Постановление от 5 сентября 2023 г. по делу № А40-69862/2023

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-48938/2023

Дело № А40-69862/23
г. Москва
05 сентября 2023 года
Резолютивная часть постановления объявлена 05 сентября 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме 05 сентября 2023 года


Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Кочешковой М.В.,

судей:

Лепихина Д.Е., ФИО1,

при ведении протокола

секретарем судебного заседания ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу

Инспекции Федеральной налоговой службы № 14 по г. Москве

на решение Арбитражного суда г. Москвы от 05.06.2023 по делу № А40-69862/23

по заявлению ООО «Строительно-монтажное управление № 36»

к Инспекции Федеральной налоговой службы № 14 по г. Москве

о признании незаконным решения ИФНС № 14 по г. Москве от 27.05.2022 № 3222 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения,

при участии:

от заявителя:

ФИО3 дов. от 17.04.2023

от заинтересованного лица:

ФИО4 дов. от 06.07.2023, ФИО5 дов. от 08.09.2023



У С Т А Н О В И Л:

Общество с ограниченной ответственностью «Строительно-монтажное управление № 36» (далее – Заявитель, ООО «СМУ № 36», Общество) обратилось в Арбитражный суд города Москвы с заявлением к Инспекции Федеральной налоговой службы № 14 по г. Москве (далее – Заинтересованное лицо, ИФНС № 14 по г. Москве, Инспекция, налоговый орган) о признании незаконным решения ИФНС № 14 по г. Москве от 27.05.2022 № 3222 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 05.06.2023 заявление ООО «СМУ № 36» удовлетворено.

Не согласившись с вынесенным решением, ИФНС № 14 по г. Москве обратилась с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда отменить. По мнению Инспекции при вынесении обжалуемого решения судом первой инстанции неправильно применены нормы материального права, выводы суда не соответствуют обстоятельствам дела.

В судебном заседании представитель налогового органа доводы апелляционной жалобы поддержал.

Представитель Общества возражал против удовлетворения апелляционной жалобы по основаниям, изложенным в отзыве на апелляционную жалобу; считает решение суда первой инстанции законным и обоснованным.

Рассмотрев дело в порядке статей 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, изучив материалы дела, заслушав представителей сторон по делу, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены или изменения решения арбитражного суда, принятого в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, суд первой инстанции восстановил пропущенный Заявителем срок на обращение в суд с заявлением об оспаривании решения налогового органа.

Судом первой инстанции установлено, что в отношении ООО «СМУ № 36» проведена выездная налоговая проверка по всем налогам и сборам за период с 01.01.2017 по 31.12.2019.

По результатам проведенной выездной налоговой проверки в отношении Общества Инспекцией составлен акт налоговой проверки от 27.10.2021 № 14298, дополнение к акту налоговой проверки от 11.04.2022 № 7 (далее вместе именуемых - Акт) и принято решение от 27.05.2022 № 3222 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения.

В соответствии с решением ООО «СМУ № 36» привлечено к ответственности, предусмотренной пунктами 1, 2 статьи 54.1, пунктом 3 статьи 122, пунктом 1 статьи 126 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ, Кодекс), в виде взыскания штрафа в размере 1 534 966 руб., а также доначислены налог на прибыль организаций и налог на добавленную стоимость в общем размере 57 494 641 руб., начислены пени в размере 21 323 775 руб.

Заявитель, не согласившись с Решением Инспекции, обратился с апелляционной жалобой в УФНС России по г. Москве, решением которого от 08.09.2022 № 21 - 10/108021 @ апелляционная жалоба оставлена без удовлетворения.

Не согласившись с выводами УФНС России по г. Москве, Общество обратилось с жалобой в ФНС России, решением которой от 21.12.2022 № КЧ-3-9/14468@ указанная жалоба оставлена без рассмотрения в связи с пропуском трехмесячного срока на подачу жалобы в федеральный орган исполнительной власти, уполномоченный по контролю и надзору в области налогов и сборов, установленного пунктом 2 статьи 139 НК РФ, и отсутствием ходатайства о восстановлении пропущенного срока на подачу жалобы.

ООО «СМУ № 36» повторно обратилось в ФНС России с жалобой с заявлением ходатайства о восстановлении пропущенного срока на подачу жалобы.

Решением от 13.01.2023 № КС-3-9/325@ ФНС России оставило жалобу Общества без рассмотрения.

Удовлетворяя заявление Общества, суд первой инстанции правомерно и обоснованно исходил из следующего.

Как установлено судом первой инстанции, Заявитель при осуществлении финансово - хозяйственной деятельности заключил следующие договоры: договор субподряда № 24/1-16 СМУ-Суб от 01.11.2016, заключенный между ООО «СМУ № 36» и ООО «Регионпромстрой»; договор № СМУ 15-17/П от 04.12.2017, заключенный между ООО «СМУ № 36» и ООО «СпецПоставка»; договор поставки № СМУ 05-16/П от 25.07.2016, заключенный между ООО «СМУ № 36» и ООО «СпецИнтерСтрой». Налоговый орган считает, что в ходе проведения выездной налоговой проверки установлены признаки подконтрольности и согласованности действий ООО «СМУ № 36» с ООО «СпецИнтерСтрой», ООО «СпецПоставка», ООО «Регионпромстрой».

По мнению Инспекции, ООО «СпецИнтерСтрой», ООО «СпецПоставка», ООО «Регионпромстрой» являются «техническими» организациями, формально соблюдающими условия законодательства о налогах и сборах, при этом самостоятельной финансово-хозяйственной деятельности в части реализации товаров, выполнения работ и оказания услуг, не осуществлявших.

