Постановление от 9 августа 2024 г. по делу № А56-15815/2022

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65

http://13aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ


Санкт-Петербург

09 августа 2024 года

Дело №А56-15815/2022


Резолютивная часть постановления объявлена 05 августа 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 09 августа 2024 года.


Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего судьи Герасимовой Е.А.,

судей Кротова С.М., Радченко А.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Байшевой А.А.,


при участии:

- ФИО1 лично по паспорту и её представителя ФИО2 по доверенности от 22.02.2023;

- от ФИО3: представителя ФИО4 по доверенности от 10.05.2022;


рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-18802/2024) ФИО3 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 07.05.2024 по делу №А56-15815/2022 (судья Нетрусова Е.А.), принятое по результатам рассмотрения отчета финансового управляющего об итогах процедуры реализации имущества гражданина,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО1,



установил:

ФИО1 15.02.2022 обратилась в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о персональном банкротстве.

Определением суда первой инстанции от 04.04.2022 заявление ФИО1 принято к производству.

Решением суда первой инстанции от 30.05.2022 ФИО1 признана несостоятельной (банкротом), в отношении неё введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утверждена ФИО5.

Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 11.06.2022 № 103.

Финансовый управляющий ФИО5 25.02.2024 представил в суд первой инстанции отчет об итогах процедуры банкротства и заявила ходатайство о завершении процедуры реализации имущества.

Определением суда первой инстанции от 07.05.2024 процедура реализации имущества ФИО1 завершена; ФИО1 освобождена от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реализации имущества гражданина.

ФИО1, не согласившись с определением суда первой инстанции, обратилась с апелляционной жалобой.

В апелляционной жалобе кредитор ФИО3, ссылаясь на нарушение судом первой инстанции норм материального права, несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела, просит определение суда первой инстанции от 07.05.2024 по делу № А56-15815/2022 отменить, принять по делу новый судебный акт. По мнению подателя апелляционной жалобы, ФИО1 приняла на себя заведомо неисполнимые обязательства; должник злостно уклонился от исполнения требований по возврату задолженности; в ходе процедуры банкротства должник представляла заведомо недостоверные сведения.

В отзыве ФИО1 просит обжалуемый судебный акт оставить без изменения.

В судебном заседании представитель ФИО3 поддержал доводы апелляционной жалобы. ФИО1 и её представитель возражали по мотивам, приведенным в соответствующем отзыве.

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы опубликована на официальном сайте Тринадцатого арбитражного апелляционного суда.

Надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства иные лица, участвующие в деле, своих представителей в судебное заседание не направили, в связи с чем в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) дело рассмотрено в их отсутствие.

Как следует из материалов дела, решением суда первой инстанции от 30.05.2022 ФИО1 признана несостоятельной (банкротом).

За время проведения процедуры банкротства в реестр включено 2 (два) кредитора с общей суммой требований в размере 2 946 962 руб. 16 коп.

Финансовым управляющим предприняты меры по выявлению и формированию конкурсной массы. В конкурсную массу включены: ? доли в праве общей долевой собственности на земельный участок с кадастровым номером 23:11:0608004:150 и 1/5 доли в праве общей долевой собственности на жилое здание с кадастровым номером 23:11:0106005:178, реализованные в ходе банкротных мероприятий за 112 500 руб.

Из поступившей в конкурсную массу суммы: 71 156 руб. 82 коп. направлены на погашение финансовых обязательств перед кредиторами (что соответствует 2,41% от общего числа требований), а 37 631 руб. 36 коп. – на погашение текущих требований.

Иного имущества и имущественных прав должника финансовым управляющим не выявлено, мероприятия, связанные с реализацией конкурсной массы и произведению расчетов с кредиторами выполнены в полном объеме.

Полагая, что разумных оснований полагать возможность пополнения конкурсной массы не имеется, финансовый управляющий обратился в суд первой инстанции с заявлением о завершении процедуры банкротства.

При этом кредитором ФИО3 в материалы дела представлено ходатайство о неприменении в отношении должника правил об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств.

Согласно правовой позиции ФИО3, являющегося бывшим супругом должника, последний принял на себя заведомо не исполнимые обязательства перед рядом кредиторов, включая самого ФИО3, согласившись выплатить ему компенсацию находящейся в его собственности доли в праве собственности на квартиру, в которой в настоящий момент проживает должник с её детьми и супругом.

Кредитор полагает, что должник, признавая требования ФИО3, фактически не имела денежных средств для выплаты компенсации бывшему супругу, о чем она не могла не знать, что расценивается кредитором как допущенное со стороны должника злоупотребление своим правом, поскольку зная о собственном финансовом положении должник, тем не менее, признала обязанность выплатить компенсацию кредитору.

