Постановление от 8 октября 2025 г. по делу № А11-1658/2023

ПЕРВЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД ФИО1 ул., д. 4, <...> http://1aas.arbitr.ru, тел/факс: <***>, 44-73-10


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А11-1658/2023
09 октября 2025 года
г. Владимир


Резолютивная часть постановления объявлена 25 сентября 2025 года. Полный текст постановления изготовлен 09 октября 2025 года.

Первый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Евсеевой Н.В., судей Кузьминой С.Г., Полушкиной К.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Кавиной И.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Михайловская компания» ФИО2 на определение Арбитражного суда Владимирской области от 28.12.2024 по делу № А11-1658/2023, принятое по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Михайловская компания» (ОГРН <***>, ИНН <***>) ФИО2 о признании недействительными сделки по перечислению денежных средств с расчетных счетов должника в пользу общества с ограниченной ответственностью «Южная строительная компания» (ОГРН <***>, ИНН <***>) на общую сумму 19 730 000 руб. и применении последствий недействительности сделок,

при участии в судебном заседании: от заявителя (конкурсного управляющего ФИО2) – представителя ФИО3 по доверенности от 12.05.2025 сроком действия три года; от ответчика (ООО «ЮСК») – представителя ФИО4 по доверенности от 14.05.2025 сроком действия один год; от кредитора (ООО «Нефтересурс») – представителя ФИО5 по доверенности от 09.01.2025 сроком действия до 31.12.2025, установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Михайловская компания» (далее – ООО «Михайловская компания», должник) в Арбитражный суд Владимирской области обратился конкурсный управляющий ФИО2 (далее – ФИО2, конкурсный управляющий) с заявлением о признании недействительными сделок по перечислению должником в период с 15.09.2020 по 17.08.2022 денежных средств на общую сумму 19 730 000 руб. в пользу общества с ограниченной ответственностью «Южная строительная компания» (далее – ООО «ЮСК»,

ответчик) и применении последствий недействительности сделок в виде возврата денежных средств в размере 19 730 000 руб. в конкурсную массу должника.

Арбитражный суд Владимирской области определением от 28.12.2024 в удовлетворении заявления конкурсному управляющему отказал.

Не согласившись с принятым судебным актом, конкурсный управляющий обратился в Первый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда отменить в связи с недоказанностью имеющих значение для дела обстоятельств, которые суд считал установленными, не соответствием выводов, изложенных в решении, обстоятельствам дела, и принять по делу новый судебный акт.

Оспаривая законность принятого судебного акта, заявитель апелляционной жалобы указал, что суд первой инстанции не дал оценку характеру перечислений на сумму 650 800 руб., более того, вывод суда о наличии возмездного характера перечислений на сумму 19 079 200 руб. не отвечает действительности. Полагает, что отсутствие оплаты по договорам займа является основанием для оспаривания перечислений по правилам пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Отметил, что судом первой инстанции не дана оценка доводам конкурсного управляющего о том, что в период оспариваемых перечислений ООО «Михайловская компания» имело непогашенную кредиторскую задолженность перед ООО «Нефтересурс», а также по уплате налогов и обязательных взносов в бюджет (ФНС России), итого на сумму 6 712 898,75 руб., соответственно, 78% кредиторской задолженности образовалось именно в период совершения оспариваемых сделок. Считает, что вывод суда о том, что на конец 2021 года должник обладал оборудованием на сумму более 16 млн.руб. сделан без полного выяснения обстоятельств, имеющих значение для дела. Пояснил, что займы от ООО «ЮСК» в пользу ООО «Михайловская компания» были выданы в 2020 году под 24 % годовых (2 % в месяц), что превышало размер ключевой ставки ЦБ РФ (4,25) в указанный период времени в 5,6 раз, что явно не соответствует практике обычного делового оборота. Подробно доводы заявителя изложены в апелляционной жалобе.

Документы, представленные заявителем в суде апелляционной инстанции, приобщены к материалам дела.

