Постановление от 12 сентября 2022 г. по делу № А47-7855/2020

ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД






ПОСТАНОВЛЕНИЕ



№ 18АП-6925/2022
г. Челябинск
12 сентября 2022 года
Дело № А47-7855/2020


Резолютивная часть постановления объявлена 06 сентября 2022 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 12 сентября 2022 года.

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Хоронеко М.Н.,

судей Кожевниковой А.Г., Румянцева А.А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО3 – ФИО2 на определение Арбитражного суда Оренбургской области от 27.04.2022 по делу № А47-7855/2020.



ФИО3 (далее – должник, ФИО3) обратилась в арбитражный суд с заявлением о признании ее несостоятельной (банкротом).

Определением арбитражного суда от 22.06.2020 заявление должника принято судом к производству, назначено судебное заседание по рассмотрению обоснованности заявления.

Решением Арбитражного суда Оренбургской области от 06.08.2020 (резолютивная часть решения объявлена 30.07.2020) должник признан банкротом с введением в отношении него процедуры реализации имущества. Финансовым управляющим должника утверждена ФИО4.

Финансовый управляющий 09.03.2021 (согласно отметке экспедиции суда) обратилась в арбитражный суд с заявлением к ФИО5 (далее – ФИО5, ответчик) о признании сделки недействительной и применении последствий её недействительности, согласно которому просила (с учетом уточнения требований):

1. Признать недействительным договор купли-продажи транспортного средства, заключенный 06.02.2019 между ФИО3 и ФИО5

2. Применить последствия недействительности сделки; возвратить в конкурсную массу транспортное средство LEXUS-LX, идентификационный номер VIN: <***>, г.в. 2016, № двигателя 3UR 3070900, № шасси (рамы): <***>, № кузова отсутствует, цвет белый, государственный знак <***> свидетельство о регистрации ТС: 9904 №368648.

3. В случае невозможности передачи в конкурсную массу транспортного средства, взыскать с ФИО5 в конкурсную массу денежные средства в размере 5 600 000 руб.

Определением от 27.04.2022 в удовлетворении требований отказано.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, финансовый управляющий ФИО4 обратилась в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой.

В обоснование доводов апелляционной жалобы ее податель указал, что стоимость имущества составляла 5 600 000 руб. Однако финансовый управляющий не располагает сведениями о реальной возможности у ФИО5 приобрести имущество по оспариваемому договору, и информацией о произведении покупателем оплаты за имущество. В реестр требований кредиторов должника включено требование в сумме 632 884 355, 40 руб., основанные на договорах залога и поручительства, заключенных в 2016-2017 годах. С учетом изложенного, финансовый управляющий предполагает факт злоупотребления правом со стороны должника, поскольку в результате совершения сделки менее чем за 2 года до банкротства выбыл рентабельный актив, за счет реализации которого могли быть в значительной степени удовлетворены требования кредиторов. Платежные поручения, банковские выписки и договоры купли-продажи другого имущества за период с 16.02.2018 до даты заключения оспариваемой сделки содержат информацию о денежных средствах не только самой ФИО5, но и ее супруга и сына. По мнению подателя жалобы, ответчик пытается «собрать» всю сумму договора путем предоставления информации о всех сделках, которые осуществляла вся семья, следовательно, не доказывают наличия денежных средств на момент совершения сделки. В дело не представлены документы, подтверждающие передачу денежных средств от покупателя продавцу. Указание на это содержится в договоре. Из буквального прочтения данного условия невозможно установить, в каком объеме и когда именно переданы денежные средства, следовательно, не может служить бесспорным доказательством исполнения обязательств покупателем. Финансовый управляющий критически относится к тому, что ответчик в течение года снимал и копил денежные средства, чтобы потом приобрести транспортное средство. Кроме того, по мнению финансового управляющего, ФИО3 и ответчик были знакомы до заключения договора, так как самим ответчиком представлен в материалы дела договор купли-продажи автомобиля от 17.09.2016, заключенный между должником и ответчиком. Также ФИО6 (сын ответчика) занимает должность заместителя главного инженера ЗАО «ЗСС». Также на данном предприятии в должности заместителя начальника трудится ФИО6 Данные факты отражены в отчете конкурсного управляющего ЗАО «ЗСС». Как следствие, В-ны не могли не знать о финансовых трудностях предприятия и, как следствие, финансовых трудностях ФИО3 Привлеченный к участию в деле ФИО7, которому ФИО5 якобы продала транспортное средство по цене 4 950 000 руб., не представил документы, подтверждающие факт передачи денежных средств ФИО5, реальное пользование транспортным средством., финансовую возможность приобрести данное транспортное средство. В удовлетворении ходатайства об истребовании дополнительных документов финансовому управляющему отказано. Вместе с тем, данная информация была необходима финансовому управляющему для установления вышеуказанных обстоятельств в отношении ФИО7

