Постановление от 25 мая 2021 г. по делу № А40-39438/2017

ПОСТАНОВЛЕНИЕ



г. Москва

25.05.2021

Дело № А40-39438/2017


Резолютивная часть постановления объявлена 19.05.2021

Полный текст постановления изготовлен 25.05.2021


Арбитражный суд Московского округа

в составе:

председательствующего-судьи Закутской С.А.,

судей Михайловой Л.В., Зверевой Е.А.,

при участии в заседании:

от ФИО1 – ФИО2, по доверенности от 18 сентября 2018 года;

от ФИО3 - ФИО4, по доверенности от 23 апреля 2019 года;

рассмотрев 19.05.2021 в судебном заседании кассационную жалобу Цой Рузанны Геннадьевны

на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 15 февраля 2021 года

по заявлениям ФИО6 и ФИО3 о признании недействительной сделкой соглашение об уплате алиментов на содержание детей от 05.02.2017, заключенное между должником и ФИО1, применении последствий недействительности сделки,

в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) Индивидуального предпринимателя ФИО7,



УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 03 августа 2017 года индивидуальный предприниматель ФИО8 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества сроком на шесть месяцев, финансовым управляющим утверждена ФИО9.

В Арбитражный суд города Москвы поступили заявления ФИО6 и ФИО3 о признании недействительной сделкой соглашение об уплате алиментов на содержание детей от 05 февраля 2017 года, заключенное между должником и ФИО1 (далее - ФИО1, ответчик), а также о применении последствий недействительности сделки.

Протокольным определением суда от 17 августа 2020 года указанные заявления объединены для их совместного рассмотрения.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 09 сентября 2020 года в удовлетворении требований отказано.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 15 февраля 2021 года определение Арбитражного суда города Москвы от 09 сентября 2020 года по делу № А40-39438/17 отменено, признано недействительным соглашение об уплате алиментов от 05 февраля 2017 года, заключенное между должником и ФИО1

Не согласившись с принятым апелляционной инстанцией судебным актом, ФИО1 обратилась с кассационной жалобой в Арбитражный суд Московского округа, в которой просила постановление суда апелляционной инстанции отменить, оставить определение суда первой инстанции в силе.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Отзывы на кассационную жалобу в адрес суда не поступали.

19 мая 2021 года в суд поступило ходатайство финансового управляющего должника о рассмотрении кассационной жалобы в его отсутствие.

Как следует из материалов дела, оспаривая соглашение об уплате алиментов на содержание детей от 05 февраля 2017 года, заключенное между должником и ФИО1, кредиторы указали, что определением Арбитражного суда города Москвы от 29 сентября 2017 года по настоящему делу в реестр требований кредиторов должника включены требования ФИО1 в размере 3 430 000 руб. задолженности по алиментам, из них: за 2014 г. - в размере 1 630 000 руб., за 2015 г. - в размере 1 800 000 руб.

Кроме того, определением Арбитражного суда города Москвы от 24 октября 2017 года в реестр требований кредиторов должника включены требования ФИО1 в размере 8 576 221,20 руб. в части задолженности по алиментам за 2016 г. и до 05 февраля 2017 года в размере 5 120 000 руб., а также задолженности по алиментам за февраль 2017 года в размере 514 285,72 руб., задолженности по алиментам за март - июнь 2017 года в размере 2 400 000 руб., за июль 2017 года - в размере 541 935,48 руб.

Вышеуказанная задолженность ФИО7 перед ФИО1 возникла на основании соглашения об уплате алиментов на содержание детей от 05 февраля 2017 года, по условиям которого ФИО8, начиная с 05 февраля 2017 года и не позднее 15 числа следующего месяца обязуется ежемесячно уплачивать ФИО1 алименты на дочь ФИО10 ДД.ММ.ГГГГ г.р., дочь Цой Лею Евгеньевну ДД.ММ.ГГГГ г.р., дочь ФИО10 ДД.ММ.ГГГГ г.р. и сына ФИО10 ДД.ММ.ГГГГ г.р., в размере 600 000 руб., по 150 000 руб. на каждого ребенка.

Согласно п. 1.2. соглашения размер алиментов на содержание детей за период, предшествующий моменту заключения соглашения, составил 8 550 000 руб. из расчета: 5 400 000 руб. на содержание ФИО10 за 3 года, предшествующих заключению соглашения; 1 050 000 руб. на содержание Цой Леи Евгеньевны за период: с момента ее рождения и до момента заключения соглашения; 1 050 000 руб. - на содержание ФИО10 за период: с момента ее рождения и до момента заключения соглашения; 1 050 000 руб. - на содержание ФИО11 за период: с момента его рождения и до момента заключения соглашения.