Ответчик – ООО «ЮСК», в возражениях на апелляционную жалобу и письменных дополнениях указало на несостоятельность доводов заявителя апелляционной жалобы, просило определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. Сослался на отсутствие оснований для признания сделок недействительными по статье 61.2 Закона о банкротстве, статьям 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации. Полагает, что конкурсный управляющий, имея в своем распоряжении все банковские выписки по счетам должника и видя, что предоставленные сторонами средства по договорам займа были возвращены, тем не менее, обратился в суд с заявлением о возврате всей суммы 19 730 000 руб. в конкурсную массу. Пояснил, что в период совершения и исполнения сделок по оспариваемым займам должник вел активную хозяйственную деятельность, получал вознаграждение за выполненные работы и оказанные услуги (175 млн.руб.), имел балансовые активы (61,039 млн.руб.), оборудование (16,069 млн.руб.), при этом должник не имел просроченных обязательств перед бюджетными и коммерческими организациями, также у должника в оспариваемый период имелись денежные средства и имущество,

кратно превышающие возникшие в будущем требования кредиторов. Подробно возражения ответчика изложены в отзыве на апелляционную жалобу и письменных дополнениях.

Документы, представленные ответчиком в суде апелляционной инстанции, приобщены к материалам дела.

Конкурсный управляющий в возражениях на отзыв ответчика указал, что с 12.07.2021 обязательства должника превышали 2 млн.руб., соответственно, указанная дата является датой возникновения имущественного кризиса у должника. Доводы о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности считает несостоятельными, поскольку процессуальная возможность обратиться в суд с заявлением о признании оспариваемых сделок недействительными возникла у арбитражного управляющего ФИО2 не ранее 01.04.2024, то есть даты назначения его конкурсным управляющим ООО «Михайловская компания». Подробно доводы конкурсного управляющего изложены в возражениях на отзыв.

13.05.2025 от конкурсного управляющего в материалы дела поступило заявление о фальсификации документов, предоставленных ответчиком 27.03.2025, в виде их фабрикации (изготовления непосредственно перед судебным заседанием): письмо директора ООО «ЮСК» ФИО6 в ООО «МК» от 20.08.2022 о сверке взаимных обязательств и проведении взаимного зачета; акт сверки взаимных расчетов между ООО «ЮСК» и ООО «МК» за период 06.08.2020-20.08.2022 по состоянию на 20.08.2022; инвентаризационная опись ООО «МК» от 18.09.2022 № 1; решение единственного участника ООО «МК» от 18.09.2022, просил назначить судебную экспертизу для определения давности изготовления одного документа – акта сверки взаимных расчетов между ООО «ЮСК» и ООО «МК» за период 06.08.2020-20.08.2022 по состоянию на 20.08.2022.

При рассмотрении заявления о фальсификации доказательств суд апелляционной инстанции исходил из следующего.

Согласно части 1 статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, если лицо, участвующее в деле, обратится в арбитражный суд с заявлением в письменной форме о фальсификации доказательства, представленного другим лицом, участвующим в деле, суд разъясняет уголовно-правовые последствия такого заявления; исключает оспариваемое доказательство с согласия лица, его представившего, из числа доказательств по делу; проверяет обоснованность заявления о фальсификации доказательства, если лицо, представившее это доказательство, заявило возражения относительно его исключения из числа доказательств по делу.

В силу пункта 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» поскольку арбитражный суд апелляционной инстанции на основании статьи 268 АПК РФ повторно рассматривает дело по имеющимся в материалах дела и дополнительно представленным доказательствам, то при решении вопроса о возможности принятия новых доказательств, в том числе приложенных к апелляционной жалобе или отзыву на апелляционную жалобу, он определяет, была ли у лица, представившего доказательства, возможность их представления в суд первой инстанции или заявитель не представил их по независящим от него уважительным причинам. К числу уважительных причин, в

частности, относятся: необоснованное отклонение судом первой инстанции ходатайств лиц, участвующих в деле, об истребовании дополнительных доказательств, о назначении экспертизы; наличие в материалах дела протокола, аудиозаписи судебного заседания, оспариваемых лицом, участвующим в деле, в части отсутствия в них сведений о ходатайствах или об иных заявлениях, касающихся оценки доказательств.

Из системного толкования приведенных норм и разъяснений следует, что заявление о фальсификации может быть рассмотрено апелляционным судом лишь в следующих случаях: когда о фальсификации доказательств в порядке статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации было заявлено суду первой инстанции, однако суд такое заявление не рассмотрел по необоснованным причинам, либо когда заявление о фальсификации доказательств было неправомерно отклонено судом.

Среди мер по проверке фальсификации доказательств закон указывает на возможность проведения экспертизы доказательства. В соответствии с положениями 1 статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле. В случае, если назначение экспертизы предписано законом или предусмотрено договором либо необходимо для проверки заявления о фальсификации представленного доказательства либо если необходимо проведение дополнительной или повторной экспертизы, арбитражный суд может назначить экспертизу по своей инициативе.