Определением от 10.06.2022 апелляционная жалоба принята к производству, назначено судебное заседание на 05.07.2022.

Суд апелляционной инстанции дважды откладывал судебное разбирательство и предлагал должнику ФИО8 дать пояснения относительно того, на какие цели направлены денежные средства от продажи транспортного средства LEXUS-XL-570, с представлением соответствующих доказательств (банковские выписки, чеки и т.д.); указать состав и стоимость совместного имущества супругов на момент отчуждения транспортного средства; дать пояснения о необходимости продажи транспортного средства.

Определения суда не исполнены.

Определением от 05.09.2022 произведена замена в порядке статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судьи Поздняковой Е.А. судьей Румянцевым А.А.

Письменные пояснения ФИО9 не приобщены к материалам дела, поскольку не раскрыты перед иными лицами, участвующими в деле.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, в судебное заседание не явились.

В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие неявившихся лиц.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, между ФИО3 (продавец) и ФИО10 (покупатель) 06.02.2019 заключен договор купли-продажи транспортного средства LEXUS-LX-570, идентификационный номер (VIN): <***>, год выпуска 2016, № двигателя 3UR 3070900, № шасси (рамы): <***>, № кузова отсутствует, цвет белый, государственный знак X092CP 56, свидетельство о регистрации ТС: <...> по цене 5 600 000 руб.

Финансовый управляющий, обращаясь в арбитражный суд с настоящим заявлением, указал, что сделка совершена со злоупотреблением правом, поскольку отсутствует информация о реальной возможности покупателя приобрести имущество, не имеется информации о произведении покупателем оплаты за имущество, должник и ответчик являются аффилированными лицами.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении требований, исходил из недоказанности финансовым управляющим оснований для признания сделки недействительной.

Суд апелляционной инстанции полагает, что имеются основания для отмены судебного акта в силу следующего

Статьей 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статьей 32 Закона о банкротстве предусмотрено, что дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина (пункт 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве).

Пунктом 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ установлено, что пункты 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона) применяются к совершенным с 01.10.2015 сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона).

Поскольку сделка совершена 06.02.2019, то есть после 01.10.2015, они могут быть оспорены по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из условий, указанных в абз. 3 - 5 данного пункта.

Недостаточность имущества - превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

Под неплатежеспособностью должника понимается прекращение последним исполнения части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное (статья 2 Закона о банкротстве).

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в пункте 5 постановления от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснил, что для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При этом при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

По общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 ГК РФ. В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов, в частности к сделкам по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы.

В то же время законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником-банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), а также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора. Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом.

Тем же целям служит годичный срок исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомленности заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (пункт 2 статьи 181 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, пункт 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», далее - Постановление № 63).

Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 ГК РФ. Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

Исходя из разъяснений пункта 4 Постановления № 63 и пункта 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации ; 32 от 30.04.2009 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную по статьям 10 и 168 ГК РФ.

Между тем, данные разъяснения касаются сделок с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 10044/11 от 17.06.2014, определения Верховного Суда Российской Федерации от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061, от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034).

