Постановление от 16 декабря 2019 г. по делу № А31-6538/2016

ВТОРОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

610007, г. Киров, ул. Хлыновская, 3,http://2aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело № А31-6538/2016
г. Киров
16 декабря 2019 года
Резолютивная часть постановления объявлена 12 декабря 2019 года.

Полный текст постановления изготовлен 16 декабря 2019 года.

Второй арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Шаклеиной Е.В.,

судейДьяконовой Т.М., ФИО1,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО2

при участии в судебном заседании в Арбитражном суде Костромской области:

представителя ФИО3 ФИО4, действующей на основании доверенности от 05.08.2019;

представителя ПАО «Сбербанк России» ФИО5, действующего на основании доверенности от 13.09.2018,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО3

на определение Арбитражного суда Костромской области от 15.10.2019 по делу №А31-6538/2016

по заявлению финансового управляющего должника ФИО7 – ФИО8 о признании сделки недействительной,

третьи лица: ФИО9, ФИО10,

в рамках дела по заявлению публичного акционерного общества «Сбербанк России», г. Москва (ИНН <***>, ОГРН <***>)

к индивидуальному предпринимателю ФИО7, д. Иконниково, Красносельский район, Костромская область (ИНН <***>, ОГРНИП 308440125600025) о признании несостоятельным (банкротом),

установил:

финансовый управляющий ФИО7 ФИО8 обратился в Арбитражный суд Костромской области с заявлением о признании недействительным договора купли-продажи от 07.07.2015, заключенного между ФИО7 (далее также должник) и ФИО3 (далее также ответчик) и применении последствий недействительной сделки в виде возврата имущества в конкурсную массу.

Определением Арбитражного суда Костромской области от 15.10.2019 заявление финансового управляющего должника ФИО7 – ФИО8 удовлетворено; договор купли-продажи транспортного средства от 07.07.2015, заключенный между ФИО7 и ФИО3, признан недействительным; применены последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО3 вернуть в конкурсную массу ФИО7 следующее имущество: транспортное средство BMW Х5 хDrive35d, VIN <***>, 2009 года изготовления, цвет черный, номер двигателя 306D5 23557206, государственный регистрационный знак <***>.

ФИО3 с принятым определением суда не согласилась, обратилась во Второй арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит отменить определение Арбитражного суда Костромской области от 15.10.2019 и принять по делу новый судебный акт, отказать финансовому управляющему должника в удовлетворении требований.

Заявитель жалобы указывает, что ответчиком в материалы дела были представлены документы, подтверждающие финансовое положение, позволяющее осуществить спорную сделку: налоговые декларации за 2014 и 2015 годы, из которых следует, что доход предпринимателя за 2014 год составил 1 183 353 руб. (2014 год) и 725 147 руб. (2015 год); договор займа от 23.06.2015, заключенный между ФИО3 и ФИО11 (Заимодавец), по которому ФИО3 был предоставлен беспроцентный заем в сумме 1 000 000 руб. наличными. Договор займа заключен сторонами на условиях свободы договора. Гражданское законодательство прямо допускает возможность самостоятельного определения сторонами условий предоставления займа. Факт передачи денег ФИО3 от заимодавца подтверждается самим договором займа, который одновременно являлся расчетным документом. Договор займа заключен накануне совершения сторонами оспариваемой сделки. Ответчиком ФИО7 был доказан факт расходования полученных денежных средств: в материалы дела представлены соответствующие документы. Суд первой инстанции ссылается на осведомленность ФИО3 о финансовом состоянии должника в преддверии его банкротства. Однако на момент совершения оспариваемой сделки стороны добросовестно исходили из признака у должника достаточности имущества для погашения имеющейся перед кредиторами задолженности. В качестве доказательства мнимости суд первой инстанции сослался на факт включения ФИО7 как титульного владельца в список лиц, допущенных к управлению транспортным средством. Однако данный факт, во-первых, не подтверждает использование транспортного средства должников, а во-вторых, не может свидетельствовать о мнимости сделки, поскольку помимо должника и ответчика в указанный список лиц были включены и иные лица. Запросив в УМВД России по Костромской области фотоматериалы, полученные с применением работающего в автоматическом режиме специального технического средства, суд сделал вывод, что в указанные в материалах даты спорным автомобилем управляла не ФИО3 Поскольку ФИО3, не представила суду пояснений о лице, управлявшем автомобилем при совершении указанных правонарушений, суд сделал вывод, что автомобилем управлял сам должник. Однако подобный вывод суда не представляется основанным на процессуальном законодательстве - такой вывод не может следовать из недоказанного предположения, высказанного процессуальным оппонентом. Соответственно названный довод суда не может быть принят в качестве доказательства мнимости сделки. Суд не признал убедительными иные доказательства, свидетельствующие о реальности сделки, а именно: постановления об административным правонарушениях от 24.09.2015, 02.08.2015, 12.03.2019, составленные непосредственно инспектором конкретно в отношении ФИО3 Но данные документы наоборот являются прямым доказательством реальности сделки и не могут иметь ничтожное процессуальное доказательственное влияние, поскольку напрямую опровергают выводы суда первой инстанции. Называя ФИО3 подконтрольным должнику лицом, суд первой инстанции не приводит ни одного правового обоснования своей позиции. Данный вывод неожиданным образом появляется в тексте мотивировочной части оспариваемого судебного акта. Стороны не имели своей целью вывести активы должника, поскольку вырученные от продажи денежные средства должник направил на расчеты с кредиторами. В связи с этим, недобросовестность ответчика не доказана, соответственно оснований для признания сделки недействительной на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не имеется.