В этом случае арбитражный суд принимает предусмотренные Федеральным законом меры для проверки достоверности заявления о фальсификации доказательства, в том числе назначает экспертизу, истребует другие доказательства или принимает иные меры.

В судебном заседании суд апелляционной инстанции в соответствии с подпунктом 1 части 1 статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации разъяснил сторонам уголовно-правовые последствия заявления о фальсификации доказательств и фальсификации доказательств (расписки приобщены к протоколу судебного заседания). В соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд предложил ООО «ЮСК» исключить из числа доказательств документы, в отношении которых сделано заявление о фальсификации. Представитель ООО «ЮСК» отказался исключить из числа доказательств документы, в отношении которых сделано заявление о фальсификации (протокол судебного заседания от 15.05.2025).

При оценке заявления о фальсификации доказательств суд апелляционной инстанции исходит из предмета и основания заявленных требований, обстоятельств, подлежащих доказыванию по настоящему спору.

Суд апелляционной инстанции принимает во внимание, что, заявляя о фальсификации доказательств, конкурсный управляющий просит назначить судебную экспертизу в отношении только одного документа – акта сверки взаимных расчетов, между тем в случае установления факта изготовления акта сверки в иную дату, нежели указано в документе, данное обстоятельство не может

свидетельствовать о фальсификации иных документов, предоставленных ответчиком.

Более того, наличие заявления о фальсификации доказательства не является безусловным основанием для назначения судебной экспертизы с учетом того, что достоверность доказательства может быть проверена иным способом, в том числе путем его оценки в совокупности с иными доказательствами в порядке, предусмотренном статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пункта 3 части 1 статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В рассматриваемом случае с учетом представленных в дело доказательств, а именно: договора купли-продажи оборудования от 29.05.2021, акта приема-передачи оборудования от 19.05.2021, товарной накладной от 29.05.2021, подтверждающих факт передачи должнику оборудования на сумму 16 069 000 руб., апелляционный суд пришел к выводу о наличии возможности разрешить вопрос об оценке доказательств, о фальсификации которых заявлено ответчиком, в том числе инвентаризационной описи от 18.09.2022 № 1, без назначения экспертизы.

Таким образом, судом апелляционной инстанции не установлено законных оснований для назначения судебной экспертизы в целях проверки заявления о фальсификации представленных в материалы дела доказательств по правилам статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку результат рассмотрения данного заявления не повлияет на результат рассмотрения апелляционной жалобы по существу и приведет к затягиванию судебного процесса, что нарушит права лиц, участвующих в деле, в том числе законные права и интересы самого заявителя.

Представитель конкурсного управляющего в судебном заседании суда апелляционной инстанции поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, просил определение суда отменить, апелляционную жалобу удовлетворить.

Представитель ООО «ЮСК» поддержал доводы, изложенные в возражениях на апелляционную жалобу, просил определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Представитель ООО «Нефтересурс» поддержал доводы конкурсного управляющего, указал, что обжалуемый судебный акт является незаконным и необоснованным, просил определение суда отменить.

Иные лица, участвующие в обособленном споре, отзыв на апелляционную жалобу не представили, явку представителей в судебное заседание суда апелляционной инстанции не обеспечили.

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционная жалоба рассматривается в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства в порядке статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Законность и обоснованность принятого по делу определения проверены Первым арбитражным апелляционным судом в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, оценивая представленные доказательства в их совокупности, анализируя позицию заявителя, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, определением Арбитражного суда Владимирской области от 29.03.2023 к производству суда принято заявление ООО «Нефтересурс» о признании ООО «Михайловская компания» несостоятельным (банкротом); определением суда от 24.07.2023 заявление признано обоснованным, в отношении ООО «Михайловская компания» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО2; решением Арбитражного суда Владимирской области от 01.04.2024 ООО «Михайловская компания» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, определением суда от 01.04.2024 конкурсным управляющим утвержден ФИО2

В ходе анализа выписки по расчетным счетам должника, открытым в ПАО Банк «ФК Открытие», ПАО Банк «Уралсиб», ПАО «Банк ВТБ», конкурсным управляющим выявлен факт перечисления должником в период с 15.09.2020 по 17.08.2022 денежных средств в размере 19 730 000 руб. ООО «ЮСК» с назначениями платежей: «перечисляется по договору займа..», «возврат денежных средств по договору займа...», «возврат займа...».

