Постановление от 25 апреля 2024 г. по делу № А41-65330/2020

ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-4163/2024

Дело № А41-65330/20
26 апреля 2024 года
г. Москва



Резолютивная часть постановления объявлена 16 апреля 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме 26 апреля 2024 года


Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  Епифанцевой С.Ю.,

судей Терешина А.В., Шальневой Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания:  ФИО1,

при участии в заседании:

ФИО2, лично, ФИО3, представитель по доверенности от 13.06.2023 (посредством веб-конференции).

иные лица, участвующие в деле, не явились, извещены надлежащим образом;

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Московской области от 12 февраля 2024 года, по заявлению финансового управляющего должника о признании договора займа от 07 ноября 2020 года недействительным по делу  №А41-65330/20 о несостоятельности (банкротстве) ФИО4, ответчик - ФИО2,  



УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Московской области от 09.12.2020 по делу №А41-65330/2020 в отношении ФИО4 введена процедура реструктуризации долгов гражданина. Финансовым управляющим утвержден ФИО5.

Решением Арбитражного суда Московской области от 08.02.2022 по делу № А41- 65330/2020 ФИО4 признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества гражданина. Финансовым управляющим утвержден ФИО5.

Финансовый управляющий должника обратился в Арбитражный суд Московской области с заявлением, в котором просил: 

- признать недействительной сделкой договор займа от 08.11.2020, заключенный между ФИО4 и ФИО2;

- признать отсутствующим право требования ФИО2 к ФИО4 по договору займа от 08.11.2020.

Определением Арбитражного суда Московской области от 12.02.2024 по делу №А41-65330/20 заявленные требования финансового управляющего должника удовлетворены в полном объеме.

Не согласившись с определением суда первой инстанции, ФИО2 обратился в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение отменить, отказать в удовлетворении заявленных требований.

В судебном заседании ФИО2 подержал апелляционную жалобу.

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии с нормами статей 121 - 123, 153, 156 АПК РФ в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в том числе публично, путем размещения информации на официальном сайте "Электронное правосудие" www.kad.arbitr.ru.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 223, 266, 268 АПК РФ.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, обсудив доводы апелляционной жалобы, арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены определения суда первой инстанции.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

  Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями, регулируются параграфами 1.1 и 4 главы X Закона, а при отсутствии специальных правил, регламентирующих особенности банкротства этой категории должников - главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, предусмотренным данным Законом.

В силу п. 1 ст. 213.32 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным ст. ст. 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Как следует из материалов дела, между 08.11.2020 между ФИО4 (заемщик) и ФИО2 (займодатель) заключен договор займа, согласно которому займодавец передал заемщику заем в размере 791000 руб.

Согласно пункту 4 договора заемщик возвращает займодавцу всю сумму займа не позднее 01.02.2021.

Поскольку заемщиком принятые на себя обязательства исполнены не были, ФИО2 обратился в суд с заявлением о взыскании с ФИО4 денежных средств в размере 791000 руб.

Вступившим в законную силу решением Шатурского городского суда Московской области по делу от 19.01.2022 № 2-456/2022 сумма займа в размере 791000 рублей взыскана с должника в пользу ответчика.

Согласно пункту 7 договора займа, в случае нарушения должником срока возврата денежных средств, указанного в пункте 4, должник будет обязан уплачивать ответчику пени из расчета 3% от вовремя невозвращенных сумм за каждый месяц просрочки.

Решением Шатурского городского суда Московской области от 06.04.2022 по делу № 2-456/2022 с должника в пользу ответчика взысканы пени за период с 21.02.2021 по 28.02.2022 в размере 308490 рублей, пени за просрочку исполнения обязательства в размере 3% за каждый месяц просрочки, начисляемую на сумму всего просроченного платежа с 1 марта 2022 до фактического возврата суммы задолженности.

Финансовый управляющий, полагая, что указанная сделка (договор займа) является мнимой, и совершена со злоупотреблением правом, обратился в суд с настоящим заявлением со ссылками на статьи 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» наличие у сделки, на которой основывает требование кредитор, оснований для признания ее недействительной в соответствии со статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве не может использоваться в качестве возражения при установлении этого требования в деле о банкротстве, а дает только право на подачу соответствующего заявления об оспаривании сделки в порядке, определенном этой главой.

Наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются: осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). В силу разъяснений, изложенных в абзаце четвертом пункта 4 Постановления Пленума N 63 в рамках дела о банкротстве суд вправе квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно рекомендациям, изложенным в пункте 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации», если при заключении договора стороной было допущено злоупотребление правом, данная сделка признается судом недействительной на основании пункта 2 статьи 10 и статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 25 от 23.06.2015 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Как разъяснил Верховный Суд Российской Федерации в пункте 1 Постановления Пленума № 25 от 23.06.2015, добросовестным поведением, является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По смыслу приведенных правовых норм и разъяснений, под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением, установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага. В частности злоупотребление правом может выражаться в отчуждении имущества с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411 фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон.

Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств.

Как следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Московской области от 09.10.2020 возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) ФИО4, оспариваемая сделка совершена 08.11.2020, то есть после возбуждения производства по настоящему делу.

В соответствии с пунктом 1 статьи 807 ГК РФ, по договору займа одна сторона (заимодавец) передает или обязуется передать в собственность другой стороне (заемщику) деньги, вещи, определенные родовыми признаками, или ценные бумаги, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество полученных им вещей того же рода и качества либо таких же ценных бумаг. Если заимодавцем в договоре займа является гражданин, договор считается заключенным с момента передачи суммы займа или другого предмета договора займа заемщику или указанному им лицу.

В настоящем случае денежные средства, согласно записи сделанной должником на договоре займа, получены 07.11.2020.

В силу пункта 1 статьи 810 ГК РФ, заемщик обязан возвратить заимодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.

Решением Шатурского городского суда Московской области по делу от 19.01.2022 № 2-456/2022 сумма займа в размере 791 000 рублей взыскана с должника в пользу ответчика.

Согласно пункту 7 договора займа, в случае нарушения должником срока возврата денежных средств, указанного в пункте 4, должник будет обязан уплачивать ответчику пени из расчета 3% от вовремя невозвращенных сумм за каждый месяц просрочки.

Решением Шатурского городского суда Московской области от 06.04.2022 по делу № 2-456/2022 с должника в пользу ответчика взысканы пени за период с 21.02.2021 по 28.02.2022 в размере 308490 рублей, пени за просрочку исполнения обязательства в размере 3% за каждый месяц просрочки, начисляемую на сумму всего просроченного платежа с 1 марта 2022 до фактического возврата суммы задолженности.

Как установлено судом первой инстанции, на момент заключения оспариваемого договора у должника имелись неисполненные обязательства перед следующими кредиторами:

- обществом с ограниченной ответственностью «Юридическая фирма «Гошин Групп» (ранее - акционерное общество «Альфа-банк») по кредитному договору от 23.01.2019 (решение Шатурского городского суда Московской области от 31.10.2019 по делу № 2-1455/2019;

- ФИО6 по договору займа от 12.02.2019 (судебный приказ мирового судьи судебного участка № 272 Шатурского судебного района Московской области от 29.11.2019 по делу № 2-1734/2019);

- публичным акционерным обществом «Совкомбанк» по кредитному договору от 12.02.2018 № 1571315718;

- публичным акционерным обществом «Сбербанк России» по кредитному договору от 29.10.2012№ 0268-Р-644378063, задолженность по которым впоследствии включена в реестр требований кредиторов.

В силу пункта 1 статьи 5 Закона о банкротстве, под текущими платежами понимаются денежные обязательства, требования о выплате выходных пособий и (или) об оплате труда лиц, работающих или работавших по трудовому договору, и обязательные платежи, возникшие после даты принятия заявления о признании должника банкротом, если иное не установлено Законом о банкротстве.