ФИО3 также полагает, что должник как при вступлении в заемные отношения, так и в ходе процедуры банкротства представлял заведомо ложные сведения.

Придя к выводу, что на момент завершения процедуры реализации имущества в отношении должника отсутствовали вступившие в законную силу судебные акты о привлечении ее к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве; факты преднамеренного или фиктивного банкротства отсутствуют; должник представил необходимые сведения в суд первой инстанции и финансовому управляющему, судебные акты о предоставлении заведомо недостоверных сведений не выносились; незаконных действий должника при возникновении или исполнении обязательств перед кредиторами не выявлено, суд первой инстанции завершил процедуру реализации имущества в отношении ФИО1 и освободил её от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами.

Исследовав и оценив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в порядке статей 266–272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Банкротство гражданина регулируется специальными нормами главы X Закона о банкротстве.

Согласно пункту 2 статьи 213.24 названного Закона в случае принятия арбитражным судом решения о признании гражданина банкротом арбитражный суд принимает решение о введении реализации имущества гражданина.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами финансовый управляющий обязан представить в арбитражный суд отчет о результатах реализации имущества гражданина с приложением копий документов, подтверждающих продажу имущества гражданина и погашение требований кредиторов, а также реестр требований кредиторов с указанием размера погашенных требований кредиторов.

Согласно пунктам 2 и 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве по итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества гражданина арбитражный суд выносит определение о завершении реализации имущества гражданина. После завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина.

Освобождение гражданина от обязательств не распространяется на требования кредиторов, предусмотренные пунктами 4 и 5 статьи 213.28 Закона о банкротстве, а также на требования, о наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту принятия определения о завершении реализации имущества гражданина.

В соответствии с пунктом 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае:

- если гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина;

- доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

Данные положения законодательства направлены, в том числе на недопустимость использования механизма освобождения гражданина от обязательств в случаях, когда при возникновении или исполнении обязательства имело место поведение гражданина-должника, не согласующееся с требованиями статей 15 (часть 2) и 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации об обязанности граждан и их объединений соблюдать Конституцию Российской Федерации и законы и о неприемлемости осуществления прав и свобод человека и гражданина в нарушение прав и свобод других лиц, а также с требованиями статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которым при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно и никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 29.05.2019 № 1360-О).

В пунктах 45 и 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» (далее - постановление Пленума № 45) разъяснено, что согласно абзацу четвертому пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение должника от обязательств не допускается, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве должника, последний действовал незаконно, в том числе совершил действия, указанные в этом абзаце. Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах.

В силу разъяснений, данных в пунктах 42 и 43 постановления Пленума № 45, целью положений пункта 3 статьи 213.24, пункта 6 статьи 213.5, пункта 9 статьи 213.9, пункта 2 статьи 213.13, пункта 4 статьи 213.28 и статьи 213.9 Закона о банкротстве в их системном толковании является обеспечение добросовестного сотрудничества должника с судом, финансовым управляющим и кредиторами. Указанные нормы направлены на недопущение сокрытия должником каких-либо обстоятельств, которые могут отрицательно повлиять на возможность максимально полного удовлетворения требований кредиторов, затруднить разрешение судом вопросов, возникающих при рассмотрении дела о банкротстве, или иным образом воспрепятствовать рассмотрению дела.

В соответствии с пунктом 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Согласно пункту 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Из приведенных разъяснений в их совокупности и взаимосвязи следует, что если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично.

Суд первой инстанции, завершая процедуру реализации имущества в отношении ФИО1 и освобождая должника от дальнейшего исполнения обязательств, исходил из того, что разумных оснований полагать возможность пополнения конкурсной массы не имеется. Мероприятия, предусмотренные процедурой реализации имущества гражданина, выполнены в полном объеме.

Из материалов электронного дела следует, что финансовым управляющим предприняты меры по розыску имущества должника путем направления запросов в соответствующие регистрирующие органы и кредитные организации, где у должника имелись открытые счета. В ходе процедуры реализации финансовым управляющим какое-либо ликвидное имущество, помимо ? доли в праве общей долевой собственности на земельный участок с кадастровым номером 23:11:0608004:150 и 1/5 доли в праве общей долевой собственности на жилое здание с кадастровым номером 23:11:0106005:178, не выявлено.

