Постановление от 16 октября 2020 г. по делу № А40-277200/2019

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной Сторожки, 12

адрес электронной почты: info@mail.9aac.ru

адрес веб-сайта: http://www.9aas.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 09АП-41502/2020

Дело № А40-277200/19
г. Москва
16 октября 2020 года
Резолютивная часть постановления объявлена 13 октября 2020 года

Полный текст постановления изготовлен 16 октября 2020 года

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи В.С. Гарипова,

судей Р.Г. Нагаева, И.М. Клеандрова

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу

ФИО2

на определение Арбитражного суда г. Москвы от 24 июля 2020 года

по делу № А40-277200/19, принятое судьей А.С. Величко,

о признании недействительным договора дарения от 07.10.2016 года, заключенного ФИО2 и ФИО3,

и о применении последствия недействительности сделки

при участии в судебном заседании:

от ФИО2 – ФИО4 дов. от 29.06.2020,

Иные лица не явились, извещены

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда города Москвы от 06.12.2019 г. в отношении ФИО2 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим должника утверждена ФИО5.

Сообщение о данном факте опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 231 от 14.12.2019 г.

12.03.2020 г. посредством электронной подачи документов в Арбитражный суд г.Москвы поступило заявление финансового управляющего ФИО5 о признании недействительными:

1. договора дарения от 07.10.2016 года, заключенного между ФИО2 и ФИО3, и применении последствий его недействительности в виде признания за ФИО2 права собственности на следующее имущество:

- нежилое помещение, общей площадью 2 089,9 кв.м., расположенное по адресу: 644000 Омская область, г Омск, ул. Транспортная 4-я, д. 60, кадастровый номер 55:36:120307:22098;

- нежилое здание, общей площадью 2 200,6 кв.м., расположенное по адресу: <...>, кадастровый номер: 55:36:120307:22300.

2. договора дарения от 20.10.2016 года, заключенного между ФИО2 и ФИО3, и применении последствий недействительности сделок в виде признания за ФИО2 права собственности на следующее имущество:

- нежилое здание, здание КПП, общей площадью 33,6 кв.м., расположенное по адресу: <...>, кадастровый номер: 55:36:000000:11247.

3. договора дарения от 10.04.2018 года, заключенного между ФИО2 и ФИО3, и применения последствий недействительности сделки в виде признания за ФИО2 права собственности на следующее имущество:

- нежилое помещение, общей площадью 500,7 кв.м., расположенное по адресу: 644000, <...>, кадастровый номер: 55:36:120307:21051.

4. договора дарения от 10.04.2018 года, заключенного между ФИО2 и ФИО3, и применения последствий недействительности сделок в виде признания за ФИО2 права собственности на следующее имущество:

- нежилое здание, Здание механической мастерской, общей площадью 923,9 кв.м., расположенное по адресу: <...>, кадастровый номер: 55:36:120305:34509.

5. договора дарения от 18.06.2018 года, заключенного между ФИО2 и ФИО3, и применения последствий недействительности сделок в виде признания за ФИО2 права собственности на следующее имущество:

- земельный участок, площадью 9 546 кв.м., расположенный по адресу: установлено относительно ориентира, расположенного в границах участка. Ориентир одноэтажное здание контрольно-пропускного пункта. Почтовый адрес ориентира: Омская обл., г Омск, ФИО6, ул. 4 Транспортная, д. 53, кадастровый номер: 55:36:120306:10.

- нежилое здание, контрольно-пропускной пункт, общей площадью 138,1 кв.м., расположенное по адресу: <...>, кадастровый номер: 55:36:000000:11260.

Арбитражный суд города Москвы определением от 24 июля 2020 года, руководствуясь ст. ст. 61.1, 61.2, 61.5, 61.8, 61.9 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», признал недействительными договоры дарения, заключенные ФИО2 и ФИО3,

Применил последствия недействительности сделки, восстановив право собственности ФИО2

Не согласившись с принятым определением, ФИО2 подала апелляционную жалобу, в которой просит его отменить и отказать в удовлетворении заявления финансового управляющего ФИО7 об оспаривании договоров дарения от 07.10.2016, от 10.04.2018. от 10.04.2018, от 18.06.2018, заключенных между ФИО2 и ФИО3 и применении последствий недействительности сделок.