Как разъяснено в пункте 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 63 «О текущих платежах по денежным обязательствам в деле о банкротстве» (далее - постановления от 23.07.2009 № 63), при применении пункта 1 статьи 5 Закона о банкротстве, судам следует учитывать, что обязательство возвратить денежную сумму, предоставленную по договору займа (статья 810 ГК РФ) или кредитному договору (статья 819 ГК РФ), возникает с момента предоставления денежных средств заемщику. Обязательство уплатить денежную сумму, предоставленную должнику в качестве коммерческого кредита в виде отсрочки или рассрочки оплаты товаров, работ и услуг (статья 823 ГК РФ), возникает с момента исполнения кредитором соответствующей обязанности по передаче товаров, выполнению работ либо оказанию услуг.

Поскольку оспариваемый договор заключен после принятия заявления о признании должника несостоятельным (банкротом), обязательства по нему относятся к текущим обязательствам, а значит, в силу положений пункта 1 статьи 134 Закона о банкротстве, должны будут погашаться преимущественно перед кредиторами, чьи требования возникли ранее и включены в реестр требований кредиторов должника.

Следовательно, заключение оспариваемого договора займа от 08.11.2020 привело к изменению очередности удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки.

В условиях банкротства должника, а значит очевидной недостаточности у последнего денежных средств и иного имущества для расчета по всем долгам, судебным спором об установлении требования конкурсного кредитора затрагивается материальный интерес прочих кредиторов должника, конкурирующих за распределение конкурсной массы в свою пользу.

Кроме того, в сохранении имущества банкрота за собой заинтересованы его бенефициары, что повышает вероятность различных злоупотреблений, направленных на создание видимости не существовавших реально правоотношений.

Как следствие, во избежание необоснованных требований к должнику и нарушений прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные требования.

Разъяснения о повышенном стандарте доказывания в делах о банкротстве даны в пункте 26 постановления № 35, из которого следует, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. Требование, основанное на факте передачи денежных средств, должно подтверждаться не только распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру (что свойственно обычному спору), но и доказательствами, подтверждающими финансовые возможности кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, а также сведениями о дальнейшем движении денежных средств.

В условиях конкуренции кредиторов должника-банкрота возможны ситуации, когда спор по задолженности между отдельным кредитором (как правило, связанным с должником), носит формальный характер и направлен на сохранение имущества должника за его бенефициарами: за собственниками бизнеса (через аффилированных лиц - если должник юридическое лицо) или за самим должником (через родственные связи - если должник физическое лицо).  Подобные споры характеризуются предоставлением минимально необходимого и в то же время внешне безупречного набора доказательств о наличии задолженности у должника, обычно достаточного для разрешения подобного спора; пассивностью сторон при опровержении позиций друг друга; признанием обстоятельств дела или признанием ответчиком иска и т.п. В связи с совпадением интересов должника и такого кредитора их процессуальная активность не направлена на установление истины.

Конкурирующий кредитор и арбитражный управляющий как лица, не участвовавшие в сделке, положенной в основу требований о включении в реестр, объективно лишены возможности представить в суд исчерпывающий объем доказательств, порочащих эту сделку. В то же время они могут заявить убедительные доводы и (или) указать на такие прямые или косвенные доказательства, которые с разумной степенью достоверности позволили бы суду усомниться в действительности или заключенности сделки.

При оценке доводов о пороках сделки суд не должен ограничиваться проверкой соответствия документов установленным законом формальным требованиям. Необходимо принимать во внимание и иные доказательства, в том числе об экономических, физических, организационных возможностях кредитора или должника осуществить спорную сделку. Формальное составление документов об исполнении сделки не исключает ее мнимость (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Бремя опровержения доводов о фиктивности сделки лежит на лицах, ее заключивших, поскольку в рамках спорного правоотношения они объективно обладают большим объемом информации и доказательств, чем другие кредиторы. Предоставление дополнительного обоснования не составляет для них какой-либо сложности.

В связи с данными обстоятельствами финансовый управляющий заявил о мнимости сделки. Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон отсутствует цель в достижении заявленных результатов.

Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей, сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон.

При этом характерной особенностью является то, что, совершая сделку лишь для вида, стороны стремятся правильно оформить все документы, не намереваясь создать реальных правовых последствий. В связи с этим установление несовпадения воли с волеизъявлением относительно обычно порождаемых такой сделкой гражданско-правовых последствий является достаточным для квалификации ее в качестве ничтожной.

