Постановление от 5 марта 2025 г. по делу № А11-1057/2020

Дело № А11-1057/2020
06 марта 2025 года
г. Владимир



Резолютивная часть постановления объявлена 20 февраля 2025 года.

Полный текст постановления изготовлен 06 марта 2025 года.


Первый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Евсеевой Н.В.,

судей Кузьминой С.Г., Полушкиной К.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Прозоровой Е.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «СтройМонтаж» на определение Арбитражного суда Владимирской области от 11.06.2024 по делу № А11-1057/2020, принятое по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «КомплектСтройМонтаж 33» (ОГРН <***>, ИНН <***>) ФИО1 о признании недействительной сделки в виде перечисления в период с 25.01.2017 по 13.09.2019 обществом с ограниченной ответственностью «КомплектСтройМонтаж 33» в пользу общества с ограниченной ответственностью «СтройМонтаж» (ОГРН <***>, ИНН <***>) денежных средств на общую сумму 7 374 006 руб. 46 коп. и применении последствий недействительности сделки,

при участии в судебном заседании: от заявителя (ООО «СтройМонтаж») – адвоката Шевченко А.В. по доверенности от 09.01.2024 сроком действия три года; от конкурсного управляющего ФИО1 – представителя ФИО2 по доверенности от 19.12.2023 № 4 сроком действия три года, установил следующее.


В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «КомплектСтройМонтаж 33» (далее – ООО «КомплектСтройМонтаж 33», должник) в Арбитражный суд Владимирской области обратился конкурсный управляющий ФИО1 (далее – ФИО1) с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о признании недействительной сделки по перечислению с расчетного счета должника в период с 25.01.2017 по 13.09.2019 денежных средств в пользу общества с ограниченной ответственностью «СтройМонтаж» (далее – ООО «СтройМонтаж», ответчик) на общую сумму 7 374 006 руб. 46 коп. и применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ООО «СтройМонтаж» в конкурсную массу ООО «КомплектСтройМонтаж Регион 33» денежных средств в размере 7 374 006 руб. 46 коп.

Арбитражный суд Владимирской области определением от 11.06.2024 удовлетворил заявление конкурсного управляющего в полном объеме, признал недействительной сделку по перечислению с расчетного счета ООО «КомплектСтройМонтаж Регион 33» денежных средств в пользу ООО «СтройМонтаж» на общую сумму 7 374 006 руб. 46 коп., применил последствия недействительности сделки, взыскал с ООО «СтройМонтаж» в пользу ООО «КомплектСтройМонтаж Регион 33» 7 374 006 руб. 46 коп.

Не согласившись с принятым судебным актом, ООО «СтройМонтаж» обратилось в Первый арбитражный апелляционной суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда отменить полностью в связи с неправильным применением норм материального права и процессуального права и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника.

Оспаривая законность принятого судебного акта, заявитель апелляционной жалобы указал на отсутствие оснований для признания сделки недействительной в связи с тем, что операции за период с 25.01.2017 по 16.06.2017 в сумме 1 695 000 руб. совершены за пределами трехлетнего периода подозрительности; оспариваемые сделки не являются самостоятельными и не зависящими друг от друга поступками сторон, а представляют собой единую цепочку действий. Считает, что реальность правоотношений сторон по договору подтверждается представленными письменными доказательствами. Полагает, что конкурсным управляющим пропущен срок исковой давности для оспаривания сделок. Отметил, что у сторон отсутствовала необходимость совершения мнимых сделок, поскольку отношения носили длительный и обычный сложившийся между сторонами предпринимательской деятельности характер, исполнены сторонами (помещения переданы, арендная плата внесена). Считает, что выводы суда противоречат представленным в материалы дела доказательствам. Отметил, что в случае компенсационного финансирования ответчик не несет риск признания сделок недействительными. Пояснил, что платежи по договорам аренды осуществлялись должником периодически, стороны находились в реальных договорных правоотношениях, некоторый разрыв в сроках оплаты связан с возникавшим разрывом в поступлении денежных средств должнику от его контрагентов. Подробно доводы заявителя изложены в апелляционной жалобе.

