Решение от 16 февраля 2024 г. по делу № А40-31358/2023

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Дело № А40-31358/23-82-246
г. Москва
16 февраля 2024 г.
Резолютивная часть решения объявлена 09 февраля 2024года

Полный текст решения изготовлен 16 февраля 2024 года


Арбитражный суд в составе судьи Абызовой Е.Р., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в судебном заседании дело А40-31358/23-82-246 по иску ООО "СпецТрансАвто-Сибирь" (ОГРН: <***>, ИНН: <***>) к ответчику: ООО "Газпромбанк Автолизинг" (ОГРН: <***>, ИНН: <***>) о взыскании неосновательного обогащения в сумме по договору лизинга № ДЛ-79414-22 от 17.02.2022 в размере 581 527,73 руб., процентов за неправомерное пользование чужими денежными средствами, рассчитанные на сумму неосновательного обогащения в размере 581 527,73 рублей за период с 17.01.2023 по дату фактической выплаты и по встречному иску ООО "Газпромбанк Автолизинг" (ОГРН: <***>, ИНН: <***>) к ответчику: ООО "СпецТрансАвто-Сибирь" (ОГРН: <***>, ИНН: <***>) долга по договору лизинга № ДЛ-79414-22 от 17.02.2022 в размере 2 399 660,28 руб., пени в размере 0,45% (4 859,31 руб. в сутки) за каждый день просрочки, начисленные на долг (2 399 660,28 руб.) по договору лизинга № ДЛ-79414-22 от 17.02.2022 за период с 19.01.2023 г. по дату фактического принятия решения суда (объявления резолютивной части решения), при участии: согласно протоколу судебного заседания,



Установил:

ООО "СпецТрансАвто-Сибирь" обратилось в суд с иском к ООО «Газпромбанк Автолизинг» о взыскании неосновательное обогащение по договору лизинга № ДЛ-79414-22 от 17.02.2022 в размере 581 527,73 руб., проценты за неправомерное пользование чужими денежными средствами, рассчитанные на сумму неосновательного обогащения в размере 581 527,73 рублей за период с 17.01.2023 по дату фактической выплаты (с учетом принятых судом в порядке ст. 49 АПК РФ уточнения размера заявленных требований)

Определением от 31.05.2023 в порядке ст. 132 АПК РФ суд принял к совместному рассмотрению встречный иск ООО "Газпромбанк Автолизинг" ООО "СпецТрансАвто-Сибирь" о взыскании задолженности в сумме 2 399 660 руб. 28 коп. по договору лизинга № ДЛ-79414/22 от 17.02.2022 года и пеней в размере 0,45% (4 859,31 руб. в сутки) за каждый день просрочки, начисленные на сумму задолженности по договору лизинга № ДЛ-79414-22 от 17.02.2022 за период с 19.01.2023 по дату вынесения решения судом первой инстанции (резолютивной части) (с учетом принятых судом в порядке ст. 49 АПК РФ уточнения размера заявленных требований).

Определением от 09.08.2023 по делу в порядке ст. 82 АПК РФ назначена экспертиза, проведение которой было поручено АВТОНОМНОЙ НЕКОММЕРЧЕСКОЙ ОРГАНИЗАЦИИ «ЦЕНТР ПРОИЗВОДСТВА СУДЕБНЫХ ЭКСПЕРТИЗ» (115191, <...>, ЭТАЖ/КАБ. 3/35, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 05.02.2018, ИНН: <***>, КПП: 772601001), эксперту: ФИО2.

В суд поступило заключение эксперта.

Представитель истца заявил ходатайство о назначении по делу повторной экспертизы.

От экспертного учреждения в материалы дела поступили письменные ответы на вопросы лиц, участвующих в деле.

В судебном заседании 22.01.2024 в порядке п. 3 ст. 86 АПК РФ судов был допрошен эксперт ФИО2. Эксперт предупрежден судом об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний в порядке ч.1 ст.307 УК РФ, судом отобрана расписка.

Исковые требования по первоначальному и встречному искам мотивированы тем, что договорные отношения между сторонами лизинга прекращены, предмет лизинга из аренды возвращен, в связи с чем, стороны просят соотнести взаимные представления сторон по договору (сальдо встречных обязательств) и определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой по правилам, предусмотренным в Постановлении Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 14 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» в заявленном размере.

