Постановление от 24 ноября 2023 г. по делу № А65-3273/2023

887/2023-166954(1)


ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности решения арбитражного суда

Дело № А65-3273/2023
г. Самара
24 ноября 2023 года
11АП-17558/2023

Резолютивная часть постановления оглашена 21 ноября 2023 года. Постановление в полном объеме изготовлено 24 ноября 2023 года.

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Ястремского Л.Л., судей Дегтярева Д.А., Романенко С.Ш., при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с

ограниченной ответственностью "Новые Технологии" на решение Арбитражного суда

Республики Татарстан от 14 сентября 2023 года по делу № А65-3273/2023 (судья

ФИО2), по иску индивидуального предпринимателя ФИО3

к обществу с ограниченной ответственностью "Новые Технологии"

о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки

№ 771584, № 775653, № 773595 и исключительных авторских прав на 12 изображений в

размере 1 910 000 руб. (с учетом принятого судом уточнения исковых требований),

в отсутствие лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о

времени и месте судебного заседания.

УСТАНОВИЛ:

Индивидуальный предприниматель ФИО3 обратился в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью "Новые Технологии" о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки № 771584, № 775653, № 773595 и исключительных авторских прав на 12 изображений в размере 1 910 000 руб. (с учетом принятого судом уточнения исковых требований).

Арбитражный суд Республики Татарстан решением от 14 сентября 2023 года исковые требования удовлетворил частично, взыскав с ответчика в пользу индивидуального предпринимателя ФИО3 200 000 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки № 771584, № 775653, № 773595, 3361 руб. госпошлины. В удовлетворении оставшейся части исковых требований отказал.

Не согласившись с принятым судебным актом, ответчик обратился в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой прocил отменить обжалуемое решение, принять новый судебный акт об отказе в иске, ссылаясь на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам, недоказанность имеющих для дела обстоятельств, которые суд считал установленными, неполное

исследование обстоятельств дела, а также на неправильное применение норм материального права.

Истец представил отзыв на апелляционную жалобу, в котором прocил решение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Стороны явку представителей в судебное заседание не обеспечили, о месте и времени судебного разбирательства извещены надлежащим образом.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный пришел к вывoду об отсутствии оснований для отмены или изменения судебного акта, принятого арбитражным судом первой инстанции.

Как следует из материалов дела, истец осуществляет предпринимательскую деятельность по производству строп различных видов: стропы канатные, текстильные стропы ленточные и круглопрядные, стропы цепные, стяжные ремни. Истец является правообладателем товарных знаков по свидетельствам Российской Федерации № 773595, № 771584, № 775653,

Товарный знак по свидетельству РФ № 773595 представляет собой изобразительное обозначение , охраняемое в отношении товаров 06, 22, 35 классов МКТУ.

Товарный знак по свидетельству РФ № 771584 представляет собой комбинированное обозначение , охраняемое в отношении товаров 06, 22 классов МКТУ.

Товарный знак по свидетельству РФ № 775653 представляет собой словесное обозначение , охраняемое в отношении товаров 06 класса МКТУ.

Истцу стало известно об осуществлении ответчиком деятельности по продаже материалов и комплектующих для грузозахватных приспособлений и распространении информации рекламного характера в сети «Интернет» на страницах сайтов https://nt-rt.ru/ и kanta.nt-rt.ru. На страницах указанных сайтов использовались обозначения, сходные до степени смешения с товарными знаками, исключительные права на которые принадлежит истцу, в отношении однородных товаров и услуг 06, 22 и 35 МКТУ. Указанные факты нарушений зафиксированы посредством скриншотов.

Владельцем сайтов https://nt-rt.ru/ и kanta.nt-rt.ru и является ответчик, о чем свидетельствует информация, размещенная в разделе «Карточка предприятия» сайта и в разделе «Контакты» сайта https://nt-rt.ru/.

Истец указывает, что на странице сайта https://nt-rt.ru/ в разделе «Наши бренды» была размещена информация о Компании Канта Плюс (Московская область, с. Бужаниново) с использованием обозначений, сходных до степени смешения с товарными знаками. В том же разделе было указано, что данная компания производит канатные, цепные, текстильные, ленточные, круглопрядные, концертные стропы, стяжные ремни для мероприятий и крепления груза, рэтчеты, ленты. Такие товары услуги по их рекламе являются однородными товарам 6 и 22 классов и услугам 35 класса МКТУ, к которым относятся товарные знаки, принадлежащие истцу. Размещение на странице сайта https://nt-rt.ru/ информации о компании ответчика, реализуемом ей товаре или осуществляемых ей услугах относится к услугам в области рекламы и является однородным услугам 35 класса МКТУ, к которым относится товарный знак № 773595, принадлежащий Истцу.

Кроме того, нарушение исключительных прав истца на товарные знаки выражается, в том числе, в использовании обозначения «Kanta» в доменном имени kanta.nt-rt.ru.

Обозначение «Kanta» является транслитерацией обозначения «Канта», являющегося охраняемым словесным элементов товарных знаков по свидетельствам Российской Федерации № 773595, № 771584, № 775653.

Также истец указывает, что он обладает исключительными правами на реалистичные изображения стропов бренда «Канта Плюс», а также реалистичные изображения процесса производства товаров правообладателя, размещенные в сети «Интернет», а именно на страницах сайта истца. https://kanta.ru/.

На страницах сайта https://kanta.nt-rt.ru/ нарушались исключительные права истца, в том числе, на вышеуказанные изображения.

