Постановление от 16 апреля 2018 г. по делу № А07-20177/2017

ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД






ПОСТАНОВЛЕНИЕ



№ 18АП-2721/2018
г. Челябинск
16 апреля 2018 года
Дело № А07-20177/2017


Резолютивная часть постановления объявлена 10 апреля 2018 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 16 апреля 2018 года.


Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Забутыриной Л.В.,

судей Ершовой С.Д., Калиной И.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего акционерного общества «ФИА-Банк» в лице Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» на определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 13.02.2018 по делу № А07-20177/2017 о признании требования подлежащим удовлетворению за счет имущества, оставшегося после удовлетворения требований, включенных в реестр (судья Кулаев Р.Ф.).

В судебное заседание, проводимое с использованием систем видеоконференц-связи, организацию которой осуществлял Арбитражный суд Самарской области, явился представитель конкурсного управляющего акционерного общества «ФИА-Банк» в лице Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» - ФИО2 (паспорт, доверенность от 16.06.2017).


Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 15.08.2017 (резолютивная часть от 14.08.2017) в отношении ФИО3 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., место рождения: гор. Уфа, зарегистрирован по адресу: <...>, ИНН <***>, СНИЛС <***>, далее - должник) введена процедура реализации имущества гражданина. Финансовым управляющим имущества должника утвержден ФИО4 - член Ассоциации Евросибирская саморегулируемая организация арбитражных управляющих (далее – финансовый упарвляющий).

Сообщение о признании ФИО3 несостоятельным (банкротом) и введении в отношении него процедуры реализации имущества должника, опубликовано на сайте Единого федерального реестра сведений о банкротстве 16.08.2017, в газете «Коммерсантъ» от 02.09.2017.

15.01.2018 на рассмотрение Арбитражного суда Республики Башкортостан поступило заявление конкурсного управляющего акционерного общества «ФИА-Банк» в лице Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» (ИНН <***>, ОГРН <***>, далее – банк) о включении в реестр требований кредиторов должника требования по кредитному договору № LC – 1904-0007384 от 22.09.2014 в размере 72 666,09 рублей с ходатайством о восстановлении срока для включения в реестр требований кредиторов должника.

Определением суда от 13.02.2018 требование Банка в сумме 72 666,09 рублей, из них: срочная задолженность – 14 359,41 рублей, срочные проценты на срочную задолженность - 148,71 рублей, просроченная задолженность по ОД – 46 786 рублей, срочные проценты на просроченную задолженность - 1 741,39 рублей, просроченная задолженность по процентам – 7 191,50 рублей, штрафы за просрочку ОД – 1 842,74 рублей, штрафы за просрочку процентов - 596,34 рублей, признано подлежащим удовлетворению за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов.

Не согласившись с вынесенным определением, банк обратился в арбитражный суд с апелляционной жалобой, в которой просил определение отменить, принять по делу новый судебный акт, включить в третью очередь реестра требований кредиторов должника требование банка.

Податель жалобы, сославшись на часть 2.1 статьи 213.24, пункт 8 статьи 213.6 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) указал, что финансовый управляющий уведомление о порядке предъявления требований в адрес банка не направлял. Банком была направлена в адрес ФИО3 претензия от 24.10.2017 с требованием погасить задолженность, в ответ на которую должник указал на то, что решением признан несостоятельным (банкротом). Заявитель, сославшись на часть 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве, указал, что возможность восстановления судом срока по ходатайству предусмотрена в деле о банкротстве гражданина. Суд, отказывая в удовлетворении требований банка, сослался на абзац 3 пункта 1 статьи 142 Закона о банкротстве, что, по мнению заявителя, противоречит положениям части 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве, а также разъяснениям, данным в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан». Заявитель указал, что не оспаривает факт пропуска срока на включение указанного требования в реестр требований кредиторов и просил суд восстановить срок, ссылаясь на то, что финансовый управляющий не направлял, в адрес банка уведомления о признании ФИО3 банкротом и введении реализации имущества гражданина, в связи с чем, банк не имел такой информации, и пропустил срок на подачу заявления о включении требования в реестр кредиторов должника. Ходатайство судом не рассмотрено, мотивы отклонения не приведены.