Истец в судебном заседании заявленные требования поддержал, в удовлетворении встречного иска просил отказать.

Ответчик, заявленные требования не признали по доводам письменного отзыва на иск, на удовлетворении встречного иска настаивал.

Выслушав стороны, изучив материалы дела, оценив представленные доказательства с позиции статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к следующему.

В ходе судебного разбирательствам судом установлено, что между ООО «СПЕЦТРАНСАВТО-СИБИРЬ» (лизингополучатель) и ООО «Газпромбанк Автолизинг» (лизингодатель) был заключен договор лизинга № ДЛ-79414-22 от 17.02.2022.

Согласно Договору лизинга Лизингодатель на условиях согласованного с Лизингополучателем договора купли-продажи обязуется приобрести в собственность у выбранного Лизингополучателем продавца имущество, которое обязуется предоставить Лизингополучателю за плату во временное владение и пользование для предпринимательских целей, с правом последующего приобретения права собственности.

Предмет лизинга был изъят Лизингодателем у Лизингополучателя. Изъятие предмета лизинга было вызвано расторжением Договора лизинга.

Истец обращаясь в суд с настоящим иском, считает, что ответчик обязан возвратить неосновательное обогащение в размере 581 527,73 руб., образовавшееся по Договору лизинга в связи с его расторжением и изъятием предмета лизинга, а также проценты за неправомерное пользование чужими денежными средствами.

Возражая против удовлетворения заявленных требований, ответчик в свою очередь, заявил о том, что сальдо взаимных обязательств складывается в пользу лизингодателя и составляет в сумме 2 399 660 руб. 28 коп.

Суд, анализируя правовые позиции сторон, письменный материалы дела, приходит к следующему:

В случае изменения или расторжения договора обязательства считаются измененными или прекращенными с момента заключения соглашения сторон об изменении или о расторжении договора, если иное не вытекает из соглашения или характера изменения договора, а при изменении или расторжении договора в судебном порядке - с момента вступления в законную силу решения суда об изменении или о расторжении договора (пункт 3 статьи 453 ГК РФ).

Действующее законодательство не допускает расторжения договора судом в ином порядке кроме определенного пункт 3 статьи 453 ГК РФ.

Согласно п. 6.10 Общих условий лизинга после расторжения договора лизинга и возврата лизингополучателем предмета лизинга лизингодателю стороны производят расчет взаимных обязательств по следующей формуле:

Сальдо = СПД +У – Ц, где

Сальдо – результат расчета взаимных обязательств сторон по договору(ам) лизинга, совершенных до момента его(их) расторжения

СПД – сумма прекращения договора, определяемая на месяц реализации предмета лизинга (если Предмет лизинга реализован), или на месяц расчета сальдо (если предмет лизинга не реализован);

У – убытки лизингодателя, определяемые по общим правилам, предусмотренным гражданским законодательством;

Ц – стоимость возвращенного предмета лизинга. Определяется как цена реализации предмета лизинга третьим лицам (если предмет лизинга реализован) или на основании отчета выбранного лизингодателем оценщика (если предмет лизинга не реализован).

Данный порядок расчета сальдо подлежит применению в соответствии с п. 6.10 Общих условий лизинга, согласно которому при заключении договора лизинга, сторонами было достигнуто соглашение, что к взаимоотношениям сторон не подлежит применению порядок расчета взаимных представлений, предусмотренный Постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга».

Согласно пункту 25 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга), утвержденным Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.10.2021, правовой позиции Верховного суда Российской Федерации, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам от 04.08.2015 № 310-ЭС15-4563, разъяснения Постановления Пленума ВАС РФ № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» не являются императивными, в связи с этим отличие условий соглашения от содержания данных разъяснений само по себе не может служить основанием для неприменения достигнутых сторонами договоренностей (ст. 421 ГК РФ).

При толковании условий договора в силу абзаца первого статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений (буквальное толкование).

Учитывая, что условия договора являются согласованными частями одного договора, значение конкретного условия договора подлежит установлению судом путем сопоставления с другими условиями этого договора, смыслом договора в целом, а также с учетом существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств (системное толкование).

Пунктом 1 ст. 421 ГК РФ установлено, что граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена ГК РФ, законом или добровольно принятым обязательством.

