Постановление от 8 июля 2025 г. по делу № А41-75012/2024

ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 117997, <...>, https://10aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ 10АП-8350/2025

Дело № А41-75012/24
09 июля 2025 года
г. Москва


Резолютивная часть постановления объявлена 07 июля 2025 года Постановление изготовлено в полном объеме 09 июля 2025 года

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Бархатовой Е.А., судей Боровиковой С.В., Виткаловой Е.Н., при ведении протокола судебного заседания: секретарем Алешкевич В.М., при участии в заседании:

от АО «ФЕРТИКА» – ФИО1 по дов. от 27.02.2025, паспорт, диплом.рассмотрев в рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО2 на решение Арбитражного суда Московской области от 28.04.2025 по делу № А41-75012/24,

УСТАНОВИЛ:

акционерное общество «ФЕРТИКА» (далее - истец) обратилось в Арбитражный суд Московской области с исковым заявлением о взыскании с индивидуального предпринимателя ФИО2 (далее - ответчик) компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак № 488283 в размере 1 087 840 руб., компенсации за нарушение исключительных прав на промышленный образец № 80517 (этикетка для упаковки) в размере 10 000 руб., расходов по стоимости вещественных доказательств - товаров, приобретенных у ответчика в размере 998 руб. (464 руб. - товар № 1, 534 руб. - товар № 2), почтовых расходов в размере 368 руб. 54 коп., расходов по оплате государственной пошлины в размере 23 978 руб.

Решением Арбитражного суда Московской области от 28.04.2025 исковые требования удовлетворены частично.

Не согласившись с данным судебным актом, ИП ФИО2 обратился с апелляционной жалобой в Десятый арбитражный апелляционный суд, в которой просит судебный акт отменить, ссылаясь на несоответствие выводов суда обстоятельствам дела и неправильное применение норм права.

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии с нормами статей 121 - 123, 153, 156 АПК РФ, в отсутствие неявившихся участников арбитражного процесса, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе публично путем размещения информации на официальном сайте суда www.10aas.arbitr.ru и не заявивших о его отложении, в соответствии с частью 1 статьи 266 и частью 3 статьи 156 АПК РФ.

Представитель АО «ФЕРТИКА» возражал против доводов заявителя апелляционной жалобы по основаниям, изложенным в отзыве на нее, просил оставить обжалуемый судебный акт без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Десятый арбитражный апелляционный суд, в соответствии со ст. ст. 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), выслушав представителя истца, исследовав материалы дела, проанализировав доводы апелляционной жалобы, проверив правильность применения норм материального и процессуального права, пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения апелляционной жалобы.

Как следует из материалов дела, истец является обладателем исключительных прав на промышленный образец № 80517 «Этикетка для упаковки (2 варианта)» (дата приоритета: 16.02.2011, дата окончания действия: 16.02.2026), а также на средство индивидуализации - товарный знак № 488283 (дата регистрации 30.05.2013, срок действия до 24.08.2031), что подтверждается патентом на промышленный образец № 80517 (л.д. 51-52), а также свидетельством на товарный знак (знак обслуживания) № 488283 «FERTIKA» (л.д. 58-61).

В обоснование заявленных требований истец указал, что, в ходе мониторинга рынка в порядке самозащиты гражданских прав, им были установлены массовые факты предложения к продаже и реализации товаров ответчиком, нарушающих исключительные права правообладателя.

На сайте https://www.ozon.ru/, истцом был зафиксирован факт предложения к продаже товаров, на упаковке которых изображены объекты интеллектуальных прав истца:

Фертика ЛЮКС - для овощей, цветов и рассады, 100 гр 3 шт./Комплексное минеральное удобрение (дата фиксации нарушения 27.06.2024, код товара: 1461780489, ссылка: https://www.ozon.ru/product/fertika-lyuks-dlya-ovoshchey-tsvetov-i-rassady-100-gr-3sht- kompleksnoe-mineralnoe-udobrenie-1461780489/);

Фертика ЛЮКС - для овощей, цветов и рассады, 100 гр 5 шт./Комплексное минеральное удобрение (дата фиксации нарушения 19.06.2024, код товара: 1561622260, ссылка: https://www.ozon.ru/product/fertika-lyuks-dlya-ovoshchey-tsvetov-i-rassady-100-gr-5sht- kompleksnoe-mineralnoe-udobrenie-1561622260/).

