Постановление от 30 августа 2018 г. по делу № А47-5751/2013

ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД






ПОСТАНОВЛЕНИЕ



№ 18АП-10247/2018
г. Челябинск
30 августа 2018 года
Дело № А47-5751/2013


Резолютивная часть постановления объявлена 23 августа 2018 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 30 августа 2018 года.


Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Сотниковой О.В.,

судей: Ершовой С.Д., Калиной И.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Новотроицкая лекарственная компания» ФИО2 на определение Арбитражного суда Оренбургской области от 15.06.2018 по делу № А47-5751/2013 (судья Борисова Е.М.).

В судебном заседании принял участие ФИО3 – представитель ФИО4 по доверенности от 14.10.2017, представитель ФИО5 по доверенности от 01.06.2018


Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 14.06.2013 по заявлению закрытого акционерного общества фирма «Центр внедрения «Протек», г. Москва, в лице филиала «Протек-36», г. Оренбург возбуждено производство по делу о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Новотроицкая лекарственная компания» (г. Орск Оренбургской области, ОГРН <***>, ИНН <***>, далее - ООО «Новотроицкая лекарственная компания», должник).

Определением суда от 09.09.2013 (резолютивная часть от 04.09.2013) в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО2, член некоммерческого партнерства «Саморегулируемая организация независимых арбитражных управляющих «Дело».

Решением Арбитражного суда Оренбургской области от 07.04.2014 (резолютивная часть от 04.04.2014) ООО «Новотроицкая лекарственная компания» признано банкротом с открытием конкурсного производства. Конкурсным управляющим утвержден ФИО2 (далее – ФИО2, конкурсный управляющий).



24.01.2018 посредством системы подачи документов в электронном виде «Мой арбитр» конкурсный управляющий ФИО2 направил в Арбитражный суд Оренбургской области заявление о привлечении контролирующих деятельность должника лиц к субсидиарной ответственности, в котором просил:

- взыскать солидарно с ФИО4 и ФИО5 в пользу ООО «Новотроицкая лекарственная компания» денежные средства в размере 1 723 189 руб. 93 коп.;

- взыскать солидарно с ФИО4 и ФИО5 (далее - ФИО4, ФИО5, ответчики) в порядке пункта 3.1 статьи 20.6 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) в пользу арбитражного управляющего ФИО2 вознаграждение в размере 516 957 руб.

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 15.06.2018 в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, конкурсный управляющий ФИО2 обратился в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, просил удовлетворить требования о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности.

22.08.2018 в суд апелляционной инстанции поступили дополнения к доводам апелляционной жалобы, которые в отсутствие возражений представителя ответчиков, приняты судом к рассмотрению.

В обоснование доводов апелляционной жалобы ее податель указал на ошибочность вывода суда относительно пропуска срока исковой давности, ФИО2 отметил, что в отношении срока исковой давности к рассматриваемым правоотношениям подлежал применению Закон о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее - Закон № 73-ФЗ), которым конкурсный управляющий не был ограничен сроком исковой давности для подачи заявления о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц. Для процедур введенных после 30.06.2013, но до 29.07.2017 подлежал применению трехгодичный срок исковой давности, который следовало исчислять не с момента открытия конкурсного производства, а с момента реализации имущества должника.

Также конкурсный управляющий не согласен с выводом суда о том, что заявленные требования могут являться двойным взысканием долга, за одни и те же правонарушения. Ранее конкурсным управляющим были оспорены сделки должника и две из них были признаны судом недействительными (отчуждение объекта недвижимости ООО «Розмарин» и выплата дивидендов ФИО5). Как указал податель жалобы, им было подано заявление о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц по обязательствам должника по правилам статьи 61.11 Закона о банкротстве, положения которой презюмируют, что субсидиарная ответственность возникает в случае совершения или одобрения контролирующими должника лицами сделок, причинивших вред должнику. Суд необоснованной сослался на положения статьи 399 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

ФИО4 и ФИО5 в материалы дела представлены отзывы на апелляционную жалобу, в которых они просят определение оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Отзывы приобщены к материалам дела в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании представитель ФИО4 и ФИО5 поддержал доводы отзывов.

