Постановление от 27 июля 2025 г. по делу № А56-69778/2023

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, <...>

http://fasszo.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ


28 июля 2025 года

Дело №

А56-69778/2023


Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Тарасюка И.М., судей Казарян К.Г., Чернышева А.А.,

при участии конкурсного управляющего ООО «ДорКолор» (ИНН <***>) ФИО1 (паспорт), от ФИО2 представителей ФИО3 и ФИО4 (доверенность от 01.04.2025),

рассмотрев 24.07.2025 в открытом судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «ДорКолор» ФИО1 на постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.04.2025 по делу № А56-69778/2023/тр.4,

у с т а н о в и л:

общество с ограниченной ответственностью «Перспектива» (далее – ООО «Перспектива») 21.07.2023 обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «ДорКолор» (далее – должник, ООО «ДорКолор») банкротом.

Определением от 26.07.2023 заявление принято к производству. Определением от 29.01.2024 введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО1

Решением от 04.06.2024 введена процедура конкурсного производства, исполняющим обязанности конкурсного управляющего утвержден ФИО1

От ФИО2 (далее также – кредитор) поступило заявление о включении в третью очередь реестра требований кредиторов должника 11 576 097,47 руб.

Определением от 11.12.2024 требование кредитора признано подлежащим удовлетворению после погашения требований должника (пункт 4 статьи 142 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве)) в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

При субординации требований ФИО2 суд руководствовался пунктом 1 статьи 2, пунктом 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), частью 3 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), пунктом 1 статьи 9, пунктом 1 статьи 19, пунктом 4 статьи 142, пунктом 1 статьи 148 Закона о банкротстве, статьей 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках», пунктом 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – Постановление № 35), пунктами 3, 3.1, 3.2, 4 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее – Обзор), постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2011 № 30-П (далее – Постановление № 30-П), определениями Судебной коллегии по экономическим спорам (далее – СКЭС) Верховного Суда Российской Федерации от 23.07.2018 № 305-ЭС18-3009, от 14.11.2022 № 306-ЭС22-14265.

Исходя из толкования перечисленных норм права, их разъяснений со стороны высших судебных инстанций в сочетании с материалами и обстоятельствами по дел суд констатировал, что наличие вступившего в законную силу решения суда не исключает возможности субординации требований кредитора, исходя из особенностей правоотношений должника и ФИО2 Капитализация (финансирование) общества может производиться в период отсутствия признаков неплатежеспособности и выражаться в отсутствии истребования заемных средств.

Не согласившись с данным определением кредитор обратился в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просил определение отменить в части очередности удовлетворения требования.

Постановлением от 17.04.2025 жалоба удовлетворена, определение от 11.12.2024 отменено, требование кредитора включено в составе третьей очереди реестра.

Суд руководствовался пунктом 26 Постановление № 35, статьями 16, 69 АПК РФ, абзацем 8 пункта 3.1 Обзора, Постановлением № 30-П, указав, что наличие преюдициальных судебных актов судов общей юрисдикции, подтверждает отсутствие компенсационного финансирования; на момент выдачи займов признаков неплатежеспособности у должника не было.

Управляющий подал кассационную жалобу, ссылаясь на то, что кредитор на протяжении длительного периода времени предоставлял должнику компенсационное финансирование в форме заключения договоров займа, в связи с чем включение требования в реестра нарушает права независимых кредиторов.

В суд поступил отзыв от кредитора ФИО2, в котором он просил оставить обжалуемый судебный акт без изменения, а кассационную жалобу – без удовлетворения. Аргументы отзыва: 1) судебные акты общей юрисдикции имеют преюдициальный характер для настоящего обособленного спора – ими установлено отсутствие корпоративного характера отношений между должником и кредитором по займам; 2) финансирование ООО «ДорКолор» производилось в период отсутствия признаков неплатежеспособности; 3) кредитор не являлся контролирующем должника лицом (далее – КДЛ), а в период с 16.11.2020 по 15.11.2021 он проходил срочную военную службу.

В судебном заседании конкурсный управляющий поддержал доводы кассационной жалобы в полном объеме.

Представитель ФИО2 просил оставить постановление от 17.04.2025 без изменения.

Остальные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, однако представителей в судебное заседание не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения жалобы.

Исследовав материалы дела, проверив доводы жалобы, суд приходит к следующему выводу.

