Постановление от 14 марта 2024 г. по делу № А51-4298/2017

Пятый арбитражный апелляционный суд

ул. Светланская, 115, Владивосток, 690001

www.5aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело

№ А51-4298/2017
г. Владивосток
14 марта 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 06 марта 2024 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 14 марта 2024 года.

Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего К.П. Засорина,

судей М.Н. Гарбуза, Т.В. Рева,

при ведении протокола секретарем судебного заседания В.А. Ячмень,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО1, конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Транзит-ДВ» ФИО2,

апелляционные производства № 05АП-6553/2023, 05АП-6554/2023

на определение от 10.10.2023

судьи О.В. Васенко

по делу № А51-4298/2017 Арбитражного суда Приморского края

по заявлениям публичного акционерного общества «Сбербанк России» (правопреемник - общество с ограниченной ответственностью «Натикл Стар») и конкурсного управляющего о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности,

в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Транзит-ДВ»,

при участии:

от ФИО1: представитель ФИО3, по доверенности от 20.04.2023, сроком действия на 3 года, паспорт;

от ФИО4: представитель ФИО5, по доверенности от 04.03.2024, сроком действия на 1 год, паспорт;

иные лица, участвующие в деле, не явились,

УСТАНОВИЛ:

Публичное акционерное общество «Сбербанк России» (далее – ПАО «Сбербанк») обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Транзит-ДВ» (далее – должник, ООО «Торговый дом «Транзит-ДВ»).

Определением от 16.05.2017 в отношении ООО Торговый дом «Транзит-ДВ» процедура банкротства – наблюдение, временным управляющим должника утвержден ФИО2.

Решением от 17.10.2017 ООО «Торговый дом «Транзит-ДВ» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО2 (далее – конкурсный управляющий, апеллянт).

Конкурсный кредитор ПАО «Сбербанк» обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО6, ФИО1 (далее – апеллянт), ФИО4 и ФИО7.

Конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО6, ФИО1 и ФИО4

Протокольным определением от 11.07.2018 производства по рассмотрению вышеуказанных заявлений объединены в одно производство.

Определением от 11.07.2018 к участию в обособленном споре привлечены финансовые управляющие ФИО8 и ФИО9.

Определением суда от 12.03.2020 к участию в обособленном споре в качестве соответчиков по ходатайствам заявителей привлечены ФИО10 и ФИО11.

Определением суда от 22.06.2022 к участию в деле в качестве третьего лица привлечен Прокурор Приморского края.

Определением от 04.08.2022 к участию в деле в качестве соответчика привлечен ФИО12 - наследник умершего ФИО7

Определениями от 15.10.2019, от 26.04.2022 произведена замена кредитора ПАО «Сбербанк» на его правопреемника – общество с ограниченной ответственностью «РПК ПРОМ». Определением суда от 19.05.2023 произведена замена кредитора ООО «РПК ПРОМ» на общество с ограниченной ответственностью «Натикл Стар» (далее – ООО «Натикл Стар»).

ООО «Натикл Стар» заявило ходатайство об отказе от требований в части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО1, ФИО7, ФИО12, ФИО10, ФИО11, ФИО4

Определением Арбитражного суда Приморского края от 10.10.2023 произведена замена созаявителя по обособленному спору с ПАО «Сбербанк» на ООО «Натикл Стар», в удовлетворении ходатайства ООО «Натикл Стар» об отказе от заявления в части требования о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1 отказано, производство по обособленному спору в части требований ООО «Натикл Стар» к ФИО7, ФИО12, ФИО10, ФИО11 и ФИО4 прекращено, признано доказанным наличие снований для привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц ФИО1 и ФИО6, в удовлетворении требований конкурсного управляющего заявленных к ФИО7, ФИО12, ФИО10, ФИО11 и ФИО4 отказано.

Дополнительным определением от 23.10.2023 суд приостановил рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО1 и конкурсный управляющий обратились в Пятый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами.