ПАО «Сбербанк России» в отзыве на апелляционную жалобу просит оставить определение суда первой инстанции без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения. Указывает, что оспариваемая сделка является мнимой, поскольку у ответчика отсутствовала реальная возможность оплатить спорное транспортное средство, должник после совершения сделки не перестал пользоваться реализованным автомобилем, при этом ФИО3 знала о неплатежеспособности должника и цели заключения договора купли-продажи по выводу имущества должника из состава конкурсной массы. Также материалами дела не подтверждается погашение суммы задолженности перед ПАО «Сбербанк России» «вырученными» денежными средствами.

Финансовый управляющий должника в отзыве на апелляционную жалобу просит отказать в удовлетворении апелляционной жалобы. Указывает, что оспариваемый договор совершен безвозмездно, при наличии неисполненных обязательств, в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов. При этом между сторонами имелись личные доверительные отношения, ФИО7 включен титульным владельцем в список лиц, допущенных к управлению транспортным средством. Оспариваемая сделка имеет всю совокупность признаков, необходимых и достаточных для признания ее недействительной.

Определение Второго арбитражного апелляционного суда о принятии апелляционной жалобы к производству вынесено 11.11.2019 и размещено в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» 12.11.2019.

В судебное заседание обеспечена явка представителей ФИО3 и ПАО «Сбербанк России», которые поддерживают вышеизложенное.

Иные лица, участвующие в деле, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом.

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассматривается в отсутствие представителей иных лиц, участвующих в деле.

Законность определения Арбитражного суда Костромской области проверена Вторым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, 07.07.2015 между ФИО7 (продавец) и ФИО3 (покупатель) заключен договор купли-продажи транспортного средства, согласно которому продавец продал, а покупатель купил и принял в собственность транспортное средство BMW X5 xDrive35d, год изготовления 2009, VI№ <***>, цвет черный, ПТС № 39МУ255417, выдан 19.11.2009.

По условиям Договора стоимость транспортного средства согласована сторонами и составляет 1 000 000 руб. (пункт 3). Оплата производится единовременно в момент передачи транспортного средства (пункт 4).

По акту приема-передачи от 07.07.2015 между продавцом и покупателем осуществлена приемка-передача указанного транспортного средства.

Согласно расписке от 07.07.2015 денежные средства в размере 1 000 000 руб. переданы покупателем продавцу.

Спорный автомобиль зарегистрирован в ГИБДД за ФИО3 с 08.07.2015, что подтверждается сведениями УМВД России по Костромской области.

Определением Арбитражного суда Костромской области от 09.02.2017 в отношении ИП ФИО12 введена процедура реструктуризации долгов.

Решением Арбитражного суда Костромской области от 27.07.2017 должник признан несостоятельным (банкротом).