Предметом заявления конкурсного управляющего является требование о признании недействительными сделок по перечислению должником в пользу ООО «ЮСК» в период с 15.09.2020 по 17.08.2022 денежных средств на общую сумму 19 730 000 руб. и применении последствий недействительности сделок в виде возврата полученных ответчиком денежных средств в конкурсную массу должника.

Заявление основано на положениях пунктов 1, 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», статей 10, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации и мотивировано тем, что в результате совершения оспариваемых сделок по перечислению денежных средств аффилированному лицу причинен вред имущественным правам кредиторов должника; доказательства реальности правоотношений отсутствуют; в период перечисления денежных средств у должника имелась непогашенная задолженность перед кредиторами; перечисление денежных средств производилось в качестве компенсационного финансирования в период финансовых трудностей ООО «Михайловская компания»; оспариваемые выплаты могли, по существу, прикрывать иные сделки, учитывая, что все платежи имели однотипное назначение, а также принимая во внимание отсутствие первичных бухгалтерских документов, доказывающих факт оказания услуг, расходования выданных под отчет денежных средств на хозяйственные нужды, отсутствие контроля и наличие необходимости в указанных услугах; упомянутые платежи совершены со злоупотреблением правом со стороны должника и явно убыточны для должника.

Повторно изучив представленные в материалы дела доказательства, с учетом доводов апелляционной жалобы и возражений на нее, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), частью

1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

По правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.) (пункт 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление № 63).

Конкурсному управляющему предоставлено право подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок и решений и о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником (статья 61.9 и пункт 3 статьи 129 Закона о банкротстве).

Ответчиком в суде первой инстанции заявлено о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности для оспаривания сделок.

Судебная защита нарушенных гражданских прав гарантируется в пределах срока исковой давности (статья 195 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По правилам пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало (должно было узнать) о нарушении своего права.

Следовательно, законодатель установил исчисление срока исковой давности с наличием объективных обстоятельств, когда истец узнал или должен был узнать нарушении его права.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, положения пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации сформулирован таким образом, что наделяет суд необходимыми полномочиями по определению момента начала течения срока исковой давности исходя из фактических обстоятельств дела (Постановление № 36-П от 18.11.2019, определения № 2309-О от 25.10.2016, № 1592-О от 20.07.2021, др.).

В пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением

норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» также разъяснено, что истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

В соответствии с пунктом 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда истец узнал или должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 32 постановления № 63, следует, что заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации). При этом срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.

Из пунктов 2, 4 статьи 20.3, пункта 2 статьи 129 Закона о банкротстве следует, что арбитражный управляющий, действуя добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества, должен анализировать финансовое состояние должника и результаты его финансовой, хозяйственной и инвестиционной деятельности; принимать меры по защите имущества должника, а также по поиску, выявлению и возврату имущества должника, находящегося у третьих лиц. Разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении подозрительных сделок и сделок с предпочтением.

По мнению ответчика, срок исковой давности следует исчислять с 30.09.2021, когда ФИО7 (бывший руководитель должника) приступил к исполнению обязанностей единоличного исполнительного органа должника.

Определением суда от 24.07.2023 в отношении ООО «Михайловская компания» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО2, решением суда от 01.04.2024 в отношении ООО «Михайловская компания» открыто конкурсное производство, определением суда от 01.04.2024 конкурсным управляющим утвержден ФИО2

Проанализировав представленные в материалы дела доказательства, установив, что с заявлением о признании сделок недействительными и применении последствий их недействительности конкурсный управляющий обратился 23.04.2024, то есть в пределах годичного срока исковой давности, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что срок на подачу заявления об оспаривании сделок должника конкурсным управляющим не пропущен.

Доводы ответчика о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности на оспаривание сделки основаны на неверном толковании норм права.

Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения (пункт 32 постановления № 63).

Таким образом, в рассматриваемом случае право на оспаривание сделок должника возникло у арбитражного управляющего не ранее даты объявления резолютивной части судебного акта об открытии в отношении должника конкурсного производства и утверждении ФИО2 конкурсным управляющим должника.

При изложенных обстоятельствах на момент подачи заявления об оспаривании сделок (23.04.2024) годичный срок исковой давности с момента утверждения конкурсного управляющего (01.04.2024) не истек.