ФИО1 в жалобе просил определение суда от 10.10.2023 отменить и отказать в удовлетворении заявления о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности. Приведенные по тексту жалобы довод сводятся к тому, что ФИО1 не мог быть привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, так как не являлся контролирующим ООО «Торговый дом «Транзит-ДВ» лицом, и как следствие не имел возможности и не давал никаких обязательных для исполнения указаний. Также, по мнению ФИО1, он не может быть привлечен к ответственности на основании части 4 статьи 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) за невозможность полного погашения требований кредиторов, поскольку его действия не являлись причиной банкротства должника. Апеллянт полагает, что суд неверно применил статью 61.10 Закона о банкротстве, поскольку как указано в самом обжалуемом судебном акте к спорным отношениям подлежит применению Закон о банкротстве в редакции, действовавшей в период, когда имело место действие и (или) бездействие контролирующего должника лица, при этом конкурсный управляющий ссылался на то, что признаки неплатежеспособности у должника возникли в 4 квартале 2014 года. Также апеллянт сослался на то, что никогда не совершал сделок от имени должника, не давал согласия на их совершение, не одобрял сделки должника; принятие ФИО1 решения о выплате дивидендов было основано на представленной ему бухгалтерской документации, подтверждавшей не только устойчивое финансовое состояние должника, но и наличие прибыли, позволявшей выплатить дивиденды; выплата дивидендов в любом случае не могла привести к банкротству должника в силу малозначительности (размер дивидендов был 40 миллионов рублей, а общий размер требований кредиторов превышает 6 миллиардов рублей); поскольку ФИО1 не являлся руководителем должника, постольку он в принципе не может являться субъектом субсидиарной ответственности по основанию неподачи заявления о признании должника банкротом.

Конкурсный управляющий выразил несогласие с обжалуемым судебным актом в части отказа в удовлетворении требований конкурсного управляющего к ФИО7 и его правопреемнику ФИО12, считал его необоснованным и просил в данной части определение суда от 10.10.2023 отменить, заявление удовлетворить. Как полагает апеллянт в данном случае имеются основания для привлечения ФИО7 и его правопреемника ФИО12 к субсидиарной ответственности, поскольку ФИО7, как последний руководитель должника, не передал конкурсному управляющему документы, необходимые для взыскания задолженности, что привело к утрате возможности пополнить конкурсную массу. В результате несвоевременной передачи или не передачи документов вовсе конкурсному управляющему было отказано во включении требований в размере 220318327,84 рублей в реестр требований кредиторов ООО «Группа «Транзит-ДВ» (определение Арбитражного суда Приморского края от 27.03.2018 г. по делу №А51-4296/2017); во включении требований в размере 488 390 рублей в реестр требований кредиторов ООО «СВМП» (определение Арбитражного суда Приморского края от 12.11.2019 г. по делу №А51 -4287/2017). Также не были переданы документы в отношении дебиторской задолженности к иным поименованным в жалобе лицам

Определениями Пятого арбитражного апелляционного суда от 16.11.2023 и 27.11.2023 апелляционные жалобы приняты к производству, судебное разбирательство по делу назначено на 18.12.2023. Определением суда от 18.12.2023, рассмотрение апелляционных жалоб отложено на 29.01.2024, а затем на 06.03.2024.

Определением суда от 01.03.2024 на основании пункта 2 части 3 статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) в составе судебной коллегии произведена замена судьи А.В. Ветошкевич на судью М.Н. Гарбуза. Судебное разбирательство произведено с самого начала на основании части 5 статьи 18 АПК РФ.

В судебном заседании 06.03.2024 представитель ФИО1 заявил ходатайство об отложении судебного заседания с целью предоставления возможности ООО «Натикл стар» выразить свою правовую позицию по настоящему спору.

Судебная коллегия, руководствуясь статьями 158, 159, 184, 185 АПК РФ, определила в удовлетворении заявленного ходатайства отказать в связи с необоснованностью, поскольку, с учетом неоднократного отложения судебного разбирательства по делу, у ООО «Натикл стар» имелось достаточно времени для выражения своей правовой позиции по делу.

Представитель ФИО1 настаивал на доводах своей апелляционной жалобы, а также поддержал доводы ранее представленного и приобщенного к материалам дела отзыва на апелляционную жалобу конкурсного управляющего.

Представитель ФИО4 огласил свою правовую позицию по апелляционным жалобам.

Представители иных лиц, участвующих в деле о банкротстве и в арбитражном процессе по делу о банкротстве, надлежаще извещенных о времени и месте судебного разбирательства, в том числе с учетом публикации необходимой информации на официальном сайте арбитражного суда в сети Интернет, в заседание арбитражного суда апелляционной инстанции не явились. Апелляционная жалоба рассмотрена в их отсутствие по правилам статьи 156 АПК РФ.