По условиям п. 1.3. соглашения денежные обязательства ФИО7 уплачивать алименты на содержание детей за период, предшествующий моменту заключения соглашения, подлежат уплате ФИО1 и составляют в общем размере 8 550 000 руб.: 1 630 000 руб. - задолженность по алиментам за 2014 год.; 1 800 000 руб. - задолженность по алиментам за 2015 год; 4 425 000 руб. - задолженность по алиментам за 2016 год; 695 000 руб. - задолженность по алиментам до 05 февраля 2017 года (дата заключения соглашения об уплате алиментов на содержание детей).

После заключения соглашения об уплате алиментов от 05 февраля 2017 года у должника родился еще один ребенок - ФИО12 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, содержание которого также входит в обязанности должника.

Полагая, что соглашение об уплате алиментов на содержание детей от 05 февраля 2017 года имеет признаки недействительной сделки по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве), статьями 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, кредиторы обратились суд с настоящим заявлением.

Как указали кредиторы, оспариваемое соглашение заключено на условиях, отличных от условий, на которых в сравнимых обстоятельствах заключаются аналогичные сделки, и причиняет вред имущественным правам кредиторов завышенной стоимостью алиментов, при этом данная сделка является мнимой, поскольку стороны находились в браке.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении требований, исходил из того, что на момент заключения оспариваемого соглашения доход должника за 2016 год согласно справке уполномоченного органа составлял 20 604 201 руб. 79 коп., а, следовательно, при отсутствии соглашения должник был бы обязан оплачивать 171 701 руб. 68 коп. на каждого ребенка.

В связи с вышеизложенным суд пришел к выводу об отсутствии доказательств злоупотребления сторонами правом при заключении соглашения, при том что не доказано, что размер алиментов превышает разумные и достаточные потребности ребенка в материальном содержании.

Суд апелляционной инстанции, отменяя определение суда первой инстанции и признавая сделку недействительной, указал, что оспариваемое соглашение заключено в феврале 2017 года, а, следовательно, справка о доходах должника за 2016 год не может быть признана допустимым доказательством наличия у ФИО7 дохода, позволяющего уплачивать алименты в размере 150 000 руб. на каждого ребенка в последующий период, при этом представленные по запросу суда должником документы не подтверждают наличие у него по состоянию на февраль 2017 года дохода, позволявшего выплачивать алименты в размере 150 000 руб. на каждого ребенка.

Как указал суд апелляционной инстанции, ФИО8, зная о том, что у него отсутствует доход, позволивший бы ему ежемесячно выплачивать 900 000 руб. в качестве алиментов, находясь в предбанкротном состоянии (заявление о банкротстве ФИО7 принято к рассмотрению 13.03.2017) и при отсутствии какой-либо экономической целесообразности, заключил соглашение об уплате алиментов на содержание детей от 05.02.2017, при этом ФИО1, являясь супругой должника, также не могла не знать об отсутствии у ФИО7 возможности исполнить условия спорного соглашения и о наличии у него неисполненных обязательств перед кредиторами.

В связи с вышеизложенным суд пришел к выводу, что должник и ответчик заключали спорное соглашения без намерения создать соответствующие правовые последствия, что подтверждается также тем обстоятельством, что после заключения соглашения об уплате алиментов на содержание детей от 05.02.2017 должник никогда его не исполнял.

ФИО1, оспаривая принятые судебные акты, сослалась на то, что суды не учли, что на иждивении ответчика и должника находятся шесть несовершеннолетних детей и поскольку предметом соглашения является содержание несовершеннолетних детей, к участию в деле следовало привлечь орган опеки и попечительства.

Также заявитель кассационной жалобы указал, что суды не учли, что алиментные права и обязанности граждан возникают в силу императивных норм СК РФ, независимо от заключения соглашения, при этом в случае отсутствия соглашения размер алиментов на содержание 5 детей составил бы 10 302 100 руб. 90 коп., что составило 171 701 руб. 68 коп. в месяц на ребенка, а, следовательно, признаки явного завышения размера алиментов отсутствуют.

Как считает заявитель, на момент заключения соглашения не было оснований полагать, что в отношении супруга будет инициирована процедура банкротства, при этом в процессе осуществления предпринимательской деятельности должник не может иметь фиксированного ежемесячного дохода.

