Постановление от 24 января 2024 г. по делу № А40-91748/2023

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, дом 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru



П О С Т А Н О В Л Е Н И Е


№ 09АП-79976/2023

город Москва

24.01.2024

дело № А40-91748/23


резолютивная часть постановления оглашена 23.01.2024

постановление изготовлено в полном объеме 24.01.2024


Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующий судья Маркова Т.Т., судьи Сумина О.С., Кочешкова М.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ИФНС России № 17 по г. Москве на решение Арбитражного суда г. Москвы от 20.09.2023

по делу № А40-91748/23,

по заявлению ООО «СтройЖелдорПроект»

к ИФНС России № 17 по г. Москве

о признании недействительным решения;


при участии:

от заявителя – ФИО2 по доверенности от 02.06.2023, ФИО3 по доверенности от 03.07.2023, ФИО4 по доверенности от 03.07.2023;

от заинтересованного лица – ФИО5 по доверенности от 11.01.2024, ФИО6 по доверенности от 11.01.2024;



установил:

решением Арбитражного суда г. Москвы от 20.09.2023 признано недействительным решение ИФНС России № 17 по г. Москве от 05.10.2022 № 20- 25/4627 о привлечении ООО «СтройЖелдорПроект» к ответственности за совершение налогового правонарушения.

Налоговый орган не согласился с выводами суда, обратился с апелляционной жалобой, просит решение суда отменить, по мотивам, изложенным в жалобе, представлено решение № 20-25/1 от 12.12.2023 о внесении изменений о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения по п. 3.1 решения.

Обществом представлен отзыв на апелляционную жалобу, который приобщен к материалам дела.

Представители налогового органа и общества в судебном заседании поддержали свои доводы и возражения.

Дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном ст. ст. 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Из материалов дела следует, что 05.10.2022 по результатам рассмотрения материалов выездной налоговой проверки деятельности ООО «СтройЖелдорПроект» по вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты (удержания, перечисления) НДС за период с 01.10.2019 по 31.12.2019 инспекцией вынесено оспариваемое решение № 20-25/4627 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, которым доначислен НДС в связи с отказом в применении вычетов сумм НДС по взаимоотношениям с ООО «ТрансПроект» (ИНН <***>).

Решением УФНС России по г. Москве от 10.01.2023 № 21-10/001003@ апелляционная жалоба налогоплательщика оставлена без удовлетворения.

Не согласившись с выводами налогового органа, общество обратилось в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции, руководствуясь положениями ст. 3, п. п. 1. 2 ч. 1 ст. 54.1, ст. ст. 146, 154, 166, 169, 171, 172 Налогового кодекса Российской Федерации, Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете», учитывая правовую позицию Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенную в постановлении от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды», во взаимосвязи с представленными в материалы дела доказательствами, пришел к выводам о том, что представленные налоговым органом доказательства в совокупности не свидетельствуют о необоснованном получении налоговой выгоды налогоплательщиком, напротив, доказательства реальности хозяйственных операций и достоверности представленных на проверку документов представлены ООО «СтройЖелдорПроект» в достаточном объеме.

Рассмотрев повторно материалы дела, проверив доводы жалобы, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены судебного акта, исходя из следующего.

Подпунктом 6 п. 1 ст. 23 Налогового кодекса Российской Федерации предусмотрена обязанность налогоплательщиков представлять в налоговые органы и их должностным лицам в случаях и в порядке, которые предусмотрены Налоговым кодексом Российской Федерации, документы, необходимые для исчисления и уплаты налогов.

Согласно п. 1 ст. 52 Налогового кодекса Российской Федерации налогоплательщик самостоятельно исчисляет сумму налога, подлежащую уплате за налоговый период, исходя из налоговой базы, налоговой ставки и налоговых льгот, если иное не предусмотрено Налоговым кодексом Российской Федерации.

В соответствии с п. 1 ст. 54 Налогового кодекса Российской Федерации налогоплательщики-организации исчисляют налоговую базу по итогам каждого налогового периода на основе данных регистров бухгалтерского учета и (или) на основе иных документально подтвержденных данных об объектах, подлежащих налогообложению либо связанных с налогообложением.

Положениями ст. ст. 313, 314 Налогового кодекса Российской Федерации предусмотрено исчисление налоговой базы по налогу на прибыль организаций на основе данных налогового учета, которые в свою очередь учитываются в разработочных таблицах, справках бухгалтера и иных документах налогоплательщика, группирующих информацию об объектах налогообложения.