В качестве основания для вынесения оспариваемого решения налоговый орган указал, что ООО «СМУ № 36» неправомерно включило расходы для целей налогообложения налогом на прибыль организаций за 2017-2019 гг. не обоснованные (экономически не оправданные) расходы на приобретение товаров (работ, услуг) в рамках осуществления финансово-хозяйственных отношений с ООО «СпецИнтерСтрой», ООО «Регионпромстрой», ООО «СпецПоставка», что привело к занижению налоговой базы по налогу на прибыль организаций в 2017 год в размере 115 377 146 руб., в 2018 год в размере 33 421 394 руб., в 2019 год в размере 2 378 873 руб. и неуплате (неполной уплате) налога на прибыль организаций в 2017 год в размере 23 075 429 руб., в 2018 год - 6 684 279 руб., 2019 год - 475 774 руб.

Основанием доначисления ООО «СМУ № 36» оспариваемым решением НДС к уплате в бюджет послужил вывод Инспекции о необоснованном предъявлении Обществом в налоговых периодах 2017-2018 годов к вычету данного налога по счетам-фактурам со спорными контрагентами.

Как указал суд первой инстанции, в нарушении Обществом порядка, определенного статьями 54.1, 171, 172 НК РФ неправомерно включены в состав налоговых вычетов суммы НДС, предъявленные ООО «СпецИнтерСтрой», ООО «Регионпромстрой», ООО «СпецПоставка», что привело к неуплате (неполной уплате) НДС в 2017-2019 гг. в сумме 27 259 159 руб.

В обоснование своих выводов о наличии формального документооборота Инспекция указывает на следующие обстоятельства, свидетельствующие, по ее мнению, о неправомерном применении налоговых вычетов и учету расходов по операциям со спорными контрагентами при исчислении налоговой баз по налогу на прибыль:

- отсутствие производственных и материальных технических ресурсов, необходимых для ведения финансово-хозяйственной деятельности у спорных контрагентов;

- минимальные налоговые суммы, исчисленные к уплате в бюджет спорными контрагентами, частичное представление документации по требованиям налогового органа;

- отсутствие общехозяйственных расходов (арендные платежи, покупка канцелярских товаров, оплата телефонной связи и т.д.), свидетельствующих о ведении реальной финансово-хозяйственной деятельности;

- осуществление деятельности сотрудниками ООО «СМУ № 36» от имени спорных контрагентов;

- совпадение IP-адресов (на стр. 8 оспариваемого решения ИФНС указано 2 ipадреса, которые совпадали у ООО «СМУ № 36» и ООО «СпецИнтерСтрой», ООО «СпецПоставка» при использовании системы «Банк-Клиент»).

Судом первой инстанции указанные доводы и выводы налогового органа правильно отклонены ввиду следующего.

Действующее законодательство не предусматривает возложение на налогоплательщика неблагоприятных последствий действий контрагентов, право на налоговый вычет не поставлено в зависимость от результатов хозяйственной деятельности поставщиков товаров (работ, услуг) при осуществлении ими хозяйственных операций.

При этом реальность осуществления в отношении ООО «СМУ № 36» финансово-хозяйственной деятельности (поставки товаров, выполнения субподрядных работ), учет и дальнейшая реализация данных товаров и субподрядных работ подтверждается совокупностью представленных в материалы дела доказательств, при том, что приобретение товаров и заказ субподрядных работ у спорных контрагентов обусловлено разумными экономическими причинами (целями делового характера) - использованием их в деятельности, направленной на получение дохода.

Денежные средства перечислялись на расчетные счета поставщиков и субподрядчиков. Доказательств возврата обществу денежных средств, уплаченных поставщикам за поставленный товар, налоговым органом не представлено. 5

Доказательств, свидетельствующих о том, что при выборе контрагентов и заключении сделок с ними общество не проявило должной степени осмотрительности и осторожности, а также доказательств отсутствия в действиях налогоплательщика разумной деловой цели, или их направленности исключительно на создание благоприятных налоговых последствий, инспекцией не представлено.

Свои доводы об аффилированности ООО «СМУ № 36» и спорных контрагентов налоговый орган основывает на нижеследующем.

На стр. 13 оспариваемого решения представлены выводы по анализу справок по форме 2-НДФЛ, представленных ООО «СпецИнтерСтрой», согласно которым ФИО6 заявлена как сотрудник ООО «СпецИнтерСтрой» и ООО «СМУ № 36», 2 человека заявлены как сотрудники ООО «СпецИнтерСтрой» и ООО «Промснаб-ГП» в 2016-2017 годы: ФИО6, ФИО7

На стр. 14 оспариваемого решения представлены выводы по анализу банковских выписок ПАО АКБ «Авангард», ПАО «Сбербанк», АО «Россельхозбанк» по расчетным счетам ООО «СпецИнтерСтрой» ИНН <***>, согласно которым доля поступлений от аффилированных компаний ООО «СМУ № 36», ООО «Стройинжиниринггрупп» ИНН <***>, ООО «Стройнефтегазинжиниринг» ИНН <***> (учредителем организаций является (являлось) АО «СтройИнжинирингГрупп» ИНН <***>) составила 100% от общего объема выручки за 2017-2019 гг.

На стр. 20 оспариваемого решения указано, что от имени ООО «СпецИнтерСтрой» в рамках получения материальных ценностей (поставка строительных материалов от реального поставщика) действовал сотрудник ООО «СМУ № 36». Так, представлена доверенность ООО «СпецИнтерСтрой» от 21.02.2017 на имя ФИО8 на получение от АО «Сталепромышленная Компания» материальных ценностей. Согласно справкам по форме 2-НДФЛ, ФИО8 являлся сотрудником ООО «СМУ № 36» в период с января 2017 года по июнь 2017 года Справки по форме 2- НДФЛ годы от организации ООО «СпецИнтерСтрой» в период 2017-2019 г на ФИО8 не представлены.

На стр. 27 оспариваемого решения изложены показания свидетеля ФИО9, которая указала, что должность генерального директора ООО «Регионпромстрой» она занимала номинально по просьбе третьих лиц, а именно: руководства компаний, входящих в АО «СтройИнжинирингГрупп» (учредитель ООО «СМУ № 36»).

