Постановление от 22 июля 2024 г. по делу № А64-3117/2018

ДЕВЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А64-3117/2018
г. Воронеж
22 июля 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 10 июля 2024 года. Постановление в полном объеме изготовлено 22 июля 2024 года.

Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Ореховой Т.И., судей Потаповой Т.Б., Мокроусовой Л.М.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Щукиной Е.А.,

при участии в судебном заседании:

от конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «ЭлитСтройИнвест» ФИО1 - представитель не явился, извещен надлежащим образом;

от иных лиц, участвующих в деле, - представители не явились, извещены надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «ЭлитСтройИнвест» ФИО1 на определение Арбитражного суда Тамбовской области от 26.03.2024 по делу № А643117/2018

по заявлению конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «ЭлитСтройИнвест» ФИО1 о взыскании с бывшего руководителя должника ФИО2 в порядке субсидиарной ответственности 9 787 842,59 руб.

в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «ЭлитСтройИнвест» (ИНН <***>, ОГРН <***>),

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Тамбовской области от 25.05.2018 заявление ФИО3 (далее – ФИО3) о признании общества с ограниченной ответственностью «ЭлитСтройИнвест» (далее – ООО «ЭСИ», должник) несостоятельным (банкротом) принято к рассмотрению, возбуждено производство по делу № А64-3117/2018.

Определением Арбитражного суда Тамбовской области от 13.12.2018 (резолютивная часть от 06.12.2018) заявление ФИО3 признано обоснованным, в отношении ООО «ЭСИ» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО4, член Союза «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих Северо- Запада».

Решением Арбитражного суда Тамбовской области от 03.03.2021 (резолютивная часть от 24.02.2021) ООО «ЭСИ» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО1.

Конкурсный управляющий ООО «ЭСИ» 13.06.2023 обратился в арбитражный суд с заявлением об определении размера убытков, подлежащих взысканию в порядке субсидиарной ответственности с руководителя ООО «ЭСИ» ФИО2 (далее - ФИО2) в размере 9 787 842,59 руб.

Определением Арбитражного суда Тамбовской области от 26.03.2024 отказано в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «ЭСИ» ФИО1 о взыскании с бывшего руководителя должника ФИО2 9 787 842,59 руб. в порядке субсидиарной ответственности.

Не согласившись с вынесенным определением, считая его незаконным и необоснованным, конкурсный управляющий ООО «ЭСИ» обратился в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просил определение суда первой инстанции отменить и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявления конкурсного управляющего о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ЭСИ» и взыскании убытков.

Конкурсный управляющий ООО «ЭСИ» и иные лица, участвующие в обособленном споре, в судебное заседание не явились.

От ФИО2 поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором возражал против доводов апелляционной жалобы, просил оставить обжалуемое определение без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

С учетом наличия в материалах дела доказательств надлежащего извещения неявившихся лиц, участвующих в деле, на основании статей 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) апелляционная жалоба рассмотрена в их отсутствие.

Изучив материалы дела, доводы, изложенные в апелляционной жалобе и отзыве на нее, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены судебного акта, исходя из следующего.

Как следует из материалов дела и установлено судом, обращаясь с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, конкурсный управляющий ООО «ЭСИ» в качестве такого лица указал ФИО2.

В соответствии с трудовым договором от 08.02.2014 генеральным директором ООО «ЭСИ» с 08.02.2014 по 09.12.2015 являлся ФИО2

ФИО5, будучи генеральным директором ООО «ЭСИ», 29.11.2017 подал заявление в УМВД России по Тамбовской области, в котором указано, что бывшим руководителем ООО «ЭСИ» ФИО3 не были переданы стройматериалы (сваи) новому руководителю – ФИО5

Конкурсный управляющий, исходя из пояснений, данных генеральным директором ООО «ЭСИ» ФИО5 в ходе проверки, ссылался на то, что указанные выше сваи были частично использованы предыдущим руководством ООО «ЭСИ» для устройства свайного поля на земельном участке по адресу: Тамбовская область, Тамбовский район, д. Красненькая, объект строительства МКР «Донской».

Договор № 4 на устройство свайного поля по адресу: <...> (согласно генеральному плану), был заключен 02.03.2015, а 16 апреля 2015 г. была подписана справка формы КС-3 о выполнении работ на сумму 1 915 600 руб. Работы по устройству свайного поля были заказаны руководством ООО «ЭСИ» на земельном участке, находящегося в государственной собственности и арендованном ООО «СУ Донское».