Между ФИО2 (займодавецем) и ООО «ДорКолор» (заемщиком), в лице генерального директора ФИО5, были заключены договоры займа на общую сумму 9 600 000 руб.:

1)        договор займа от 21.12.2018 № 1 на 5 000 000 руб. (перечислены согласно платежному поручению от 25.12.2018 № 359993);

2)        договор займа от 09.01.2019 № 2 на 500 000 руб. (перечислены согласно платежному поручению от 11.01.2019 № 372947),

3)        договор займа от 10.01.2019 № 3 на 1 000 000 руб. (переданы согласно квитанции от 07.03.2019 № 38925, ордеру от 07.03.2019 № 38925);

4)        договор займа от 18.07.2019 № 5 на 2 900 000 руб. (переданы согласно чеку-ордеру от 18.07.2019 № 5037);

5)        договор займа от 04.06.2020 № 6 на 200 000 руб. (переданы согласно чеку-ордеру от 04.06.2020 № 234841).

Все займы заключены под 8 % годовых со сроком возврата не позднее 21.12.2020.

В связи с ненадлежащим исполнением должником принятых обязательств, кредитор обратился в суд с заявлением о взыскании образовавшейся задолженности.

Решением Фрунзенского районного суда города Санкт-Петербурга от 13.09.2023 по делу № 2-7336/2023, оставленным без изменения апелляционным определением Санкт-Петербургского городского суда от 25.06.2024, с ООО «ДорКолор» в пользу ФИО2 взыскана задолженность по перечисленным займам.

Кредитор указывает на наличие у него права требования к должнику в общем размере 11 576 097,47 руб.

Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц в отношении ООО «ДорКолор», ФИО2 с 13.11.2018 до настоящего времени является участником общества с долей в уставном капитале 40 %.

В соответствии с банковскими выписками по счетам должника, предоставленным суду управляющим, денежные средства, поступавшие по договорам займов от кредитора, расходовались на хозяйственные нужды ООО «ДорКолор»: 1) оплаты по договору лизинга; 2) государственные пошлины за регистрацию транспортных средств; 3) ОСАГО; 4) КАСКО; 5) оплаты обеспечительного платежа по договору аренды; 6) арендные платежи; 7) оплаты за оборудование; 8) обязательные платежи; 9) заработная плата и т.д.

Суд первой инстанции отметил, что в период с 21.12.20218 по 04.06.2020 должник не имел финансовой возможности вести хозяйственную деятельность самостоятельно и был зависим от стороннего финансирования своих учредителей. Выдача займов фактически прикрывала сделку по увеличению уставного капитала ООО «ДорКолор» или внесения взноса в уставный капитал.

ФИО2 ссылался в судах общей юрисдикции (при взыскании задолженностей по займам) на наличие корпоративного конфликта, заключающегося в том, что он отказался участвовать в финансировании должника. ООО «ДорКолор» указывало на корпоративную природу заемных отношений, а также на наличие встречных претензий в части неисполнения обязанности по финансированию его деятельности. При этом суды исходили из того, что спор внешне не носит корпоративный характер.

Использование конструкции заемных отношений, а не корпоративной (взнос/увеличение уставного капитала) допускается исходя из преследования ФИО2 интереса в упрощении процедуры распределения прибыли и избегания налогообложения на распределенную прибыль общества.

О корпоративной природе заемных отношений свидетельствуют  документы, которые были представлены самим кредитором: ордер от 07.03.2019 № 38925 – назначение платежа: взнос учредителя по договору займа от 07.03.2019 № 3 (8 %).

Помимо займа (кредита), могут быть и иные правовые формы, опосредующие отношения экономического кредита. В соответствии с Обзором под финансированием также понимается отсрочка, рассрочка платежа должнику по договорам купли-продажи, подряда, аренды и т.д. (п. 3.3 Обзора), а также отказ от принятия мер к истребованию задолженности, если заем (кредит) был предоставлен не в условиях имущественного кризиса, то его невостребование в таких условиях является по существу новым кредитом (п. 3.2 Обзора).

Участники юридического лица несут риск отрицательных последствий, связанных с его деятельностью. При этом закон не лишает их права на удовлетворение своих требований, однако это право реализуется после расчетов с другими кредиторами за счет оставшегося имущества должника-банкрота (пункт 8 статьи 63 ГК РФ, пункт 1 статьи 148 Закона о банкротстве).

Суд первой инстанции констатировал нетипичный характер сделок: 1) предоставление денежных средств должнику на условиях не доступных независимым субъектам гражданского оборота; 2) отсутствие в материалах дела доказательств и пояснений относительно экономических мотивов предоставления средств, где займодавец является участником уставного капитала, при отсутствии должного обеспечения и принятия мер к истребованию долга вплоть до 2022 г. при возникновении обязанности должника по возврату займов 31.12.2020.

При рассмотрении обособленного спора суд с учетом поступивших возражений проверяет требование кредитора на предмет мнимости или предоставления компенсационного финансирования (абзац 3 пункта 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.12.2024    № 40 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие Федерального закона от 29 мая 2024 года № 107-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и статью 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации»): т.е. суд не отрицает преюдициальности судебных актов общей юрисдикции, однако проводит анализ отношений кредитора и должника на предмет компенсационного финансирования.

