Постановление от 21 марта 2024 г. по делу № А52-7454/2023

ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А52-7454/2023
г. Вологда
21 марта 2024 года


Резолютивная часть постановления объявлена 20 марта 2024 года.

В полном объёме постановление изготовлено 21 марта 2024 года.

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Ячменёва Г.Г., судей Алимовой Е.А. и Болдыревой Е.Н. при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле, в открытом судебном заседании апелляционную жалобу прокуратуры Псковской области на не вступившее в законную силу решение Арбитражного суда Псковской области от 31 января 2024 года по делу № А52-7454/2023,

у с т а н о в и л:

Управление Министерства внутренних дел Российской Федерации по городу Пскову (ОГРН <***>, ИНН <***>; адрес: 180014, <...>; далее – орган внутренних дел, Управление МВД России по городу Пскову, административный орган) обратилось в Арбитражный суд Псковской области с заявлением о привлечении индивидуального предпринимателя ФИО2 (ОГРНИП 321602700028839, ИНН <***>; адрес: 180005, город Псков; далее – предприниматель, ФИО2) к административной ответственности по части 2 статьи 14.16 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – КоАП Российской Федерации).

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена прокуратура Псковской области (ОГРН <***>, ИНН <***>; адрес: 180000, <...>; далее – прокуратура).

Решением Арбитражного суда Псковской области от 31 января 2024 года в удовлетворении заявленного органом внутренних дел требования отказано.

Отказывая в удовлетворении требования о привлечении ФИО2 к административной ответственности, суд первой инстанции исходил из того, что органом внутренних дел не доказано наличие именно в действиях ФИО2 состава вмененного ему административного правонарушения.

Не согласившись с решением суда первой инстанции, прокуратура обжаловала его в апелляционном порядке. Заявитель апелляционной жалобы ставит вопрос об отмене решения суда первой инстанции. Прокуратура полагает, что имеющиеся в деле сведения указывают на вину во вменяемом правонарушении предпринимателя. Данное обстоятельство, по ее мнению, подтверждается ответом Управления Федеральной налоговой службы по Псковской области от 29 мая 2023 года, в соответствии с которым в помещении кафе «Паб», расположенном по адресу: <...>, зарегистрированную в налоговом органе контрольно-кассовую технику имеет только предприниматель ФИО2

Кроме того, заявитель жалобы указывает, что судом первой инстанции в нарушение требований части 3 статьи 29.10 КоАП Российской Федерации не разрешен вопрос об изъятой находящейся в незаконном обороте алкогольной продукции, в связи с чем просит направить такую продукцию на уничтожение.

Управление МВД России по городу Пскову и предприниматель отзывы на апелляционную жалобу не представили.

О времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы лица, участвующие в деле, извещены надлежащим образом в порядке, установленном главой 12 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК Российской Федерации), что подтверждается в том числе отчетом о публикации 28 февраля 2024 года на официальном сайте Федеральных арбитражных судов Российской Федерации в сети Интернет (www.arbitr.ru) определения о принятии апелляционной жалобы к производству, однако явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, что не является препятствием для рассмотрения дела.

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд, рассмотрев дело по правилам главы 34 АПК Российской Федерации, проанализировав доводы апелляционной жалобы, изучив материалы дела, проверив правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, пришел к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, ФИО2 зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя 20 декабря 2021 года, ему присвоен основной государственный регистрационный номер индивидуального предпринимателя 321602700028839 (https://egrul.nalog.ru/) (лист дела 14).

Должностными лицами Управления МВД России по городу Пскову в рамках проверки соблюдения законодательства в сфере регулирования производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции в отношении предпринимателя ФИО2 13 марта 2023 года произведен осмотр объекта общественного питания – кафе «Паб», расположенного по адресу: <...>.

В ходе проведенной проверки установлено отсутствие сопроводительных документов, удостоверяющих легальность производства и оборота следующей алкогольной продукции:

- водка «Царский Графин» объёмом 0,5 л, крепостью 40 %, в количестве 7 бутылок,

- водка «Smirnoff» объёмом 0,5 л, крепостью 40 %, в количестве 10 бутылок,

- водка «Finskaya silver» объёмом 0,5 л, крепостью 40 %, в количестве 8 бутылок,

- настойка горькая «Бацькова» объёмом 0,5 л, крепостью 40 %, в количестве 43 бутылок.

