Постановление от 6 марта 2025 г. по делу № А43-69/2023

Дело № А43-69/2023
07 марта 2025 года
г. Владимир



Резолютивная часть постановления объявлена 27 февраля 2025 года.

Полный текст постановления изготовлен 07 марта 2025 года.


Первый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Евсеевой Н.В.,

судей Кузьминой С.Г., Полушкиной К.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Завьяловой А.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ФИО1 на определение Арбитражного суда Нижегородской области от 11.09.2024 по делу № А43-69/2023, принятое по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Прибой» (ОГРН <***>, ИНН <***>)  ФИО1 о признании сделки по перечислению должником в пользу общества с ограниченной ответственностью «Профиль декор» (ОГРН <***>, ИНН <***>) денежных средств на общую сумму 4 429 029 руб. 65 коп. и применении последствий недействительности сделки,

в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично путем размещения информации на сайте суда, установил следующее.


В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Прибой» (далее – ООО «Прибой», должник) в Арбитражный суд Нижегородской области обратился конкурсный управляющий ФИО1 (далее – ФИО1, конкурсный управляющий) с заявлением о признании недействительными сделок по перечислению должником в пользу общества с ограниченной ответственностью «Профиль декор» (далее – ООО «Профиль декор», ответчик) в период с 04.06.2018 по 08.07.2020 денежных средств на общую сумму 4 429 029 руб. 65 коп. и применении последствий недействительности сделок в виде взыскания с ответчика в пользу ООО «Прибой» денежных средств в размере 4 429 029 руб. 65 коп.

Арбитражный суд Нижегородской области определением от 11.09.2024 в удовлетворении заявления конкурсному управляющему отказал.

Не согласившись с принятым судебным актом, конкурсный управляющий обратился в Первый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой с учетом уточнений, в которой просит определение суда отменить полностью и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований.

Оспаривая законность принятого судебного акта, заявитель апелляционной жалобы указал на наличие оснований для признания спорных платежей как сделки, содержащей элементы притворных (мнимых) сделок в соответствии со статьей 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, как сделки со злоупотреблением права (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) в корреспонденции со статьей 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьей 61.2 Закона о банкротстве и для применения последствий недействительности к прикрываемым сделкам, а именно, как к сделкам по безвозмездному отчуждению имущества должника. Пояснил, что конкурсный управляющий, не являющийся стороной сделки, объективно ограничен в возможности доказывания соответствующих обстоятельств, следовательно, поскольку отрицательный факт не подлежит доказыванию, бремя доказывания обратного (наличие какого-либо правового основания перечислений денежных средств) возлагается на ответчика, который должен опровергнуть утверждения заявителя, доказать реальность договорных отношений и поставки товара. Отметил, что ответчиком представлены копии универсальных передаточных документов, большая часть из которых не подписана, подписи в остальной части разные, отличаются от подписей руководителей должника. Также указал, что обязанность бывшего руководителя по передаче бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему, предусмотренная пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве не исполнена, равно как в обоснование спорных платежей ответчиком не представлено каких-либо документов. Подробно доводы заявителя изложены в апелляционной жалобе с уточнениями.

Заявитель по делу о банкротстве – общество с ограниченной ответственностью коммерческий банк «Мегаполис» (далее – ООО КБ «Мегаполис», кредитор), в отзыве на апелляционную жалобу поддержал доводы заявителя апелляционной жалобы, просил апелляционную жалобу удовлетворить. Полагает, что факт того, что оспариваемые сделки причинили вред имущественным правам кредиторов должника в рассматриваемом случае не вызывает сомнения, поскольку в результате их совершения должник произвел безвозмездные перечисления ответчику, а ответчик взамен встречное исполнение не предоставил. Указал, что реальность договорных отношений между должником и ответчиком в целом и обязательств должника перед ответчиком, а также какого-либо встречного предоставления со стороны последнего первичной документацией не подтверждается. Считает, что фактически полученные от банка кредитные средства должник перечислял в адрес ответчиков по обособленным спорам в обоснование будущей поставки ими товарно-материальных ценностей (выполнение работ, оказание услуг), в то же время реальное поступление ТМЦ (выполнение работ, оказание услуг) от ответчика в адрес должника никакой первичной документацией не подтверждается. Указал на наличие признаков неплатежеспособности должника на дату совершения оспариваемой сделки, а именно: в реестр требований кредиторов должника включена задолженность перед банком в размере 166 418 264 руб. 04 коп. по семнадцати кредитам. Полагает, что для ответчика, являющегося коммерческой организацией, рассматриваемые отношения представляют собой запрещенное между коммерческими организациями дарение. Подробно возражения кредитора изложены в отзыве на апелляционную жалобу.