Как указал истец, при предложении к продаже указанных товаров, ответчик использовал объекты интеллектуальной собственности истца:

объект патентных прав - промышленный образец № 80517 Этикетка для упаковки (Вариант 1) (дата приоритета: 16.02.2011, дата окончания действия: 16.02.2026);

средство индивидуализации - товарный знак № 488283 (дата регистрации 30.05.2013, срок действия до 24.08.2031).

В подтверждение факта предложения к продаже товаров с использованием интеллектуальной собственности истца, АО «ФЕРТИКА» представил в материалы дела снимки (скриншоты) страниц карточек товаров. (л.д. 44, 45).

В описанных карточках указан ОГРНИП продавца товаров (ответчика): 322508100085179.

Также, 12.07.2024 в ходе закупки товара № 1 с кодом: 1461780489, произведенной в пункте выдачи заказов OZOn по адресу: <...>, установлен и задокументирован с помощью видеозаписи факт реализации экземпляра вышеуказанного товаров, в подтверждении продажи был получен электронный чек с реквизитами ответчика. Аналогично изложенному, 17.06.2024 в ходе закупки товара № 2 с кодом: 1561622260, произведенной в пункте выдачи заказов OZON по адресу: <...>, установлен и задокументирован с помощью видеозаписи факт реализации экземпляра вышеуказанного товаров, в подтверждении продажи был получен электронный чек с реквизитами ответчика.

Таким образом, истец полагает, что совокупность доказательств - снимки страниц карточек товаров (скриншоты), видеозапись осмотра сайта, электронные чеки, видеозаписи оформления заказа экземпляра товара на торговой площадке и процесса получения его в пункте выдачи заказов OZON, подтверждает факт предложения к продаже и реализации товаров именно ответчиком.

Учитывая изложенное, истец указал, что не давал своего разрешения ответчику на использование принадлежащих ему исключительных прав. Товар, реализованный ответчиком, не вводился в гражданский оборот истцом и (или) третьими лицами с согласия истца. Предложением к продаже и реализацией товара ответчик нарушил права истца.

Размер компенсации за нарушение исключительных прав на промышленный образец № 80517 рассчитан истцом на основании подпункта 1 статьи 1406.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, в соответствии с которыми правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, и определен в размере 10 000 руб.

Размер компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак № 488283 рассчитан истцом на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, исходя из двукратной стоимости контрафактных товаров. Обосновывая стоимость контрафактного товара, истец использовал данные с сервиса mpstats.io.

С учетом данных сервиса аналитики mpstats.io:

товар Фертика ЛЮКС - для овощей, цветов и рассады, 100 гр*3 шт./Комплексное минеральное удобрение (код товара: 1461780489) был реализован ответчиком в количестве 509 штук на общую сумму 219 777 руб.

товар Фертика ЛЮКС - для овощей, цветов и рассады, 100 гр*5 шт./Комплексное минеральное удобрение (код товара: 1561622260) был реализован ответчиком в количестве 574 штук на общую сумму 324 143 руб.

Таким образом, истец производит расчет размера компенсации за средство индивидуализации - товарный знак № 488283 на основании данных сервиса аналитики mpstats.io по следующей формуле: 2 * (219 777 руб. + 324 143 руб.) = 1 087 840 руб.

Претензия истца оставлена ответчиком без удовлетворения.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения истца в Арбитражный суд Московской области с иском по настоящему делу.

