Постановление от 20 февраля 2024 г. по делу № А47-14734/2023

ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД






ПОСТАНОВЛЕНИЕ



№ 18АП-17747/2023
г. Челябинск
20 февраля 2024 года
Дело № А47-14734/2023



Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе судьи Плаксиной Н.Г. рассмотрел без вызова сторон апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1 на решение Арбитражного суда Оренбургской области от 10 ноября 2023 года по делу № А47-14734/2023, рассмотренному в порядке упрощенного производства.


Нью Бэлэнс Атлетикс, ИНК (New Balance Athletics, INC) (далее также – истец, компания) обратилась в Арбитражный суд Оренбургской области с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (далее – ответчик, ИП ФИО1, предприниматель) о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки №№ 92006, 356065, 152853, 1000194, 949045 в размере 50 000 руб., расходов по оплате государственной пошлины в размере 2000 руб., расходов на почтовые отправления в размере 324 руб., расходов на фиксацию правонарушения (стоимость контрафактного товара) в размере 5500 руб.

Дело рассмотрено судом первой инстанции в порядке упрощенного производства в соответствии со статьей 227 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Решением Арбитражного суда Оренбургской области от 10.11.2023 (резолютивная часть решения объявлена 07.11.2023) по делу № А47-14734/2023 исковые требования удовлетворены частично, с ответчика в пользу истца взысканы компенсация за нарушение исключительных прав на товарные знаки №№ 92006, 356065, 152853, 1000194, 949045 в размере 25 000 руб., расходы на почтовые отправления в размере 324 руб., расходы на фиксацию правонарушения (стоимость контрафактного товара) в размере 5500 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 2000 руб., в удовлетворении остальной части иска отказано.

Не согласившись с вынесенным решением, ИП ФИО1 (далее также – податель апелляционной жалобы, апеллянт) обратилось в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить.

В обоснование доводов апелляционной жалобы её податель указывает, что суд первой инстанции пришёл к неверному выводу о том, что предпринимателем допущено 5 фактов нарушения исключительных прав истца, поскольку предпринимателем допущен 1 факт – продажа товара (кроссовок).

Апеллянт указывает, что на проданном товаре товарные знаки отличаются от оригинальных по шрифту, продукция отличается по ярлыкам, швам, в связи с чем не доказана схожесть до степени смешения товарных знаков с нанесенными на спорный товар обозначений.

Также апеллянт утверждает, что в действиях предпринимателя отсутствовал умысел причинить вред правообладателю, поскольку ответчик, реализуя спорный товар, фактически была введена в заблуждение поставщиком, который по условиям договора поставки от 10.10.2022 заверил предпринимателя в законности введения продукции в гражданский оборот.

По мнению апеллянта, суд первой инстанции неверно определил размер государственной пошлины (вместо 1000 руб. – 2000 руб.).

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о принятии апелляционной жалобы к производству суда апелляционной инстанции, в том числе публично путём размещения указанной информации на официальном сайте Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет.

В соответствии с частью 1 статьи 272.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции рассмотрел апелляционную жалобу без вызова сторон по имеющимся в деле доказательствам после истечения срока для предоставления отзыва на апелляционную жалобу – 16.02.2024.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов апелляционной жалобы.

Как следует из материалов дела, истец является правообладателем исключительного права на товарные знаки, зарегистрированные, в том числе, в отношении товаров 18, 25 классов МКТУ – в том числе сумки спортивные, дорожные, хозяйственные, рюкзаки; одежда, в том числе спортивная и для отдыха, обувь, включая спортивную, головные уборы: №№ 92006, 92109, 152853, 356065, 1000194, 949045.

Товарные знаки зарегистрированы по Мадридской системе международной регистрации товарных знаков и охраняемых на территории Российской Федерации, которым выданы свидетельства №№ 92006, 356065, 152853, 92109, 1000194, 949045.

Истцу стало известно, что в торговой точке, расположенной по адресу: ул. Ленинская, 52, Оренбург, Оренбургская обл., 460014, предлагается к продаже и реализуется продукция, незаконно индивидуализированная товарными знаками, а именно обувь спортивная – кроссовки.

В указанной торговой точке истцом была осуществлена проверочная закупка товара, незаконно индивидуализированного товарными знаками, что подтверждается кассовым чеком от 12.04.2023.

Процесс осмотра торговой точки и закупки товара фиксировался посредством ведения видеозаписи.

В подтверждение сделки продавцом выдан чек с реквизитами ответчика.