Какие-либо обстоятельства, выходящие за пределы дефектов подозрительных сделок, заявителем в ходе рассмотрения спора не указывались, судом не установлены.

Правонарушение, заключающееся в совершении сделки, направленной на уменьшение имущества должника или увеличение его обязательств, совершенное в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника в преддверии его банкротства в ситуации, когда другая сторона сделки (кредитор) знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки, либо с ненадлежащим встречным предоставлением является основанием для признания соответствующих действий недействительными по специальным правилам, предусмотренным пунктом 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а не по общим основаниям, содержащимся в ГК РФ.

Поскольку заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) принято к производству определением от 22.06.2020, оспариваемая сделка совершена 06.02.2019 - в период подозрительности, установленный в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

На дату совершения сделки должник обладал признаками неплатежеспособности, поскольку имел обязательства по договорам поручительства, заключенным в целях обеспечения исполнения обязательств ЗАО «ЗСС» и ООО «Оренбургский кролик» с ПАО Сбербанк по кредитным договорам от 18.02.2016, от 12.07.2017, от 17.11.2017, от 23.08.2018, 25.04.2017 на общую сумму 632 884 355 руб. 40 коп., требования включены в реестр требований кредиторов определением от 25.11.2020.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника; заинтересованными признаются также руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве; лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором пункта 2 статьи 19 Закона о банкротстве, в отношениях, определенных пунктом 3 указанной статьи; лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц.

Таким образом, по смыслу статьи 19 Закона о банкротстве к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются по отношению к нему аффилированными. Критерии выявления заинтересованности в делах о несостоятельности через включение в текст закона соответствующей отсылки сходны с соответствующими критериями, установленными антимонопольным законодательством.

При этом согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения (определение Верховного Суда РФ от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6) по делу № А12-45751/2015).

Материалами дела подтверждается аффилированность должника и ответчика.

Так, определением от 25.11.2020 в реестр требований кредиторов должника включено требование ПАО Сбербанк в сумме 632 884 355 руб. 40 коп., которое возникло из договоров поручительства, заключенных в обеспечение кредитных сделок ЗАО «Завод синтетического спирта» и ООО «Оренбургский кролик». ФИО3 и ее супруг – ФИО3 являются владельцами 100% акций ЗАО «ЗСС», ФИО3 являлся руководителем ЗАО «ЗСС» до признания должника банкротом.

ФИО6 – сын ответчика – занимает должность заместителя главного инженера в ЗАО «ЗСС». Также на данном предприятии, в должности заместителя начальника цеха трудится ФИО6. Данные отражены в отчете конкурсного управляющего ЗАО «Завод синтетического спирта» (л.д. 78-140, т. 1).

Продавец ФИО3 и ФИО5 были знакомы до заключения оспариваемой сделки, так как самим ответчиком в материалы дела представлен договор купли-продажи автомобиля от 17.09.2016г., заключенный между должником и ФИО6 (л.д. 31, т.1).

Вместе с тем, даже без учета указанных обстоятельств, аффилированность прослеживается, исходя из самих условий сделки.

Как указывает ответчик, после приобретения автомобиля выяснилось, что автомобилю требовался определенный ремонт. Кроме того, до его приобретения автомобилю был произведен ремонт лакокрасочного покрытия, чего при его приобретении ответчицей замечено не было; вопросы о наличии у автомобиля до его приобретения, ремонта лакокрасочного покрытия были транслированы ФИО3, на что она пояснила, что ей об этом ничего не известно, поскольку автомобиль в ДТП не участвовал.

Вместе с тем, добросовестный приобретатель, получив дорогостоящий товар с дефектами (в данном случае, автомобиль, требующий ремонта), о которых он не был извещен продавцом до покупке, примет все возможные меры к возврату автомобиля и получению денежных средств обратно.

В рассматриваемом случае подобных действий, в том числе, обращения в суд с соответствующим иском, ответчиком не производилось.

В последующем 13.05.2020 (через год и три месяца) автомобиль продан ФИО7 по существенно сниженной цене - 4 950 000 руб., то есть убыток от сделки составил 1 550 000 руб. (л.д. 29, т.1).

