Постановление от 13 ноября 2023 г. по делу № А72-520/2021

982/2023-162943(1)



ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная 11 «А», тел. 273-36-45,

http://www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда, не вступившего в законную силу (11АП-15548/2023)

13 ноября 2023 года Дело № А72-520-11/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 07 ноября 2023 года Постановление в полном объеме изготовлено 13 ноября 2023 года

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Бондаревой Ю.А., судей Мальцева Н.А., Поповой Г.О.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

с участием в судебном заседании:

от ПАО Сбербанк - представитель ФИО2, по доверенности от 26.07.2022,

иные лица, участвующие в деле, не явились, извещены надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда в зале № 2 апелляционную жалобу конкурсного управляющего ООО «ВКО» ФИО3 на определение Арбитражного суда Ульяновской области от 29 августа 2023 года, вынесенное по заявлению арбитражного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «ВКО» о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «ВКО» (ИНН <***>, ОГРН <***>),

УСТАНОВИЛ:

25.01.2021 в Арбитражный суд Ульяновской области поступило заявление Общества с ограниченной ответственностью «Новые апартаменты» о признании Общества с ограниченной ответственностью «ВКО» (далее – должник) несостоятельным (банкротом), введении в отношении должника процедуры наблюдения, утверждении временным управляющим должника – ФИО4, члена Саморегулируемой организации арбитражных управляющих ААУ «СЦЭАУ» (адрес: 630132 <...>), включении требования Общества с ограниченной ответственностью «Новые апартаменты» в размере 1 211 718 руб. 10 коп., в том числе: 1 040 000 руб. – основной долг, 66 718 руб. 10 коп. – проценты за пользование чужими денежными средствами, 105 000 руб. – расходы по оплате экспертизы.

Определением суда от 29.01.2021 заявление было оставлено без движения.

Определением Арбитражного суда Ульяновской области от 25.02.2021 заявление принято к производству.

Определением от 08.07.2021 (резолютивная часть оглашена 07.07.2021) в отношении Общества с ограниченной ответственностью «ВКО» введена процедура банкротства – наблюдение сроком на 6 месяцев, требование Общества с ограниченной

ответственностью «Новые апартаменты» признано обоснованным и включено в третью очередь реестра требований кредиторов Общества с ограниченной ответственностью «ВКО» в сумме 1 096 097 руб. 56 коп., временным управляющим Общества с ограниченной ответственностью «ВКО» утверждена Семенова Полина Валерьевна из числа членов Ассоциации арбитражных управляющих «Сибирский центр экспертов антикризисного управления».

Сведения о введении процедуры наблюдения в отношении должника опубликованы в газете «КоммерсантЪ» № 124(7086) от 17.07.2021.

05.10.2021 арбитражный управляющий обратился в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО5 и ФИО6.

Определением от 06.10.2021 заявление принято к рассмотрению.

Определением от 16.11.2021 завершена подготовка дела в предварительном судебном заседании, назначено судебное заседание.

Определением от 12.01.2022 ходатайство ФИО5 о приостановлении производства по делу принято к рассмотрению.

Решением от 25.04.2022 (резолютивная часть оглашена 20.04.2022) Общество с ограниченной ответственностью "ВКО" признано несостоятельным (банкротом) в отношении Общества с ограниченной ответственностью «ВКО» открыто конкурсное производство сроком на 6 месяцев, конкурсным управляющим Общества с ограниченной ответственностью «ВКО» утверждена ФИО3 из числа членов Ассоциации арбитражных управляющих «Солидарность».

Сведения о введении процедуры конкурсного производства в отношении должника опубликованы в газете «КоммерсантЪ» № 77 от 30.04.2022.

Определением от 08.06.2022 заявитель по делу - Общество с ограниченной ответственностью «Новые апартаменты» заменен на Общество с ограниченной ответственностью «Радиус».

Определением Арбитражного суда Ульяновской области от 29.08.2023 заявление арбитражного управляющего о привлечении ФИО5 и ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ВКО» оставлено без удовлетворения.

