Постановление от 12 декабря 2024 г. по делу № А11-7191/2023

Дело № А11-7191/2023
г. Владимир
13 декабря 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 10.12.2024.


Постановление в полном объеме изготовлено  13.12.2024.


Первый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Новиковой Е.А.,

судей    Богуновой Е.А., Фединской Е.Н,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания  Васильевой Л.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу первого заместителя Прокурора Владимирской области

на решение Арбитражного суда Владимирской области

от 24.07.2024 по делу № А11-7191/2023,

по иску первого заместителя Прокурора Владимирской области в интересах Российской Федерации в лице Федеральной антимонопольной службы Российской Федерации (ИНН <***>, ОГРН <***>) к обществу с ограниченной ответственностью «Медика Профи» (ИНН <***>, ОГРН <***>), обществу с ограниченной ответственностью «Медстайл» (ИНН <***>, ОГРН <***>), обществу с ограниченной ответственностью «ВМТ» (ИНН <***>, ОГРН <***>) о признании сделки недействительной, третьи лица – государственное бюджетное учреждение здравоохранения Владимирской области «Александровская районная детская больница» (ИНН <***>, ОГРН <***>), государственное бюджетное учреждение здравоохранения Владимирской области «Областной центр специализированных видов медицинской помощи» (ИНН <***>, ОГРН <***>), государственное бюджетное учреждение здравоохранения Владимирской области «Областная клиническая больница» (ИНН <***>, ОГРН <***>), государственное бюджетное учреждение здравоохранения Владимирской области «Александровская районная больница» (ИНН <***>, ОГРН <***>), государственное бюджетное учреждение здравоохранения Владимирской области «Ковровская городская больница № 2» (ИНН <***>, ОГРН <***>), государственное бюджетное учреждение здравоохранения Владимирской области «Областная детская клиническая больница» (ИНН <***>, ОГРН <***>), Управление Федеральной антимонопольной службы по Владимирской области,


при участии представителей

от первого заместителя Прокурора Владимирской области: Шадриной О.В., служебное удостоверение от 13.10.2022 № ТО 332112, паспорт гражданина Российской Федерации,

от ООО «Медстайл»: генерального директора ФИО1, протокол внеочередного общего собрания участников № 4,

ФИО2, доверенность от 24.09.2024, удостоверение адвоката от 23.05.2014 № 33/914,

ФИО3, доверенность от 24.07.2024, удостоверение адвоката от 08.05.2024 № 77/9041,

от ООО «Медика Профи»: ФИО3, доверенность от 24.07.2024, удостоверение адвоката от 08.05.2024 № 77/9041,

от ООО «ВМТ»: ФИО3, доверенность от 24.07.2024, удостоверение адвоката от 08.05.2024 № 77/9041,

у с т а н о в и л:

первый заместитель Прокурора Владимирской области (далее – Прокурор, истец) в интересах Российской Федерации в лице Федеральной антимонопольной службы Российской Федерации (далее – ФАС России) обратился в Арбитражный суд Владимирской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Медика Профи» (далее – ООО «Медика Профи», ответчик), обществу с ограниченной ответственностью «Медстайл» (далее – ООО «Медстайл», соответчик), обществу с ограниченной ответственностью «ВМТ» (далее – ООО «ВМТ», соответчик) о признании недействительной сделки – ограничивающего конкуренцию соглашения (картель), запрещенного в соответствии с антимонопольным законодательством Российской Федерации, совершенной с участием ответчиков, в результате которой заключены государственные контракты:

– от 23.07.2018 № 112 между ООО «ВМТ» и ГБУЗ ВО «Александровская районная детская больница»;

– от 31.07.2018 № 01282000001180006549_53642 между ООО «ВМТ» и ГБУЗ ВО «Ковровская городская больница № 2»;

– от 15.11.2018 № 254/2028-А между ООО «ВМТ» и ГБУЗ ВО «Александровская районная детская больница»;

– от 14.02.2019 № 0128200000118014775_54237 между ООО «ВМТ» и ГБУЗ ВО «Александровская районная детская больница»;

– от 14.02.2019 № 164 между ООО «Медика Профи» и ГБУЗ ВО «Областной центр специализированных видов медицинской помощи»;

– от 22.08.2018 № 0128200000118006924 между ООО «Медстайл» и ГБУЗ ВО «Областная клиническая больница»;

– от 15.11.2018 № 255/2018-А между ООО «ВМТ» и ГБУЗ ВО «Александровская районная больница»;

– от 14.08.2018 № 0128200000118007133_53642 между ООО «Медика Профи» и ГБУЗ ВО «Ковровская городская больница № 2»;

– от 03.07.2018 № 0128200000118005140 между ООО «ВМТ» и ГБУЗ ВО «Областная клиническая больница»;

– от 16.10.2018 № 0128200000118009744_63971 между ООО «ВМТ» и ГБУЗ ВО «Областная детская клиническая больница»;

