Решение от 18 декабря 2023 г. по делу № А33-16346/2023

АРБИТРАЖНЫЙ СУД КРАСНОЯРСКОГО КРАЯ


ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


РЕШЕНИЕ


18 декабря 2023 года


Дело № А33-16346/2023

Красноярск


Резолютивная часть решения объявлена в судебном заседании 12.12.2023.

В полном объёме решение изготовлено 18.12.2023.


Арбитражный суд Красноярского края в составе судьи Степаненко И.В., рассмотрев в судебном заседании дело по иску ФИО1 (ИНН <***>, СНИЛС <***>, г. Шарыпово Красноярского края) в лице финансового управляющего ФИО2 (650066, г. Кемерово, а/я 5200)

к ФИО3 (г. Шарыпово Красноярского края)

о взыскании денежных средств в порядке привлечения к субсидиарной ответственности,

при участии в судебном заседании:

от истца (дистанционно, с использованием средств веб-конференции при проведении онлайн-заседания, после преодоления технических неполадок): ФИО4, представителя по доверенности от 10.07.2023,

от ответчика (фактически, в зале судебного заседания): ФИО5, представителя по нотариально удостоверенной доверенности от 18.09.2023, номер в реестре № 24/113-н/24-2023-1-647,

при составлении протокола, ведении аудиозаписи и видеозаписи судебного заседания секретарём судебного заседания ФИО6,

установил:

ФИО1 в лице финансового управляющего ФИО2 (далее – истец) обратилась в Арбитражный суд Красноярского края с иском к ФИО3 (далее – ответчик) о взыскании 11 256 250 руб. в порядке привлечения к субсидиарной ответственности.

Требования предъявлены к ответчику как единственному участнику и руководителю ликвидированного юридического лица общества с ограниченной ответственностью «Смена» (ИНН <***>, ОГРН <***>, юридический адрес: 662311 Красноярский край, г. Шарыпово, мкр. Берлин, 15), являвшегося должником по отношению к истцу на основании вступивших в законную силу определений Арбитражного суда Красноярского края от 20.11.2020 по обособленном спору № А33-547-4/2018 и от 18.05.2020 по обособленному спору № А33-547-7/2018.

Определением от 06.06.2023 исковое заявление принято к производству суда.

Определением от 06.06.2023 удовлетворено заявление истца о принятии обеспечительных мер, приняты обеспечительные меры в виде наложения ареста на принадлежащее ФИО3 имущество и денежные средства в пределах суммы заявленных требований 11 256 250 руб.

07.06.2023 на принудительное исполнение судебного акта о принятии обеспечительных мер выдан исполнительный лист ФС № 043156810.

Определением от 23.11.2023 судебное разбирательство отложено на 12.12.2023 в 11 час. 00 мин.

Поскольку ко времени начала судебного заседания у представителя истца имелись технические неполадки при подключении к онлайн-заседанию (транслировался звук без трансляции изображения), и, не смотря на то, что подключение было осуществлено с использованием зарегистрированной учётной записи, представителем ответчика выражены сомнения в идентификации участвующего лица в качестве представителя истца, в связи с чем, до преодоления технических неполадок, в судебном заседании на стадии проверки полномочий объявлен перерыв в пределах процессуального дня на 10 минут.

После окончания перерыва в пределах процессуального дня судебное заседание продолжено при фактическом участии того же представителя ответчика, при попытках подключения представителя истца (с разных учётных записей, с отсутствием изображения и/или звука), однако в ходе судебного заседания технические неполадки были преодолены, подключение осуществлено надлежащим образом, в связи с чем суд вернулся к стадии проверки явки и полномочий представителей сторон.

Полномочия представителей сторон признаны судом, представители допущены к участию в судебном заседании.

Ко дню судебного заседания от истца по системе электронной подачи документов «Мой Арбитр» поступили возражения истца на отзыв ответчика, которые приобщены к материалам дела.

При этом представитель ответчика подтвердил, что указанные возражения получил, однако пояснил, что указанные истцом доводы, по существу, не содержат каких-либо новых, ранее не раскрытых доводов и возражений.

В свою очередь, представителем ответчика представлены письменные дополнения к отзыву с приложением сведений электронного сервиса «Банк данных исполнительных производств» официального сайта Федеральной службы судебных приставов.

Доводы, изложенные в дополнительном отзыве, тезисно озвучены представителем ответчика в ходе судебного заседания, в частности, указано, что, по мнению ответчика, со стороны истца не предпринято всех необходимых и исчерпывающих мер по взысканию задолженности с исключённого юридического лица ООО «Смена», а вынесенные судебные акты преюдициальными для ответчика не являются, поскольку лично (как физическое лицо) она не была привлечена к участию при рассмотрении соответствующих споров.

Представитель истца не возражала против приобщения соответствующих документов к материалам дела, в связи с чем они приобщаются к материалам дела.

При этом ответчик указывает, что считает необходимым со стороны истца представить доказательства виновности ФИО3 в возгорании автомобиля Lexus RX200I и причинно-следственной связи между возгоранием и какими-либо её действиями, либо суду обязать истца истребовать документы от пожнадзора о причинах пожара, когда сгорел автомобиль и была ли оформлена на автомобиль страховка.

Представитель истца пояснила, что полагает выяснение соответствующих обстоятельств, как и соответствующие доказательства, относимыми к предмету спора по рассматриваемому делу.

Арбитражный суд учитывает, что указанное заявление, исходя из буквально использованных формулировок, ходатайством об истребовании доказательств не является, в том числе, поскольку ответчиком не соблюдены требования части 4 статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Кроме того, исходя из буквально использованных формулировок, ответчик просит обязать истца представить или обязать истца истребовать (с целью последующего представления) определённых доказательств, однако в рамках состоязательного искового процесса, по общему правилу, истребование доказательств у стороны по делу не предусмотрено.

Вне зависимости от вышеизложенного, арбитражный суд полагает указанные ответчиком доказательства неотносимыми, применительно к предмету иска и кругу выясняемых обстоятельств, а обстоятельства, которые могут быть установлены на основании анализа соответствующих документов – не имеющими правового значения для разрешения спора, в том числе, поскольку соответствующие доводы направлены на преодоление преюдициальной силы ранее вынесенных и вступивших в законную силу судебных актов и/или выводов суда, которые подлежат учёту при разрешении настоящего спора.

Представителем ответчика также выражено намерение приобщения к материалам дела платёжного документа, подтверждающего оплату денежных средств за автотранспортное средство, однако представитель пояснил, что не имеет возможности надлежащим образом заверить документ и представить его для приобщения, поскольку не располагает подлинным экземпляром.

Представитель истца пояснила, что возражает против приобщения соответствующего документа к материалам дела, в частности, потому, что он не был раскрыт в рамках споров по оспариванию сделок и реституции в виде взыскания (стоимости) имущества.

С учётом позиции истца, а также ввиду того, что ответчиком не представлена надлежащим образом заверенная копия документа (в связи с чем не заявлено об его приобщении), арбитражный судом не рассматривается вопрос о приобщении документа к материалам дела.

Арбитражный суд, при этом, учитывает, что исходя из процессуальных сроков рассмотрения спора и неоднократного отложения судебных заседаний, в том числе, на продолжительный срок, ответчик имел возможность надлежащим образом оформить и представить любой массив доказательств в подтверждение своих возражений и/или в опровержение доводов истца, в связи с чем, бездействие по указанному вопросу относится к рискам самого ответчика, как участника процесса. Учитывает арбитражный суд и то обстоятельство, что истец находится в процедуре банкротства, следовательно, затягивание настоящего судебного разбирательства влечёт связанные с указанным обстоятельствам негативные последствия как для истца (вынужденного продолжительное время претерпевать ограничения, связанные с введением процедуры банкротства), так и для сообщества его кредиторов (заинтересованных в скорейшем, максимально полном пропорциональном удовлетворении их требований, признанных обоснованными), при этом, затягивание производства по настоящему спору может повлечь и наращивание текущих обязательств истца.

