Постановление от 2 июля 2019 г. по делу № А65-39791/2018

ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru.


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности решения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

Дело № А65-39791/2018
г. Самара
02 июля 2019 года
Резолютивная часть постановления объявлена: 26 июня 2019 года

Постановление в полном объеме изготовлено: 02 июля 2019 года

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Драгоценновой И.С.,

судей Поповой Е.Г., Кувшинова В.Е.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

с участием:

от общества с ограниченной ответственностью «Страховая группа «АСКО» в лице конкурсного управляющего государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» - представитель ФИО2 А.С.(доверенность от 04.04.2019),

от общества с ограниченной ответственностью «Башак» - представитель ФИО3.(доверенность от 08.01.2019),

от Министерства сельского хозяйства и продовольствия Республики Татарстан - представитель не явился, извещено,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда, в зале № 4, дело по апелляционной жалобе общества с ограниченной ответственностью «Страховая группа «АСКО» в лице конкурсного управляющего государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов»

на решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 03 апреля 2019 года по делу № А65-39791/2018 (судья Прокофьев В.В.),

принятое по иску общества с ограниченной ответственностью «Страховая группа «АСКО», г. Казань в лице конкурсного управляющего государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов», г.Москва (ОГРН <***>, ИНН <***>), к обществу с ограниченной ответственностью «Башак», с.Новое Алимово (ОГРН <***>, ИНН <***>),

при участии третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований на предмет спора, Министерства сельского хозяйства и продовольствия Республики Татарстан,

о взыскании 3 006 345 руб. задолженности, 454 081 руб. 65 коп. процентов с последующим начислением по день фактического исполнения обязательства,


УСТАНОВИЛ:


общество с ограниченной ответственностью «Страховая группа «АСКО», г. Казань в лице конкурсного управляющего государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов», г.Москва (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд Республики Татарстан с заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Башак» (далее - ответчик), при участии третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований на предмет спора, Министерства сельского хозяйства и продовольствия Республики Татарстан (далее – третье лицо), о взыскании 3 006 345 руб. задолженности, 454 081 руб. 65 коп. процентов с последующим начислением по день фактического исполнения обязательства.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 03 апреля 2019 года в удовлетворении иска отказано.

Не согласившись с выводами суда, истец подал апелляционную жалобу, в которой просит решение суда первой инстанции отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении исковых требований в полном объеме.

В обоснование доводов жалобы ссылается на неполное исследование судом обстоятельств дела, неправильное применение норм материального права.

В жалобе указывает на наличие у ответчика обязанности уплатить второй страховой взнос, поскольку истечение срока действия договора не освобождает стороны от выполнения установленных обязательств.

Общество с ограниченной ответственностью «Башак» апелляционную жалобу отклонило по мотивам, изложенным в отзыве на нее, ссылается на то, что при заключении договора его воля не была направлена на то, чтобы полностью нести расходы по уплате страховой премии. Из содержания и условий договора следует, что он был заключен с государственной поддержкой и предполагал, что страховой взнос в размере 50% будет перечислен уполномоченным органом субъекта Российской Федерации (Минсельхозпродом РТ) за счет бюджетных средств на возмещение части затрат сельскохозяйственного товаропроизводителя на уплату страховой премии.

В суд апелляционной инстанции от Министерства сельского хозяйства и продовольствия Республики Татарстан поступило ходатайство о рассмотрении дела в отсутствие его представителя, которое удовлетворено судом апелляционной инстанции.

Представитель истца в судебном заседании поддержал доводы своей апелляционной жалобы.

Представитель ответчика в судебном заседании с доводами жалобы не согласился по основаниям, изложенным в отзыве на апелляционную жалобу. Просил решение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

В судебное заседание представители третьего лица не явились, о месте и времени судебного разбирательства надлежаще извещены, в связи с чем, апелляционная жалоба в соответствии со статьями 123, 156 АПК РФ рассмотрена в их отсутствие.

Апелляционная жалоба на судебный акт арбитражного суда Республики Татарстан рассмотрена в порядке, установленном ст.ст.266-268 АПК РФ.