Из отчета финансового управляющего следует, что иное недвижимое имущество, подлежащее включению в конкурсную массу в целях дальнейшей реализации, в собственности должника отсутствует; гражданское оружие, самоходные машины и прицепы к ним, результаты интеллектуальной деятельности и средств индивидуализации за должником не зарегистрированы. Злостного уклонения от уплаты задолженности и непередачи финансовому управляющему или суду первой инстанции каких-либо необходимых для ведения процедуры несостоятельности документов, судом первой инстанции не установлено. Должник в процедуре банкротства вел себя добросовестно, необходимую финансовому управляющему информацию не скрывал, все необходимые документы, информацию о составе своего имущества и месте его нахождения, составе своих обязательств, кредиторах и иные имеющие отношение к делу о банкротстве сведения предоставлял.

Таким образом, учитывая отсутствие какого-либо имущества, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что возможности для расчетов с кредиторами в полном объеме не имеется.

В связи с этим суд первой инстанции обоснованно завершил в отношении ФИО1 процедуру реализации имущества и при отсутствии доказательств недобросовестных действий ФИО1 освободил её от дальнейшего исполнения обязательств.

Довод ФИО3 о том, что должник принял на себя заведомо не исполнимые обязательства перед рядом кредитором, включая самого ФИО3, согласившись выплатить ему компенсацию находящейся в его собственности доли в праве собственности на квартиру, в которой в настоящий момент проживает должник с её детьми и супругом, судом первой инстанции обоснованно отклонен.

Как верно указал суд первой инстанции, указанный довод в части наличия у должника кредиторов, чьи требования так и не были предъявлены для включения в реестр, в ситуации наличия в указанном реестре требований всего двух кредиторов, а именно ПАО «Сбербанк России» и самого ФИО3, не имеет значения, в особенности с учетом того, что требования банка составляют менее 100 тыс. руб., то есть ничтожно малы по сравнению с требованием ФИО3, более того, сам факт взятия на себя иных обязательств перед прочими кредиторами, не обращавшимися с заявлениями о включении их требований в реестр, не свидетельствует о намеренном наращивании должником неисполнимых обязательств с учетом того, что с иском о признании утратившим право собственности на долю в праве собственности на спорную квартиру обратился именно ФИО3, став инициатором указанного судебного разбирательства.

Как указано в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2017 № 304-ЭС17-76, недобросовестное поведение должника должно быть подтверждено достаточными доказательствами.

В рассматриваемом случае подобных доказательств в ходе рассмотрения дела в судах первой и апелляционной инстанций не представлено.

Само по себе принятие должником на себя обязательств в значительном размере, в том числе превышающем стоимость его имущества, не исключает применение к гражданину такого последствия признания его несостоятельным, как освобождение от долгов. Принятие на себя обязательств не может быть расценено как действия, направленные на освобождение от долгов, так как такие действия влекут противоположные последствия.

Прекращение расчетов с кредитором вызвано объективными причинами.

В отличие от недобросовестности неразумность поведения физического лица сама по себе препятствием для освобождения от долгов не является (определение Верховного Суда Российской Федерации от 03.06.2019 № 305-ЭС18-26429).

Как верно указал суд первой инстанции, оснований полагать, что должник преследовал исключительно цель причинения вреда кредитору в лице бывшего супруга посредством принятия на себя обязанности выплатить стоимость его доли в условиях его обращения с заявлением о признании себя банкротом лишь спустя 7 лет после вынесения судом общей юрисдикции судебного акта о признании ФИО3 утратившим право собственности на долю с последующей выплатой ему компенсации, у суда не имеется, более того, в последующем (в 2021 году) семейное положение должника изменилось в результате рождения еще одного ребенка после вступления в новый брак.

Доводы кредитора о предоставлении должником заведомо ложных сведений при оформлении кредита в ПАО «Совкомбанк» также обоснованно признаны судом несостоятельными, так как данный кредитор с заявлением о включении его требования в реестр в рамках данного дела не обращался.

Ссылка ФИО3 на то, что в ходе процедуры банкротства ФИО1 обладала личными денежными средствами, скрыла их от суда и финансового управляющего, потратила на личные нужды, судом апелляционной инстанции отклоняется, поскольку не нашла своего документального подтверждения в материалах дела, притом, что в ходе анализа финансового состояния гражданина финансовым управляющим не выявлено признаков наличия фиктивного или преднамеренного банкротства, не установлено оснований для не освобождения его от имеющихся обязательств.

Суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права. Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, оснований для его отмены в соответствии со статьей 270 АПК РФ суд апелляционной инстанции не усматривает.

Руководствуясь статьями 223, 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд



ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 07.05.2024 по делу № А56-15815/2022 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.


Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в течение одного месяца со дня принятия.



Председательствующий

Е.А. Герасимова

Судьи


С.М. Кротов


А.В. Радченко