По смыслу ст. 54 Налогового кодекса Российской Федерации налоговые последствия влекут не сами гражданско-правовые сделки, а совершаемые в их исполнение финансово-хозяйственные операции, отражаемые в бухгалтерском учете. При этом налогообложению подвергается финансовый результат, формируемый по итогам налогового (отчетного) периода на основе данных регистров бухгалтерского учета, в том числе совокупности совершенных в этом периоде названных операций.

В ходе проведения налоговой проверки должностными лицами налогового органа проверяются, анализируются, сопоставляются и оцениваются документы и информация, имеющие значение для формирования выводов о правильности исчисления, удержания и уплаты (перечисления) налогов и сборов, а также для принятия обоснованного решения по результатам проверки. Формы регистров бухгалтерского учета утверждает руководитель экономического субъекта по представлению должностного лица, на которое возложено ведение бухгалтерского учета (ч. 5 ст. 10 Закона № 402-ФЗ).

Положения ст. ст. 169, 171, 172 Налогового кодекса Российской Федерации, Закона N 402-ФЗ в их взаимосвязи указывают на то, что основанием для вычета по НДС является совокупность наступивших обстоятельств: приобретение налогоплательщиком товара (работ, услуг) для использования в облагаемых операциях, отражение их в документах учета у налогоплательщика-покупателя и наличие надлежащим образом оформленного счета-фактуры.

В соответствии с п. п. 1 и 2 ст. 171 Налогового кодекса Российской Федерации налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму налога, исчисленную в соответствии со ст. 166 Кодекса, на установленные ст. 171 Кодекса налоговые вычеты.

Вычетам подлежат суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг), а также имущественных прав на территории Российской Федерации в отношении товаров (работ, услуг), приобретаемых для осуществления операций, признаваемых объектами налогообложения в соответствии с главой 21 Налогового кодекса Российской Федерации (за исключением товаров, предусмотренных п. 2 ст. 170 НК РФ), а также в отношении товаров (работ, услуг), приобретаемых для перепродажи.

В силу п. 1 ст. 172 Налогового кодекса Российской Федерации вычеты, предусмотренные ст. 171 Кодекса, производятся на основании счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг).

Вычетам подлежат, если иное не установлено ст. 172 Налогового кодекса Российской Федерации, только суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг), имущественных прав на территории Российской Федерации, после принятия на учет указанных товаров (работ, услуг), имущественных прав с учетом особенностей, предусмотренных ст. 172 Кодекса, и при наличии соответствующих первичных документов.

Согласно п. п. 1 и 2 ст. 169 Кодекса счет-фактура является документом, служащим основанием для принятия покупателем предъявленных продавцом товаров (работ, услуг) сумм налога к вычету в порядке, предусмотренном главой 21 Налогового кодекса Российской Федерации, при выполнении требований, установленных п. п. 5, 5.1 и 6 ст. 169 Кодекса.

Согласно п. 1 ст. 54.1 Кодекса не допускается уменьшение налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика.

В целях п. п. 1 и 2 ст. 54.1 Кодекса подписание первичных учетных документов неустановленным или неуполномоченным лицом, нарушение контрагентом налогоплательщика законодательства о налогах и сборах, наличие возможности получения налогоплательщиком того же результата экономической деятельности при совершении иных не запрещенных законодательством сделок (операций) не могут рассматриваться в качестве самостоятельного основания для признания уменьшения налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога неправомерным (п. 3 ст. 54.1 НК РФ).

Судебная практика разрешения налоговых споров исходит из презумпции добросовестности налогоплательщиков и иных участников правоотношений в сфере экономики. В связи с этим предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, экономически оправданы, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, - достоверны.

Под налоговой выгодой понимается уменьшение размера налоговой обязанности вследствие, в частности, уменьшения налоговой базы, получения налогового вычета, налоговой льготы, применения более низкой налоговой ставки, а также получение права на возврат (зачет) или возмещение налога из бюджета.

Налоговая выгода может быть признана необоснованной, в частности, в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера).

Установление судом наличия разумных экономических или иных причин (деловой цели) в действиях налогоплательщика осуществляется с учетом оценки обстоятельств, свидетельствующих о его намерениях получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

Налоговая выгода не может рассматриваться в качестве самостоятельной деловой цели. Поэтому если судом установлено, что главной целью, преследуемой налогоплательщиком, являлось получение дохода исключительно или преимущественно за счет налоговой выгоды в отсутствие намерения осуществлять реальную экономическую деятельность, в признании обоснованности ее получения может быть отказано.