Исследовав доказательства по делу с учетом доводов апелляционной жалобы, отзыва, выступлений представителей сторон, суд апелляционной инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения апелляционной жалобы.

Материалами дела подтверждаются следующие фактические обстоятельства.

03 июня 2016 года между истцом (страховщик) и ответчиком (страхователь) заключен договор сельскохозяйственного страхования (урожай сельскохозяйственных культур с государственной поддержкой) № СХУ37-ГО/16.

Объект страхования: имущественные интересы Страхователя, связанные с риском утраты (гибели) урожая сельскохозяйственной культуры на всей площади посева / посадки в хозяйстве страхователя в результате воздействий событий, указанных в п. 2.4 договора (пункт 2.1 договора).

Общая страховая сумма по договору 71 257 451 руб. (п. 2.2 договора).

Общая страховая премия по договору составляет 6 329 147 руб. (п. 2.3 договора).

Страховая премия уплачивается в рассрочку: первый страховой взнос в сумме 3 164 574 руб. не позднее 31 августа 2016г., второй страховой взнос в сумме 3 164 573 руб. не позднее 31 декабря 2016г. (п. 3.1 договора).

В случае если по настоящему договору государственная поддержка не была предоставлена страхователю, то стороны действуют в соответствии с пп.6.6.1 и 7.3.1 Правил, в том числе в отношении п. 2.9 договора.

Страховые случаи перечислены в п. 2.4 договора страхования.

Территория страхования - Актанышский район.

В разделе 4 договора стороны регламентировали порядок определения размера страховой выплаты в случае наступления страхового случая.

Согласно материалам дела, договор страхования заключен на срок с 04 июня 2016г. по 10 октября 2016г. (п. 2.7).

Страхование, обусловленное договором (период страхования в отношении каждой сельскохозяйственной культуры) распространяется на страховые случаи, произошедшие 00 часов дня, следующего за днем подписания договора, но не ранее посадки/посева данной культуры и оканчивается 24ч. 00 мин. дня, указанного как дата окончания уборки урожая (п.2.8 договора).

Дата окончания уборки каждой застрахованной культуры указана в п. 2.1 договора.

Дата окончания уборки урожая (следовательно - страхового покрытия) для пшеницы яровой - 05.09.2016, ячменя ярового -01.09.2016, для овса - 01.09.2016г., для гречихи - 01.09.2016, для кукурузы на зерно -01.10.2016, для гороха - 15.08.2016, для вики и смеси виковых (с преобладанием вики) на зерно - 05.09.2016, для рапса ярового (кольза) - 01.09.2016, для кукурузы на корм (силос, зеленый корм и сенаж - 10.10.2016, для культур кормовых на силос (без кукурузы) - 15.08.2016.

В соответствии с п. 6.1 Правил страхования (стандартные) урожая сельскохозяйственных культур, посадок многолетних насаждений, осуществляемого с государственной поддержкой страховой премией является плата за страхование, которую Страхователь обязан уплатить страховщику в порядке и сроки, установленные договором сельскохозяйственного страхования.

В соответствии с п. 6.1.3 Правил страхования общая страховая премия уплачивается Страхователем по договору сельскохозяйственного страхования в рассрочку, в сумме и сроки, установленные договором сельскохозяйственного страхования.

В соответствии с пунктом 6.6.1. Правил страхования если договором сельскохозяйственного страхования не предусмотрено иное, в случае непоступления (в полном объеме или частично) средств государственной поддержки в сроки, установленные договором сельскохозяйственного страхования, страховщик вправе требовать изменения условий договора сельскохозяйственного страхования в соответствии с пунктом 7.3.1. Правил.

Согласно пункту 7.3.1 указанных Правил страхования в случае нарушения порядка и сроков уплаты очередного страхового взноса страховщик вправе потребовать изменения условий договора сельскохозяйственного страхования, в том числе исключить действие положений пунктов 5.2.1, 5.5.1, 7.4.2 Правил страхования, а в случае отказа страхователя потребовать досрочного прекращения договора сельскохозяйственного страхования без учета положений пункта 7.4.2 Правил страхования.