Не согласившись с принятым судом первой инстанции судебным актом, конкурсный управляющий ООО «ВКО» ФИО3 обратилась в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение Арбитражного суда Ульяновской области от 29.08.2023 г.

Принять по делу новый судебный акт: удовлетворить заявление арбитражного управляющего о привлечении ФИО5 и ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ВКО».

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.09.2023 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 12.10.2023.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

От ФИО5, ПАО Сбербанк поступили отзывы на апелляционную жалобу. Судебная коллегия, руководствуясь ст. 262 АПК РФ, приобщила к материалам дела отзывы на апелляционную жалобу.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.10.2023 рассмотрение апелляционной жалобы отложено, судебное заседание назначено на 07.11.2023.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.11.2023 по настоящему делу произведена замена судьи Александрова А.И. на судью Мальцева Н.А., судьи Серовой Е.А. на судью Попову Г.О.

От конкурсного управляющего поступили дополнения к апелляционной жалобе. Судебная коллегия, руководствуясь ст. 268 АПК РФ, приобщила к материалам дела дополнения к апелляционной жалобе.

В судебном заседании представитель ПАО Сбербанк поддержала апелляционную жалобу конкурсного управляющего ООО «ВКО» ФИО3.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 АПК РФ правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта, исходя из следующего.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно ст. 61.14 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» № 127-ФЗ правом на подачу заявления о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11 и 61.13 Федерального закона, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, от имени должника обладают арбитражный управляющий по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсные кредиторы, представитель работников должника, работники или бывшие работники должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченные органы.

Пунктом 5 ст.61.14 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» предусмотрено, что заявление о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным главой III данного Федерального закона, может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) и не позднее десяти лет со дня, когда имели место действия и (или) бездействие, являющиеся основанием для привлечения к ответственности.

В случае пропуска срока на подачу заявления по уважительной причине он может быть восстановлен арбитражным судом, если не истекло два года с момента окончания срока, указанного в абзаце первом настоящего пункта.

Привлечению к субсидиарной ответственности подлежат контролирующие лица, указанные в ст.61.10 Федерального закона.

Как следует из заявления конкурсного управляющего и установлено судом первой инстанции, лицами, контролирующими должника в трехлетний период, предшествующий

возникновению признаков банкротства, являлись Каменский Ярослав Олегович, который являлся руководителем должника в период с 22.07.2013 по 10.09.2020, Прокофьев Максим Владимирович, который являлся руководителем должника в период с 10.09.2020 по дату введения в отношении должника конкурсного производства.

Исследуя представленные в дело документы, суд первой инстанции пришел к выводу о необоснованности требований конкурсного управляющего должника, и отказал в их удовлетворении.

В апелляционной жалобе конкурсный управляющий должника, настаивая на заявленных требованиях, ссылается на виновное противоправное поведение ФИО6 и ФИО5, причинно-следственную связь между действиями контролирующих должника лицами и неплатежеспособностью должника.

Повторно рассмотрев обособленный спор, изучив обстоятельства дела и доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции исходит из следующего.

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» Федеральный закон от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

Согласно п. 4 ст. 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона).

Как следует из материалов дела, одним из оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности арбитражный управляющий указывает непередачу бывшим руководителем должника документов и сведений в отношении должника.

В соответствии со статьей 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В соответствии с пунктом 2 части 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица в случае, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Вышеуказанные положения в силу положений части 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника; ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и

требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника (пункт 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Как разъяснено в пункте 24 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - Постановление Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53), лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, должно представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Ответственность руководителя предприятия-должника возникает при неисполнении им обязанности по организации хранения бухгалтерской документации и отражении в бухгалтерской отчетности достоверной информации, что повлекло за собой невозможность формирования конкурсной массы или ее формирование не в полном объеме и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов.

Для целей удовлетворения заявления о привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности по заявленным основаниям, управляющему необходимо доказать, что отсутствие документации должника, либо отсутствие в ней полной и достоверной информации, существенно затруднило проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве.