В силу пункта 1 статьи 170 ГК РФ мнимой сделкой является сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, мнимая сделка ничтожна. Для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Юридически значимыми обстоятельствами, подлежащими установлению и доказыванию в спорах о действительности договоров займа в деле о банкротстве гражданина, в соответствии с указанным высоким стандартом доказывания, должны быть следующие обстоятельства, рассматриваемые в их совокупности и взаимосвязи: наличие денежных средств у заимодавца в необходимом размере на момент предоставления оспариваемых займов; обстоятельства фактической передачи денежных средств; наличие экономического смысла и экономическая обоснованность оспариваемых сделок, включая оценку заимодавцем риска невозврата денежных средств и целесообразности их предоставления на декларируемые заемщиком цели, исходя из обычно ожидаемого добросовестного поведения сторон при действительном заключения таких сделок; наличие у заемщика реальной и обоснованной цели привлечения заемных средств с учетом их размера и фактической возможности заемщика (его дохода) в дальнейшем выплатить заимодавцу сумму займа с процентами; фактические обстоятельства расходования заемщиком (должником) денежных средств, полученных в виде оспариваемых займов.

При наличии обстоятельств, указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно. При рассмотрении вопроса о мнимости договора займа и документов, подтверждающих передачу денежных средств (в частности, расписки заемщика об этом), суд не должен ограничиваться проверкой соответствия копий документов установленным законом формальным требованиям.

Необходимо принимать во внимание и иные документы первичного учета, а также иные доказательства. Суду необходимо исследовать документы, подтверждающие фактическое наличие у заимодавца денежных средств в размере сумм займов к моменту их передачи должнику, в том числе сведения об отражении в налоговой декларации, подаваемой в соответствующем периоде, сумм, равных размеру займа или превышающих его; о снятии такой суммы со своего расчетного счета (при его наличии), а также иные (помимо расписки) доказательства передачи денег должнику. Необходимо выяснить вопрос, на что были потрачены заемные денежные средства должником, на обязательное установление цели действий сторон при заключении оспариваемых договоров займа и оценку сделок на предмет целесообразности принятия должником спорных заемных обязательств.

Как следует из материалов дела, с целью проверки наличия финансовой возможности предоставления ответчиком должнику денежного займа, суд первой инстанции неоднократно предлагал ФИО2 представить доказательства наличия у него на дату заключения спорного договора финансовой возможности предоставить заем в соответствующем размере.

Однако доказательств финансовой возможности, а также доказательств реальности предоставления займа, ФИО2 в материалы дела не представлены.

Доводы должника о том, что заемные денежные израсходованы на оплату коммунальных услуг и иные нужды семьи документально не подтверждены, в связи с чем, правомерно отклонены судом.  

Доказательств обратного в материалы дела не представлено.

Учитывая вышеуказанное, суд первой инстанции обосновано пришел к выводу о наличии оснований для признания договора займа недействительным на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

Согласно пункту 2 статьи 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу.

Возвращение каждой из сторон всего полученного по недействительной сделке осуществляется в порядке, предусмотренном пунктом 2 статьи 167 ГК РФ и статьи 61.6 Закона о банкротстве, согласно которым возвращение полученного носит двусторонний характер.

Учитывая вышеуказанное, суд первой инстанции обосновано пришел к выводу о применении последствий недействительности сделки в виде признания отсутствующим права требования ФИО2 к ФИО4 по договору займа от 08.11.2020.

Доказательств, опровергающих установленные судом обстоятельства, заявителем апелляционной жалобы в материалы дела не представлено (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Каких-либо новых обстоятельств, которые могли бы повлиять на законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, в апелляционной жалобе не приведено.

Доводы апелляционной жалобы не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении настоящего обособленного спора и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются апелляционным судом несостоятельными и не могут служить основанием для отмены или изменения оспариваемого определения суда.

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием к отмене судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

Учитывая изложенное, оснований для отмены обжалуемого судебного акта не имеется.

Руководствуясь статьями 223, 266, 268, пунктом 1 части 4 статьи 272, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 



ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 12 февраля 2024 года по делу №А41-65330/20 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области.



Председательствующий


С.Ю. Епифанцева

Судьи


А.В. Терешин

Н.В. Шальнева