Финансовый управляющий, полагая, что вышеуказанный договор купли-продажи был заключен в нарушение положений статьи 61.2 Закона о банкротстве и статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, обратился в суд с настоящим заявлением.

ПАО «Сбербанк России» также ссылалось на наличие оснований для применения пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Суд первой инстанции, рассмотрев заявленные требования, счел их подлежащими удовлетворению.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, заслушав представителей сторон, участвующих в судебном заседании посредством видеоконференц-связи через Арбитражный суд Костромской области, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены или изменения определения суда, исходя из нижеследующего.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Пунктом 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве предусмотрено, что финансовый управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени гражданина заявления о признании недействительными сделок по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона, а также сделок, совершенных с нарушением настоящего Федерального закона;

В силу пункта 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

По пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Как разъяснено в пункте 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63), если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего Постановления).

Согласно пункту 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать правовые последствия, характерные для сделок данного вида. Обязательным условием признания сделки мнимой, исходя из конструкции, предусмотренной статьей 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, является порочность воли каждой из ее сторон.

Как следует из материалов дела, оспариваемый договор был заключен в течение менее года до возбуждения дела о банкротстве должника, следовательно, сделка совершена в период подозрительности, установленный в пунктах 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Как было указано выше, цена недвижимого имущества по договору составляет 1 000 000 руб.

В подтверждение факта передачи денежных средств в сумме 1 000 000 руб. в материалы дела представлена копия расписки ФИО7

В абзаце 3 пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 №35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее - Постановление № 35) разъяснено, что при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

Суд первой инстанции предлагал ответчику представить в суд доказательства финансовой возможности оплаты по договору купли-продажи в указанной сумме, а также должнику доказательства расходования полученных от ФИО3 денежных средств в указанной сумме.

В качестве доказательств финансовой возможности оплаты приобретенного имущества ФИО3 представлены налоговые декларации (т.1, л.д. 112- 119).

Однако согласно декларациям за 2014-2015 г.г. доход ФИО3 составил 1 183 353 руб. и 725 147 руб. соответственно, а также по месту работы в ООО «РФН» в 2015 году - 4 809,52 руб. (т.2, л.д. 17).

Учитывая наличие у ФИО3 расходов, необходимости осуществление содержания себя и двух несовершеннолетних детей в сумме величины прожиточного минимума, с указанным доходом полный расчет по договору купли-продажи вопреки доводам апеллянта был невозможен.

К доводу апеллянта о наличии у ФИО3 денежных средств в связи с предоставлением займа ФИО11 по договору от 23.06.2015 апелляционный суд относится критически, поскольку денежные средства предоставлялись ответчику также по расписке, доказательств финансовой состоятельности заимодавца не представлено, как и доказательств последующего исполнения ФИО3 своих обязательств по договору займа.

В качестве доказательств расходования вырученных от продажи имущества денежных средств должником указывалось, что:

- 600 000 руб. были внесены по договору беспроцентного займа от 14.07.2015, заключенному с ФИО9, которая направила деньги на погашение солидарных обязательств перед ПАО «Сбербанк», передача денег подтверждается квитанцией к приходно-кассовому ордеру №1745 от 14.07.2015;

- 126 000 руб. внесены по договору беспроцентного займа от 10.08.2015, заключенному с ООО «Элитные кровли», которое направило деньги на погашение солидарных обязательств перед Банком, передача денег подтверждается квитанцией к приходно-кассовому ордеру №84 от 10.08.2015;

- 298 000 руб. были внесены должником 27.07.2015 на расчетный счет Сбербанка для погашения кредита.

Вместе с тем, перечисление указанных сумм в пользу ПАО «Сбербанк» ФИО9 и ООО «Элитные кровли» не подтвердилось.

Согласно представленным в дело выпискам ФИО9 за счет собственных средств на вкладе произведено погашение кредитных обязательств в суммах 9140 рублей 22 копейки - 13.07.2015 и 9140 руб. 02 коп. - 12.08.2015 (т. 7, л.д. 120); ООО «Элитные кровли» погашение кредита в августе 2015 года не осуществлялось (т.7, л.д. 139-141); по счету должника в пользу ПАО «Сбербанк» 27.07.2015 перечисления осуществлялись за счет средств, поступивших ранее от контрагентов, внесение на расчетный счет наличных денежных средств должником 27.07.2015 не подтверждается (т.7, л.д. 143-146).