Определением от 17.12.2021 суд обязал руководителя ООО «ВКО» ФИО5 передать временному управляющему ФИО4 документы; установил денежную сумму, подлежащую взысканию с ФИО5 в пользу ООО «ВКО» в размере 100 руб. за каждый день неисполнения обязанности, установленной настоящим определением, начиная с четвертого дня по истечении трехдневного срока на добровольное исполнение определения по настоящему делу до дня фактического исполнения определения суда.

Как следует из представленного ответчиком акта приема-передачи документов от 27.04.2022, конкурсному управляющему была передана вся имеющаяся у руководителя документация.

ФИО5 указывал, что руководителем ООО «ВКО» ФИО7 в адрес конкурсного управляющего были предоставлены учредительные документы по акту-приема передачи от 26.04.2022 года, а также все документы, касающиеся финансово-хозяйственной деятельности должника с 2018 года, которые истребовались временным управляющем ФИО4

Факт передачи всей документации должника также подтверждается пояснениями конкурсного управляющего ФИО3

Согласно п. 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" в силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему.

Арбитражный управляющий вправе требовать от руководителя (а также от других лиц, у которых фактически находятся соответствующие документы) по суду исполнения данной обязанности в натуре применительно к правилам статьи 308.3 ГК РФ. По

результатам рассмотрения соответствующего обособленного спора выносится судебный акт, который может быть обжалован в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 223 АПК РФ.

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:

невозможность определения основных активов должника и их идентификации;

невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;

невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

В силу части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В материалы обособленного спора не представлено доказательств наличия у бывшего руководителя и учредителя должника иных непереданных документов, препятствующих проведению мероприятий конкурсного производства, в частности - формирования конкурсной массы.

Напротив, как указывает конкурсный управляющий, ФИО5 и ФИО6 принимают активное участие в рассмотрении споров по взысканию дебиторской задолженности должника.

Поддерживая заявление арбитражного управляющего ПАО «Сбербанк» указал на несвоевременную передачу документации должника, а также ее непередачу именно временному управляющему.

Вместе с тем, временным управляющим проводится анализ деятельности должника на предмет возможности восстановления платежеспособности, выявление признаков преднамеренного либо фиктивного банкротства.

Возможность оспаривания сделок появляется только в процедуре конкурсного производства, возможность взыскания дебиторской задолженности также не ограничивается процедурой наблюдения.

Таким образом, в материалы дела не представлено доказательств, что факт несвоевременной передачи документации препятствовал проведению мероприятий конкурсного производства, в частности - формирования конкурсной массы.

При этом, Каменский Я.О. не являлся последним руководителем должника. Конкурсным управляющим не представлены доказательства, что именно на указанном лице лежала обязанность по передаче документации конкурсному управляющему.

Таким образом, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о не доказанности арбитражным управляющим оснований для привлечения ФИО5, ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ВКО», предусмотренного пп. 2, 4 п. 2 ст.61.11 Закона о банкротстве.

Среди оснований для привлечения ФИО5, ФИО6 к субсидиарной ответственности арбитражный управляющий со ссылкой на пункт 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве указывает на необращение в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом).

При этом момент возникновения обязанности контролирующих должника лиц подать заявление о банкротстве должника конкурсный управляющий связывает с появлением у должника признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества по состоянию на 21.10.2020, то есть в течение месяца с момента вступления в законную силу решения Арбитражного суда Ульяновской области от 21.09.2020 по делу № А728743/2019, которым с должника взыскана задолженность в размере 1 040 000 руб. – сумма основного долга, 66 718 руб. 10 коп. – проценты за пользование чужими денежными средствами с 12.04.2018 по 28.02.2019, с 01.03.2019 проценты за пользование чужими денежными средствами по день фактической оплаты, 105 000 руб. – в возмещение расходов по оплате судебной экспертизы.

ПАО «Сбербанк» в своих пояснениях указывал на рост кредиторской задолженности должника с 2018 года, а также на наличие кредиторской задолженности, которая включена в реестр требований кредиторов должника.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 названного закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

В пункте 9 Постановления N 53 от 21.12.2017 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" разъяснено, что обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством;

в иных случаях, предусмотренных Законом о банкротстве.