Кроме того, исходя из предмета спора и круга выясняемых обстоятельств, указанное доказательство, даже в ситуации его представления, не имело бы правового значения для разрешения спора по существу.

Вместе с тем, ответчик не лишён возможности попытки последующего представления соответствующих документов (в том числе, при теоретически возможном последующем оспаривании судебного акта), со ссылкой на то, что судом первой инстанции не было предписано истцу представить указанные ответчиком документы и/или не предоставлено дополнительное время для надлежащего оформления, заверения и представления документов.

Представитель истца поддержала исковые требования в полном объёме (с учётом уточнения), дала пояснения согласно заявленным доводам и представленным доказательствам.

Представитель ответчика против удовлетворения иска возражал, в том числе на основании доводов, изложенных в письменных отзывах и дополнениях к ним.

При рассмотрении дела установлены следующие, имеющие значение для рассмотрения спора, обстоятельства.

Общества с ограниченной ответственностью «Смена» (ИНН <***>, ОГРН <***>, юридический адрес на момент прекращения: 662311 Красноярский край, г. Шарыпово, мкр. Берлин, 15) утверждено учредительным договором от 01.11.2000, выписка из Единого государственного реестра юридических лиц содержит сведения о регистрации юридического лица Администрацией города Шарыпово Красноярского края 29.11.2000.

Впоследствии, доли в уставном капитале общества неоднократное перераспределялись, а также происходила смена единоличного исполнительного органа.

В выписках из Единого государственного реестра юридических лиц, фиксирующих последовательную смену единоличных исполнительных органов и участников общества, следует, что ФИО3 фигурирует в качестве участника с долей участия 100 % с 26.07.2017 (запись за единым государственным регистрационным номером № 2172468778172), с 11.09.2017 учтена в качестве единоличного исполнительного органа (директора), о чём внесена запись от 11.09.2017 № 2172468925572.

При этом в рамках иного дела (по спору между обществом и гарантирующим поставщиком) были представлены решение участника общества от 31.08.2017 о назначении ФИО3 на должность директора (здесь и далее – прямая ссылка на документ, размещённый в разделе «Картотека арбитражных дел»: https://kad.arbitr.ru/SimpleJustice/Attachment/ea23d29d-a68e-4d1b-a1c5-aa58488c43b4/e96995b6-7c97-4a04-b744-973b50e98437/%D0%A0%D0%B5%D1%88%D0%B5%D0%BD%D0%B8%D0%B5%20%D0%BE%20%D0%BD%D0%B0%D0%B7%D0%BD%D0%B0%D1%87%D0%B5%D0%BD%D0%B8%D0%B8%20%D0%B4%D0%B8%D1%80%D0%B5%D0%BA%D1%82%D0%BE%D1%80%D0%B0%20%D0%9E%D0%9E%D0%9E%20%D0%A1%D0%BC%D0%B5%D0%BD%D0%B0%20%D0%BD%D0%B0%201%20%D0%BB.pdf), приказ о приёме ФИО3 на работу в качестве директора (https://kad.arbitr.ru/SimpleJustice/Attachment/ea23d29d-a68e-4d1b-a1c5-aa58488c43b4/bea5895f-a2b1-4faa-8bb2-632fb8b423c1/%D0%9F%D1%80%D0%B8%D0%BA%D0%B0%D0%B7%20%D0%BE%20%D0%BD%D0%B0%D0%B7%D0%BD%D0%B0%D1%87%D0%B5%D0%BD%D0%B8%D0%B8%20%D0%B4%D0%B8%D1%80%D0%B5%D0%BA%D1%82%D0%BE%D1%80%D0%B0%20%D0%9E%D0%9E%D0%9E%20%D0%A1%D0%BC%D0%B5%D0%BD%D0%B0%20%D0%BD%D0%B0%201%20%D0%BB.pdf).

Согласно Уставу общества, утверждённому решением единственного учредителя 12.10.2016, высшим органом общества является общее собрание участников (пункт 19.1), руководство текущей деятельностью общества осуществляет единоличный исполнительный орган – директор (пункт 21.1), который хотя и подотчётен общему собранию участников, принимает решения единолично (пункт 21.6).

В письме Управления Федеральной налоговой службы по Красноярскому краю от 19.06.2023 № 2.18-10/01/04715дсп отражено, что с 01.01.2004 общество применяло упрощённую систему налогообложения с объектом «Доходы». Бухгалтерская и финансовая отчётность сдана обществом за 2017 и 2018 годы, за период с 2019 по 2021 годы не сдавалась.

Из представленной бухгалтерской отчётности (последняя – за 2018 год), в разделе «Отчёт о финансовых результатах» фиксируется снижение выручки и себестоимости продаж (1 640 000 руб. в 2018 году, при 3 077 000 в прошлом году, 1 610 000 в 2018 году, при 2 926 000 в прошлом году), также в балансе зафиксировано последовательное уменьшение основных средств (на 31.12.2016 – 180 000 руб., на 31.12.2017 – 76 000 руб., на 31.12.2018 – 40 000 руб.).

Среднесписочная численность работников в 2017 и 2018 году составляла 1 человек.

Из представленных в материалы дела во исполнение определения суда документов следует, что счета общества в кредитных организациях закрыты 13.12.2018 и 11.03.2021.

Материалы регистрационного дела содержат пояснения о том, что 30.11.2018 договор с ООО «Смена» от 01.01.2011 на аренду нежилого здания по адресу: Красноярский край, г. Шарыпово, мкр. Берлин, 15, был расторгнут. С 01.12.2018 ООО «Смена» по указанному адресу не находится и деятельность не осуществляет. При этом представлено соглашение о расторжении договора арены нежилого здания от 30.11.2018.

В Единый государственный реестр юридических лиц регистрирующим органом внесена запись от 24.10.2019 за государственным регистрационным номером № 2192468915274 «сведения недостоверны (результаты проверки достоверности содержащихся в ЕГРЮЛ сведений о юридическом лице)», 16.11.2020 принято решение о предстоящем исключении недействующего юридического лица из Единого государственного реестра юридических лиц (о чём внесена запись от 18.11.2020 № 2202400939508), 10.03.2021 принято решение о государственной регистрации прекращения юридического лица (исключения из ЕГРЮЛ в связи с наличием в ЕГРЮЛ сведений о нём, в отношении которых внесена запись о недостоверности), о чём внесена запись от 10.03.2021 за государственным регистрационным номером № 2212400113935.

Таким образом, юридическое лицо, полным корпоративным контролем над которым обладала ответчик, прекращено.

Определением от 16.03.2018 в рамках дела № А33-5676/2018 к производству принято исковое заявление публичного акционерного общества «Красноярскэнергосбыт» к обществу с ограниченной ответственностью «Смена» о взыскании задолженности за потребленную электроэнергию в размере 1 125 822,71 руб.

Решением от 27.06.2018 по делу № А33-5676/2018, оставленным без изменения постановлением Третьего арбитражного апелляционного суда от 23.10.2018, с общества в пользу гарантирующего поставщика взыскано 1 144 322,71 руб. задолженности за потреблённую электроэнергию.

Объём электроэнергии, задолженность за потребление которой была взыскана с общества, был определён расчётным способом ввиду безучётного потребления электроэнергии, поскольку во ВРУ-0,4кВ ТП 40-35-24 на расчетном приборе учета № 009072062000615 нарушены пломбы: на клеммной крышке № 43248501, на корпусе прибора учета № А124111752 отсутствует антимагнитная пломба № 24030471146, установленная согласно акту № 78-1515 от 22.08.2016; сорвана свинцовая пломба государственного поверителя (пломбировочная проволока порвана, пломба закреплена на вентиле клеммной крышки), отсутствует знак визуального контроля завода-изготовителя с правой стороны прибора учета.

