Постановление от 3 апреля 2025 г. по делу № А40-213651/2021

Д Е В Я Т Ы Й    А Р Б И Т Р А Ж Н Ы Й    А П Е Л Л Я Ц И О Н Н Ы Й    С У Д

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: info@mail.9aac.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru



П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 09АП-5507/2025

№ 09АП-5524/2025


г. Москва                                                                                          Дело № А40-213651/21

04.04.2025

Резолютивная часть постановления объявлена 25.03.2025

Постановление изготовлено в полном объеме 04.04.2025


Девятый арбитражный апелляционный суд в составе

председательствующего судьи М.С. Сафроновой,

судей А.С. Маслова и Е.А. Скворцовой.

при ведении протокола секретарем судебного заседания М.С. Чапего,


рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы конкурсного управляющего ООО КБ «Кредит экспресс», финансового управляющего ФИО1 на определение Арбитражного суда г. Москвы от 23.12.2024 по делу № А40-213651/21, вынесенное судьей Абрековым Р.Т. об отказе в удовлетворении заявления о признании недействительной цепочки сделок по отчуждению объекта недвижимости - квартиры с кадастровым номером 77:09:0005005:4473, находящейся по адресу: <...>,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО1,


при участии в судебном заседании:

от  ГК «АСВ» - ФИО2 по дов. от 03.11.2022

от ФИО1 – ФИО3 по дов. от 01.10.2024

от ФИО4 – ФИО5 по дов. от 02.12.2022

от ООО «КЭИ» - ФИО6 по дов. от 11.03.2025

У С Т А Н О В И Л:

Решением от 18.01.2022 ФИО1 признан банкротом, в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, исполнение обязанностей финансового управляющего возложено на ФИО7

В Арбитражный суд г. Москвы 16.01.2023 поступило заявление (с учетом уточнения требований в порядке ст. 49 АПК РФ от 22.02.2023) конкурсного кредитора ФИО8 о признании недействительной цепочки сделок по отчуждению объекта недвижимости - квартиры с кадастровым номером 77:09:0005005:4473 находящейся по адресу: <...>, а именно:

договора купли-продажи указанного объекта недвижимости от 22.04.2017 между ФИО1 и ФИО4, на основании которого внесена запись в ЕГРН о праве собственности ФИО4 от 05.05.2017;

постановления о передаче нереализованного имущества (указанного объекта недвижимости) взыскателю, на основании которого внесена запись в ЕГРН о праве собственности ООО "Коэфин" от 21.09.2020;

договора купли-продажи указанного объекта недвижимости между ООО "Коэфин" и ФИО4, на основании которого внесена запись в ЕГРН о праве собственности ФИО4 от 19.01.2021;

договора купли-продажи указанного объекта недвижимости между ФИО4 и ФИО9, на основании которого внесена запись в ЕГРН о праве собственности ФИО9 от 30.11.2022;

применении последствий недействительности указанной единой сделки (цепочки сделок) в виде передачи спорного объекта недвижимости ФИО9 в пользу ФИО1;

о признании за ФИО1 права собственности на указанный объект недвижимости;

о признании недействительной сделкой договора залога недвижимого имущества от 16.12.2022 № 0017175021, заключенного между АО «Тинькофф Банк» и ФИО9 в отношении квартиры с кадастровым номером 77:09:0005005:4473, находящейся по адресу: <...>;

о применении последствий в виде прекращения залога квартиры с кадастровым номером 77:09:0005005:4473 по адресу: г. Москва, Сокол, ул. Новопесчаная, д. 25, корп. 2, кв. 20;

о признании отсутствующим залога квартиры с кадастровым номером 77:09:0005005:4473 по адресу: г. Москва, Сокол, ул. Новопесчаная, д. 25, корп. 2, кв. 20, зарегистрированный в Едином государственном реестре недвижимости за номером государственной регистрации права 77:09:0005005:4473-77/055/2022-10 от 22.12.2022.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 10.07.2023, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 15.09.2023, в удовлетворении заявленных требований отказано.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 20.12.2023 судебные акты отменены. Дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд г. Москвы.

Определением от 21.10.2024 суд заменил заявителя по настоящему делу ФИО8, правопреемника кредитора ООО "Лагуна", на финансового управляющего должника ФИО10

Определением от 23.12.2024 суд в удовлетворении заявления отказал.