Действия лица, приобретающего имущество по цене, явно выше рыночной, нельзя назвать осмотрительными и осторожными. Данное обстоятельство должно породить у любого добросовестного и разумного участника гражданского оборота сомнения относительно правомерности такого отчуждения имущества.

В подобной ситуации предполагается, что покупатель прямо или косвенно осведомлен о противоправной цели должника, которая может заключаться в намерении должника вывести свое имущество из-под угрозы обращения на него взыскания, избавиться от имущества по причинам, не связанным с экономическими интересами последнего, или иными подобными замыслами, при этом такой покупатель либо действует совместно с должником, либо осознает, что менеджмент или иные контролирующие должника лица имеют определенную недобросовестную цель подобных действий (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2022 № 305-ЭС21-21196(2), от 04.08.2022 № 305-ЭС21-21196(5)).

Совокупность установленных обстоятельств и приведенных управляющим и кредитором доводов и доказательств должна была зародить у суда первой инстанции обоснованные сомнения относительно наличия добросовестной цели отчуждения должником транспортного средства в пользу ответчика по соответствующей цене, возложив бремя опровержения указанных обстоятельств на ответчика.

Также материалами дела не доказан факт оплаты спорного имущества в силу следующего.

Так, указание на расчеты имеется лишь в договоре купли-продажи, при этом не указано, а каком размере переданы денежные средства, не указана дата передачи денежных средств и способ оплаты.

При расчете по сделке в наличной форме между физическими лицами ко всем сторонам должны применяться повышенные требования по доказывания. Судебное исследование этих обстоятельств должно отличаться большей глубиной и широтой, по сравнению с обычным спором, тем более, если на такие обстоятельства указывают лица, участвующие в деле. Для этого требуется исследование не только прямых, но и косвенных доказательств и их оценка на предмет согласованности между собой и позициями, занимаемыми сторонами спора. Исследованию подлежит сама возможность по исполнению сделки.

Так, должник совершил сделку в период неплатежеспособности при не представлении доказательств того, что полученные денежные средства от продажи имущества направлены на погашение задолженности. Помимо оспариваемого договора купли-продажи должником в соотносимый временной период заключен ряд сделок по отчуждении принадлежащего ему имущества (в рассматриваемом случае - совместного имущества супругов). В настоящее время в делах о банкротстве ФИО11 О В. (A47-7968/2020) и ФИО3 оспаривается 5 сделок по отчуждению супругами в 2018-2019гг. значительного количества активов. Направленность целей семьи ФИО11 на вывод своих активов на лиц, не связанных обязательствами перед кредиторами должника, очевидны.

Ответчиком ФИО5 также не доказано наличие у нее денежных средств в размере, необходимом для расчета по сделке.

Согласно выписке по счету (депозиту), открытому на имя ФИО6, со счета 06.02.2019 снято 915 010руб. Выписка по счету сына ответчика- ФИО6 свидетельствует о следующем: ФИО6 по платежному поручению №32692 от 06.02.2019. переводит со счета 408...7045 на счет сына - ФИО6 (счет 408...0749) сумму 300 000 руб., по платежному поручению № 67514 от 07.02.2019г. сумму 300 000руб., по платежному поручению № 7312 от 08.02.2019г. сумму 150 000 руб. Поступившие денежные средства более мелкими суммами были сняты со счета ФИО6 в период с 06.02.2019г. по 11.02.2019г. Ответчик в отзыве указывает, что таким образом отец- ФИО6 компенсировал сыну ФИО6 ранее переданные им ответчику наличные средства, однако доказательств этому не представлено. Кроме того, разумность таких манипуляций с денежными средствами крайне сомнительна: зачем сначала брать у сына денежные средства, чтобы в этот же день и последующие 2 дня возвращать ему свои, если можно было сразу рассчитаться ими за автомобиль. Также сомнительным представляется довод ответчика, что денежные средства в сумме 950 000 руб., вырученные от продажи жилого дома и земельного участка по договору от 16.02.2018, хранились у ответчика наличными и были переданы ФИО3 в оплату автомобиля. Учитывая, что семья В-ных активно использовала банковские счета и депозиты, выглядит неубедительно хранение около 1 000 000 руб. наличными. Более того, имеются основания предполагать, что денежные средства, снятые со счета 42....1570 в сумме 915 000руб. и являются денежными средствами, которые были выручены по договору купли-продажи от 16.02.2018г. (л.д.32) Иные выписки по счету 42....1473, открытому на имя ФИО5 и по счету 408...8830, открытому на имя ФИО6, к расчету по оспариваемой сделке отношения не имеют, т.к. операции по ним произведены после даты расчета, т.е. после 06.02.2019г.