Результаты осмотра зафиксированы в протоколе осмотра принадлежащих юридическому лицу или индивидуальному предпринимателю помещений, территорий и находящихся там вещей и документов от 13 марта 2023 года (лист дела 18).

Обнаруженная алкогольная продукция изъята из незаконного оборота и оставлена на ответственное хранение по адресу: <...>, о чем 13 марта 2023 года составлен протокол изъятия вещей и документов (лист дела 19).

Выявленные нарушения послужили поводом для возбуждения в отношении предпринимателя ФИО2 дела об административном правонарушении, о чем 14 ноября 2023 года должностным лицом Управления МВД России по городу Пскову составлен соответствующий протокол 60 АП № 6511/259526.

На основании части 3 статьи 23.1 и части 1 статьи 28.8 КоАП Российской Федерации, статьи 202 АПК Российской Федерации Управление МВД России по городу Пскову обратилось в Арбитражный суд Псковской области с заявлением о привлечении предпринимателя к административной ответственности по части 2 статьи 14.16 КоАП Российской Федерации.

Суд апелляционной инстанции считает решение суда первой инстанции об отказе в привлечении к административной ответственности не подлежащим отмене, исходя из следующего.

По результатам рассмотрения заявления о привлечении к административной ответственности арбитражный суд принимает решение о привлечении к административной ответственности или об отказе в удовлетворении требования административного органа о привлечении к административной ответственности (часть 2 статьи 206 АПК Российской Федерации).

В соответствии с частью 6 статьи 205 АПК Российской Федерации при рассмотрении дела о привлечении к административной ответственности арбитражный суд в судебном заседании устанавливает, имеются ли основания для привлечения к административной ответственности лица, в отношении которого составлен протокол.

Согласно пункту 6 части 1 статьи 24.5 КоАП Российской Федерации одним из обстоятельств, исключающих производство по делу об административном правонарушении, является истечение сроков давности привлечения к административной ответственности.

В пункте 28 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2017), утвержденного постановлением Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 12 июля 2017 года, в определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 28 апреля 2017 года № 308-АД1614090, от 31 мая 2017 года № 305-АД16-21106, от 21 июля 2017 года № 305-АД17-3092, от 2 августа 2017 года № 305-АД17-2954 и от 2 августа 2017 года № 305-АД17-2961, постановлениях Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 31 января 2006 года № 10196/05, от 14 июня 2007 года № 2372/07, от 11 сентября 2007 года № 3585/07 и от 7 октября 2008 года № 5196/08 указано, что истечение срока давности привлечения к административной ответственности является обстоятельством, исключающим производство по делу об административном правонарушении.

Сроки давности привлечения к административной ответственности определены статьей 4.5 КоАП Российской Федерации (по вменяемому предпринимателю правонарушению такой срок составляет один год), при этом данный Кодекс не допускает возможности перерыва, восстановления или продления подобного срока, на что неоднократно обращалось внимание высшими судебными инстанциями (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 4 июля 2019 года № 1837-О и пункт 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2005 года № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях»).

В пункте 18 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27 января 2003 года № 2 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» разъяснено, что при принятии решения по делу о привлечении к административной ответственности суд должен проверять, не истекли ли указанные сроки, установленные частями 1 и 3 статьи 4.5 КоАП Российской Федерации.

Учитывая, что данные сроки не подлежат восстановлению, суд в случае их пропуска принимает решение об отказе в удовлетворении требования административного органа о привлечении к административной ответственности (часть 2 статьи 206 АПК Российской Федерации).

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26 июня 2012 года № 17769/11 также указано, что, поскольку срок давности привлечения к административной ответственности не подлежит восстановлению, суд в случае его пропуска принимает решение об отказе в удовлетворении требования административного органа о привлечении к административной ответственности.

Из материалов дела следует, что орган внутренних дел обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении предпринимателя к административной ответственности по части 2 статьи 14.16 КоАП Российской Федерации.