Конкурсный управляющий в отзыве на апелляционную жалобу и письменных пояснениях указал на законность определения суда, несостоятельность доводов заявителя апелляционной жалобы, просил оставить определение суда без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения. Отметил, что платежи были квалифицированы конкурсным управляющим в качестве мнимой сделки и оспаривались по пункту 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, на какие-либо иные основания недействительности оспариваемой сделки, в частности на специальные основания, предусмотренное статьей 61.2 Закона о банкротстве конкурсный управляющий не ссылался, с рассматриваемым заявлением конкурсный управляющий обратился в суд в пределах срока. Пояснил, что в обоснование позиции конкурсный управляющий привел суду совокупность согласующихся между собой доводов и подтверждающих их доказательств; развернутое обоснование того, что несмотря на то, что должником и ответчиком были предприняты действия, направленные на создание видимости возникновения между ними гражданских правоотношений по модели договора аренды (оформление фиктивного документооборота, которым при обычных условиях опосредуются соответствующие договорные отношения), в действительности оспариваемые перечисления денежных средств не имели юридической природы арендных платежей, и должник, и ответчик изначально не намеревались исполнять и фактически не исполняли формально заключенные между ними договоры в том порядке, в котором при обычных (нормальных) условиях гражданского оборота исполняются договоры аренды, заключенные между двумя независимыми и самостоятельными хозяйствующими субъектами. Также указал на несостоятельность довода о том, что существовавшая между должником и ответчиком модель отношений представляла собой форму компенсационного финансирования должника со стороны ООО «СтройМонтаж», поскольку в рассматриваемой ситуации фактически сложившиеся между сторонами отношения не подпадают под модель компенсационного финансирования, так как совершавшиеся между должником и ответчиком платежные операции, напротив, приводили к выводу активов должника в пользу аффилированного с ним ответчика, что ни при каких обстоятельствах не могло бы позволить скрыть факт возникновения у должника признаков имущественного кризиса, тогда как именно такой результат и является конечной целью и основным квалифицирующим признаком компенсационного финансирования. Сообщил, что в имеющихся в распоряжении конкурсного управляющего книгах покупок и продаж должника за 2016-2020 годы не отображены какие бы то ни было хозяйственные операции, которые бы совершались между должником и ответчиком. По мнению конкурсного управляющего, учитывая аффилированность должника и ответчика, а также принимая во внимание тот факт, что в распоряжении ФИО3 до настоящего времени находится печать ООО «КомплектСтройМонтаж Регион 33», можно совершенно однозначно утверждать, что у ответчика при содействии бывшего руководства должника имеется ничем не ограниченная возможность искусственного создания любых документов (в том числе и актов, в которых были бы зафиксированы якобы имевшие место факты утраты документации должника и/или ее последующего восстановления) с целью представления их в материалы дела в качестве доказательств якобы реального характера хозяйственных отношений с должником, в связи с чем данные документы не могут быть признаны достаточным доказательством реальности оспариваемых конкурсным управляющим сделок. Подробно возражения конкурсного управляющего изложены в отзыве на апелляционную жалобу и письменных пояснениях.

Документы, представленные заявителем апелляционной жалобы в суде апелляционной инстанции, приобщены к материалам дела (протокол судебного заседания от 28.11.2024).

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель заявителя поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, с пояснениями, просил определение суда отменить, апелляционную жалобу удовлетворить.

Представитель конкурсного управляющего поддержал возражения, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, просил определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в обособленном споре, отзыв на апелляционную жалобу не представили, явку полномочных представителей в судебное заседание суда апелляционной инстанции не обеспечили.

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционная жалоба рассматривается в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства в порядке статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Законность и обоснованность принятого по делу определения проверены Первым арбитражным апелляционным судом в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, оценивая представленные доказательства в их совокупности, анализируя позицию заявителя, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Как усматривается из материалов дела и установлено судом первой инстанции, по заявлению ООО «КомплектСтройМонтаж Регион 33» определением Арбитражного суда Владимирской области от 16.06.2020 возбуждено производство по делу № А11-1057/2020 о признании его несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Владимирской области от 10.09.2020 заявление ООО «КомплектСтройМонтаж Регион 33» признано обоснованным, в отношении него введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО4, которая определением суда от 09.09.2021 освобождена от исполнения обязанностей временного управляющего должника, временным управляющим должника утвержден ФИО1

Решением Арбитражного суда Владимирской области от 05.10.2021 ООО «КомплектСтройМонтаж Регион 33» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство; определением суда от 05.10.2021 конкурсным управляющим должника утвержден ФИО1

В ходе конкурсного производства конкурсным управляющим из анализа выписки по расчетному счету ООО «КомплектСтройМонтаж Регион 33» № 40702810309250002869, открытому в Филиале «Центральный» Банка ВТБ (ПАО), г. Москва, выявлены перечисления денежных средств в период с 25.01.2017 по 13.09.2019 на расчетный счет ООО «СтройМонтаж» на общую сумму 7 374 006 руб. 46 коп.

Предметом заявления конкурсного управляющего является требование о признании недействительной сделки по перечислению с расчетного счета должника в период с 25.01.2017 по 13.09.2019 денежных средств в пользу ООО «СтройМонтаж» на общую сумму 7 374 006 руб. 46 коп. и применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ООО «СтройМонтаж» в конкурсную массу ООО «КомплектСтройМонтаж Регион 33» денежных средств в размере 7 374 006 руб. 46 коп.

Требование заявлено на основании статей 167, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации и  мотивировано тем, что в период произведения спорных платежей должник и ответчик состояли в отношениях аффилированности с ФИО3, что свидетельствует об опосредованной аффилированности и заинтересованности сторон; произведенные должником в пользу ответчика перечисления денежных средств произведены в отсутствие реальных хозяйственных отношений между сторонами, являлись корпоративными и представляли собой перераспределение денежных средств (прибыли) внутри группы лиц, и представляют собой единую сделку, которая подлежит признанию недействительной по основаниям, предусмотренным статьей 170 Гражданского кодекса Российской Федерации; первичная документация, которая могла бы быть признана надлежащим доказательством реального характера хозяйственных отношений между сторонами отсутствует.

Повторно изучив представленные в материалы дела доказательства, с учетом доводов апелляционной жалобы и возражений на нее, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В статье 61.9 и пункте 3 статьи 129 Закона о банкротстве конкурсному управляющему предоставлено право подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок и решений, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником.

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно статье 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В абзаце 4 пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее –
постановление № 63) разъяснено, что наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

В силу пункта 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее –постановление № 25), если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Злоупотребление правом по своей сути есть неразумное и недобросовестное действие, имеющее своей целью, причинить вред другим лицам.