В пункте 1 Постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах» разъяснено, что в соответствии с п. 2 ст. 1 и ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Анализ в совокупности условий в 6.10 Общих условий лизинга и сравнение его с условиями, применимыми в нормальном гражданском обороте и закрепленными в Постановлении Пленума ВАС РФ от 14 марта 2014 г. № 17, показывает обременительный характер договора в части расчета имущественных последствий его расторжения, влекущий предоставление Лизингодателю необоснованной имущественной выгоды за счет Лизингополучателя и нарушающей справедливый баланс интересов сторон.

Согласно определению ВС РФ от 10.10.2023г. №305-ЭС23-12470 непрозрачность финансовых условий сделки сама по себе может свидетельствовать о несправедливости спорного договорного условия и выступать основанием для отказа в его применении судом против экономически слабой стороны, если имеются явные признаки несоразмерности (обременительности) встречного предоставления и вопреки пункту 3 статьи 307 Гражданского кодекса лизингодатель не исполнил свою информационную обязанность, уклонившись от раскрытия перед контрагентом необходимых сведений, в том числе после возникновения спора

Указанные в графиках лизинговых платежей показатели суммы досрочного выкупа непонятны, никак не привязаны к размеру первоначального финансирования и уплачиваемым лизинговым платежам.

Несоответствие «суммы досрочного выкупа» на момент возврата финансирования сумме уплачиваемых по договору лизинговых платежей (сумма гораздо выше, чем могла бы быть при ее уменьшении на лизинговые платежи).

В состав лизинговых платежей (пункт 1 статьи 28 Закона о лизинге) входит возврат финансирования и выплата причитающегося лизингодателю дохода. Посредством уплаты лизинговых платежей лизингополучатель возвращает лизингодателю предоставленное финансирование (возмещает закупочную стоимость предмета лизинга и иные связанные с его приобретением расходы) и вносит плату за финансирование (проценты), даже если в конкретном договоре названные составляющие лизинговых платежей не выделены отдельно.

Таким образом, расчет в соответствии с пунктом 6.10 Общих условий, по сути предполагает от лизингополучателя внесения одного и того же предоставления дважды: возврата финансирования и внесения платы за пользование финансированием, начисленных до дня возврата финансирования (с даты начала договора лизинга до даты реализации предмета лизинга), а также задолженности по лизинговым платежам, в объем которой уже частично вошел как возврат финансирования, так и плата за пользованием им за соответствующие периоды в «сумму досрочного выкупа».

Расчет сумм, не учитывающий перечисленные лизинговые платежи, нарушает принципы соотнесения взаимных предоставлений сторон, указанные в п. 3 постановления Пленума №17. Применение «суммы закрытия сделки», оговоренной в Правилах лизинга (договор присоединения), для целей сальдирования встречных обязательств сторон может привести к произвольному получению лизинговой компанией предоставления, превышающего величину ее потерь от прекращения договора, подлежащих возмещению со стороны лизингополучателя.

Разногласия Истца и Ответчика заключаются в расчете неустойки, недопустимости включения в сальдо задолженности после расторжения договора лизинга и применения несправедливой формулы «суммы прекращения сделки» (противоречит ПП ВАС № 17).

Показатели

Расчет Истца

Расчет Ответчика

Общая сумма ЛП

14 743 181,96 Р

Не приводится, следует представить с учетом ДС

Авансовый платеж

1 059 500,00 Р

1 059 500,00 Р

Цена предмета лизинга

10 595 000,00 Р

10 595 000,00 Р

Убытки

39 750,00 Р

39 750,00 Р

Штраф за ПТС

10 000,00 Р

105 950,00 Р Несоразмерный, 1 % от стоимости

Неустойка

43 406,83 Р

195 330,77 Р


(0,1 %, новейшее ОВС РФ от 13.04.2023 № 307-ЭС22-18849

(0,45%)

Сумма прекращения договора, в т.ч. с суммой досрочного выкупа (п. 6.10 Общих условий)

Не подлежит учету при расчете сальдо

Постановления АС МО с участием Ответчика приведены ниже

8 718 260,67 Р

Задолженность по ЛП

Не подлежит учету при расчете сальдо

1 756 912,56 Р


(Постановления АС МО с участием Ответчика приведены ниже)

