Постановление от 25 ноября 2022 г. по делу № А82-7934/2020

ВТОРОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД


610007, г. Киров, ул. Хлыновская, 3,http://2aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело № А82-7934/2020
г. Киров
25 ноября 2022 года
Резолютивная часть постановления объявлена 22 ноября 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 25 ноября 2022 года.


Второй арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Караваева И.В.,

судейШаклеиной Е.В., ФИО1,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО2,


при участии в судебном заседании:

представителя ООО «Траст Маринер» ФИО3 (доверенность от 25.08.2020)


рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Траст Маринер», ФИО4

на определение Арбитражного суда Ярославской области от 26.08.2022 по делу № А82-7934/2020


по заявлению ФИО4 о включении в реестр требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Судоходная компания «ВолгаОйлТанкер» (ИНН <***>, ОГРН <***>) требования в размере 104 685 011,84 руб.,

установил:

определением Арбитражного суда Ярославской области от 27.10.2020 в отношении общества с ограниченной ответственностью «Судоходная компания «ВолгаОйл Танкер» введена процедура наблюдения.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Судоходная компания «ВолгаОйл Танкер» (далее – ООО «СК «ВолгаОйл Танкер», общество, должник) в Арбитражный суд Ярославской области обратился ФИО4 (далее – ФИО4, заявитель) с требованием о включении в реестр требований кредиторов должника денежного требования в сумме 104 685 011,84 руб.

Определением Арбитражного суда Ярославской области от 26.08.2022 требование ФИО4 в размере 72 190 400 руб. признаны подлежащими удовлетворению после погашения требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Судоходная компания «ВолгаОйлТанкер», указанных в пункте 4 статьи 142 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» и пункта 8 статьи 63 Гражданского Кодекса Российской Федерации, то есть в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты. В остальной части в удовлетворении требований отказано.

Общество с ограниченной ответственностью «Траст Маринер», ФИО4 с принятым определением суда не согласны, обратились во Второй арбитражный апелляционный суд с жалобами.

По мнению ООО «Траст-Маринер», отсутствуют допустимые и относимые доказательства в виде первичной документации, подтверждающие факт задолженности перед заявленными аффилированными лицами, равно как отсутствуют какие-либо доказательства возможности аффилированного кредитора (с учетом его доходов и доходов его аффилированных правопредшественников) предоставить должнику соответствующие денежные средства. В данном случае не представлено доказательств, подтверждающих наличие у ФИО6, ФИО5, ФИО4 финансовой возможности для заключения вышеуказанных договоров займа и цессии, и как следствие, реальности заключенных договоров. Кроме того, цессия не является самостоятельной сделкой и факт наличия денежных средств у ФИО4 в период заключения договора займа не будет подтверждать реальность заключения договора займа с ФИО6 Также, по мнению ООО «Траст-Маринер», судом первой инстанции неверно применены нормы материального права и выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Ко всем вышеуказанным сделкам подлежат применению положения в совокупности статей 10 и 170 ГК РФ по правилам об обходе закона и переквалификации в отношения по поводу увеличения уставного капитала. В связи с чем в удовлетворении требований ФИО4 должно быть отказано в полном объеме.

ООО «Траст-Маринер» заявило ходатайство о восстановлении срока на подачу апелляционной жалобы. Обжалуемый судебный акт вынесен 26.08.2022, срок обжалования 10 дней, апелляционная жалоба подана через систему «Мой Арбитр» 06.09.2022.

Рассмотрев указанное ходатайство, апелляционный суд установил, что поданная жалоба направлена заявителем в установленный срок. Доводы заявителя о нарушении срока подачи основаны на ошибочном толковании положений процессуального законодательства, поскольку в силу пункта 3 статьи 113 АПК РФ в сроки, исчисляемые днями, не включаются нерабочие дни.