Исследовав материалы дела, арбитражный апелляционный суд согласен с выводом суда первой инстанции о наличии оснований для частичного удовлетворения заявления в связи со следующим.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на

результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную этим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается Кодексом.

Согласно пункту 1 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 этого Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 этой статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 2 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации.

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 Кодекса).

В соответствии со статьей 1358 Гражданского кодекса Российской Федерации патентообладателю принадлежит исключительное право использования изобретения, полезной модели или промышленного образца в соответствии со статьей 1229 данного Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на изобретение, полезную модель или промышленный образец), в том числе способами, предусмотренными пунктом 2 этой статьи. Патентообладатель может распоряжаться исключительным правом на изобретение, полезную модель или промышленный образец.

В силу пункта 3 статьи 1358 Гражданского кодекса Российской Федерации промышленный образец признается использованным в изделии, если это изделие содержит совокупность признаков, производящую на информированного потребителя такое же общее впечатление, какое производит запатентованный промышленный образец, при условии, что изделия имеют сходное назначение.

Статьей 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что защита исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации осуществляется, в частности, путем предъявления требования о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, - к лицу, совершающему такие действия или осуществляющему необходимые приготовления к ним; о возмещении убытков - к лицу, неправомерно использовавшему результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без заключения соглашения с правообладателем (бездоговорное использование) либо иным образом нарушившему его исключительное право и причинившему ему ущерб.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, предусмотренных Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Подпунктом 1 статьи 1406.1 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что, в случае нарушения исключительного права на изобретение, полезную

модель или промышленный образец автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных настоящим Кодексом (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения.

Пунктом 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Исходя из приведенных норм права, а также положений части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при предъявлении требования о взыскании компенсации за нарушение исключительного права на результаты интеллектуальной деятельности истец должен подтвердить наличие у него исключительного права на соответствующий объект интеллектуальной собственности, и факт использования указанных ответчиком. На ответчика возлагается бремя доказывания выполнения им требований законодательства при использовании объектов интеллектуальной собственности. В противном случае такое лицо признается нарушителем исключительного права, и для него наступает гражданско-правовая ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Установление указанных обстоятельств является существенным для дела и от их установления зависит правильное разрешение спора, при этом вопрос оценки представленных на разрешение спора доказательств на допустимость, относимость и достаточность является компетенцией суда, разрешающего спор.

Суд первой инстанции, оценив представленные доказательства в их совокупности и взаимной связи по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришел к обоснованному выводу о доказанности истцом факта принадлежности ему исключительных прав на товарный знак № 488283, промышленный образец № 80517, и нарушения ответчиком указанных прав, на основании следующего.

Факт принадлежности истцу исключительных прав на вышеуказанные объекты интеллектуальной собственности, документально подтвержден, и ответчиком не оспаривается.

Как разъяснено в пункте 55 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 10), законом не установлен перечень допустимых доказательств, на основании которых устанавливается факт нарушения (статья 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статья 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Поэтому при разрешении вопроса о том, имел ли место такой факт, суд в силу статей 55 и 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статей 64 и 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вправе принять любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством, в том числе полученные с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в частности сети «Интернет». Допустимыми доказательствами являются, в том числе, сделанные и заверенные лицами, участвующими в деле, распечатки материалов, размещенных в информационно-телекоммуникационной сети (скриншот), с указанием адреса интернет- страницы, с которой сделана распечатка, а также точного времени ее получения. Такие распечатки подлежат оценке судом при рассмотрении дела наравне с прочими доказательствами (статья 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статья 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Вопреки позиции ответчика, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что представленная в материалы дела совокупность доказательств - снимки страниц карточек товаров (скриншоты), видеозапись осмотра сайта, электронные чеки, видеозаписи оформления заказа экземпляра товара на торговой площадке и процесса получения его в пункте выдачи заказов OZON, подтверждает факт нарушения исключительных прав истца.