До начала судебного заседания от финансового управляющего должника поступил отзыв на апелляционную жалобу с приложенными к отзыву дополнительными доказательствами, согласно перечню. В соответствии со статьями 262, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд приобщил к материалам дела отзыв с приложенными дополнительными доказательствами за исключением судебной практики – постановления Арбитражного суда Поволжского округа от 25.08.2017.

Представитель банка в судебном заседании поддержал доводы апелляционной жалобы в полном объеме.

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы уведомлены посредством почтовых отправлений, а также размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в судебное заседание не явились, представителей не направили.

В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации жалоба рассмотрена судом апелляционной инстанции в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, их представителей.

Арбитражный суд апелляционной инстанции проверил законность и обоснованность обжалуемого судебного акта в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, 22.09.2014 между банком и ФИО5 (заемщик) заключен кредитный договор № <***>, в соответствии с которым банк обязуется предоставить заемщику денежные средства в сумме 300 000 рублей на потребительские цели, с начислением процентов за пользование кредитом в размере 18,9% годовых от фактической ссудной задолженности по основному долгу, с окончательным сроком возврата не позднее 22.09.2017 (л.д. 11-17). Денежные средства в сумме 300 000 рублей были представлены ФИО5 23.09.2014 в соответствии с условиями кредитного договора (банковский ордер, л.д. 22).

Обеспечением исполнения обязательств по кредитному договору № <***> от 22.09.2014 являлось: поручительство ФИО3 (договор поручительства LE-1904-0002419 от 22.09.2014. л.д. 18-21); неустойка, исчисляемая в порядке, установленном кредитным договором. В соответствии с договором поручительства ответственность ФИО3 и ФИО5 является солидарной.

Решением Арбитражного суда Самарской области от 04.07.2016 (дата объявления резолютивной части) по делу №А55-9320/2016 в отношении кредитной организации акционерного общества «ФИА-Банк» введена процедура конкурсного производства, функции конкурсного управляющего возложены на Государственную корпорацию «Агентство по страхованию вкладов» (л.д. 8-9).

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 15.08.2017 (резолютивная часть от 14.08.2017) ФИО3 признан несостоятельным (банкротом) и в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина.

Должнику-поручителю банком выставлена претензия от 24.10.2017 в связи с нарушением условий основным заемщиком с указанием на то, что по состоянию на 29.08.2017 размер просроченной задолженности составляет 73 645,90 рублей, претензия направлена 23.11.2017 (л.д. 26-27).

В ответ на претензию должник письмом от 18.12.2017 (вх. банку от 29.12.2017) указал, что признан банкротом, в связи с чем, предложил обратиться в суд в рамках дела о банкротстве (л.д. 28-29).

Банк в лице конкурсного управляющего обратился в Арбитражный суд Республики Башкортостан с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника требования в размере 72 666,09 рублей, с ходатайством о восстановлении срока для включения требования в реестр требований кредиторов должника третьей очереди (поступило в суд посредством системы «Мой арбитр» 12.01.2018, зарегистрировано вх. от 15.01.2018, л.д. 3).

На дату введения процедуры банкротства в отношении должника 14.08.2017 задолженность по кредитному договору <***> от 22.09.2014 составляет 72 666,09 рублей, из них:

- срочная задолженность – 14 359, 41 рублей;

- срочные проценты на срочную задолженность – 148, 71 рублей;

- просроченная задолженность по ОД – 46 786 рублей;

- срочные проценты на просроченную задолженность – 1 741, 39 рублей;

- просроченная задолженность по процентам – 7 191, 50 рублей;

- штрафы за просрочку ОД – 1 842, 74 рублей;

- штрафы за просрочку процентов – 596, 34 рублей.