Судом установлено, что ФИО1 и конкурсный управляющий обжалуют определение суда в части.

В соответствии с частью 5 статьи 268 АПК РФ в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

Как разъяснено в пункте 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» при применении части 5 статьи 268 АПК РФ необходимо иметь в виду следующее: если заявителем подана жалоба на часть судебного акта, арбитражный суд апелляционной инстанции в судебном заседании выясняет мнение присутствующих в заседании лиц относительно того, имеются ли у них возражения по проверке только части судебного акта, о чем делается отметка в протоколе судебного заседания.

Поскольку возражений по проверке только части судебного акта от лиц, участвующих в деле, не поступило, суд, руководствуясь частью 5 статьи 268 АПК РФ, проверяет законность и обоснованность определения суда только в обжалуемой части.

Законность и обоснованность определения суда от 10.10.2023 в обжалуемой части проверены Пятым арбитражным апелляционным судом в порядке и пределах, установленных статьями 268-272 АПК РФ.

Конкурсный кредитор ПАО «СБЕРБАНК» (правопреемником которого впоследствии стал ООО «Натикл Стар») в своем заявлением просил привлечь к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, в том числе ФИО6 и ФИО7, поскольку полагал, что их действия по искажению бухгалтерской и финансовой отчётности привели к незаконному получению кредитных средств, а действия по выводу активов повлекли невозможность погашения требований кредиторов в полном объёме.

Конкурсный управляющий в своем заявлении о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО6, ФИО1 и ФИО4, указав на то, что ответчики, будучи руководителями должника, при наличии неплатёжеспособности и недостаточности имущества должника обязаны были обратиться с заявлением о признании последнего банкротом, и такая обязанность возникла по состоянию на 31.12.2014, между тем на фоне неплатёжеспособности продолжали заключать сделки на заранее убыточных условиях, включать в управленческие расходы общехозяйственные издержки иных предприятий группы компаний «Торговый дом «Транзит-ДВ», а также совершать сделки, направленные на вывод денежных средств из состава активов должника на «технические» компании («организации-однодневки») и прощение долга. Помимо этого, конкурсный управляющий указал, что действия контролирующих должника лиц по непередаче документов, необходимых для взыскания задолженности, привели к утрате такой возможности пополнить конкурсную массу.

Повторно исследовав материалы дела, оценив доводы апелляционных жалоб и отзывов на жалобы, арбитражный суд апелляционной инстанции признает выводы суда первой инстанции об удовлетворении заявленных требований в отношении ФИО1 и об отказе в удовлетворении требований к ФИО7 (наследник ФИО12) соответствующими действующему законодательству и обстоятельствам дела, а доводы апеллянтов - подлежащими отклонению в силу следующего.

Правилами пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации») руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случаях, если:

-удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

-органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

-органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

-обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

-должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

-имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством;

-настоящим Федеральным законом предусмотрены иные случаи.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 указанной статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве).

В силу пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ) нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Федерального закона.

В предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве входит установление следующих обстоятельств: 1) возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона; 2) момент возникновения данного условия; 3) факт неподачи руководителем (иным обязаны лицом) в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; 4) объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Судом первой инстанции обоснованно отмечено, что в статье 10 Закона о банкротстве (до вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях») были определены порядок и основания привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по его обязательствам.

В указанную статью Федеральным законом от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», вступившим в действие с 05.09.2009, и Федеральным законом от 28.06.2013 № 134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям», вступившим в действие с 30.06.2013, были внесены изменения.

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях», вступившим в действие с 30.07.2017, Федеральный закон от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» дополнен главой Ш.2, регулирующей ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве.

В соответствии с пунктом 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

По смыслу пункта 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», а также исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации) положения Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» в редакции Закона № 266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ.

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ (30.07.2017), то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Однако предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после 01.07.2017 независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Данный вывод соответствует правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757(2,3), согласно которой субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности гражданско-правовой, в связи с чем материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых соответствующим лицам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для привлечения данных лиц к ответственности).

Таким образом, применение той или иной редакции Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (статьи 10 или главы Ш.2) в целях регулирования материальных правоотношений зависит от того, когда имело место действие и (или) бездействие контролирующего должника лица.