О наличии указанного спора ответчик была осведомлена, в частности, именно ею, в качестве руководителя, подписана апелляционная жалоба (https://kad.arbitr.ru/SimpleJustice/PdfDocument/ea23d29d-a68e-4d1b-a1c5-aa58488c43b4/ef850010-7f71-46d1-85fd-7a3916916406/A33-5676-2018_20180731_Apelljacionnaja_zhaloba.pdf).

На принудительное исполнение судебного акта 31.10.2018 выдан исполнительный лист ФС № 026237635.

В рамках процедуры банкротства ФИО1 (дело № А33-547/2018) 03.10.2019 в Арбитражный суд Красноярского края поступило заявление финансового управляющего ФИО2, согласно которому заявитель просил: - признать недействительным договор купли-продажи автомобиля от 05.06.2018, заключенный между ФИО1 и ООО «Смена», - применить последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу автомобиля Lexus RX200T, 2017 г.в., идентификационный номер (VIN) <***>.

Определением Арбитражного суда Красноярского края от 18.05.2020 (резолютивная часть которого вынесена 12.05.2020), оставленным без изменения постановлением Третьего арбитражного апелляционного суда от 06.07.2020, недействительной сделкой признан договор от 05.06.2018 купли-продажи транспортного средства - автомобиля Lexus RX200T, 2017 года выпуска, идентификационный номер (VIN) <***>, заключенный между ФИО1 и обществом с ограниченной ответственностью «Смена» (ОГРН <***>). Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с общества с ограниченной ответственностью «Смена» в конкурсную массу ФИО1 (ОГРН <***>) 2 550 000 рублей. Кроме того с ООО «Смена» в конкурсную массу ФИО1 взысканы денежные средства в сумме 9 000 руб.

22.07.2020 на принудительное исполнение судебного акта выдан исполнительный лист ФС № 033380894.

Указанным судебным актом установлено, в частности, что 05.06.2018 между ФИО1 (Продавец) и ООО «Смена» (Покупатель) заключен договор купли продажи, в соответствии с условиями которого Продавец продает, а Покупатель приобретает легковой автомобиль марки Lexus RX200T, принадлежащий продавцу на основании паспорта транспортного средства серии 78 УХ № 37931, выданного 23.09.2007, VIN <***>, кузов <***>, двигатель 8 AR W624988, цвет черный, СТС 24 52 № 883681, ГОС № Р099АЕ124. В соответствии с пунктом 3.1 договора от 05.06.2018 Продавец продает Покупателю в собственность принадлежащий продавцу автомобиль по цене 2 550 000 руб. Согласно пункту 3.2 договора от 05.06.2018 покупатель оплачивает общую сумму Договора в рассрочку в течение месяца наличным платежом с момента подписания настоящего договора. 22.10.2018 между ООО «Смена» (Продавец) и ФИО7 (Покупатель) заключен договор купли-продажи транспортного средства марки Lexus RX200T, принадлежащий продавцу на основании паспорта транспортного средства серии 78 УХ № 37931. Факт совершения регистрационных действий по смене собственника спорного транспортного средства, основанных на договорах от 05.11.2017, от 05.06.2018, от 22.10.2018 подтверждается представленными Управлением ГБДД ГУ МВД России по Красноярскому краю данными автоматизированных учетов Госавтоинспекции (письмо от 24.01.2020 № 34-539). В соответствии выпиской по расчетному счету № <***> в ПАО «Сбербанк России» за период с 01. 06.2018 по 01.12.2018 на счет поступило 344871 руб., остаток на начало периода составляет 0 руб. Согласно сведениям из Единого государственного реестра юридических лиц в отношении руководителей/учредителей ООО «Смена» ФИО1 являлась в период с 15.01.2014 по 10.09.2017 единоличным исполнительным органом, в период с 20.10.2016 по 25.07.2017 учредителем общества. В период с 11.09.2017 по настоящее время единоличным исполнительным органом общества является ФИО3, а с 26.07.2017 по настоящее время – учредителем общества. Как следует из определения Арбитражного суда Красноярского края от 26.10.2018 по делу № А33-547-3/2018 спорное транспортное средство ФИО1 приобрела по договору №12162 от 05.11.2017, в том числе за счет кредитных средств в сумме 1 742 000 руб. В обеспечение надлежащего исполнения обязательств по кредитному договору, между АО «Тойота Банк» и ФИО1 заключен договор о залоге. В связи с тем, что ФИО1 задолженность по кредитному договору не погашена, АО «Тойота Банк» обратилось в Арбитражный суд Красноярского края с заявлением о включении в реестр требований кредиторов задолженности в сумме 1 672 216,66 руб. Определением Арбитражного суда Красноярского края от 26.10.2018 по делу № А33-547-3/2018 требование акционерного общества «Тойота Банк» включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника – ФИО1 в размере 1 672 216,66 руб. – основного долга, как обеспеченное залогом автомобиля LEXUS RX 200Т, 2017 года выпуска. Доказательства того, что сделка по реализации имущества была для должника и его кредиторов экономически выгодной, материалы дела не содержат. Напротив, выбытие из конкурсной массы такого имущества привели к негативным последствиям для кредиторов в виде неудовлетворения своих требований за счет спорного имущества.

При этом осуществлено последующее отчуждение имущества, поскольку собственником спорного транспортного средства является ФИО7 (договор купли-продажи транспортного средства от 22.10.2018, заключенный с ООО «Смена»).

Кроме того, определением от 20.11.2020 (резолютивная часть которого вынесена 12.10.2020) по обособленному спору № А33-547-4/2018, остановленным без изменения постановлением Третьего арбитражного апелляционного суда от 01.03.2021, признаны недействительными сделками договор купли-продажи от 29.09.2017, заключенный между ФИО1 и ООО «Смена», договор купли-продажи от 02.10.2017, заключенный между ФИО1 и ООО «Смена». Применены последствия недействительности путём взыскания с ООО «Смена» в пользу конкурсной массы ФИО1 денежных средств в сумме 8 697 250 руб.

В тексте судебного акта указано, что ФИО1 (продавец) и ООО «Смена» (покупатель) заключен договор купли-продажи от 29.09.2017, согласно которому продавец продал, а покупатель купил нежилое помещение по адресу: Красноярский край, г. Шарыпово, Пионерская промбаза, ул. Индустриальная, №30/8, пом. 2, площадь 440,4 кв.м., кадастровый номер 24:57:0000036:463 и земельный участок по адресу: Красноярский край, г. Шарыпово, Пионерская промбаза, ул. Индустриальная, 28, площадь 5 558 кв.м., кадастровый номер 24:57:0000036:143 (пункты 1 и 2 договора). На основании пункта 3 договора цена имущества составляет 1 000 000 руб., при этом стоимость помещения составляет 250 000 руб., стоимость земельного участка – 750 000 руб. ФИО1 (продавец) и ООО «Смена» (покупатель) заключен договор купли-продажи от 02.10.2017, согласно которому продавец продал, а покупатель купил нежилое здание по адресу: <...>, площадь 309 кв.м., кадастровый номер 24:57:0000034:337 и земельный участок по адресу: <...>, площадь 718 кв.м., кадастровый номер 24:57:0000034:30 (пункты 1 и 2 договора). На основании пункта 3 договора цена имущества составляет 1 000 000 руб., при этом стоимость здания составляет 750 000 руб., стоимость земельного участка – 250 000 руб. В материалы дела Федеральным государственным бюджетным учреждением «Федеральная кадастровая плата Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии» по Красноярскому краю предоставлены Выписки из Единого государственного реестра недвижимости об объекте недвижимости, согласно которым нежилое помещение по адресу: Красноярский край, г. Шарыпово, Пионерская промбаза, ул. Индустриальная, №30/8, пом. 2, площадь 440,4 кв.м., кадастровый номер 24:57:0000036:463 и земельный участок по адресу: Красноярский край, г. Шарыпово, Пионерская промбаза, ул. Индустриальная, 28, площадь 5 558 кв.м., кадастровый номер 24:57:0000036:143 принадлежат на праве собственности ФИО8; нежилое здание по адресу: <...>, площадь 309 кв.м., кадастровый номер 24:57:0000034:337 и земельный участок по адресу: <...>, площадь 718 кв.м., кадастровый номер 24:57:0000034:30 принадлежат на праве собственности ФИО9. Представленные в совокупности документы свидетельствуют о переходе прав по спорным договорам первоначально к ООО «Смена», а затем к иным лицам.