Процесс заключения договора купли-продажи, в порядке статей 12, 14 Гражданского кодекса Российской Федерации, в целях самозащиты гражданских прав, фиксировался истцом посредством ведения видеозаписи.

В исковом заявлении истец указывает на то, что не давал своего разрешения ответчику на использование принадлежащих ему исключительных прав. Товар, реализованный ответчиком, не вводился в гражданский оборот истцом и (или) третьими лицами с согласия истца.

Предложением к продаже и реализацией товара ответчик нарушил исключительные права истца на товарные знаки №№ 92006, 356065, 152853, 1000194, 949045.

Таким образом, в ходе проведения осмотра торговой точки и проверочной закупки был установлен факт нарушения ответчиком исключительных прав истца на товарные знаки.

В рамках досудебного урегулирования спора истцом в адрес ответчика была направлена досудебная претензия от 03.05.2023 с требованием о выплате компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки.

Поскольку между сторонами не достигнуто соглашение о размере компенсации за нарушение ответчиком исключительных прав истца, последний обратился в арбитражный суд с настоящим иском о взыскании с ответчика компенсации за нарушение исключительных прав в размере 50 000 руб.

Рассмотрев спор по существу, суд первой инстанции пришёл к выводу о наличии оснований для взыскания компенсации за нарушение исключительных прав истца на пять товарных знаков №№ 92006, 356065, 152853, 1000194, 949045 и по ходатайству ответчика уменьшил размер взыскиваемой суммы компенсации до 5000 руб. за каждое нарушение.

Оценив повторно в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все имеющиеся в деле доказательства в их совокупности, суд апелляционной инстанции считает, что выводы суда первой инстанции являются правильными, соответствуют обстоятельствам дела и действующему законодательству.

В соответствии со статьей 1226 ГК РФ, на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации признаются интеллектуальные права, которые включают исключительное право, являющееся имущественным правом, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, также личные неимущественные права и иные права (право следования, право доступа и другие).

Статьей 1229 ГК РФ установлено, что гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если этим Кодексом не предусмотрено иное. Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением). Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных этим Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными этим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную ГК РФ, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается ГК РФ.

Согласно статье 1252 ГК РФ, защита исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации осуществляется, в частности, путем предъявления требования:

о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, - к лицу, совершающему такие действия или осуществляющему необходимые приготовления к ним, а также к иным лицам, которые могут пресечь такие действия;

о возмещении убытков - к лицу, неправомерно использовавшему результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без заключения соглашения с правообладателем (бездоговорное использование) либо иным образом нарушившему его исключительное право и причинившему ему ущерб, в том числе нарушившему его право на вознаграждение, предусмотренное статьей 1245, пунктом 3 статьи 1263 и статьей 1326 настоящего Кодекса;

об изъятии материального носителя в соответствии с пунктом 4 этой статьи - к его изготовителю, импортеру, хранителю, перевозчику, продавцу, иному распространителю, недобросовестному приобретателю (пункт 1).

В случаях, предусмотренных настоящим Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков. Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных настоящим Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости. Если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации. При этом в случае, если права на соответствующие результаты или средства индивидуализации принадлежат одному правообладателю, общий размер компенсации за нарушение прав на них с учетом характера и последствий нарушения может быть снижен судом ниже пределов, установленных настоящим Кодексом, но не может составлять менее пятидесяти процентов суммы минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения (пункт 3).

В силу пункта 1 статьи 1477 ГК РФ под товарным знаком понимается обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей.

В соответствии со статьей 1481 ГК РФ, на товарный знак, зарегистрированный в Государственном реестре товарных знаков, выдается свидетельство на товарный знак (пункт 1). Свидетельство на товарный знак удостоверяет приоритет товарного знака и исключительное право на товарный знак в отношении товаров, указанных в свидетельстве (пункт 2).

Статьей 1484 ГК РФ установлено, что лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 ГК РФ любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 этой статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак (пункт 1).

Исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: 1) на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; 2) при выполнении работ, оказании услуг; 3) на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; 4) в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; 5) в сети «Интернет», в том числе в доменном имени и при других способах адресации (пункт 2).

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3).

В силу статьи 1515 ГК РФ товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными (пункт 1).

Правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: 1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; 2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака (пункт 4).

По смыслу статьи 1515 ГК РФ, нарушением исключительного права владельца товарного знака признается использование не только тождественного товарного знака, но и сходного с ним до степени смешения обозначения.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пунктах 157, 162 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 10), с учетом пункта 1 статьи 1477 и статьи 1484 ГК РФ использованием товарного знака признается его использование для целей индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей.