На стр. 28 налоговым органом представлены выводы по анализу справок по форме 2-НДФЛ, представленных ООО «Регионпромстрой», согласно которым установлено пересечение сотрудников ООО «Регионпромстрой» с ООО «СМУ № 36»: 3 человека заявлены как сотрудники ООО «Регионпромстрой» и ООО «СМУ № 36», 3 человека заявлены как сотрудники ООО «Регионпромстрой» и ООО «СИГ» ИНН <***> (компания, аффилированная с ООО «СМУ № 36» по учредителю АО «СтройИнжинирингГрупп»).

На стр. 29 оспариваемого решения налоговый орган указал, что, исходя из банковской выписки ООО КБ «Новопокровский» по расчетному счету ООО «РегионПромСтрой», доля поступлений от аффилированных компаний ООО «СМУ № 36», ООО «Стройнефтегазинжиниринг» ИНН <***> (учредителем организаций является (явалялось) АО «СтройИнжинирингГрупп ИНН <***>) составила более 90 % от общего объема выручки за 2016 г. (период перечисления денежных средств ООО «СМУ № 36»).

На стр. 29 Инспекция также указала, что из банковской выписки по расчетному счету ООО «Регионпромстрой» следует, что поступившие на счет от ООО «СМУ № 36» денежные средства в сумме 18 497 тыс. руб. перечислены в адрес следующих организаций, обладающих признаками «технических»: ООО СК «Авангард» ИНН 6 7716792342, ООО «СнабКомерц» ИНН <***>, ООО «Стройтех» ИНН <***>.

На стр. 38 решения Инспекция сделала вывод в ходе анализа банковской выписки ПАО «Сбербанк» по расчетному счету ООО «СпецПоставка» ИНН <***>, согласно которому доля поступлений от аффилированных компаний ООО «СМУ № 36», ООО «Стройнефтегазинжиниринг» ИНН <***> (учредителем организаций является (являлось) АО «СтройИнжинирингГрупп ИНН <***>) составила 99 % от общего объема выручки за 2017-2019 годы. На расчетный счет ООО «СпецПоставка» поступили денежные средства от ООО «СМУ № 36» в сумме 23 903 тыс. руб. с назначением платежей «за материалы», денежные средства перечислены на счета «технических» компаний ООО «Альянс» ИНН <***>, ООО «Меркурий» ИНН <***>, ООО «Финэк» ИНН <***>, ООО «Партнер» ИНН <***>.

На основании изложенных обстоятельств налоговый орган делает вывод о том, что ООО «СпецИнтерСтрой», ООО «Регионпромстрой», ООО «СпецПоставка» являются «техническими» организациями и подконтрольны ООО «СМУ № 36».

При этом, как правильно указал суд первой инстанции, выводы налогового органа о полной финансовой, юридической подконтрольности спорных контрагентов самому налогоплательщику в ходе судебного разбирательства не нашли своего подтверждения.

Доказательств того, что учредители и директора спорных контрагентов и налогоплательщика связаны, в материалы дела не представлено.

Указание на то, что ряд свидетелей были работниками спорных контрагентов, а ранее работали у налогоплательщика и наоборот - не может свидетельствовать о подконтрольности/зависимости спорных контрагентов и налогоплательщика, т.к. для признания взаимной зависимости лиц следует учитывать влияние, которое может оказываться в силу участия одного лица в капитале других лиц, в соответствии с заключенным между ними соглашением либо при наличии иной возможности одного лица определять решения, принимаемые другими лицами (статья 105.1 НК РФ).

Допрашиваемые лица, трудоустроенные в ООО «СМУ № 36» или у спорных контрагентов, относятся к рабочему персоналу и в силу осуществляемых трудовых функций не могли оказывать экономического, организационного влияния на деятельность своих работодателей или влиять на принятие решений.

Судом верно отклонен довод налогового органа об отсутствии у спорных контрагентов производственных и материально-технических ресурсов, а также общехозяйственных расходов (покупки канцелярских товаров, оплаты телефонной связи и т.д.).

В частности, налогоплательщик в представленных в налоговый орган возражениях от 11.05.2022 на Дополнение № 7 от 11.04.2022 к Акту налоговой проверки № 14298 от 27.10.2021 указал на то, что между АО «СтройИнжинирингГрупп» и ООО «Регионпромстрой» заключен договор субаренды 73-11 АО/Сиг-Пр от 30.09.2011, в соответствии с которым ООО «Регионпромстрой» арендовало офис по адресу: <...>. Данный офис предоставлялся с мебелью, оргтехникой, канцелярскими принадлежностями, доступом к телефонной сети и интернету, а необходимые материальные ресурсы для выполнения работ имелись у ООО «СМУ № 36», которое в период выполнения работ также являлось дочерним обществом АО «СтройИнжинирингГрупп».

Инспекция не представил доказательств, опровергающих довод ООО «СМУ № 36» о наличии у спорных контрагентов производственных и материально-технических ресурсов.

Суд первой инстанции правильно указал, что в целях применения статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 9481 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» и статьи 105.1 НК РФ в спорный период налогоплательщик не являлся и не мог являться аффилированным или взаимозависимым лицом по отношению к спорным контрагентам, не мог давать обязательные для исполнения указания спорным контрагентам, соответственно, спорные контрагенты и налогоплательщик в указанный период не были аффилированными / взаимозависимыми компаниями.

Довод Инспекции о том, что налогоплательщик каким-либо образом связан или контролирует деятельность спорных контрагентов (ООО «СпецИнтерСтрой», ООО «СпецПоставка») и что управление деятельностью компаний осуществлялись из одного центра на основании данных IP-адресов только по мотиву того, что у спорных контрагентов есть пересекающиеся IP-адреса при выходе в интернет для входа в систему «Банк-Клиент», подлежат отклонению ввиду следующего.