В апелляционной жалобе ФИО4 отмечено, что заявителем в дело представлен исчерпывающий комплект документов (договоры займа по списку согласно подробной таблице расчёта долга, договоры цессии, ордера внесения денежных средств, выписки банков, в том числе в подлинниках). При этом сомневаться в реальности выдачи указанных средств правовых оснований не имелось: согласно представленным банковским выпискам все перечисления проходили по расчётному счёту должника с соответствующим указанием на назначение платежа. По данным бухгалтерской отчетности должника (баланс на 31 декабря 2018 года) по строке заемные средства отражены 137 620 тысяч рублей, что также подтверждало наличие заёмных обязательств должника. Суд незаконно согласился с не подтверждённым доказательствами утверждением временного управляющего, что представляемые займы носят компенсационный характер и очередность погашения таких требований должна быть понижена. Вместе с тем, согласно Обзору судебной практики разрешения споров, связанных с установлением процедурах банкротства требований контролирующего должника и аффилированных с ним лиц от 29.01.2020, установление характера денежных требований и очерёдности их погашения является обязанностью суда, а доказывание указанного факта - бременем доказывания на стороне, это утверждающее. Так, согласно Обзору, «сам по себе факт корпоративного контроля кредитора над должником не является основанием для понижения очередности удовлетворения заемного требования такого кредитора, а действующее законодательство о банкротстве не содержит положений об автоматическом понижении очередности удовлетворения требования лица, контролирующего должника». Установление обстоятельств финансирования должника является обязанностью суда, рассматривающего соответствующее требование. На протяжении всего процесса заявитель тщетно пытался самостоятельно получить недостающие документы, заявляя многочисленные ходатайства об истребовании доказательств. Ни одно из них судом рассмотрено не было. В самом же обжалуемом определении суд необоснованно посчитал, что у заявителя есть бухгалтерские документы должника, что никак не основано на фактических обстоятельствах настоящего дела. Экономическое обоснование займов отражено в соответствующих договорах, а их нецелесообразность опровергнута не была. ФИО4 просит отменить обжалуемое решение и вынести судебный акт о включении требование ФИО4 в реестр требований кредиторов должника в составе третьей очереди.

Определение Второго арбитражного апелляционного суда о принятии апелляционных жалоб к производству вынесено 05.10.2022 и размещено в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» 06.10.2022.

Временный управляющий ООО «СК «ВолгаОйлТанкер» в отзыве на апелляционную жалобу ООО «Траст-Маринер» указывает, что полностью разделяет позицию конкурсного кредитора относительно отсутствия допустимых и относимых доказательств подтверждающих факт задолженности перед аффилированными лицами по состоянию на дату подачи заявления о включении в реестр требований кредиторов ООО «СК «ВолгаОйлТанкер». На 30.11.2020 ФИО4 представил неструктурированные документы, ряд документов были в нескольких экземплярах, платежные документы были представлены заявителем на сумму 9 663 000 руб. из 104 685 011, 84 руб. вместе с тем, в результате направления судебных запросов в банковские учреждения, представления ФИО4 дополнительных документов к дате вынесения оспариваемого судебного акта в материалах дела присутствовали документальные доказательства в отношении заемных средств, которые были представлены ФИО4 Относительно довода конкурсного кредитора о том, что судом первой инстанции неверно применены нормы материального права и выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, временный управляющий ООО «СК «ВолгаОйлТанкер» указывает, что в результате анализа бухгалтерской отчетности за период 2015-2018 гг, который включает временной интервал осуществления заявленных ФИО4 финансово-хозяйственных отношений с должником, временный управляющий пришел к однозначному выводу о том, что учредители ООО «СК «ВолгаОйлТанкер» ФИО5 и ФИО4 фактически предоставляли заемные средства, которые расходовались на оплату расходов связанных с осуществлением деятельности общества, при этом непокрытый убыток общества, согласно бухгалтерской отчетности практически соответствовал размеру заемного капитала. Временный управляющий ООО «СК «ВолгаОйлТанкер» ФИО7 считает, что однозначный ответ относится требования ФИО4 к очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты или должны быть переквалифицированы в отношения по поводу увеличения уставного капитала может дать изучение материалов ежегодных собраний участников общества, детальной структуру заемного капитала Должника и расшифровка непокрытого убытка общества за исследуемый период. Вышеуказанные действия возможно осуществить в конкурсном производстве. В связи с этим считает возможным рассмотреть апелляционную жалобу ООО «Траст Маринер» на усмотрение суда.