Согласно пункту 3 статьи 1484 ГК РФ, никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения. Для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак. Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения. Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю. При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства. Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается. Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

Как усматривается из материалов дела, истец обратился в арбитражный суд с исковым заявлением о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки №№ 92006, 356065, 152853, 1000194, 949045.

Судом первой инстанции установлено, что ответчиком допущено использование товарных знаков №№ 92006, 356065, 152853, 1000194, 949045, правообладателем которых является истец, без согласия последнего.

Использование данные объекты исключительных прав осуществлено ответчиком путем предложения к продаже и фактической реализации товара, на котором имеются товарные знаки, сходные до степени смешения с товарными знаками, правообладателем которых является истец.

В качестве доказательств нарушения своих прав истцом представлено фото товара – «обувь спортивная – кроссовки», который приобретён 12.04.2023, что подтверждается кассовым чеком от указанной даты и видеозаписью процесса покупки.

Эти обстоятельства подтверждены представленными в материалы дела кассовым чеком от 12.04.2023 (содержащим в том числе наименование продавца – ИП ФИО1), фотографиями торговой точки и приобретенного товара, видеозаписью покупки и вещественным доказательством. Уплаченная стоимость товара составила 5500 руб.

Для разрешения вопроса о сходстве обозначения с зарегистрированным товарным знаком можно руководствоваться положениями Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденных Приказом Минэкономразвития России от 20.07.2015 № 482 (далее – Правила № 482) и Методических рекомендаций по проверке заявленных обозначений на тождество и сходство, утвержденных Приказом Роспатента от 31.12.2009 № 197 (далее – Методические рекомендации № 197), в соответствии с которыми при определении сходства обозначений исследуются звуковое (фонетические), графическое (визуальное) и смысловое (семантическое) сходство обозначений, а также исследуется значимость положения, занимаемого тождественным или сходным элементом в заявленном обозначении (пункт 41 Правил № 482 и пункт 3 Методических рекомендаций № 197).

Обозначение считается тождественным с другим обозначением (товарным знаком), если оно совпадает с ним во всех элементах. Обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением (товарным знаком), если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия (пункт 41 Правил № 482).

В соответствии с пунктом 42 Правил № 482, словесные обозначения сравниваются со словесными обозначениями и с комбинированными обозначениями, в композиции которых входят словесные элементы.

Сходство словесных обозначений оценивается по звуковым (фонетическим), графическим (визуальным) и смысловым (семантическим) признакам, а именно:

1) звуковое сходство определяется на основании следующих признаков: наличие близких и совпадающих звуков в сравниваемых обозначениях; близость звуков, составляющих обозначения; расположение близких звуков и звукосочетаний по отношению друг к другу; наличие совпадающих слогов и их расположение; число слогов в обозначениях; место совпадающих звукосочетаний в составе обозначений; близость состава гласных; близость состава согласных; характер совпадающих частей обозначений; вхождение одного обозначения в другое; ударение;

2) графическое сходство определяется на основании следующих признаков: общее зрительное впечатление; вид шрифта; графическое написание с учетом характера букв (например, печатные или письменные, заглавные или строчные); расположение букв по отношению друг к другу; алфавит, буквами которого написано слово; цвет или цветовое сочетание;

3) смысловое сходство определяется на основании следующих признаков: подобие заложенных в обозначениях понятий, идей (в частности, совпадение значения обозначений в разных языках); совпадение одного из элементов обозначений, на который падает логическое ударение и который имеет самостоятельное значение; противоположность заложенных в обозначениях понятий, идей.

Эти признаки учитываются как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях.

В соответствии с разделом 3 Методических рекомендаций № 197, оценка сходства обозначений производится на основе общего впечатления, формируемого, в том числе с учетом неохраняемых элементов. При этом, формирование общего впечатления может происходить под воздействием любых особенностей обозначений, в том числе доминирующих словесных или графических элементов, их композиционного и цветографического решения и другое. Исходя из разновидности обозначения (словесное, изобразительное, звуковое и т.д.) и/или способа его использования, общее впечатление может быть зрительным и/или слуховым. Сходство обозначений связано с однородностью товаров (услуг), в отношении которых обозначения заявлены (зарегистрированы). При идентичности товаров (услуг), а также при их однородности, близкой к идентичности, больше вероятность смешения обозначений, используемых для индивидуализации товаров (услуг).