– от 11.02.2019 № 0128200000118014311 между ООО «ВМТ» и ГБУЗ ВО «Областная клиническая больница»,

– от 23.04.2018 № 00128200000118001526_63971 между ООО «ВМТ» и ГБУЗ ВО «Областная детская клиническая больница»,

– от 20.07.2018 № 0128200000118005024 между ООО «ВМТ» и ГБУЗ ВО «Областная клиническая больница». Кроме того, истец просит применить последствия недействительности ничтожной сделки в виде взыскания с ответчиков в доход Российской Федерации солидарно 23 161 937 руб. 99 коп.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ГБУЗ ВО «Александровская районная детская больница», ГБУЗ ВО «Областной центр специальных видов медицинской помощи», ГБУЗ ВО «Областная клиническая больница», ГБУЗ ВО «Александровская районная больница», ГБУЗ ВО «Ковровская городская больница № 2», ГБУЗ ВО «Областная детская клиническая больница» и УФАС по Владимирской области (далее – третьи лица).

Решением от 24.07.2024 суд отказал в удовлетворении иска.

Не согласившись с принятым судебным актом, Прокурор обратился в Первый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить решение суда первой инстанции и принять по делу новый судебный акт.

В обоснование своих возражений заявитель жалобы указал на немотивированность невозможности применения к картельному сговору норм гражданского законодательства о сделках и их недействительности, и почему за указанное противоправное поведение ответственность и квалификация предусмотрена исключительно Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее – Закон № 135-ФЗ). Заключение антиконкурентного соглашения – картеля имело под собой определенные противозаконные цели, заключение такого соглашения и последующее совершение ответчиками по делу действий, направленных на его реализацию, невозможно без прямого умысла. Таким образом, все полученное по ничтожной сделке и в результате ее реализации подлежит обращению в доход государства солидарно со всех ответчиков. Представленные в материалах дела доказательства достоверно подтверждают нарушение ответчиками пункта 2 части 1 статьи 11 Закона № 135-ФЗ, поскольку с очевидностью свидетельствуют о недобросовестности, системности и устойчивости модели незаконного поведения хозяйствующих субъектов при проведении электронных аукционов, едином умысле и целевой направленности общего нарушающего правопорядок интереса, наличии причинно-следственной связи между действиями всех участников торгов и минимальному снижению цены на аукционах, в результате которых с ответчиками заключены 13 государственных контрактов на сумму 23 161 937 руб. 99 коп. При этом организации, участвовавшие в аукционе, в нарушение закона продемонстрировали противоправные скоординированные действия, направленные на создание преимущества одному из участников торгов для заключения контрактов с минимальным понижением цены, по единому алгоритму поведения. Выводы о том, что истец не опроверг доводы ответчиков о реализации товаров по результатам торгов по их рыночной стоимости, и, как следствие, об отсутствии ущерба бюджету в результате заключения ответчиками антиконкурентного соглашения, несостоятельны. Под доходом, полученным в результате картельного сговора, признается общая сумма незаконного обогащения в денежной и (или) натуральной форме. Требования истца заключаются в обращении в казну государства полученного по антисоциальной сделке, цели которой заведомо противоречат основам правопорядка и нравственности, а не в возмещении причиненного ущерба, в связи с чем позиция истца не противоречит решению УФАС России по Владимирской области.

Подробно доводы Прокурора изложены в апелляционной жалобе от 21.08.2024 № 08-205-2023 и поддержаны им в судебном заседании.

В судебном заседании Прокурор заявил ходатайство о переходе к рассмотрению дела по правилам, установленным для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции, представил уточненное исковое заявление от 10.12.2024 № 8-205-2023, которое просил принять в случае удовлетворения ходатайства.

Представители ООО «Медика Профи», ООО «Медстайл», ООО «ВМТ» возразили относительно удовлетворения ходатайства о рассмотрении дела по правилам, установленным для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции.

В силу части 6.1 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) при наличии оснований, предусмотренных частью 4 статьи 270 настоящего Кодекса, арбитражный суд апелляционной инстанции рассматривает дело по правилам, установленным для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции, в срок, не превышающий трех месяцев со дня поступления апелляционной жалобы вместе с делом в арбитражный суд апелляционной инстанции. О переходе к рассмотрению дела по правилам суда первой инстанции выносится определение с указанием действий лиц, участвующих в деле, и сроков осуществления этих действий.

В части 4 статьи 270 АПК РФ указаны основаниями для отмены решения арбитражного суда первой инстанции в любом случае.

Рассмотрев ходатайство Прокурора, суд апелляционной инстанции не установил наличия в рассматриваемом деле безусловных оснований для отмены решения арбитражного суда первой инстанции, поименованных в части 4 статьи 270 АПК РФ.

На основании изложенного Первый арбитражный апелляционный суд, руководствуясь статьями 41, 159, 268, 270 АПК РФ, а также пунктами 32, 33 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», отказывает Прокурору в переходе к рассмотрению дела по правилам, установленным АПК РФ для рассмотрения дела в суде первой инстанции, в связи с отсутствием процессуальных оснований.