В рассматриваемом случае дело о несостоятельности (банкротстве) должника возбуждено судом 29.03.2023, оспариваемые сделки совершены в период с 15.09.2020 по 17.08.2022, то есть в период подозрительности, установленный в пунктах 1,2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

По правилам пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Оценивая сделку в соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве на предмет неравноценного встречного исполнения обязательств другой стороной сделки, следует иметь в виду, что неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 9 постановления № 63, судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве установлено, что сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона

знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

– стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации – десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

– должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

– после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Как разъяснено в пункте 5 постановления № 63, пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 постановления). В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий,

приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Из пункта 6 постановления № 63 следует, что согласно абзацам второму – пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым – пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Согласно указанным положениям статьи 2 Закона о банкротстве, недостаточность имущества – превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий указывает, что сделки совершены в период недостаточности имущества, так в рамках проведения анализа финансового состояния должника выявлены существенные отклонения в ряде показателей финансовой устойчивости компании.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данных в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором – пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Вопреки положениям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации достоверных доказательств того, что на момент совершения оспариваемых сделок должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества, конкурсным управляющим в материалы дела не представлены.

Согласно положениям абзаца 33 статьи 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника. Из положений абзаца 34 статьи 2 Закона о банкротстве следует, что под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

Из материалов дела следует, что балансовые активы должника по итогам 2020 года составили 41,191 млн.руб., выручка ООО «Михайловская компания» по

итогам 2020 года составила 71,143 тыс.руб., чистая прибыль – 20,218 млн. руб., финансовые и другие оборотные активы составляли 34,350 млн.руб., запасы составляли 16,364 млн. руб. Также по итогам 2021 года балансовые активы должника составляли 61,039 млн.руб., выручка – 45 796 тыс.руб., чистая прибыль – 9,118 млн.руб., финансовые и другие оборотные активы – 34,35 млн.руб., запасы – 16,364 млн.руб.

Более того, из представленных в материалы дела выписок по счетам ООО «Михайловская компания» усматривается, что должник в период с 2020 года по 2022 год вел активную хозяйственную деятельность, в период подозрительности на счета должника поступили денежные средства в общей сумме 175 403 610 руб. 87 коп., в том числе: а именно:

– согласно выписке по расчетному счету, открытому в ПАО Банк «ФК Открытие», имелось движение денежных средств: за период с 02.09.2020 по 27.05.2021 были получены денежные средства в сумме 46 605 780 руб. 68 коп.; за период с 11.06.2021 по 28.12.2021 были получены денежные средства в сумме 41 297 300 руб. 45 коп. (без учета авансов ООО «Нефтересурс»); за период с 29.12.2021 по 17.06.2022 были получены денежные средства в сумме 35 545 772 руб. 78 коп.;

‒ согласно выписке по расчетному счету, открытому в ПАО Банк ВТБ, имелось движение денежных средств: за период с 01.02.2021 по 13.05.2021 получены денежные средства в сумме 27 825 652 руб.;

‒ согласно выписке по расчетному счету, открытому в банке «Уралсиб», имелось движение денежных средств: за период с 19.04.2022 по 17.08.2022 получены денежные средства в сумме 24 129 104 руб. 96 коп.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что финансовое состояние должника было стабильным, поскольку на счета поступали денежные средства за выполненные должником работы и оказанные услуги в объеме, в несколько раз превышающем задолженность перед ООО «Нефтересурс».

Кроме того, суд первой инстанции принял во внимание, что у должника имелись запасы материалов и оборудования. Так, согласно договору купли-продажи от 29.05.2021, акту приема-передачи от 29.05.2021, товарной накладной от 29.05.2021 № 33 и результатов инвентаризации у заказчика помимо иного имущества, запасов и материалов имелось оборудование на сумму 16 069 000 руб.

Ссылка заявителя апелляционной жалобы на наличие убытка в размере 6200 тыс.руб. отклоняется судом апелляционной инстанции, поскольку не подтверждена надлежащими доказательствами. Сам по себе бухгалтерский баланс без документального анализа имеющихся в нем записей не может служить доказательством невозможности исполнения организацией своих денежных обязательств перед кредиторами. Формальное отрицательное значение активов общества, определенное по данным бухгалтерской отчетности, в отсутствие иных доказательств неплатежеспособности, не свидетельствуют о невозможности общества исполнять свои обязательства.