Документы, приложенные ООО КБ «Мегаполис» к отзыву на апелляционную жалобу, приобщены судом апелляционной инстанции к материалам дела (протокол судебного заседания от 23.01.2025).

Ответчик – ООО «Профиль декор», в письменных возражениях на апелляционную жалобу указал на несостоятельность доводов заявителя апелляционной жалобы и кредитора, просил оставить определение суда без изменения, в удовлетворении апелляционной жалобы отказать. Отметил, что факт того, что в адрес должника поставлялся товар, подтверждается копиями товарных накладных. Считает несостоятельными доводы конкурсного управляющего о том, что на представленных накладных проставлены разные подписи и не сопоставляются с подписями руководителей, что позволяет сделать вывод о том, что отношения сторон имели реальный характер: факт того, что накладные подписываются не генеральными директорами, а иными сотрудниками, действующими на основании доверенностей (непосредственно находящимися на складе – в месте отгрузки), и факт сменяемости этих сотрудников свидетельствует о реальной деятельности компании. Относительно доводов кредитора о расшифровке подписей указал, что порядок оформления УПД указан в Приложении к Письму ФНС России от 21.10.2013 № ММВ-20-3/96@ «Об отсутствии налоговых рисков при применении налогоплательщиками первичного документа, составленного на основе формы счета-фактуры» и является рекомендательным, на всех представленных накладных имеется печать должника. Пояснил, что отношения между ООО «Профиль декор» и ООО «Прибой» являлись реальными: ООО «Профиль декор» осуществлял поставку в адрес должника, в связи с чем должник перечислял в адрес ООО «Профиль декор» денежные средства за поставленный товар. Также указал на истечение сроков исковой давности оспаривания платежей по основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве. Пояснил, что ООО «Профиль декор» не знало, не могло и не должно было знать о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника, даже если таковые имели место быть во время сотрудничества сторон при исполнении обязательств по договору поставки. Подробно возражения ответчика изложены в отзыве на апелляционную жалобу.

27.02.2025 от ответчика в материалы дела поступило ходатайство о рассмотрении апелляционной жалобы в его отсутствие.

Иные лица, участвующие в обособленном споре, отзыв на апелляционную жалобу не представили.

Лица, участвующие в обособленном споре, явку представителей в судебное заседание суда апелляционной инстанции не обеспечили.

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционная жалоба рассматривается в отсутствие лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства в порядке статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Законность и обоснованность принятого по делу определения проверены Первым арбитражным апелляционным судом в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, оценивая представленные доказательства в их совокупности, анализируя позицию заявителя, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, определением Арбитражного суда Нижегородской области от 10.01.2023 к производству суда принято заявление ООО КБ «Мегаполис» о признании ООО «Прибой» несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 18.05.2023 заявление признано обоснованным, в отношении должника введена процедура наблюдения, в реестр требований кредиторов ООО «Прибой» включены требования ООО КБ «Мегаполис» в размере 109 510 428 руб. 18 коп., 100 741 183 руб. 81 коп. – требования кредиторов третьей очереди; 8 769 244 руб. 37 коп. – требования кредиторов третьей очереди, учитывающиеся отдельно и подлежащие удовлетворению после погашения основной суммы долга и причитающихся процентов, временным управляющим утвержден ФИО1

Решением Арбитражного суда Нижегородской области от 05.09.2023 ООО «Прибой» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО1

В ходе анализа расчетных счетов должника конкурсным управляющим выявлен факт перечисления должником в период с 04.06.2018 по 08.07.2020 денежных средств в размере 4 429 029 руб. 65 коп. ООО «Профиль декор».

Предметом заявления конкурсного управляющего является требование о признании недействительными сделок по перечислению должником в пользу ООО «Профиль декор» в период с 04.06.2018 по 08.07.2020 денежных средств на общую сумму 4 429 029 руб. 65 коп. и применении последствий недействительности сделок в виде взыскания с ответчика в пользу должника денежных средств в размере 4 429 029 руб. 65 коп.