Временный управляющий ООО «СК «ВолгаОйлТанкер» в отзыве на апелляционную жалобу ФИО4 указывает, что ФИО4 подавая множество ходатайств об истребовании доказательств, руководствовался исключительно стремлением затянуть судебные заседания и фактически предпринимал попытки увести суд и участвующих в деле лиц от анализа и оценки заявленного ФИО4 требования, в условиях наличия аффилированности должника с ФИО4 Апеллянт за период судебных заседаний по рассмотрению своего заявления, так и не смог упорядочить документальные доказательства и заявленные требования о включении в реестр требований кредиторов должника. Суд первой инстанции неоднократно предлагал ФИО4 раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделок, указанных в заявлении ФИО4 от 30.11.2020 о включении в реестр требований ООО «СК «ВолгаОйлТанкер», что кредитором сделано не было. Со своей стороны временный управляющий в позиции за исх. № 77 от 28.06.2022 изложил хронологию финансово-хозяйственной деятельности ООО «СК «ВолгаОйлТанкер» в период аффилированности ФИО4 и должника, на основании документов и информации полученной у третьих лиц на направленные запросы. В результате анализа вышеуказанной информации временный управляющий ООО «СК «ВолгаОйлТанкер» ФИО7 пришел к следующим выводам: ФИО4 является контролирующим должника лицом, фактически объективное банкротство ООО «СК «ВолгаОйлТанкер» наступило в результате действий именно ФИО4, который «предоставил» обществу проблемный актив (т/х «Механик Хачепуридзе»). Контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования (далее – компенсационное финансирование), в частности, с использованием конструкции договора займа, т.е. избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства. Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (п. 1 ст. 2 ГК РФ). Таким образом, при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено их требованиям – оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в п. 4 ст. 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам п. 1 ст. 148 Закона о банкротстве и п. 8 ст. 63 ГК РФ (далее – очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты).

Временный управляющий ООО «СК «ВолгаОйлТанкер» заявил ходатайство о рассмотрении апелляционных жалоб в его отсутствие.

В судебном заседании, проведенном с использованием системы веб-конференции, представитель ООО «Траст-Маринер» поддержал доводы апелляционной жалобы.

Иные участвующие в деле лица явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом.

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассматривается в отсутствие представителей не явившихся лиц.

Законность определения Арбитражного суда Ярославской области проверена Вторым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, в период с 2015 по 2018 годы между ФИО4 (с 04.12.2015 является участником общества, размер доли которого в уставном капитале общества составляет 50 процентов), ФИО5 (является участником общества, размер доли которого в уставном капитале общества составляет 50 процентов), ФИО6 (являлся участником общества с 29.12.2014 по 04.12.2015, размер доли в уставном капитале общества составлял 50 процентов) и ООО «СК «ВолгаОйл Танкер» заключён ряд договоров займа:

16.02.2018 между ФИО4 и должником был заключен договор беспроцентного займа на суму 10 000 000 руб., срок возврата по которому стороны определили до 31.12.2018. В соответствии с пунктом 1.2 договор заем был предоставлен обществу для выплаты заработной платы и расходов, связанных с осуществлением деятельности общества. Согласно представленным заявителем расчету суммы долга, квитанциям и запрошенным по его ходатайству банковским выпискам (в данном случае, в соответствии с выпиской АО «Промсвязьбанк») ФИО4 перечислил должнику по данному договору денежные средства на общую сумму 8 480 000 руб. (т.д. 3 л.д. 70-87).

19.06.2018 между ФИО4 и должником был заключен договор беспроцентного займа на суму 5 000 000 руб., срок возврата по которому стороны определили до 31.12.2018. В соответствии с пунктом 1.2. договора заем был предоставлен обществу в рублях РФ для выплаты заработной платы и расходов, связанных с осуществлением деятельности общества. Согласно представленным заявителем расчету суммы долга, квитанциям и запрошенным по его ходатайству банковским выпискам (в данном случае, в соответствии с выписками АО «Промсвязьбанк» и ПАО Банк «ФК «Открытие») ФИО4 перечислил должнику по данному договору денежные средства на общую сумму 4 000 000 руб. (т.д. 3 л.д.88-91).

15.04.2016 между ФИО4 и должником был заключен договор займа № 03/2016 на сумму 15 000 000 руб., срок возврата по которому стороны определили до 30.12.2016, под 11 % годовых. В соответствии с пунктом 1.2. договора заем был предоставлен обществу в рублях РФ для оплаты хозяйственных расходов, уплаты арендной платы за помещения, выплаты заработной платы и других расходов, связанных с осуществлением деятельности общества.Согласно представленным заявителем расчету суммы долга и запрошенным по его ходатайству банковским выпискам (в данном случае, в соответствии с выпиской АО «Севергазбанк») ФИО4 перечислил должнику по данному договору денежные средства на общую сумму 16 454 900 руб. (т.д. 3 л.д. 92-97, 98-117).

11.05.2016 между ФИО4 и ООО «СК «ВолгаОйлТанкер» было заключено дополнительное соглашение, в соответствии с которым сумма займа была определена в размере 16 454 900 руб., а срок установлен до 30.12.2016.