Названной статьей установлена административная ответственность за оборот этилового спирта (за исключением розничной продажи), алкогольной и спиртосодержащей продукции без сопроводительных документов, удостоверяющих легальность их производства и оборота, которые определены федеральным законом.

В свою очередь, частью 1 статьи 4.5 КоАП Российской Федерации предусмотрен годичный срок давности привлечения к административной ответственности за нарушение законодательства Российской Федерации в области производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции.

Срок давности привлечения к административной ответственности исчисляется со дня совершения административного правонарушения (часть 1.1 статьи 4.5 КоАП Российской Федерации).

Из содержания протокола 60 АП № 6511/259526 об административном правонарушении от 14 ноября 2023 года и протокола осмотра принадлежащих юридическому лицу или индивидуальному предпринимателю помещений, территорий и находящихся там вещей и документов от 13 марта 2023 года следует, что днем совершения правонарушения является 13 марта 2023 года.

Таким образом, годичный срок давности привлечения ФИО2 к административной ответственности по части 2 статьи 14.16 КоАП Российской Федерации на момент принятия настоящего постановления (в том числе объявления его резолютивной части) в любом случае истек.

При этом суд апелляционной инстанции считает необходимым отметить, что с его стороны необходимые процессуальные действия были совершены своевременно: апелляционная жалоба вместе с делом № А52-7454/2023 поступила в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд 21 февраля 2024 года и определением от 26 февраля 2024 года была принята к производству. При определении даты рассмотрения апелляционной жалобы суд исходил из необходимости соблюдения установленного частью 1 статьи 121 АПК Российской Федерации пятнадцатидневного срока для извещения сторон. Иными словами, назначить судебное заседание до 13 марта 2024 года, исходя из требований процессуального закона, не представлялось возможным.

Кроме того, как усматривается из материалов дела, по факту выявленного 13 марта 2023 года правонарушения орган внутренних дел 3 мая 2023 года обратился в суд заявлением о привлечении к административной ответственности общества с ограниченной ответственностью «Асти» (далее – ООО «Асти»). В рамках дела № А52-2528/2023 Управление МВД России по городу Пскову, в связи с недостаточностью доказательственной базы для привлечения к ответственности ООО «Асти», отказалось от заявленного требования, что повлекло прекращение производства по делу и вынесение судом частного определения в отношении органа внутренних дел по устранению и недопущению впредь нарушений требований КоАП Российской Федерации, выразившихся в отсутствии объективного и своевременного выяснения обстоятельств по делу об административном правонарушении.

В связи с необходимостью проведения дополнительных проверочных мероприятий орган внутренних дел обратился в суд с рассматриваемым заявлением к предпринимателю ФИО2 только 30 ноября 2023 года, о чем свидетельствует штемпель входящей корреспонденции Арбитражного суда Псковской области.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции полагает, что в данном случае пропуск срока давности привлечения к административной ответственности обусловлен исключительно действиями (бездействием) Управления МВД России по городу Пскову в период производства по делу об административном правонарушении.

В пункте 20 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27 января 2003 года № 2 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» указано, что при рассмотрении дела после отмены судебного акта, которым было отказано в привлечении лица к административной ответственности, следует иметь в виду, что лицо не может быть привлечено к административной ответственности, если к моменту вынесения нового судебного акта истекли сроки давности, установленные статьей 4.5 КоАП Российской Федерации.

Следовательно, у суда апелляционной инстанции в любом случае отсутствуют правовые основания для привлечения предпринимателя к административной ответственности по части 2 статьи 14.16 КоАП Российской Федерации (даже если он посчитал бы выводы суда первой инстанции о недоказанности в действиях ФИО2 состава вмененного административного правонарушения ошибочными).

Доводы же прокуратуры о наличии в действиях предпринимателя состава вмененного ему административного правонарушения не могут быть приняты судом апелляционной инстанции во внимание и оценены по существу по следующим причинам.

В постановлениях от 11 июня 2015 года № 302-АД14-4931 и от 29 сентября 2015 года № 308-АД15-4338 Верховным Судом Российской Федерации сформирован правовой подход, в соответствии с которым:

- истечение сроков давности привлечения к административной ответственности является обстоятельством, исключающим производство по делу об административном правонарушении;

- по истечении сроков давности вопрос об административной ответственности лица, в отношении которого возбуждено производство по делу об административном правонарушении, обсуждаться не может;

- КоАП Российской Федерации не содержит нормы, предусматривающей возможность формулировать по истечении сроков давности привлечения к административной ответственности выводы о виновности лица, в отношении которого возбуждено производство по делу, в совершении административного правонарушения.