При этом взаимосвязь через IP-адреса нельзя считать доказанной, потому что не представлено доказательств того, что данные IP-адреса не находились в свободном доступе через WiFi, в противном случае к данному WiFi могли иметь доступ разные лица. При использовании гостевого WiFi все совпадающие адреса являются публичными (внешними) и локальными (внутренними), использовались для выхода в сеть Интернет, и не принадлежат стационарными компьютерами (аналогичная позиция по вопросу IP-адресов высказана, в постановлении АС Уральского округа от 11.06.2020 по делу № А71-2363/2019).

Кроме того, ИФНС не доказало, что выход в сеть осуществлялся со статического IP-адреса. IP-адреса бывают двух видов: IP-статический адрес, постоянный, неизменяемый, то есть он не может быть присвоен другому устройству. IP-адрес - динамический адрес, который назначается автоматически при подключении устройства к сети и используется в течение ограниченного промежутка времени. Как следствие, динамические IP-адреса соединения с Интернетом могут совпадать у весьма значительного числа устройств связи, если подключения к сети были осуществлены в разное время. Поэтому сам по себе факт совпадения динамических IP-адресов не доказывает взаимозависимость проверяемого лица и его контрагентов. При совпадении таких адресов налоговая инспекция должна не только доказать их идентичность, но и установить их пользователей в конкретный момент времени.

Таким образом, совпадение IP-адресов не свидетельствует о подконтрольности, согласованности действий компаний в целях получения необоснованной налоговой выгоды (аналогичная позиция по вопросу IP-адресов высказана, например, в постановлении АС Уральского округа от 21.06.2018 по делу № А76-7730/2016).

Кроме того, ссылка налогового органа на взаимозависимость не может сама по себе быть признана состоятельной. Действующее налоговое законодательство не запрещает заключение сделок между взаимозависимыми лицами.

Согласно правовой позиции Пленума ВАС РФ, сформулированной в Постановлении от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды», сама по себе взаимозависимость участников сделок не может служить основанием для признания налоговой выгоды необоснованной. В целях налогового контроля взаимозависимость может иметь юридическое значение только если установлено, что такая взаимозависимость используется участниками сделки как возможность для осуществления согласованных, недобросовестных действий, необусловленных разумными экономическими причинами и направленных на незаконное занижение налоговых платежей.

Таким образом, взаимозависимость сама по себе не является безусловным основанием для вывода о необоснованном получении налогоплательщиком налоговой выгоды: налоговому органу необходимо представить доказательства того, что такая выгода получена им именно в результате недобросовестных, умышленных действий взаимозависимых лиц.

Указанный вывод согласуется с выработанной судебной практикой правовой позицией, изложенной в пункте 13 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 06.07.2016. Согласно данной позиции, взаимозависимость участников сделок сама по себе не признается доказательством получения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды. В целях налогового контроля взаимозависимость участников сделки может иметь юридическое значение только в том случае, если установлено, что такая взаимозависимость используется участниками сделки как возможность для осуществления согласованных действий, не обусловленных разумными экономическими или иными причинами. В данном случае налоговый орган не установил обстоятельств, свидетельствующих о том, что налогоплательщик и спорные контрагенты действовали в целях осуществления согласованных действий, не обусловленных разумными экономическими или иными причинами.

Является также верным вывод налогового органа, что доводы налогового органа, что спорные контрагенты и контрагенты 2-3-4 звена по отношению к налогоплательщику относятся к категории налогоплательщиков, представляющих отчетность с минимальной налоговой нагрузкой, также сами по себе не свидетельствуют о том, что Заявителем были нарушены нормы налогового законодательства.

Операции с налогоплательщиком полностью отражены ООО «СпецИнтерСтрой», ООО «Регионпромстрой», ООО «СпецПоставка» в своих налоговых декларациях.

Действующее законодательство не содержит положений, обязывающих налогоплательщика нести ответственность за действия своих контрагентов и/или последующих контрагентов и любых третьих лиц. Сдача отчетности с минимальными показателями и низкая налоговая нагрузка у контрагента не влияет на возможность исполнения своих обязательств по договорам.

Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 16.10.2003 № 329-О разъяснил, что истолкование статьи 57 Конституции Российской Федерации в системной связи с другими положениями Конституции Российской Федерации не позволяет сделать вывод, что налогоплательщик несет ответственность за действия всех организаций, участвующих в многостадийном процессе уплаты и перечисления налогов в бюджет. Задолженность перед бюджетом по НДС в случае ее образования у российского поставщика товаров и услуг вследствие его неправомерных действий подлежит взысканию с последнего как с самостоятельного налогоплательщика в общеустановленном порядке в рамках осуществления налоговыми органами контрольных функций. Достоверность налоговой отчетности контрагентов не может опровергаться лишь незначительностью итоговой суммы НДС, исчисленной к уплате в бюджет, значительной долей заявленных поставщиком налоговых вычетов.

Заявляя довод об отсутствии источника для вычета (возмещения) НДС, Инспекция не установила, что за незначительным налоговым бременем контрагентов 2-3 звена может стоять неполнота уплаты налогов и контрагенты должны были исчислить НДС к уплате в большей сумме. В частности, налоговым органом не установлены признаки вывода денежных средств контрагентами по фиктивным документам в пользу третьих лиц, в том числе признаки обналичивания, перевода денежных средств в низконалоговые иностранные юрисдикции и иные подобные обстоятельства, порочащие достоверность налоговой отчетности контрагентов и полноту уплаты ими налога в период спорных взаимоотношений с обществом.

Вопреки доводам Инспекции, незначительность исчисленных спорными контрагентами сумм НДС и налога на прибыль организаций к уплате за спорные периоды сама по себе не свидетельствует о недобросовестности ни данных контрагентов, ни общества.

Инспекция не подтвердила, что заявленные ею пороки спорных контрагентов исходя из конкретной ситуации совершения сделок с ними с учетом характера, объемов и стоимости товаров и работ этих контрагентов очевидно свидетельствовали для заявителя о возможности неисполнения контрагентами своих налоговых обязательств.