Такое заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве).

В соответствии с правовой позицией, выраженной в пункте 2 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016, в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств:

- возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве;

- момент возникновения данного условия;

- факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия;

- объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности либо обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта

1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве (критическом моменте, в который должник из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей), и руководитель несмотря на временные финансовые затруднения добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил максимальные усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель с учетом общеправовых принципов юридической ответственности (в том числе, предполагающих по общему правилу наличие вины) освобождается от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным.

Возражая против требований конкурсного управляющего, ФИО5 указывал, что ответчиками добросовестно велась финансово-хозяйственная деятельность, возникшие требования кредиторов планировалось погасить в разумные сроки за счет успешного исполнения обязательств по ряду заключенных договоров. Руководителями должника предпринимались меры по взысканию дебиторской задолженности (направлялись претензии, исковые заявления в суд).

Оценив доводы сторон о моменте возникновения признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества должника, наступление которого породило бы обязанность руководителя должника обратиться в суд с заявлением в порядке, установленном статьей 9 Закона о банкротстве, суд первой инстанции исходил из следующего.

Согласно правовой позиции, выраженной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 20.07.2017 N 309-ЭС17-1801, обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный менеджер, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности либо обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта

1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве (критическом моменте, в который должник из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей), и руководитель, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил максимальные усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель с учетом общеправовых принципов юридической ответственности (в том числе предполагающих по общему правилу наличие вины) освобождается от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным.

Наличие у должника задолженности перед конкретным кредитором не может рассматриваться как безусловное основание необходимости обращения руководителя должника в суд с заявлением о признании должника банкротом в соответствии с абзацем вторым пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве. Ухудшение финансового состояния юридического лица не отнесено статьей 9 Закона о банкротстве к обстоятельствам, обязывающим руководителя обратиться в арбитражный суд с заявлением должника.

Для целей разрешения вопроса о привлечении руководителя к ответственности по указанным основаниям установление момента подачи заявления о банкротстве должника приобретает существенное значение, учитывая, что момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов, в связи с чем, в процессе рассмотрения такого рода заявлений, помимо прочего, необходимо учитывать режим и специфику деятельности должника, а также то, что финансовые трудности в определенный период могут быть вызваны преодолимыми временными обстоятельствами. Сами по себе кратковременные и устранимые, в том числе своевременными эффективными действиями руководителя затруднения, не могут рассматриваться как безусловное доказательство возникновения необходимости обращения последнего в суд с заявлением о банкротстве (позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 29.03.2018 N 306-ЭС17-13670(3)).

Наступление самого факта банкротства недостаточно для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, данный факт также не может свидетельствовать о наличии у него вины в банкротстве и причинно-следственной связи между его бездействием и таким банкротством, так как причиной банкротства должника могут быть обстоятельства, не связанные с конкретными действиями (или бездействием) ответчика.

Возражая против заявленных требований, ответчики указывали на то, что ООО «ВКО» был заключен ряд государственных и муниципальных контрактов.

ФИО6 был руководителем должника по 10.09.2020, тогда как конкурсный управляющий указывает дату объективного банкротства 21.09.2020. В указанных обстоятельствах на стороне ФИО6 не возникла в период его деятельности обязанность по обращению в суд с соответствующим заявлением.

При этом, ФИО5 рассчитывал, что преодоление финансовых трудностей Общества возможно с учетом планируемых поступлений за счет осуществляемой должником деятельности.

Задолженность перед ООО «Центр по ценообразованию в строительстве», ОАУ «Ульяновскгосэкспертиза», ООО «Стройпроектизыскания», АО «Почта России», ООО «Пожарный аудит» в 2020 году складывалась из неоплаты за ряд договоров, заключенных в целях исполнения ряда государственных контрактов на выполнение проектных работ.

Общество рассчитывало удовлетворить данные требования после получения денежных средств от исполнения муниципальных и государственных контрактов.