27.12.2016 между ФИО4 и ООО «СК «ВолгаОйлТанкер» было заключено дополнительное соглашение, в соответствии с которым сумма займа была определена в размере 16 454 900 руб., а срок установлен до 31.12.2018.

16.05.2016 между ФИО4 и должником был заключен договор займа № 04/2016 на сумму 15 000 000 руб., срок возврата по которому стороны определили до 30.12.2016, под 11 % годовых. В соответствии с пунктом 1.2. договора заем был предоставлен обществу в рублях РФ для оплаты хозяйственных расходов, уплаты арендной платы помещения, выплаты заработной платы и других расходов, связанных с осуществлением деятельности общества. Согласно представленным заявителем расчету суммы долга, квитанциям и запрошенным по его ходатайству банковским выпискам (в данном случае, в соответствии с выпиской АО «Севергазбанк») ФИО4 перечислил должнику по данному договору денежные средства на общую сумму 15 704 500 руб. (т.д. 3 л.д. 118-127).

11.08.2016 между ФИО4 и ООО «СК «ВолгаОйлТанкер» было заключено дополнительное соглашение, в соответствии с которым сумма займа была определена в размере 15 704 000 руб., а срок установлен до 30.12.2017.

16.08.2016 между ФИО4 и должником был заключен договор займа № 05/2016 на сумму 10 000 000 руб., срок возврата по которому стороны определили до 30.12.2016. В соответствии с пунктом 1.2. договора заем был предоставлен обществу в рублях РФ для оплаты хозяйственных расходов, уплаты арендной платы помещения, выплаты заработной платы и других расходов, связанных с осуществлением деятельности общества. Согласно представленным заявителем расчету суммы долга, квитанциям и запрошенным по его ходатайству банковским выпискам (в данном случае, в соответствии с выпиской АО «Севергазбанк») ФИО4 перечислил должнику по данному договору денежные средства на общую сумму 11 619 000 руб.

22.03.2017 между ФИО4 и ООО «СК «ВолгаОйлТанкер» было заключено дополнительное соглашение, в соответствии с которым сумма займа была определена в размере 11 619 000 руб., а срок установлен до 31.12.2017, а дополнительным соглашением от 27.12.2017 срок возврата займа был установлен до 31.12.2018. (т.д. 3 л.д. 143-155)

27.03.2017 между ФИО4 и должником был заключен договор займа № 06/2017 на сумму 10 000 000 руб., срок возврата по которому стороны определили до 31.12.2017, под 10 % годовых. В соответствии с пунктом 1.2. договора заем был предоставлен обществу в рублях РФ для оплаты хозяйственных нужд, уплаты арендной платы, выплаты заработной платы и других расходов, связанных с осуществлением деятельности общества. Согласно представленным заявителем расчету суммы долга и запрошенным по его ходатайству банковским выпискам (в данном случае, в соответствии с выпиской АО «Севергазбанк») ФИО4 перечислил должнику по данному договору денежные средства на общую сумму 9 955 000 руб. (т.д. 1 л.д.90).

24.12.2015 между ФИО4 и должником был заключен договор займа № 02/2015 на сумму 15 000 000 руб., срок возврата по которому стороны определили до 25.12.2016, под 11 % годовых. В соответствии с пунктом 1.2. договора заем был предоставлен обществу в рублях РФ для оплаты хозяйственных нужд, уплаты арендной платы помещения, выплаты заработной платы и других расходов, связанных с осуществлением деятельности общества. Согласно представленным заявителем расчету суммы долга, квитанциям и запрошенным по его ходатайству банковским выпискам (в данном случае, в соответствии с выпиской АО «Севергазбанк») ФИО4 перечислил должнику по данному договору денежные средства на общую сумму 5 800 000 руб. (т.д. 1 л.д. 56)

25.12.2016 между ФИО4 и ООО «СК «ВолгаОйлТанкер» было заключено дополнительное соглашение, в соответствии с которым срок установлен до 31.12.2017 (т.д. 1 л.д. 59).