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, в судебное заседание не явились.

В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие неявившихся лиц.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела и установлено суд первой инстанции на основании решения № 1 единственного участника от 01.09.2009 генеральным директором ООО «Новотроицкая лекарственная компания» избран ФИО4 (т. 1, л.д. 36, 38).

Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц по состоянию на 24.12.2012 одним из учредителей ООО «Новотроицкая лекарственная компания» является ФИО5 (т. 1, л.д. 39).

В рамках дела о банкротстве ООО «Новотроицкая лекарственная компания» (№А47-5751/2013) рассматривалось заявление конкурсного управляющего к ООО «Розмарин» о признании сделки – договора купли- продажи от 16.11.2012 недействительной.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.05.2015 по делу № А47-5751/2013 признан недействительным договор купли-продажи недвижимого имущества, находящегося по адресу: <...>, кадастровый номер: 56-01/21-32/2003-283, от 16.11.2012, заключенный между ООО «Новотроицкая лекарственная компания» и ООО «Розмарин», применены последствия недействительности сделки в виде обязания ООО «Розмарин» возвратить в конкурсную массу должника указанное недвижимое имущество; с ООО «Новотроицкая лекарственная компания в пользу ООО «Розмарин» взысканы денежные средства в размере 3000000 руб.

Указанным судебным актом установлено, что сделка купли-продажи недвижимого имущества, расположенного по адресу: <...>, кадастровый номер: 56-01/21-32/2003-283 была совершена при неравноценном встречном предоставлении; при этом сведения о том, что руководителем должника совершались действия, предусмотренные пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, связанные с выводом активов, из содержания указанного судебного акта не усматриваются.

Впоследствии, конкурсным управляющим реализовано спорное недвижимое имущество по цене 3 492 000 руб., денежные средства поступили в конкурсную массу и были направлены на частичное погашение требований кредиторов (т. 1, л.д. 7-11, 113-115).

Также судом установлено, что определением арбитражного суда от 24.02.2015 удовлетворено заявление конкурсного управляющего, с ФИО5 в пользу ООО «Новотроицкая лекарственная компания» взыскано 2 500 000 руб. (т. 2, л.д. 18-21). При рассмотрении данного спора установлено, что при наличии задолженности перед ЗАО «Центр внедрения «Протек» в сумме 2 465 976 руб. 16 коп. по договору поставки лекарственных средств № 427 от 22.12.2009, образовавшейся в период с 25.08.2012 и до 16.10.2012, в пользу ФИО5 была произведена выплата дивидендов платежами от 19.04.2012, 28.04.2012, 21.05.2012, 29.06.2012, 28.08.2012, что фактически совпало с датой прекращения исполнения должником своих обязательств по договору поставки лекарственных средств № 427 от 22.12.2009. Судом установлено, что именно наличие задолженности перед ЗАО «Центр внедрения «Протек» и послужило основанием для признания должника банкротом. Кроме того, судом было установлено, что в период выплаты дивидендов должник имел неисполненное обязательство, подтвержденное решением Ленинского районного суда г. Орска от 07.10.2013, перед ОАО АКБ «Орскиндустриябанк». Судом также было установлено, что спустя 2 месяца после образования данной задолженности, послужившей основанием для признания должника банкротом, ФИО5 уступил свою долю в уставном капитале ООО «Новотроицкая лекарственная компания» ФИО6 по договору купли-продажи от 12.12.2012.