Использованные для обозначения товара, реализованного в торговой точке ответчика, буквенные обозначения «NB», «NEW BALANCE» имеет полное сходство с товарными знаками истца по свидетельствам Российской Федерации №№ 92006, 356065, 152853, 1000194, 949045 по звуковым (фонетическим) и графическим (визуальным) признакам, а поскольку это обозначение использовано в связи с осуществлением однородного вида деятельности (в целях реализации товара, относящегося к обуви – «обувь спортивная – кроссовки»), следует признать подтвержденным сходство такого обозначения с указанными товарными знаками истца до степени смешения.

Степень известности и узнаваемости товара указывает на возникновение вероятности смешения обозначений, использованных ответчиком, и товарных знаков истца.

Нанесением указанных обозначений на реализованный ответчиком товар нарушены исключительные права истца на товарные знаки по свидетельствам Российской Федерации №№ 92006, 356065, 152853, 1000194, 949045, поскольку использование указанных обозначений совершено ответчиком в отношении вида товара, на который распространяется правовая охрана товарных знаков истца, и при этом такое использование обозначения произведено в отсутствие согласия правообладателя.

Более того, при установлении смешения сходных обозначений также проводится анализ однородности товаров, для которых зарегистрированы защищаемые истцом товарные знаки, со спорным товаром ответчика.

Как следует из пункта 45 Правил №482, при установлении однородности товаров определяется принципиальная возможность возникновения у потребителя представления о принадлежности этих товаров одному изготовителю. При этом принимаются во внимание род, вид товаров, их потребительские свойства, функциональное назначение, вид материала, из которого они изготовлены, взаимодополняемость либо взаимозаменяемость товаров, условия и каналы их реализации (общее место продажи, продажа через розничную либо оптовую сеть), круг потребителей и другие признаки.

Вывод об однородности товаров делается по результатам анализа перечисленных признаков в их совокупности в том случае, если товары или услуги по причине их природы или назначения могут быть отнесены потребителями к одному и тому же источнику происхождения (изготовителю).

Признаки однородности товаров подразделяются на основные и вспомогательные. К основным признакам относятся: род (вид) товаров; назначение товаров; вид материала, из которого изготовлены товары. Остальные признаки относятся к вспомогательным.

Чаще всего основанием для признания товаров однородными является их принадлежность к одной и той же родовой или видовой группе. При определении однородности товаров с учетом их назначения целесообразно принимать во внимание область применения товаров и цель применения.

Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю.

Товарные знаки истца зарегистрированы, в том числе в отношении товаров 18, 25 классов МКТУ – в том числе сумки спортивные, дорожные, хозяйственные, рюкзаки; одежда, в том числе спортивная и для отдыха, обувь, включая спортивную, головные уборы.

Реализованный ответчиком товар является однородным к товарам по классам МКТУ, в отношении которых зарегистрированы товарные знаки истца.

С учетом установленной высокой степени сходства сравниваемых товарных знаков истца и используемых ответчиком обозначений и однородности сравниваемых товаров, апелляционный суд пришел к выводу о возможности их смешения в гражданском обороте.

С учетом изложенного апелляционный суд приходит к выводу, что спорные обозначения на товаре ассоциируются в целом с товарными знаками истца и свидетельствуют о сходстве указанных обозначений до их степени смешения.

Также подлежит отклонению довод о том, что товарные знаки являются фактически группой товарных знаков правообладателя, являются зависимыми друг от друга, что свидетельствует об одном нарушении, поскольку если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации (пункт 3 статьи 1252 ГК РФ).

Если на один товар нанесено несколько товарных знаков, то количество нарушений определяется не количеством единиц товара, а количеством использованных товарных знаков.

Доводы апеллянта о приобретении спорного товара как обоснование легальности у третьих лиц не принимаются.

Так, в подпункте 3 пункта 1 статьи 1252 ГК РФ предписано, что требование о возмещении убытков может быть предъявлено к лицу (в том числе, изготовитель или лицо, реализующие данную продукцию), неправомерно использовавшему результаты интеллектуальной деятельности без заключения соглашения с правообладателем (бездоговорное использование) либо иным образом нарушившему его исключительное право и причинившему ему ущерб.

Действия лица по распространению контрафактных товаров образуют самостоятельное нарушение исключительных прав.

При этом сам по себе факт приобретения этих товаров у третьих лиц не свидетельствует об отсутствии вины лица, их перепродающего.

