Постановление от 17 января 2019 г. по делу № А53-4401/2018

ПЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А53-4401/2018
город Ростов-на-Дону
17 января 2019 года
15АП-14953/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 14 января 2019 года

Полный текст постановления изготовлен 17 января 2019 года

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Величко М.Г.

судей Барановой Ю.И., Ереминой О.А.

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1

при участии:

от истца: представитель ФИО2, паспорт, по доверенности от 29.12.2018;

от ответчика: представитель ФИО3, паспорт, по доверенности от 01.03.2018;

от третьего лица: представитель не явился, извещен,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общероссийской общественной организации «Российское авторское общество»

на решение Арбитражного суда Ростовской области

от 01.08.2018 по делу № А53-4401/2018 (судья Рябуха С.Н.)

по иску общероссийской общественной организации «Российское авторское общество» (ОГРН <***>)

к ответчику обществу с ограниченной ответственностью «Мега-Фуд» (ОГРН <***>)

при участии третьего лица Маркаряна Азата Суреновича

о взыскании компенсации за нарушение исключительного права на произведение,

УСТАНОВИЛ:

общероссийская общественная организация «Российское авторское общество» (далее - РАО, истец) обратилось в Арбитражный суд Ростовской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Мега-Фуд» (далее - ООО «Мега-Фуд», ответчик) о взыскании 120000 руб. компенсации за нарушение исключительного права на произведение.

Решением от 01.08.2018 с ответчика в пользу авторов (правообладателей) ООО «Объединенное музыкальное издательство» взыскано 10000 руб. компенсации за нарушение исключительного права на произведение. С ответчика в пользу авторов (правообладателей) BMI взыскано 10000 руб. компенсации за нарушение исключительного права на произведение. С ответчика в пользу авторов (правообладателей) AKKA-LAA взыскано 10000 руб. компенсации за нарушение исключительного права на произведение. С ответчика в пользу авторов (правообладателей) PRS взыскано 10000 руб. компенсации за нарушение исключительного права на произведение. С ответчика в пользу авторов (правообладателей) ФИО4, ФИО5, ФИО6 взыскано 10000 руб. компенсации за нарушение исключительного права на произведение. С ответчика в пользу авторов (правообладателей) BUMA, STEMRA взыскано 10000 руб. компенсации за нарушение исключительного права на произведение. С ответчика в пользу общероссийской общественной организации «Российское авторское общество» взыскано 2300 руб. судебных расходов по уплате государственной пошлины. В остальной части исковых требований отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, истец обратился с апелляционной жалобой, в которой просит отменить решение от 01.08.2018. В обоснование жалобы заявитель указывает, что истец является членом Международной конфедерации обществ авторов и композиторов CISAC (СИЗАК), созданной с целью обеспечения охраны и защиты создателей духовных ценностей и координации технической деятельности между входящими в нее авторско-правовыми организациями (ASCAP (США), BMI (США), PRS (Великобритания), BUMA (Нидерланды), SACEM (Франция), SOCAN (Канада), GEMA (Германия), STIM (Швеция), РАО (Россия) и многие другие. Истцом в материалах дела были представлены копии договоров о передаче полномочий по управлению правами, заключенных между РАО и такими организациями. В соответствии с условиями договоров, иностранные ОКУП передали РАО полномочия осуществлять на территории Российской Федерации судебную защиту прав и законных интересов правообладателей - членов иностранных ОКУП, включая право на обращение в суд от своего имени, получение присужденных денежных средств и т.п. Кроме того, в материалы дела приобщены договоры о передаче полномочий по управлению правами между истцом и всеми указанными в решении суда правообладателями. В данном случае РАО предъявило в суд требования от своего имени на основании государственной аккредитации, положений Гражданского кодекса Российской Федерации и условий прямых договоров с правообладателями. Суд проигнорировал условия прямых договоров о передаче полномочий по управлению правами, заключенных между истцом и правообладателями. Суд необоснованно уменьшил размер компенсации со 120 000 рублей до 60 000 рублей. Заявитель апелляционной жалобы считает, что заявленные требования предполагали взыскание в пользу истца, в то время как суд удовлетворил заявленные требования в пользу упомянутых в исковом заявлении правообладателей. Также заявитель жалобы указывает на неисполнимость принятого решения.