Суд первой инстанции верно отметил, что оспариваемое решение не содержит ссылок на доказательства того, что Общество осведомлено, знало или могло знать о нарушениях, допущенных контрагентами (если нарушения имели место).

Налоговый орган не приводит ни доказательств, ни описания действий налогоплательщика (его должностных лиц), по совершению действий по подделке документов и/или координации (руководству) действиями по подделке документов с целью получения необоснованной налоговой выгоды налогоплательщиком.

В Решении отсутствует указание на действия налогоплательщика (должностных лиц налогоплательщика), которые могли бы свидетельствовать о юридической, экономической и иной подконтрольности налогоплательщику (его должностным лицам) участников, вовлеченных, по мнению налогового органа, в налоговую схему.

Возвращение к Заявителю денежных средств через цепочку последующих организаций, позволившее ему получить незаконную налоговую экономию и обогащение, не доказано, согласованность в действиях контрагентов с налогоплательщиком не установлена. Наличия у налогоплательщика умысла на создание благоприятных налоговых последствий и каких-либо взаимоотношений общества, направленных на создание цепочки предприятий, уклоняющихся от уплаты налогов, не выявлено.

Указанные обстоятельства также подтверждают отсутствие в действиях заявителя признаков недобросовестного поведения.

Между тем, установление фактов совершения конкретных действий налогоплательщиком (его должностными лицами) с подтверждением данных фактов соответствующими доказательствами, является обязательным для налогового органа, при вменении налогоплательщику в вину недобросовестности контрагентов (первого, второго и последующих звеньев по отношению к налогоплательщику). Ни одного факта в отношении недобросовестности действий «технических»контрагентов в материалы дела налоговым органом не предоставлено.

Налоговый орган пришёл к выводу фиктивности взаимоотношений ООО «СМУ № 36» и ООО «СпецПоставка», ООО «СпецИнтерСтрой» по поставке товаров на основании следующих обстоятельств:

- строительные материалы были поставлены иными реальными поставщиками;

- в отношении спорных контрагентов установлены признаки подконтрольности проверяемому налогоплательщику.

Также Инспекция пришла к выводу о фиктивности взаимоотношений ООО «СМУ № 36» и ООО «Регионпромстрой» по выполнению субподрядных работ на основании следующих обстоятельств:

- в отношении ООО «Регионпромстрой» установлены признаки подконтрольности проверяемому налогоплательщику;

- отсутствие подтверждения одного из Заказчиков (ООО «ГазпромнефтьЗаполярье) о привлечении субподрядной организации ООО «Регионпромстрой».

Суд первой инстанции верно не согласился с доводами налогового органа ввиду следующего.

Инспекция не представила доказательств, бесспорно свидетельствующих об отсутствии реального исполнения обязательств в отношении ООО «СМУ № 36» со стороны спорных контрагентов.

В свою очередь, ООО «СМУ № 36» были представлены следующие доказательства, подтверждающие реальность взаимоотношений со спорными контрагентами: договоры со спорными контрагентами, акты о приемке выполненных работ, спецификации, приходные ордера, товарно-транспортные накладные. Поставка Обществу товаров и выполнение субподрядных работ со стороны спорных контрагентов и последующая их реализация заказчикам Общества Инспекцией не опровергнуты, сговор с целью получения необоснованной налоговой выгоды не доказан (документально не подтвержден).

То, что контрагенты нарушили свои налоговые обязательства, не подтверждает получения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды.

Заявляя свое право на налоговый вычет, налогоплательщик не должен представлять документы, подтверждающие фактическую уплату налога всей цепочкой поставщиков. Налогоплательщик не несет ответственности за недобросовестные действия своего контрагента. Налоговая недобросовестность контрагентов второго и третьего звена не является признаком получения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды, так как он не отвечает за действия контрагентов своих поставщиков, исполнителей и подрядчиков.

В материалах проверки не имеется ссылки на доказательства того, что Общество (или его должностные лица), перечислив денежные средства спорным контрагентам, а спорные контрагенты – «техническим» контрагентам, впоследствии получили данные денежные средства обратно.

Инспекцией не установлены и не доказаны обстоятельства, свидетельствующие об умышленных действиях Общества, направленных на искажение фактов хозяйственной жизни в части отражения в учете нереальных операций (создании фиктивного документооборота); о совершении сделок Общества через спорных контрагентов с «техническими» организациями с целью неполной уплаты налога, в отсутствие экономической обоснованности и разумной деловой цели; о согласованности действий общества и «технических» организаций в целях занижения налогов обществом; о том, что общество контролировало деятельность «технических» организаций и использовало их с целью уклонения от уплаты налогов путем создания фиктивного документооборота по нереальным поставкам.

При этом факты, установленные налоговым органом в отношении контрагентов второго, третьего и четвертого звена, правового значения для существа рассматриваемого спора не имеют. Общество не несет ответственность за действия всех организаций, участвующих в многостадийном процессе уплаты и перечисления налогов в бюджет, что соответствует сформировавшейся правоприменительной практике, в соответствии с которой налогоплательщик, заявляющий НДС к возмещению, при отсутствии фактов злоупотребления правом, не отвечает за последствия неисполнения поставщиком налоговых обязанностей.

Налоговый орган в данном случае не представил доказательств, свидетельствующих о том, что общество действовало без должной осмотрительности и осторожности при выборе контрагентов. Отсутствуют в материалах дела доказательства, которые указывали бы на осведомленность налогоплательщика о тех нарушениях налогового законодательства, которые допускаются его контрагентами, поэтому данный вывод инспекции является несостоятельным.

Таким образом, налоговым органом не представлено бесспорных доказательств того, что для целей налогообложения налогоплательщик в налоговом учете отразил операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом, что деятельность общества и его контрагентов скоординирована в связи с аффилированностью, и что имело место простая перепродажа товаров, направленная на получение заявителем налоговой выгоды вне связи с осуществлением реальных сделок.