В обоснование своей позиции ФИО2 указывает, что не согласна с вынесенным 08.07.2020 (резолютивная часть) Арбитражным судом г. Москвы определением, считает, что оно принято судом незаконно и необоснованно, без учета фактических в деле обстоятельств.

В судебном заседании Девятого арбитражного апелляционного суда представитель заявителя апелляционной жалобы поддержал ее доводы и требования.

При этом 13.10.2020 в день заседания в суд поступила «Полная апелляционная жалоба», которая направлена в электронном виде в суд лишь 12.10.2020 г. (т.е. за один день до судебного заседания по рассмотрению жалобы).

Представленная должником «полная апелляционная жалоба» не принята судом, поскольку не подлежит приобщению к материалам дела и рассмотрению судом.

В соответствии с ч. 3 ст. 223 АПК РФ определения, которые выносятся арбитражным судом при рассмотрении дел о несостоятельности (банкротстве) и обжалование которых предусмотрено настоящим Кодексом и иными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства), отдельно от судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, могут быть обжалованы в арбитражный суд апелляционной инстанции в течение десяти дней со дня их вынесения.

«Полная апелляционная жалоба» направлена за пределами срока, установленного ч.3 ст. 223 АПК РФ.

Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации не предусмотрена возможность подачи «краткой» и «полной» апелляционной жалобы, тем более подача полной жалобы за пределами срока на обжалование.

Любые дополнения к апелляционной жалобе должны быть поданы в срок, установленный ст. 223 АПК РФ, либо в случае пропуска срока при наличии ходатайства о восстановлении пропущенного срока на апелляционное обжалование, которое может быть удовлетворено при наличии уважительных причин в соответствии со статьями 117, 223 АПК РФ.

Кроме того, направление жалобы лишь за один день до судебного заседания, следует расценивать как злоупотребление процессуальными правами, учитывая, что такое поведение должно влечь неблагоприятные последствия только для самого этого лица, но не для других участников спора.

Законность и обоснованность принятого определения проверены по доводам жалобы в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ.

Суд апелляционной инстанции, изучив материалы дела, исследовав и оценив имеющиеся в материалах дела доказательства, проверив доводы апелляционной жалобы, заслушав представителя ФИО2, считает, что оснований для отмены определения Арбитражного суда города Москвы не имеется.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, в обоснование заявленных требований финансовый управляющий ссылается на наличие оснований, предусмотренных п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, ст. 10 ГК РФ, пояснил, что на дату совершения оспариваемых сделок должник обладал признаками неплатежеспособности, ссылаясь на наличие задолженности по договору поручительства.

Согласно пункту 1 статьи 213.32 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

В силу пункта 13 статьи 14 Федерального закона N 154-ФЗ от 29.06.2015 "Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" пункты 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона) применяются к совершенным с 01.10.2015 сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона).

Принимая судебный акт, суд первой инстанции исходил из следующего.

Как следует из материалов дела, между должником и ФИО3 заключены указанные выше договоры дарения, согласно которым из собственности должника безвозмездно выбыли указанные объекты недвижимости.

Соответственно, оспариваемые финансовым управляющим сделки могут быть признаны судом недействительными по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, поскольку они были заключены после 01 октября 2015 года.

Согласно части 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В своем заявлении финансовый управляющий указал на наличие оснований для признания договоров дарения недействительными сделками по специальным основаниям, предусмотренным п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Определением Арбитражного суда Омской области от 22.05.2019 принято к производству заявление акционерного общества Банка "СИБЭС" в лице конкурсного управляющего - Государственной корпорации "Агентство по страхованию вкладов" (далее - Банк) о признании ФИО2 (далее - ФИО2, должник) несостоятельной (банкротом).

Спорные сделки заключены в период с 07.10.2016 по 18.06.2018, то есть в период подозрительности, установленный п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

По смыслу пункта 1 статьи 572 ГК РФ договор дарения является безвозмездной сделкой.