В судебное заседание третье лицо, надлежащим образом уведомленное о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, явку представителя не обеспечило. Апелляционная жалоба рассматривается в отсутствие третьего лица в порядке, предусмотренном статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Представитель истца поддержал доводы апелляционной жалобы.

Представитель ответчика просил отказать в иске в полном объеме.

Изучив материалы дела и доводы апелляционной жалобы, Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд считает, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела и установлено судом, 01.04.2016 в ходе проведения фиксации был установлен факт публичного исполнения музыкальных произведений в ресторане «Амбар», расположенном по адресу: <...>.

По данным истца, было зафиксировано исполнение следующих записей и фонограмм, охраняемых на территории Российской Федерации: «Я это ты» (авторы ФИО7) правообладатели ООО «Объединенное музыкальное издательство»; «sunny» (автор Hebb Robert Alvi), правообладатели BMI, «Еще не вечер» (авторы Pauls Raimonds) правообладатели Akka-Laa, «smooth operator» (авторы Adu Sade, St John Raymond William) правообладатели Prs, «Не забывай» (авторы ФИО4 / ФИО8) правообладатели ФИО4, ФИО5, ФИО6, «Venus» (авторы Leeuwen Van Robert H J Rob) правообладатели Buma, Stemra.

Указанные произведения были идентифицированы в результате расшифровки записи контрольного прослушивания.

В этой связи РАО в силу статьи 1301 Гражданского кодекса Российской Федерации, где указано, что в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных настоящим Кодексом (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 настоящего Кодекса требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения.

По расчету истца, компенсация применительно к рассматриваемому случаю должна составлять 120000 руб., т.е. по 20 000 руб. за каждое произведение (с учетом постановления Авторского Совета РАО N 5 от 24.04.2014).

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации, если настоящим Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных Гражданским кодексом Российской Федерации. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными Гражданским кодексом Российской Федерации), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную Гражданским кодексом Российской Федерации, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается этим Кодексом.

В силу пункта 1 статьи 1326 Гражданского кодекса Российской Федерации публичное исполнение, сообщение в эфир или по кабелю фонограмм, опубликованных в коммерческих целях, допускается без согласия обладателя исключительного права на фонограмму и обладателя исключительного права на исполнение, но с выплатой им вознаграждения.

Исходя из разъяснений, содержащихся в пункте 32 совместного постановления Пленума Верховного Суда и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26.03.2009 N 5/29 «О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление Пленума N 5/29), лицом, осуществляющим публичное исполнение, является юридическое или физическое лицо, организующее публичное исполнение в месте, открытом для свободного посещения, или в месте, где присутствует значительное число лиц, не принадлежащих к обычному кругу семьи, то есть лицо, которое берет на себя инициативу и ответственность за проведение соответствующего мероприятия.

Именно это лицо должно заключить договор о предоставлении ему права на публичное исполнение с правообладателем или организацией по управлению правами на коллективной основе и выплачивать полагающееся вознаграждение.

Согласно пункту 2 статьи 1326 Гражданского кодекса Российской Федерации сбор с пользователей вознаграждения и его распределение осуществляются только организациями, получившими государственную аккредитацию в установленной сфере деятельности.

Организация по управлению правами на коллективной основе, получившая государственную аккредитацию (аккредитованная организация), вправе наряду с управлением правами тех правообладателей, с которыми она заключила договоры в порядке, предусмотренном пунктом 3 статьи 1242 Кодекса, осуществлять управление правами и сбор вознаграждения для тех правообладателей, с которыми у нее такие договоры не заключены (пункт 3 статьи 1244 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из положений пункта 1 статьи 1317 и пункта 1 статьи 1324 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что исполнителю и изготовителю фонограммы принадлежат исключительные права использовать исполнение, фонограмму в соответствии со статьей 1229 названного Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на исполнение, на фонограмму), в том числе способами, указанными в пункте 2 статьи 1317 и пункте 1 статьи 1324 Кодекса.