Таким образом, применение последствий недействительности сделок в виде взыскания денежных средств в конкурсную массу обусловлено последующим отчуждением имущества.

Из поступившей в материалы дела по настоящему делу выписки следует, что отчуждение практически всех объектов недвижимости, зарегистрированных за обществом, осуществлено в период совмещения корпоративного контроля ответчика над обществом (12.04.2018, 29.10.2018, 31.10.2018).

Из материалов дела о банкротстве следует, что о рассмотрении обособленных споров ответчик была осведомлена и лично, в частности, именно ею выданы доверенности на представителей от 15.11.2019 № 02 (https://kad.arbitr.ru/SimpleJustice/Attachment/69be2920-00ad-40cc-8e71-260cc16f661f/84d1231c-ea57-4338-a143-79b5e880f683/%D0%94%D0%BE%D0%B2%D0%B5%D1%80%D0%B5%D0%BD%D0%BD%D0%BE%D1%81%D1%82%D1%8C%20%E2%84%9602%20%D0%BE%D1%82%2015.11.2019%20%D0%BD%D0%B0%201%20%D0%BB..pdf), от 15.11.2019 № 03 (https://kad.arbitr.ru/SimpleJustice/Attachment/69be2920-00ad-40cc-8e71-260cc16f661f/9918a734-785d-4c4a-9955-9262292adc14/%D0%94%D0%BE%D0%B2%D0%B5%D1%80%D0%B5%D0%BD%D0%BD%D0%BE%D1%81%D1%82%D1%8C%2003%20%D0%BE%D1%82%2015.11.2019%20-%20%D0%BD%D0%B0%201%20%D0%BB..pdf), от 20.05.2020 (https://kad.arbitr.ru/SimpleJustice/Attachment/69be2920-00ad-40cc-8e71-260cc16f661f/cac21978-2410-4093-b812-f8b762340caf/%D0%94%D0%BE%D0%B2%D0%B5%D1%80%D0%B5%D0%BD%D0%BD%D0%BE%D1%81%D1%82%D1%8C%20%D0%BD%D0%B0%20%D0%BF%D1%80%D0%B5%D0%B4%D1%81%D1%82%D0%B0%D0%B2%D0%B8%D1%82%D0%B5%D0%BB%D1%8F.pdf), а также лично подписана апелляционная жалоба (https://kad.arbitr.ru/SimpleJustice/Attachment/69be2920-00ad-40cc-8e71-260cc16f661f/e2261501-da1a-4249-9407-cbbd4bbc6110/%D0%90%D0%BF%D0%B5%D0%BB%D0%BB%D1%8F%D1%86%D0%B8%D0%BE%D0%BD%D0%BD%D0%B0%D1%8F%20%D0%B6%D0%B0%D0%BB%D0%BE%D0%B1%D0%B0.pdf).


Из материалов дела следует, что на основании выданного арбитражным судом исполнительного листа ФС 033380894 было возбуждено исполнительное производство от 21.08.2020 № 70939/20/24051-ИП, оконченное 15.12.2020 на основании пункта 3 части 1 статьи 46 Закона об исполнительном производстве.

Во исполнение определения суда об истребовании доказательств Главным управлением Федеральной службы судебных приставов по Красноярскому краю представлены сведения (https://kad.arbitr.ru/SimpleJustice/Attachment/88d7d956-c295-461d-b21d-7ba237442553/31a5c235-ed6b-4786-9dc5-3d5621d436e0/Untitled_20230630_193949.pdf), в соответствии с которыми с должника в рамках исполнительного производства денежные средства не удерживались.

Решением Шарыповского городского суда Красноярского края от 26.01.2021 по делу № 2-72/2021 (https://kad.arbitr.ru/SimpleJustice/Attachment/88d7d956-c295-461d-b21d-7ba237442553/f9f05f1c-fb5a-4acf-8758-14c15b07bdee/10.%D0%A0%D0%B5%D1%88%D0%B5%D0%BD%D0%B8%D0%B5%20%D0%A8%D0%B0%D1%80%D1%8B%D0%BF%D0%BE%D0%B2%D1%81%D0%BA%D0%BE%D0%B3%D0%BE%20%D0%B3%D0%BE%D1%80%D0%BE%D0%B4%D1%81%D0%BA%D0%BE%D0%B3%D0%BE%20%D1%81%D1%83%D0%B4%D0%B0%20%D0%BE%D1%82%2026.01.2021%20%D0%BF%D0%BE%20%D0%B4%D0%B5%D0%BB%D1%83%20%E2%84%962-72.2021%20%D0%BD%D0%B0%206%D0%BB.pdf), при этом, удовлетворены исковые требования финансового управляющего ФИО2, из чужого незаконного владения ФИО7 в конкурсную массу истца истребовано автотранспортное средство Lexus RX200T, вместе с тем, по сведениям ОНД и ПР по городу Шарыпово, Шарыповскому МО и Ужурскому районам МЧС России (https://kad.arbitr.ru/SimpleJustice/Attachment/88d7d956-c295-461d-b21d-7ba237442553/6a7f96a5-a711-47f3-b595-d9f70c6a2cd7/2.%D0%9C%D0%A7%D0%A1%20%D0%BE%D1%82%D0%B2%D0%B5%D1%82.pdf), в результате пожара, произошедшего 07.05.2022 на промбазе в городе Шарыпово автотранспортное средство повреждено по всей площади опасными факторами пожара (возбуждено уголовное дело № 12210040011000003).


Как кредитор, чьи требования не удовлетворены обществом, исключённым из Единого государственного реестра юридических лиц в административном порядке (в том числе, в рамках исполнительного производства) и требования по объективным причинам не могут быть предъявлены к обществу, истец обратился с настоящим иском о взыскании денежных средств с ответчика, обладающей полным корпоративным контролем за обществом (как единственным участником и одновременно руководителем) о взыскании денежных средств в порядке субсидиарной ответственности.

Размер субсидиарной ответственности определён как сумма взысканных вступившими в законную силу судебными актами в рамках процедуры банкротства истца денежных средств 11 256 250 руб. (2 550 000 руб. + 9000 руб.+ 8 697 250 руб.), за вычетом суммы 200 000 руб., ввиду реализации в ходе процедуры банкротства транспортного средства Lexus RX200T (https://kad.arbitr.ru/SimpleJustice/Attachment/88d7d956-c295-461d-b21d-7ba237442553/30c1620b-4b14-4c56-97b8-8f56395d0325/1.%D0%9F%D1%80%D0%BE%D1%82%D0%BE%D0%BA%D0%BE%D0%BB%20%D0%BE%D0%BF%D1%80%D0%B5%D0%B4%D0%B5%D0%BB%D0%B5%D0%BD%D0%B8%D1%8F%20%D1%83%D1%87%D0%B0%D1%81%D1%82%D0%BD%D0%B8%D0%BA%D0%BE%D0%B2%20%D0%BE%D1%82%D0%BA%D1%80%D1%8B%D1%82%D1%8B%D1%85%20%D1%82%D0%BE%D1%80%D0%B3%D0%BE%D0%B2%20120803-%D0%9C%D0%AD%D0%A2%D0%A1%20%D0%BF%D0%BE%20%D0%BB%D0%BE%D1%82%D1%83%201.pdf), уточнённый размер субсидиарной ответственности определён в сумме 11 056 250 руб.