Признавая требования подлежащими удовлетворению за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, суд первой инстанции исходил из того, что заявитель обратился с требованием в арбитражный суд 12.01.2018, то есть после закрытия реестра; заявленное ходатайство о восстановлении пропущенного срока удовлетворению не подлежит, так как восстановление срока обращения в суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника законом не предусмотрено.

Суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены судебного акта в силу следующего.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Пункт 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве устанавливает, что отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X Закона о банкротстве, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 6 статьи 16 Закона о банкротстве требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер, если иное не определено настоящим пунктом.

Пунктом 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве установлено, что в ходе процедуры реализации имущества гражданина, требования конкурсных кредиторов и уполномоченного органа подлежат рассмотрению в порядке, предусмотренном статьей 100 Закона о банкротстве.

Арбитражный суд при установлении размера требований кредиторов проверяет обоснованность соответствующих требований кредиторов. По результатам рассмотрения выносится определение арбитражного суда о включении или об отказе во включении указанных требований в реестр требований кредиторов (пункт 4 статьи 100 Закона о банкротстве).

По общему правилу, предусмотренному в пункте 1 статьи 142 Закона о банкротстве, реестр требований кредиторов подлежит закрытию по истечении двух месяцев с даты опубликования сведений о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства.

В пункте 24 постановления № 45 от 13.10.2015 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» Пленум Верховного Суда Российской Федерации разъяснил, что по смыслу пункта 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве в процедуре реализации имущества должника конкурсные кредиторы и уполномоченный орган вправе по общему правилу предъявить свои требования к должнику в течение двух месяцев со дня опубликования сведений о признании должника банкротом и введении процедуры реализации его имущества (абзац третий пункта 1 статьи 142 Закона о банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 819 Гражданского кодекса Российской Федерации по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты на нее.

В соответствии с положениями статьи 361 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору поручительства поручитель обязывается перед кредитором другого лица отвечать за исполнение последним его обязательства полностью или в части.

Пунктом 1 статьи 363 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что при неисполнении или ненадлежащем исполнении должником обеспеченного поручительством обязательства поручитель и должник отвечают перед кредитором солидарно, если законом или договором поручительства не предусмотрена субсидиарная ответственность поручителя.

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 14.08.2017 (резолютивная часть) в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина.

На указанную дату кредитор – банк определил задолженность должника-поручителя с учетом неисполненных обязательств основного заемщика. Факт возникновения обязательства должника-поручителя и размер долга не оспорен, возражений по расчету не представлено.

Объявление о введении в отношении должника процедуры реализации имущества опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 162 от 02.09.2017, в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве 16.08.2017, следовательно, реестр требований кредиторов открыт 02.09.2017 и закрыт 02.11.2017.

Заявитель обратился с требованием в арбитражный суд 12.01.2018 (по средствам системы «Мой арбитр»), то есть за пределами установленного законом срока.

Пунктом 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве предусмотрено, что пропущенный кредитором по уважительной причине срок закрытия реестра может быть восстановлен арбитражным судом.

Как указал Пленум Верховного Суда РФ в пункте 24 постановления № 45 от 13.10.2015 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан», в случае пропуска указанного срока по уважительной причине он может быть восстановлен судом по ходатайству конкурсного кредитора или уполномоченного органа. Вопрос о восстановлении срока разрешается судом в судебном заседании одновременно с рассмотрением вопроса об обоснованности предъявленного требования. Отказ в восстановлении срока может быть обжалован по правилам пункта 3 статьи 61 Закона о банкротстве. Требования, заявленные после закрытия реестра требований кредиторов, срок предъявления которых не был восстановлен судом, удовлетворяются по правилам пункта 4 статьи 142 Закона о банкротстве.

