев, находящихся по адресу: Свердловская область, Тавдинский район, село Кошуки на животноводческой ферме КФХ ФИО3

При изложенных обстоятельствах суды пришли к обоснованному выводу о том, что у ФИО4 отсутствует право собственности на имущество, переданное по договору аренды, указанное имущество является собственностью ФИО3 Доказательства иного в материалы дела не представлены.

Судами установлено, что общество «КХ Восход» (ИНН <***>, ОГРН <***>) зарегистрировано в ЕГРЮЛ 21.04.2015, учредителем которого с даты создания юридического лица по настоящее время является ФИО4

Договор аренды от 01.07.2015 заключен между обществом «КФХ Восход» в лице директора ФИО4 (арендатор) и ФИО4 (арендодатель).

С учетом вышеуказанного, проанализировав и оценив представленные в материалы дела доказательства, установив, что общество «КХ Восход», будучи осведомленным о невозможности сдачи имущества в субаренду ввиду отсутствия у арендодателя ФИО4 права собственности на него, передало в субаренду крупный рогатый скот обществу «К Успеху», суды правомерно усмотрели признаки недобросовестного поведения истца по первоначальному иску.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в абзаце 5 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов другой стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При изложенных обстоятельствах, исходя из установленного судом недобросовестного поведения общества «КХ Восход», осведомленного об отсутствии у арендодателя права собственности на сданное имущество, с учетом положений статьи 608, пункта 1 статьи 168, пункта 1 статьи 10 ГК РФ, абзаца 5 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», учитывая отсутствие доказательств фактической передачи имущества, суды пришли к верному выводу о наличии оснований для удовлетворения встречного искового заявления о признании договора субаренды, от 05.01.2020 заключенного между обществами «КХ Восход» и «К успеху», недействительным (ничтожным).

В отношении истребования имущества у общества «К успеху» и ИП КФХ ФИО1 суды пришли к следующим выводам.

Обращаясь с исковым заявлением об истребовании у соответчиков имущества, истец просил истребовать как крупнорогатый скот (15 голов телят, 46 голов коров), так и иное имущество, в том числе недвижимое.

Вместе с тем, как обоснованно указано судами, истцом по первоначальному иску не доказано наличие у него прав в отношении всего виндицируемого имущества.

Так, судами установлена принадлежность крупнорогатого скота ФИО3 Кроме того, доказательств наличия права собственности на недвижимое имущество отсутствует. Договор о передаче в пользование двух систем навозоудаления от 05.02.2013 не принят судами во внимание, поскольку собственником имущества выступает ФИО4, а не общество «КХ Восход». В договоре купли-продажи от 13.09.2015 покупателем телеги тракторной ПТС2-4 также выступает ФИО4

В подтверждение права собственности на транспортер секционный шнековый ТСШ100 (4м) представлен договор № 895 от 12.09.2018, к-т рем.доильной установки УДМ-50 – договор купли-продажи № 115-18 к/п от 24.10.2018, охладитель молока закрытого типа ОМ3Т 3000 (комплектация стандарт) – договор поставки № 031 от 19.04.2017, транспортер полнокомплектный ТСН-160АМ – договор поставки № 59 от 28.09.2015, установку доильную модульную с молокопроводом «Кравта УДМ-М» - договор поставки № 15 от 04.03.2016, станок токарно-винторезный 16К20 РМЦ1000, б/у, в рабочем состоянии – договор поставки № 121 от 14.12.2016, сосуд Дьюра СДС-35М – договор купли-продажи товара № 13 от 21.03.2016.

В отношении остального истребуемого имущества судами установлено, что доказательства наличия у истца прав на него в материалах дела отсутствуют.

Доказательств того, что имущество имеется в распоряжении ответчиков и удерживается ими, истцом также не представлено (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В обоснование наличия истребуемого имущества у ИП КФХ ФИО1 общество «КХ Восход» ссылалось на его устные пояснения, которые какими-либо доказательствами не подтверждены, а также на отчеты ФИО1 как производителя сырого коровьего молока на Ирбитский молочный завод.

Вместе с тем, как следует из ответа Министерства агропромышленного комплекса и потребительского рынка Свердловской области от 29.09.2022 б/н, 06.10.2020 между Министерством и ФИО1 было заключено соглашение о предоставлении из бюджета Свердловской области гранта в форме субсидии в соответствии с пунктом 7 статьи 78 Бюджетного кодекса от 06.10.2020 №30-2020-01460.

На основании данного соглашения ФИО1 выплачен грант «Агростартап» для софинансирования его затрат, невозмещаемых в рамках иных направлений государственной поддержки, связанных с реализацией проекта создания и (или) развития крестьянского (фермерского) хозяйства (далее - грант) в сумме 4 500 000 рублей для приобретения крупного рогатого скота в количестве 29 голов, трактора и кормораздатчика.