Возражая против заявленных требований, в представленном отзыве и дополнениях к нему, ответчик указал следующее:

- на момент начала трудовых отношений ответчика и общества обременений, в том числе кредитных и иных долговых обязательств не имелось, ответчику также неизвестно о наличии долговых обязательств бывших участников;

- причиной прекращения хозяйственной деятельности ООО «Смена» явилось то обстоятельство, что 05.12.2017 инспектором сетевой организацией ПАО «МРСК Сибири» на объекте общества установлено нарушение системы учёта. На время проверки и определения начисленной суммы штрафной задолженности и в отсутствие электроснабжения была приостановлена деятельность общества, а финансовой возможности оплатить выявленное безучётное потребление не имелось, что повлекло фактическую остановку деятельности общества;

- при этом, для урегулирования спора с гарантирующим поставщиком общество отстаивало интересы в арбитражном суде (что опровергает довод о том, что ответчик, своими действиями (бездействием), способствовал исключению общества из Единого государственного реестра юридических лиц);

- на период заключения договора купли-продажи между ООО «Смена» каких-либо обеспечительных мер, связанных с запретом регистрирующему органу совершать или ограничивать регистрационные действия как в отношении самого общества, так и в отношении объектов недвижимого имущества, не существовало;

- истцом не представлено каких-либо доказательств в подтверждение того, что ответчик может быть квалифицирован в качестве контролировавшего должника лица;

- вопрос по спорному автотранспортному средству Lexus была рассмотрен в арбитражном суде, а впоследствии также вынесен судебный акт об его истребования из чужого незаконного владения (11.05.2023 автомобиль был изъят) и реализован в рамках осуществления мероприятий в процедуре банкротства, при этом в отношении автотранспортного средства также не имелось обременений и запретов;

- по мнению ответчика, поскольку в рамках рассмотрения спора в суде общей юрисдикции было отказано в удовлетворении требований об истребовании автотранспортного средства из чужого незаконного владения общества, в рамках разрешения спора по приобретению и продаже автомобиля общество не признано виновным;

- каких-либо умышленных действий, способствующих прекращению деятельности общества, со стороны директора ФИО3 не совершалось;

- являясь директором общества, ответчик в качестве должника по арбитражным делам, в рамках которых проводились экспертные исследования, не принимала участия, в качестве соответчика не привлекалась при этом имущество не находилось в залоге, что давало право распоряжаться им по своему усмотрению;

- судебные акты, вынесенные в отношении ООО «Смена», преюдициальной силы для ответчика (руководителя, физического лица) не имеют;

- финансовый управляющий (процессуальный истец) не предпринял надлежащих мер по принудительному исполнению судебного акта по обособленному спору № А33-547-4/2018, исполнительный лист не получил, исполнительное производство возбуждено не было, что способствовало исключению общества из ЕГРЮЛ, таким образом, истцом не предпринято необходимых и надлежащих мер;

- по мнению ответчика, совокупность действий финансового управляющего в их взаимосвязи свидетельствует об умышленном достижении цели привлечения руководителя общества к субсидиарной ответственности, без надлежащей реализации механизма взыскания денежных средств с общества;

- не установлено взаимосвязи между возгоранием автомобиля и какими-либо действиями ответчика.

По результатам анализа документов, поступивших в материалы дела во исполнение определения суда об истребовании доказательств, финансовый управляющий представил письменные пояснения, в которых указал, что из анализа банковской выписки следует, что денежные средства после продажи имущества обществом «Смена» 3 лицам (автомобиля, земельных участков и нежилых помещений) в 2018 году, на счета общества не поступали. В бухгалтерском балансе за 2018 год также не отражены данные денежные средства с продажи имущества. При этом, на момент продажи транспортного средства - 22.10.2018, судебный акт в соответствии с которым, с ООО «Смена» в конкурсную массу ФИО1 взыскана сумма в размере 2 550 000 рублей, уже вступил в законную силу (дата вступления в законную силу - 18.05.2020). Также как и продав недвижимое имущество в октябре 2018 года, ответчик знал, что в арбитражном суде рассматривается дело по заявлению финансового управляющего о признании сделок по приобретению обществом «Смена» этих объектов недействительными. Таким образом, ответчик, получив денежные средства с продажи имущества общества, не предприняла меры для погашения имеющейся задолженности перед истцом, а как усматривается из бухгалтерского баланса и банковских выписок - присвоила данные денежные средства себе. Указанное поведение ответчика не соответствует добросовестному поведению участников гражданского оборота при получении денежных средств с продажи имущества, сделки по которым были оспорены;

- доказательств того, что ответчиком предпринимались какие-либо меры для погашения долга перед истцом, размер которого установлен судебными решениями, не имеется.

С учётом доводов ответчика, истец представил пояснения о том, что требования предъявлены к ответчику как единственному участнику и руководителю ликвидированного юридического лица ООО «Смена», являвшегося должником по отношению к истцу на основании вступивших в законную силу определений Арбитражного суда Красноярского края от 20.11.2020 по обособленном спору № А33-547- 4/2018 и от 18.05.2020 по обособленному спору № А33-547-7/2018. По вышеназванным судебным актам ООО «Смена» активно участвовало в судебных заседаниях, представляло письменную позицию, подавало апелляционные жалобы по делам. Таким образом, ответчик ФИО10 не могла не знать об имеющихся спорах в арбитражном суде в отношении ООО «Смена». Ответчик при наличии признаков неплатежеспособности не обратилась в установленный законом срок в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом. При этом, со слов представителя ответчика ООО «Смена» переехало с места государственной регистрации юридического лица по месту жительства ФИО10, налоговый орган извещен об этом не был в нарушение Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ. Таким образом, ответчик, сменив адрес ООО «Смена» и не уведомив об этом налоговый орган не могла не осознавать, что по результатам мероприятий налогового контроля ООО «Смена» будет исключено из ЕГРЮЛ как недействующее юридическое лицо.


Исследовав представленные доказательства, оценив доводы лиц, участвующих в деле, арбитражный суд пришел к следующим выводам.

В соответствии со статьей 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

В силу части 1 статьи 399 Гражданского кодекса Российской Федерации, если основной должник отказался удовлетворить требование кредитора или кредитор не получил от него в разумный срок ответ на предъявленное требование, это требование может быть предъявлено лицу, несущему субсидиарную ответственность.

Право на возмещение убытков возникает у кредитора как из нарушения договорного обязательства (статья 393 Гражданского кодекса Российской Федерации), так и из деликтного обязательства (статья 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Ввиду исключения общества из Единого государственного реестра юридических лиц и невозможности взыскания с него задолженности, подтверждённой вступившими в законную силу судебными актами, истец обратился с настоящим иском к ответчику, как к единственному участнику и руководителю общества.

То обстоятельство, что именно ответчик являлась руководителем и единственным участником общества в спорный период и до момента его прекращения подтверждается как сведениями, отражёнными в Едином государственном реестре юридических лиц, так и материалами регистрационного дела (и самим ответчиком не оспаривается).

Пунктом 3 статьи 64.2 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что исключение недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц не препятствует привлечению к ответственности лиц, указанных в статье 53.1 настоящего Кодекса, в которой, в свою очередь, предусмотрено, что лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску. Ответственность, предусмотренную пунктом 1 настоящей статьи, несут также члены коллегиальных органов юридического лица, за исключением тех из них, кто голосовал против решения, которое повлекло причинение юридическому лицу убытков, или, действуя добросовестно, не принимал участия в голосовании. Лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 настоящей статьи, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Статьями 32, 40 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон об ООО) предусмотрено, что высшим органом общества является общее собрание участников общества. Общее собрание участников общества может быть очередным или внеочередным. Все участники общества имеют право присутствовать на общем собрании участников общества, принимать участие в обсуждении вопросов повестки дня и голосовать при принятии решений. Единоличный исполнительный орган общества (генеральный директор, президент и другие) избирается общим собранием участников общества на срок, определенный уставом общества, если уставом общества решение этих вопросов не отнесено к компетенции совета директоров (наблюдательного совета) общества. Единоличный исполнительный орган общества может быть избран также не из числа его участников. Единоличный исполнительный орган общества: без доверенности действует от имени общества, в том числе представляет его интересы и совершает сделки; выдает доверенности на право представительства от имени общества, в том числе доверенности с правом передоверия; издает приказы о назначении на должности работников общества, об их переводе и увольнении, применяет меры поощрения и налагает дисциплинарные взыскания; осуществляет иные полномочия, не отнесенные настоящим Федеральным законом или уставом общества к компетенции общего собрания участников общества, совета директоров (наблюдательного совета) общества и коллегиального исполнительного органа общества.

Члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно (пункт 1 статьи 44 Закона об ООО).

Действующее законодательство предусматривает такую сущность конструкции юридического лица, которая предполагает имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), его самостоятельную ответственность (статья 56 ГК РФ), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений, так и запрет на причинение ими вреда независимым участникам оборота посредством недобросовестного использования института юридического лица (статья 10 ГК РФ).

В пункте 3.1 статьи 3 Закона об ООО указано, что исключение общества из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

По смыслу названного положения статьи 3 Закона об ООО в случае, если истец представил доказательства наличия у него убытков, вызванных неисполнением обществом обязательств перед ним, а также доказательства исключения общества из единого государственного реестра юридических лиц, контролировавшее лицо может дать пояснения относительно причин исключения общества из этого реестра и представить доказательства правомерности своего поведения. В случае отказа от дачи пояснений (в том числе при неявке в суд) или их явной неполноты, непредоставления ответчиком суду соответствующей документации бремя доказывания правомерности действий контролировавших общество лиц и отсутствия причинно-следственной связи между указанными действиями и невозможностью исполнения обязательств перед кредиторами возлагается судом на ответчика.

Таким образом, пункт 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» предполагает его применение судами при привлечении лиц, контролировавших общество, исключенное из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном законом для недействующих юридических лиц, к субсидиарной ответственности по его долгам по иску кредитора.

В постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.05.2021 № 20-П указано, что исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ является вынужденной мерой, приводящей к утрате правоспособности юридическим лицом, минуя необходимые, в том числе для защиты законных интересов его кредиторов, ликвидационные процедуры. Она не может служить полноценной заменой исполнению участниками организации обязанностей по ее ликвидации, в том числе в целях исполнения организацией обязательств перед своими кредиторами, тем более в случаях, когда исковые требования кредитора к организации уже удовлетворены судом и, соответственно, включены в исполнительное производство.

В постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 07.02.2023 № 6-П, в свою очередь, изложена правовая позиция о том, что в нормах об отдельных категориях субъектов, о некоторых видах деятельности законодатель воспроизводит конституционное и общеотраслевое положение об обязательности добросовестного поведения, дополнительно подчеркивая тем самым особую значимость следования в соответствующих случаях стандарту добросовестности и акцентируя внимание на требованиях к обязанному лицу, связанных с учетом законных интересов других лиц, с проявлением им большей осмотрительности, разумности, с рачительным отношением к вверенному имуществу и пр. Отмеченное означает, что в таких случаях обязанное лицо должно прилагать дополнительные усилия, включая несение расходов для обеспечения их эффективности, по сравнению с мерами, имеющими общий характер и обычно принимаемыми любыми (всеми) участниками гражданского оборота во исполнение предписаний статей 1 и 10 ГК Российской Федерации. В частности, именно так требования к добросовестному поведению воспроизведены в данном Кодексе для лица, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, для членов коллегиальных органов юридического лица (наблюдательного или иного совета, правления и т.п.), а также для лиц, имеющих фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания названным лицам (пункт 3 статьи 53 и пункт 3 статьи 53.1). Они обязаны действовать добросовестно и разумно в интересах этого юридического лица. Речь идет о совокупности интересов лиц, которые небезразличны к функционированию организации и от деятельности которых в той или иной степени зависит достижение ее уставных целей. Для корпоративных коммерческих организаций это трудовой коллектив, государственные органы, менеджмент, акционеры (пайщики, партнеры, товарищи и т.п.) и др. Удовлетворение интересов каждой отдельно взятой группы (например, интереса трудового коллектива в своевременной выплате и регулярном повышении заработной платы, в создании безопасных условий труда и в снижении нагрузки и т.д.), а потому и готовность ее членов содействовать достижению юридическим лицом целей деятельности неизбежно оказывает влияние на удовлетворение интересов другой группы лиц. Применительно к таким корпоративным коммерческим организациям, как общества с ограниченной ответственностью, положение об обязанности действовать добросовестно законодатель воспроизводит и при определении обязанностей единоличного исполнительного органа общества в статье 44 Закона об ООО, тем самым делая акцент на особой востребованности для соответствующих отношений такого поведения, которое учитывает интересы различных лиц, значимых для деятельности общества. При этом из числа лиц, чьи интересы должны быть учтены и защищены, нет оснований исключать и кредиторов юридического лица. Так, в силу прямого предписания пункта 1 статьи 30 Закона о банкротстве, если в процессе деятельности юридического лица у него возникают признаки банкротства, на контролирующее должника лицо возлагается обязанность действовать с учетом интересов кредиторов. Вместе с тем в условиях ограниченности ресурсов юридического лица (прежде всего, его имущества) одновременное полное удовлетворение интересов всех заинтересованных в его деятельности лиц, особенно в рамках банкротства, едва ли возможно. В связи с этим стандарт добросовестного поведения контролирующих лиц (в том числе осуществляющих полномочия единоличного исполнительного органа общества с ограниченной ответственностью), обязанность действовать добросовестно и разумно в интересах контролируемой организации предполагают учет интересов всех групп, включенных в правоотношения с участием или по поводу этой организации, при соблюдении нормативно установленных приоритетов в их удовлетворении, в частности принятие всех необходимых (судя по характеру обязательства и условиям оборота) мер для надлежащего исполнения обязательств перед ее кредиторами. Это основывается, помимо прочего, на общеправовом принципе pacta sunt servanda и на принципах неприкосновенности собственности, свободы экономической деятельности и свободы договора, судебной защиты нарушенных прав (статьи 8, 34, 35 и 46 Конституции Российской Федерации), из чего следует возможность в целях восстановления нарушенных прав кредиторов привлечь контролирующих организацию лиц, действовавших недобросовестно и неразумно при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей, к ответственности при недостаточности ее средств и в предусмотренных законом случаях. Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно отмечал, что обязанность возместить причиненный вред является преимущественно мерой гражданско-правовой ответственности, которая применяется к причинителю вреда при наличии состава правонарушения, включающего, как правило, наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между противоправным поведением и наступлением вреда, а также вину (постановления от 15 июля 2009 года N 13-П, от 7 апреля 2015 года N 7-П, от 8 декабря 2017 года N 39-П и др.). Строгое соблюдение условий привлечения к ответственности необходимо в сфере банкротства как юридических лиц, так и индивидуальных предпринимателей, а пренебрежение ими влечет нарушение конституционных прав граждан (постановления от 31 января 2011 года N 1-П, от 18 ноября 2019 года N 36-П и др.). Субсидиарная ответственность контролирующих организацию лиц также служит мерой гражданско-правовой ответственности, притом что ее функция заключается в защите нарушенных прав кредиторов, в восстановлении их имущественного положения. При реализации этой ответственности, являющейся по своей природе деликтной, не отменяется и действие общих оснований гражданско-правовой ответственности. Лицо, контролирующее организацию, не может быть привлечено к субсидиарной ответственности, если докажет, что при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась в обычных условиях делового оборота и с учетом сопутствующих предпринимательских рисков, оно действовало добросовестно и приняло все меры для исполнения организацией обязательств перед кредиторами (постановления от 21 мая 2021 года N 20-П, от 16 ноября 2021 года N 49-П). О правовой природе субсидиарной ответственности, основанной на правиле пункта 3.1 статьи 3 Закона об ООО, как ответственности за деликт Конституционный Суд Российской Федерации высказался в Постановлении от 21 мая 2021 года N 20-П. До этого Верховный Суд Российской Федерации указывал, что долг, возникший из субсидиарной ответственности, подчинен тому же правовому режиму, что и иные долги, связанные с возмещением вреда имуществу участников оборота (статья 1064 ГК Российской Федерации) (пункт 22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2020), утвержденного Президиумом этого суда 10 июня 2020 года; определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 3 июля 2020 года N 305-ЭС19-17007(2). Как из положений об ответственности за нарушение обязательств, так и из норм об ответственности за причинение вреда (деликтной) вытекает, что отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство или причинившим вред (пункт 2 статьи 401 и пункт 2 статьи 1064 ГК Российской Федерации). Аналогичный подход в отношении презумпции виновности использован законодателем и для привлечения к ответственности контролирующего должника лица в деле о банкротстве. Предполагается (презюмируется), пока не доказано иное, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица. Конституционный Суд Российской Федерации обращал внимание и на недобросовестность предшествующего исключению юридического лица из ЕГРЮЛ поведения тех граждан, которые уклонились от совершения необходимых действий по прекращению юридического лица в предусмотренных законом процедурах ликвидации или банкротства, и отмечал, что такое поведение может также означать уклонение от исполнения обязательств перед кредиторами юридического лица (Постановление от 21 мая 2021 года N 20-П; определения от 13 марта 2018 года N 580-О, N 581-О и N 582-О, от 29 сентября 2020 года N 2128-О и др.). Необращение в арбитражный суд с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью банкротом, нежелание контролирующих его лиц финансировать расходы по проведению банкротства, непринятие ими мер по воспрепятствованию его исключения из ЕГРЮЛ (пункты 3 и 4 статьи 21.1 Федерального закона "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей") при наличии подтвержденных судебными решениями долгов общества перед кредиторами свидетельствуют о намеренном - в нарушение статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации - пренебрежении контролирующими общество лицами своими обязанностями, о попытке избежать рисков привлечения к субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве, чем подрывается доверие участников оборота друг к другу, дестабилизируется гражданский оборот. Конституционное требование о добросовестном поведении в силу своей универсальности распространяется на любое взаимодействие между субъектами права во всех сферах жизнедеятельности. Для гражданских правоотношений это находит закрепление, в частности, в пункте 3 статьи 307 ГК Российской Федерации, в соответствии с которым стороны обязательства и после его прекращения, а также при его установлении и исполнении обязаны действовать добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения цели обязательства, предоставляя друг другу необходимую информацию. Кредитор и контролирующее деятельность должника лицо обязаны проявлять добросовестность, содействуя друг другу с целью справедливого распределения рисков на всех этапах взаимодействия, начиная с правоотношений (преимущественно договорных) с организацией-должником и завершая разрешением в суде спора о наличии установленных в законе материально-правовых оснований для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, а равно должны сохранять уважение к правосудию. Поэтому кредиторы, в том числе ведущие предпринимательскую деятельность, прибегая к судебной защите своих имущественных прав, вправе рассчитывать на добросовестное поведение контролирующих должника лиц не только в материально-правовых, но и в процессуальных отношениях: на их содействие правосудию, на раскрытие информации о хозяйственной деятельности контролируемой организации, на представление документов и иных доказательств, необходимых для оценки судом наличия либо отсутствия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности.