В рассматриваемом случае конкурсный управляющий должника ссылается на наличие у должника признаков неплатежеспособности уже в 4 квартале 2014 года, то есть по состоянию на 31.12.2014, в связи с чем обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, имели место в 2014 году, в связи с чем к спорным правоотношениям подлежат применению положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ.

При этом применение в настоящем споре материально-правовой нормы, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве в прежней редакции, не исключает необходимости руководствоваться разъяснениями, содержащимися в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», в той их части, которая не противоречит существу нормы статьи 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 20 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации самостоятельно квалифицирует предъявленное требование.

В соответствии с пунктом 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим лицом, если это лицо:

-являлось руководителем должника или управляющей организацией должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

-имело право самостоятельно либо самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться 50 и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника.

Согласно листу записи ЕГРЮЛ за № 2092536056226 внесена запись о том, что с 30.03.2009 лицом, имеющим право действовать от имени ООО Торговый дом «Транзит-ДВ» без доверенности является управляющая компания - ООО «Группа «Транзит-ДВ» во главе с президентом управляющей компании ФИО6 (с 01.06.2011).

Согласно листу записи ЕГРЮЛ за № 2132536032572 внесена запись о том, что единственным учредителем (участником) ООО «ТОРГОВЫЙ ДОМ «ТРАНЗИТ-ДВ» является Tranzit Group Property Limited. Учредителями Tranzit Group Property Limited являются ФИО6 и ФИО1.

Таким образом, ФИО6, ФИО1 по смыслу Закона о банкротстве являются контролирующими должника лицами.

Одновременно, контролирующими должника лицами производился вывод активов должника.

Так, определением от 24.07.2020 по настоящему делу судом было установлено, что 07.05.2015 поручением на перевод иностранной валюты № 22 ООО Торговый дом «Транзит-ДВ» переведены Tranzit Group Property Limited (Гонконг) денежные средства в размере 800694,66 USD, что эквивалентно 40020000,22 руб., являющиеся дивидендами согласно бухгалтерской справке № 150 от 01.05.2015; факт перечисления денежных средств подтвержден, в том числе, и выпиской по счету № 40702840343040000665 за 07.05.2015.

Данным определением от 24.07.2020 суд признал, что оспариваемая сделка лишена экономического смысла для должника, и совершена с целью уклонения от расчетов с независимыми кредиторами, поскольку в рассматриваемом случае платеж от 07.05.2015, связанный с участием Tranzit Group Property Limited (Гонконг) в уставном капитале ООО Торговый дом «Транзит-ДВ», произведен при обстоятельствах, удовлетворяющих статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Из материалов дела о несостоятельности (банкротстве) ООО Торговый дом «Транзит-ДВ» также следует, что по состоянию на февраль 2017 года у общества перед ПАО «СБЕРБАНК» образовалась задолженность в общем размере 3571605788,28 руб. основной задолженности и 390521491,64 руб. неустойки, в том числе по договору № 700150058 от 20.08.2015 об открытии невозобновляемой кредитной линии (2404254076,98 руб. основного долга и 87770034,63 руб. неустойки), по договору № 700150046 от 09.07.2015 об открытии возобновляемой кредитной линии (588017996,59 руб. основного долга и 228586047,72 руб. неустойки), по договору № 700150019 от 28.05.2015 об открытии невозобновляемой кредитной линии (579333714,71 руб. основного долга и 74165409,29 руб. неустойки).

Выгодоприобретателями такого перечисления дивидендов в адрес Tranzit Group Property Limited являются её учредители - ФИО6 и ФИО1

Материалы дела о несостоятельности (банкротстве ООО Торговый дом «Транзит-ДВ», возбужденного 15.03.2017, также подтверждают, что по состоянию на 07.05.2015 - момент совершения оспариваемой сделки, признанной недействительной определением от 24.07.2020, - должник обладал признаками неплатежеспособности.

При этом суд также принял во внимание содержание анализа финансового состояния ООО Торговый дом «Транзит-ДВ», согласно которому в 2015-2016 гг. должником понесен значительный непокрытый убыток, составивший по итогам 2015 года более 11 % от объемов выручки, а в 2016 году превысивший выручку от реализации на 66 %; в середине 2015 года значения показателей автономии и обеспеченности собственными оборотными средствами стали отрицательными, сформировался дефицит собственного капитала; показатели рентабельности активов и нормы чистой прибыли перешли в отрицательную плоскость, и в дальнейшем убыточность деятельности предприятия только нарастала; с указанного момента возникла неплатежеспособность должника, которая в последующем приобрела устойчивый характер.