При этом использованием исполнения, фонограммы считается, в том числе, публичное исполнение, то есть любое сообщение записи исполнения, фонограммы с помощью технических средств в месте, открытом для свободного посещения, или в месте, где присутствует значительное число лиц, не принадлежащих к обычному кругу семьи, независимо от того, воспринимается запись, фонограмма в месте ее сообщения или в другом месте одновременно с ее сообщением (подпункт 8 пункта 2 статьи 1317, подпункт 1 пункта 2 статьи 1324 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 1311 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях нарушения исключительного права на объект смежных прав обладатель исключительного права наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных статьями 1250, 1252 и 1253 Кодекса, вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: в двукратном размере стоимости права использования объекта смежных прав, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование такого объекта тем способом, который использовал нарушитель (подпункт 3 названной статьи).

С учетом данных норм, при предъявлении требования о взыскании компенсации за нарушение исключительного права доказыванию подлежит наличие прав правообладателя на фонограмму, а также факт незаконного использования указанной фонограммы ответчиком.

Установление указанных обстоятельств является существенным для дела и от их установления зависит правильное разрешение спора, при этом вопрос оценки представленных на разрешение спора доказательств на допустимость, относимость и достаточность является компетенцией суда, разрешающего спор.

Оценив представленные в материалы дела доказательства, суд правомерно признал доказанным факт публичного исполнения спорных музыкальных произведений (с помощью технических средств) в ресторане «Амбар», принадлежащем ответчику.

В силу пункта 5 статьи 1242 Гражданского кодекса Российской Федерации организации по управлению правами на коллективной основе вправе от имени правообладателей или от своего имени предъявлять требования в суде, а также совершать иные юридические действия, необходимые для защиты прав, переданных им в управление на коллективной основе. Аккредитованная организация (статья 1244 Гражданского кодекса Российской Федерации) также вправе от имени неопределенного круга правообладателей предъявлять требования в суде, необходимые для защиты прав, управление которыми осуществляет такая организация.

Из правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 18.04.2016 по делу N 308-ЭС15-17811, и разъяснений, содержащихся в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.07.2014 N 51 «О некоторых вопросах, возникающих при рассмотрении споров с участием организаций, осуществляющих коллективное управление авторскими и смежными правами» (далее - Постановление Пленума N 51), следует, что по смыслу пункта 1 статьи 1242 Гражданского кодекса Российской Федерации указанные организации действуют в интересах правообладателей. Такая организация, независимо от того, выступает она в суде от имени правообладателей или от своего имени, действует в защиту не своих прав, а прав лиц, передавших ей в силу пункта 1 статьи 1242 Гражданского кодекса Российской Федерации право на управление соответствующими правами на коллективной основе (пункт 21 Постановления Пленума N 5/29).

Данная организация при обращении в суд в защиту прав конкретного правообладателя применительно к пункту 2 части 2 статьи 125 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обязана указать сведения о нем, позволяющие идентифицировать его (фамилию, имя и отчество или фирменное наименование) и направить этому правообладателю судебное извещение. Если организация по управлению правами на коллективной основе действует на основании договора с другой организацией, в том числе иностранной, управляющей правами на коллективной основе (пункт 3 статьи 1242 Гражданского кодекса Российской Федерации), указываются сведения о фамилии, имени и отчестве или фирменном наименовании правообладателя, а также сведения о наименовании и местонахождении этой организации.

В рассматриваемом случае указание истцом в исковом заявлении перечня произведений, публичное исполнение которых организовано ответчиком, свидетельствует об ограничении круга лиц, в который включаются соответствующие авторы, а также о наличии возможности идентифицировать этих лиц, в связи с чем настоящий иск не является иском, предъявленным РАО в защиту неопределенного круга правообладателей (которым является такой круг лиц, который невозможно определить, привлечь в процесс в качестве истцов, указать в судебном акте и решить вопрос о правах и обязанностях каждого из них при разрешении дела).

Согласно пункту 6 Постановления Пленума N 51 в случае если по иску организации по управлению правами на коллективной основе (в том числе аккредитованной организации) о взыскании с нарушителя убытков или компенсации за допущенное нарушение интеллектуальных прав конкретного правообладателя заявленные требования удовлетворены, суд указывает в резолютивной части судебного акта на взыскание соответствующей суммы в пользу этого правообладателя.