778 456,28 Р

Размер финансирования

9 535 500,00 Р

Расчет не приводится ЛД

Плата за финансирование

3 739 471,00 Р

Расчет не приводится ЛД

Срок договора лизинга

1 433 дней

Расчет не приводится ЛД

Фактический срок



финансирования

333 дней (до даты реализации)

Расчет не приводится ЛД

Фактическая плата за

963 952,96 Р


финансирование


Расчет не приводится ЛД

Полученные платежи

685 637,52 Р

685 637,52 Р

Стоимость возвращенного


9 195 000,00 Р

предмета лизинга

10 488 500,00 Р

(без торгов и согласования с ЛП)

Неосновательное



обогащение

-581 527,73 Р

2 399 660,28

Истец отмечает несправедливость п. 6.10 Общих условий, на основании которого Ответчик рассчитывает сальдо исходя из некой произвольной «суммы досрочного выкупа», а также включает в сальдо задолженность по лизинговым платежам.

Расторжение договора выкупного лизинга не должно приводить к получению необоснованных имущественных благ. Указанный принцип Постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 17 не может быть пересмотрен по соглашению сторон.

Применение сформулированного при заключении договора условия, даже если оно считалось разумным на момент совершения сделки, может привести к явно несправедливым последствиям в конкретной ситуации, являющейся предметом судебного разбирательства.

Согласно позиции Верховного суда, изложенной в Определении № 309-ЭС18-8960 от 07.02.2019 по делу № А50-14426/2017, принцип добросовестности направлен на формирование у участников гражданского оборота разумного и добросовестного поведения при установлении, исполнении и прекращении обязательств.

В данном случае, анализируя способ расчета сальдо, определенного договором, в частности спорное положение п. 6.10 Общих условий, суд приходит к выводу, что в результате разработанной Лизингодателем и выгодной исключительно ему формулы «суммы прекращения договора» в сравнении с формулой ПП ВАС № 17 Лизингодатель искусственно исключает необходимость возврата сальдо Лизингополучателю.

Данная формула противоречит методике расчета ПП ВАС № 17 и позволяет существенно занизить сальдо. Кроме того, указанная формула предполагает включение в сальдо задолженности по платежам после расторжения договора лизинга и до даты реализации, что недопустимо. Лизингодатель не представил надлежащие доказательства, раскрывающие принцип определения «суммы досрочного выкупа» и дающие возможность проверить ее обоснованность и разумность.

Кроме того, расчетные параметры (расходы Лизингодателя) должны иметь конкретный вид: строка, вид расходов – и напротив должна быть указана конкретная сумма заложенных в данную формулу расходов.

Согласно разъяснениям ВС РФ изложенным в Определении от 06.10.2022 № 307-ЭС22-5301, Лизингодатель обязан раскрыть принцип определения суммы прекращения договора, а расчет должен производиться исходя из ПП ВАС № 17 (Определение ВС от 23.05.2023 № 305-ЭС23-808).

При таком расчете лизингодатель оказывается в лучшем имущественном положении, чем том, в котором он находился бы при выполнении лизингополучателем договора в соответствии с его условиями.

В соответствии с п. 26 Обзора, условие договора об уплате лизинговых платежей после расторжения договора противоречит существу регулирования отношений сторон по договору лизинга и является ничтожным.

Между тем в настоящем деле, поскольку предмет лизинга был возвращен Лизингодателю и подлежит установлению сальдо, то начисление и взыскание задолженности по лизинговым платежам после расторжения договора лизинга нарушает баланс интересов сторон. Учет суммы неполученных платежей в предоставлении лизингодателя приводит к необоснованному уменьшению предоставления лизингополучателя, включающего в себя сумму выплаченных платежей. Также, задолженность лизингополучателя не относится ни к расходам, ни к убыткам лизингодателя.

Кроме того, в составе задолженности по лизинговым платежам содержится плата за финансирование, которая уже учтена в предоставлении лизингодателя. Двойной учет платы за финансирование, как отдельной составляющей расчета, так и в составе долга по лизинговым платежам, влечет неосновательное обогащение лизингодателя.

С учетом изложенного, суд пришел к выводу о неприменении в целях расчета завершающей стадии обязательств сторон п. 6.10 Правил предоставления имущества в лизинг, как излишне обременительных для лизингополучателя, и полагает правомерным произвести расчет сальдо в соответствии с положениями постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 г. № 17».