Кроме того, по мнению заявителя, суды не учли разъяснения, данные в п.12 постановления Пленума ВС РФ от 25 декабря 2018 года №48, согласно которым сделка может быть оспорена только в той части, в которой предоставление, причитающееся получателю алиментов, превосходит его разумные достаточные потребности.

Представитель заявителя (ответчика) в судебном заседании поддержал доводы кассационной жалобы.

Представитель кредитора - ФИО3 возражал по доводам кассационной жалобы.

Изучив доводы кассационной жалобы, исследовав материалы дела, заслушав представителей лиц, явившихся в заседание, проверив в порядке статей 284, 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии с частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статьей 32 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Отношения, связанные с банкротством граждан, регулируются главой X Закона о банкротстве, а в случае отсутствия в ней каких-либо положений - главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI указанного Закона (п. 1 ст. 213.1 Закона о банкротстве).

Верховным Судом Российской Федерации в Определени от 27.10.2017 № 310-ЭС17-9405(1,2) сформулирован следующий правовой подход при рассмотрении аналогичных требований.

Особенность настоящего спора состоит в том, что интересу кредитора в возврате долга не противопоставляется запрещенный законом интерес должника в уклонении от исполнения взятых на себя обязательств (в связи с чем отсутствует и признак сокрытия имущества), а противопоставляются интересы детей как кредиторов должника по алиментному соглашению.

Таким образом, разрешая вопрос о допустимости оспаривания данного соглашения, необходимо соотнести две правовые ценности: права ребенка на уровень жизни, необходимый для его физического, умственного, духовного, нравственного и социального развития (статья 27 Конвенции о правах ребенка от 20.11.1989), с одной стороны, и закрепленное в статьях 307 и 309 Гражданского кодекса Российской Федерации право кредитора по гражданско-правовому обязательству получить от должника надлежащее исполнение, с другой стороны, - и установления между названными ценностями баланса.

При этом под соответствующим балансом не может пониматься равенство интересов детей как кредиторов по алиментам и обычных гражданско-правовых кредиторов. Коль скоро Российская Федерация является социальным государством (часть 1 статьи 7 Конституции Российской Федерации), под защитой которого находятся материнство и детство (часть 1 статьи 38 Конституции Российской Федерации), интересы детей имеют приоритетное значение по отношению к обычным кредиторам. Равным образом данный вывод следует из положений пунктов 2 и 3 статьи 213.27 Закона о банкротстве, согласно которым алиментные требования к гражданину-банкроту в отличие от иных требований подлежат первоочередному удовлетворению.

Следовательно, недействительность алиментного соглашения применительно к делу о банкротстве сама по себе не может быть обоснована через ссылку на ухудшение этим соглашением положения кредиторов по обязательствам с более низкой очередностью удовлетворения.

Для квалификации такой сделки в качестве недействительной необходимо установить, что согласованный (бывшими) супругами размер алиментов носил явно завышенный и чрезмерный характер, чем был причинен вред иным кредиторам гражданина. При этом необходимо исходить не из относительного (процентного) показателя согласованного сторонами размера алиментов, а из абсолютной величины денежных средств, выделенных ребенку (для чего необходимо установить уровень доходов плательщика алиментов).

В случае, если такая сумма явно превышает разумно достаточные потребности ребенка в материальном содержании (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 14.05.2012 N 11-П), то соглашение может быть признано недействительным в части такого превышения, но в любом случае с сохранением в силе соглашения в той части, которая была бы взыскана при установлении алиментов в судебном порядке (статья 81 Семейного кодекса Российской Федерации). Если же признак явного превышения размером алиментов уровня, достаточного для удовлетворения разумных потребностей ребенка, не доказан, то такое соглашение не может быть квалифицировано в качестве причиняющего вред остальным кредиторам должника.

В Определении Верховного Суда РФ от 02 августа 2018 года №305-ЭС18-1570 указано следующее.

Действующее законодательство не устанавливает запрет на заключение соглашения об алиментах при наличии у плательщика алиментов признаков неплатежеспособности и кредиторской задолженности, а также не ставит в зависимость его заключение от указанных обстоятельств.

Напротив, в случае банкротства такого лица требование о взыскании алиментов обладает преференцией перед иными требованиями кредиторов (пункты 2, 3 статьи 213.27 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)".

Вместе с тем, в отличие от обычных условий, в ситуации несостоятельности обязанного к уплате алиментов лица существенное превышение размера алиментов относительно доли от дохода, которая подлежала бы уплате по закону (статья 81 Семейного кодекса Российской Федерации), может вызывать у кредиторов должника обоснованные претензии, поскольку от объема первоочередных платежей зависит удовлетворение их требований в процедуре банкротства.