В пункте 25 того же постановления разъяснено, что при исчислении предусмотренного пунктом 2 статьи 213.8 и пунктом 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве срока для заявления требований в деле о банкротстве гражданина следует учитывать, что по смыслу статьи 213.7 Закона информация о признании обоснованным заявления о признании гражданина банкротом и введении реструктуризации его долгов, а также о признании гражданина банкротом и введении реализации его имущества доводится до всеобщего сведения путем ее включения в Единый федеральный реестр сведений о банкротстве и публикации в официальном печатном издании в порядке, предусмотренном статьей 28 Закона о банкротстве. При определении начала течения срока на предъявление требования в деле о банкротстве гражданина следует руководствоваться датой более позднего публичного извещения.

Требования конкурсных кредиторов, заявленные после закрытия реестра требований кредиторов, удовлетворяются за счет оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, имущества должника (пункт 4 статьи 142 Закона о банкротстве).

В силу пункта 1 статьи 28 Закона о банкротстве надлежащим уведомлением заинтересованных лиц о введении в отношении должника процедуры банкротства является публикация в печатном издании, определяемом регулирующим органом.

Во исполнение указанного положения Закона о банкротстве сведения о введении в отношении должника процедуры реализации имущества гражданина, опубликованы в газете «Коммерсантъ» № 162 от 02.09.2017 и размещены на сайте ЕФРСБ 16.08.2017.

Доказательств наличия причин, которые объективно воспрепятствовали бы обращению банка в суд в установленный законодательством срок, апеллянтом не приведено.

Приводимые причины являются исключительно субъективными по своей природе.

Так, исходя из претензии, адресованной должнику-поручителю, просроченная задолженность основного должника-заемщика имелась уже на 29.08.2017, несмотря на это претензия, датированная 24.10.2017, отправлена в адрес должника-поручителя только 23.11.2017, то есть по истечении 3 месяцев с момента возникновения просрочки.

Статус заявителя по требованию – кредитная организация, то есть специальный субъект, является профессиональным участником рынка кредитных услуг.

Нахождение банка в процедуре банкротства не указывает на уважительность причин пропуска срока, поскольку процедура в отношении банка введена в июле 2016 года (то есть за год до возникновения просроченного обязательства), сведений о том, что конкурсный управляющий банка не располагал информацией о спорных кредитных обязательствах и обязательствах поручителя в период, установленный для предъявления требований, в деле не имеется.

Доводы об отсутствии уведомления со стороны должника и финансового управляющего о наличии процедуры банкротства также не свидетельствуют об уважительности причин пропуска срока.

Необходимая информация могла быть получена банком из открытых источников (КоммерсантЪ, ЕФРСБ, Картотека арбитражных дел) при должной степени заботливости и осмотритльности.

При этом, финансовый управляющий отрицает факт информированности о наличии у должника кредитора – банка, в заявлении о банкротстве должник такого кредитора не назвал, в рамках запроса информации финансовому управляющему также не предоставлено, что следует из документов, представленных финансовым управляющим против доводов жалобы.

Кроме того, согласно части 3 статьи 213.7 Закона о банкротстве кредиторы и третьи лица, включая кредитные организации, в которых открыты банковский счет и (или) банковский вклад (депозит) гражданина-должника, считаются извещенными об опубликовании сведений, указанных в пункте 2 настоящей статьи, по истечении пяти рабочих дней со дня включения таких сведений в ЕФРСБ, если не доказано иное, в частности, если ранее не было получено уведомление, предусмотренное абзацем восьмым пункта 8 статьи 213.9 Закона о банкротстве.

Таким образом, апелляционный суд не усматривает оснований для переоценки вывода суда первой инстанции об отсутствии оснований для восстановления процессуального срока на подачу требования в деле о банкротстве гражданина.

В связи с чем, оснований для отмены определения и удовлетворения жалобы не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта в соответствии с пунктом 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не установлено.

Руководствуясь статьями 176, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции



ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 13.02.2018 по делу № А07-20177/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу конкурсного управляющего акционерного общества «ФИА-Банк» в лице Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через Арбитражный суд Республики Башкортостан.


Председательствующий судья Л.В. Забутырина



Судьи: С.Д. Ершова


И.В. Калина