При этом должником каких-либо разумных причин, по которым должник не мог напрямую перечислить денежные средства ПАО «Сбербанк России», а не через заинтересованных лиц, не указано.

Иные доказательства того, что данные денежные средства были предоставлены должнику, отсутствуют.

При таких обстоятельствах надлежащих доказательств встречного предоставления со стороны ответчика по спорному договору, в материалы дела не представлено.

Таким образом, в результате совершения оспариваемой сделки уменьшилась конкурсная масса должника, что привело к утрате кредиторами возможности получить удовлетворение своих требований за счет стоимости переданного по договорам купли-продажи имущества.

При этом, на момент совершения сделки должник имел задолженность перед ПАО «Сбербанк России». Так требования Банка по кредитному договору от 09.10.2012 определением суда от 13.02.2017 были включены в реестр требований кредиторов должника в сумме 29 879 258 руб. 11 коп. (основной долг). Указанным судебным актом установлено, что с 27.06.2014 ФИО7 ежемесячно допускал неисполнение своих обязательств по кредитному договору.

Также на указанную дату должник имел просроченные неисполненные обязательства перед ФИО13, что подтверждается определением суда о включении в реестр требований кредиторов от 14.07.2017.

Кроме того у должника имелись обязательства по кредитным договорам и договорам поручительства с ФАКБ «Инвестторгбанк» (ПАО) и ПАО «Промсвязьбанк», по которым впоследствии обязательства также прекратились исполняться, а требования были включены в реестр требований кредиторов.

В то же время, согласно вступившему в законную силу определению Арбитражного суда Костромской области от 18.03.2019, ФИО3 не могла не знать о неплатежеспособности должника, поскольку согласно определениям суда по делу №А31-6538/2016 от 19.08.2016, от 01.11.2016 являлась его представителем, как и при рассмотрении требований ПАО «Сбербанк» в Третейском суде при Автономной некоммерческой организации «Независимая Арбитражная Палата».

О личном характере отношений должника и ответчика свидетельствует также и тот факт, что после продажи транспортного средства должник включен титульным владельцем в список лиц, допущенных к управлению транспортным средством, что подтверждается справкой о ДТП от 06.02.2017 (т.1, л.д. 76), страховым полисом со сроком страхования 13.07.2016-12.07.2017 (т.2, л.д. 10), актом выполненных ремонтных работ по автомобилю, в котором контактным лицом указан должник (т.2, л.д. 11).

Более того, указанные обстоятельства подтверждаются определением Арбитражного суда Костромской области от 18.03.2019, которым был признан недействительным договор купли-продажи жилого дома от 25.01.2017, заключенный между ФИО7 и ФИО3, также было установлено, что на момент рассмотрения спора в суде первой инстанции должник также сохранял право пользования жилым домом.

Вышеизложенное свидетельствует как о мнимости договора купли-продажи от 25.01.2017, так и его недействительности по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Учитывая обстоятельства настоящего обособленного спора, а также спора о признании недействительным договора купли-продажи жилого дома и земельного участка от 25.01.2017, апелляционный суд приходит к выводу, что в действиях сторон по формальному изготовлению договора без их реального исполнения усматриваются элементы недобросовестности, безосновательная передача заинтересованному лицу должником своего имущества является заведомо недобросовестной и совершенной в ущерб интересам кредиторов должника в целях вывода ликвидных активов из-под возможного обращения взыскания.

Доводы апелляционной жалобы не свидетельствуют о нарушении судом норм права, не опровергают правильность выводов суда первой инстанции, а по существу сводятся к несогласию с оценкой доказательств и установленных обстоятельств по делу.

Обжалуемый судебный акт принят при правильном применении норм права, отмене по доводам жалобы не подлежит.

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по апелляционной жалобе относятся на заявителя жалобы.

Руководствуясь статьями 258, 268 – 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Второй арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Костромской области от 15.10.2019 по делу № А31-6538/2016 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО3 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в течение одного месяца со дня его принятия через Арбитражный суд Костромской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1-291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

Председательствующий

Судьи

Е.В. Шаклеина

ФИО14

ФИО1