Признание судом налоговой выгоды необоснованной влечет отказ в удовлетворении требований налогоплательщиков, связанных с ее получением.

По результатам рассмотрения материалов настоящего дела, судом первой инстанции сделан вывод по взаимоотношениям заявителя с ООО «ТрансПроект» о реальности хозяйственных операций; в рассматриваемых взаимоотношениях приведенные налоговым органом критерии подконтрольности отсутствуют, спорный контрагент заявителя - ООО «ТрансПроект» - является высококвалифицированной проектной организацией, самостоятельным субъектом предпринимательской деятельности и неподконтролен обществу, организация имеет опытный штатный и привлеченный персонал, способный выполнять договорные обязательства перед обществом (осуществляет организационно-исполнительскую функцию), организация обладает необходимыми активами для ведения хозяйственной деятельности.

Налоговым органом подтверждено непосредственное участие генерального директора спорного контрагента ФИО7 в деятельности организации и организацию хозяйственной и производственной деятельности спорного контрагента, осуществление им контроля и сдаче результатов работ.

Данные обстоятельства последовательно подтверждены и самим ФИО7, как в допросах налогового органа, так и в адвокатском опросе; генеральный директор контрагента ФИО7 лично определяет условия работы привлекаемых им субподрядчиков (с индивидуальными предпринимателями и организациями), что являлось обычным способом организации и управления процессами проектных работ.

Инспекцией установлено, что спорный контрагент в проверяемый период имел штат сотрудников (24 человека), которые обладали квалификацией и опытом работы в сфере проектирования, работали в профильных организациях (стр. 33-49 решения), спорным контрагентом перечислялись значительные суммы налогов и сборов по данным сотрудникам. В числе наиболее квалифицированных кадров указаны ФИО8. - главный инженер проекта, стаж значительно более 3 лет, включен в реестр специалистов НОПРИЗ (№ П-062876); ФИО9 - главный инженер проекта, стаж значительно более 3 лет, включен в реестр специалистов НОПРИЗ (№ ПИ-072324) (стр.20 решения); ФИО10 сметчик, стаж не менее 2 лет; ФИО11 - инженер-геолог, стаж не менее 10 лет и т.д.

Все опрошенные инспекцией сотрудники спорного контрагента подтвердили факт трудовых отношений с ним, получение зарплаты, наличие директора ФИО7, выполнение работ по профилю спорного контрагента.

Ряд лиц не явились по вызову инспекции, однако, данные об их официальном доходе, собранные налоговым органом подтверждают факт трудовых отношений и уплаты налогов.

Таким образом, вывод об отсутствии у спорного контрагента признаков ведения реальной предпринимательской деятельности в данном случае необоснован.

Генеральный директор контрагента ФИО7 общался с генеральным директором общества (до 10.12.2020) - ФИО12, с которым знаком давно по совместной работе (данное обстоятельство признает сама инспекция), согласовывал и подписывал с ним договорные документы (договор, заявки, план графики и т.д.) - (стр. 131-134 решения). Сотрудники спорного контрагента осуществляли необходимое при выполнении работ взаимодействие с представителями общества, что подробно отражено в решении налогового органа (стр. 7.9 решения). Контрагент заявителя по настоящее время является членом СРО, оплачивает налоги и сборы и проходит необходимые проверки. Генеральный директор спорного контрагента ФИО7 не являлся «массовым руководителем» и не числился в реестре дисквалифицированных лиц.

Таким образом, ООО «ТрансПроект» имело реальный квалифицированный персонал, способный выполнять договорные обязательства перед обществом.

Довод инспекции о том, что заявленный ООО «ТрансПроект» штат сотрудников для выполнения изысканий на объектах, заказчиком которых являлся заявитель, не привлекался (стр. 49 решения) опровергается выводами налогового органа (стр. 141, 142, 144, 145, 146, 149 решения).

Все допрошенные сотрудники ООО «Транспроект» подтверждают официальное трудоустройство, наличие офиса в г. Ярославле и г. Москве (согласно данным об аренде с ООО «Сорилс» - стр.50 решения) и руководство в лице уполномоченных должностных лиц спорного контрагента (стр. 34-49 решения).

При этом часть сотрудников ранее работала в АО «Мосгипротранс», перешла в связи с более выгодными условиями в ООО «ТрансПроект» и впоследствии уволены из данной организации; эти сотрудники занимались не изысканиями, а проектной работой, соответственно, данные лица и не могли привлекаться к изыскательским работам на объектах заявителя. Остальные сотрудники либо допрошены и подтверждают факт официального оформления и работы в ООО «ТрансПроект», получение официального дохода согласно данным налогового органа, либо не допрошены налоговым органом, соответственно, данное противоречие должно толковаться в пользу налогоплательщика.