Таким образом, документально подтверждено снятие денежных средств со счета мужа ответчика в день сделки в сумме 915 000руб., что дает основание утверждать, что оплата по оспариваемой сделки покупателем не производилась.

С учетом установленной аффилированности ответчик не мог не знать о наличии признаков неплатежеспособности должника на момент совершения сделки и истинной цели сделки - вывод активов должника.

Об этом свидетельствует также и факт дальнейшей продажи автомобиля ФИО7, то есть изначально автомобиль приобретался не для личного использования.

Должник не представил доказательств, куда потратил денежные средства в сумме 5 600 000 руб., полученные в связи с продажей автомобиля (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), несмотря на неоднократные предложения суда.

Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Оренбургской области от 18.06.2021, оставленным без изменения постановлением Арбитражного суда Уральского округа № Ф09-8756/21 от 21.12.2021 по делу №А76-7968/2020 (банкротстве супруга должника ФИО3), установлено следующее. Должник - ФИО3 являлся поручителем и залогодателем по обязательствам ЗАО «Завод синтетического спирта» (4 кредитных договора, заключенных с ПАО «Сбербанк») и ООО «Оренбургский кролик» (1 кредитный договор, заключен с ПАО «Сбербанк») (определениями Арбитражного суда Оренбургской области от 25.11.2019 по делу № А47-10059/2019 и от 20.02.2020 по делу № А47-10058/2019 требования ПАО «Сбербанк» в сумме 1 723 360 331 руб. включены в реестр требований кредиторов заемщиков ЗАО «ЗСС» и ООО «Оренбургский кролик»). Требования ПАО «Сбербанк» к поручителю/залогодателю ФИО3 включены в реестр требований кредиторов должника в сумме 632 884 335 руб. определением суда от 28.12.2020 по настоящему делу (сумма задолженности уменьшена в связи с частичной уступкой долга и погашениями, поступившими от продажи имущества иных солидарных должников). При этом ФИО3 вместе со своей супругой - ФИО3 являются конечными бенефициарами бизнеса: 100% акций ЗАО «ЗСС» принадлежат ФИО3, 100% уставного капитала ООО «Оренбургский кролик» принадлежат ФИО3 ФИО3 являлся руководителем ЗАО «ЗСС» вплоть до признания должника банкротом. В ноябре 2018 проведена реструктуризации задолженности - изменен срок и график погашения задолженности перед ПАО «Сбербанк» (в частности, дополнительное соглашение № 24 к Договору об открытии ВКЛ № 3873 от 22.11.2018). Начиная с февраля 2019 платежи в полном соответствии с графиком не производились, исполнение обязательств прекращено с апреля 2019 года, что подтверждено расчетом задолженности по договору ВКЛ № 3873. Так согласно Решению Ленинского районного суда г. Оренбурга от 14.03.2019 по делу № 2-327/2019, вступившим в законную силу 20.04.2019 г., о взыскании с должников (группы) солидарно по договору подряда №1845 от 05.12.2017 г. (указанный судебный акт является основным, на основании которого возбуждались процедуры в делах об банкротстве группы компаний ЗАО «ЗСС», АО «Промбаза», ООО «Оренбургский кролик») задолженности в размере 1 643 624,19 рублей, образовавшейся согласно актам выполненных работ от 29.10.2018 и 30.10.2018, в том числе, в период заключения оспариваемого договора, и непогашенной должником во внесудебном порядке. Таким образом, в период совершения и регистрации оспариваемой сделки (октябрь – ноябрь 2018 г.) вся группа компаний, бенефициаром которых являлся ФИО3, находилась в кризисном финансовом положении, и в связи с неспособностью заемщиками выполнять принятые на себя кредитные обязательства. При этом сам по себе факт отыскания задолженности с должника после даты совершения сделки, в данном случае не имеет правового значения, поскольку ФИО3, будучи поручителем по обязательствам компаний, бенефициаром которых он являлся, не мог не осознавать, что взыскания задолженности может быть обращено и на его личное имущество.