В пункте 5.2.1 Правил страхования указано, что страховая сумма устанавливается в размере не менее чем определенная п. 6 ст.4 Федерального закона №260-ФЗ доля страховой стоимости.

В пункте 5.5.1 Правил страхования установлено, что размер безусловной франшизы не может превышать доли страховой суммы, определенной Федеральным законом №260-ФЗ и Планом сельскохозяйственного страхования.

В пункте 7.4.2 Правил страхования закреплено, что договор страхования не может быть прекращен до наступления срока, на который он был заключен, за исключением случая, предусмотренного ст. 958 ГК РФ.

Конкурсный управляющий истца при анализе документов финансово хозяйственной деятельности истца пришел к выводу, что ответчик перечислил страховую премию только в размере 3 164 574 руб., а третье лицо свои обязательства по перечислению субсидии в размере 50% от страховой премии не исполнило, перечислило субсидию только в размере 158 228 руб., что послужило основанием для обращения истца в арбитражный суд с настоящим иском.

Судом первой инстанции в обжалуемом решении приведены мотивы и ссылки на нормативно-правовые акты, на основании которых в иске отказано.

Анализируя и оценивая представленные сторонами в материалы дела доказательства в совокупности, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Основания возникновения гражданских прав и обязанностей перечислены в статье 8 Гражданского кодекса Российской Федерации. В соответствии с указанной нормой гражданские права и обязанности возникают, в частности, из договоров и иных сделок, из актов государственных органов и органов местного самоуправления, которые предусмотрены законом в качестве основания возникновения гражданских прав и обязанностей.

Обязательства возникают из договоров и иных сделок, вследствие причинения вреда, вследствие неосновательного обогащения, а также иных оснований, указанных в Гражданском кодексе Российской Федерации (ст. 307 ГК РФ).

Обязательство не создает обязанностей для лиц, не участвующих в нем качестве сторон (п. 3 ст. 308 ГК РФ).

Кредитор обязан принять исполнение, предложенное за должника третьим лицом, если исполнение обязательства возложено должником на указанное третье лицо (п. 1 ст. 313 ГК РФ)

Правоотношения в сфере государственной поддержки с сельскохозяйственных товаропроизводителей посредством предоставления субсидий из федерального бюджета и бюджета субъекта Российской Федерации регулируются положениями Федерального закона от 25.07.2011г. №260-ФЗ «О государственной поддержке в сфере сельскохозяйственного страхования и о внесении изменений в Федеральный закон «О развитии сельского хозяйства», Постановлением Правительства Российской Федерации от 22.12.2012г. №1371 «Об утверждении Правил предоставления и распределения субсидий из федерального бюджета бюджетам субъектов Российской Федерации на возмещение части затрат сельскохозяйственных товаропроизводителей на уплату страховых премий по договорам сельскохозяйственного страхования» и Постановлением Кабинета Министров Республики Татарстан от 14.03.2016г. №138 «О мерах государственной поддержки агропромышленного комплекса в 2016 году».

В соответствии с положениями ст. 69, 78 Бюджетного кодекса Российской Федерации, субсидии предоставляемые юридическим лицам - производителям товаров, работ, услуг в целях возмещения недополученных доходов и (или) финансового обеспечения (возмещения) затрат в связи с производством (реализацией) товаров, относятся к бюджетным ассигнованиям и предоставляются на безвозмездной и безвозвратной основе.

Нормативные правовые акты, регулирующие предоставление субсидий, должны определять: категории и (или) критерии отбора юридических лиц - производителей товаров, работ, услуг, имеющих право на получение субсидий; цели, условия и порядок предоставления субсидий; порядок возврата субсидий в соответствующий бюджет в случае нарушения условий, установленных при их предоставлении; порядок возврата в текущем финансовом году получателем субсидий остатков субсидий, не использованных в отчетном финансовом году, в случаях, предусмотренных соглашениями (договорами) о предоставлении субсидий; положения об обязательной проверке главным распорядителем (распорядителем) бюджетных средств, предоставляющим субсидию, и органом государственного (муниципального) финансового контроля соблюдения условий, целей и порядка предоставления субсидий их получателями.