Судами установлено, что ФИО1 своевременно предоставил в Министерство заверенные копии следующих документов: 1) в отношении приобретения крупного рогатого скота: договор куплипродажи КРС № 3 от 10.11.2020, заключенный с главой крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО9, на поставку 29 голов крупного рогатого скота (нетелей двухлетнего возраста) на общую сумму 2 035 000 рублей; счет на оплату № 9 от 10.11.2020; платежные поручения от 10.11.2020 № 183 и от 12.11.2020 4; акт приема-передачи нетелей; ветеринарную справку от 12.11.2020 № 7552226102 на 29 голов (выдана ГБУ СО «Тавдинская ветеринарная станция по борьбе с болезнями животных»); 2) в отношении трактора: договор от 03.11.2020 с ООО «ЛБР-Грант» на поставку трактора «Беларус-82.1-23/12-23/32 балочного типа на сумму 1 800 000,00 рублей; счет от 03.112020; платежные поручения от 11.11.2020 №184 и от 12.11.2020 5; акт приема-передачи с/х техники от 20.11.2020; сертификат соответствия; паспорт транспортного средства; акт о приемепередаче объекта основных средств (форма № ОС-1) от 12.11.2020 № 120; 3) в отношении кормораздатчика: договор купли-продажи сельхозтехники № 398 от 16.07.2020, заключенный с обществом «Новосибирский опытноэкспериментальный завод нестандартизированного оборудования - Сельмаш» на сумму 1 165 000 рублей; счет-фактуру от 12.11.2020 № 0000000812; товарную накладную от 12.11.2020 № 000812; акт приема-передачи от 12.11.2020; платежные поручения от 09.11.2020 № 182, от 12.11.2020 № 185 и от 13.11.2020 № 6; сертификат соответствия; акт о приеме-передаче объекта основных средств (форма № ОС-1) от 12.11.2020 № 132.

При таких обстоятельствах суды правомерно признали, что у ФИО1 имеется собственное имущество для производства молочной продукции, которое им приобретено у главы КФХ ФИО9, общества «ЛБРГрант», общества «Новосибирский опытно-экспериментальный завод нестандартизированного оборудования - Сельмаш», а также выделенные средства гранта.

Доказательств того, что истребуемое имущество находится у ФИО1, истцом не представлено, как и не представлено доказательств нахождения спорного имущества у общества «К успеху».

Кроме того, как обоснованно отмечено судами, истребуемое имущество невозможно идентифицировать (не указаны производственные номера в отношении движимого имущества, ушные метки, клеймо, кличка, вес, иные характеристики в отношении крупного рогатого скота, а также кадастровые номера, присваиваемые органом регистрации прав, в отношении недвижимого имущества).

Судами также учтена специфика владения и содержания крупного рогатого скота, даты заключения договоров аренды (01.07.2015) и субаренды (05.01.2020), акта от 26.02.2020 о вывозе 15 голов коров дойных.

При изложенных обстоятельствах, принимая во внимание, что совокупность обстоятельств, требуемых для удовлетворения иска об истребовании имущества из чужого незаконного владения, не доказана, а также учитывая, что договор субаренды от 05.01.2020 признан недействительной сделкой, суды пришли к верному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения первоначальных исковых требований о взыскании убытков и неосновательного обогащения с ответчиков.

Довод заявителя жалобы о том, что судами не рассмотрены требования истца о возмещении причиненного ущерба, судом округа отклоняется как опровергающийся материалами дела, из которых следует, что требования истца рассмотрены судами в полном объеме, по результатам их рассмотрения суды пришли к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований общества «КХ Восход» о взыскании имущественного вреда и неосновательно полученного дохода.

Ссылка кассатора о том, что судами не дана оценка Определению Верховного Суда РФ от 23.11.2022 № 309-ЭС22-10837 по делу № А60-29092/2021, судом кассационной инстанции не принимается, поскольку в указанном деле судами исследовались и устанавливались иные обстоятельства, отличные от обстоятельств настоящего спора. По сути, эти обстоятельства касались рассмотрения вопроса об отказе в подтверждении статуса ИП КФХ ФИО1 сельскохозяйственного товаропроизводителя в целях получения мер государственной поддержки в 2020 году.

Довод общества о том, что судами не дана оценка приобщенным к материалам дела документам, подтверждающим принадлежность истребуемого имущества истцу, судом кассационной инстанции отклоняется, поскольку противоречит материалам дела. Как установлено судами по материалам дела, истцом по первоначальному иску не доказано наличие у него прав в отношении всего виндицируемого имущества.

Иные доводы заявителя, изложенные в кассационной жалобе, являлись предметом рассмотрения судов первой и апелляционной инстанции, им дана надлежащая правовая оценка и сводятся, по сути, лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств. Между тем суд кассационной инстанции не вправе переоценивать доказательства и устанавливать иные обстоятельства, отличающиеся от установленных судами нижестоящих инстанций в силу своей компетенции, предусмотренной статьями 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Суд кассационной инстанции полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом округа не установлено.

С учетом изложенного решение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции отмене не подлежат. Основания для удовлетворения кассационной жалобы отсутствуют.

Руководствуясь ст. 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд



П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Свердловской области от 28.11.2023 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.02.2024 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Крестьянское хозяйство Восход» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



Председательствующий А.А. Столяров


Судьи И.А. Краснобаева


Л.А. Суспицина