ООО «Медика Профи» в отзыве от 27.09.2024, ООО «Медстайл» в отзыве от 03.10.2024 и их представители в судебном заседании указали на отсутствие оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

Представитель ООО «ВМТ» в судебном заседании указал на законность и обоснованность обжалуемого судебного акта.

ФАС России представила отзыв на апелляционную жалобу от 04.10.2024 № СП/89765/24.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о дате, времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили. Апелляционная жалоба рассмотрена в порядке статей 123, 156 АПК РФ в отсутствие представителей иных лиц, участвующих в деле.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о дате, времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Первого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.1aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным в статье 121 АПК РФ.

Законность и обоснованность судебного акта, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии со статьями 257 – 262, 265, 266, 268, 269, 270 АПК РФ в пределах доводов апелляционной жалобы.

Повторно оценив имеющиеся в материалах дела доказательства, изучив доводы апелляционной жалобы, отзывов на нее, заслушав представителей, Первый арбитражный апелляционный суд пришел к следующим выводам.

Согласно материалам дела ответчики при участии в электронных аукционах на закупку медицинского оборудования и расходных материалов к нему для обеспечения победы на торгах и заключения сделок в целях получения дохода достигли запрещенное антимонопольным законодательством соглашение (картель), выразившееся в попеременном незначительном снижении начальной (максимальной) цены контракта в размере 0,5% в целях поддержания цены на торгах.

При проведении электронных аукционов на заключение контрактов ответчики подавали предложения о цене, в ходе торгов один из участников предлагал минимальное снижение начальной (максимальной) цены контракта и становился победителем аукциона либо организатором торгов признавались соответствующими заявки только одного из ответчиков.

При этом ответчики совершали подачу ценовых предложений с использованием единой инфраструктуры (IP-адреса 84.53.239.110); заявки поданы с незначительным временным промежутком; участниками предлагались минимальное снижение цены контрактов; ответчики располагаются в одном здании по адресу: ул. 1-я Никольская, д. 22, г. Владимир, договоры аренды заключены с одним лицом – ФИО4, исполнявшим с 24.10.2017 по 11.07.2019 обязанности директора ООО «ВМТ»; имело место совпадение свойств файлов первых и вторых частей заявок ответчиков; ответчики изменяли модели поведения в случае участия в закупках иных лиц, и по данным закупкам имело место значительное снижение начальной максимальной цены контракта; ответчики взаимодействовали в части трудоустройства в компаниях одних и тех же сотрудников; с 11.07.2019 ответчики приобрели статус группы лиц в соответствии с Законом № 135-ФЗ.

Таким образом, полагая, что ответчики достигли между собой запрещенное антимонопольным законодательством соглашение (картель) в целях ограничения конкуренции и поддержания цены на торгах для обеспечения победы и заключения сделок на более выгодных условиях, Прокурор обратился с соответствующим иском в арбитражный суд.

На основании пункта 2 статьи 1 Федерального закона от 17.01.1992 № 2202-1 «О прокуратуре Российской Федерации» в целях обеспечения верховенства закона, единства и укрепления законности, защиты прав и свобод человека и гражданина, а также охраняемых законом интересов общества и государства прокуратура Российской Федерации, в том числе осуществляет надзор за исполнением законов федеральными органами исполнительной власти, Следственным комитетом Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами публичной власти федеральных территорий, органами местного самоуправления, органами военного управления, органами контроля, их должностными лицами, субъектами осуществления общественного контроля за обеспечением прав человека в местах принудительного содержания и содействия лицам, находящимся в местах принудительного содержания, органами управления и руководителями коммерческих и некоммерческих организаций, а также за соответствием законам издаваемых ими правовых актов.

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.03.2012 № 15 «О некоторых вопросах участия прокурора в арбитражном процессе» (далее – Постановление № 15) разъяснено, что в силу пункта 3 статьи 1 Федерального закона «О прокуратуре Российской Федерации» прокуроры участвуют в рассмотрении дел арбитражными судами в соответствии с процессуальным законодательством. Таким образом, арбитражным судам при определении полномочий прокурора по обращению в арбитражный суд с исковым заявлением (заявлением) либо по вступлению в дело, рассматриваемое арбитражным судом, следует руководствоваться статьей 52 АПК РФ.