ООО Торговый дом «Транзит-ДВ» и Tranzit Group Property Limited (Гонконг) являются аффилированными лицами, что было установлено судом в рамках дела № А51-5567/2018 и в ряде обособленных споров по настоящему делу, в связи с чем последнее как заинтересованное по отношению к должнику лицо знало о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества, располагая недоступной независимым участникам оборота информацией, из которой можно сделать разумный вывод о наличии иных непогашенных требований кредиторов и отсутствии у должника денежных средств, достаточных для погашения имеющейся задолженности.

При этом из пояснений ФИО1 в рамках настоящего спора следует, что он имеет прямое отношение как к принятию 15.04.2015 решения о выплате дивидендов, так и решению об утверждении бухгалтерской отчётности за 2014 год, содержащей, в том числе, и решение о начислении дивидендов.

Доводы ФИО1 о том, что его действия не привели к негативным последствиям, поскольку права должника были восстановлены судом определением от 24.07.2020 (суд взыскал с Tranzit Group Property Limited в пользу ООО Торговый дом «Транзит-ДВ» 40020000,22 руб. и восстановил Tranzit Group Property Limited право требования с должника задолженности в этом размере) судом отклоняются, поскольку вывод активов должника фактически довел последнего до банкротства, и восстановление права требования к должнику само по себе ни финансовое положение должника, ни потери его кредиторов не восстановило.

Доводы заявителя о том, что кредитные договоры с банками на значительные суммы заключались уже при наличии признаков неплатёжеспособности должника, ответчиками не опровергнуты.

Так, определением от 30.08.2017 в рамках настоящего дела суд установил, что должником с ПАО «Банк ВТБ» заключены кредитные договоры № <***> от 27.03.2014, № КС-702750/2014/00003 от 18.03.2014, № КС-702750/2014/00005 от 04.04.2014, № КС-702750/2014/00018 от 11.06.2014, № КС-702750/2014/00019 от 17.06.2014, № КС-702750/2014/00021 от 19.06.2014, а также должник являлся поручителем ООО «СЕВЕРО-ВОСТОЧНОЕ МОРСКОЕ ПАРОХОДСТВО» по заключенным с Банком ВТБ (ПАО) кредитным соглашениям № КС-702750/2014/00008 от 20.05.2014, № КС-702750/2014/00009 от 18.04.2014, №КС-ЦУ-702750/2014/00042 от 15.09.2014, исполнение которых обеспечивалось соответствующими поручительствами, в связи с чем в состав реестра требований кредиторов включена задолженность перед Банком на сумму 1571662049,69 руб. основного долга и 133772142,11 руб. неустойки.

Ответчиками не представлены доказательства того, что у них имел место разумный и экономически обоснованный план по восстановлению финансового состояния должника в разумный срок.

При этом ФИО1 указывает, что банкам было известно о том, что в момент заключения кредитных договоров должник обладал признаками неплатёжеспособности, тем самым не опровергает наличие таких признаков у должника в 2014-2015 годах на даты открытия кредитных линий, между тем не представляет доказательств того, что банкам такая информация фактически была предоставлена.

Одновременно из пояснений ПАО «СБЕРБАНК», ФИО1 и ФИО4 следует, что для получения кредитов в банки была представлена искажённая отчётность, подписанная ФИО6, при одновременном наличии отчётности за тот же период иного содержания. Доказательств того, что именно представленная в банк для открытия кредитных линий отчётность содержала достоверные сведения и отвечала фактическому состоянию дел должника, ответчиками в материалы настоящего обособленного спора не представлено.

Определением от 05.02.2020 судом также признано недействительным соглашение о прекращении взаимных денежных обязательств зачетом от 21.11.2016, заключенное между должником и аффилированным лицом ЗАО «ВОСТОКБУНКЕР», согласно которому стороны производят зачет на сумму 155688887,42 руб.

В результате произведенного зачета прекратились обязательства ЗАО «ВОСТОКБУНКЕР» перед должником, вытекающие из договоров от 24.08.2012 № ТД/06/024/186/2012, от 20.02.2012 № ТД/06/024/37/2012 и от 20.02.2014 № ТД/06/24/2014(1), а также обязательства должника перед ЗАО «ВОСТОКБУНКЕР» по договору уступки прав требования от 21.11.2016.