Заявление основано на положениях пунктов 1, 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации и мотивировано тем, что оспариваемые платежи осуществлены между аффилированными сторонами в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, так как в период их совершения должник имел признаки неплатежеспособности, сами платежи проведены в счет исполнения по мнимой сделке, то есть безосновательно в отсутствие встречного предоставления, поскольку отсутствуют документы, подтверждающие правоотношения сторон; в результате совершения сделки произошло уменьшение конкурсной массы, при этом имеются сомнения относительно добросовестности действий ответчика.

Повторно изучив представленные в материалы дела доказательства, с учетом доводов апелляционной жалобы и возражений на нее, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

По правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.) (пункт 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее –
постановление № 63).

Конкурсному управляющему предоставлено право подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок и решений и о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником (статья 61.9 и пункт 3 статьи 129 Закона о банкротстве).

Суд первой инстанции правомерно не установил оснований для вывода о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности на предъявление настоящего требования, которое подано в пределах одного года с момента признания должника банкротом (пункт 32 постановления № 63).

По правилам пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Оценивая сделку в соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве на предмет неравноценного встречного исполнения обязательств другой стороной сделки, следует иметь в виду, что неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 9 постановления № 63, судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве установлено, что сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

– стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

– должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

– после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Как разъяснено в пункте 5 постановления № 63, пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правамкредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 постановления). В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Из пункта 6 постановления № 63 следует, что согласно абзацам второму – пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б)            имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым – пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Согласно указанным положениям статьи 2 Закона о банкротстве, недостаточность имущества – превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

В рассматриваемом случае оспариваемые сделки совершены в период с 04.06.2018 по 08.07.2020, то есть за пределами более года до возбуждения настоящего дела о банкротстве (10.01.2023), в связи с чем они не могут быть оспорены на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а платежи, совершенные ранее 10.01.2020, также не могут быть оспорены по специальным основаниям главы III.1 Закона о банкротстве, поскольку совершены за пределами трехлетнего срока до даты возбуждения дела о банкротстве.

Такое заявление может быть удовлетворено лишь в случае, если конкурсный управляющий доказал наличие в данных перечислениях пороков, выходящих за пределы подозрительной сделки.

Конкурсный управляющий, ссылаясь на причинение вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения оспариваемых платежей указывает, что из конкурсной массы выбыло ликвидное имущество (денежные средства) в период неплатежеспособности должника при том, что у него отсутствуют доказательства наличия встречного равноценного предоставления по сделке, в связи с чем просит признать оспариваемые платежи недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона как подозрительную сделку, совершенную в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом.

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В обоснование требований конкурсный управляющий ссылается на наличие на дату совершения части оспариваемых сделок неисполненных обязательств должника перед ООО КБ «Мегаполис» по договорам о кредитной линии.

Как следует из материалов электронного дела, определением Арбитражного суда Нижегородской области от 18.05.2023 в реестр требований кредиторов ООО «Прибой» включено требование ООО КБ «Мегаполис» в размере 109 510 428 руб. 18 коп.

Из материалов дела следует и установлено судом первой инстанции, что у должника с 2021 года сформировалась просроченная кредиторская задолженность перед мажоритарным кредитором ООО КБ «Мегаполис», которая возникла вследствие ненадлежащего исполнения обязательств по возврату кредитных средств, полученных по соответствующим договорам от 05.06.2020, 22.06.2020, 08.07.2020, 15.07.2020, 24.07.2020, 15.09.2020, 25.09.2020, 14.10.2020, 21.10.2020, 30.10.2020, 10.11.2020, 19.11.2020, 10.12.2020, 02.02.2021 с предельным сроком возврата денежных средств до 31.01.2022.

В соответствии с приказом Банка России от 26.03.2021 № ОД-474 «Об отзыве лицензии на осуществление банковских операций у кредитной организации ООО КБ «Мегаполис» лицензия отозвана у ООО КБ «Мегаполис» 26.03.2021.