В силу части 1 статьи 52 АПК РФ прокурор вправе обратиться в арбитражный суд с иском о признании недействительными сделок, совершенных органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, государственными и муниципальными унитарными предприятиями, государственными учреждениями, а также юридическими лицами, в уставном капитале (фонде) которых есть доля участия Российской Федерации, доля участия субъектов Российской Федерации, доля участия муниципальных образований; с иском о применении последствий недействительности ничтожной сделки, совершенной органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, государственными и муниципальными унитарными предприятиями, государственными учреждениями, а также юридическими лицами, в уставном капитале (фонде) которых есть доля участия Российской Федерации, доля участия субъектов Российской Федерации, доля участия муниципальных образований; с иском о признании недействительными сделок, совершенных с нарушением требований законодательства о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд в том числе заказчиками, поставщиками (подрядчиками, исполнителями), субподрядчиками, соисполнителями, участвующими в обеспечении государственных и муниципальных нужд, не указанными в абзацах третьем и четвертом настоящей части, и о применении последствий недействительности таких сделок; с иском о возмещении ущерба, причиненного Российской Федерации, субъектам Российской Федерации и муниципальным образованиям в результате нарушения законодательства в сфере государственного оборонного заказа, а также законодательства о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд.

При обращении в арбитражный суд в порядке части 1 статьи 52 АПК РФ, а также при обжаловании судебных актов прокурор обязан соблюдать требования к форме и содержанию обращений в арбитражные суды, предусмотренные Кодексом (статьи 125, 193, 199, 209, 263, 274, 294 АПК РФ).

Применительно к статье 125 АПК РФ прокурор в исковом или ином заявлении обязан обосновать наличие у него полномочий по обращению в арбитражный суд, а по делам, названным в абзацах втором и третьем части 1 статьи 52 АПК РФ, – указать публично-правовое образование, в интересах которого предъявляется иск, и уполномоченный орган, действующий от имени публично-правового образования. В случае несоблюдения этих требований арбитражный суд оставляет заявление без движения в соответствии со статьей 128 АПК РФ (пункт 9 Постановления № 15).

В пункте 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2022 № 21 «О некоторых вопросах применения судами положений главы 22 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации и главы 24 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации» разъяснено, что в арбитражном суде подлежат рассмотрению заявления прокурора об оспаривании решений, действий (бездействия), нарушающих права и законные интересы неопределенного круга граждан, организаций – субъектов предпринимательской и иной экономической деятельности, а также публичные интересы в сфере указанной деятельности (абзац первый части 1 статьи 52 и часть 1 статьи 53, часть 2 статьи 198 АПК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 422 ГК РФ договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения.

Сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка) (пункт 1 статьи 166 ГК РФ).

Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно (пункт 1 статьи 167 ГК РФ).

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2 статьи 168 ГК РФ).

В пунктах 74, 75, 78 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что ничтожной также является сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц. Вне зависимости от указанных обстоятельств законом может быть установлено, что такая сделка оспорима, а не ничтожна, или к ней должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2 статьи 168 ГК РФ).

Применительно к статьям 166 и 168 ГК РФ под публичными интересами, в частности, следует понимать интересы неопределенного круга лиц, обеспечение безопасности жизни и здоровья граждан, а также обороны и безопасности государства, охраны окружающей природной среды. Сделка, при совершении которой был нарушен явно выраженный запрет, установленный законом, является ничтожной как посягающая на публичные интересы, например, сделки о залоге или уступке требований, неразрывно связанных с личностью кредитора (пункт 1 статьи 336, статья 383 ГК РФ), сделки о страховании противоправных интересов (статья 928 ГК РФ). Само по себе несоответствие сделки законодательству или нарушение ею прав публично-правового образования не свидетельствует о том, что имеет место нарушение публичных интересов.

На основании пункта 3 статьи 166 ГК РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Исходя из системного толкования пункта 1 статьи 1, пункта 3 статьи 166 и пункта 2 статьи 168 ГК РФ иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может также быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки.

В исковом заявлении такого лица должно быть указано право (законный интерес), защита которого будет обеспечена в результате возврата каждой из сторон всего полученного по сделке. Отсутствие этого указания в исковом заявлении является основанием для оставления его без движения (статья 128 АПК РФ).

В пункте 9 Обзора по вопросам судебной практики, возникающим при рассмотрении дел о защите конкуренции и дел об административных правонарушениях в указанной сфере, утвержденного постановлением Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 16.03.2016, указано, что факт наличия антиконкурентного соглашения не ставится в зависимость от его заключения в виде договора по правилам, установленным гражданским законодательством, включая требования к форме и содержанию сделок, и может быть доказан, в том числе с использованием совокупности иных доказательств, в частности фактического поведения хозяйствующих субъектов.

Суд первой инстанции установил, что Комиссия УФАС по Владимирской области рассмотрела заявление гражданина о наличиях признаков нарушения Закона № 135-ФЗ при проведении электронных аукционов на закупку медицинских изделий и товаров для нужд учреждений здравоохранения Владимирской области следующими организациями: ООО «ВМТ», ООО «Медика Профи», ООО «Медстайл», ООО «Медика-Сервис», ООО «Медтех», ООО «Реальность», ООО «Спектртрейд», ООО «Фармед», ООО «Медиак+».