Разрешение на строительство по указанному адресу не выдавалось.

Позднее было получено отрицательное заключение госэкспертизы о возможности строительства на данном земельном участке с кадастровым номером 68:20:366003:42.

Согласно сведениям, предоставленным филиалом ФГБУ «ФКП Росреестра» по Тамбовской области (от 06.10.2017), ООО «ЭСИ» приобрело право аренды на земельный участок только 29.01.2016.

Исходя из этого, конкурсный управляющий ООО «ЭСИ» считает, что своими недобросовестными и неразумными действиями руководством ООО «ЭСИ», заключившим договор на устройство свайного поля, собственником которого в настоящее время является государство в лице ТОГУП «ТУК», был причинен ущерб ООО «ЭСИ», на вышеуказанном земельном участке имеется свайное поле.

По мнению конкурсного управляющего несостоятельность ООО «ЭСИ» наступила в результате действий ФИО2 по лишению должника имущества на сумму 9 787 842,59 руб., а также действий ФИО2 по сокрытию документов по данному имуществу.

Суд первой инстанции, оценив представленные доказательства, пришел выводу о том, что ФИО2 не подпадает под понятие контролирующего

должника лица и, как следствие, не может быть привлечен к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным действующей редакцией Закона о банкротстве в соответствующий период времени, при этом исходил из следующего.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу пункта 5 статьи 129 Закона о банкротстве при наличии оснований, установленных федеральным законом, конкурсный управляющий предъявляет требования к третьим лицам, которые в соответствии с федеральным законом несут субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.16 Закона о банкротстве заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным настоящей главой, подлежат рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Федеральным законом.

Пунктом 1 статьи 61.14 Закона о банкротстве предусмотрено, что правом на подачу заявления о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.13 Федерального закона, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, от имени должника обладают арбитражный управляющий по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсные кредиторы, представитель работников должника, работники или бывшие работники должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченные органы.

Пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Федерального закона № 266-ФЗ) установлена ответственность контролирующих должника лиц за доведение подконтрольного хозяйственного общества до банкротства.

Так, из положений пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Федерального закона № 266-ФЗ) следует, что если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам. Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств:

причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом

одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают на дату закрытия реестра требований кредиторов пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов.

Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Ответственность, предусмотренная статьей 10 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой и при ее применении должно быть доказано наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.

При установлении вины контролирующих должника лиц необходимо подтверждение фактов их недобросовестности и неразумности при совершении спорных сделок, наличия причинно-следственной связи между указанными действиями и негативными последствиями (ухудшение финансового состояния общества и последующее банкротство должника).

Под действиями контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов, следует понимать такие действия

(бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Согласно пункту 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего арбитражного суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Из содержания указанных правовых норм следует, что необходимым условием для возложения субсидиарной ответственности по обязательствам должника на учредителя, участника или иных лиц, которые имеют право давать обязательные для должника указания либо имеют возможность иным образом определять его действия, является доказанность факта, что именно действия названных лиц послужили причиной банкротства должника.

При таких обстоятельствах, применение всех изложенных норм допустимо при доказанности следующих обстоятельств: надлежащего субъекта ответственности, которым является собственник, учредитель, руководитель должника, иные лица, которые имеют право давать обязательные для должника указания либо иным образом имеют возможность определять его действия; факта несостоятельности (банкротства) должника, то есть признания арбитражным судом или объявлении должником о своей неспособности в полном объеме удовлетворять требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей; наличием причинной связи между обязательными указаниями или действиями указанных лиц и фактом банкротства должника, поскольку они могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями. Доказывание всех изложенных фактов является обязанностью лица, заявившего соответствующее требование.

Согласно части 2 статьи 65 АПК РФ обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права.

В качестве оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий ООО «ЭСИ» ссылается на фактические обстоятельства, имевшее место в марте-апреле 2015 года.

Из материалов дела следует, что ФИО2 исполнял обязанности генерального директора ООО «ЭСИ» в период с 08.02.2014 по 09.12.2015.

Субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности гражданско-правовой, материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых ответчикам действий (определение Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 № 308- ЭС17-6757(2,3)).

Согласно абзацу 34 статьи 2 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ, применимой к спорным отношениям) под контролирующим должника лицом понималось лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем два года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (в частности, контролирующим должника лицом могут быть признаны члены ликвидационной комиссии, лицо, которое в силу полномочия, основанного на доверенности, нормативном правовом акте, специального полномочия могло совершать сделки от имени должника, лицо, которое имело право распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, руководитель должника).