В ходе рассмотрения обоснованности требований о признании должника банкротом, а также в период наблюдения, ответчиками предпринимались меры по недопущению признания должника банкротом, в результате которых, в том числе, велась работа по взысканию дебиторской задолженности, за счет которой ответчики планировали погасить задолженности перед кредиторами. При рассмотрении обоснованности требований ответчиками заявлялись ходатайства об отложении судебных заседаний в связи с намерением погасить задолженность.

Кроме того, 27.12.2021 года состоялось первое собрание кредиторов ООО «ВКО» на котором, в том числе, были приняты следующие решения: ввести в отношении Должника процедуру банкротства - финансовое оздоровление; открыть процедуру финансового оздоровления в отношении Должника сроком на 12 месяцев.

В ходе собрания кредиторов 27.12.2021 должником ООО «ВКО» был представлен план финансового оздоровления от 16.12.2021 согласно которому, организация в состоянии выплатить имеющуюся кредиторскую задолженность, и обязуется погасить задолженность в срок до 31.12.2022.

В рассматриваемом случае, судом первой инстанции учтена специфика деятельности должника, а именно – разработка проектной документации, а также заключение муниципальных и государственных контрактов, что предполагает длительные сроки исполнения, а также возможные трудности с приемкой выполненных работ, с оплатой выполненных работ.

Ссылки ПАО «Сбербанк России» на то, что рост кредиторской задолженности с 2018 года свидетельствует о признаках неплатежеспособности должника судом первой инстанции отклонены, поскольку установлено материалами дела, что согласно данным бухгалтерской отчетности, наряду с наращиванием кредиторской задолженности также происходил рост размера совокупных активов должника до 45 707 000 руб. в 2020 году, в том числе, рост дебиторской задолженности с 5752 тыс. руб. 31 944 тыс. руб. на конец 2020 года, на поступление которой вправе были рассчитывать ответчики. По результатам анализа финансового состояния должника, сделанного временным управляющим, по состоянию на 09.07.2021 размер дебиторской задолженности составлял 17 569 624 руб. 89 коп.

Как следовало из пояснений конкурсного управляющего, общая сумма взыскиваемой дебиторской задолженности составляет 15 334 187 руб. 90 коп. Размер уже взысканной дебиторской задолженности составляет 12 241 598 руб. 90 коп.

Взыскание дебиторской задолженности происходит при активном содействии контролирующих должника лиц, привлекаемых к субсидиарной ответственности.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что в момент возбуждения настоящего дела о банкротстве у контролирующих должника лиц отсутствовали основания полагать о критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов, более того, предпринимались попытки по выводу предприятия из затруднительного финансового положения, вызванного неоплатой договоров и контрактов со стороны Заказчиков, а также длительностью сроков для исполнения обязательств по оплате.

В рассматриваемом случае суд первой инстанции не усмотрел наличие у ответчиков вины в банкротстве и причинно-следственной связи между их бездействием и таким банкротством, так как причиной банкротства должника являются обстоятельства, не связанные с конкретными действиями (или бездействием) ответчиков. Таким причины связаны скорее с предпринимательскими рисками и особенностями рынка аналогичных услуг, а также прочими объективными факторами рынка.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции не нашел оснований для привлечения Прокофьева М.В., Каменского Я.О. к субсидиарной ответственности по ст. 61.12 Закона о банкротстве.

При этом, в п. 12 постановления от 21.12.2017 г. N 53 разъяснено, что согласно абзацу второму п. 2 статьи 61.12. Закона о банкротстве презюмируется наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника, ликвидационной комиссией заявления о банкротстве и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, обязательства перед которыми возникли в период просрочки подачи заявления о банкротстве.

Из материалов дела следует, что конкурсный управляющий не представил сведения о новых обязательствах, должника, возникших после той даты, в которую руководитель должника должен был обратиться с заявлением о признании должника банкротом в арбитражный суд.

Согласно п. 2 ст. 61.12 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признания должника банкротом).