С учетом выводов, сделанных в определении суда от 24.02.2015, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что факт выплаты дивидендов ФИО5 привел к возникновению признаков неплатежеспособности общества, т.е. к прекращению исполнения должником части денежных обязательств, вызванных недостаточностью денежных средств. Вывод из состава имущества должника денежных средств в сумме 2500000 руб., привел к причинению вреда имущественным интересам кредитора общества - ЗАО «Центр внедрения «Протек», т.е. к уменьшению размера имущества должника, приведшей к полной или частичной утрате возможности кредитора получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет данного имущества. Именно в результате выплаты дивидендов у общества появились признаки несостоятельности (банкротства).

Как отметил суд, указанные обстоятельства подтвердили довод конкурсного управляющего о ничтожности сделки по выплате дивидендов, как совершенной с нарушением требований закона (ст. 168 Гражданского Кодекса РФ). Судом учтено, что весь 2012 год ФИО5 являлся единственным участником общества, т.е. лицом, осуществлявшим полный корпоративный контроль над обществом.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.05.2015 определение Арбитражного суда Оренбургской области от 24.02.2015 по делу № А47-5751/2013 оставлено без изменения (т. 2).

Материалами дела установлено, что в реестр требований кредиторов должника (по состоянию на 12.01.2018) включены требования кредиторов третьей очереди в размере 3 721 190 руб. 94 коп. (погашены в сумме 2 048 075 руб. 00 коп.) по основному долгу, в размере 19 068 руб. 99 коп. по финансовым санкциям. Требования кредиторов, учитываемые за реестром, составляют 31 145 руб. (т. 1, л.д. 12-18).

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявленных требований, исходил из того, что в отношении сделки с ООО «Розмарин» отсутствуют сведения о том, что руководителем должника – ФИО4 совершались действия, предусмотренные пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, связанные с выводом активов. Сделка - договор купли- продажи от 16.11.2012 признан недействительным, объект недвижимости возвращен должнику, реализован в процедуре конкурсного производства, денежные средства направлены для расчетов с кредиторами. Ввиду изложенного, по данному эпизоду, отсутствует совокупность обстоятельств, являющихся основанием для привлечения ФИО4, ФИО5 к субсидиарной ответственности.

В отношении сделки по выплате дивидендов ФИО5, суд отметил, что сделка по получению дивидендов была совершена и исполнена должником под контролем со стороны ФИО5, ввиду чего в соответствии с положениями ст. 10 Закона о банкротстве ответчики не подлежат освобождению от ответственности в соответствующей части. Однако судом отмечено, что привлечение к субсидиарной ответственности носит дополнительный характер и ее назначение – обеспечение удовлетворения требований кредиторов в случае исчерпания иных способов защиты их имущественных интересов, а значит, размер субсидиарной ответственности ответчика должен быть определен с учетом судебного акта, которым с ФИО5 в пользу должника и его кредиторов уже подлежат взысканию денежные средства (с учетом определения от 24.02.2015).

Кроме того, суд принял во внимание сделанное ответчиками заявление о применении срока исковой давности по заявленным требованиям, ввиду чего в требованиях конкурсного управляющего отказал, установив, что срок для подачи заявления о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц по обязательствам должника пропущен.

Исследовав материалы дела и доводы апелляционной жалобы, заслушав представителя ответчиков, арбитражный суд считает верными выводы суда первой инстанции, а значит, апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В соответствии с пунктом 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266-ФЗ) рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

Указанное, вопреки доводам подателя жалобы, не означает применение положений главы III.2 Закона о банкротстве, в частности положений статьи 61.11 в полном объеме к рассматриваемому заявлению, поданному конкурсным управляющим в арбитражный суд 24.01.2018.

Исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации) основания для привлечения к субсидиарной ответственности определяются на основании закона, действовавшего в момент совершения противоправного действия (бездействия) привлекаемого к ответственности лица. В то время как процессуальные правила применяются судом в той редакции закона, какая действует на момент рассмотрения дела арбитражным судом.

Названный подход разъяснен в пункте 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» применительно к Закону № 73-ФЗ, что актуально и для других изменений Закона о банкротства.