Уведомления о расторжении договоров и необходимости погашении образовавшейся суммы долга, процентов и неустойки № 1009-КУ, № 1010-КУ, № 1011-КУ, № 1012-КУ, № 1013-КУ, № 1014-КУ, № 1015-КУ, № 1016-КУ, № 1017-КУ, № 1018-КУ, № 1019-КУ, № 1021-КУ, № 1022-КУ, № 1023-КУ и № 1024-КУ были направлены ООО «Прибой» одновременно 30.06.2021.

Правовое значение для установления признака неплатежеспособности имеет момент наступления обязанности по исполнению денежного обязательства, а не дата предъявления кредитором требования об исполнении соответствующего обязательства либо дата вынесения судебного акта и выдачи исполнительного листа для его принудительного исполнения.

Следовательно, с учетом положений пункта 2 статьи 811 Гражданского кодекса Российской Федерации, ООО «Прибой» стало обладать признаком неплатежеспособности начиная с июля 2021 года, то есть после совершения оспариваемых платежей.

Вместе с тем, согласно разъяснениям Верховного Суда Российской Федерации, сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (определения ВС РФ № 305-ЭС17-11710 (4) от 12.03.2019, № 305-ЭС19-20861 от 01.10.2020).

То есть вопрос о том, является ли оспариваемая сделка подозрительной, разрешается судом с учетом оценки фактических обстоятельств конкретного спора.

Сведений о том, что на момент совершения оспариваемых сделок в отношении должника имелись возбужденные исполнительные производства либо судебные дела о взыскании задолженности материалы дела также не содержат.

При этом само по себе наличие кредиторской задолженности безотносительно иных обстоятельств, показателей бухгалтерской отчетности, экономических факторов, с учетом постоянной вариативности структуры активов и пассивов баланса большинства юридических лиц в связи с осуществлением ими хозяйственной деятельности, не является безусловным доказательством того, что должник отвечал признакам несостоятельности.

С учетом правового подхода, выработанного судебной практикой и отраженного в определении Верховного Суда РФ от 10.12.2020 № 305-ЭС20- 11412 недопустимо отождествление неплатежеспособности с неоплатой конкретного долга отдельному кредитору.

При этом наличие неисполненных обязательств перед контрагентами не свидетельствует о наличии объективной невозможности исполнения обязательств перед кредиторами (определения Верховного Суда РФ от 25.01.2016 по делу № 310-ЭС15-12396, от 25.12.2015 по делу № 308-ЭС15-11405).

Вместе с тем конкурсным управляющим не раскрыты наличие иных кредиторов, иные обстоятельства, свидетельствующие о наличии признаков банкротства.

При изложенных обстоятельствах суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о том, что  на дату совершения оспариваемых платежей должник не имел признаков неплатежеспособности; просроченные обязательства перед ООО КБ «Мегаполис», впоследствии включенные в реестр требований кредиторов должника, в спорный период не существовали, то есть имущественный вред кредитору должника от их совершения не наступил.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона о банкротстве) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми – они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки. При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств (пункт 7 постановления № 63).

В соответствии с пунктом 1 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником, лицо, которое является аффилированным лицом должника.

В рассматриваемом споре заявителем не представлено доказательств наличия между должником и ответчиком взаимоотношений, характеризующихся взаимозависимостью, аффилированностью, подконтрольностью на основании статьи 19 Закона о банкротстве.

Судом апелляционной инстанции установлено, что в материалах дела отсутствуют доказательства взаимной заинтересованности либо аффилированности должника и ответчика в порядке статьи 19 Закона о банкротстве.

Документальных доказательств, бесспорно свидетельствующих об осведомленности ответчика о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника на момент совершения оспариваемых сделок, либо доказательств того, что другая сторона знала или должна была знать о наличии у должника цели причинить вред кредиторам должника, в материалы дела также не представлено.

В материалах обособленного спора отсутствуют какие-либо доказательства того, что стороны оспариваемых сделок состояли в сговоре, и их действия были направлены на вывод имущества должника.

Коллегия судей соглашается с обоснованным выводом суда первой инстанции о том, что конкурсным управляющим не доказана совокупность условий для признания сделок недействительными на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве, поскольку отсутствуют доказательства безвозмездности сделок, причинение вреда имущественным правам кредиторов, совершение сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, а также доказательства того, что другая сторона сделок знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

Конкурсный управляющий, указывая на подозрительный характер сделки, также ссылается на мнимость сделки, указанной в назначении платежей.

Судом первой инстанции обоснованно не установлено необходимых условий для признания сделок должника недействительными на основании статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации на основании следующего.