По итогам рассмотрения дела № 033/01/11-383/2020 Комиссия УФАС по Владимирской области вынесла решение от 12.11.2020, в котором отразила, что ООО «ВМТ», ООО «Медика Профи» и ООО «Медстайл» с 20.03.2018 по 21.01.2019 осуществляли совместную деятельность для поддержания цены на торгах во время проведения 13 аукционов на приобретение учреждениями здравоохранения Владимирской области медицинского оборудования и изделий, предлагая минимальное снижение цены контрактов, в результате чего аукционы завершились с минимальным снижением цены. В остальных проанализированных антимонопольным органом 10 аукционах, в которых принимали участие иные лица, модель поведения ООО «ВМТ», ООО «Медика Профи» и ООО «Медстайл» была иной, что повлекло значительное снижение начальной максимальной цены контракта. От ООО «ВМТ», ООО «Медика Профи» и ООО «Медстайл» поступили заявления, сделанные в порядке примечания к статье 14.32 КоАП РФ, в которых они признали намеренное заключение недопустимого в соответствии с антимонопольным законодательством соглашения, направленного на поддержание цен на торгах с целью победы одного из участников соглашения и заключения им контракта по максимальной цене.

Определением от 26.11.2020 УФАС по Владимирской области отказало в возбуждении дела об административном правонарушении по части 2 статьи 14.32 КоАП РФ в отношении ООО «ВМТ», поскольку оно в порядке примечания к статье 14.32 КоАП РФ первым добровольно заявило о заключении им недопустимого в соответствии с антимонопольным законодательством соглашения, предоставив достаточные сведений для установления события правонарушения.

УФАС по Владимирской области постановлением от 26.11.2020 по делу № 033/04/14.32-1091/2020 признало ФИО1 (директор ООО «Медстайл») виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 14.32 КоАП РФ, назначило ему административное наказание в виде административного штрафа в размере 20 000 руб.; постановлением от 26.11.2020 по делу № 033/04/14.32-1092/2020 признало ООО «Медстайл» виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 14.32 КоАП РФ, назначило ему административное наказание в виде административного штрафа в размере 2 507 614 руб. 68 коп.; постановлением от 26.11.2020 по делу № 033/04/14.32-1090/2020 признало ФИО5 (директор ООО «Медика Профи») виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 14.32 КоАП РФ, назначило ей административное наказание в виде административного штрафа в размере 20 000 руб.; постановлением от 26.11.2020 по делу № 033/04/14.32-1089/2020 признало ООО «Медика Профи» виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 14.32 КоАП РФ, назначило ему административное наказание в виде административного штрафа в размере 2 507 614 руб. 68 коп.

Полномочия антимонопольного органа по взысканию в федеральный бюджет дохода, полученного вследствие нарушения антимонопольного законодательства, установлены в подпункте «е» пункта 6 части 1 статьи 23 Закона № 135-ФЗ.

Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 24.06.2009 № 11-П указал, что взыскание в федеральный бюджет дохода, полученного в результате нарушения антимонопольного законодательства, является специфической формой принудительного воздействия на участников охраняемых антимонопольным законодательством общественных отношений. Она призвана обеспечивать восстановление баланса публичных и частных интересов путем изъятия доходов, полученных хозяйствующим субъектом в результате злоупотреблений, и компенсировать таким образом не подлежащие исчислению расходы государства, связанные с устранением негативных социально-экономических последствий нарушения антимонопольного законодательства.

В пункте 13 Обзора по вопросам судебной практики, возникающим при рассмотрении дел о защите конкуренции и дел об административных правонарушениях в указанной сфере, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 16.03.2016, разъяснено, что под доходом, подлежащим взысканию в федеральный бюджет с лица, чьи действия (бездействия) признаны монополистической деятельностью или недобросовестной конкуренцией и являются недопустимыми в соответствии с антимонопольным законодательством, следует понимать доход, полученный от таких противоправных действий (бездействия).

Таким образом, у государства в лице уполномоченных органов имеется право требовать в установленном законом порядке перечисления в федеральный бюджет дохода, полученного от монополистической деятельности или недобросовестной конкуренции либо наложения административного штрафа, исчисленного исходя из суммы выручки правонарушителя от реализации товара (работы, услуги), на рынке которого совершено административное правонарушение.

При этом согласно Закону № 135-ФЗ взыскание дохода является мерой ответственности в виде изъятия дохода, полученного в результате незаконных действий. Правило определения размера дохода, подлежащего перечислению в бюджет, основано на принципе взыскания только того дохода, который получен именно от противоправных действий, и не предполагает его исчисление в виде суммы «чистого» дохода (с учетом особенностей результатов хозяйственной деятельности того или иного субъекта).

На основании пунктов 5 и 9 части 2 статьи 23 Закона № 135-ФЗ, пункту 5.4 Положения о Федеральной антимонопольной службе, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 30.06.2004 № 331, ФАС России дает разъяснения по вопросам применения им антимонопольного законодательства, обобщает, анализирует практику применения законодательства Российской Федерации в установленной сфере деятельности, разрабатывает рекомендации по применению антимонопольного законодательства.