В ходе судебного рассмотрения относительно фактического исполнения обязательств по сделкам со спорными контрагентами судом первой инстанции правильно было установлено следующее.

Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 16.10.2003 № 329-О разъяснил, что в сфере налоговых правоотношений действует презумпция добросовестности. Однако правоприменительные органы не вправе истолковывать 11 понятие «добросовестные налогоплательщики» как возлагающее на налогоплательщиков дополнительные обязанности, не предусмотренные законодательством. Обязанность налогового органа доказать обоснованность оспариваемого ненормативного правового акта следует из части 5 статьи 200 АПК РФ.

Согласно правовой позиции, изложенной в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53, при оценке обоснованности заявленной налогоплательщиком налоговой выгоды следует исходить из презумпции добросовестности налогоплательщика и иных участников правоотношений в сфере экономики. Предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, экономически оправданы, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, достоверны. Представление налогоплательщиком всех надлежащим образом оформленных документов в налоговый орган в целях получения налоговой выгоды является достаточным для ее получения, если налоговым органом не представлены суду доказательства недостоверности или противоречивости указанных в документах сведений. Таким образом, инспекция должна представить сведения, бесспорно подтверждающие, что действия налогоплательщика не имели экономического обоснования, направлены исключительно на искусственное создание условий для возмещения налога из бюджета и, следовательно, являются недобросовестными. Налоговая выгода не может рассматриваться в качестве самостоятельной деловой цели. Поэтому если судом установлено, что главной целью, преследуемой налогоплательщиком, являлось получение дохода исключительно или преимущественно за счет налоговой выгоды в отсутствие намерения осуществлять реальную экономическую деятельность, в признании обоснованности ее получения может быть отказано.

Судом первой инстанции установлено и материалами дела подтверждено, что ООО «СМУ № 36» реализовало приобретенные товары и работы при выполнении строительно-монтажных работ в адрес следующих Заказчиков: ООО «Газпром-Заполярье» ИНН <***>, ООО «Газпром-Оренбург» ИНН <***>, ООО «Стройгазмонтаж» ИНН <***>. Данный факт не опровергается налоговым органом в оспариваемом решении (стр. 33-34).

Исходя из материалов дела, суд первой инстанции пришел к правильному выводу, что налоговый орган не представил достаточных доказательств отсутствия реальной поставки товаров и реального выполнения субподрядных работ в отношении ООО «СМУ № 36» со стороны спорных контрагентов.

Судебная практика разрешения налоговых споров исходит из презумпции добросовестности налогоплательщиков и иных участников правоотношений в сфере экономики. В связи с этим предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, экономически оправданны, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, - достоверны. Представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

В соответствии с частью 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия налоговым органом оспариваемого акта, возлагается на этот орган.

В связи с этим при рассмотрении в арбитражном суде налогового спора налоговым органом могут быть представлены в суд доказательства необоснованного возникновения у налогоплательщика налоговой выгоды. Эти доказательства, как и доказательства, представленные налогоплательщиком, подлежат исследованию в судебном заседании согласно требованиям статьи 162 АПК РФ и оценке арбитражным судом в совокупности и взаимосвязи с учетом положений статьи 71 АПК РФ.

В соответствии с пунктом 3 Постановления Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 № 53 налоговая выгода может быть признана необоснованной, в частности, в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера). Налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности (пункт 4 Постановления Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 № 53). Установление судом наличия разумных экономических или иных причин (деловой цели) в действиях налогоплательщика осуществляется с учетом оценки обстоятельств, свидетельствующих о его намерениях получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

В свою очередь, при установлении обстоятельств, свидетельствующих, что основной целью заключения налогоплательщиком сделки являлось получение налоговой экономии, налоговые органы должны доказать, что сделка не имеет какоголибо разумного объяснения с позиции хозяйственной необходимости ее заключения, а имеет своей целью лишь уменьшение налоговых обязательств, и (или) является частью схемы по уменьшению налогового бремени. При этом положения Налогового кодекса Российской Федерации не ограничивают само право налогоплательщика проводить свои хозяйственные операции так, чтобы налоговые последствия были минимальны при условии отсутствия признака искусственности сделки, лишенной хозяйственного смысла. Налоговый кодекс РФ декларирует принцип презумпции добросовестности налогоплательщика, как один из важнейших элементов конституционно-правового режима регулирования налоговых отношений и публичного правопорядка в целом.

Налоговые органы должны опровергать реальность спорной сделки (операции) посредством доказывания фактов исполнения обязательств по сделке (операции) иным лицом, чем лицо, являющееся стороной договора, заключенного с налогоплательщиком, и (или) доказывания фактов, свидетельствующих о том, что исполнение, предусмотренное спорной сделкой (операцией), выполнено проверяемым налогоплательщиком самостоятельно. В этих случаях налоговые органы вправе использовать такие механизмы как: получение объяснений от лиц, обладающих информацией об обстоятельствах заключения, совершения, исполнения сделки (операции), проведение осмотров территории, помещений, документов, предметов с применением технических средств; сопоставление объема поставляемых товаров размеру складских помещений, территории; анализ объемов и содержания работ; инвентаризация имущества; истребование документов (информации), а в необходимых случаях проведение выемки документов (предметов), проведение экспертиз и другие. Об использовании формального документооборота в целях неправомерного учета расходов и заявления налоговых вычетов по спорным сделкам могут свидетельствовать факты обналичивания денежных средств проверяемым налогоплательщиком, так как перечисление денежных средств при осуществлении сделок с проблемным контрагентом, как правило, совершается в целях полного или частичного их возврата налогоплательщику, взаимозависимому (подконтрольному) лицу в наличной, безналичной или натуральной форме.