Согласно пункту 2 статьи 423 ГК РФ безвозмездным признается договор, по которому одна сторона обязуется предоставить что-либо другой стороне без получения от нее платы или иного встречного предоставления.

Следовательно, ввиду того, что в результате совершения сделки должник не получил какого-либо встречного предоставления, после заключения оспариваемого договора стоимость и размер имущества, на которое кредиторы должника могли бы обратить взыскание, существенно уменьшился. Из владения должника выбыло имущество, которое могло быть включено в конкурсную массу.

Как установлено судами и следует из материалов дела, основанием для обращения кредитора с заявлением о признании должника банкротом явилось решение Первомайского районного суда г. Омска от 09.07.2018 по делу N 2-1797/2018, которым, с учетом апелляционного определения Судебной коллегии по гражданским делам Омского областного суда от 19.09.2018 г. по делу N 33-6200/2018, с ФИО2 в пользу Банка "СИБЭС" в лице конкурсного управляющего - Государственной корпорации "Агентство по страхованию вкладов" взыскана задолженность в размере 5 509 891,16 руб., расходы по оплате госпошлины в размере 35 929,10 руб.

Как следует из решения Первомайского районного суда города Омска от 09.07.2018 по гражданскому делу № 2-1797/2018, указанная задолженность образовалась в результате заключенного ФИО2 договора поручительства № от 29.12.2015 за ООО «Ареал» по договору об открытии кредитной линии от 29.12.2015, в рамках которого банковской организацией юридическому лицу был предоставлен заём в сумме 85 000 000 рублей на срок до 28.12.2018.

Как следует из того же решения суда, заёмщик перестал исполнять принятые на себя обязательства с декабря 2017 г.

Определением Арбитражного суда Омской области от 14.08.2018 заявление общества с ограниченной ответственностью «Сибтрейд» (ИНН <***>, ОГРН <***>, 644036, <...>) к обществу с ограниченной ответственностью «Ареал» (ИНН <***>, ОГРН <***>, 644023, <...>) о признании должника несостоятельным (банкротом) принято к производству, возбуждено дело № А46-13439/2018.

Решением Арбитражного суда Омской области от 02.10.2018 (резолютивная часть от 01.10.2018) общество с ограниченной ответственностью «Ареал» (далее - ООО «Ареал», должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении ООО «Ареал» открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре ликвидируемого должника сроком на шесть месяцев (до 01.04.2019), конкурсным управляющим ООО «Ареал» утверждена ФИО8.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Ареал» (далее – общество «Ареал» должник) его конкурсный управляющий ФИО8 (далее – конкурсный управляющий) обратилась в Арбитражный суд Омской области с заявлением, уточнённым в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о признании недействительными сделками перечислений с расчётного счёта должника в пользу индивидуального предпринимателя ФИО2 (далее – ИП ФИО2, ответчик) в период с 04.12.2015 по 27.04.2017 денежных средств в общем размере 9 175 262,28 руб., применении последствий их недействительности.

Определением от 05.12.2019 Арбитражного суда Омской области, оставленным без изменения постановлением от 04.02.2020 Восьмого арбитражного апелляционного суда, заявление удовлетворено.

Постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 21.05.2020 определение от 05.12.2019 Арбитражного суда Омской области и постановление от 04.02.2020 Восьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А46-13439/2018 отменены. Обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Омской области.

При этом постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 21.05.2020 установлено, что в рамках проверки заинтересованности сторон судами установлено, что в силу пункта 3 статьи 19 Закона о банкротстве сделки совершены между аффилированными лицами, поскольку бывший директор общества «Ареал» и участник ФИО9 приходится матерью ФИО2

Таким образом, суд установил, что в 2016 году должница в силу аффилированности с обществом, за которое поручалась, была осведомлена, что общество не собирается исполнять свои обязательства в полном объеме по договору займа с Банком «СИБЭС» (АО).

Судом первой инстанции сделан вывод, что сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов.