При этом, суд отклоняет доводы отзыва ответчика о том, что товар покупался ответчиком у разных поставщиков, в связи с чем, из представленных в материалы дела доказательств не следует факт того, что весь предложенный к продаже товар является контрафактным.

Таким образом, как верно указано судом первой инстанции, вопреки доводам ответчика, бремя доказывания обстоятельств того, что предложенный к продаже товар является оригинальным, то есть, введенным в гражданский оборот самим

правообладателем, и (или) третьими лицами с согласия правообладателя, лежит на ответчике.

Согласно статье 1487 Гражданского кодекса Российской Федерации, не является нарушением исключительного права на товарный знак использование этого товарного знака другими лицами в отношении товаров, которые были введены в гражданский оборот на территории Российской Федерации непосредственно правообладателем или с его согласия.

Принцип исчерпания права означает, что правообладатель не может препятствовать использованию знака применительно к тем же товарам, которые введены в гражданский оборот им самим либо с его согласия, то есть он не может осуществлять свое право дважды в отношении одних и тех же товаров, поставляемых на товарный рынок.

Определяющим для применения принципа исчерпания исключительных прав является факт ввода товаров маркированных товарным знаком, в гражданский оборот непосредственно правообладателем либо с его согласия.

На ответчике лежит обязанность предоставления доказательств легальности ввода в гражданский оборот спорного товара.

Ответчик в материалы дела в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не предоставил надлежащих доказательств, подтверждающих законность использования товарного знака истца, а лишь указал, что закупает продукцию у разных поставщиков.

Кроме того, согласно постановлению Суда по интеллектуальным правам от 27.01.2021 (дело № А56-136561-2019), даже если на сайте предлагались оригинальные товары, это не исключает необходимость получения от правообладателя согласия на использование его товарного знака. Сами по себе партнерские отношения с официальным поставщиком не дают право использовать товарный знак.

В соответствии с постановлением Суда по интеллектуальным правам по делу № А40-16730/2022, никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации). Таким образом, использование без согласия правообладателя при выполнении работ, оказании услуг, а равно размещение в сети «Интернет» обозначения, тождественного товарному знаку правообладателя или сходного с ним до степени смешения, является нарушением исключительного права на товарный

знак. Запрет на использование в гражданском обороте обозначения, тождественного или сходного до степени смешения с зарегистрированным товарным знаком, действует во всех случаях, за исключением предоставления правообладателем соответствующего разрешения любым способом, не запрещенным законом и не противоречащим существу исключительного права на товарный знак. В рамках данного дела Суд по интеллектуальным правам подтвердил, что использование товарного знака в сети Интернет является самостоятельным способом использования товарного знака, а единственным доказательством правомерности данных действий является разрешение от правообладателя.

В рамках рассмотрения настоящего дела ответчик не отрицал, что именно им ведется деятельность на сайте и размещается товарный знак на сайте. В случае использования товарного знака в сети «Интернет», на такой способ использования требуется отдельное разрешение от правообладателя вне зависимости, скрывается ли за карточками товара оригинальная или контрафактная продукция.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о том, что факт нарушения исключительных прав истца на товарный знак, а так же промышленный образец именно ответчиком подтвержден представленными в материалы дела доказательствами.

Суд первой инстанции обоснованно отклонены доводы ответчика о несоблюдении истцом досудебного порядка урегулирования спора, а также о том, что истцом не направлялась в адрес ответчика копия искового заявления с приложениями, как документально не подтвержденные, поскольку в материалы дела истцом представлены претензии № 2017440, № 2016911, а также квитанции и описи, подтверждающие факт направления в адрес ответчика, как претензионных требований, так и копии искового заявления (л.д. 9-11).