Правообладатель также указывается в качестве взыскателя в отношении этой суммы в исполнительном листе. По ходатайству организации по управлению правами на коллективной основе и при отсутствии возражений конкретного правообладателя исполнительный лист, взыскателем по которому является правообладатель (представитель правообладателя), выдается этой организации, которая и предъявляет его к исполнению в порядке, установленном законодательством об исполнительном производстве. Данная организация вправе осуществлять контроль за исполнением решения суда, в том числе обращаться в суд, оспаривая решения и действия (бездействие) судебного пристава-исполнителя по исполнению такого исполнительного листа.

С учетом вышеизложенного установление конкретного правообладателя, в защиту прав которого РАО предъявлено требование о взыскании компенсации за использование конкретного произведения, имеет принципиально важное значение для данного дела.

Принимая во внимание вышеизложенное, суд счел необходимым взыскать денежные средства непосредственно в пользу правообладателей (авторов и их наследников), в частности правообладателей PRS, BMI, AKKA-LAA, ФИО4, ФИО5, ФИО6, BUMA,STEMRA.

При этом, доводы ответчика отклонены судом ввиду следующего.

Согласно приложенному к отзыву ответчика договору субаренды от 14.03.2016 ООО «Мега-Фуд» сдало в субаренду гражданину ФИО9 часть комнаты N 2 (15,6 кв. м), расположенной на втором этаже нежилого здания по адресу: <...> (далее - Договор субаренды).

В соответствии с п. 3 договора субаренды часть комнаты N 2, площадью 15,6 кв. м передается в аренду ФИО9 для музыкального сопровождения семейных вечеринок.

Согласно приложению к договору субаренды, общая площадь комнаты N 2 составляет 579,6 кв. м, а переданная в субаренду площадь 15,6 кв. м находится в данной комнате и не имеет какой-либо изоляции или ограждения от общей площади.

Из представленной суду видеозаписи явно усматривается, что качество и громкость звука публичного исполнения музыкальных произведений обеспечивают озвучивание всей площади комнаты N 2 (579,6 кв. м), расположенной на втором этаже упомянутого помещения, что позволило прослушать публично исполняемые музыкальные произведения неограниченному кругу лиц в ресторане Ответчика.

Также из представленной суду видеозаписи видно, что комната N 2, является ничем иным, как помещением ресторана, который открыт для свободного посещения и в котором на момент проведения проверки представителями РАО присутствовало значительное число лиц, не принадлежащих к обычному кругу семьи.

При этом, ответчиком в своем отзыве верно указано, что согласно ст. 1273 Гражданского кодекса Российской Федерации допускается без согласия автора или иного правообладателя и без выплаты вознаграждения воспроизведение гражданином при необходимости и исключительно в личных целях правомерно обнародованного произведения.

Однако, ссылка ответчика на указанную норму в рамках настоящего спора несостоятельна, так как согласно п.п. б п. 2 ст. 1270 ГК РФ представление произведения в живом исполнении или с помощью технических средств (радио, телевидения и иных технических средств), в месте, открытом для свободного посещения, или в месте, где присутствует значительное число лиц, не принадлежащих к обычному кругу семьи, независимо от того, воспринимается произведение в месте его представления или показа либо в другом месте одновременно с представлением или показом произведения является именно публичным исполнением произведения.

В п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 5/29 от 26 марта 2009 «О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» дано определение пользователя произведения: «Лицом, осуществляющим публичное исполнение произведений (в том числе, представление в живом исполнении), является юридическое или физическое лицо, организующее публичное исполнение в месте, открытом для свободного посещения, или в месте, где присутствует значительное число лиц, не принадлежащих к обычному кругу семьи, то есть лицо, которое берет на себя инициативу и ответственность за проведение соответствующего мероприятия».

Таким образом, фактически ответчик, заключив вышеуказанный договор субаренды, взял на себя инициативу и ответственность за проведение зафиксированного представителями РАО мероприятия и тем самым организовал публичное исполнение музыкальных произведений. При этом, ФИО9, возможно действительно действовал в рамках ст. 1273 ГК РФ, что само по себе не исключает противоправность действий ответчика по организации и осуществлению публичного исполнения произведений.

Кроме этого, ответчиком не предоставлено каких-либо доказательств того, что именно ФИО9 воспользовался своим правом, предоставленным ему договором субаренды, и именно он осуществлял музыкальное сопровождение семейной вечеринки.