При этом, с учётом того, что задолженность перед Банком «СИБЭС» (АО) до сих пор не погашена и включена в реестр требований кредиторов должника, в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов.

В силу положений пункта 3 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

Поскольку ответчик ФИО3 по отношению к должнику является дочерью, что не опровергается лицами, участвующими в деле, то в силу пункта 3 статьи 19 Закона о банкротстве, сторона сделки – ФИО10, является заинтересованным лицом по отношению к должнику.

Учитывая, что ФИО3 является, в силу ст.19 закона о банкротстве, заинтересованным по отношению к должнику лицом (дочерью), на момент принятия в дар спорного имущества по договорам дарения, являлась несовершеннолетней и от ее имени действовал ФИО10 (по договорам дарения, заключенным в 2016), являющийся мужем должника, который не мог не знать о наличии у должника обязательств перед кредитором БАНК «СИБЭС» (АО) на дату совершения оспариваемых сделок.

На основании изложенного следует, что оспариваемые сделки совершены с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, и другая сторона сделки как заинтересованное лицо должна была знать об указанной цели должника.

Таким образом, должник, обладая полной информацией о наличии у него задолженности по договору поручительства (обладая информацией о состоянии дел у общества за которое было дано поручение), и предполагая возможное личное банкротство, предпринял меры по дарению своего ликвидного имущества своей дочери с целью воспрепятствования обращения взыскания на имущество сторонними кредиторами.

Вышеизложенные обстоятельства указывают на целенаправленность действий должника по причинению вреда имущественным правам кредитора должника.

Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что оспариваемые договоры были заключены должником с целью вывода активов, с заинтересованным лицом и повлекли за собой отчуждение имущества должника без получения встречного исполнения. Доказательств обратного в материалы дела не представлено.

Принимая во внимание изложенные обстоятельства, суд первой инстанции пришел к выводу, что договоры дарения, заключенные ФИО2 и ФИО3 являются недействительными сделками применительно к п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Суд первой инстанции, исследовав и оценив все представленные доказательства, а также доводы участвующих в деле лиц, руководствуясь положениями действующего законодательства, установил, что в результате совершения должником оспариваемой сделки, кредиторам должника был причинен вред, выразившийся в уменьшении потенциальной конкурсной массы и в отсутствие реальной возможности получить удовлетворение своих требований к должнику за счет отчужденного имущества.

В соответствии с положениями пунктов 1, 2 статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Правовые последствия недействительной сделки, признанной таковой в рамках дела о банкротстве должника, предусмотренные в пункте 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве, направлены на возврат в конкурсную массу полученного лицом имущества по такой сделке или на возмещение действительной стоимости этого имущества на момент его приобретения.

В силу пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции, руководствуясь положениями ст.61.6 Закона о банкротстве, пришел к выводу о применении последствий недействительности оспариваемой сделки в виде возврата недвижимого имущества в конкурсную массу должника.

Суд апелляционной инстанции не находит оснований для переоценки выводов суда первой инстанции и для отмены определения суда по доводам апелляционной жалобы.

Представитель должника в судебном заседании просил суд отменить определение суда первой инстанции на том основании, что на момент совершения сделок должник не являлся неплатежеспособным, и финансовый управляющий не доказал нарушения спорными сделками прав кредиторов должника.

Однако определение суда первой инстанции является законным и обоснованным, суд всесторонне и полно осуществил проверку фактических обстоятельств дела.

Довод должника о том, что сделки не подпадают под период подозрительности, не соответствует действительности, т.к. сделки совершены 07.10.2016 г. и 20.10.2016 г., а заявление о признании должника принято к производству Определением Арбитражного суда Омской области от 22.05.2019, которое впоследствии было передано по подсудности в Арбитражный суд г. Москвы.

Таким образом, сделки совершены в период подозрительности, установленный Законом о банкротстве.

В соответствии с положениями пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

В силу указанной нормы и разъяснений, содержащихся в постановлении Пленума от 23.12.2010 N 63, для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, в частности, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

При этом из содержания положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве можно заключить, что нормы и выражения, следующие за первым предложением данного пункта, устанавливают лишь презумпции, которые могут быть использованы при доказывании обстоятельств, необходимых для признания сделки недействительной и описание которых содержится в первом предложении пункта.