Таким образом, по общему правилу, при отказе в привлечении лица к административной ответственности по мотиву истечения предусмотренного статьей 4.5 КоАП Российской Федерации срока давности арбитражный суд должен ограничиться только установлением данного обстоятельства и не исследовать вопросы о наличии или отсутствии в действиях (бездействии) лица события и состава вменяемого ему административного правонарушения.

В пункте 6 мотивировочной части Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 16 июня 2009 года № 9-П указано, что производство по делам об административных правонарушениях имеет своими целями, прежде всего, защиту прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от правонарушений, защиту личности от незаконного и необоснованного обвинения, ограничения ее прав и свобод. Административное преследование и назначение виновным справедливого наказания в той же мере отвечают назначению административного судопроизводства, что и отказ от административного преследования невиновных.

Поскольку административные правонарушения, которые в отличие от преступлений, влекущих наступление уголовной ответственности, представляют собой меньшую общественную опасность и, по общему правилу, влекут менее строгие меры административной ответственности, имеют для граждан не столь значительные негативные последствия, федеральный законодатель, реализуя свое полномочие по правовому регулированию административной ответственности и административной процедуры, вправе определять пределы целесообразности публичного преследования таким образом, чтобы обеспечить наряду с эффективной государственной, в том числе судебной, защитой прав граждан процессуальную экономию, оперативность при рассмотрении дел и профилактику правонарушений.

Этим, в частности, обусловлено установление в КоАП Российской Федерации в качестве основания прекращения дела истечение сроков давности привлечения к административной ответственности (пункт 6 части 1 статьи 24.5). При этом в силу презумпции невиновности (статья 1.5 КоАП Российской Федерации) лицо, в отношении которого дело об административном правонарушении прекращено ввиду истечения сроков давности, считается невиновным, то есть государство, отказываясь от преследования лица за административное правонарушение, не ставит более под сомнение его статус в качестве невиновного и, более того, признает, что не имеет оснований для опровержения его невиновности.

Продолжение публичного преследования за административное правонарушение, не имеющее существенной общественной опасности в сравнении с преступлением, по истечении установленных законом сроков давности являлось бы излишним с точки зрения задач законодательства об административных правонарушениях, не оправдывало бы усилий по установлению события и состава административного правонарушения и не способствовало бы повышению эффективности публичного преследования и профилактического значения административной ответственности. Установив временные пределы для административного преследования, государство защищает также подозревавшееся в совершении административного правонарушения лицо от не ограниченной по времени угрозы публичного преследования, не согласующейся с уважением достоинства личности и правом на личную неприкосновенность.

Следовательно, положение пункта 6 части 1 статьи 24.5 КоАП Российской Федерации, предполагая прекращение производства по делу об административном правонарушении в связи с истечением сроков давности привлечения к административной ответственности, не допускает необоснованного ухудшения правового положения лица и не может рассматриваться как противоречащее целям защиты его прав и свобод. При этом обеспечивается определенный баланс интересов лица, привлекавшегося к административной ответственности и, как правило, заинтересованного в прекращении административного преследования, и публичных интересов, состоящих в минимизации расходов публичных ресурсов там, где подобная рациональная организация деятельности органов власти не приводит к юридически значимым последствиям, то есть адекватна социально необходимому результату и не создает угрозы недопустимого ограничения прав и свобод.

Положение пункта 6 части 1 статьи 24.5 КоАП Российской Федерации предполагает, что в случае, когда производство по делу об административном правонарушении было прекращено в связи с истечением сроков давности привлечения к административной ответственности, проверка и оценка выводов юрисдикционного органа о наличии в действиях конкретного лица состава административного правонарушения не исключаются.

Вместе с тем по смыслу правовой позиции, выраженной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 16 июня 2009 года № 9-П, после истечения срока давности привлечения к административной ответственности требовать пересмотра соответствующего правоприменительного акта юрисдикционного органа вправе только лицо, в отношении которого было возбуждено дело об административном правонарушении.