Учитывая, что конкурсный управляющий ссылается на совершение ответчиками сделок в 2012 году, то есть до 30.06.2013 (даты вступления в силу Закона № 134-ФЗ), суд первой инстанции обоснованно проверил наличие оснований для привлечения ответчиков к ответственности применительно к статьям 10 Закона о банкротства в редакции Закона № 73-ФЗ.

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ) контролирующие должника лица солидарно несут субсидиарную ответственность по денежным обязательствам должника и (или) обязанностям по уплате обязательных платежей с момента приостановления расчетов с кредиторами по требованиям о возмещении вреда, причиненного имущественным правам кредиторов в результате исполнения указаний контролирующих должника лиц, или исполнения текущих обязательств при недостаточности его имущества, составляющего конкурсную массу.

Положения данной нормы Закона о банкротстве являются специальными и соответствуют абзацу второму пункта 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснение по применению которого дано в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации».

Согласно пункту 22 названного постановления при разрешении вопросов, связанных с ответственностью учредителя (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), его собственника или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Указанная ответственность является гражданско-правовой, в связи с чем, возложение на собственника имущества должника обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Таким образом, для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности необходимо доказать, что своими действиями (указаниями) ответчик довел должника до банкротства, то есть до состояния, не позволяющего ему удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены.

Бремя доказывания названных обстоятельств лежит на лице, заявившем о привлечении к ответственности.

Контролирующее должника лицо не отвечает за вред, причиненный имущественным правам кредиторов, если докажет, что действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Отсутствие вины в силу пункта 2 статьи 401, пункта 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности.

Оценив представленные доказательства и доводы конкурсного управляющего по правилам статьи 71 Закона о банкротстве, суд первой инстанции пришел к обоснованному к выводу о недоказанности конкурсным управляющим оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности за совершение сделки купли-продажи недвижимого имущества, находящегося по адресу: <...>, поскольку имущественные права должника восстановлены постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.05.2015 по делу № А47-5751/2013, в настоящее время объект недвижимости возвращен должнику и реализован конкурсным управляющим по цене 3 492 000 руб., денежные средства поступили в конкурсную массу и были направлены на частичное погашение требований кредиторов.

В отношении сделки по выплате дивидендов ФИО5, суд также верно отметил, что данное событие, совпавшее с прекращением исполнения должником части денежных обязательств, вызванных недостаточностью денежных средств свидетельствует о выводе из состава имущества должника денежных средств в сумме 2 500 000 руб. Сделка привела к причинению вреда имущественным интересам кредитора общества - ЗАО «Центр внедрения «Протек», является ничтожной. Вместе с тем, в настоящее время имеется судебный акт от 24.02.2015, которым с ФИО5 взыскана выплаченная ему сумма в качестве дивидендов. Из пояснений представителя ФИО5 и имеющегося в деле отзыва на апелляционную жалобу, судебный акт от 24.02.2015 в настоящее время исполняется ФИО5, им выплачено 1 299 432,20 руб. платежным поручением № 10 от 056.06.2018, от погашения долга ФИО5 не уклоняется.

При этом судом первой инстанции правомерно установлено, что срок исковой давности по заявленным требованиям пропущен.

Основания и порядок привлечения должностных лиц должника к субсидиарной ответственности по его обязательствам определены в ст. 10 Закона о банкротстве.

Федеральными законами от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» и от 28.06.2013 № 134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям» в указанную статью внесены изменения.

Как уже было указано выше, согласно пункту 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 73-ФЗ (в частности, статья 10) о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона № 73-ФЗ.

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона № 73-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 73-ФЗ (в частности, статья 10), независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Закон № 73-ФЗ вступил в силу 05.06.2009, Закон № 134-ФЗ - 30.06.2013.

Как видно из материалов дела, обстоятельства, с которыми конкурсный управляющий связывает наличие оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, имели место в 2012 году, то есть после вступления в силу Закона № 73-ФЗ, но до вступления в силу Закона № 134-ФЗ.