Конкурсный управляющий ООО КБ «Кредит экспресс» и финансовый управляющий ФИО1 не согласились с определением суда, обратились в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами, в которых просят определение отменить, заявление удовлетворить.

ФИО4 и ООО "Коэфин" представили отзывы на апелляционные жалобы, в которых просят определение суда оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

В судебное заседание финансовый управляющий не явился, о времени и месте судебного разбирательства извещен надлежащим образом.

В судебном заседании представитель ГК «АСВ» доводы апелляционных жалоб поддержал, просил суд их удовлетворить.

Представители ФИО4, ФИО1 и ООО "Коэфин" возражали против их удовлетворения, указывая на законность определения суда.

Законность и обоснованность определения суда Девятым арбитражным апелляционным судом проверены в соответствии со ст. ст. 123, 156, 266, 268 АПК РФ.

Выслушав представителей лиц, явившихся в судебное заседание, оценив доводы апелляционных жалоб и возражений по ним, исследовав материалы дела, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены определения суда.

Как следует из материалов дела 22.04.2017 между ФИО1 и ФИО4 был заключен договор купли-продажи квартиры с кадастровым номером 77:09:0005005:4473, находящейся по адресу: <...>.

В Единый государственный реестр недвижимости и сделок с ней 05.05.2017 произведена запись о регистрации права собственности на квартиру в отношении ФИО4

Далее на основании постановления о передаче нереализованного имущества должника взыскателю и акта о передаче нереализованного имущества правообладателем квартиры стало ООО «Комплекс эффективных инноваций».

Переход собственности на квартиру от ФИО4 к ООО «Комплекс эффективных инноваций» зарегистрирован 21.09.2020. Переход собственности на квартиру от ООО «Комплекс эффективных инноваций» к ФИО4 на основании договора купли-продажи зарегистрирован 19.01.2021.

С 30.11.2022 правообладателем квартиры является ФИО9 на основании договора купли-продажи. Переход собственности на квартиру ФИО4 к ФИО9 зарегистрирован30.11.2022.

Договор залога недвижимого имущества № 0017175021 был заключен 16.12.2022 в отношении квартиры с Банком. Указанный договор залога недвижимого имущества 22.12.2022 зарегистрирован в ЕГРН в пользу АО "Тинькофф Банк".

В обоснование требования о признании указанных сделок недействительными финансовый управляющий в своем заявлении ссылался на то, что:

оспариваемые сделки представляют собой цепочку последовательных сделок, отвечающих признакам мнимости,

на момент совершения сделок у должника уже имелись неисполненные обязательства перед кредитором, вытекающие из договоров поручительства, заключенных во исполнение договоров лизинга,

оспариваемые сделки заключены между лицами заинтересованными по отношению к должнику, в связи с чем ответчики признаются осведомленными о материальном положении должника на момент совершения сделок,

сделки совершены исключительно с целью вывода ликвидного актива должника без какой-либо экономической (какой либо иной) обоснованности, в целях недопущения обращения на него взыскания в деле о банкротстве, т.е. со злоупотреблением правом.

Относительно последующего залога в пользу АО "Тинькофф Банк" заявитель указал, что участники сделки – ФИО4 и ФИО9 – не обладали достаточными средствами для оплаты по договорам купли-продажи, а Банк как профессиональный участник кредитно-финансового рынка должен был понять, что квартира ранее принадлежала лицам с той же фамилией «Бойко-Великий». Банк знал и должен был знать, что квартира ранее была зарегистрирована за должником действия которого направлены на то, чтобы избежать удовлетворения требований кредиторов за счет имущества. Сделки купли-продажи и залога совершены без намерения передать квартиру и право собственности на нее ФИО9 и без намерения передачи ее в залог Банку.

Рассматриваемое заявление основано на положениях ст. ст. 10, 168, 170 ГК РФ.

Также указано, что договор залога является незаключённым, поскольку в договоре купли-продажи между ФИО4 и ФИО9 указано о сохранении права  пользования квартирой за ФИО4

Спорные сделки совершены 22.04.2017 и далее 21.09.2020, 19.01.2021, 30.11.2022, 16.12.2022, а производство по делу о несостоятельности должника возбуждено 03.11.2021.

Оспариваемая сделка (сделка от 22.04.2017) зарегистрирована 05.05.2017, то есть совершена в период свыше трех лет до возбуждения дела о банкротстве должника, за пределами периода подозрительности и не может быть оспорена по специальным основаниям Закона о банкротстве.