04.06.2015 между ФИО6 и должником был заключен договор займа № 1/2015 на сумму 15 000 000 руб., срок возврата по которому стороны определили до 03.06.2016, под 8,5 % годовых. В соответствии с пунктом 1.2. договора заем был предоставлен обществу в рублях РФ для оплаты хозяйственных нужд, арендной платы помещения, выплаты заработной платы и других расходов, связанных с осуществлением деятельности общества. Согласно представленным заявителем расчету суммы долга, квитанциям и запрошенным по его ходатайству банковским выпискам (в данном случае, в соответствии с выпиской АО «Севергазбанк») ФИО6 перечислил должнику по данному договору денежные средства на общую сумму 12 168 000 руб. (т.д. 1 л.д. 54)

03.06.2016 между ФИО6 и ООО «СК «ВолгаОйлТанкер» было заключено дополнительное соглашение, в соответствии с которым сумма займа была определена в размере 12 168 000 руб., а срок возврата установлен до 30.12.2016 (т.д. 1 л.д. 17).

11.07.2016 между ФИО6 и ФИО4 был заключен договор уступки прав (цессии) по указанному договору займа, в соответствии с которым право требования перечисленных денежных средств в сумме 12 168 000 руб. было уступлено ФИО6 ФИО4 (т.д.1 л.д.11)

17.03.2016 между ФИО5 и должником был заключен договор займа № 02/2016 на сумму 5 000 000 руб., срок возврата по которому стороны определили до 30.12.2016, под 11 % годовых. В соответствии с пунктом 1.2. договора заем был предоставлен обществу в рублях РФ для оплаты хозяйственных нужд, внесения арендной платы помещения, выплаты заработной платы и других расходов, связанных с осуществлением деятельности общества. Согласно представленным заявителем расчету суммы долга, квитанциям и запрошенным по его ходатайству банковским выпискам (в данном случае, в соответствии с выпиской АО «Севергазбанк») ФИО5 перечислил должнику по данному договору денежные средства на общую сумму 5 000 000 руб. (т.д. 1 л.д. 83)

12.07.2016 между ФИО5 и ФИО4 был заключен договор уступки прав (цессии) по указанному договору займа, в соответствии с которым право требования перечисленных денежных средств в сумме 5 000 000 руб. было уступлено ФИО5 ФИО4 (т.д.1 л.д. 18).

30.12.2016 между ФИО4 и ООО «СК «ВолгаОйлТанкер» было заключено дополнительное соглашение, в соответствии с которым сумма займа была определена в размере 5 000 000 руб., а срок возврата установлен до 31.12.2017.

10.03.2016 между ФИО5 и должником был заключен договор займа № 01/2016 на сумму 6 000 000 руб., срок возврата по которому стороны определили до 30.12.2016, под 11 % годовых. В соответствии с пунктом 1.2. договора заем был предоставлен обществу в рублях РФ для оплаты хозяйственных нужд, внесения арендной платы помещения, выплаты заработной платы и других расходов, связанных с осуществлением деятельности общества. Согласно представленным заявителем расчету суммы долга, квитанциям и запрошенным по его ходатайству банковским выпискам (в данном случае, в соответствии с выпиской АО «Севергазбанк») ФИО5 перечислил должнику по данному договору денежные средства на общую сумму 9 270 000 руб. (т.д. 1 л.д. 81)

06.04.2016 между ФИО5 и ООО «СК «ВолгаОйлТанкер» было заключено дополнительное соглашение, в соответствии с которым сумма займа была определена в размере 9 270 000 руб., а срок установлен до 07.12.2016.(т.д. 1 л.д. 80)

12.07.2016 между ФИО5 и ФИО4 был заключен договор уступки прав (цессии) по указанному договору займа, в соответствии с которым право требования перечисленных денежных средств в сумме 9 270 000 руб. было уступлено ФИО5 ФИО4 (т.д. 1 л.д.25).

Внесение вышеназванных сумм подтверждается материалами дела (т.д. 2 л.д. 67-112, 143-189; т.д. 4 л.д. 41-70, диск с информацией АО «Севергазбанк» о движении денежных средств по счету ООО «СК «ВолгаОйлТанкер» (т.д. 3 между 69 и 70 страницами)).

Невозвращение заемных средств в указанные в договорах сроки послужило основанием обращения ФИО4 в суд с рассматриваемыми требованиями.

Суд первой инстанции пришел к выводу, что материалами дела подтвержден факт передачи ФИО6, ФИО5 и ФИО4 должнику по договорам займа 97 676 400 руб., которые в установленный срок ООО «СК «ВолгаОйлТанкер» возвращены не были. Вместе с тем, суд пришел к выводу о том, что заявитель и должник являются аффилированными лицами, заявленное требование является корпоративным, компенсационным финансированием, предоставленным должнику в условиях имущественного кризиса. В связи с чем суд признает требования заявителя подлежащим удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 ГК РФ. Кроме того, судом определено, что истек срок исковой давности по договорам займа №1/2015 от 04.06.2015 и №1/2016 от 10.03.2016.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, заслушав представителя ООО «Траст Маринер», суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены или изменения определения суда, исходя из нижеследующего.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Установление размера требований осуществляется в порядке, определенном статьями 71 и 100 Закона о банкротстве.

В пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – Постановление № 35) разъяснено, что в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Приведенные разъяснения направлены на предотвращение в условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов необоснованных требований к должнику и нарушения тем самым прав кредиторов, поэтому к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные требования. Целью такой проверки являются установление обоснованности долга и недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования.

Таким образом, при рассмотрении вопроса обоснованности требований кредитора суд должен проверить реальность совершения и исполнения сделки, действительное намерение сторон создать правовые последствия, свойственные соответствующим правоотношениям.

При рассмотрении обоснованности требования кредитора подлежат проверке доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, которые регулируют обязательства, не исполненные должником.

Статьей 8 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) установлено, что гражданские права и обязанности возникают из оснований предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действия граждан и юридических лиц. В том числе гражданские права и обязанности могут возникать из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему.

В силу статей 309, 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами.

В соответствии с пунктом 1 статьи 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона.

По пункту 1 статьи 807 ГК РФ по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества.

Заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа (пункт 1 статьи 810 ГК РФ).

Из пункта 1 статьи 809 ГК РФ следует, что если иное не предусмотрено законом или договором займа, займодавец имеет право на получение с заемщика процентов на сумму займа в размерах и в порядке, определенных договором. При отсутствии иного соглашения проценты выплачиваются ежемесячно до дня возврата суммы займа.

Материалами дела подтверждено, что ФИО6, ФИО5 и ФИО4 должнику по договорам займа было предоставлено 97 676 400 руб.

Впоследствии ФИО6, ФИО5 уступили ФИО4 права требования задолженности из договоров займа, заключенных указанными лицами с должником.

При этом суд первой инстанции учел, что в материалы дела не было представлено подтверждение передачи ФИО4 должнику по договору займа от 16.02.2018 денежных средств в сумме 350 000 руб. 04.07.2018, поскольку в выписках банка данные сведения не содержатся, платежные документы, подтверждающие передачу указанной суммы, заявителем не представлены, оснований для повторного направления запроса в банк судом не установлено, поскольку выписки с расчетных счетов за указанный период в материалы дела по ходатайству заявителя представлены, должником получение денежных средств в указанной части не подтверждено

Доводы ООО «Траст-Маринер» об отсутствии доказательств выдачи займов противоречат имеющимся в материалах дела документам.

В ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции временным управляющим ФИО7 было заявлено о пропуске заявителем срока исковой давности по договору займа № 1/2015 от 04.06.2015 с учетом договора цессии № 1/2016 от 11.07.2016 на сумму 12 68 000 руб. и по договору займа № 1/2016 от 10.03.2016 с учетом договора цессии № 3/2016 от 12.07.2016 на сумму 9 270 000 руб.

В соответствии со статьей 195 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) судебная защита нарушенных гражданских прав гарантируется в пределах срока исковой давности.

Общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 названного кодекса (статья 196 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 200 ГК РФ предусмотрено, что течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

С истечением срока исковой давности по главному требованию считается истекшим срок исковой давности и по дополнительным требованиям (проценты, неустойка, залог, поручительство и т.п.), в том числе возникшим после истечения срока исковой давности по главному требованию (пункт 1 статьи 207 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 2 статьи 199 ГК РФ, пунктом 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» (далее - Постановление № 43) исковая давность применяется судом по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

В пункте 14 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 № 29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что возражения на требования конкурсных кредиторов, основанные на пропуске исковой давности, являются средством защиты заинтересованных лиц, а потому могут заявляться любым лицом, имеющим право на заявление возражений относительно требований кредиторов в соответствии со статьями 71 или 100 Закона о банкротстве. Если обстоятельства, на которые ссылаются указанные лица, подтверждаются в судебном заседании, арбитражный суд выносит определение об отказе во включении требования данного кредитора в реестр требований кредиторов в связи с пропуском срока исковой давности (пункт 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Суд первой инстанции, установив, что условиями договоров займа от 04.06.2015, от 10.03.2016 (в редакции дополнительных соглашений) определен срок возврата полученных заемщиком денежных сумм не позднее 30.12.2016, пришел к верному выводу о том, что срок исковой давности истек 30.12.2019.

ФИО4, обратился в суд с рассматриваемым заявлением 30.11.2020, то есть за пределами срока исковой давности.