Оценивая обстоятельства совершения оспариваемой сделки на предмет наличия причинения вреда кредиторам, суд пришёл к выводу, что в результате ее совершения должник утратил возможность получения от ЗАО «ВОСТОКБУНКЕР» встречного исполнения по договорам от 24.08.2012 № ТД/06/024/186/2012, от 20.02.2012 № ТД/06/024/37/2012 и от 20.02.2014 № ТД/06/24/2014(1) в виде денежных средств, которые могли быть направлены на погашение просроченной задолженности перед незаинтересованными по отношению к ООО «ТОРГОВЫЙ ДОМ «ТРАНЗИТ-ДВ» кредиторами.

Также судом установлено, что по состоянию на момент совершения оспариваемой сделки должник имел неисполненные денежные обязательства, в частности, возникшие в связи с заключением кредитных договоров с ПАО «БИНБАНК», впоследствии уступившим права требования к должнику ООО «АКРОС» на основании договора от 30.12.2016, с Банком ВТБ (ПАО), возврат которому полученных кредитных средств должен был быть осуществлен не позднее июня 2016 года, с АО «Банк Интеза», исполнение обязательств перед которым прекращено в мае 2016 года, а также в связи с заключением мирового соглашения с ЗАО «СП ВЛАДИТАЛ» в рамках дела № А51-21644/2016; задолженность перед названными кредиторами включена в реестр требований кредиторов должника и до настоящего времени не погашена.

Таким образом, ООО Торговый дом «Транзит-ДВ» были одобрены и заключены сделки с кредитными организациями с целью получения кредитов для улучшения финансово-экономического состояния. Однако, преимущественно, денежные средства были направлены на предоставление займов TRANZIT GROUP PROPERTY LIMITED и юридическим лицам, входившим в холдинг (группу компаний). Данные сделки были одобрены контролирующими должника лицами, что привело к усугублению неплатежеспособности ООО Торговый дом «Транзит-ДВ» и, как следствие, причинению вреда интересам кредиторов, а также свидетельствует о совершении контролирующими лицами действий, заведомо влекущих неспособность юридического лица в полном объеме удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей.

Кроме того, ранее в рамках дела № А51-4296/2017 (обособленный спор 194596) судом при рассмотрении требования ООО Торговый дом «Транзит-ДВ» к управляющей компании ООО «Группа «Транзит-ДВ» о включении в реестр требований кредиторов задолженности по заключённому договору № ГР/06/023/35/2011 от 01.06.2011 об осуществлении полномочий единоличного исполнительного органа ООО Торговый дом «Транзит-ДВ» (на момент рассмотрения требования задолженность в пользу ООО Торговый дом «Транзит-ДВ» составляла 85747110,32 руб.) в размере ежемесячной оплаты услуг от 1250000 руб. до 26700000 руб., исходя из повышенного стандарта доказывания обстоятельств отношений между аффилированными лицами, было отказано в удовлетворении заявления по причинам отсутствия экономического обоснования таких расходов (определение от 27.03.2018). Данные обстоятельства в совокупности с выводом суда указывают на то, что ООО Торговый дом «Транзит-ДВ» со ссылкой на оплату услуг по договору управления производил вывод активов должника под видом экономически необоснованных выплат.

Тем же определением судом дана аналогичная оценка и договору займа, заключённому между ООО Торговый дом «Транзит-ДВ» (заимодавец) и ООО «Группа «Транзит-ДВ» (заемщик) от 30.09.2014 № ТД/06/156/2014(3) (ГР06/141 /2014(3)), согласно которому заимодавец предоставил заемщику заем в размере 100000000 руб. под 8,25 % годовых сроком на три года для хозяйственной деятельности заемщика, и за период с 01.10.2015 по 30.09.2017 размер неуплаченного основного долга по договору займа составил 93105000 руб., размер неуплаченных процентов по договору займа - 32375785,52 руб.