В ходе судебного разбирательства, с учетом возникших разногласий сторон в определении стоимости изъятого транспортного средства транспортного средства VOLVO FHTRUCK 6 на 4, VIN <***>.

При этом, суд принимает во внимание, что в своем расчете лизингодатель использовал цену, определенную в отсутствии соблюдения процедуры торгов, объявление, размещенной на сайтах, соблюдением такой процедуры не является.

Действия Лизингодателя по определению продажной цены также не могут быть признаны разумными и добросовестными, поскольку Ответчик не прилагал надлежащих усилий по установлению обоснованной продажной цены: не проводил согласования продажной цены с Лизингополучателем.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 20 «Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга)», утвержденного Президиумом ВС РФ 27.10.2021 г., следует, что если продажа предмета лизинга произведена без проведения открытых торгов, то при расхождении между ценой реализации предмета лизинга и рыночной стоимостью на лизингодателя возлагается бремя доказывания разумности и добросовестности его действий при организации продажи предмета лизинга; в ситуации, когда торги по продаже имущества не проводились, и предмет лизинга реализован покупателю, который был найден лизингодателем самостоятельно по непрозрачной процедуре, на лизингодателя возлагается бремя доказывания разумности и добросовестности своих действий при продаже предмета лизинга (установления договорной цены продажи.)

Участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно при установлении гражданских прав, в том числе при заключении договора и определении его условий, и не вправе извлекать преимущество из своего недобросовестного поведения, что являлось бы превышением пределов осуществления гражданских прав (злоупотребления правом). В случае несоблюдения данного запрета суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункты 3 - 4 статьи 1, пункты 1 - 2 статьи 10 ГК РФ).

Лизингодатель не раскрыл доказательства, объясняющие цену, по которой предмет лизинга был выставлен им на продажу.

Покупатель был найден лизингодателем самостоятельно по непрозрачной процедуре. Если продажа имущества осуществлялась без организации торгов, лизингодатель отвечает за то, чтобы отчуждение предмета лизинга происходило по цене, соответствующей рыночному уровню.

Суд по ходатайству определением от 09.08.2023 назначил по делу судебную экспертизу с целью установления рыночной стоимости транспортного средства на дату изъятия (15.07.2022 г.), проведение которой поручил АВТОНОМНОЙ НЕКОММЕРЧЕСКОЙ ОРГАНИЗАЦИИ «ЦЕНТР ПРОИЗВОДСТВА СУДЕБНЫХ ЭКСПЕРТИЗ» (115191, <...>, этаж/каб. 3/35, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 05.02.2018, ИНН: <***>), судебному эксперту – ФИО2.

Эксперт был предупрежден об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ. Подписка отобрана.

В суд поступило экспертное заключение № 27544 от 24.10.2023.

Согласно выводам эксперта стоимость транспортного средства VOLVO FHTRUCK 6 на 4, VIN <***>, по состоянию на 15.07.2022 г.., составляет: 8 913 000 (восемь миллионов девятьсот тринадцать тысяч) рублей.

В порядке ч. 3 ст. 86 АПК РФ судом для дачи пояснений был вызван эксперт ФИО2.

В судебном заседании 22.01.2024 эксперт дал свои пояснения по заключению.

В судебном заседании заявитель свое ходатайство о назначении повторной экспертизы поддержал.

Ответчик возражал против удовлетворения ходатайства о назначении повторной экспертизы, представил свои письменные возражения.

Суд с учетом мнения лиц, участвующих в деле, приходит к следующему:

В соответствии с частью 2 статьи 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в случае возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в выводах эксперта или комиссии экспертов по тем же вопросам может быть назначена повторная экспертиза, проведение которой поручается другому эксперту или другой комиссии экспертов.

Из анализа указанных положений следует, что необходимость в повторной экспертизе возникает при наличии у суда сомнений в обоснованности экспертного заключения, которые могут возникнуть при наличии противоречивых выводов эксперта, отсутствии ответов на поставленные вопросы (неполные ответы).

По смыслу процессуального законодательства повторная экспертиза назначается, если: выводы эксперта противоречат фактическим обстоятельствам дела, сделаны без учета фактических обстоятельств дела; во время судебного разбирательства установлены новые данные, которые могут повлиять на выводы эксперта; при назначении и производстве экспертизы были допущены существенные нарушения процессуального закона.