С учетом изложенного, судом отказано во включении в реестр требований кредиторов задолженности по договорам займа от 04.06.2015, от 10.03.2016.

Поскольку доказательств оплаты задолженности по договорам займа в полном объеме в материалы дела не представлено, наличие задолженности в ином размере, чем предъявлено к включению в реестр не подтверждено, суд первой инстанции верно признал обоснованными требования ФИО4 в сумме 72 190 400 руб.

Относительно очередности удовлетворения требования ФИО4 установлено следующее.

По смыслу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются по отношению к нему аффилированными.

В статье 9 Федерального закона от 26.07.2006 №135-ФЗ «О защите конкуренции» установлено, что группой лиц признается совокупность физических лиц и (или) юридических лиц, соответствующих одному или нескольким признакам из следующих, в частности:

1) хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство) и физическое лицо или юридическое лицо, если такое физическое лицо или такое юридическое лицо имеет в силу своего участия в этом хозяйственном обществе (товариществе, хозяйственном партнерстве) либо в соответствии с полномочиями, полученными, в том числе на основании письменного соглашения, от других лиц, более чем пятьдесят процентов общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции (доли) в уставном (складочном) капитале этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства);

2) юридическое лицо и осуществляющие функции единоличного исполнительного органа этого юридического лица физическое лицо или юридическое лицо;

5) хозяйственное общество (хозяйственное партнерство) и физическое лицо или юридическое лицо, если по предложению такого физического лица или такого юридического лица назначен или избран единоличный исполнительный орган этого хозяйственного общества (хозяйственного партнерства);

8) лица, каждое из которых по какому-либо из указанных в пунктах 1-7 настоящей части признаку входит в группу с одним и тем же лицом, а также другие лица, входящие с любым из таких лиц в группу по какому-либо из указанных в пунктах 1-7 настоящей части признаку.

ФИО6 являлся участником общества с 29.12.2014 по 04.12.2015, размер доли в уставном капитале общества составлял 50 процентов.

Участниками ООО «СК «ВолгаОйл Танкер» в спорный период, а также в настоящий момент являются ФИО4 и ФИО5, доля участия в обществе каждого из которых составляет 50 процентов. Руководителем общества является ФИО5

Соответственно, как верно отметил суд первой инстанции, конечными бенефициарными владельцами общества являются указанные лица, что не опровергнуто лицами, участвующими в деле.

Основной целью института субординации является понижение в очередности контролирующего лица по отношению к независимому кредитору, поскольку контролирующее должника лицо способно эффективно управлять риском банкротства должника в силу наличия права контроля и претендовать на извлечение неограниченной прибыли в случае удачи бизнеса. Именно такое лицо должно нести риск банкротства раньше внешних кредиторов, связанных с должником лишь обязательственными отношениями (т.е. удовлетворяться после таких кредиторов в отдельной очереди).

В Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее – Обзор от 29.01.2020), обобщены правовые подходы, применение которых позволяет сделать вывод о наличии или отсутствии оснований для понижения очередности удовлетворения требования аффилированного с должником лица.

Согласно положениям Обзора от 29.01.2020 сам по себе факт аффилированности должника и кредитора не свидетельствует об отсутствии долгового обязательства и наличия злоупотребления правом.

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений о безусловном понижении очередности удовлетворения некорпоративных требований кредиторов, относящихся к числу контролирующих должника лиц.

Вместе с тем, из фундаментального принципа автономии воли и свободы экономической деятельности участников гражданского оборота (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации) следует право каждого определять правовую форму инвестирования, в частности, посредством внесения взносов в уставный капитал подконтрольной организации или выдачи ей займов. Если внутреннее финансирование с использованием конструкции договора займа осуществляется добросовестно, не направлено на уклонение от исполнения обязанности по подаче в суд заявления о банкротстве и не нарушает права и законные интересы иных лиц - других кредиторов должника, не имеется оснований для понижения очередности удовлетворения требования, основанного на таком финансировании.

Вместе с тем внутреннее финансирование должно осуществляться добросовестно и не нарушать права и законные интересы иных лиц.

Согласно пункту 3.1 Обзора от 29.01.2020, контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования (далее - компенсационное финансирование), в частности, с использованием конструкции договора займа, т.е. избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства. Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (пункт 1 статьи 2 ГК РФ).

Таким образом, при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено требованиям других кредиторов - оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункта 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 ГК РФ.