Согласно абзацу шестому пункта 8 постановления № 63 судам необходимо учитывать, что по правилам упомянутой нормы (пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве) могут оспариваться только сделки, в принципе или обычно предусматривающие встречное исполнение; сделки же, в предмет которых в принципе не входит встречное исполнение (например, договор дарения) или обычно его не предусматривающие (например, договор поручительства или залога), не могут оспариваться на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, но могут оспариваться на основании пункта 2 этой статьи.

В силу абзаца 4 пункта 4 постановления № 63 наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

В соответствии с пунктом 1 статьи 166, статьей 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки; сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В пункте 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации отмечено, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно; никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации). Следовательно, при ее совершении должен иметь место порок воли (содержания).

Для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий, и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнить либо требовать ее исполнения.

В обоснование мнимости сделки стороне необходимо доказать, что при ее совершении подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при совершении данной сделки. Как отметил Верховный Суд Российской Федерации в определении от 25.07.2016 по делу № 305-ЭС16-2411, фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

Согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации является ничтожной притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

По смыслу приведенной нормы притворная сделка фактически включает в себя две сделки: притворную сделку, совершаемую для вида (прикрывающая сделка) и сделку, в действительности совершаемую сторонами (прикрываемая сделка). Поскольку притворная (прикрывающая) сделка совершается лишь для вида, одним из внешних показателей ее притворности служит несовершение сторонами тех действий, которые предусматриваются данной сделкой. Напротив, если стороны выполнили вытекающие из сделки права и обязанности, то такая сделка притворной не является.

В пункте 87 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации недостаточно.

Соответственно, в предмет доказывания по делам о признании недействительными притворных сделок входит установление действительной воли сторон, направленной на достижение определенного правового результата, который они имели в виду при заключении договора. Установление расхождения волеизъявления с волей осуществляется судом посредством анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон.

Реально исполненная сделка не может быть признана мнимой или притворной (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.11.2005 № 2521/05).

Указание в назначении оспариваемых платежей – оплата по счетам за товар, в том числе клей и праймер, фурнитуру, запоры и петли, петлевые ножницы, ролики, ПО-механизмы, лишь подтверждает факт существования оснований для совершения оспариваемых платежей (постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 08.10.2013 № 12857/12 по делу № А59-841/2009, от 29.01.2013 № 11524/12 по делу № А51-15943/2011).

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, между ООО «Профиль декор» (поставщик) и ООО «Прибой» (покупатель) заключен договор поставки  от 04.06.2018 № ДП-18-05-14, предметом которого являлась поставка товара.

Факт того, что в адрес ООО «Прибой» ответчиком поставлялся товар, подтверждается представленными в материалы дела товарными накладными за период с 14.06.2018 по 28.07.2020, содержащими печати юридических лиц.

О фальсификации представленных ответчиком доказательств конкурсный управляющий в порядке статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не заявлял.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что факт наличия со стороны ООО «Профиль декор» встречного предоставления документально подтвержден.

Как следует из пункта 1 статьи 310 Гражданского кодекса Российской Федерации, по общему правилу не допускается односторонний отказ от исполнения обязательства.

Следовательно, обязательства по оплате поставленного ответчиком товара должны были быть исполнены должником.

Уплата должником денежных средств за приобретенный у ООО «Профиль декор» товар с учетом положений статьи 310 Гражданского кодекса Российской Федерации не может расцениваться в качестве причинения вреда конкурсной массе.

Таким образом, материалами дела подтверждено наличие договорных отношений, фактическое исполнение принятых на себя сторонами обязательств, совершение участниками действий, направленных на достижение соответствующего правового результата.

Доказательств, позволяющих сомневаться в реальности хозяйственных операций между должником и ООО «Профиль декор», принимая во внимание отсутствие доказательств аффилированности сторон, являющихся основанием для переноса бремени доказывания на ответчика, конкурсным управляющим не представлено. Отсутствие доказательств аффилированности ООО «Профиль декор»  и ООО «Прибой» как юридической и фактической, с учетом имеющихся доказательств не делает обязательным осуществления более тщательной проверки на предмет мнимости оспариваемых платежей.