При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно; никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу презумпции разумности действий и добросовестности участников гражданских правоотношений бремя доказывания этих обстоятельств лежит на утверждающей стороне.

На основании пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам.

Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагается (пункт 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

При оценке действий сторон как добросовестных или недобросовестных, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, а также соблюдения прав третьих лиц, если такие действия затрагивают или могут затронуть права третьих лиц, на что указано в пункте 1 постановления № 25.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обеих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки. Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагается (пункт 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Для признания договора ничтожным в связи с его противоречием статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить сговор всех сторон договора на его недобросовестное заключение с умышленным нарушением прав иных лиц или другие обстоятельства, свидетельствующие о направленности воли обеих сторон договора на подобную цель, понимание и осознание ими нарушения при совершении сделки принципа добросовестного осуществления своих прав, а также соображений разумности и справедливости, в том числе по отношению к другим лицам, осуществляющим свои права с достаточной степенью разумности и осмотрительности.

Как разъяснено в пункте 1 постановления № 25, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

То есть злоупотребление правом должно иметь место в действиях обеих сторон сделки, что соответствует правовой позиции, изложенной в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.09.2011 № 1795/11.

С учетом изложенного, для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (п. 9 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна. Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Как отметил Верховный Суд Российской Федерации в определении от 25.07.2016 по делу № 305-ЭС16-2411, фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон.

Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

При наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно.

Следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение (пункт 86 постановления № 25).

В то же время, для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Таким образом, для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

В соответствии с пунктом 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа сделки, применяются относящиеся к ней правила.

Таким образом, при совершении притворной сделки воля сторон направлена не на достижение соответствующего ей правового результата, а на создание иных правовых последствий, соответствующих сделке, которую стороны действительно имели в виду. Недействительность указанной (прикрываемой) сделки может быть исследована на основании соответствующих норм материального права.

Признаком притворности сделки является отсутствие волеизъявления на ее исполнение у обеих сторон, а также намерение сторон фактически исполнить прикрываемую сделку.

Притворная сделка не направлена на возникновение вытекающих из нее правовых последствий и прикрывает иную волю сторон. Из существа притворной сделки следует, что стороны не собирались изначально ее исполнять. Квалифицирующим признаком притворной сделки является цель ее заключения.

В рамках настоящего спора конкурсным управляющим оспаривается сделка по перечислению с расчетного счета должника в период с 25.01.2017 по 13.09.2019 денежных средств в пользу ООО «СтройМонтаж» на общую сумму 7 374 006 руб. 46 коп.

В назначении платежей на сумму 5 454 000 руб. указано «Оплата по договору аренды техники от 16.10.2014»; на сумму 60 000 руб. – «Оплата по договору аренды оборудования»; на сумму 1 195 000 руб. – «Оплата по договору субаренды № 1 от 14.02.2018»; на сумму 407 006 руб. 46 коп. – «Оплата за аренду автокрана»; на сумму 258 000 руб. – «Оплата за субаренду помещения по акту сверки».

Суд первой инстанции, установив, что  на момент совершения оспариваемой сделки у должника имелась задолженность перед ООО «МехСтройТранс» в общем размере 49 690 340 руб. 04 коп., что подтверждается вступившими в законную силу определениями Арбитражного суда города Москвы от 31.05.2019 по делу № А40-96744/2016, которая в последующем была включена в реестр требований кредиторов должника определением Арбитражного суда Владимирской области от 28.01.2021, пришел к верному выводу о том, что как на дату оформления договоров, так и в период совершения операций по безвозмездному отчуждению денежных средств в пользу ответчика, должник отвечал признакам неплатежеспособности.

Таким образом, иные кредиторы были поставлены в заведомо невыгодное положение и не могли рассчитывать на удовлетворение обязательств должника перед ними, что свидетельствует о причинении вреда имущественным правам кредиторов.

В обоснование возражений относительно предъявленных требований ответчик указал, что оспариваемые платежи производились должником в пользу ООО «СтройМонтаж» во исполнение своих обязательств по договору аренды самоходных машин без экипажа от 16.10.2014, договору аренды оборудования (электрогенераторной установки) от 31.10.2015 и договору субаренды  от 14.02.2018 № 1. В подтверждение реальности сложившихся отношений ответчиком в материалы дела представлены оригиналы договоров, а также счета-фактуры, выставленные ООО «СтройМонтаж» должнику на основании данных договоров в спорный период времени, универсальные передаточные документы, иные доказательства.

Так, по договору аренды самоходных машин без экипажа от 16.10.2014 ООО «СтройМонтаж» предоставляет за плату во временное владение и пользование ООО «КомплектСтройМонтаж Регион 33» самоходную строительную технику без оказания услуг по управлению самоходной машины и по его технической эксплуатации. Согласно пунктам 1.2 и 5.1 договора модель, комплектация, количество самоходных машин, вид работ, для выполнения которых арендуются самоходные машины, ответственные лица арендатора и иные характеристики, а также расчет и размер арендной платы, порядок ее внесения и сроки указываются в Приложении № 1 «Спецификация» к настоящему договору, которое является неотъемлемой частью настоящего договора.