Кроме того, суд отмечает, что претензионный порядок урегулирования спора в судебной практике рассматривается в качестве способа, позволяющего добровольно без дополнительных расходов на уплату государственной пошлины со значительным сокращением времени восстановить нарушенные права и законные интересы. Такой порядок урегулирования спора направлен на его оперативное разрешение и служит дополнительной гарантией защиты прав. Оставляя исковое заявление без рассмотрения ввиду несоблюдения претензионного порядка урегулирования спора, суд должен исходить из реальной возможности погашения конфликта между сторонами, наличия их воли к совершению соответствующих действий, направленных на разрешение спора. При этом,

формальные препятствия для признания претензионного порядка соблюденным не должны автоматически влечь оставление исковых требований без рассмотрения. Из поведения ответчика не усматривается намерения добровольно и оперативно урегулировать возникший спор, в том числе во внесудебном порядке, поэтому оставление иска без рассмотрения, в данном случае, ведет к необоснованному затягиванию разрешения возникшего спора и ущемлению прав одной из его сторон.

В части определения подлежащего взысканию размера компенсации, судом установлено следующее.

Как указывалось выше, компенсация за нарушение ответчиком исключительных прав на товарный знак № 488283 рассчитана истцом на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 61 Постановления № 10, заявляя требование о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), истец должен представить расчет и обоснование взыскиваемой суммы (пункт 7 части 2 статьи 125 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), а также документы, подтверждающие стоимость права использования либо количество экземпляров (товаров) и их цену.

В случае невозможности представления доказательств истец вправе ходатайствовать об истребовании таких доказательств у ответчика или третьих лиц. Если правообладателем заявлено требование о выплате компенсации в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, то определение размера компенсации осуществляется исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное их использование тем способом, который использовал нарушитель.

Как отмечено в пункте 62 указанного Постановления № 10, суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение, учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации, а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации.

Ответчик в данной ситуации вправе оспаривать количество и стоимость контрафактных экземпляров (товаров), на которых основан расчет компенсации, представляя соответствующие доказательства в порядке статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При установлении факта нарушения ответчиком исключительного права истца на товарный знак отказ в удовлетворении иска о взыскании компенсации по мотиву недоказанности стоимости контрафактных экземпляров (товаров), на которых основан расчет компенсации, не соответствует положениям ГК РФ о защите интеллектуальных прав, а также разъяснениям практики применения законодательства, в частности, пункту 59 Постановления № 10.

При этом для определения размера подлежащей взысканию компенсации, суд должен определить (с учетом доводов и возражений лиц, участвующих в деле), на что конкретно направлены (если они имеются) доводы ответчика о необходимости взыскания компенсации в меньшем размере, чем заявлено истцом, - на оспаривание доказываемых истцом количества и стоимости контрафактных экземпляров (товаров), на которых основан расчет компенсации, либо на установление обстоятельств, позволяющих снизить размер компенсации ниже низшего предела (пункты 1, 2 части 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Поскольку формула расчета размера компенсации, определяемого исходя из двукратной стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или права использования соответствующего результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (пункт 2 части 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации), императивно определена законом, доводы ответчика о несогласии с заявленным истцом расчетом размера компенсации могут основываться лишь на оспаривании указанной истцом стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, и подтверждаться соответствующими доказательствами, обосновывающими иной размер стоимости.

Как указывалось выше, в подтверждение количества предложенного к продаже товара, истцом представлены в материалы дела данные аналитического сервиса mpstats.io.

Суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что скриншоты сайта mpstats.io являются достоверными доказательствами, подтверждающими количество предложенного ответчиком к продаже товара, в том числе, поскольку они содержат указание на время их получения, а также указание на адрес интернет-страницы, с которой сделана распечатка.

Кроме того, данные о количестве товара, размещенные на сервисе https://mpstats.io и представленные истцом, основаны на тех данных, которые указал непосредственный продавец при формировании карточки товара.

При этом, суд отмечает, что сведения о количестве предложенных к продаже товаров ответчик документально не опроверг.