Спорная квартира приобреталась лично ФИО4 для собственных нужд и за счет собственных средств. Оспариваемая цепочка сделок совершена с имуществом ответчика ФИО4, которое никогда не принадлежало должнику и не входило в конкурсную массу должника.

Суд первой инстанции установил, что из выписки из ЕГРН № КУВИ-001/2022-21386073 от 02.12.2022, следует, что первоначальным собственником квартиры по адресу: <...> с 24.07.2002 являлась именно ФИО4 (сам дом построен в 2001).

ФИО4 приобрела спорную квартиру 07.05.2002 у Департамента инвестиционных: программ строительства г. Москвы за 2 997 540 руб. К этому моменту у нее был 4 5-летний трудовой стаж работы, в том числе на руководящей должности. Кроме того, для приобретения спорной квартиры было достаточно дохода, полученного ею от реализации акций по договору № ВФП/ТП от 10.08.2001.

Предположение заявителя о мнимом номинальном характере коммерческой деятельности ФИО4 (о том, что деятельность ФИО4 от участия в коммерческих организациях до покупки недвижимости целиком финансировалась ее сыном (должником)) не основано на каких-либо доказательствах со стороны заявителя.

Имеющимися в материалах дела документами подтверждено, что с 2002 года ФИО4 никогда не снималась с регистрационного учета в спорной квартире, оплачивала налоги и ЖКУ. регистрировала к себе других родственников и т.п.).

При таких обстоятельствах суд первой инстанции правомерно пришел к выводу, что ответчиком ФИО4 доказан факт наличия финансовой возможности приобрести в собственность спорное имущество, а также факт пользования квартирой как своим имуществом и постоянным местом жительства. В связи с этим довод апелляционных жалоб о фактической принадлежности спорного имущества должнику как «теневому» собственнику судом первой инстанции обоснованно отклонен.

Финансовый управляющий, указывая на то, что по сделке 2002 года спорная квартира была приобретена в действительности не ФИО4 для личных нужд, а ее сыном ФИО1, не требует признания этой сделки недействительной как притворной. Требования заявлены в отношении спорных сделок, совершенных 22.04.2017, и далее 21.09.2020, 19.01.2021, 30.11.2022,16.12.2022.

Из материалов дела следует и верно установлено судом первой инстанции, что оспариваемая цепочка сделок совершена с имуществом ответчика ФИО4, которое никогда не принадлежало должнику и не входило в конкурсную массу должника, ввиду чего обращение взыскания на указанное имущество по обязательствам должника на момент совершения первой сделки цепочки и в последующем было невозможно.

Отсутствуют основания для признания первой сделки оспариваемой цепочки сделок недействительной.

Заключение в 2013 году договора купли-продажи спорной квартиры было обусловлено необходимостью получения кредита под залог этой квартиры, и оформление на сына было сделкой, не породившей правовых последствий в виде реального прекращения у ФИО4 правомочий владения и пользования квартирой.

Судом первой инстанции верно установлено, что фактически спорное имущество не переходило во владение должника, дальнейшее выбытие фактически не происходило, денежных средств на покупку спорной квартиры должник и ответчик друг другу не передавали. Таким образом, спорное имущество не входило в состав конкурсной массы, поскольку реальным правообладателем спорной квартиры до 2020 являлась ФИО4, а, значит, сделка по перерегистрации не влекла фактического выбытия и не могла нанести ущерба кредиторам.

Судом первой инстанции также правильно отмечено, что принцип экономической целесообразности, подразумевающий извлечение прибыли в результате совершаемых контрагентами сделок, обычно используется в предпринимательской деятельности, тогда как сделку от 22.04.2017 совершали ближайшие родственники (мать и ее единственный сын), отношения которых основывались больше на принципах семейного законодательства, одним из которых является принцип взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов (ст. 1 Основные начала семейного законодательства Семейного кодекса РФ).

Данной сделкой ФИО1 осуществил формальные действия по возврату своей матери ФИО4 статуса собственника квартиры в записях ЕГРН, но при этом ее фактическое владение и пользование квартирой не прекращалось с 2002 г. (в отличие от ответчика, ФИО1 никогда в спорной квартире не проживал, не регистрировался, участия в расходах по ее содержанию не принимал).