При наличии у суда сомнений и неопределенности в ответах, выявленные противоречия могут быть устранены проведением повторной экспертизы.

Судебные экспертизы проводятся арбитражным судом в случаях, порядке и по основаниям, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации.

На основании части 2 статьи 64 и части 3 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заключения экспертов являются одним из доказательств по делу и оцениваются наряду с другими доказательствами.

Положения статей 4 - 6 и 25 Федерального закона от 31.05.2001 N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" предусматривают соблюдение принципов законности, соблюдения прав и свобод человека и гражданина, прав юридического лица, а также независимости эксперта, объективности, всесторонности и полноты исследований, проводимых с использованием современных достижений науки и техники при составлении экспертного заключения.

Из анализа части 3 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации следует, что доказательства признаются полученными с нарушением закона, если при их собирании и закреплении были нарушены гарантированные Конституцией Российской Федерации права человека и гражданина или если собирание и закрепление доказательств осуществлено ненадлежащим лицом или органом, либо в результате действий, не предусмотренных процессуальными нормами.

Заключение эксперта по настоящему делу было получено судом в соответствии с законом, на основании определения о назначении судебной экспертизы по делу, при этом правовой статус заключения судебной экспертизы определен законом в качестве доказательства, которое не имеет заранее установленной силы, не носит обязательного характера и, в силу статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, подлежит оценке судом, наравне с другими представленными доказательствами.

Выраженные заявителем сомнения в обоснованности выводов эксперта само по себе не является обстоятельством, исключающим доказательственное значение экспертного заключения. Несогласие с выводами судебной экспертизы само по себе не является основанием для назначения повторной судебной экспертизы.

Истец настаивал на включение в расчет сальдо стоимость возвращенного предмета лизинга, определенного на основании отчета, а именно исходя из цены 10 488 500,00 руб.

Оценив заключение эксперта, с учетом представленной истцом рецензии, суд полагает, что выводы эксперта не могут быть положены в основу расчета сальдо, в данном случае, заключение должно быть составлено в строгом соответствии с Федеральными стандартами оценки, при этом оценка стоимости транспортного средства подлежала на дату изъятия 15.07.2022, данное обстоятельство обуславливало и подбором необходимых аналогов с корректировкой на дату оценки, на изменение цен\на инфляцию, однако при проведении оценки, эксперт проигнорировал п. 12 ФСО № 10.

Кроме того, верным является замечание истца о том, что на стр. 17 исследуемого Заключения эксперт приводит умозаключение и вывод о том, что «Наиболее вероятное значение с учетом фактического срока эксплуатации оцениваемого ТС составляет 10 691 000 руб.», в то время как в выводах эксперт указал иную рыночную стоимость 8 913 000 руб.

Данные обстоятельства в совокупности своей свидетельствует о невозможности принять выводы эксперта для расчета сальдо взаимных обязательств.

В этой связи, суд анализируя представленный отчет оценщика истцом, полагает правомерным при определении итогового сальдо исходить из стоимости 10 488 500 руб.

Суд, находит заявление истца относительно несоразмерности неустойки обоснованным, и принимает контррасчет неустойки, отраженным в итоговом расчете сальдо встречных обязательств.

Неустойка не должна являться средством обогащения и ставить кредитора в значительно более выгодные условия в сравнении с обычными условиями деятельности. При этом именно Лизингодатель является сильной стороной договора и предложил условия Договора лизинга, на которые Лизингополучатель не мог повлиять. Предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки, т.е., по существу, - на реализацию требования ст.17 (ч.3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Поскольку результат расчета сальдо на основании п.6.10 ОУЛ существенно отличается от сопоставления действительно имевших место предоставлений на основании постановления Пленума ВАС №17, а лизингополучатель, являясь слабой стороной, не мог повлиять на содержание п.6.10 ОУЛ при заключении договора лизинга, и содержание п.6.10 ОУЛ непрозрачно, расчет сальдо подлежит осуществлению по правилам постановления Пленума ВАС №17

Согласно расчету истца, произведенного в соответствии с постановлением Пленума ВАС РФ № 17, сальдо составляет 581 527,73 руб.