Исходя из проведенных Инспекцией мероприятий налогового контроля усматривается, что налоговый орган не провел полный комплекс контрольных мероприятий по выявлению схем обналичивания денежных средств, что было бы одним из доказательств формального документооборота.

С учетом изложенного, судом верно отклонил доводы налогового органа о фиктивности спорных хозяйственных операций налогоплательщика, о получении обществом необоснованной налоговой выгоды ввиду не обусловленности расходов общества на поставку строительных материалов и выполнение субподрядных работ.

Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами.

Согласно части 4 статьи 71 АПК РФ каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами.

Согласно пункту 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

В сфере налоговых правоотношений действует презумпция добросовестности налогоплательщика (выведена в Определении КС РФ от 25.07.2001 № 138-О).

Презумпция невиновности налогоплательщика в совершении налогового правонарушения установлена пунктом 6 статьи 108 НК РФ, из которого следует, что лицо считается невиновным в совершении правонарушения, пока его виновность не будет доказана в предусмотренном федеральным законом порядке. Лицо, привлекаемое к ответственности, не обязано доказывать свою невиновность в совершении налогового правонарушения. Обязанность по доказыванию обстоятельств, свидетельствующих о факте налогового правонарушения и виновности лица в его совершении, возлагается на налоговые органы. Неустранимые сомнения в виновности лица, привлекаемого к ответственности, толкуются в пользу этого лица.

Недоказанная виновность приравнивается по своим правовым последствиям к доказанной невиновности.

Согласно статье 100 НК РФ в акте налоговой проверки указываются документально подтвержденные факты нарушений; к акту налоговой проверки прилагаются документы, подтверждающие факты нарушений.

В свою очередь, в силу пункта 7 статьи 3 НК РФ все неустранимые сомнения, противоречия и неясности актов законодательства о налогах и сборах толкуются в пользу налогоплательщика (плательщика сбора, плательщика страховых взносов, налогового агента).

Тем самым, Инспекция в нарушение части 1 статьи 65 и части 5 статьи 200 АПК РФ бесспорных доказательств согласованных действий общества и спорных контрагентов, направленных исключительно на получение необоснованной налоговой выгоды, совершения обществом недобросовестных действий не представила, не доказала факта создания обществом и его контрагентами замкнутых денежных потоков без цели фактического осуществления сделок.

Согласно статье 252 НК РФ расходами признаются документально подтвержденные и экономически обоснованные затраты организации, направленные на получение дохода.

В соответствии с пунктом 1 Постановления Пленума ВАС № 53, представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

Пункт 1 статьи 252 НК РФ как основное условие признания затрат обоснованными или экономически оправданными указывает, что расходами признаются любые затраты при условии, что они произведены для осуществления деятельности, направленной на получение дохода.

Из этого же исходит и Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, указавший в Постановлении от 12 октября 2006 года № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды», что обоснованность расходов, учитываемых при расчете налоговой базы, должна оцениваться с учетом обстоятельств, свидетельствующих о намерениях налогоплательщика получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской или иной экономической деятельности. При этом речь идет именно о намерениях и целях (направленности) этой деятельности, а не о ее результате. Вместе с тем обоснованность получения налоговой выгоды, как отмечается в том же Постановлении, не может быть поставлена в зависимость от эффективности использования капитала.

Соответственно, судебная практика при оценке данного критерия исходит из того, что обоснованность расходов, уменьшающих в целях налогообложения полученные доходы, не может оцениваться с точки зрения их целесообразности, рациональности, эффективности или полученного результата (Постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 23 июля 2007 года Дело № А56- 4461/2007, Постановление ФАС Московского округа от 04.02.2008 № КА-А40/13427- 07-2 по делу № А40-17664/07-117-117, от 11.10.2007 № КА-А40/10338-07).

В то же время, как подчеркивается в судебной практике, в решении по факту выездной налоговой проверки подлежат отражению исключительно факты нарушений законодательства о налогах и сборах, выявленные в процессе проверки, и в нем не должны содержаться субъективные предположения проверяющих, не основанные на достаточных доказательствах (Определение ВАС РФ от 25 августа 2008 года № 2236/08).

К обстоятельствам, подлежащим установлению при оспаривании правомерности применения налоговых вычетов по основаниям, связанным с отсутствием экономического источника для вычета (возмещения) налога на добавленную стоимость налогоплательщиком-покупателем, относится реальность приобретения товаров (работ, услуг) налогоплательщиком для осуществления своей облагаемой налогом деятельности, и то, преследовал ли налогоплательщик цель уклонения от налогообложения в результате согласованных с иными лицами действий, либо в отсутствие такой цели - знал или должен был знать о допущенных этими лицами нарушениях.

Названный подход к разрешению споров, связанных с получением необоснованной налоговой выгоды за счет вычета (возмещения) налога на добавленную стоимость, ранее также нашел отражение в пункте 31 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16.02.2017, постановлениях Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.02.2010 № 12670/09, от 30.06.2009 № 2635/09, от 12.02.2008 № 12210/07.

Факт реальности спорных сделок, т.е. фактическое исполнение сторонами сделки договоров, а равно направленность произведенных затрат на получение положительного экономического эффекта подтверждается имеющимися в деле документами, а именно: договорами, счетами-фактурами, актами, товарно-транспортными накладными, оформленными с соответствующими контрагентами, банковскими выписками.

При этом из данных документов следует, что товары и работы по данным сделкам были реально получены ООО «СМУ № 36» от спорных контрагентов и приняты к учету. Документально подтверждается и отражение всех спорных хозяйственных операций в бухгалтерском и налоговом учете налогоплательщика. Достаточных доказательств того, что поставка товаров и выполнение работ были выполнены не спорными контрагентами, а иными лицами или самим налогоплательщиком в материалы дела инспекцией не предоставлены.