Сам по себе факт отсутствия у конкурсного управляющего документов, подтверждающих основания совершения спорной сделки, не доказывает ее недействительность. Не передача руководителем должника документов управляющему и непредставление ответчиком информации по контрагенту не является основанием для признания сделки недействительной, поскольку отсутствие у конкурсного управляющего информации не снимает с него бремя доказывания факта, что денежные средства перечислены в пользу ответчика безвозмездно, в отсутствие встречного исполнения.

Бремя доказывания неравноценного встречного исполнения обязательств возложено на лицо, оспаривающее сделки по указанному основанию, по общему правилу.

Конкурсный управляющий не привел убедительных доводов в обоснование мнимости сделки, в связи с чем у суда первой инстанции  отсутствовала возможность квалификации сделки в качестве мнимой.

Поскольку конкурсным управляющим не доказана безвозмездность по сделке (то есть отсутствие неравноценного встречного исполнения), сделать вывод о совершении таковой во вред кредитором, в отсутствие иных доказательств и обстоятельств, свидетельствующих о порочности сделки, невозможно.

Исходя из конкретных обстоятельств дела, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу об отсутствии правовых оснований для применения к спорным правоотношениям статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации. Также суд не усмотрел признаков мнимости отношений, недобросовестного поведения сторон спорной сделки и злоупотребления ими правом.

При рассмотрении настоящего обособленного спора факт недобросовестного поведения (злоупотребления правом) сторон оспариваемой сделки, а также их действия с намерением причинить вред другому лицу не установлен, в связи с чем основания для признания оспариваемой сделки по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством, отсутствуют.

Суд первой инстанции при исследовании доказательств по делу не установил наличие в деле доказательств, свидетельствующих о заведомой противоправной цели совершения спорных сделок, о намерении реализовать противоправный интерес, направленный исключительно на нарушение прав и законных интересов кредиторов должника. Вместе с тем доказательства мнимости, притворности сделки заявителем не представлены.

Оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы дела доказательства, исходя из конкретных обстоятельств дела, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о недоказанности материалами дела необходимой совокупности условий для признания сделок недействительными на основании положений статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Суд апелляционной инстанции соглашается с указанными выводами суда первой инстанции, как согласующимися с нормами права и представленными в материалы дела доказательствами.

Вопреки позиции заявителя апелляционной жалобы, конкурсным управляющим не доказана совокупность оснований, для признания сделок недействительными, по основаниям, предусмотренным пунктами 1,2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В нарушение положений статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации конкурсным управляющим должника в материалы дела не представлены допустимые доказательства, подтверждающие, что ООО «Прибой» осуществляло деятельность исключительно по необоснованному выводу денежных

средств ООО КБ «Мегаполис». Факт транзитного характера перевода спорных денежных средств не подтвержден документально.

Принимая во внимание совершение сторонами действий, направленных на достижение соответствующего правового результата по поставке товаров и их оплате, суд апелляционной инстанции не выявил у спорных платежей признаков мнимых (притворных) сделок, направленных на вывод денежных средств из имущественной массы должника.

В действиях ООО «Прибой» и ООО «Профиль декор» намерений реализовать какой-либо противоправный интерес судом апелляционной инстанции не установлен, а потому правовых оснований для признания сделки недействительной на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (злоупотребление правом) также не имелось.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены правильно, выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

При этом неотражение в судебных актах всех имеющихся в деле доказательств либо доводов сторон не свидетельствует об отсутствии их надлежащей судебной проверки и оценки (определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.08.2017 № 305-КГ17-1113).

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при разрешении спора судом первой инстанции не допущено.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта по приведенным доводам жалобы и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционных жалоб относятся на заявителя.

Поскольку конкурсному управляющему в порядке статьи 333.22 Налогового кодекса Российской Федерации предоставлялась отсрочка уплаты государственной пошлины, с должника подлежит взысканию в доход федерального бюджета государственная пошлина за рассмотрение апелляционной жалобы в размере 30 000 руб.

Руководствуясь статьями 268, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Нижегородской области от 11.09.2024 по делу № А43-69/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу конкурсного управляющего ФИО1 – без удовлетворения.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Прибой» в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 30 000 руб.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в месячный срок со дня его принятия через Арбитражный суд Нижегородской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1 – 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.


Председательствующий судья


Судьи


Н.В. Евсеева


С.Г. Кузьмина


К.В. Полушкина