В статье 61.12 Закона о банкротстве законодатель презюмировал наличие причинно-следственной связи между обманом контрагентов со стороны руководителя должника в виде намеренного умолчания о возникновении признаков банкротства, о которых он должен был публично сообщить в силу Закона, подав заявление о несостоятельности, и негативными последствиями для введенных в заблуждение кредиторов, по неведению предоставивших исполнение лицу, являющемуся в действительности банкротом, явно неспособному передать встречное исполнение. Субсидиарная ответственность такого руководителя ограничивается объемом обязательств перед этими обманутыми кредиторами, то есть объемом обязательств, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Указанная позиция отражена в Определении ВС РФ № 305-ЭС21-27211 от 19.04.2022.

В письменных дополнительных пояснениях к апелляционной жалобе конкурсный управляющий представила сведения о датах возникновении задолженностей у должника, из которых следует, что все они образовались до указанной конкурсным управляющим даты объективного банкротства.

Таким образом, судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции об отсутствии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании должника банкротом.

Доводы ПАО «Сбербанк России» о том, что ФИО6 должнику причинены убытки, что привело должника к банкротству суд первой инстанции нашел несостоятельными.

Судом первой инстанции установлено, что размер активов должника по состоянию на конец 2020 года составлял 45 707 000 руб.

Из отчетов конкурсного управляющего усматривается, что в конкурсную массу должника включено имущество стоимостью 30 120 763 руб. – дебиторская задолженность. В третью очередь реестра требований кредиторов должника включены требования в размере 30 197 333 руб.

Определением от 07.08.2023 суд взыскал с ФИО6 в пользу общества с ограниченной ответственностью «ВКО» в счет возмещения убытков 1 414 942 руб. 56 коп., вызванные платежами, совершаемыми с корпоративной карты должника в отсутствие доказательств встречного исполнения, поскольку документально

ответчик не смог подтвердить, что указанные траты производились в связи с деятельностью должника.

Кроме того, в производстве суда имеется нерассмотренный обособленный спор № А72-520-34/2021 о взыскании с ФИО6 и ФИО8 в пользу общества с ограниченной ответственностью «ВКО» убытков в сумме 810 000 руб.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", согласно которым, при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 ГК РФ, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что причинение должнику заявленных ко взысканию с ФИО6 убытков не повлекло наступления банкротства общества, принимая во внимание размер кредиторской задолженности и размера активов должника, масштабов его деятельности, следовательно, не нашел оснований для привлечения ФИО5, ФИО6 к субсидиарной ответственности по п. 1 ст. 61.11 Закона о банкротстве.

Доводы апелляционной жалобы фактически повторяют доводы заявления о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности, им была дана надлежащая оценка судом первой инстанции.

Суд апелляционной инстанции отклоняет приведенные доводы в апелляционной жалобе, поскольку, заявителем не представлено в материалы дела надлежащих и бесспорных доказательств в обоснование своей позиции, доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые были бы не проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта.

Все имеющие существенное значение для рассматриваемого дела обстоятельства судом первой инстанции установлены правильно, представленные доказательства полно и всесторонне исследованы и им дана надлежащая оценка.

Ответственность контролирующих должника лиц является гражданско-правовой, в связи с чем при ее применении должны учитываться общие правила об ответственности за нарушение обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве.

На основании изложенного, для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности необходимо установить наличие причинной связи между их действиями и наступлением банкротства должника, факт недостаточности имущества должника для расчета с кредиторами, а также вину ответчиков в наступлении банкротства.

В материалах дела отсутствуют доказательства того, что своими действиями ответчики, как контролирующие должника лица, довели должника до банкротства, то есть до финансовой неплатежеспособности.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора в данном конкретном случае исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены правильно, выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, арбитражным апелляционным судом не установлено.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта по приведенным доводам жалобы и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Ульяновской области от 29 августа 2023 года об отказе в удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц по делу № А72-520-11/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в месячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий Ю.А. Бондарева

Судьи Н.А. Мальцев

Г.О. Попова