Порядок предоставления указанных субсидий из федерального бюджета, бюджетов субъектов Российской Федерации, местных бюджетов устанавливается соответственно нормативными правовыми актами Правительства Российской Федерации, высшего исполнительного органа государственной власти субъекта Российской Федерации, муниципальными правовыми актами местной администрации (ст. 78 БК РФ).

Как верно указал суд, Министерство сельского хозяйства и продовольствия Республики Татарстан не является стороной договора страхования, следовательно, с учетом положений ст. 308 ГК РФ, договор страхования не может порождать обязанностей для него.

Положения Федерального закона №260-ФЗ, Постановления Правительства Российской Федерации от 22.12.2012г. №1371 и Постановления Кабинета Министров Республики Татарстан от 14.03.2016г. №138 регулируют порядок предоставления субсидии сельскохозяйственным товаропроизводителям на возмещение части затрат на уплату страховых премий по договорам сельскохозяйственного страхования.

Применительно к спорным правоотношениям, указанные нормативные акты регулируют правоотношения между третьим лицом, как уполномоченным органом государственной власти Республики Татарстан по вопросам предоставления субсидий сельскохозяйственным товаропроизводителям и ответчиком, как получателем бюджетных ассигнований.

Однако, указанные нормативные акты не порождают гражданские права и обязанности третьего лица перед истцом.

То обстоятельство, что положения ч. 3 ст. 3 Федерального закона №260-ФЗ предусматривают перечисление субсидий непосредственно на расчетный счет страховщика, не меняет существо спорных правоотношений.

Как следует из содержания указанной правовой нормы, перечисление субсидии на расчетный счет соответствующего страховщика производится на основании заявления сельскохозяйственного товаропроизводителя. Таким образом, законоположения, предусматривающие перечисление субсидии непосредственно на расчетный счет страховщика, не порождают у страховщика права на указанную субсидию, а лишь регламентируют порядок предоставления указанной субсидии сельскохозяйственному товаропроизводителю.

Страховщик в соответствии с положениями ст. 313 ГК РФ обязан принять исполнение, предложенное за должника третьим лицом.

Следовательно, в спорных правоотношениях у третьего лица отсутствуют гражданские обязанности перед истцом по выплате страховой премии по договору страхования. Такие обязанности не возникают как из договора, так и из приведенных выше норм права.

Вопрос предоставления субсидии на возмещение части затрат сельскохозяйственных товаропроизводителей на уплату страховых премий по договорам сельскохозяйственного страхования относится к правоотношениям между третьим лицом и ответчиком, не является предметом доказывания для разрешения спора между истцом и ответчиком, в связи с чем в рамках настоящего дела правомерно не исследовался судом.

Отношения истца и ответчика возникли из договора страхования.

В соответствии со статьей 929 ГК РФ по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

Согласно статье 954 ГК РФ под страховой премией понимается плата за страхование, которую страхователь обязан уплатить страховщику в порядке и в сроки, которые установлены договором страхования.

В соответствии со ст. 309 Гражданского кодекса РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона.

По общему правилу, односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускается (ст.310 ГК РФ).

Как следует из пункта 2.2 договора страхования, сторонами согласован общий размер страховой премии в размере 6 329 147 руб.

С учетом оплаты первого взноса и поступившей суммы субсидии, неоплаченная ответчиком часть страховой премии составила 3 006 345 руб., за взысканием которой истец и обратился в суд.

Суд первой инстанции, отказывая в иске, правомерно исходил из следующего.

Как установил суд, государственная поддержка по данному договору страхования предоставлена ответчику только в размере 158 228 руб. При этом истец не воспользовался правом на изменение условий договора страхования, предусмотренным п. 7.3.1 Правил страхования.

Следовательно, с учетом условий договора страхования и вышеприведенных нормативных актов, у истца имеется субъективное право требовать с ответчика неоплаченную часть страховой премии в размере 3 006 345 руб.

Указанная сумма приходится на долю не предоставленной ответчику субсидии по программе государственной поддержки.