Поскольку субординация является вопросом очередности удовлетворения требований кредиторов, которую суд должен определять самостоятельно (вне зависимости от наличия возражений кредиторов), наличие решения суда не препятствует субординации требований контролирующих лиц (определение СКЭС Верховного Суда Российской Федерации от 04.02.2019 № 304-ЭС18-14031).

Как указано в пункте 3.2 Обзора, заем может предоставляться в условиях отсутствия имущественного кризиса.

Если после наступления согласованного в договоре срока возврата займа не принято мер к его истребованию, то такое поведение обусловлено тем, что к этому моменту изъятие финансирования повлекло бы возникновение имущественного кризиса на стороне должника.

Все займы заключены со сроком возврата не позднее 21.12.2020.

Двое конкурсных кредиторов имеют основания требований, возникших в период 2021 г.:

1)        общество с ограниченной ответственностью «Перспектива» (правопреемник общества с ограниченной ответственностью «Техно-ПРОФИ») договор субподряда от 18.05.2021 № 0164200003021000405 – 1 211 450 руб., 32 317 руб. неустойка (дата возникновения основного требования – 09.07.2021);

2)        общество с ограниченной ответственностью «Строительная техника и материалы»: договор на проведение сервисного обслуживания и ремонта машин дорожной разметки от 12.03.2021 № 25-СО и договор поставки от 29.03.2021 № 20 СПБ – 19 755 004,20 руб., 3 158 960,10 неустойка (дата возникновения основного требования – 01.01.2022).

С досудебной претензией кредитор обратился к должнику 19.04.2021; с  исковым заявлением во Фрунзенский районный суд Санкт-Петербурга 27.06.2023: т.е. спустя более двух лет после отправления претензии. При этом ООО «Перспектива» обратилось с заявлением о банкротстве должника 21.07.2023.

Указанное поведение участника и займодавца должника (ФИО2) является типичным поведением, приведенным в пункте 3.2 Обзора. Это было отмечено судом первой инстанции, указавшим  на предоставление денежных средств должнику на условиях не доступных независимым контрагентам, при отсутствии должного обеспечения и длительного непринятия мер к истребованию долга.

В настоящем деле кредитор, зная о финансовом положении компании, не востребовал свои займы, а  отсрочил их до создания обязательств перед конкурсными кредиторами. Следовательно, если даже заем изначально предоставлялся до имущественного кризиса, но при наступлении срока его погашения он не истребовался, требование субординируется.

Неустраненные разумные сомнения относительно того, являлось ли предоставленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов (пункт 3.4 Обзора).

ФИО2 с 13.11.2018 до настоящего времени является участником общества с долей в уставном капитале 40 %,  до 24.12.2019 доля составляла 50 %.

Факт отправки ФИО2 претензии о возврате займов 19.04.2021 демонстрирует сохранение интереса последнего к делам ООО «ДорКолор» и возможность связи с ним.

При перечисленных обстоятельствах, рассматриваемое в настоящем обособленном споре требование, носящее характер скрытого финансирования, не может быть противопоставлено имущественным интересам независимых кредиторов, чьи требования включены в реестр, и удовлетворяться наравне с ними.

Проверяя правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального права, суд кассационной инстанции применительно к части 4 статьи 170 АПК РФ устанавливает, соответствуют ли выводы судов практике применения правовых норм, определенной постановлениями Пленума Верховного Суда Российской по вопросам судебной практики, постановлениями Президиума Верховного Суда Российской Федерации, а также содержащейся в обзорах судебной практики, утвержденных Президиумом Верховного Суда Российской Федерации (абзац 5 пункта 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»).

Практика применения правовых норм учтена судом первой инстанции, следовательно, оснований для отмены определения от 11.12.2024 у суда апелляционной инстанции не имелось.

В связи с удовлетворением кассационной жалобы расходы по государственной пошлине, понесенные управляющим, действовавшим в интересах конкурсной массы ООО «ДорКолор», на основании статьи 110 АПК РФ подлежат возмещению за счет проигравшей стороны.

Руководствуясь статьями 286, 287, 288, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.04.2025 по делу № А56-69778/2023/тр.4 отменить.

Оставить в силе в определение Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 11.12.2024 по делу № А56-69778/2023/тр.4.

Взыскать с ФИО2 (ИНН <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «ДорКолор» (ИНН <***>)50 000 руб. судебных расходов за рассмотрение кассационной жалобы.


И.М. Тарасюк

Судьи


К.Г. Казарян

 А.А. Чернышева