Таким образом, признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества должника из представленных в материалы дела документов на момент совершения спорных сделок не установлено.

Иная оценка заявителем апелляционной жалобы обстоятельств настоящего обособленного спора не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки и не свидетельствует о нарушениях судом первой инстанции норм материального и (или) процессуального права, повлиявших на исход дела.

В рассматриваемом случае совершение оспариваемых сделок не повлекло существенного снижения активов должника, отсутствуют основания полагать, что в результате совершения сделки должник был (или будет) вынужден прекратить производственную деятельность, утратит рентабельность.

Таким образом, финансово-экономические и хозяйственные показатели деятельности должника не характеризовали его положение с точки зрения неплатежеспособности, не свидетельствовали об имущественном кризисе.

В то же время, в период совершения сделок отсутствовали судебные споры и притязания в иной форме, направленные на принудительное исполнение со стороны кредиторов.

Вопреки доводам конкурсного управляющего и конкурсных кредиторов, решение Арбитражного суда Ставропольского края от 30.06.2022 по делу № А63-19134/2021 вступило в законную силу лишь 04.10.2022, а 14.10.2022 выдан исполнительный лист на принудительное взыскание задолженности.

В силу сложившейся судебной практики наличие неисполненных обязательств перед контрагентами не свидетельствует о наличии объективной невозможности исполнения обязательств перед кредиторами (определения Верховного Суда Российской Федерации от 25.01.2016 по делу № 310-ЭС15-12396, от 25.12.2015 по делу № 308-ЭС15-11405).

При этом сам по себе факт наличия у должника обязательств перед другими кредиторами не является основанием для вывода о неплатежеспособности должника. Факт подачи исков к должнику не свидетельствует о неплатежеспособности последнего либо о недостаточности у него имущества, и является лишь свидетельством нормальной хозяйственной деятельности должника. Предъявление требований в исковом порядке еще не означает, что они будут удовлетворены судами, а в случае если они будут удовлетворены – не означает, что у ответчика недостаточно средств для погашения таких требований. Конкурсный управляющий ошибочно отождествляет неплатежеспособность с неоплатой конкретного долга отдельному кредитору, не учитывает, что кредитор всегда осведомлен о факте непогашения долга перед ним.

Доводы конкурсного управляющего о том, что оспариваемая сделка совершена должником в состоянии имущественного кризиса при недостаточности его имущества, не нашли своего подтверждения в ходе судебного разбирательства.

В данном случае вопреки требованиям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации конкурсный управляющий не представил в материалы дела доказательства наличия у должника на момент совершения оспариваемых сделок признаков неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества.

При изложенных обстоятельствах суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что в момент предоставления и возврата заемных денежных средств должник не находился в состоянии имущественного кризиса, признаки неплатежеспособности и недостаточности имущества также отсутствовали.

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона о банкротстве) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми – они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки. При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств (пункт 7 постановления № 63).

В соответствии с пунктом 1 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником, лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Судом первой инстанции установлено, что ООО «ЮСК» (ответчик) является заинтересованным лицом по отношению к ООО «Михайловской компании» с точки зрения установленных положениями законодательства о банкротстве презумпциях при оспаривании сделок (пункт 2 статьи 19 Закона о банкротстве).

Операционное управление ООО «Михайловская компания» осуществлялось директором ФИО6 в период с 17.11.2016 по 11.11.2021, который в свою очередь являлся с 06.12.2012 по настоящее время участником и руководителем ООО «ЮСК». В то же время, директор ООО «Южная строительная компания» ФИО6 являлся учредителем ООО «Михайловская компания»: с 17.11.2016 по 30.09.2019 (доля 100%); с 30.09.2019 по 07.10.2021 (доля 50 %); с 07.10.2021 по 20.09.2022 (доля 100 %).

В то же время судом принято во внимание, что сам по себе факт аффилированности должника и ответчика, не может служить безусловным основанием для вывода о совершении сделок со злоупотреблением права, тогда как обстоятельства, свидетельствующие о том, что ответчик ООО «ЮСК», действовал с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, судом не установлены, напротив, последовательное неоднократное предоставление займов свидетельствует о наличии экономической целесообразности оспариваемых сделок для должника.

Судом первой инстанции установлено, что из представленных в материалах настоящего обособленного спора документов следует, что перечисления денежных средств в сумме 19 079 200 руб. возвращены должнику.