В связи с этим при разрешении такого рода споров судам необходимо обеспечить баланс интересов: с одной стороны - несовершеннолетнего в получении содержания, который должен обеспечиваться независимо от несостоятельности плательщика алиментов, с другой - кредиторов, заключающийся в недопущении недобросовестного увеличения кредиторской задолженности. Сохранение ребенку прежнего уровня его материального обеспечения, существенно превышающего установленные законом нормы, не может быть реализовано за счет кредиторов. Иной подход посягает на основы правопорядка и стабильность гражданского оборота.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 г. № 48 внесудебное соглашение об уплате алиментов может быть признано недействительным по заявлению финансового управляющего, кредиторов должника, чьи требования признаны арбитражным судом, рассматривающим дело о банкротстве, обоснованными и по размеру отвечают критерию, указанному в пункте 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве, в той части, в которой предоставление, причитающееся получателю алиментов, превосходит его разумно достаточные потребности, чем причиняется ущерб интересам иных кредиторов (статья 61.2 Закона о банкротстве, статьи 10 и 168, 170 ГК РФ).

Согласно нормам ст. 81 СК РФ минимальный размер алиментов, следующий при отсутствии соглашения об уплате алиментов, алименты на несовершеннолетних детей взыскиваются судом с их родителей ежемесячно в размере: на одного ребенка - одной четверти, на двух детей - одной трети, на трех и более детей - половины заработка и (или) иного дохода родителей.

В силу ст. 86 СК РФ при наличии исключительных обстоятельств (тяжелой болезни, увечья несовершеннолетних детей или нетрудоспособных совершеннолетних нуждающихся детей, необходимости оплаты постороннего ухода за ними и других обстоятельств) каждый из родителей может быть привлечен судом к участию в несении дополнительных расходов, вызванных этими обстоятельствами.

В данном случае по условиям соглашения об алиментах стороны установили их размер, начиная с 2014 года, а, следовательно, судам при разрешении спора с учетом вышеуказанных разъяснений Верховного Суда РФ следовало установить по каждому согласованному сторонами соглашения периоду задолженности, а также по периоду, начиная с 05 февраля 2017 года - не носил ли согласованный размер алиментов явно завышенный и чрезмерный характер, при этом необходимо исходить не из относительного (процентного) показателя согласованного сторонами размера алиментов, а из абсолютной величины денежных средств, выделенных ребенку (для чего необходимо установить уровень доходов плательщика алиментов).

В случае если такая сумма явно превышает разумно достаточные потребности ребенка в материальном содержании (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 14.05.2012 N 11-П), то соглашение может быть признано недействительным в части такого превышения, но в любом случае с сохранением в силе соглашения в той части, которая была бы взыскана при установлении алиментов в судебном порядке (статья 81 Семейного кодекса Российской Федерации).

Между тем, суды данные обстоятельства не выясняли, при этом суд первой инстанции рассмотрел уровень дохода должника только за 2016 год, а суд апелляционной инстанции сослался на отсутствие аналогичного дохода в последующий период.

В связи с вышеизложенным суд округа полагает, что судебные акты приняты при неполном выяснении обстоятельств, имеющих значение для дела, в связи с чем подлежат отмене с направлением дела на новое рассмотрение, поскольку суд кассационной инстанции лишен полномочий по сбору и оценке доказательств.

Также суд округа отмечает, что в случае, если у суда имеются основания сомневаться в добросовестности сторон спорного соглашения, супруги должны раскрыть суду разумные экономические мотивы заключения алиментного соглашения, а также непредъявления его к исполнению вплоть до инициирования несостоятельности алиментообязанного лица.

Если подобные мотивы раскрыты не будут, совокупность приведенных обстоятельств может свидетельствовать о злоупотреблении правом при заключении спорного соглашения.

При новом рассмотрении дела суду следует учесть изложенное, рассмотреть спор с учетом правовых позиций, изложенных в Определениях Верховного Суда Российской Федерации N 310-ЭС17-9405(1,2), N 305-ЭС18-9309, N 305-ЭС18-1570, после чего разрешить вопрос о наличии либо отсутствии оснований для удовлетворения требований кредиторов о признании сделки недействительной.

Руководствуясь статьями 284 - 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 09 сентября 2020 года и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 15 февраля 2021 года по делу № А40-39438/2017 отменить, направить обособленный спор на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий-судья С.А. Закутская


Судьи: Л.В. Михайлова


Е.А. Зверева