Административный же орган подобными полномочиями не наделен.

В рассматриваемом случае, учитывая, что на момент вынесения настоящего постановления годичный срок давности привлечения ФИО2 к административной ответственности по части 2 статьи 14.16 КоАП Российской Федерации уже истек, суд апелляционной инстанции, в силу приведенной выше правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, не может высказываться и давать оценку выводам и суждениям суда первой инстанции об отсутствии (недоказанности) в действиях предпринимателя состава вмененного ему административного правонарушения.

При изложенных фактических обстоятельствах и правовом регулировании суд апелляционной инстанции, не оценивая по существу выводы суда первой инстанции о недоказанности наличия в действиях предпринимателя состава административного правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 14.16 КоАП Российской Федерации, выразившегося в обороте алкогольной продукции (водки) без сопроводительных документов, удостоверяющих легальность ее производства и оборота, считает необходимым оставить обжалуемый судебный акт в части отказа в привлечении к ответственности без изменения по мотиву истечения 13 марта 2024 года годичного срока давности привлечения ФИО2 к административной ответственности.

Вместе с тем суд апелляционной инстанции не может согласиться с выводами суда первой инстанции о том, что вопрос об изъятой алкогольной продукции подлежит разрешению только после проведения административным органом дополнительных проверочных мероприятий и установления дополнительных обстоятельств, направленных в том числе на установление лиц, виновных в совершении правонарушения.

Частью 3 статьи 29.10 КоАП Российской Федерации определено, что в постановлении по делу об административном правонарушении должны быть решены вопросы об изъятых вещах и документах, о вещах, на которые наложен арест, если в отношении их не может быть применено наказание в виде конфискации.

Применение названной нормы разъяснено в пункте 15.1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 2 июня 2004 года № 10 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях», в котором указано, что конфискация орудия совершения или предмета административного правонарушения является видом административного наказания (статьи 3.2, 3.7 КоАП Российской Федерации), а следовательно, может быть применена арбитражным судом только при принятии решения о привлечении лица к административной ответственности и назначении административного наказания и только в том случае, если такой вид административного наказания предусмотрен соответствующей статьей (частью статьи) Особенной части КоАП Российской Федерации.

Поэтому арбитражный суд, вынося решение об отказе в привлечении лица к административной ответственности, в том числе по мотиву пропуска установленного статьей 4.5 КоАП Российской Федерации срока давности привлечения к административной ответственности, не вправе применить административное наказание в виде конфискации орудия совершения или предмета административного правонарушения. Вместе с тем в резолютивной части соответствующего решения вопрос об изъятых вещах и документах, а также о вещах, на которые наложен арест, должен быть разрешен с учетом положений пунктов 1–4 части 3 статьи 29.10 КоАП Российской Федерации.

Если в ходе судебного разбирательства с очевидностью установлено, что вещи, явившиеся орудием совершения или предметом административного правонарушения и изъятые в рамках принятия мер обеспечения производства по делу об административном правонарушении, изъяты из оборота или находились в незаконном обороте (этиловый спирт, алкогольная или спиртосодержащая продукция, о которых упоминает статья 25 Федерального закона «О государственном регулировании производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции», контрафактная продукция), то в резолютивной части решения суда указывается, что соответствующие вещи возврату не подлежат, а также определяются дальнейшие действия с такими вещами (например, в отношении этилового спирта, алкогольной или спиртосодержащей продукции – в соответствии с Федеральным законом «О государственном регулировании производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции»).

Согласно правовой позиции, выраженной в пунктах 1 и 2 Обзора практики рассмотрения судами дел об административных правонарушениях, связанных с назначением административного наказания в виде конфискации, а также с осуществлением изъятия из незаконного владения лица, совершившего административное правонарушение, вещей и иного имущества в сфере оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции, явившихся орудием совершения или предметом административного правонарушения, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 19 сентября 2018 года (далее – Обзор), указанные в пункте 1 статьи 25 Федерального закона от 22.11.1995 № 171-ФЗ «О государственном регулировании производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции и об ограничении потребления (распития) алкогольной продукции» (далее – Закон № 171-ФЗ) этиловый спирт, алкогольная и спиртосодержащая продукция находятся в незаконном обороте и подлежат изъятию, а не конфискации.