Кроме того, договор купли-продажи спорной квартиры от 22.04.2017 заключен между ФИО1 и ФИО4 за пределами периода подозрительности и не может быть оспорен по специальным основаниям Закона о банкротстве, следствием чего является отсутствие необходимости установления обстоятельств заключения такого договора в принципе, как не имеющих правовое значение для правильного рассмотрения настоящего спора.

Доводы заявителя не выходят за диспозицию п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, что исключает возможность квалификации спорной сделки по ст. 10, 168 ГК РФ, так как п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве в указанном случае выступает специальной нормой.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к правильному выводу об отсутствии оснований для признания первой сделки оспариваемой цепочки сделок недействительной как по специальным основаниям Закона о банкротстве, так и по основаниям, предусмотренным ст.ст. 10, 168, 170 ГК РФ.

Участие ФИО4 в обеспечительных сделках (залог квартиры) является добровольным актом, направленным на оказание помощи своим родным.

ФИО4 является матерью ФИО1, что подтверждается выпиской из отдела ЗАГС исполнительного комитета Ленинградского районного Совета депутатов трудящихся г. Москвы - записью акта о рождении от 17.09.1959 №3177.

ФИО9 является дочерью ФИО1 и внучкой ФИО4, что подтверждается выпиской из отдела ЗАГС исполнительного комитета Ворошиловского районного Совета депутатов трудящихся г. Москвы - записью акта о рождении от 27.01.1990 №264.

Титул собственника на спорное имущество по договору купли-продажи от 22.04.2017 переоформлено должником в пользу матери. При этом в цепочке сделок по отчуждению спорного объекта титул собственника от матери должника впоследствии перешел к ФИО9, которая является дочерью должника.

Судом первой инстанции верно отмечено, что сделки между ФИО1, ФИО4 и ФИО9 совершались ближайшими родственниками, отношения которых основывались на принципах семейного законодательства, одним из которых является принцип взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов.

С учетом изложенного суд правомерно признал обоснованной экономическую заинтересованность матери должника в предоставлении своего имущества в обеспечение исполнения по обязательствам своего сына - должника по настоящему делу.

Доводы о контроле должника над спорной квартирой, как и доводы об отсутствии экономического смысла сделок, не нашли своего подтверждения и сами по себе недействительность сделки не влекут.

Участие ООО «Коэфин» и АО «Тинькофф Банк» в цепочке оспариваемых сделок с квартирой носило самостоятельный и реальный характер.

В результате заключенных с участием ООО «Коэфин» сделок стороны этих сделок, вопреки утверждениям заявителя, получали реальное встречное предоставление, для участников этих сделок наступали реальные правовые последствия, то есть сделки не были мнимыми.

Заключенные ООО «Коэфин» договоры не содержали условий, которые бы существенно отличались от обычно применяемых участниками гражданского оборота, и были направлены исключительно на удовлетворение своего финансового интереса, подтвержденного решениями судов.

Обращение взыскания на спорную квартиру производилось помимо воли ФИО4, что подтверждают, как фактические обстоятельства дальнейших судебных разбирательств, так и последующий выкуп ею квартиры по цене выше, чем квартира досталась ООО «Коэфин».

При изложенных фактических обстоятельствах с учетом вывода об отсутствии признаков недействительности первой сделки цепочки - безвозмездной передачи спорного имущества от должника в пользу ответчика ФИО4,  суд пришел к верному выводу, что спорное имущество было предоставлено в обеспечение по обязательствам должника, в дальнейшем на него было обращено взыскание, а впоследствии, ввиду особой ценности имущества для его собственника ФИО4 (в т.ч. во избежание выселения из единственного жилья) спорное имущество было выкуплено у залогодержателя ООО «Коэфин» за счет средств ФИО4 и, в дальнейшем, передано в собственность ФИО9

Таким образом, переход права собственности на спорную квартиру к ООО «Коэфин» и последующая продажа квартиры ФИО4 полностью опровергают доводы заявителя жалобы о существовании единой цепочки сделок с квартирой, имеющей притворный субъектный состав.

Определение суда законно и обоснованно. Оснований для его отмены нет.

Руководствуясь ст. ст. 266 - 269, 271 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, судд

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 23.12.2024 по делу №  А40-213651/21 оставить без изменения, а апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.


Председательствующий судья:                                                                  М.С. Сафронова


Судьи:                                                                                                          А.С. Маслов


Е.А. Скворцова