Заявители и прокурор также указывают на то, что в состав управленческих расходов должника включен ряд платежей, осуществленных различными предприятиями, обладающими признаками того, что совершенные сделки фактически были направлены на вывод денежных средств из состава активов должника, а также на создание у него условий для получения необоснованной налоговой выгоды в виде возмещения НДС из бюджета. В 2016 году руководство О ООО Торговый дом «Транзит-ДВ» при посредстве ряда организаций - «однодневок» вывело из состава активов предприятия денежные средства.

Исходя из вышеизложенного, материалами дела подтверждается и судом первой инстанции верно установлена причинно-следственная связь между неправомерными действиями (бездействием) контролирующих должника лиц, в том числе ФИО1, по неподаче заявления о признании банкротом, не погашению задолженности, выводом в преддверии банкротства имущества должника и невозможностью удовлетворить требования кредиторов должника в полном объеме.

В силу абзаца третьего и пятого пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств:

в случае причинения вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве;

требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают на дату закрытия реестра требований кредиторов пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов (абзац введен Федеральным законом от 23.06.2016 №222-ФЗ).

Верховный Суд Российской Федерации в определениях ВС РФ от 22.06.2020 №307-ЭС19-18723(2, 3), от 07.10.2021 №305-ЭС18-13210(2), от 10.11.2021 №305-ЭС19-14439(3-8) сформулировал универсальные критерии, при соблюдении которых контролирующие должника лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности, если их виновное поведение привело к доведению должника до банкротства:

-наличие у ответчика возможности оказывать существенное влияние на деятельность должника (что, например, исключает из круга потенциальных ответчиков рядовых сотрудников, менеджмент среднего звена, миноритарных акционеров и т.д., при условии, что формальный статус этих лиц соответствует их роли и выполняемым функциям);

-реализация ответчиком соответствующих полномочий привела (ведет) к негативным для должника и его кредиторов последствиям; масштаб негативных последствий соотносится с масштабами деятельности должника, то есть способен кардинально изменить структуру его имущества в качественно иное - банкротное состояние (однако не могут быть признаны в качестве оснований для субсидиарной ответственности действия по совершению хоть и не выгодных, но несущественных по своим размерам и последствиям для должника сделок);

- ответчик является инициатором (соучастником) такого поведения и (или) потенциальным выгодоприобретателем возникших в связи с этим негативных последствий (пункты 3, 16, 21, 23 Постановления № 53).

Как разъяснено в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53, под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

В пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 №53 указано, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Общие положения статьи 53.1 ГК РФ определяют, что лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Ввиду изложенного, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о том, что значимые для должника сделки являлись для него существенно убыточными, указания по их совершению даны учредителями управляющей компании, в том числе ФИО1, также принявшим участие в их непосредственном совершении.

В силу пункта 2 статьи 401, пункта 2 статьи 1064 ГК РФ отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности. В соответствии со статьей 401 ГК РФ лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащею исполнения обязательств. Если иное не предусмотрено законом или договором, лицо не исполнившее обязательство несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы.

Наличие причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и действиями (бездействием) контролирующего лица предполагается, вместе с тем, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, в частности, что совершение таких действий не причинило вред имущественным правам кредиторов и не послужило необходимой предпосылкой к банкротству.

По смыслу частей 9, 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве для уменьшения размера или полного освобождения от субсидиарной ответственности лицо, привлекаемое к субсидиарной ответственности, должно доказать следующие обстоятельства:

-вина данного лица в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует,

-данное лицо при исполнении функций органов управления или учредителя (участника) юридического лица фактически не оказывало определяющего влияния на деятельность юридического лица (осуществляло функции органа управления номинально),

-благодаря предоставленным этим лицом сведениям установлено фактически контролировавшее должника лицо, в том числе отвечающее условиям, указанным в подпунктах 2 и 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона, и (или) обнаружено скрывавшееся последним имущество должника и (или) контролирующего должника лица.

Между тем наличие оснований для освобождения от субсидиарной ответственности ФИО1 не доказано.

С учетом выше приведенных обстоятельств, судебная коллегия поддерживает вывод суда первой инстанции о том, что ФИО1 подлежит привлечению к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО Торговый дом «Транзит-ДВ».

Если на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности на основании статьи 61.11 Закона о банкротстве невозможно определить размер субсидиарной ответственности, суд после установления всех иных имеющих значение для привлечения к субсидиарной ответственности фактов выносит определение, содержащее в резолютивной части выводы о доказанности наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и о приостановлении рассмотрения этого заявления до окончания расчетов с кредиторами или до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами (пункт 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве).