Из пояснений генерального директора заявителя ФИО12 следует, что сотрудничество заявителя и ООО «ТрансПроект» построено на основании фактической проверки менеджментом общества эффективности выполнения ООО «Транспроект» функций подрядчика. Об этом свидетельствует постепенно наращивание объема взаимодействия, чтобы заказчик мог убедиться в надежности подрядчика.

Таким образом, заявителем проявлена должная осмотрительность при взаимодействии с контрагентом - ООО «ТрансПроект».

На реальность ведения хозяйственной деятельности спорного контрагента указывают и данные об уплате НДФЛ и сборов по персоналу.

В числе расходов ООО «ТрансПроект» - официальное перечисление заработной платы персоналу, уплата налогов (НДС, на прибыль, НДФЛ), страховых взносов на выплату страховой части пенсии, по несчастным случаям, медицинскому и социальному страхованию, оплата услуг связи МТС и Мегафон, подотчетные суммы по командировкам, взносы в компенсационные фонды СРО, выплаты по договорам субподрядчикам, приобретение программных продуктов и информации по профильной деятельности (о состоянии окружающей среды, пользование пространственными данными), арендная плата, почтовые услуги, связанные с направлением материалов изысканий, перечисление дивидендов, обслуживание офисной техники, выдача и возврат займов, выплаты по исполнительным производствам.

Анализ представленных инспекцией отраженных операций по счетам спорного контрагента, связанный с проводками через Промсвязьбанк, МТС-банк, Интерпрогрессбанк, Модульбанк, Тинькофф-банк, Сбербанк, ВТБ, Альфа-банк, Райффайзенбанк, Газпромбанк, указывает на то, что экономическая деятельность спорного контрагента реальная; операции осуществлялись в соответствии с объемом материальных ресурсов, экономически необходимых для выполнения работ; у спорного контрагента имелся необходимый управленческий и технический персонал; оборот средств вполне типичен для соответствующего вида деятельности; присутствуют очевидные свидетельства реального выполнения спорным контрагентом условий договора с заявителем, что подробно отражено в судебном акте.

Из открытых источников следует, что ООО «ТрансПроект» по настоящее время действующая организация: зарегистрирована 05.03.2019; генеральным директором и учредителем с даты регистрации является ФИО7; числится в реестре субъектов малого и среднего предпринимательства с 10.04.2019, категория субъекта: малое предприятие; спорный контрагент в анализируемый период деятельности арендует 2 офисных помещения, в том числе в центре г. Москвы, в выгодной локации; в 4 квартале 2019 в обществе работало 24 человека (стр. 33 решения); имеется необходимая для осуществления проектных работа мебель (в частности, сейф) и оргтехника; имеется официальный, весьма детализированный сайт компании, действующий со 02.03.2019 с информацией относительно производственных сил компании и наличии необходимых документов о компетенциях и допусках (oootransp.ru); согласно заверениям генерального директора и единственного участника ООО «Транспроект» ФИО7, компания не являлась «технической» либо созданной для участия в любых неправомерных схемах (стр. 131-134 решения); согласно бухгалтерской отчетности ООО «Транспроект» имело чистую прибыль: в 2019 – 39.713.000 руб.; в 2020 – 94.444.000 руб. Кроме того, по данным открытых источников информации - Государственного информационного ресурса бухгалтерской (финансовой отчетности) Федеральной налоговой службы (https://bo.nalog.ru/organizations-card710956786) - ООО «Транспроект» и на момент рассматриваемых правоотношений и на 31.07.2023 является действующей организацией, признаков фиктивности деятельности не прослеживается, имеются значительные активы, отчетность за 2022 представлена в полном объеме и верифицирована уполномоченным органом.

Таким образом, учитывая наличие опыта реализации проектных работ у ФИО7 (генерального директора ООО «ТрансПроект»), спорный контрагент обладает необходимой компетенцией для выполнения работ по договорам с обществом.

Кроме того, о самостоятельности ООО «ТрансПроект» свидетельствует и значительная претензионная переписка между иными контрагентами, а также протокол совещания о порядке расчетов между и спорным контрагентом, данные о расчетах, коррелирующие с общедоступными данными Главгосэкспртизы о времени прохождения соответствующих документов заявителя по материалам ООО «Транспроект».