Также необходимо учесть тот факт, что договор субаренды заключен между ответчиком и ФИО9, а «живое» исполнение музыкальных произведений, согласно имеющейся в материале дела видеозаписи, осуществляло лицо женского пола.

Ссылка ответчика в отзыве на позицию, изложенную в постановлениях Пленумов, также не может быть принята во внимание, в связи с тем, что вышеуказанные действия ответчика не могут относиться к его личным потребностям или круга его семьи, а являются публичным исполнением произведений.

Использование музыкального произведения - объекта авторского права, в том числе при его публичном исполнении в отсутствие лицензионного договора, заключенного с правообладателем либо с РАО, неправомерно и влечет ответственность, предусмотренную ст. 1301 ГК РФ.

При определении размера компенсации, суд первой инстанции принял во внимание характер допущенного нарушения, однократность нарушения, длительность нарушения, отсутствие доказательств вероятных убытков правообладателей.

Как следует из пункта 43.3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26 марта 2009 года N 5/29, при определении размера компенсации суд, учитывая, в частности, характер допущенного нарушения, срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности, степень вины нарушителя, наличие ранее совершенных лицом нарушений исключительного права данного правообладателя, вероятные убытки правообладателя, принимает решение, исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

В пункте 43.3 Постановления от 26.03.2009 N 5/29 разъяснено, что рассматривая дела о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, суд определяет сумму компенсации в указанных законом пределах по своему усмотрению, но не выше заявленного истцом требования. При этом суд не лишен права взыскать сумму компенсации в меньшем размере по сравнению с заявленным требованием, но не ниже низшего предела.

Данная правовая позиция нашла отражение и в пункте 3 справки Суда по интеллектуальным правам «О некоторых вопросах, связанных с практикой рассмотрения Судом по интеллектуальным правам споров по серийным делам о нарушении исключительных прав», согласно которому при определении правомерности размера требуемой компенсации суду необходимо установить факт нарушения исключительных прав в отношении каждого объекта, а также определить соразмерную компенсацию с учетом объема причиненного интересам правообладателя ущерба, который может различаться в зависимости от фактических обстоятельств.

Заявителем не приведены аргументы, которые бы позволили взыскать компенсацию в большем размере. Размер компенсации является оценочной категорией, в связи с чем, и доводы истца - понятия оценочные, которые к увеличению размера компенсации до 20 000 руб. не приводят.

Следует отметить, что постановление Авторского Совета РАО не носит обязательного характера и является рекомендательным.

На основании изложенного, суд первой инстанции счел правомерным удовлетворить требования частично, взыскав компенсацию в размере 10 000 руб. за каждое нарушение прав автора в отношении каждого из заявленных музыкальных произведений, всего в общей сумме 60000 руб.

Как усматривается из материалов настоящего дела, в том числе из искового заявления, настоящий иск предъявлен в связи с нарушением прав конкретных правообладателей, то есть, обращаясь с настоящим иском РАО действовала не в своих интересах, а в интересах конкретных правообладателей.

Как разъяснено в пункте 1 постановления N 51, организация по управлению правами на коллективной основе пользуется процессуальными правами и несет процессуальные обязанности истца (часть 4 статьи 53 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Таким образом, материальными истцами по настоящему делу являются обладатели авторских прав, в защиту которых обратилась РАО, в силу факта обращения организации по управлению правами в суд. Им принадлежат процессуальные права, предусмотренные статьей 41 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В вышеназванном пункте постановления N 51 разъясняется, что организация должна принять разумные меры по установлению правообладателей и заблаговременному их уведомлению о намерении обратиться с соответствующим требованием в суд, а также предоставить им иную информацию, имеющую отношение к делу (пункт 1 статьи 6, пункт 2 статьи 65.2 ГК РФ, части 1 и 2 статьи 4, статья 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 6 постановления N 51, в случае если по иску организации по управлению правами на коллективной основе (в том числе аккредитованной организации) о взыскании с нарушителя убытков или компенсации за допущенное нарушение интеллектуальных прав конкретного правообладателя заявленные требования удовлетворены, суд указывает в резолютивной части судебного акта на взыскание соответствующей суммы в пользу этого правообладателя. Правообладатель также указывается в качестве взыскателя в отношении этой суммы в исполнительном листе.