Таким образом, оценив доказательства в их совокупности, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о подтвержденности факта продажи контрафактного товара именно в магазине ответчика.

В данном случае ответчиком допущено использование товарных знаков, правообладателем которых является истец, без согласия последнего. Использование данных объектов исключительных прав осуществлено ответчиком путем предложения к продаже и фактической реализации товара, на котором имеются обозначения, сходные до степени смешения с товарными знаками, правообладателем которого является истец.

В этой связи следует согласиться с выводами суда первой инстанции о нарушении действиями ответчика исключительных прав истца на товарные знаки по свидетельствам Российской Федерации №№ 92006, 356065, 152853, 1000194, 949045, а также о необходимости применения в отношении нарушителя мер, направленных на защиту таких прав.

Как указано выше, правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков в том числе выплаты компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей (пункт 4 статьи 1515 ГК РФ). Именно такой способ определения размера компенсации избран истцом.

Как разъяснено в пунктах 59, 61, 62 Постановления № 10, компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер. Заявляя требование о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда, истец должен представить обоснование размера взыскиваемой суммы (пункт 6 части 2 статьи 131, абзац восьмой статьи 132 ГПК РФ, пункт 7 части 2 статьи 125 АПК РФ), подтверждающее, по его мнению, соразмерность требуемой им суммы компенсации допущенному нарушению, за исключением требования о взыскании компенсации в минимальном размере. Рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации (абзац второй пункта 3 статьи 1252). По требованиям о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей суд определяет сумму компенсации исходя из представленных сторонами доказательств не выше заявленного истцом требования. Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение (статья 196 ГПК РФ, статья 168 АПК РФ), учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации (абзац пятый статьи 132, пункт 1 части 1 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 1 статьи 126 АПК РФ), а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации (пункты 2 и 3 части 2 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 5 статьи 131 АПК РФ).

Заявляя о взыскании с ответчика компенсации в общей сумме 50 000 руб., истец сослался на следующие обстоятельства: объем реализуемой предпринимателем контрафактной продукции (точный объем определить не удалось, но исходя из видеозаписи, полагает, что к продаже предлагался значительный объем продукции); низкая цена реализуемой ответчиком продукции (не менее чем в 2 раза ниже цены на оригинальную продукцию); высокая степень общественной опасности нарушений (ввиду продажи контрафактной продукции низкого качества и неизвестного происхождения); известность продукции истца на рынке; высокая степень репутационного ущерба истцу реализацией низкокачественного товара, маркированного его товарными знаками; степень вины ответчика (прямой умысел); систематичность и грубый характер допущенных ответчиком нарушений, поскольку к продаже предлагалось большое количество контрафактного товара (что следует из видеозаписи процесса закупки).

Ответчиком при рассмотрении дела в суде первой инстанции заявлено о необходимости снижения размера компенсации в связи с ее чрезмерностью.

Рассмотрев ходатайство ответчика, суд первой инстанции нашёл его обоснованным и снизил подлежащую взысканию компенсацию до 25 000 руб. (по 5000 руб. за каждый факт) на основании части 3 статьи 1252 ГК РФ.

При этом суд первой инстанции исходил из того, что компенсация в размере 5000 руб. за каждое нарушение, исходя из обстоятельств конкретного дела, является соразмерной компенсацией за допущенное правонарушение. Данная сумма будет достаточной для того, чтобы возместить возможные материальные потери истца вследствие нарушения его исключительных прав ответчиком, а также достаточной для того, чтобы ответчик впредь не нарушал исключительные права истца.

Как указано выше, подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ установлены значения размера компенсации, определяемой по усмотрению суда в твердой сумме – от 10 000 руб. до 5 000 000 руб.

Снижая заявленный истцом размер компенсации до 25 000 руб., суд первой инстанции сослался на правовую позицию, изложенную в Постановлении № 28-П.

В силу абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ, если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации. При этом в случае, если права на соответствующие результаты или средства индивидуализации принадлежат одному правообладателю, общий размер компенсации за нарушение прав на них с учетом характера и последствий нарушения может быть снижен судом ниже пределов, установленных настоящим Кодексом, но не может составлять менее пятидесяти процентов суммы минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения (пункт 3).