В соответствии со ст. 3 Федерального закона от 25.07.2011г. №260-ФЗ «О государственной поддержке в сфере сельскохозяйственного страхования и о внесении изменений в Федеральный закон «О развитии сельского хозяйства» субсидии предоставляются на возмещение части затрат сельскохозяйственного товаропроизводителя на уплату страховой премии, начисленной по договору сельскохозяйственного страхования, на расчетный счет страховщика в размере пятидесяти процентов начисленной страховой премии на основании заявления сельскохозяйственного товаропроизводителя.

Постановлением Кабинета Министров Республики Татарстан от 14.03.2016г. №138 «О мерах государственной поддержки агропромышленного комплекса в 2016 году» утвержден Порядок предоставления субсидий на возмещение части затрат сельскохозяйственных товаропроизводителей на уплату страховых премий по договорам сельскохозяйственного страхования в 2016 году (далее - Порядок).

Согласно указанному порядку основанием для отказа в предоставлении субсидии является: предоставление неполного комплекта документов; отсутствие остатка лимита бюджетных обязательств.

Судом установлено и следует из материалов дела, что ответчик обратился к третьему лицу и предоставил необходимый пакет документов для получения субсидии на возмещение части затрат на уплату страховых премий, о чем, в частности, свидетельствует и частичная оплата третьим лицом субсидии.

Ответчик полагает, что истец злоупотребляет правом и существенно завышает размер страховой премии в договоре с государственной поддержкой, тогда как размеры страховых премий в договорах страхования сельскохозяйственных культур на общих условиях (без государственной поддержки), при прочих равных условиях страхования, существенно (в 3 раза) ниже.

Ответчиком представлены суду Правила страхования урожая сельскохозяйственных культур ООО «Страховая группа «АСКО», утвержденные приказом ООО «СГ «АСКО» от 09.06.2016 г. № 156, т.е. действовавшие в спорный период (далее -Правила АСКО).

В п. 5.3 Правил АСКО и в приложении №1 к указанным Правилам перечислены риски, с наступлением которых стороны связывают наступление страхового случая.

Судом установлено, что в Правилах АСКО представлен более широкий перечень страховых рисков, признаваемых страховым случаем, по сравнению с условиями договора страхования с государственной поддержкой.

В Приложении №2 к Правилам АСКО установлен базовый тариф ставки страхования урожая. При условии страхования сельскохозяйственных культур сроком на один год по программе «Полный пакет» составляет 7% от страховой суммы. Если договор заключен на срок 5 мес., предусмотрен понижающий коэффициент 0,6.

За 4 месяца страхования на условиях «Полный пакет», страховая премия по Правилам АСКО составит 3,5%.

Изложенное свидетельствует о том, что в период действия договора страхования с ответчиком истец предлагал неограниченному кругу лиц (путем размещения на сайте, в информационных стендах и т.д.) заключить договор на вышеприведенных условиях.

Между тем в договоре с ответчиком на аналогичный объем страхового покрытия установлена страховая премия за 4 мес. страхования в размере 8,7% от страховой суммы, что, как верно указал суд, существенно выше страховых тарифов, которые истец предлагал неограниченному кругу лиц по программе страхования урожая сельхоз культур без государственной поддержки.

Частью 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации установлено, что осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Согласно пункту 2 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции, действовавшей на момент совершения оспариваемых сделок) граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались. (Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

При этом, как пояснил истец, наличие значительной разницы в размере страховых премий при одинаковых страховых рисках, а также увеличение суммы страховой премии в договорах с государственной поддержкой обусловлено членством в «Едином объединении страховщиков агропромышленного комплекса - Национальный Союз Страховщиков» (далее -НСА) и связанным с этим уплатой взносов в фонд компенсационных выплат.

Из Правил деятельности НСА (раздел 2) следует, что члены НСА уплачивают в фонд компенсационных выплат 5 % от полученных страховых премий.

Согласно расчету суда, в случае, если договор страхования с ответчиком был бы заключен на условиях Правил АСКО, то общая сумма страховой премии составила бы 2 494 010 руб. 78 коп. (71 257 451 руб. страховой суммы х 3,5% страховой премии по программе «Полный пакет» на 4 мес.). При этом сумма отчислений истца в фонд компенсационных выплат составила бы 316 457 руб. 35 коп. (6 329 147 руб. страховой премии х 5%).