С учетом изложенного к спорным правоотношениям подлежат применению положения ст. 10 Закона о банкротстве в редакции Закона № 73-ФЗ.

Действительно Закон о банкротстве в редакции Закона № 73-ФЗ, действовавший на момент рассматриваемых правоотношений, не содержал положений, ограничивающих срок подачи заявления о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности.

Нормами Закона № 134-ФЗ не предусмотрена возможность его применения к правоотношениям, возникшим до вступления его в силу.

Следовательно, сокращенный срок исковой давности, установленный абз. 4 п. 5 ст. 10 Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ, не подлежал применению к рассматриваемым правоотношениям, поскольку отсутствовала возможность применения нормы абз. 4 п. 5 ст. 10 Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ к правоотношениям, возникшим до вступления ее в силу.

Таким образом, суд первой инстанции правомерно руководствовался общим трехлетним сроком исковой давности, начав исчисление срока с 02.04.2014 (резолютивной части решения о признании должника банкротом и утверждении ФИО2 конкурсным управляющим должника).

Как верно отметил суд, и из материалов дела усматривается, что еще в период процедуры наблюдения временный управляющий ФИО2 11.03.2014 представил в материалы дела анализ финансово-хозяйственной деятельности общества с датой составления отчета - 25.01.2014 (т. 1, л.д. 48-73). Из содержания отчета следует, что ФИО2 был осведомлен о выводе денежных средств в виде выплаты дивидендов в размере 2,75 млн. руб., поскольку их анализировал: неправомерная оплата дивидендов и подоходного налога на дивиденды в результате фальсификации бухгалтерской отчетности, ущерб составил 2,75 млн. руб.; также им был произведен анализ сделки по купле-продаже нежилого помещения, расположенного по адресу: <...>; указано, что цена продажи ООО «Розмарин» является заниженной.

Учитывая, что конкурсный управляющий ФИО2, являющаяся прежде и временным управляющим должника, был осведомлен о совершении ответчиками указанных выше сделок, а также, учитывая то обстоятельство, что с заявлением о привлечении ФИО4 и ФИО5 к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий обратился 24.01.2018, в то время должник признан банкротом решением от 07.04.2014 (резолютивная часть от 02.04.2014), следует признать обоснованным, что управляющим пропущен трехгодичный срок исковой давности.

В силу пункта 2 статьи 199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Доводы конкурсного управляющего о том, что он не мог обратиться в суд ранее окончания реализации имущества должника, ошибочны.

Согласно абзацу второму пункта 8 статьи 10 Закона о банкротстве (в применимой редакции Закона № 73-ФЗ) в определении о привлечении контролирующих должника лиц к ответственности указывается размер их ответственности, который применительно к случаям, предусмотренным пунктами 4 и 5 настоящей статьи, устанавливается исходя из разницы между определяемым на момент закрытия реестра размером требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, и размером удовлетворенных требований кредиторов на момент приостановления расчетов с кредиторами или исполнения текущих обязательств должника в связи с недостаточностью имущества должника, составляющего конкурсную массу.

Таким образом, размер субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц мог быть определен исходя из размера кредиторской задолженности и стоимости выявленного у должника имущества, а впоследствии скорректирован исходя из реального удовлетворения кредиторских требований. При этом рассмотрение заявления о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности могло быть приостановлено судом до момента окончания реализации конкурсной массы.

Определение размера субсидиарной ответственности, само по себе не связано с правом конкурсного управляющего на обращение с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

С учетом изложенного, оснований для отмены или изменения определения суда первой инстанции и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не установлено.

В соответствии со статьей 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации уплата государственной пошлины по настоящей жалобе не предусмотрена.

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции



ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Оренбургской области от 15.06.2018 по делу №А47-5751/2013 оставить без изменения, апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Новотроицкая лекарственная компания» ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.


Председательствующий судья О.В. Сотникова

Судьи: С.Д. Ершова

И.В. Калина