Судом первой инстанции указано, что суд неоднократно предлагал ответчику представить данные о количестве предложенного к продаже товара, и представить конррасчет компенсации, определениями Арбитражного суда Московской области от 21.01.2025, 18.02.2025, однако, ответчиком указанные данные не представлены, в связи с чем ответчик несет риск наступления последствий совершения или несовершения им процессуальных действий (ч. 2 ст. 9 АПК РФ).

Судом указано, что у ответчика имелась возможность представить соответствующие корректировки и уточнения, однако он таким правом не воспользовался. Ответчик, как непосредственный участник продаж, не может не располагать документами первичного учета, определяющими количество и стоимость спорных продаж.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о том, что непредставление ответчиком документов, определяющих количество и стоимость проданных товаров, в меньшем размере, чем заявлено истцом, следует оценивать как отказ ответчика от опровержения фактов о продажах, на наличие которых аргументированно указывал истец со ссылкой на соответствующие документы и сведения.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что факт предложения ответчиком к продаже товара Фертика ЛЮКС - для овощей, цветов и рассады, 100 гр*3 шт./Комплексное минеральное удобрение (код товара: 1461780489) в количестве 509 штук на сумму 219 777 руб., а также товара Фертика ЛЮКС - для овощей, цветов и рассады, 100 гр*5 шт./Комплексное минеральное удобрение (код товара: 1561622260) в количестве 574 штук на общую сумму 324 143 руб. подтвержден представленными в материалы дела доказательствами.

Учитывая изложенное, суд полагает, что размер компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак № 488283 в размере 1 087 840 руб. обоснован представленными в материалы дела доказательствами.

При этом, в суде первой инстанции, ответчика заявлено о наличии оснований для снижения компенсации ниже низшего предела, в силу следующего.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 13.12.2016 № 28-П «По делу о проверке конституционности подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросами Арбитражного суда Алтайского края» (далее - Постановление № 28-П), при определенных

условиях возможно снижение судом размера компенсации ниже низшего предела, установленного статьями 1301, 1311 и 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, однако такое уменьшение возможно лишь по заявлению ответчика при определенных условиях:

- размер подлежащей выплате компенсации с учетом возможности ее снижения многократно превышает размер причиненных правообладателю убытков;

- правонарушение совершено ответчиком впервые;

- использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью деятельности ответчика и не носило грубый характер (например, если продавцу не было заведомо известно о контрафактном характере реализуемой им продукции).

Как указано в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 24.07.2020 № 40-П «По делу о проверке конституционности подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросом Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда» (далее - Постановление № 40-П), сформулированные в Постановлении от 13.12.2016 № 28-П правовые позиции имеют общий (универсальный) характер в том смысле, что должны учитываться не только при применении тех же самых норм ГК РФ, которые стали непосредственным предметом проверки Конституционного Суда Российской Федерации, и лишь в контексте идентичных обстоятельств дела, но и в аналогичных ситуациях. Соответственно, и в случае взыскания за нарушение исключительного права на один товарный знак компенсации, определенной по правилам подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 данного Кодекса, должна быть обеспечена возможность ее снижения, если размер подлежащей выплате компенсации многократно превышает размер причиненных правообладателю убытков (притом что убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком) и если при этом обстоятельства конкретного дела свидетельствуют, в частности, о том, что правонарушение совершено индивидуальным предпринимателем впервые и что использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью его предпринимательской деятельности и не носило грубый характер.

Таким образом, Конституционный Суд Российской Федерации подтвердил применение правовых позиций, изложенных в Постановлении от 13.12.2016 № 28-П в отношении компенсации, испрашиваемой на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Определение размера компенсации относится к прерогативе суда, рассматривающего спор по существу, который определяет размер компенсации в пределах, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении № 40-П, с учетом характера допущенного нарушения и тяжелого материального положения ответчика и при наличии соответствующего заявления от него суд вправе снизить размер компенсации ниже установленной подпунктом 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации величины.