Как отмечает временный управляющий, данными бухгалтерской отчетности должника за 2015-2018 годы подтверждается, что вносимые как заемные денежные средства в действительности использовались обществом для покрытия производственных убытков (т. 1 л.д. 125, л.д. 138-141).

Из представленных в подтверждение требований договоров займа следует, что денежные средства предоставлялись должнику для выплаты заработной платы и покрытия расходов, связанных с осуществлением деятельности должника

Доводы ООО «Траст-Маринер» о расходовании денежных средств, полученных по договорам займа, исключительно на ремонт судна, принадлежавшего организации, аффилированной с ФИО4, в надлежащей степени не подтверждены.

Как указывает временный управляющий, ООО «СК «ВолгаОйлТанкер» являлось арендатором судна без экипажа по договору аренды от 25.04.2016, заключенному между ООО «СК «ВолгаОйлТанкер» (Арендатор) и ООО «УК «Помощь» (Арендодатель) (т. 3 л.д. 46).

Между ООО «СК «ВолгаОйлТанкер» и ЗАО «ССЗ им. Ленина» заключен договор на выполнение работ по ремонту судна от 03.03.2016 (т. 3 л.д. 52-62).

В материалы дела представлен акт сверки расчетов, подписанный между ООО «СК «ВолгаОйлТанкер» и ЗАО «ССЗ им. Ленина», из которого следует, что общая сумма, на которую были выполнены работы составила 51 730 528,54 руб. Согласно данному акту, ООО «СК «ВолгаОйлТанкер» оплатило работы на сумму 28 276 286,16 руб. Последняя оплата датирована 07.04.2017 (т. 3 л.д. 49-51).

При этом, как указано ранее, материалами дела подтверждено предоставление должнику заемных средств в общей сумме 97 676 400 руб. (включая требования, по которым срок исковой давности пропущен).

Расчет денежных средств, которые непосредственно после поступления на счет должника были направлены на оплату работ по ремонту судна в материалы дела не представлен.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что указанные обстоятельства в любом случае не опровергают направленности спорных денежных средств на финансирование текущей деятельности должника, в том числе на ремонт судна, находящегося в пользовании должника на основании договора аренды.

С учетом изложенного, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что у должника отсутствовала возможность за счет собственных средств (без финансовой поддержки контролирующих лиц) поддерживать текущую деятельность. При этом, заемные средства предоставлялись в 2016-2018 годы, т.е. в период имущественного кризиса должника. Доказательств, позволяющих установить достаточность у должника оборотных активов в спорный период, в нарушение части 1 статьи 65 АПК РФ в дело не представлено.

Предоставление займов участниками должника с долей участия 50 % в период нахождения должника в условиях имущественного кризиса является компенсационным финансированием. Предоставляя займы, заключая договоры уступки права требования, ФИО4, в силу аффилированности обладающий по сравнению с независимым кредитором значительно большим объемом информации о деятельности должника, структуре его активов и пассивов, состоянии расчетов с дебиторами и кредиторами, не мог не знать о том, что должник находится в ситуации имущественного кризиса. Таким образом, участниками должника была избрана модель поведения, отличная от предписанной Законом о банкротстве, в связи с чем ФИО4, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что требования ФИО4 в сумме 72 190 400 руб. подлежат удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 ГК РФ.

Доводы ООО «Траст-Маринер» о необходимости переквалификации требований в отношения по поводу увеличения уставного капитала основаны на неверном толковании норм материального права с учетом разъяснений, изложенных в Обзоре от 29.01.2020.

Таким образом, судебный акт принят судом первой инстанции при правильном применении норм материального и процессуального права, с учетом конкретных обстоятельств дела, оснований для его отмены или изменения не имеется.

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Согласно статье 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации при подаче апелляционной жалобы по данной категории дел государственная пошлина не уплачивается. Уплаченная ООО «Траст-Маринер» государственная пошлина подлежит возвращению.

Руководствуясь статьями 258, 268 – 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Второй арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Ярославской области от 26.08.2022 по делу № А82-7934/2020 оставить без изменения, а апелляционные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Траст Маринер», ФИО4 – без удовлетворения.

Возвратить обществу с ограниченной ответственностью «Траст Маринер» из средств федерального бюджета 3 000 рублей, уплаченные в счет госпошлины за рассмотрение апелляционной жалобы по платежному поручению № 553 от 11.08.2022.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в течение одного месяца со дня его принятия через Арбитражный суд Ярославской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1-291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.


Председательствующий


Судьи



И.В. Караваев


ФИО8


ФИО1