Вопреки доводам, изложенным в апелляционной жалобе, такая правовая конструкция применима не только в случае, когда истцом является аккредитованная организация, но и в случае, когда организация по управлению правами связана с правообладателями договорными отношениями.

Исходя из изложенного, судебная коллегия приходит к выводу, что судом правомерно взыскана компенсация не в пользу РАО, а непосредственно в пользу правообладателей спорных произведений.

С учетом приведенных правовых позиций судебная коллегия не может признать обоснованными доводы РАО о том, что суд вышел за пределы заявленных требований и о том, что взыскание произведено в пользу лиц, не привлеченных к участию в деле, поскольку сумма компенсации взыскана судами в пользу материальных истцов.

В отношении довода РАО о неисполнимости принятого судом решения суд апелляционной инстанции отмечает следующее.

В пункте 6 постановления N 51 изложена правовая позиция, в соответствии с которой по ходатайству организации по управлению правами на коллективной основе и при отсутствии возражений конкретного правообладателя исполнительный лист, взыскателем по которому является правообладатель (представитель правообладателя), выдается этой организации, которая и предъявляет его к исполнению в порядке, установленном законодательством об исполнительном производстве. Данная организация вправе осуществлять контроль за исполнением решения суда, в том числе обращаться в суд, оспаривая решения и действия (бездействие) судебного пристава-исполнителя по исполнению такого исполнительного листа.

Таким образом, довод РАО о затруднениях при исполнении судебного акта не принимается судебной коллегией, поскольку РАО вправе обжаловать действия судебного пристава-исполнителя, в том числе и действия об отказе в возбуждении исполнительного производства, а также обратиться в суд с разъяснением порядка исполнения судебного акта (пункт 1 статьи 179 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Довод РАО о несогласии с размером взысканной судом компенсации также не может быть принят судебной коллегией в силу следующего.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 43.3 постановления N 5/29, суд при рассмотрении дела о взыскании на основании абзаца второго статьи 1301 ГК РФ компенсации в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяет размер компенсации, учитывая, в частности, характер допущенного нарушения, срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности, степень вины нарушителя, наличие ранее совершенных лицом нарушений исключительного права данного правообладателя, вероятные убытки правообладателя. При этом решение принимается исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Суд, оценив характер допущенного нарушения, степень вины нарушителей, исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения, правомерно удовлетворил исковые требования частично.

При этом судом были учтены разъяснения, содержащиеся в постановлении N 5/29, согласно которым, рассматривая дела о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, суд определяет сумму компенсации в указанных законом пределах по своему усмотрению, но не выше заявленного истцом требования.

Судебная коллегия учитывает, что компенсация определена судом в пределах, установленных законом, довод о необоснованности заявленной к взысканию компенсации был заявлен ответчиком в представленном в суд первой инстанции отзыве (л.д. 162-163, т.1).

Оснований для полного отказа в иске судом апелляционной инстанции исходя из материалов дела не установлено, в связи с чем доводы ответчика отклоняются.

Таким образом, нормы права при определении размера компенсации судом не нарушены, а доводы, изложенные в апелляционной жалобе в отношении размера компенсации, по сути, направлены на переоценку фактических обстоятельств дела и представленных доказательств, установленных судом первой инстанции.

На основании вышеуказанного, суд апелляционной инстанции полагает апелляционную жалобу не подлежащей удовлетворению. Суд первой инстанции правильно определил спорные правоотношения сторон и предмет доказывания по делу, с достаточной полнотой выяснил обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела. Выводы суда основаны на доказательствах, указание на которые содержится в обжалуемом судебном акте и которым дана оценка в соответствии с требованиями ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Суд правильно применил нормы материального и процессуального права. Нарушений процессуального права, являющихся основанием для безусловной отмены судебного акта в соответствии с частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не допущено.

Актуальная правовая позиция вышестоящего суда по схожему спору с участием настоящего истца изложена кассационным судом в постановлении от 28.12.2018 г. по делу № А53-4403/2018.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Ростовской области от 01.08.2018 по делу № А53-4401/2018 оставить без изменений, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в порядке, определенном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Суд по интеллектуальным правам в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

Председательствующий М.Г. Величко

СудьиЮ.И. Баранова

О.А. Еремина