По договору аренды оборудования от 31.10.2015 ООО «СтройМонтаж» обязуется предоставить в пользование ООО «КомплектСтройМонтаж Регион 33» электрогенераторную установку, мощностью 8,5 кВт, в соответствии с актом приема-передачи, являющимся неотъемлемой частью настоящего договора. Согласно пункту 3.1 договора арендная плата составляет 2 000 руб. в месяц. Оплата производится безналичным расчетом на основании счета, выставляемого арендодателем. В силу пункта 8.2 договора срок действия договора: с 01.11.2015 до момента возвращения арендатором оборудования.

По договору субаренды от 14.02.2018 ООО «СтройМонтаж» передает во временное владение и пользование ООО «КомплектСтройМонтаж Регион 33» нежилое помещение, расположенное по адресу: <...>, общей площадью 120,2 кв.м. Помещение используется для размещения офиса, административных и технических помещений. Согласно пунктам 4.1, 4.2 договора арендатор переводит на расчетный счет арендодателя арендную плату в размере 60 000 руб. в месяц. Срок оплаты в течение трех месяцев с момента выставления счета. В силу пункта 5.1. договора он действует с 14.02.2018 по 31.12.2018.

В суде первой инстанции конкурсным управляющим в порядке статьи161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заявлено о фальсификации представленных ответчиком доказательств: договор субаренды от 14.02.2018№ 1, счета-фактуры, выставленные ООО «СтройМонтаж» должнику на основании договора субаренды от 14.02.2018 № 1 в период с 28.02.2018 по 31.12.2019, договор аренды самоходных машин без экипажа от 16.10.2014, счета-фактуры, выставленные ООО «СтройМонтаж» должнику на основании договора аренды самоходных машин без экипажа от 16.10.2014 в период с 31.01.2017 по 30.06.2019, договор аренды оборудования (электрогенераторной установки) от 31.10.2015, счета-фактуры, выставленные ООО «СтройМонтаж» должнику на основании договора аренды оборудования от 31.10.2015 в период с 31.01.2017 по 31.05.2019).

В связи с тем, что ответчик отказался исключить документы из числа доказательств по делу, по ходатайству конкурсного управляющего в целях проверки его заявления о фальсификации доказательств определением от 14.06.2022 судом назначена экспертиза давности изготовления документов.

В заключении от 04.10.2022 № 659/3-3.2 экспертом ФБУ Владимирской лаборатории судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации ФИО5 сделаны следующие выводы: период времени составления договора аренды оборудования от 31.10.2015 (дата, когда были поставлены подписи на документе) не соответствует дате, указанной в данном документе; договор аренды оборудования от 31.10.2015 изготовлен не ранее января 2020 года; в отношении иных документов разрешить вопросы, поставленные перед экспертом в рамках судебной экспертизы, не представилось возможным.

С учетом сложившегося в судебной практике правового подхода, применимого при квалификации сделок в качестве мнимых, в рассматриваемой ситуации определяющее значение при проверке реального характера хозяйственных правоотношений, существовавших между ООО «СтройМонтаж» и ООО «КомплектСтройМонтаж Регион 33», и оценке добросовестности их действий имеет анализ обстоятельств организации хозяйственной деятельности должника и ответчика, их взаимоотношений в производственном процессе, то есть избранной должником и ответчиком модели построения бизнеса.

В соответствии с пунктом 1 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником, лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Общность экономических интересов аффилированных лиц повышает вероятность представления внешне безупречных доказательств исполнения по существу фиктивной сделки.

Судом первой инстанции установлено, что оспариваемые платежи совершены между заинтересованными лицами, имеющими устойчивые и продолжительные экономические связи.

Конкурсным управляющим в ходе проведенных мероприятий было установлено, что ООО «КомплектСтройМонтаж Регион 33» зарегистрировано в качестве юридического лица 11.04.2014, и начиная с указанной даты: единственным участником общества с долей в уставном капитале в размере 100 % являлся и до настоящего времени является ФИО3 (далее – ФИО3); единоличным исполнительным органом общества до момента открытия в отношении него конкурсного производства являлся ФИО3

В свою очередь ООО «СтройМонтаж» было зарегистрировано в качестве юридического лица 22.06.2004 и в разные периоды времени имело следующий состав участников и руководителей:

1) ФИО3: в период с 12.12.2012 и до 24.07.2019 являлся одним из участников общества с долей в уставном капитале в размере 33 %; начиная с 13.02.2019 и до настоящего времени включительно является директором общества;

2) ФИО6 (далее – ФИО6): начиная с 04.09.2009 и до настоящего времени включительно является одним из участников общества с долей в уставном капитале в размере 67 %; в период с 22.06.2004 и до 13.02.2019 являлся директором общества;

3) ФИО7 (далее – ФИО7): начиная с 24.07.2019 и до настоящего времени включительно является одним из участников общества с долей в уставном капитале в размере 33 %.

Кроме того, в период с 01.09.2014 по 01.02.2019 ФИО6 занимал должность заместителя директора по строительству в ООО «КомплектСтройМонтаж Регион 33». В данной должности был наделен значительными полномочиями, мог оказывать непосредственное влияние на финансово-хозяйственную деятельность должника, что следует из содержания доверенности от 25.05.2016, выданной сроком на три года, а именно: представлять интересы ООО «КомплектСтройМонтаж Регион 33» во всех государственных учреждениях, в том числе в налоговой инспекции, банках и иных кредитных учреждениях, таможенных органах и других организациях; заключать любые договоры от имени ООО «КомплектСтройМонтаж Регион 33», в том числе по текущей деятельности общества; подписывать все бухгалтерские документы; принимать и увольнять работников в ООО «КомплектСтройМонтаж Регион 33», подписывать трудовые договоры с работниками; участвовать в переговорах как с российскими, так и с иностранными партнерами.