В совокупности данные документы и обстоятельства свидетельствуют о наличии взаимных претензий как производственного, так и финансового характера, исключающих версию о совместном участии в создании фиктивного документооборота.

Таким образом, учитывая отсутствие признаков технической компании, ООО «ТрансПроект» не является подконтрольной заявителю организацией.

Доводы налогового органа о том, что в отношении ООО «ТрансПроект» (ИНН <***>) ИФНС России № 20 по г. Москве проведена выездная налоговая проверка за период с 05.03.2019 по 31.12.2021, в ходе которой установлено, что ООО «ТрансПроект» является «технической» организацией и в акте налоговой проверки по ООО «ТрансПроект» подлежит отражению сумма доначислений 0 руб., а указанная сумма взаимоотношений с ООО «ТрансПроект» подлежит включению в доначисления ООО «СтройЖелДорПроект» и АО «МосГипроТранс» по налогу на прибыль и НДС, как у выгодоприобретателей, обоснованно отклонены судом первой инстанции, поскольку акт проверки ООО «Транспроект» — это выводы и предложения проверяющих (п. 3 ст. 100 НК РФ); доказательства того, какое решение принято на основании указанного акта и было ли оно обжаловано в установленном порядке налогоплательщиком, налоговым органом не представлено.

Инспекция, указывает в решении на выводы из акта проверки ООО «ТрансПроект», вместе с тем, возможность ознакомиться с данным актом проверки ООО «ТрансПроект» заявителю не предоставлено, в связи с чем у налогоплательщика не было возможности заранее исследовать этот акт и подготовить аргументированные возражения об их допустимости в качестве доказательств.

Таким образом, являются обоснованными доводы заявителя о том, что налоговые обязательства ООО «ТрансПроект» не могут быть вменены обществу, поскольку спорный контрагент не является технической компанией; взаимоотношения между обществом и ООО «ТрансПроект» основаны на принципе равенства сторон; контрагент не является подконтрольной обществу организацией; общество не ознакомлено с актом налоговой проверки ООО «ТрансПроект», на который ссылается инспекция; по состоянию на 31.12.2022 на депозитах в банках спорный контрагент имел 305.742.096 руб., перечислены в бюджеты налоги, сборы, заработная плата, понесены общехозяйственные расходы, что не отрицается инспекцией.

Вместе с тем, налоговым органом установлены уплата спорным контрагентом НДС в бюджет по итогам: 2019 в сумме 2.328.638 руб., налога на прибыль в сумме 549.007 руб., НДС - 2020 в сумме 48.395.686 руб., налога на прибыль в сумме 20.257.768 руб.; 2021 - НДС – 50.216.839 руб. и налога на прибыль 17.908.776 руб. соответственно; получение участником спорного контрагента (он же генеральный директор) дивидендов за 2019 в сумме 39.500.000 руб.; ведение спорным контрагентом в настоящее время активной экономической деятельности, что отражено в оспариваемом решении.

Из материалов дела следует, что ООО «СтройЖелДорПроект» создано 26.05.2003 выполняет проектные работы в области регулирования и обеспечения безопасности движения поездов (сигнализации; централизации, блокировки (СЦБ) и связи: на железнодорожном транспорте Российской Федерации и стран ближнего зарубежья; на объектах метрополитена; обеспечивает полный цикл производства, начиная от обследовательских работ и заканчивая защитой проверки достоверности определения сметной стоимости в органах государственной экспертизы Российской Федерации.

В структуру ООО «СтройЖелДорПроект» кроме головного офиса г. Москва, входит 9 обособленных подразделений: в г. Санкт-Петербург (два подразделения), г. Челябинск, г. Екатеринбург, г. Иркутск, г. Красноярск, г. Новосибирск, г. Омск, г. Орел.

В 4 квартале 2019 заявителем реализовано 357 проектных работ по договорам с заказчиками, о чем свидетельствует справка о финансовых показателях за период 2018 – 2021, в том числе за 4 квартал 2019.

Одним из заказчиков заявителя являлось АО «РосЖелдорПроект», с которым заключен договор № 208597 от 26.02.2018 на выполнение на объектах российских железных дорог следующих видов работ: инженерные изыскания: инженерно-геодезические; инженерно-геологические; инженерно-гидрометеорологические; инженерно-экологические; инженерно-геотехнические; инструментальных обследований / обмерных работ; инженерно- археологические; проектные работы: сбор исходных данных; инженерные изыскания для целей мониторинга и текущего содержания; проектирование объектов строительства, реконструкции и капитального ремонта; проектирование систем железнодорожной автоматики; проектирование инженерного оборудования, сетей и систем; проектирование объектов недвижимости.