На налоговом органе, оспаривающим реальность совершенных налогоплательщиком операций и обоснованность полученной в связи с этим налоговой выгоды, лежит бремя доказывания обстоятельств, которые могут свидетельствовать о невозможности осуществления спорных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг. Иными словами, налоговым органом при вменении налогоплательщику создания формального документооборота (пункт 9 Постановления № 53) должно быть доказано, что приобретение товаров (работ, услуг) налогоплательщиком не имело места в действительности, либо спорный товар (работы, услуги) хотя и был получен налогоплательщиком, но фактически поставлен иными лицами (определение ВС РФ от 20.07.2016 № 305-КГ16-4155).

Основным условием признания произведенных налогоплательщиком налоговых вычетов по НДС и расходов по налогу на прибыль необоснованными является представление налоговым органом доказательств того, что сведения, указанные налогоплательщиком в налоговых декларациях и других предусмотренных законодательством о налогах и сборах документах, являются недостоверными.

Причем буквальное толкование данного пункта, а также толкование его в совокупности с остальными положения Постановления № 53, позволяют сделать вывод о том, что налоговый орган должен представить доказательства недостоверности всех указанных налогоплательщиком сведений о хозяйственной операции, в связи с совершением которой он претендует на получения вычета по НДС (уменьшение налогооблагаемой прибыли). То есть налоговый орган обязан доказать не только недостоверность сведений о контрагентах, но и недостоверность сведений о самих хозяйственных операциях - не получение налогоплательщиком в действительности товаров (работ, услуг) и не оплаты им их стоимости с учетом налога на добавленную стоимость.

Однако в настоящем деле налоговый орган не предоставил доказательств наличия недостоверных сведений в представленных налогоплательщиком первичных документах.

Исходя из положений Постановления Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 № 53, налоговый орган, заявляя о получении налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды, обязан доказать недобросовестность именно в действиях проверяемого налогоплательщика, а не ограничиваться формальным перечислением каких-либо фактов.

Вывод о недобросовестности налогоплательщика должен быть основан на объективной информации, с бесспорностью подтверждающей, что действия налогоплательщика не имели разумной деловой цели, а были направлены исключительно на создание благоприятных налоговых последствий (налоговой выгоды).

Таких доказательств Инспекцией не представлено.

При таких обстоятельствах, имеющиеся в материалах дела документы в их совокупности подтверждают реальность осуществления обществом в спорном периоде хозяйственных отношений со спорными контрагентами, доводы инспекции об ином, о 16 создании обществом формального документооборота с названными контрагентами подлежат отклонению как основанные на предположениях.

Следовательно, не опровергнув реальность выполнения работ, поставки товаров контрагентами налогоплательщика, инспекция неправомерно исключила вычеты по НДС и расходы при исчислении налоговой базы по налогу на прибыль, примененные налогоплательщиком.

При таких обстоятельствах вывод налогового органа о фиктивности взаимоотношений между Заявителем и спорными контрагентами суд первой инстанции верно признал необоснованным.

Учитывая изложенные обстоятельства, суд первой инстанции пришёл к правомерному выводу о том, что оспариваемое Заявителем решение ИФНС № 14 по г. Москве от 27.05.2022 № 3222 является незаконным.

При этом суд первой инстанции правомерно и обоснованно восстановил Обществу срок на подачу заявления.

В силу части 4 статьи 198 АПК РФ заявление о признании недействительным ненормативного правового акта может быть подано в арбитражный суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации стало известно о нарушении их прав и законных интересов, если иное не установлено федеральным законом.

Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 18.11.2004 № 367-О указал, что установление в законе сроков для обращения в суд с заявлениями о признании ненормативных правовых актов недействительными, а решений, действий (бездействия) незаконными обусловлено необходимостью обеспечить стабильность и определенность административных и иных публичных правоотношений и не может рассматриваться как нарушающее право на судебную защиту, поскольку несоблюдение установленного срока, в силу соответствующих норм АПК РФ, не является основанием для отказа в принятии заявлений по делам, возникающим из административных и иных публичных правоотношений, вопрос о причинах пропуска срока решается судом после возбуждения дела, то есть в судебном заседании. Заинтересованные лица вправе ходатайствовать о восстановлении пропущенного срока, и, если пропуск срока был обусловлен уважительными причинами, такого рода ходатайства подлежат удовлетворению судом.

Согласно правовой позиции, изложенной в определениях Конституционного Суда Российской Федерации от 18.07.2006 № 308-О, право судьи рассмотреть заявление о восстановлении пропущенного процессуального срока вытекает из принципа самостоятельности судебной власти и является одним из проявлений дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия. Признание тех или иных причин пропуска срока уважительными относится к исключительной компетенции суда, рассматривающего данный вопрос, и ставится законом в зависимость от его усмотрения.

Согласно статье 117 АПК РФ арбитражный суд восстанавливает пропущенный процессуальный срок, если признает причины пропуска уважительными.

Нормы АПК РФ не содержат перечня уважительных причин, при наличии которых суд может восстановить пропущенный срок для подачи заявления о признании недействительным ненормативного акта, поэтому право установления наличия этих причин и их оценки отнесены к компетенции суда, рассматривающего соответствующее ходатайство.

ООО «СМУ № 36» заявило в суде первой инстанции ходатайство о восстановлении срока и указало причины его пропуска, которые признаны судом первой инстанции уважительными.

Оснований для пересмотра этих выводов у суда апелляционной инстанции не имеется.

Судом апелляционной инстанции рассмотрены все доводы апелляционной жалобы, однако они не опровергают выводы суда, положенные в основу решения, и не могут служить основанием для отмены решения и удовлетворения апелляционной жалобы.

Обстоятельства по делу судом первой инстанции установлены полно и правильно, им дана надлежащая правовая оценка. Нарушений норм процессуального права судом не допущено. Основания для отмены решения суда отсутствуют.

Руководствуясь ст.ст. 266, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда г.Москвы от 05.06.2023 по делу № А40-69862/23 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.


Председательствующий судья: М.В. Кочешкова


Судьи: Д.Е. Лепихин


ФИО1