Из материалов дела следует, что все три договора аренды, представленные ответчиком, подписаны со стороны ООО «СтройМонтаж» ФИО6, со стороны ООО «КомплектСтройМонтаж Регион33» –ФИО3

Факт аффилированности ФИО6 по отношению к должнику установлен судом в ходе рассмотрения иного обособленного спора по настоящему делу о банкротстве. Так, определением от 14.06.2023, оставленным без изменения постановлениями Первого арбитражного апелляционного суда от 17.10.2023 и Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 16.01.2024, по заявлению конкурсного управляющего признана недействительной сделка в виде перечисления в период с 14.11.2018 по 13.02.2019 ООО «КомплектСтройМонтаж Регион33» в пользу гражданина ФИО6 денежных средств на общую сумму 1 527 000 руб., применены последствия ее недействительности.

Представленными конкурсным управляющим в материалы дела документами (выписка из ЕГРЮЛ в отношении ООО «СтройМонтаж», табель учета рабочего времени ООО «КомплектСтройМонтаж Регион 33» № 12 от 24.12.2018) подтверждается, что ФИО7, которая начиная с 24.07.2019 и до настоящего времени включительно является одним из участников ООО «СтройМонтаж» с долей в уставном капитале в размере 33 %, до вхождения в состав участников ООО «СтройМонтаж» являлась штатным работником должника, занимая в ООО «КомплектСтройМонтаж Регион 33» должность инженера ПТО.

Кроме того, судом установлено, что представленные в материалы дела счета-фактуры подписаны главным бухгалтером ФИО8, как со стороны должника, так и со стороны ответчика, при этом ФИО8 одновременно занимала должность главного бухгалтера в ООО «КомплектСтройМонтаж Регион 33» и в ООО «СтройМонтаж».

Таким образом, сопоставив состав участников, органов управления и список штатных работников должника и ответчика на основании имеющихся в материалах дела доказательств, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что  между ООО «КомплектСтройМонтаж Регион 33» и ООО «СтройМонтаж» имеется прямая формально-юридическая связь, что в свою очередь свидетельствует о едином характере бизнеса, который велся должником и ответчиком.

Косвенно о едином характере бизнеса также свидетельствуют следующие обстоятельства: в одно и то же время ООО «СтройМонтаж» и ООО «КомплектСтройМонтаж Регион 33» осуществляли свою деятельность по одним и тем же юридическим адресам (в период с 11.04.2014 по 09.06.2018 по адресу: 600022, <...>; в период с 09.06.2018 по 11.01.2021 по адресу: 600021, <...>); юридические адреса стали различными только после возбуждения в отношении ООО «КомплектСтройМонтаж Регион 33» производства по делу о банкротстве; основным видом деятельности как ООО «СтройМонтаж», так и ООО «КомплектСтройМонтаж Регион 33» является «Строительство жилых и нежилых зданий» (Код ОКВЭД 41.20); сведения о дополнительных видах деятельности должника и ответчика также совпадают.

Ответчиком представлены пояснения о том, что ООО «СтройМонтаж» и ООО «КомплектСтройМонтаж Регион 33» являлись двумя самостоятельными и независимыми друг от друга хозяйствующими субъектами, отношения между которыми были выстроены по следующей модели: ООО «СтройМонтаж» выступало балансодержателем, которому на праве собственности принадлежали все активы (специальная техника, оборудование и т.д.), необходимые для ведения хозяйственной деятельности (выполнения строительных работ по договорам подряда); ООО «КомплектСтройМонтаж Регион 33» выступало операционной компанией, которая осуществляла непосредственное ведение хозяйственной деятельности (выполнение работ и оказание услуг на основании заключаемых договоров подряда, субподряда и т.п.) на базе вышеупомянутых активов, арендуемых должником у ответчика для соответствующих целей.

Между тем анализ фактических обстоятельств позволил суду первой инстанции сделать вывод о том, что числившиеся на балансе ООО «СтройМонтаж» активы (спецтехника, оборудование и помещения), формальным владельцем (собственником либо арендатором соответственно) которых являлся ответчик, в действительности использовалась должником как собственное, а не арендуемое имущество. Так, спецтехника была передана должнику ответчиком на основании договора аренды самоходных машин без экипажа от 16.10.2014 практически сразу после государственной регистрации ООО «КомплектСтройМонтаж Регион 33» в качестве юридического лица, после чего находилась во владении и пользовании должника постоянно и безвозвратно, безотносительно к фактам заключения ООО «КомплектСтройМонтаж Регион 33» договоров подряда, субподряда и т.п., для выполнения обязательств по которым данная спецтехника была необходима. Аналогичным образом и электрогенераторная установка, переданная ответчиком должнику по договору аренды оборудования от 31.10.2015, находилась в постоянном владении и пользовании должника, то есть безотносительно к фактам заключения ООО «КомплектСтройМонтаж Регион 33» договоров, для выполнения обязательств по которым требовалось данное оборудование.