Между тем исследовав предоставленные в материалы дела доказательства, суд апелляционной инстанции установил, что в спорный период времени между сторонами заключалось несколько договоров займа, причем ответчик выдавал займы должнику и должник выдавал займы ответчику.

Оспариваемые платежи, совершенные должником в пользу ответчика в период с 15.09.2020 по 17.08.2022, исходя из их назначения являлись, как выдачей займа, так и возвратом заемных средств.

Из представленных в материалы дела платежных документов следует, что в период с 15.09.2020 по 17.08.2022 ответчиком в пользу должника произведены платежи на общую сумму 19 730 000 руб., в том числе возврат займа и перечисления по договорам займа.

Установить конечное сальдо встречных обязательств не представляется возможным ввиду отсутствия в материалах дела всех первичных документов, подтверждающих обязательства сторон.

Вместе с тем наличие задолженности само по себе не является основанием для признания сделок недействительными.

По общему правилу бремя доказывания неравноценного встречного исполнения обязательств возложено на лицо, оспаривающее сделки по указанному основанию.

Кроме того, коллегия судей принимает во внимание, что согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в Обзоре судебной практики, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 29.01.2020, обстоятельства выдачи займов, носящие характер компенсационного финансирования, не влекут за собой недействительности самих сделок, а лишь влияют на очередность погашения требований кредитора, выдавшего заем.

Таким образом, обстоятельства, сопутствующие заключению договоров займа, не являются основаниями для признания сделок недействительными.

Из материалов обособленного спора судом установлено, что предоставления займов между должником и ООО «ЮСК» являлось длящейся, обычной практикой. Как правильно указал суд первой инстанции, привлечение заемных средств в оборот предприятия – явление нормальное, при условии, что они не замораживаются на продолжительное время в обороте и своевременно возвращаются. В противном случае может возникнуть просроченная кредиторская задолженность, что в конечном итоге приводит к выплате штрафов и ухудшению финансового положения. В то же время, займы предоставлялись на короткий срок.

Установленные в настоящем обособленном споре обстоятельства в совокупности свидетельствуют о том, что совершение оспариваемых сделок не повлекло ни реальное уменьшение имущества должника по сравнению с тем имуществом, которое ему принадлежало до предоставления и возврата оспариваемых займов, ни увеличение имущественных требований к нему.

Вопреки аргументам конкурсного управляющего, должник в период совершения сделки изменил свое местонахождение в связи с наличием субподрядных отношений с ООО «Нефтересурс» и прямых подрядных отношений с ООО «Доброград Апарт», наряду с этим, имущество и оборудование, с использованием которого должником производились подрядные работы, также находилось на территории Владимирской области.

Коллегия судей соглашается с обоснованным выводом суда первой инстанции о том, что конкурсным управляющим не доказана совокупность условий для признания сделок недействительными на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве, поскольку отсутствуют доказательства безвозмездности сделок, причинение вреда имущественным правам кредиторов, совершение сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов.

Конкурсный управляющий, указывая на подозрительный характер сделок, также ссылается на притворность оспариваемых сделок.

Судом первой инстанции обоснованно не установлено необходимых условий для признания сделок должника недействительными на основании статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации на основании следующего.

Согласно абзацу шестому пункта 8 постановления № 63 судам необходимо учитывать, что по правилам упомянутой нормы (пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве) могут оспариваться только сделки, в принципе или обычно предусматривающие встречное исполнение; сделки же, в предмет которых в принципе не входит встречное исполнение (например, договор дарения) или обычно его не предусматривающие (например, договор поручительства или залога), не могут оспариваться на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, но могут оспариваться на основании пункта 2 этой статьи.

В силу абзаца 4 пункта 4 постановления № 63 наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

В соответствии с пунктом 1 статьи 166, статьей 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки; сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В пункте 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации отмечено, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно; никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации является ничтожной притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

По смыслу приведенной нормы притворная сделка фактически включает в себя две сделки: притворную сделку, совершаемую для вида (прикрывающая сделка) и сделку, в действительности совершаемую сторонами (прикрываемая сделка). Поскольку притворная (прикрывающая) сделка совершается лишь для

вида, одним из внешних показателей ее притворности служит несовершение сторонами тех действий, которые предусматриваются данной сделкой. Напротив, если стороны выполнили вытекающие из сделки права и обязанности, то такая сделка притворной не является.

В пункте 87 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации недостаточно.