Заявитель имеет автономные сервисы по ведению бухгалтерского и налогового учета, кадровое и производственное делопроизводство, различные адреса регистрации, IP адреса заявителя не использовались спорным контрагентом.

Доказательств наличия между заявителем и ООО «ТрансПроект» признаков взаимозависимости налоговым органом не представлено (ст. ст. 65, 200 АПК РФ).

По мнению инспекции, вступления ООО «ТрансПроект» в СРО сопряжено с представлением в организацию заведомо недостоверных сведений, что указывает на формальное соблюдение контрагентом требований, предъявляемых к исполнителю работ (инженерно-геологических изысканий), являющихся предметом сделки с ООО «СтройЖелдорПроект».

Данные обстоятельства не являются законным основанием решения инспекции, поскольку до заключения договора заявителю представлены спорным контрагентом выписки из реестра СРО, аналогичные данные представлены СРО и налоговым органам (стр. 17, 19 решения); участие в саморегулируемой организации при выполнении изысканий спорным контрагентом не является законодательно установленным требованием (ст. 55.8 Градостроительного кодекса Российской Федерации), поскольку заявитель не является застройщиком, техническим заказчиком и/или лицом, ответственным за эксплуатацию здания, сооружения или региональным оператором; в штате спорного контрагента необходимое количество специалистов, включенных в реестр специалистов НОПРИЗ; контрагент заявителя регулярно проходит проверки СРО на соответствие их требованиям (нарушений не выявлено).

Таким образом, обстоятельства, свидетельствующие о допущенных контрагентом нарушениях при вступлении в члены СРО, не могут являться основанием для признания решения налогового органа законным и обоснованным.

Выполнение работ с привлечением индивидуальных предпринимателей и иных лиц в рассматриваемом случае не нарушает требований подп. 2 п. 2 ст. 54.1 Налогового кодекса Российской Федерации.

Согласно п. 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

В рассматриваемом случае налоговым органом в ходе проверки не установлены факты подконтрольности контрагента; факты имитации хозяйственных связей; сложность, запутанность повторяющихся (продолжающихся) действий налогоплательщика, свойственные налоговым схемам, а не обычной деятельности; отсутствуют доказательства управления финансово-хозяйственной деятельностью спорным контрагентом именно заявителем, равно как и то, что у общества отсутствовала разумная экономическая цель, либо то, что общество действовало совместно со спорным контрагентом с целью получения необоснованной налоговой выгоды, либо имеются иные обстоятельства, которые позволили бы прийти к выводу о недобросовестности налогоплательщика.

Относительно IP-адреса: IP-адрес - это сетевой адрес узла в компьютерной сети, а не адрес конкретного компьютера. IP адреса бывают двух видов. IP - адрес называют статическим (то есть постоянным, неизменяемым), если он не может быть присвоен другому устройству. IP - адрес называют динамическим (непостоянным, изменяемым), если он назначается автоматически при подключении устройства к сети и используется в течение ограниченного промежутка времени, как правило, до завершения сеанса подключения.

Таким образом, динамический IP адрес, а именно они в большинстве случаев используются, не уникален.

Отклоняя доводы налогового органа, суд исходит из отсутствия надлежащих доказательств, свидетельствующих об умышленных действиях ООО «СтройЖелдорПроект», направленных исключительно на искажение фактов хозяйственной жизни, в части отражения в бухгалтерском учете нереальных операций (создании фиктивного документооборота), о совершении сделок со спорным контрагентом исключительно с целью неполной уплаты налога в бюджет, в отсутствие экономической обоснованности и разумной деловой цели, о согласованности действий между обществом и спорным контрагентом в целях занижения налогов, о том, что общество контролировало деятельность организации - контрагента, использовало его с целью уклонения от уплаты налогов путем создания фиктивного документооборота по нереальным сделкам (поставкам).

Судебный акт первой инстанции надлежаще мотивирован, основан на полном исследовании представленных доказательств, нормы материального права, подлежащие применению в данном споре применены правильно, нормы процессуального законодательства при рассмотрении дела не нарушены.


Руководствуясь ст. ст. 266, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

П О С Т А Н О В И Л:

Решение Арбитражного суда г. Москвы от 20.09.2023 по делу № А40-91748/23 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.


Председательствующий судья Т.Т. Маркова


Судьи О.С. Сумина


М.В. Кочешкова