Оценив доводы истца, возражения ответчика, и представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи, арбитражный суд приходит к выводу о том, что истцом подтверждено наличие оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности.

Так, требования истца к исключённому из Единого государственного реестра юридических лиц обществу подтверждены вступившими в законную силу судебными актами (в рамках обособленных споров № А33-547-4/2018 и № А33-547-7/2018), которыми, в частности, установлено, что ликвидированное общество с ограниченной ответственностью «Смена» (в котором ответчик являлся как единоличным исполнительным органом, так и единственным участником), будучи заинтересованным лицом по отношению к истцу (в понятиях Закона о банкротстве) и получив имущество по необоснованно заниженной стоимости или по безденежным сделкам, предпринимал меры по его последующему отчуждению иным лицам (в том числе, после обращения финансового управляющего истца в арбитражный суд о признании первоначальных договоров купли-продажи недействительными сделками), что повлекло необходимость для истца, в том числе, предпринимать меры по истребованию имущества из чужого незаконного владения иных лиц.

Неочевидно в своих письменных отзывах, и буквально, в ходе устных пояснений в процессе судебного разбирательства, представитель ответчика заявлял доводы, направленные, по существу, на преодоление законной силы вышеуказанных судебных актов (в отношении установленных обстоятельств, обоснованности размера требований), заявив, при этом, что они не являются персонально для ответчика (как руководителя и физического лица) преюдициальными, поскольку она не привлекалась к участию в спорах.

Оценивая указанный довод, арбитражный суд учитывает, что именно ответчиком (как лицом, находившимся в корпоративной связи с обществом) были выданы доверенности на представителей от 15.11.2019 № 02, от 15.11.2019 № 03, от 20.05.2020, а также лично подписана апелляционная жалоба, из чего следует, что она была осведомлена о судебных разбирательствах.

Однако даже если принять доводы ответчика в соответствующей части, его позиция является необоснованной, поскольку помимо преюдициальности (статья 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), вступившие в законную силу судебные акты обладают таким свойством, как обязательность (статья 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), и правовое значение, применительно к обстоятельствам рассматриваемого спора, имеет именно наличие неисполненных обязательных судебных актов, которыми с общества была взыскана задолженность в пользу кредитора.

При этом, если обратиться к судебному акту Шарыповского городского суда от 26.01.2021 в рамках виндикационного иска финансового управляющего, отказ в удовлетворении требований к обществу обусловлен не отсутствием его вины, а тем обстоятельством, что фактически предъявленное к истребованию транспортное средство у общества не находилось. Кроме того суд общей юрисдикции учёл наличие вступившего в законную силу судебного акта по делу о банкротстве и возбужденное исполнительное производство.

В свою очередь, применение последствий недействительности сделок в виде взыскания именно стоимости имущества, а не самого имущества в натуре, и было обусловлено последующим его отчуждением, что в полной мере соответствует положениям действующего законодательства, в частности – Закона о банкротстве.

Поскольку виндицированное имущество было возвращено в повреждённом состоянии, объём предъявленных требований уменьшен эквивалентно стоимости его фактической реализации в рамках процедуры банкротства, что также является обоснованным, и, вопреки доводам ответчика, в указанном вопросе наличие причинно-следственной связи возгорания имущества и каких-либо действий ответчика правового значения не имеет (истцом соответствующие доводы не заявлялись).

Наличие обязательств перед иным кредитором (гарантирующим поставщиком электроэнергии), вопреки позиции ответчика, не свидетельствует о добросовестности его действий. Напротив, административное исключение общества, таким образом, повлекло невозможность удовлетворения требований не только истца, но, как минимум, ещё одного кредитора. Обращает арбитражный суд внимание и на правовую природу взысканных гарантирующим поставщиком денежных средств, при выявленном безучётном потреблении электроэнергии – то есть нарушения. Субъективное несогласие с выводами суда в указанной части также правового значения не имеют, поскольку имелся вступивший в законную силу судебный акт о взыскании задолженности, обладающий свойством обязательности.

Вопреки доводам ответчика, со стороны финансового управляющему предпринимались меры по взысканию денежных средств непосредственно с общества – исполнительный лист на принудительное исполнение одного из судебных актов был предъявлен в Федеральную службу судебных приставов, однако исполнительное производство окончено в отсутствие каких-либо взысканий и оплат.


По второму обособленному спору судебный акт вступил в законную силу 01.03.2021, а общество исключено из Единого государственного реестра юридических лиц 10.03.2021, в связи с чем арбитражный суд соглашается с доводами финансового управляющего о том, что он не имел объективной возможности принятия мер по предъявлению исполнительного документа ко взысканию (что утратило смысл после исключения общества из ЕГРЮЛ).