Соответственно, в предмет доказывания по делам о признании недействительными притворных сделок входит установление действительной воли сторон, направленной на достижение определенного правового результата, который они имели в виду при заключении договора. Установление расхождения волеизъявления с волей осуществляется судом посредством анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон.

Реально исполненная сделка не может быть признана мнимой или притворной (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.11.2005 № 2521/05).

Материалами дела подтверждено наличие договорных отношений, совершение участниками действий, направленных на достижение соответствующего правового результата.

Доказательств, позволяющих сомневаться в реальности хозяйственных операций между должником и ООО «ЮСК», материалы дела не содержат.

Конкурсный управляющий не привел убедительных доводов в обоснование доводов о притворности сделки, в связи с чем у суда первой инстанции отсутствовала возможность квалификации сделки в качестве притворной.

Поскольку конкурсным управляющим не доказана безвозмездность по сделкам (то есть отсутствие неравноценного встречного исполнения), сделать вывод о совершении таковой во вред кредиторам, в отсутствие иных доказательств и обстоятельств, свидетельствующих о порочности сделки, невозможно.

Исходя из конкретных обстоятельств дела, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу об отсутствии правовых оснований для применения к спорным правоотношениям статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации. Также суд не усмотрел признаков мнимости отношений, недобросовестного поведения сторон спорной сделки и злоупотребления ими правом.

При рассмотрении настоящего обособленного спора факт недобросовестного поведения (злоупотребления правом) сторон оспариваемой сделки, а также их действия с намерением причинить вред другому лицу не установлен, в связи с чем основания для признания оспариваемой сделки по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством, отсутствуют.

Суд первой инстанции при исследовании доказательств по делу не установил наличие в деле доказательств, свидетельствующих о заведомой противоправной цели совершения спорных сделок, о намерении реализовать противоправный

интерес, направленный исключительно на нарушение прав и законных интересов кредиторов должника. Вместе с тем доказательства притворности сделки заявителем не представлены.

Оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы дела доказательства, исходя из конкретных обстоятельств дела, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о недоказанности материалами дела необходимой совокупности условий для признания сделок недействительными на основании положений статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также статей 10, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Суд апелляционной инстанции соглашается с указанными выводами суда первой инстанции, как согласующимися с нормами права и представленными в материалы дела доказательствами.

Вопреки позиции заявителя апелляционной жалобы, конкурсным управляющим не доказана совокупность оснований, для признания сделок недействительными, по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также статей 10, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В нарушение положений статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации конкурсным управляющим должника в материалы дела не представлены допустимые доказательства, подтверждающие, что ООО «ЮСК» осуществляло деятельность исключительно по необоснованному выводу денежных средств ООО «Михайловская компания».

В действиях ООО «Михайловская компания» и ООО «ЮСК» намерений реализовать какой-либо противоправный интерес судом апелляционной инстанции не установлен, а потому правовых оснований для признания сделки недействительной на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (злоупотребление правом) также не имелось.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены правильно, выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

При этом неотражение в судебных актах всех имеющихся в деле доказательств либо доводов сторон не свидетельствует об отсутствии их надлежащей судебной проверки и оценки (определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.08.2017 № 305-КГ17-1113).

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при разрешении спора судом первой инстанции не допущено.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта по приведенным доводам жалобы и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины относятся на заявителя апелляционной жалобы.

Поскольку заявителю в порядке статьи 333.22 Налогового кодекса Российской Федерации предоставлялась отсрочка уплаты государственной

пошлины, Федеральная налоговая служба с суммой 30 000 руб. государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы подлежит включению в реестр требований кредиторов должника в соответствии с пунктом 3 статьи 137 Закона о банкротстве.

Лицам, участвующим в деле, разъясняется, что для возврата с депозитного счета Первого арбитражного апелляционного суда денежных средств, внесенных для оплаты судебной экспертизы, необходимо направить в суд заявление о возврате денежных средств с указанием реквизитов банковского счета.

Руководствуясь статьями 268, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Владимирской области от 28.12.2024 по делу № А11-1658/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Михайловская компания» ФИО2 – без удовлетворения.

Включить Федеральную налоговую службу с суммой 30 000 руб. государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы в реестр требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «Михайловская компания» в соответствии с пунктом 3 статьи 137 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в месячный срок со дня его принятия через Арбитражный суд Владимирской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1 – 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

Председательствующий судья Н.В. Евсеева

Судьи

С.Г. Кузьмина

К.В. Полушкина