Кроме того, суд первой инстанции принял во внимание доводы конкурсного управляющего о том, что  в соответствии с условиями названных договоров на должника возлагалась обязанность по ежемесячному внесению арендной платы в фиксированном размере, вне зависимости от реального использования или неиспользования им арендованного имущества, а также от фактического объема оказанных услуг (т.е. от количества реально отработанных спецтехникой и оборудованием часов за конкретный расчетный период). Данные условия являются нетипичными для рынка и явно экономически невыгодными для должника.

ООО «КомплектСтройМонтаж Регион 33» также в полном объеме несло все расходы по содержанию и техническому обслуживанию арендуемой спецтехники и оборудования, что фактически идентично несению собственником бремени содержания принадлежащего ему на праве собственности имущества (статья 210 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При этом суд установил, что экономически нецелесообразным и неоправданным для сторон являлось заключение договора субаренды от 14.02.2018 № 1, на основании которого ООО «СтройМонтаж» якобы передало в пользование должнику часть нежилых помещений, которые сам ответчик в свою очередь арендовал у ООО «Новая Слободка» по договору № 1 субаренды нежилого помещения от 14.02.2018. Так, непосредственно в день заключения с ООО «Новая Слободка» договора субаренды нежилого помещения от 14.02.2018 № 1 ООО «СтройМонтаж» сразу же передало большую часть указанных помещений (120,2 кв.м  из 177,4  кв.м) должнику, заключив с ним договор субаренды от 14.02.2018 № 1, после чего и должник, и ответчик зарегистрировались в указанном помещении по месту своего нахождения, сведения о чем были внесены в ЕГРЮЛ.

Между тем судом установлено, что в 2018 году у ООО «СтройМонтаж» отсутствовала реальная необходимость в аренде помещения площадью 177,4 кв.м, поскольку по данным ФНС в указанный период времени среднесписочная численность работников ООО «СтройМонтаж» составляла два человека: директор ФИО6, который в этот же период времени занимал должность заместителя директора по строительству в ООО «КомплектСтройМонтаж Регион 33»; главный бухгалтер ФИО8, которая в этот же период времени занимала аналогичную должность в ООО «КомплектСтройМонтаж Регион 33». При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к выводу о том, что единственной целью, которую преследовал ответчик, заключая договор субаренды с ООО «Новая Слободка», являлась последующая передача указанных помещений в субаренду ООО «КомплектСтройМонтаж Регион 33».

Вместе с тем судом установлено, что и у самого должника отсутствовала реальная необходимость в арендуемых у ООО «СтройМонтаж» нежилых помещениях общей площадью 120,2 кв.м, поскольку данные помещения по своей площади являлись явно чрезмерными для должника, а само заключение договора № 1 субаренды нежилого помещения от 14.02.2018 экономически и организационно нецелесообразным и неоправданным.

При этом общая площадь нежилых помещений, арендуемых ответчиком у ООО «Новая Слободка» за 60 000 руб. в месяц, составляла 177,4 кв.м, тогда как ООО «КомплектСтройМонтаж Регион 33» по аналогичной цене передана в субаренду лишь часть указанных помещений, площадью 120,2 кв.м. Следовательно, денежные средства, получаемые ООО «СтройМонтаж» в качестве арендной платы от должника, использовались для целей внесения аналогичной по размеру арендной платы в пользу ООО «Новая Слободка».

При изложенных обстоятельствах суд пришел к выводу о том, что  фактически ООО «СтройМонтаж» оплачивало арендную плату по договору субаренды, заключенному ответчиком с ООО «Новая Слободка», денежными средствами, принадлежащими должнику, что указывает на то, что заключение должником и ответчиком договора субаренды являлось экономически необоснованным и нецелесообразным.

Также из представленных ответчиком в материалы дела документов судом установлено, что ООО «СтройМонтаж» ежемесячно выставляло должнику счета-фактуры на внесение фиксированной (неизменной) по размеру арендной платы по трем договорам аренды, между тем из выписки по счету ООО «КомплектСтройМонтаж Регион 33» усматривается, что перечисления денежных средств, осуществлявшиеся должником в пользу ответчика под видом арендной платы по всем договорам аренды, носили бессистемный характер (как с точки зрения своего размера, так и с точки зрения периодичности их внесения должником), что не соответствует условиям договоров и в целом противоречит существу арендных правоотношений (при обычных обстоятельствах оплата по договору аренды производится с одной и той же периодичностью, в одном и том же, фиксированном размере, если иное не установлено договором).

Судом также учтено, что согласно акту приема-передачи документов от 23.12.2021 бывший руководитель ООО «КомплектСтройМонтаж Регион 33» ФИО3 передал конкурсному управляющему ФИО1 бухгалтерскую и иную документацию должника, однако среди переданной конкурсному управляющему документации какие-либо документы, отражающие факты хозяйственных отношений между ООО «КомплектСтройМонтаж Регион 33» и ООО «СтройМонтаж», в том числе документы, указанные в выписке по расчетному счету должника в качестве оснований перечисления денежных средств в пользу ответчика, отсутствуют.

Относительно оспариваемых конкурсным управляющим платежей, произведенных за аренду автокрана, судом первой инстанции установлено следующее.