В письме ФАС России от 16.02.2011 № ИА/5123 «О применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» указано, что в случае невозможности исчисления административного штрафа исходя из суммы выручки правонарушителя от реализации товара (работы, услуги), на рынке которого совершено административное правонарушение (например, отсутствие выручки, необходимой для определения суммы штрафа), при рассмотрении дела о нарушении антимонопольного законодательства следует рассмотреть вопрос о взыскании с юридического лица в федеральный бюджет дохода, полученного вследствие нарушения антимонопольного законодательства.

В письме ФАС России от 08.07.2016 № ИА/46433/16 «О выдаче предписаний о перечислении в федеральный бюджет доходов, полученных от монополистической деятельности» отражено, что в случаях, когда размер административного штрафа кратный выручке от реализации товара подлежит исчислению, то предписание о перечислении в федеральный бюджет дохода не выдается, и такое лицо подлежит привлечению к административной ответственности.

Данным письмом ФАС России признала не подлежащей применению в части разъяснения порядка применения части 3 статьи 51 Закона № 135-ФЗ позиции, ранее изложенная в пункте 27 письма ФАС России от 24.12.2015 № ИА/74666/15 «О применении четвертого антимонопольного пакета», согласно которой выбор между штрафом и предписанием о перечислении в бюджет зависит от того, какая из двух сумм является наибольшей.

Взыскание с хозяйствующего субъекта в федеральный бюджет дохода, полученного вследствие нарушения антимонопольного законодательства, допустимо только в случае невозможности исчисления административного штрафа исходя из суммы выручки правонарушителя от реализации товара (работы, услуги), на рынке которого совершено административное правонарушение (пункт 13 «Обзора практики применения антимонопольного законодательства коллегиальными органами ФАС России (за период с 01.07.2018 по 01.07.2019)», утвержденного протоколом Президиума ФАС России).

Данные разъяснения приняты в связи с необходимостью формирования единообразия подходов к решению вопроса о возможности привлечения лиц к административной ответственности в виде штрафа и (или) выдачи предписания о перечислении в бюджет дохода, полученного в результате нарушения антимонопольного законодательства, а также являются обязательным для применения территориальными органами ФАС России при рассмотрении дел о нарушении антимонопольного законодательства.

Таким образом, предписание о перечислении в федеральный бюджет дохода, полученного вследствие нарушения антимонопольного законодательства, выдается только в том случае, когда не представляется возможным рассчитать административный штраф исходя из суммы выручки правонарушителя от реализации товара (работы, услуги), на рынке которого совершено административное правонарушение.

Аналогичная позиция о необходимости применения разъяснений Федеральной антимонопольной службы при решении вопроса о выдаче предписания о перечислении в бюджет при аналогичных ситуациях изложена в постановлении Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2018 по делу № 309-ПЭК18, согласно которой самостоятельным основанием для признания предписания недействительным является произвольное определение антимонопольным органом санкции за административное правонарушение без четкого определения порядка применения такой санкции в нормативном акте.

Конституционный Суд Российской Федерации в абзаце 4 пункта 2 постановления от 25.02.2014 № 4-П указал, что административный орган не вправе произвольно определять санкцию за административное правонарушение без четкого определения порядка применения такой санкции в нормативном акте.

Суд первой инстанции установил, что антимонопольный орган не выдал предписание о перечислении в федеральный бюджет дохода, полученного вследствие нарушения антимонопольного законодательства, поскольку ООО «ВМТ» освобождено от административной ответственности, а ООО «Медика профи» и ООО «Медстайл» привлечены к административной ответственности по части 2 статьи 14.32 КоАП РФ в виде штрафа в размере по 2 507 614 руб.68 коп., а также привлечены к административной ответственности руководители указанных организаций в виде штрафа по 20 000 руб.

Кроме того, суд установил, что в результате торгов товары реализованы по их рыночной стоимости. Доказательств обратного материалы дела не содержат.

Признание сделки ничтожной на основании статьи 169 ГК РФ влечет общие последствия, предусмотренные статьей 167 Кодекса, в виде двусторонней реституции, а взыскание в доход Российской Федерации всего полученного по такой сделке возможно в случаях, предусмотренных законом.

В рассматриваемом случае суд первой инстанции, вопреки доводам Прокурора, в том числе изложенным в апелляционной жалобе, пришел к верному выводу, что применение предусмотренных подпунктом «е» пункта 6 части 1 статьи 23 Закона № 135-ФЗ мер в порядке гражданского судопроизводства, тем более после вступления в законную силу постановлений о привлечении к административной ответственности, которыми определено окончательное наказание лицам, совершившим административное правонарушение, является недопустимым.

Повторно проверив итоговые выводы суда первой инстанции с учетом доводов заявителя жалобы, суд апелляционной инстанции считает возможным согласиться с ними ввиду их законности и обоснованности.

Никто не может быть повторно осужден за одно и то же преступление (часть 1 статьи 50 Конституции Российской Федерации). Гражданское судопроизводство не может использоваться для исправления недостатков и упущений административного процесса, если таковые имели место (определение Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2024 № 69-КГ23-15-К7).