Данные выводы можно применить и к супруге ФИО3- ФИО3

Следовательно, действия по отчуждению имущества фактически были направлены на недопущение взыскания на личное имущество, более того ФИО5 также была осведомлена о целях отчуждения имущества ФИО3 – избежание обращения взыскания на имущество. Оспариваемая сделка не была доступна для неограниченного круга лиц. Более того, в период возникновения нестабильной экономической ситуации в обществе «Завод синтетического спирта» (на протяжении осени 2018 года – весны 2019), супругами ФИО11 совершены действия по отчуждению дорогостоящего движимого и недвижимого имущества, что привело к тому, что в собственности у супругов ФИО11 на момент введения в отношении них банкротных процедур осталось лишь имущество, обремененное залогом в пользу Банка.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции приходит к выводу об ошибочности вывода суда об отсутствии оснований для признания сделки недействительной. Материалами дела подтверждается совокупность обстоятельств для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Применяя последствия недействительности сделки, суд преследует цель приведения сторон данной сделки в первоначальное положение, которое существовало до ее совершения.

С учетом того, что автомобиль в настоящее время не находится в собственности ФИО5, так как отчужден ФИО7, в качестве применения последствий недействительности сделок подлежит применению взыскание с ответчика стоимости транспортного средства, установленной оспариваемым договором, в пользу должника – 5 600 000 руб.

Таким образом, определение подлежит отмене по пункту 3 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционная жалоба подлежит удовлетворению.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта в соответствии с частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не установлено.

Судебные расходы по уплате государственной пошлины распределяются между сторонами в соответствии с правилами, установленными статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В суде первой инстанции должнику в лице финансового управляющего предоставлялась отсрочка по уплате государственной пошлине, в связи с чем, с ФИО5 в доход федерального бюджета подлежит взысканию государственная пошлина за рассмотрение обособленного спора в суде первой инстанции в размере 6 000 руб.

При подаче апелляционной жалобы ФИО3 уплачена государственная пошлина в размере 3000 руб. по чеку-ордеру от 14.05.2022 за рассмотрение апелляционной жалобы, которая подлежит возмещению за счет ФИО5.

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Оренбургской области от 27.04.2022 по делу № А47-7855/2020 отменить, апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО3 – ФИО2 – удовлетворить.

Признать недействительной сделкой договор купли-продажи транспортного средства LEXUS-LX, идентификационный номер VIN: <***>, г.в. 2016, № двигателя 3UR 3070900, № шасси (рамы): <***>, № кузова отсутствует, цвет белый, государственный знак <***> свидетельство о регистрации ТС: 9904 №368648, заключенный 06.02.2019 между ФИО3 и ФИО5.

Применить последствия недействительности сделки.

Взыскать с ФИО5 в пользу ФИО3 денежные средства в размере 5 600 000 (пять миллионов шестьсот) руб.

Взыскать с ФИО5 в пользу ФИО3 расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы в размере 3 000 (три тысячи) руб.

Взыскать с ФИО5 в доход федерального бюджета государственную пошлину за рассмотрение обособленного спора в суде первой инстанции в размере 6 000 (шесть тысяч) руб.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.


Председательствующий судья М.Н. Хоронеко



Судьи: А.Г. Кожевникова



А.А. Румянцев