При этом - с целью не допустить избыточного вторжения в имущественную сферу ответчика, с одной стороны, и, с другой, лишить его стимулов к бездоговорному использованию объектов интеллектуальной собственности - размер такой компенсации может быть снижен судом не более чем вдвое (то есть, не может быть менее документально подтвержденной стоимости контрафактной продукции).

Оценив представленные в материалы дела доводы и доказательства в обоснование наличия оснований для снижения компенсации ниже низшего предела, суд приходит к выводу о том, что ответчиком доказана совокупность условий, необходимая для применения такой экстраординарной меры, как снижение компенсации ниже низшего предела.

Принимая во внимание незначительную стоимость предложенного к продаже товара (416 руб. 518 руб.), доказанный срок нарушения, отсутствие подобных нарушений со стороны ответчика, удаление им спорных предложений к продаже товаров (в ходе судебного разбирательства, ответчик неоднократно пояснял, что после предъявления истцом претензий, прекратил использование товарного знака истца, о чем также указал в дополнениях к отзыву; в ходе судебного разбирательства, суд установил, что ответчик прекратил предложения к продаже товара на интернет-страницах https://www.ozo № .ru/product/fertika-lyuks-dlya-ovoshchey-tsvetov-i-rassady-100-gr-3sht-

kompleks № oe-mi № eral № oe-udobre № ie-1461780489, https://www.ozo № .ru/product/fertika- lyuks-dlya-ovoshchey-tsvetov-i-rassady-100-gr-5sht-kompleks № oe-mi № eral № oe-udobre № ie-1561622260,) а также, учитывая, что использование объекта интеллектуальной собственности не носило грубый характер, суд приходит к выводу о наличии оснований для снижения размера компенсации до размера однократной стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, то есть, до 543 920 руб. По мнению суда, указанная сумма компенсации является соразмерной допущенному правонарушению,

разумной, в том числе, поскольку компенсация не должна носить карательный характер без учета всех установленных по делу обстоятельств.

При этом, суд не усматривает оснований для снижения размера компенсации за нарушение исключительных прав на промышленный образец № 80517 ниже низшего предела, установленного законном.

По мнению суда, определенный истцом в указанной части размер компенсации в сумме 10 000 руб. не влечет недобросовестного обогащения истца, а также избыточного вторжения в имущественную сферу ответчика, при этом, безусловно, лишает последнего стимулов к бездоговорному использованию объекта интеллектуальной собственности, соответствует степени вины нарушителя и установленным по делу обстоятельствам.

Учитывая изложенные обстоятельства, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о взыскании с ответчика компенсацию в размере 553 920 руб. (543 920 руб. + 10 000 руб.).

Так же истцом заявлено о взыскании расходов в виде стоимости товаров в размере 998 руб., почтовых расходов в размере 368,54 руб., расходов по оплате государственной пошлине.

Как разъяснено в пункте 4.1 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 28.10.2021 № 46-П, решение арбитражного суда о снижении размера компенсации за нарушение исключительных прав на объекты интеллектуальной собственности, определенной истцом (правообладателем) в минимальном размере, установленном законом, - как по основаниям его принятия, так и по вызываемым юридическим последствиям - не может отождествляться с частичным удовлетворением исковых требований, обусловленным отсутствием (недоказанностью) надлежащих оснований для их признания судом полностью обоснованными. Оценка такого судебного акта для целей распределения судебных расходов между лицами, участвующими в деле, должна учитывать выявленные Конституционным Судом Российской Федерации отличительные особенности итогового определения судом размера компенсации за нарушение индивидуальным предпринимателем при осуществлении предпринимательской деятельности исключительных прав и лежащих в их основе материальных правоотношений (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 № 28-П и от 24.07.2020 № 40-П).