Напротив, исключение общества из ЕГРЮЛ, после обращения с апелляционной жалобой (что отдаляет дату вступления в силу судебного акта и возможность принудительного исполнения), может свидетельствовать о намеренном бездействии в вопросе исключения общества из ЕГРЮЛ.

Доводы ответчика, в соответствующей части, основаны на неверной интерпретации положений действующего законодательства, поскольку, вопреки его убеждению, наличие возбужденных исполнительных производств не препятствует регистрирующему органу осуществить исключение общества из Единого государственного реестра юридических лиц в административном порядке.

При этом материалами дела подтверждается, что последняя бухгалтерская и налоговая отчётность сданы в 2018 году, а в отношении адреса общества была внесена запись об установленной недостоверности.

По результатам анализа сведений, поступивших из регистрирующих, надзорных органов и от кредитных организаций, арбитражный суд не усматривает признаков какого-либо целенаправленного вывода имущества общества ответчиком, однако и отражения денежных средств от контрагентов, которым было осуществлено последующее отчуждение по оспариваемым сделкам, также не усматривается.

Заявленные ответчиком доводы, в частности, устно заявленные представителем в ходе судебных заседаний, основаны на неверном понимании природы института субсидиарной ответственности.

Так, были заявлены доводы, что ответчик сама является пострадавшей в рамках спорных правоотношений; представитель пояснил, что после вступления в силу судебного акта о взыскании денежных средств за безучётное потребление электроэнергии, и не имея возможности оплачивать аренду помещения (по которому располагался юридический адрес общества), ответчик забрала имущество и освободила помещение.

Вместе с тем, даже в отсутствие умысла на уход от ответственности по оплате кредиторской задолженности, неразумное и недальновидное поведение, финансовая и/или юридическая безграмотность, неверная интерпретация последствий своих действий и/или бездействия (которая могла бы быть учтена в рамках бытовых отношений либо правоотношений, в которых ответчик являлась бы слабой стороной), не может явиться основанием для освобождения от субсидиарной ответственности лица, наделённого специальным статусом в рамках корпоративной взаимосвязи с обществом – единственного участника и, одновременно, руководителя, то есть лица, обладающего полным корпоративным контролем над обществом.

Разумными мерами, применительно к рассматриваемой ситуации, являлась бы регистрация по иному юридическому адресу общества (в том числе, в отсутствие иных вариантов – по адресу регистрации самого ответчика) и сообщение соответствующих сведений в регистрирующий орган, равно как и контроль за осуществлением в отношении общества регистрационных действий (что позволило бы предпринять надлежащие меры по предотвращению административного исключения общества).

Со стороны ответчика, как единственного участника и руководителя общества, не инициирована процедура добровольной ликвидации и/или банкротства общества, а также не предприняты меры по докапитализации общества (с целью погашения задолженности перед истцом), в том числе, с последующим личным банкротством.

Таким образом, не использованы законодательно предусмотренные механизмы на случай невозможности погашения обязательств перед кредиторами (в частности, истцом, но также и иными кредиторами).

Исходя из пояснений ответчика, вместо принятия вышеуказанных разумных и добросовестных мер, фактически осуществлено уклонение от обязательств и их игнорирование, что и повлекло невозможность кредиторам (в том числе истцу) получить удовлетворение по вступившим в законную силу судебным актам, обладающим свойством обязательности, удовлетворения своих требований за счёт общества, даже в части.

Вопреки доводам ответчика, им не подтверждено принятие добросовестных и разумных мер ответчиком, как лицом, обладающим полным корпоративным контролем над обществом, а указанные ответчиком меры в качестве разумных и добросовестных квалифицированы быть не могут.

С учётом изложенного, арбитражный суд приходит к выводу о том, что исковые требования о взыскании денежных средств с ответчика в порядке привлечения к субсидиарной ответственности подлежат удовлетворению в полном объёме.

Статьёй 101 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.

Частями 1, 2 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. Расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах.

В соответствии со статьёй 112 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вопросы распределения судебных расходов разрешаются арбитражным судом, рассматривающим дело, в судебном акте, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, или в определении.

С учётом уточнённой цены иска 11 056 250 руб., размер государственной пошлины за рассмотрение спора составляет 78 281 руб.

При подаче искового заявления истцу была предоставлена отсрочка по уплате госпошлины и фактически государственная пошлина не уплачивалась.

Кроме того, истцу также была предоставлена отсрочка по уплате госпошлины за рассмотрение удовлетворённого судом заявления о принятии обеспечительных мер.

Следовательно, 81 281 руб. государственной пошлины (в том числе 78 281 руб. государственной пошлины за рассмотрение иска и 3 000 руб. за рассмотрение заявления о принятии обеспечительных мер) подлежит взысканию с ответчика в доход федерального бюджета.

В пункте 37 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 01.06.2023 № 15 указано, что при удовлетворении иска принятые обеспечительные меры сохраняют свое действие до фактического исполнения судебного акта, которым закончено рассмотрение дела по существу (часть 4 статьи 96 АПК РФ). Вместе с тем, исходя из характера заявленных требований и фактических обстоятельств конкретного дела, суд вправе отменить обеспечительные меры одновременно с вынесением решения суда или после его вынесения, независимо от момента исполнения данного судебного решения, например, в случае, если принятые обеспечительные меры препятствуют его исполнению.

При вынесении определения о принятии обеспечительных мер цена иска составляла 11 256 250 руб. и обеспечительные меры были принято именно в пределах указанной суммы.

На момент рассмотрения спора по существу, с учётом уточнения, цена иска составляет 11 056 250 руб., в связи с чем, с целью соблюдения прав и законных интересов ответчика, арбитражный суд полагает необходимым отменить меры по обеспечению иска, принятые определением от 06.06.2023 по делу № А33-16346/2023 в части, превышающей цену иска 11 056 250 руб., а именно, в части ареста на сумму 200 000 руб. В остальной части меры по обеспечению иска, принятые определением от 06.06.2023 по делу № А33-16346/2023, в пределах размера удовлетворённых требований 11 056 250 руб., сохраняют действие до фактического исполнения настоящего решения.

Настоящее решение выполнено в форме электронного документа, подписано усиленной квалифицированной электронной подписью судьи и считается направленным лицам, участвующим в деле, посредством размещения в установленном порядке в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа (код доступа - ).

По ходатайству лиц, участвующих в деле, копии решения на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Руководствуясь статьями 97, 110, 167 – 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Красноярского края



РЕШИЛ:

исковые требования удовлетворить.


Взыскать с ФИО3 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., <...>, ИНН <***>, г. Шарыпово Красноярского края) в пользу ФИО1 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., <...> Бурятской АССР, ИНН <***>, СНИЛС 145-027- 685 52, г. Шарыпово Красноярского края) 11 056 250 руб. в порядке привлечения к субсидиарной ответственности.


Взыскать с ФИО3 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., <...>, ИНН <***>, г. Шарыпово Красноярского края) в доход федерального бюджета 81 281 руб. государственной пошлины (в том числе 78 281 руб. государственной пошлины за рассмотрение иска и 3 000 руб. за рассмотрение заявления о принятии обеспечительных мер).


Отменить меры по обеспечению иска, принятые определением от 06.06.2023 по делу № А33-16346/2023 в части, превышающей цену иска 11 056 250 руб., а именно, в части ареста на сумму 200 000 руб.

Разъяснить лицам, участвующим в деле, что меры по обеспечению иска, принятые определением от 06.06.2023 по делу № А33-16346/2023, в пределах размера удовлетворённых требований 11 056 250 руб., сохраняют действие до фактического исполнения настоящего решения.


Разъяснить лицам, участвующим в деле, что настоящее решение может быть обжаловано в течение месяца после его принятия путём подачи апелляционной жалобы в Третий арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Красноярского края.




Судья

И.В. Степаненко