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что в рассматриваемом случае, экономически обоснованным является увеличение размера страховой премии только на указанную сумму.

В случае если истец установил бы в договоре экономически обоснованный размер страховой премии, соответствующий размеру страховой премии, взимаемому им при сравнимых обстоятельствах, и на что мог рассчитывать ответчик при добросовестном поведении всех участников описываемых правоотношений, то страховая премия по договору между истцом и ответчиком не превысила бы 2 810 467 руб. 35 коп. (2 494 010 руб. + 316 457 руб. 35 коп.) затрат по отчислению в фонд компенсационных выплат. При этом доля истца по оплате страховой премии составила бы 1 405 233 руб. 67 коп., а оставшаяся часть страховой премии (50%) была бы выплачена из средств бюджета в соответствии со ст. 3 Федерального закона от 25.07.2011г. №260-ФЗ.

Однако в договоре страхования с государственной поддержкой, заключенном с ответчиком, размер страховой премии установлен в размере 6 329 147 руб. (т.е. более чем в 2,5 раза превышает размер среднерыночной и экономически обоснованной страховой премии).

При этом в рассматриваемом случае ответчик оплатил истцу 3 164 574 руб., тогда как из средств бюджета истцу перечислена субсидия в счет уплаты части страховой премии в размере 158 228 руб.

Суд апелляционной инстанции считает правильным вывод суда первой инстанции о том, что такое поведение истца, направлено на получение необоснованной выгоды из сложившейся ситуации, что свидетельствует о злоупотреблении правом.

Истец в обоснование требований ссылался на соблюдение действующего законодательства, на то, что страховая премия установлена в пределах ставок, утвержденных Приказом Минсельхоза РФ №522 от 30.10.2015.

Приказом Министерства сельского хозяйства Российской Федерации №522 от 30.10.2015 установлены предельные размеры ставок для расчета размера субсидий при сельскохозяйственном страховании.

Указанный нормативный акт принят Минсельхозом России в пределах своих полномочий для определения порядка расчета субсидий (пределов бюджетных обязательств) и не является нормативным актом, утверждающим тарифы для страховых организаций. Тарифы в сфере страхования урожая сельскохозяйственных культур государством не регулируются. Предельные размеры ставок, установленные Минсельхозом России в вышеуказанном приказе, применяются для расчета размера субсидий в случаях, когда страховой тариф между страхователем и сельхоз товаропроизводителем превышает установленные значения.

Таким образом, у истца отсутствовали как экономические, так и правовые основания для существенного завышения суммы страховой премии в договорах страхования с государственной поддержкой.

Кроме того, судом правомерно учтено, что Федеральный закон от 25.07.2011г. № 260-ФЗ принят в целях государственной поддержки сельскохозяйственного товаропроизводителя, а не страховых компаний, участвующих в программе страхования урожая сельскохозяйственных культур с государственной поддержкой, в связи с чем в результате принятия мер государственной поддержки сельскохозяйственный товаропроизводитель должен оказаться в более выгодных условиях по сравнению с обычными (среднерыночными) условиями страхования урожая сельскохозяйственных культур.

Однако, в результате существенного завышения истцом страховых тарифов при реализации программы страховании урожая сельскохозяйственных культур с государственной поддержкой и в результате недоплаты оставшейся части субсидии (45%) третьим лицом, ответчик оказался в значительно более худшем положении, чем товаропроизводители, заключившие договоры страхования при рыночных ценах без государственной поддержки (например - по Правилам АСКО), что не соответствует целям государственной поддержки, закрепленным в Федеральном законе от 25.07.2011г. № 260-ФЗ.

Суд верно указал, что в результате описанных правоотношений истец уже получил страховую премию в размере, превышающем рыночные цены за аналогичный страховой продукт, в связи с чем его требования о взыскании с ответчика оставшейся части страховой премии приведут неосновательному обогащению истца за счет ответчика.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

Непосредственной целью санкции, содержащейся в статье 10 Гражданского кодекса, а именно отказа в защите права лицу, злоупотребившему правом, является не наказание лица, злоупотребившего правом, а защита прав лица, потерпевшего от этого злоупотребления. Следовательно, для защиты нарушенных прав потерпевшего суд может не принять доводы лица, злоупотребившего правом, ссылающегося на соответствие своих действий по осуществлению принадлежащего ему права формальным требованиям законодательства.