Из этого следует, что сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 АПК РФ) (определение Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2019 N 305-ЭС17-11710(4)).

Факт совершения спорных сделок в условиях неисполнения обязательств перед другими кредиторами, безвозмездно, в своей совокупности являются обстоятельствами, достаточными для определения того, что у должника имелась цель причинения вреда своим кредиторам в результате совершения названной сделки, в связи с чем имеются основания для признания оспариваемых сделок недействительными по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Таким образом, для признания сделки недействительным необходимо доказать, что сделка совершена с целью причинения вреда кредиторов должника в момент, когда у должника имелись неисполненные обязательства перед кредиторами.

На момент заключения оспариваемой безвозмездной сделки должник имел обязательства перед АО «Банк Сибэс», что подтверждается включением Банка в реестр требований кредиторов должника, которые не исполнены на сегодняшний день.

Кроме того, как указано в отзыве должника на заявление об оспаривании сделки, представленному в суде первой инстанции, у нее имелась задолженность перед ФИО11 в размере 18 млн. руб., которая возникла в январе 2015 г., но не была просроченной. Таким образом, должник необоснованно утверждает, что никакой кредиторской задолженности у нее не было перед ФИО11

Факт того, что ФИО3 на момент совершения сделки по отчуждению имущества, принадлежащего должнику, должна была знать о цели причинения вреда кредиторам должника подтверждается наличием родственной связи между ними (ФИО3 является дочерью ФИО2, что подтверждается Определением Арбитражного суда Омской области от 26.09.2019 г. по делу № А46-7318/2019.

Довод должника о том, что в залоге у Банка имеется имущество, которого достаточно для погашения его требования, является несостоятельным. Материалы дела не содержат никаких сведений о стоимости имущества должника.

Кроме того, поведение должника явно свидетельствует о том, что должником намерено выведено имущество из конкурсной массы безвозмездно. При этом сменился только титульный собственник имущества, фактически спорное имущество находится и находилось во владении должника.

Более того, должник в полной апелляционной жалобе не раскрывает все фактические обстоятельства дела.

В рамках дела о банкротстве должника заявлено также требование ООО «Ареал», которое возникло в рамках дела о банкротстве ООО «Ареал» при оспаривании сделок по безвозмездному выводу ФИО2 денежных средств из конкурсной массы ООО «Ареал».

Сумма требований конкурсного управляющего ООО «Ареал» составляет более 17 млн. рублей.

Также в рамках дела о банкротстве ООО «Ареал» принято к производству заявление конкурсного управляющего к ФИО2 как к контролирующему лицу ООО «Ареал» о привлечении ее к субсидиарной ответственности по долгам ООО «Ареал» на общую сумму более 60 млн. рублей.

В случае удовлетворения вышеуказанных заявлений задолженность ООО «Ареал» может быть включена в реестр требований кредиторов должника.

Таким образом, вывод активов в пользу своей дочери направлен лишь на уклонение должника от исполнения обязательств перед кредиторами.

Довод о том, что ФИО2 подарила дочерям все свое имущество в связи с болезнью, не может быть расценен как добросовестное поведение. Довод о том, что она хотела при жизни распределить имущество между детьми является несостоятельным, так как в случае смерти должника дочь являлась бы наследником должника, но тем не менее, отвечала бы по долгам матери в пределах стоимости перешедшего к ней наследственного имущества, то есть кредиторы могли б рассчитывать на погашение своих требований.

Таким образом, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены определения суда, в связи с чем апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Нарушений судом первой инстанции норм процессуального права не установлено.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 176, 266-269, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 24 июля 2020 года по делу № А40-277200/19 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение месяца со дня изготовления постановления в полном объеме в Арбитражном суде Московского округа.

Председательствующий судья: В.С. Гарипов

Судьи: Р.Г. Нагаев

ФИО12

Телефон справочной службы суда – 8 (495) 987-28-00.