Анализ приведенных законоположений дает основание утверждать, что снижение арбитражным судом размера компенсации за нарушение исключительных прав на объекты интеллектуальной собственности, когда требование о выплате такой компенсации было

заявлено правообладателем в минимальном размере (как указывалось выше, после установления стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, двукратный размер такой стоимости является единственно возможным, одновременно и минимальным, и максимальным), предусмотренном нормами Гражданского кодекса Российской Федерации для соответствующего нарушения, не может - по своим отличительным юридическим параметрам - приравниваться к частичному удовлетворению исковых требований. Принятие соответствующего судебного акта фактически означает доказанность нарушения исключительных прав правообладателя, а снижение размера подлежащей выплате компенсации обусловливается не неправомерностью (чрезмерностью) заявленного им ее минимального размера, а наличием оснований для использования особого правомочия арбитражного суда, обусловленных не избыточностью исковых требований, а необходимостью - с учетом обстоятельств конкретного дела и личности нарушителя - соблюдения конституционных принципов справедливости, равенства и соразмерности при применении данной штрафной санкции, выполняющей, наряду с защитой частных интересов правообладателя, публичную функцию превенции (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 № 28-П).

Сопоставимого подхода относительно невозможности возложения на правообладателя, чьи исключительные права на объекты интеллектуальной собственности были нарушены, обязанности - в случае снижения судом заявленного размера компенсации ниже низшего предела - нести судебные издержки пропорционально удовлетворенным требованиям, придерживается и Верховный Суд Российской Федерации, полагающий, что соответствующее решение не только не обеспечит восстановления имущественной сферы истца, но и не будет способствовать достижению публично-правовой цели - стимулированию участников гражданского оборота к добросовестному, законопослушному поведению, исключающему получение собственных преимуществ в предпринимательской деятельности с помощью неправомерных методов и средств.

Возложение на правообладателя указанной обязанности противоречит пункту 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного или недобросовестного поведения, и фактически препятствует правообладателю защищать свое нарушенное право в судебном порядке (пункт 47 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 22.07.2020).

Таким образом, часть 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования не предполагает взыскания с обладателя исключительных прав на объекты интеллектуальной собственности судебных расходов, понесенных нарушителем таких прав, в случае, когда, установив нарушение исключительных прав и удовлетворяя требования правообладателя о выплате ему компенсации за их нарушение, заявленные в минимальном размере, предусмотренном законом для соответствующего нарушения, арбитражный суд принимает решение о снижении размера компенсации (пункт 4.2 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 28.10.2021 № 46).

В связи с изложенным, в рассматриваемом случае, уменьшение судом заявленной истцом суммы компенсации не влияет на определение размера судебных расходов, взыскиваемых с ответчика в пользу истца, который эти расходы фактически понес, судебные издержки истца по уплате государственной пошлины, стоимости приобретенного у ответчика товара, почтовые расходы подлежат взысканию с ответчика в полном размере.

Учитывая изложенное выше, апелляционный суд приходит к выводу о законности и обоснованности решения суда первой инстанции.

Доводы апелляционной жалобы проверены апелляционным судом и отклонены, поскольку противоречат фактическим обстоятельствам дела, основаны на неправильном толковании норм действующего законодательства и не могут повлиять на законность и обоснованность принятого судом первой инстанции судебного акта, оснований для переоценки выводов суда первой инстанции суд апелляционной инстанции не усматривает.

Нарушений норм процессуального права, влекущих отмену судебного акта в любом случае, судом первой инстанции не допущено.

На основании изложенного, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что арбитражным судом первой инстанции принято законное и обоснованное решение, полно и правильно установлены и оценены обстоятельства дела, применены нормы материального права, подлежащие применению, и не допущено нарушений процессуального закона, в связи с чем оснований для отмены или изменения обжалуемого судебного акта не имеется.

Учитывая изложенное выше, апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению.

Руководствуясь статьями 266, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Московской области от 28.04.2025 по делу

№ А41-75012/24 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Суд по интеллектуальным правам через

Арбитражный суд Московской области в двухмесячный срок со дня его принятия.

Председательствующий cудья Е.А. Бархатова Судьи С.В. Боровикова

Е.Н. Виткалова