Конфискация как безальтернативное (обязательное) дополнительное наказание, предусмотренное за совершение административного правонарушения, не может быть применена в отношении орудий совершения и предметов административных правонарушений, признаваемых на основании пункта 1 статьи 25 Закона № 171-ФЗ находящимися в незаконном обороте.

Из пункта 8 Обзора следует, что отказ арбитражного суда в удовлетворении требования о привлечении индивидуального предпринимателя к административной ответственности в связи с истечением срока давности привлечения к административной ответственности сам по себе не влечет возврата такому лицу изъятой у него алкогольной продукции, находившейся в незаконном обороте.

В пункте 11 Обзора разъяснено, что прекращение производства по делу об административном правонарушении, в связи с тем, что событие вменяемого директору общества административного правонарушения не установлено, не влечет возврата обществу изъятой у него алкогольной продукции, находящейся в незаконном обороте.

Из приведенных правовых позиций следует, что установление принадлежности алкогольной продукции определенному лицу имеет правовое значение при назначении административного наказания в виде конфискации. В то же время для решения вопроса об изъятии из незаконного оборота алкогольной продукции установление данного обстоятельства юридического значения не имеет.

Иными словами, для направления изъятой алкогольной продукции на уничтожение арбитражному суду достаточно с очевидностью установить, что такая алкогольная продукция находится в незаконном обороте.

Пунктом 1 статьи 26 Закона № 171-ФЗ установлен запрет на оборот алкогольной продукции без сопроводительных документов, подтверждающих легальность производства и оборота такой продукции, а также с фальсифицированными документами, удостоверяющими легальность производства и (или) оборота такой продукции, в том числе изготовленными путем их дублирования.

Применительно к розничной продаже алкогольной продукции аналогичный запрет установлен подпунктом 12 пункта 2 статьи 16 Закона № 171-ФЗ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10.2 Закона № 171-ФЗ оборот алкогольной продукции осуществляется только при наличии сопроводительных документов, удостоверяющих легальность ее производства и оборота, а именно товарно-транспортной накладной.

В силу пункта 2 статьи 10.2 Закона № 171-ФЗ алкогольная продукция, оборот которой осуществляется при полном или частичном отсутствии сопроводительных документов, указанных в пункте 1 данной статьи, считается продукцией, находящейся в незаконном обороте.

Приведенные требования Закона № 171-ФЗ находятся во взаимной связи с законодательством о техническом регулировании и о защите прав потребителей.

Согласно пункту 2 статьи 3 Федерального закона от 02.01.2000 № 29-ФЗ «О качестве и безопасности пищевых продуктов» (далее – Закон о безопасности пищевых продуктов) запрещается обращение пищевых продуктов (к таковым относится и алкогольная продукция), в отношении которых не может быть подтверждена прослеживаемость и которые не имеют товаросопроводительных документов.

В соответствии с частью 3 статьи 5 Технического регламента Таможенного союза «О безопасности пищевой продукции» (ТР ТС 021/2011), принятого решением Комиссии Таможенного союза от 9 декабря 2011 года № 880 (далее – ТР ТС 021/2011), пищевая продукция, находящаяся в обращении, в том числе продовольственное (пищевое) сырье, должна сопровождаться товаросопроводительной документацией, обеспечивающей прослеживаемость данной продукции.

Под прослеживаемостью пищевой продукции понимается возможность документарно (на бумажных и (или) электронных носителях) установить изготовителя и последующих собственников находящейся в обращении пищевой продукции, кроме конечного потребителя, а также место происхождения (производства, изготовления) пищевой продукции и (или) продовольственного (пищевого) сырья (абзац сорок четвертый статьи 4 ТР ТС 021/2011).

Пунктом 8 Технического регламента ЕАЭС «О безопасности алкогольной продукции» (ТР ЕАЭС 047/2018), утвержденного решением Евразийской экономической комиссии от 5 декабря 2018 года № 98 и вступившего в силу с 1 января 2024 года, также предусмотрено, что алкогольная продукция, находящаяся в обращении на территориях государств-членов, должна сопровождаться товаросопроводительной документацией, обеспечивающей прослеживаемость данной продукции.