Факт принадлежности ООО «СтройМонтаж» на праве собственности автокрана материалами не подтвержден. При этом в рамках обособленного спора по заявлению конкурсного управляющего о признании совершенных должником в период с 14.11.2018 по 13.02.2019 перечислений денежных средств на общую сумму 1 527 000 руб. в пользу ИП ФИО6 недействительной сделкой, подтверждена принадлежность автокрана XUGONGXZJ5328JQ225K ФИО6 (определение суда от 14.06.2023).

Наряду с настоящим обособленным спором, факты изготовления оригиналов документов значительно позднее даты, которая указана в этом документе в качестве даты его изготовления, установлены также по результатам судебных экспертиз, в обособленном споре по оспариванию платежей в пользу индивидуального предпринимателя ФИО6 (определение суда от 14.06.2023), в гражданском деле № 2-2299/2022 по исковому заявлению ООО «КомплектСтройМонтаж Регион 33» (поданному конкурсным управляющим) о взыскании с ФИО9 задолженности по оплате транспортного средства по договору купли-продажи от 22.08.2019.

Данные обстоятельства свидетельствуют о том, что бывшим руководителем должника ФИО3, ООО «СтройМонтаж», ФИО6 осуществлялось изготовление первичных документов в подтверждение якобы имевших место фактах хозяйственной деятельности ООО «КомплектСтройМонтаж Регион 33» с целью представления их в качестве доказательств в суде во избежание наступления неблагоприятных правовых последствий.

Суд первой инстанции, принимая во внимание отсутствие доказательств, подтверждающих, что ООО «СтройМонтаж» вело самостоятельную хозяйственную деятельность, имело обязательства перед сторонними контрагентами материалы дела, установив, что ООО «СтройМонтаж» и ООО «КомплектСтройМонтаж Регион 33», формально выступая в гражданском обороте в качестве двух обособленных друг от друга субъектов, в действительности представляют собой два взаимосвязанных подразделения единого бизнеса, деятельность которых подчинена единому корпоративному контролю со стороны конечных бенефициаров – ФИО3 и ФИО6, учитывая, что единый контроль в свою очередь предполагает, что лица, контролирующие контрагентов, определяют их действия, а следовательно, возникновение обязательств связано исключительно с волей лиц, под контролем которых находятся хозяйствующие субъекты, что дополнительно подтверждает искусственный характер соответствующих обязательств, пришел к правомерному выводу о том, что в связи с подконтрольностью одним и тем же лицам ООО «СтройМонтаж» и должник имели неограниченную возможность составления внешне безупречных документов и осуществления для вида формального исполнения мнимых сделок.

Довод ответчика о том, что часть оспариваемых платежей совершена за пределами трехлетнего периода подозрительности, обоснованно отклонен судом первой инстанции по мотиву того, что в рамках настоящего обособленного спора данное обстоятельство правового значения не имеет.

Согласно пункту 7 постановления № 25 если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной. Для признания сделки недействительной по причине злоупотребления правом обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются наличие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок; наличие или возможность негативных правовых последствий для прав и законных интересов иных лиц; наличие у стороны по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

Как указывалось выше, установление несовпадения воли с волеизъявлением относительно обычно порождаемых такой сделкой гражданско-правовых последствий является достаточным основанием для квалификации ее как ничтожной.

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исходя из конкретных обстоятельств дела, установив, что ООО «КомплектСтройМонтаж Регион 33» и ООО «СтройМонтаж» вели деятельность как единый хозяйствующий субъект, и отношения между ними, оформленные договором аренды самоходных машин без экипажа от 16.10.2014, договором аренды оборудования (электрогенераторной установки) от 31.10.2015 и договором субаренды  от 14.02.2018 № 1, в действительности не являлись арендными, а представляли собой деятельность взаимосвязанных лиц по ведению общего бизнеса и извлечению общей прибыли, то есть являлись внутригрупповыми, корпоративными, а оспариваемые платежи, произведенные должником в пользу ответчика по данным договорам, свидетельствуют о перераспределении денежных средств (прибыли) внутри группы, но не о реальном характере хозяйственных отношений, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о наличии оснований для признания спорных мнимых платежей недействительной сделкой на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации и применении последствий недействительности сделки с учетом положений пункта 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации и пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве в виде взыскания с ООО «СтройМонтаж» в пользу ООО «КомплектСтройМонтаж Регион 33» 7 374 006 руб. 46 коп.

Суд апелляционной инстанции соглашается с указанными выводами суда первой инстанции, как согласующимися с нормами права и представленными в материалы дела доказательствами.

Приведенные в апелляционной жалобе доводы проверены судом апелляционной инстанции и подлежат отклонению ввиду их несостоятельности.

Доводы заявителя о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности для оспаривания сделки являются несостоятельными.

Судебная защита нарушенных гражданских прав гарантируется в пределах срока исковой давности (статья 195 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По правилам пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало (должно было узнать) о нарушении своего права.

Следовательно, законодатель установил исчисление срока исковой давности с наличием объективных обстоятельств, когда истец узнал или должен был узнать нарушении его права.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, положения пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации сформулирован таким образом, что наделяет суд необходимыми полномочиями по определению момента начала течения срока исковой давности исходя из фактических обстоятельств дела (Постановление № 36-П от 18.11.2019, определения № 2309-О от 25.10.2016, № 1592-О от 20.07.2021, др.).

Срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки (пункт 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Для требований сторон ничтожной сделки о применении последствий ее недействительности и о признании такой сделки недействительной установлен трехлетний срок исковой давности, который исчисляется со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, то есть одна из сторон приступила к фактическому исполнению сделки, а другая – к принятию такого исполнения (пункт 101 постановление № 25).

Постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 60 «О внесении дополнений в постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» пункт 10 постановления № 32 дополнен новым положением, согласно которому по требованию арбитражного управляющего или кредитора о признании недействительной сделки, совершенной со злоупотреблением правом (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации) до или после возбуждения дела о банкротстве, исковая давность в силу пункта 1 статьи 181 Гражданского кодекса составляет три года и исчисляется со дня, когда оспаривающее сделку лицо узнало или должно было узнать о наличии обстоятельств, являющихся основанием для признания сделки недействительной, но не ранее введения в отношении должника первой процедуры банкротства.

В силу пункта 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, при этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных Законом о банкротстве.

Как усматривается из материалов дела, определением суда от 10.09.2020 в отношении должника введена процедура наблюдения, определением суда от 09.09.2021 временным управляющим утвержден ФИО1, определением суда от 05.10.2021 конкурсным управляющим утвержден ФИО1

Проанализировав представленные в материалы дела доказательства, учитывая, что сделка является ничтожной, заявление конкурсного управляющего поступило в суд 28.01.2022 до истечения трехгодичного срока исковой давности для лица, не являющегося стороной оспариваемой сделки, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что срок на подачу заявления об оспаривании сделки должника конкурсным управляющим не пропущен.

Вопреки доводам заявителя апелляционной жалобы, совокупность представленных в материалы дела доказательств правомерно позволила суду первой инстанции сделать вывод о недействительности оспариваемой сделки.

Суд апелляционной инстанции приобщил к материалам дела доказательства, представленные заявителем в суде апелляционной инстанции на основании статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Между тем, оценив представленные доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в совокупности и взаимосвязи, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что данные доказательства не опровергают законность принятого судебного акта.

Так, вопреки доводам заявителя апелляционной жалобы сам по себе факт внесения должником арендной платы по договорам в период, предшествующий спорным платежам, не свидетельствует о действительности оспариваемой сделки по перечислению денежных средств в период с  25.01.2017 по 13.09.2019.

Более того, в совокупности с другими установленными обстоятельствами по делу неотражение сделок в налоговой отчетности должника (книге покупок), в том числе является доказательством отсутствия реальных арендных отношений, поскольку сам по себе факт оформления документов (договоров аренды, актов) при недоказанности реальности осуществления хозяйственных операций, надлежащим доказательством наличия задолженности по арендным платежам не является.

В рамках настоящего спора реальность арендных правоотношений не подтверждена надлежащими доказательствами

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции учитывает, что в представленных в материалы дела платежных поручениях за период с 22.09.2014 по 30.12.2016 отсутствует ссылка на реквизиты  договоров, такие как дата или номер, размер произведенных платежей не соответствует размеру арендной платы, указанной в договорах. Более того, по платежному поручению от 30.12.2016 № 155 денежные средства по договору аренды автокрана перечислены ответчиком ФИО6

При этом как справедливо отметил конкурсный управляющий доводы заявителя о том, что договор аренды оборудования от 31.10.2015 был восстановлен в связи с утратой оригинала, заявлены ответчиком после поступления в материалы дела заключения эксперта от 04.10.2022 № 659/3-3.2, тогда как ранее (до момента подтверждения заявленных конкурсным управляющим доводов о фальсификации доказательств) ООО «СтройМонтаж» на указанные обстоятельства не ссылалось, настаивая на подлинности представленных в дело доказательств.

В рамках настоящего спора установлено, что на дату перечислений должником в пользу ответчика денежных средств у должника имелись неисполненные обязательства, из собственности должника в пользу аффилированного лица безвозмездно выбыли денежные средства, за счет которых возможно было удовлетворить часть требований кредиторов. Должник и ответчик преследовали противоправную цель – вывод активов должника в целях причинения вреда добросовестным кредиторам в виде недопущения удовлетворения их требований за счет указанного имущества (денежных средств). Фактически спорные перечисления во исполнение арендных отношений прикрывали безвозмездное отчуждение денежных средств в пользу аффилированного лица. Денежные средства были предоставлены с целью вывода денежных средств ООО «КомплектСтройМонтаж Регион 33» в аффилированную компанию при злоупотреблении правом в ущерб добросовестным кредиторам.

Вопреки позиции заявителя апелляционной жалобы, вопрос о предоставлении должнику посредством совершения спорных сделок компенсационного финансирования не имеет правового значения в целях решения вопроса о действительности сделки.

Убедительных доводов, основанных на доказательственной базе и позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, апелляционная жалоба не содержит, в силу чего удовлетворению не подлежит.

Иные доводы заявителя жалобы судом апелляционной инстанции также проверены и подлежат отклонению как несостоятельные.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены правильно, выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при разрешении спора судом первой инстанции не допущено.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта по приведенным доводам жалобы и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины относятся на заявителя апелляционной жалобы.

Руководствуясь статьями 268, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Владимирской области от 11.06.2024 по делу № А11-1057/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «СтройМонтаж» – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в месячный срок со дня его принятия через Арбитражный суд Владимирской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1 – 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.


Председательствующий судья


Судьи

Н.В. Евсеева


С.Г. Кузьмина


К.В. Полушкина