Учитывая, что ФИО2 был руководителем должника с 08.02.2014 по 09.12.2015, а настоящее дело о банкротстве ООО «ЭСИ» возбуждено 25.05.2018, ответчик не подпадает под понятие контролирующего должника лица и, как следствие, не может быть привлечен к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным действующей в соответствующий период времени редакцией Закона о банкротстве.

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 31.08.2020 № 305-ЭС19-24480 отмечено, что период исполнения обязанностей контролирующим должника лицом до даты банкротства не является пресекательным и не исключает возможность квалификации субъекта, как лица, контролирующего должника, и за его пределами в качестве противодействия злоупотреблению правом и искусственному увеличению данного периода с целью ухода от ответственности.

Контролирующее лицо в рамках законодательно установленных процедур имеет возможность отсрочить возбуждение судом производства по делу о несостоятельности подконтрольного общества, создав для кредитора временные препятствия в реализации права на получение удовлетворения через процедуры банкротства. Такое поведение контролирующего лица не должно приводить к получению им преимущества за счет кредитора.

Вместе с тем, арбитражный суд не установил признаков искусственного затягивания ФИО2 срока введения в отношении должника процедуры банкротства в целях превышения двухлетнего периода контроля и избежания риска привлечения к субсидиарной ответственности.

Кроме того, в нарушение положений статьи 65 АПК РФ конкурсным управляющим не предоставлены в материалы дела договор от 02.03.2015 № 4 на устройство свайного поля, справка формы КС-3 о выполнении работ на сумму 1 015 600 руб. от 16 апреля, какие-либо первичные документы и техническая документация на устройство должником в марте-апреле 2015 года свайного поля, а также иные доказательства причинения ФИО2 убытков должнику в заявленном размере 9 787 842,59 руб. в связи с устройством свайного поля, которые привели к невозможности должника удовлетворить требования кредиторов и исполнить публичные обязанности, то есть к фактическому банкротству.

Исходя из изложенного, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что конкурсным управляющим не доказана неправомерность действий ФИО2, неисполнение или ненадлежащее исполнение им должностных обязанностей, а также наличие причинно-следственной связи между наступлением банкротства должника и действиями ответчика.

При этом заявление ФИО2 о пропуске конкурсным управляющим трехлетнего срока исковой давности для обращения в суд с настоящим заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности суд признал необоснованным, поскольку заявление подано в пределах трех лет со дня признания должника банкротом (пункт 5 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Федерального закона № 266-ФЗ), пункт 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве).

Таким образом, арбитражный суд, оценив представленные доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, пришел к правомерному выводу о недоказанности конкурсным управляющим ООО «ЭСИ» совокупности условий, необходимых для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Федерального закона № 266-ФЗ).

Оснований для иной оценки собранных по делу доказательств у суда апелляционной инстанции не имеется.

В обоснование апелляционной жалобы конкурсный управляющий ООО «ЭСИ» указал на необоснованность выводов суда первой инстанции об отсутствии оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности, считает, что в материалах дела имеются достаточные доказательства, подтверждающие причинение ООО «ЭСИ» ущерба в сумме 9 787 842,59 руб., что явилось причиной несостоятельности ООО «ЭСИ».

Вместе с тем, указанные доводы и аргументы апелляционной жалобы не опровергают законности принятого по делу судебного акта, а направлены на переоценку правильно установленных и оцененных судом первой инстанции

обстоятельств и доказательств по делу.

При принятии обжалуемого судебного акта арбитражный суд первой инстанции правильно применил нормы материального и процессуального права, нарушений норм процессуального законодательства, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены принятых судебных актов, допущено не было.

При таких обстоятельствах оснований для отмены определения Арбитражного суда Тамбовской области от 26.03.2024 по делу № А643117/2018 и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

При подаче апелляционных жалоб на определения, не перечисленные в подпункте 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, государственная пошлина не уплачивается.

Руководствуясь статьями 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Тамбовской области от 26.03.2024 по делу № А64-3117/2018 оставить без изменения, а апелляционную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «ЭлитСтройИнвест» ФИО1 - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Центрального округа в месячный срок через арбитражный суд первой инстанции согласно части 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судья Т. И. Орехова

Судьи Т. Б. Потапова

Л. М. Мокроусова