На основании подпункта 1 пункта 1 статьи 25 Закона № 171-ФЗ в целях пресечения незаконных производства и (или) оборота алкогольной продукции изъятию из незаконного оборота на основании решений уполномоченных в соответствии с законодательством Российской Федерации органов и должностных лиц подлежит алкогольная продукция, если ее оборот осуществляется без документов, подтверждающих легальность производства и (или) оборота такой продукции.

В силу пункта 4 статьи 3 Закона о безопасности пищевых продуктов пищевые продукты, не имеющие товаросопроводительных документов, признаются некачественными и подлежат утилизации или уничтожению в порядке, устанавливаемом Правительством Российской Федерации.

Таким образом, исходя из приведенных взаимосвязанных положений статей 10.2, 16, 25 и 26 Закона № 171-ФЗ и статьи 3 Закона о безопасности пищевых продуктов для признания алкогольной продукции находящейся в незаконном обороте достаточно установления одного лишь обстоятельства полного или частичного отсутствия названных выше сопроводительных документов.

С учетом установленных обстоятельств настоящего дела следует признать, что спорная алкогольная продукция как на момент ее изъятия (13 марта 2023 года), так и на момент вынесения решения суда первой инстанции находилась в незаконном обороте (соответствующие документы не были представлены ни в ходе производства по делу об административном правонарушении, ни в ходе судебного разбирательства) и поэтому в силу пункта 2 статьи 25 Закона № 171-ФЗ, пункта 4 статьи 3 Закона о безопасности пищевых продуктов и приведенной правовой позиции Президиума Верховного Суда Российской Федерации должна быть направлена на уничтожение в порядке, установленном постановлением Правительства Российской Федерации от 28 сентября 2015 года № 1027 «О реализации мер по пресечению незаконных производства и (или) оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции».

Делая такой вывод, суд апелляционной инстанции принимает во внимание и то обстоятельство, что после 13 марта 2024 года орган внутренних дел, в силу требований части 1 статьи 24.5 КоАП Российской Федерации, лишен возможности провести какие-либо дополнительные проверочные мероприятия в целях установления дополнительных обстоятельств, направленных в том числе на выявление лиц, виновных в совершении правонарушения.

Как следует из протокола изъятия вещей и документов от 13 марта 2023 года, изъятая алкогольная продукция помещена на ответственное хранение по адресу: <...>, то есть исполнение решения в части направления алкогольной продукции на уничтожение не будет затруднено.

Согласно статье 269 АПК Российской Федерации по результатам рассмотрения апелляционной жалобы арбитражный суд апелляционной инстанции вправе изменить решение суда первой инстанции полностью или в части и принять по делу новый судебный акт.

С учетом изложенного решение Арбитражного суда Псковской области от 31 января 2024 года, на основании статей 269, 270 АПК Российской Федерации, подлежит изменению, а именно: алкогольную продукцию, изъятую на основании протокола изъятия вещей и документов от 13 марта 2023 года, следует направить на уничтожение в установленном порядке, на что необходимо указать в резолютивной части судебного акта.

Рассмотрев апелляционную жалобу прокуратуры Псковской области на не вступившее в законную силу решение Арбитражного суда Псковской области от 31 января 2024 года по делу № А52-7454/2023, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд, руководствуясь статьями 258, 268–271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

п о с т а н о в и л :

решение Арбитражного суда Псковской области от 31 января 2024 года по делу № А52-7454/2023 изменить, дополнив резолютивную часть решения абзацем следующего содержания:

«Алкогольную продукцию, изъятую на основании протокола изъятия вещей и документов от 13 марта 2023 года, направить на уничтожение в порядке, установленном постановлением Правительства Российской Федерации от 28 сентября 2015 года № 1027 «О реализации мер по пресечению незаконных производства и (или) оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции».

В остальной части решение оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в двухмесячный срок в кассационном порядке в Арбитражный суд Северо-Западного округа.

Кассационная жалоба подается через Арбитражный суд Псковской области.

Председательствующий

Г.Г. Ячменёв

Судьи

Е.А. Алимова

Е.Н. Болдырева