При таких обстоятельствах, оценив представленные в материалы дела доказательства и установленные фактические обстоятельства по правилам статьи 71 АПК РФ, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требований истца.

Доводы заявителя жалобы о возможности применения к картельному сговору норм гражданского законодательства о сделках и их недействительности наряду с ответственностью за указанное противоправное поведение, установленную в Законе № 135-ФЗ, судом апелляционной инстанции проверены и отклоняются как противоречащие установленным по делу фактическим обстоятельствам и основанные на неправильном толковании норм материального права.

При этом Верховный Суд Российской Федерации в определении от 30.07.2024 № 9-КГ24-7-К1 разъяснил, что сделками в соответствии со статьей 153 ГК РФ признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 50 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по смыслу статьи 153 ГК РФа при решении вопроса о правовой квалификации действий участника (участников) гражданского оборота в качестве сделки для целей применения правил о недействительности сделок следует учитывать, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (например, гражданско-правовой договор, выдача доверенности, признание долга, заявление о зачете, односторонний отказ от исполнения обязательства, согласие физического или юридического лица на совершение сделки).

В силу пункта 18 статьи 4 Закона № 135-ФЗ соглашением по данному закону является договоренность в письменной форме, содержащаяся в документе или нескольких документах, а также договоренность в устной форме.

На основании части 1 статьи 11 Закона № 135-ФЗ признаются картелем и запрещаются соглашения между хозяйствующими субъектами-конкурентами, то есть между хозяйствующими субъектами, осуществляющими продажу товаров на одном товарном рынке, или между хозяйствующими субъектами, осуществляющими приобретение товаров на одном товарном рынке, если такие соглашения приводят или могут привести к: установлению или поддержанию цен (тарифов), скидок, надбавок (доплат) и (или) наценок; повышению, снижению или поддержанию цен на торгах; разделу товарного рынка по территориальному принципу, объему продажи или покупки товаров, ассортименту реализуемых товаров либо составу продавцов или покупателей (заказчиков); сокращению или прекращению производства товаров; отказу от заключения договоров с определенными продавцами или покупателями (заказчиками).

Согласно положениям статьи 37 указанного Закона за нарушение антимонопольного законодательства должностные лица федеральных органов исполнительной власти, органов государственной власти субъектов Российской Федерации, органов местного самоуправления, должностные лица иных осуществляющих функции указанных органов или организаций, а также должностные лица государственных внебюджетных фондов, коммерческие и некоммерческие организации и их должностные лица, физические лица, в том числе индивидуальные предприниматели, несут ответственность, предусмотренную законодательством Российской Федерации.

Лица, права и интересы которых нарушены в результате нарушения антимонопольного законодательства, вправе обратиться в установленном порядке в суд, арбитражный суд с исками, в том числе с исками о восстановлении нарушенных прав, возмещении убытков, включая упущенную выгоду, возмещении вреда, причиненного имуществу.

В соответствии со статьей 14.32 КоАП РФ заключение соглашения, ограничивающего конкуренцию, признается правонарушением.

Таким образом, любой вид сделки представляет собой действия участников гражданских правоотношений, направленные на возникновение, изменение или прекращение правоотношений, которые при определенных обстоятельствах могут приобрести признаки недействительности и стать неправомерными.

Картель же сам по себе является заведомо неправомерным действием (правонарушением), не имеющим цели возникновения, изменения, прекращения гражданских правоотношений. Целью такого соглашения является не возникновение гражданских прав, а получение конкурентного преимущества на товарном рынке, как правило, влекущее заключение желаемых участниками картеля гражданско-правовых договоров.

Квалификация спорных правоотношений как картеля уже была дана в решении Комиссии УФАС по Владимирской области в решении от 12.11.2020 по делу № 033/01/11-383/2020.

Недействительность сделок, нарушающих требования закона или иного правового акта, в отсутствие иных, специальных оснований недействительности сделки предусмотрена статьей 168 ГК РФ.

Однако если сделка не просто незаконна, а совершена с целью, противной основам правопорядка и нравственности, такая сделка является ничтожной в силу статьи 169 ГК РФ, согласно которой сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, ничтожна.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 08.06.2004 № 226-О, статья 169 ГК РФ указывает, что квалифицирующим признаком антисоциальной сделки является ее цель, то есть достижение такого результата, который не просто не отвечает закону или нормам морали, а противоречит – заведомо и очевидно для участников гражданского оборота – основам правопорядка и нравственности. Антисоциальность сделки, дающая суду право применять данную норму ГК РФ, выявляется в ходе судопроизводства с учетом всех фактических обстоятельств, характера допущенных сторонами нарушений и их последствий.

Вместе с тем данной нормой предусмотрено, что такая сделка влечет последствия, установленные статьей 167 ГК РФ. В случаях, предусмотренных законом, суд может взыскать в доход Российской Федерации все полученное по такой сделке сторонами, действовавшими умышленно, или применить иные последствия, установленные законом.

Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Как разъяснено в пункте 85 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», в качестве сделок, совершенных с целью, заведомо противоправной основам правопорядка или нравственности могут быть квалифицированы сделки, которые нарушают основополагающие начала российского правопорядка, принципы общественной, политической и экономической организации общества, его нравственные устои. К названным сделкам могут быть отнесены, в частности, сделки, направленные на производство и отчуждение объектов, ограниченных в гражданском обороте (соответствующие виды оружия, боеприпасов, наркотических средств, другой продукции, обладающей свойствами, опасными для жизни и здоровья граждан, и т.п.); сделки, направленные на изготовление, распространение литературы и иной продукции, пропагандирующей войну, национальную, расовую или религиозную вражду; сделки, направленные на изготовление или сбыт поддельных документов и ценных бумаг; сделки, нарушающие основы отношений между родителями и детьми.

Нарушение стороной сделки закона или иного правового акта, в том числе уклонение от уплаты налога, само по себе не означает, что сделка совершена с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности.

Для применения статьи 169 ГК РФ необходимо установить, что цель сделки, а также права и обязанности, которые стороны стремились установить при ее совершении, либо желаемое изменение или прекращение существующих прав и обязанностей заведомо противоречили основам правопорядка или нравственности и хотя бы одна из сторон сделки действовала умышленно.

Сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, влечет общие последствия, установленные статьей 167 ГК РФ (двусторонняя реституция). В случаях, предусмотренных законом, суд может взыскать в доход Российской Федерации все полученное по такой сделке сторонами, действовавшими умышленно, или применить иные последствия, установленные законом.

Таким образом, признание сделки ничтожной на основании статьи 169 ГК РФ влечет общие последствия, предусмотренные статьей 167 этого Кодекса, в виде двусторонней реституции, а взыскание в доход Российской Федерации всего полученного по такой сделке возможно в случаях, предусмотренных законом.

В рассматриваемом случае ссылка Прокурора на Закон № 135-ФЗ для целей применения норм ГК РФ не может быть признана правомерной, поскольку положения Закона № 135-ФЗ устанавливают не гражданско-правовые последствия недействительности сделок, а определяют самостоятельный публично-правовой механизм мер государственного принуждения за неправомерное поведение по ограничению конкуренции на товарных рынках.

По смыслу Закона № 135-ФЗ на основании статьи 51 нарушители либо привлекаются к административной ответственности, либо им выдается предписание о перечислении в бюджет полученного дохода.

Однако, как установил суд первой инстанции и не опроверг заявитель жалобы, в данном случае УФАС по Владимирской области в отношении участников картеля по настоящему делу предписания не выносило; его участники и руководители были привлечены к административной ответственности в виде штрафа по части 2 статьи 14.32 КоАП РФ.

Кроме того, суд первой инстанции установил, что стоимость товара, по сделкам, совершенным в результате картельного сговора являлась рыночной, то есть ущерб от их совершения отсутствует. Доказательств, подтверждающих обратное, материалы дела не содержат.

При этом все муниципальные контракты исполнены, результат, предусмотренный ими, достигнут и принят без возражений и замечаний. Доказательств, на основании которых возможно было бы прийти к иному выводу, в материалах дела не имеется.

Требований о признании недействительными самих муниципальных контрактов, по которым выполнены работы и произведены расчеты, Прокурор не заявлял.

Более того, в рассматриваемом случае Прокурор заявил требование о привлечении ответчиков к солидарной ответственности, однако Закон № 135-ФЗ не устанавливает возможность солидарной ответственности; доказательства того, что сделки, совершенные в результате картельного соглашения, являются неделимыми, отсутствуют, а из имеющихся в материалах дела доказательств следует обратное.

Все иные доводы заявителя, изложенные в жалобе, и озвученные им в судебном заседании, также проверены судом апелляционной инстанции и подлежат отклонению как несостоятельные и не опровергающие законности принятого по делу судебного акта.

В рассматриваемом случае обстоятельства дела и собранные по делу доказательства в совокупности исследованы судом первой инстанции, как то предусматривают статьи 67, 68, 71 АПК РФ.

В ходе проверки законности и обоснованности принятого по делу судебного акта коллегия судей не установила каких-либо нарушений со стороны суда первой инстанции и полностью согласилась с оценкой представленных в дело доказательств; судом не нарушено единообразие в применении норм материального права.

Нарушения и неправильного применения норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта в силу части 4 статьи 270 АПК РФ, судом апелляционной инстанции не установлено.

При таких обстоятельствах оснований для отмены судебного акта и удовлетворения апелляционной жалобы по приведенным в ней доводам не имеется.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Владимирской области от 24.07.2024 по делу № А11-7191/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу первого заместителя Прокурора Владимирской области – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в двухмесячный срок со дня его принятия через Арбитражный суд Владимирской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1 – 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.


Председательствующий судья

Е.А. Новикова

Судьи

Е.А. Богунова


Е.Н. Фединская