Согласно пункту 4.2 Постановления № 28-П у суда имеются правомочия при наличии определенных обстоятельств снижать размер компенсации за однократное неправомерное использование нескольких результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации ниже установленных законом пределов, если не снижение компенсации может привести, вопреки конституционным требованиям справедливости и равенства, к явной несоразмерности налагаемой на ответчика имущественной санкции ущербу, причиненному правообладателю, и тем самым – к нарушению баланса их прав и законных интересов, которые защищаются статьями 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, и соблюдение которых гарантируется основанными на этих статьях принципами гражданско-правовой ответственности в сфере предпринимательской деятельности. Отступление от требований справедливости, равенства и соразмерности при взыскании с индивидуального предпринимателя компенсации в пределах, установленных подпунктом 1 статьи 1301, подпунктом 1 статьи 1311 и подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ во взаимосвязи с абзацем третьим пункта 3 статьи 1252 данного Кодекса, за нарушение одним действием прав на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации может иметь место, если размер подлежащей выплате компенсации, исчисленной по установленным данными законоположениями правилам даже с учетом возможности ее снижения, многократно превышает размер причиненных правообладателю убытков (при том, что эти убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком) и если обстоятельства конкретного дела свидетельствуют, в частности, о том, что правонарушение совершено индивидуальным предпринимателем впервые и что использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью его предпринимательской деятельности и не носило грубый характер (например, если продавцу не было заведомо известно о контрафактном характере реализуемой им продукции). Кроме того, отсутствие у суда, столкнувшегося с необходимостью применения на основании прямого указания закона санкции, являющейся, с учетом обстоятельств конкретного дела, явно несправедливой и несоразмерной допущенному нарушению, возможности снизить ее размер ниже установленного законом предела подрывает доверие граждан как к закону, так и к суду.

В данном случае имеются основания для применения указанных выше разъяснений Конституционного Суда Российской Федерации.

Оценка фактических обстоятельств дела на предмет наличия оснований для уменьшения заявленного размера компенсации произведена судом первой инстанции, исходя из внутреннего убеждения, выводы суда основаны на материалах дела и должным образом аргументированы, а потому оснований для их переоценки суд апелляционной инстанции не усматривает.

Таким образом, решение суда первой инстанции о взыскании с ответчика в пользу истца компенсации в общей сумме 25 000 руб. является законным и обоснованным.

С учетом удовлетворения исковых требований, принимая во внимание компенсационный характер судебных издержек, предусмотренный положениями статьями 106, 110, 111 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом первой инстанции обоснованно взысканы с ответчика в пользу истца расходы на почтовые отправления в размере 324 руб., расходы на фиксацию правонарушения (стоимость контрафактного товара) в размере 5500 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 2000 руб.

Доводы апелляционной жалобы о том, что суд первой инстанции неверно определил размер взысканной с ответчика государственной пошлины (вместо 1000 руб. – 2000 руб.), не принимаются судом апелляционной инстанции.

В соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

При обращении в суд истец понес судебные расходы по уплате государственной пошлины по иску 2000 руб.

Суд правильно указал, что согласно правовой позиции, изложенной в Постановлении Конституционного Суда РФ от 28.10.2021 № 46-П, часть 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования не предполагает отнесения на обладателя исключительных прав на объекты интеллектуальной собственности судебных расходов, понесенных им в связи с обращением в суд за защитой своих прав, в случае, когда, установив нарушение исключительных прав и удовлетворяя требования правообладателя о выплате ему компенсации за их нарушение, заявленные в минимальном размере, предусмотренном законом для соответствующего нарушения, арбитражный суд принимает решение о снижении размера компенсации.

Поскольку в данном случае судом размер компенсации определен ниже минимального размера за каждый факт нарушения (5?5000 руб.), суд правомерно распределил судебные расходы истца по уплате государственной пошлины на ответчика в полном объеме (2000 руб.).

Учитывая вышеизложенное, судом первой инстанции полно и правильно установлены все фактические обстоятельства по делу, исходя из оценки доказательств и доводов, приведенных лицами, участвующими в деле, правильно применены нормы материального и процессуального права, принято законное и обоснованное решение, оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и для отмены судебного акта не имеется.

Доводы апелляционной жалобы подлежат отклонению как неосновательные по приведенным выше мотивам.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не установлено.

Суд апелляционной инстанции приходит к выводу о необоснованности поданной апелляционной жалобы и оставлению обжалуемого решения суда первой инстанции без изменения.

Поскольку в удовлетворении апелляционной жалобы отказано, судебные расходы по уплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы в силу статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежат отнесению на её подателя.

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд



ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Оренбургской области от 10 ноября 2023 года по делу № А47-14734/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Суд по интеллектуальным правам в течение двух месяцев со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.



Судья Н.Г. Плаксина