Принимая во внимание изложенное, суд правомерно отклонил доводы истца о соответствии его действий, а также условий договора формальным требованиям законодательства.

Суд верно указал, что хотя действия истца и соответствуют формальным требованиям законодательства, реализация истцом своих прав приводит к искажению общих начал законодательства в области государственной поддержки сельскохозяйственных товаропроизводителей, в том числе и положений Федерального закона от 25.07.2011г. № 260-ФЗ, в результате которого истец получает неосновательное обогащение за счет средств бюджета и сельскохозяйственных товаропроизводителей, а сельскохозяйственные товаропроизводители вместо получения государственной поддержки оказываются в более худшем положении, чем лица, заключившие договоры страхования без государственной поддержки.

Судом также правомерно отклонены доводы истца о том, что в силу свободы договора ответчик сам, без принуждения, согласился на такие условия договора, поскольку условия договора разработаны и предложены истцом. Фактически договор между сторонами является договором присоединения, в связи с чем ответчик не имел возможности повлиять на содержание договора. Кроме этого, исходя из положений ч. 5 ст. 10 ГК РФ, презюмирующей добросовестность всех участников гражданского оборота, ответчик вправе был рассчитывать на добросовестное поведение истца при установлении рыночных и экономически обоснованных страховых тарифов.

Как верно указал суд, ответчик имел все основания полагать, что вторая часть страховой премии будет оплачена за счет средств бюджета и заключил договор, ориентируясь на указанные обстоятельства, поскольку, в силу положений ст. 3 Федерального закона от 25.07.2011г. №260-ФЗ «О государственной поддержке в сфере сельскохозяйственного страхования и о внесении изменений в Федеральный закон «О развитии сельского хозяйства», субсидии предоставляются в размере пятидесяти процентов начисленной страховой премии. Предоставление субсидии в меньшем размере не предусмотрено.

Однако в ходе реализации договора, после того, как оставшаяся часть субсидии из бюджета не поступила, истец не реализовал свое право на изменение условий договора и, продолжая злоупотреблять своими правами, обратился с иском о взыскании с ответчика оставшейся части страховой премии в полном объеме.

Принимая во внимание все вышеизложенное в совокупности, суд апелляционной инстанции приходит к аналогичному выводу о том, что последовательные действия истца по установлению существенно завышенных, экономически необоснованных тарифов на страхование урожая сельскохозяйственных культур с государственной поддержкой, по непринятию мер по изменению условий договора страхования после того, как оставшаяся часть субсидии из бюджета не поступила, по обращению в суд с требованием о взыскании оставшейся суммы страховой премии, при том, что сумма страховой премии, которая соответствует сумме премий за аналогичный страховой продукт, уплачиваемый при сравнимых обстоятельствах (ст. 424 ГК РФ) истцом уже получена, направлены на неосновательное обогащение за счет ответчика и являются актом злоупотребления гражданскими правами, в связи с чем правомерно отказал в удовлетворении иска в полном объеме.

Доводы апелляционной жалобы, сводящиеся фактически к повторению утверждений исследованных и правомерно отклоненных арбитражным судом первой инстанции, не могут служить основанием для отмены или изменения судебного акта, поскольку не свидетельствуют о нарушении судом норм материального и процессуального права.

Суд апелляционной инстанции полагает, что суд первой инстанции принял законное и обоснованное решение, полно и правильно установил обстоятельства дела, применил нормы материального права, подлежащие применению, и не допустил нарушения процессуального закона, в связи с чем, оснований для отмены или изменения судебного акта не имеется.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных ч. 4 ст. 270 АПК РФ и влекущих безусловную отмену судебного акта, коллегией не установлено.

Решение арбитражного суда первой инстанции следует оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Руководствуясь ст. ст. 266-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 03 апреля 2019 года по делу №А65-39791/2018 оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в двухмесячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа через суд первой инстанции.


Председательствующий И.С.Драгоценнова


Судьи Е.Г.Попова


В.Е.Кувшинов