Плата за финансирование (в процентах годовых) определяется по следующейформуле: ПФ = (П - А - Ф/Ф х С/ДН) х 365 х 100, где ПФ - плата за финансирование (в процентах годовых), П - общий размер платежей по договору лизинга, А - сумма аванса по договору лизинга, Ф - размер финансирования, С/ДН - срок договора лизинга в днях.

Общая сумма ЛП 14 743 181,96 руб., Авансовый платеж 1 059 500,00 руб., Цена предмета лизинга 10 595 000,00 руб., Убытки 39 750,00 руб., штраф за ПТС 10 000,00 руб., неустойка 43 406,83 руб (0,1 %); Размер финансирования 9 535 500,00 руб., плата за финансирование 3 739 471,00 руб., Срок договора лизинга 1 433 дней; Фактический срок финансирования 333 дней (до даты реализации); Фактическая плата за финансирование 963 952,96 руб., Полученные платежи 685 637,52 руб., Стоимость возвращенного предмета лизинга 10 488 500,00 руб., Неосновательное обогащение -581 527,73 руб., в пользу лизингополучателя.

Проверив расчет истца, суд приходит к выводу о том, что он документально обоснован.

Поскольку предоставление лизингополучателя превышает предоставление лизингодателем, неосновательного обогащения у лизингодателя не образовалось, в связи с чем оснований для удовлетворения встречного иска не имеется, первоначальный иск подлежит удовлетворению в полном объеме.

Истцом в суде заявлено о взыскании процентов, начисленных на сумму неосновательного обогащения рассчитанные на сумму неосновательного обогащения в размере 581 527 руб. 73 коп. с17.01.2023 по дату фактической выплаты задолженности.

Согласно п.1 ст.395 ГК РФ размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Пунктом 3 ст. 395 ГК РФ установлено, что проценты за пользование чужими средствами взимаются по день уплаты суммы этих средств кредитору, если законом, иными правовыми актами или договором не установлен для начисления процентов более короткий срок.

Согласно п. 48 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", сумма процентов, подлежащих взысканию по правилам статьи 395 ГК РФ, определяется на день вынесения решения судом исходя из периодов, имевших место до указанного дня. Проценты за пользование чужими денежными средствами по требованию истца взимаются по день уплаты этих средств кредитору. Одновременно с установлением суммы процентов, подлежащих взысканию, суд при наличии требования истца в резолютивной части решения указывает на взыскание процентов до момента фактического исполнения обязательства (пункт 3 статьи 395 ГК РФ). При этом день фактического исполнения обязательства, в частности уплаты задолженности кредитору, включается в период расчета процентов.

Таким образом, суд вправе присуждать проценты на будущее время без указания конкретной суммы.

Требования истца о взыскании с ответчика процентов за пользование чужими денежными средствами в соответствии со ст. 395 ГК РФ с момента вступления судебного акта в законную силу до момента фактического исполнения, подлежат удовлетворению.

При таких обстоятельствах, учитывая, что требования истца обоснованы, документально подтверждены, первоначальные исковые требования подлежат удовлетворению, требования по встречному иску удовлетворению не подлежат.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Судебные расходы по уплате госпошлины распределены в порядке ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 10, 12, 309, 310, 1102 ГК РФ, ст.ст.4, 65, 75, 110, 137, 167, 170, 171, 180, 181 АПК РФ, суд



РЕШИЛ:

Первоначальный иск – удовлетворить.

Взыскать с ООО "Газпромбанк Автолизинг" (ОГРН: <***>, ИНН: <***>) в пользу ООО "СпецТрансАвто-Сибирь" (ОГРН: <***>, ИНН: <***>) неосновательное обогащение в сумме по договору лизинга № ДЛ-79414-22 от 17.02.2022 в размере 581 527,73 руб., проценты за неправомерное пользование чужими денежными средствами, рассчитанные на сумму неосновательного обогащения в размере 581 527,73 рублей за период с 17.01.2023 по дату фактической выплаты, а также расходы по оплате госпошлины в сумме 14 631 руб.

Возвратить истцу из федерального бюджета излишне уплаченную госпошлину в сумме 19 686 руб., уплаченную по платежному поручению №31 от 14.02.2023 г.

В удовлетворении встречного иска – отказать.

Решение может быть обжаловано в месячный срок с даты его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.


Судья:

Е.Р. Абызова