После завершения расчетов с кредиторами арбитражный управляющий одновременно с отчетом о результатах процедуры, примененной в деле о банкротстве, направляет в арбитражный суд ходатайство о возобновлении производства по рассмотрению заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 Закона о банкротстве, указав размер требований каждого кредитора, которые остались непогашенными в связи с недостаточностью имущества должника, а также отчет о результатах выбора кредиторами способа распоряжения правом требования о привлечении к субсидиарной ответственности (пункт 9 статьи 61.16 Закона о банкротстве).

Отказывая в удовлетворении требований конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица - ФИО7 (наследник ФИО12), суд первой инстанции обоснованно исходил из того, что его формальный статус не соответствует выполняемым им функций и что в действительности он оказывал определяющее влияние на деятельность юридического лица и довел последнее до банкротства. В частности, ФИО7 (и наследник ФИО12) не может быть привлечены к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о банкротстве должника, поскольку в указанный конкурсным управляющим период 2014-2015 гг. они не являлись лицами, ответственными за подачу заявления о банкротстве; отсутствуют доказательства того, что именно ФИО7 (и наследник ФИО12), извлекли имущественную выгоду от заключения указанных заявителем сделок (являлись выгодоприобретателями) и давали указание на заключение данных сделок.

Судебная коллегия считает заслуживающими внимания позицию ФИО12, изложенную в отзыве на апелляционную жалобу, о том, что неполная передача документов должника была допущена по обстоятельствам от него независящим, а именно в силу их утраты руководителем управляющей компании ФИО6, осуществлявшим в период 2014-2015г. управление должником на основании договора «на осуществление полномочий единоличного исполнительного органа» от 05.10.2005 и соответственно их не передачи последующим руководителям должника – ФИО4 и уже от него ФИО7, когда последний был назначен генеральным директором должника в 2017 году. Конкурсный управляющий указывает на невозможность взыскания с ООО «Группа «Транзит-ДВ», ООО «СВМП», АО «Владрыбснаб» задолженности вследствие непередачи ФИО7 документов. Однако данные требования, даже в случае их доказанности, никак не могли повлиять на удовлетворение требований кредиторов, поскольку представляли собой требования в отношении компаний группы «Транзит-ДВ», к которой относился должник, и которые сами находились в процедуре банкротства, при этом в силу связанности указанные лица не предъявляли друг к другу каких-либо требований о погашении задолженности, что является нормальной хозяйственной практикой в отношениях между аффилированными лицами, поскольку ООО «ТД «Транзит-ДВ» и ООО «Группа «Транзит-ДВ», ООО «СВМ» и АО «Владрыбснаб» являются аффилированными лицами, принадлежащими к одной группе компаний «Транзит-ДВ». Более того, как поясняли при рассмотрении дела в суде первой инстанции ответчики ФИО4 и ФИО7, несмотря на их назначение на должность генерального директора должника фактическое руководство группой компаний «Транзит-ДВ» сохранял ФИО6, он же сохранял контроль над документами должника, ФИО4 и ФИО7 только исполняли указания ФИО6

Таким образом, оценив все имеющиеся доказательства по делу, арбитражный апелляционный суд считает, что определение суда от 10.10.2023 в обжалуемой части соответствует нормам права, а содержащиеся в нем выводы - установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам. Доводы апелляционных жалоб не опровергают установленные судом обстоятельства и сделанные на их основе выводы. Различная оценка одних и тех же фактических обстоятельств дела судом первой инстанции и апеллянтами не является правовым основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

Нарушений норм процессуального права, в том числе являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта, апелляционной инстанцией не установлено.

При изложенных обстоятельствах, оснований для удовлетворения апелляционных жалоб и отмены судебного акта в обжалуемой части не имеется.

В соответствии с подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации уплата государственной пошлины за рассмотрение апелляционных жалоб на определения, принятые арбитражным судом по результатам рассмотрения заявлений о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, не предусмотрена.

Руководствуясь статьями 258, 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Пятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Приморского края от 10.10.2023 по делу № А51-4298/2017 в обжалуемой части, с учетом дополнительного определения от 23.10.2023, оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Приморского края в течение одного месяца.

Председательствующий

К.П. Засорин

Судьи

М.Н. Гарбуз

Т.В. Рева