27 декабря 2022 года истец направил ответчику претензию с требованиями о прекращении незаконного использования товарных знаков, принадлежащих истцу, в том числе в доменном имени kanta.nt-rt.ru, а также об удалении со страниц сайтов https://nt- rt.ru/ и https://kanta.nt-rt.ru/ и каких-либо других ресурсов в сети «Интернет» используемых обозначений «Канта» и «Канта Плюс», и любых иных обозначений, в том числе изобразительных, сходных до степени смешения с товарными знаками по свидетельствам Российской Федерации № 773595, № 771584, № 775653, и реалистичных изображений, исключительными правами на которые обладает истец.

9 января 2023 года истец получил от ответчика ответ на претензию, а позднее использование им товарного знака № 766468 и сходных до степени смешения обозначений было прекращено, однако ответчик не выплатил компенсацию, затребованную истцом, что послужило основанием для обращения в суд с настоящим исковым заявлением.

К результатам интеллектуальной деятельности и приравненным к ним средствам индивидуализации, которым предоставляется правовая охрана, статья 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) относит товарные знаки и произведения науки, литературы и искусства.

В соответствии со статьей 1477 ГК РФ на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак.

Как следует из положений статьи 1482 ГК РФ, в качестве товарных знаков могут быть зарегистрированы словесные, изобразительные, объемные и другие обозначения или их комбинации. Товарный знак может быть зарегистрирован в любом цвете или цветовом сочетании.

Согласно пункту 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 этой статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

Исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, выполнении работ, оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; в сети Интернет, в том числе в доменном имени и при других способах адресации (пункт 2 статьи 1484 ГК РФ).

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых

товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 Кодекса).

Из содержания указанных норм права следует, что использование в гражданском обороте на территории Российской Федерации товарного знака может осуществляться только с разрешения правообладателя или уполномоченного им лица. Предложение к продаже, продажа и иное введение в хозяйственный оборот товаров с товарным знаком или сходным с ним до степени смешения обозначением, используемых без разрешения его владельца, а также размещение товарного знака в доменном имени является нарушением права на товарный знак.

Согласно пункту 1 статьи 1515 ГК РФ товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными. При этом признание таких товаров, их этикеток и упаковок контрафактными закон не ставит в зависимость от того, каким способом и какое лицо их использует - лицо, незаконно разместившее товарный знак на товарах, этикетках, упаковках, или лицо, использующее, распространяющее их после незаконного ведения в гражданский оборот, в том числе реализующее их в розницу.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1259 ГК РФ объектами авторских прав являются произведения науки, литературы и искусства независимо от достоинств и назначения произведения, а также от способа его выражения, в том числе фотографические произведения и произведения, полученные способами, аналогичными фотографии.

В силу пункта 1 статьи 1228 ГК РФ автором результата интеллектуальной деятельности признается гражданин, творческим трудом которого создан такой результат.

Исключительное право на результат интеллектуальной деятельности, созданный творческим трудом, первоначально возникает у его автора. Это право может быть передано автором другому лицу по договору, а также может перейти к другим лицам по иным основаниям, установленным законом (пункт 3 статьи 1228 ГК РФ).

Действующее законодательство не устанавливает никаких специальных условий, которые были бы необходимы для признания фотографических произведений объектом авторского права и для предоставления ему соответствующей охраны, в связи с чем, автор (фотограф) уже в силу самого факта создания произведения (любой фотографии) обладает авторскими правами на него вне зависимости от его художественного значения и ценности.

Согласно пункту 3 статьи 1259 ГК РФ авторские права распространяются как на обнародованные, так и на необнародованные произведения, выраженные в какой-либо объективной форме, в том числе в письменной, устной форме (в виде публичного произнесения, публичного исполнения и иной подобной форме), в форме изображения, в форме звуко- или видеозаписи, в объемно-пространственной форме.

Для возникновения, осуществления и защиты авторских прав не требуется регистрация произведения или соблюдение каких-либо иных формальностей (пункт 4 статьи 1259 ГК РФ).

Авторское право возникает в силу факта создания произведения, отвечающего условиям охраноспособности: являющегося результатом творческого труда автора и выраженного в объективной форме.

В силу части 1 статьи 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном настоящим Кодексом. Условиями предоставления судебной защиты лицу, обратившемуся в суд с соответствующим требованием, являются установление наличия у истца принадлежащего ему субъективного материального права или охраняемого законом интереса, факта его нарушения и факта нарушения права истца именно ответчиком.

Пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ, Кодекс) предусмотрено, что гражданин или юридическое лицо, обладающие

исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных Кодексом.

Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными ГК РФ), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную этим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается Кодексом.

В соответствии со статьей 1250 ГК РФ интеллектуальные права защищаются способами, предусмотренными Кодексом, с учетом существа нарушенного права и последствий нарушения этого права.

Статьей 1252 ГК РФ предусмотрено, что защита исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации осуществляется, в частности, путем предъявления требования о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, – к лицу, совершающему такие действия или осуществляющему необходимые приготовления к ним; о возмещении убытков – к лицу, неправомерно использовавшему результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без заключения соглашения с правообладателем (бездоговорное использование) либо иным образом нарушившему его исключительное право и причинившему ему ущерб.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных ГК РФ, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

В соответствии с подпунктом 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Статьей 1301 ГК РФ предусмотрено, что в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных ГК РФ (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: в

размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда; в двукратном размере стоимости экземпляров произведения или в двукратном размере стоимости права использования произведения, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 59 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации", компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

Из приведенных норм материального права, а также из положений части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации следует, что на ответчика возлагается бремя доказывания выполнения им требований законодательства при использовании объекта интеллектуальной собственности. В противном случае такое лицо признается нарушителем исключительного права и для него наступает гражданско-правовая ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации. Истец же должен лишь подтвердить факт принадлежности ему исключительного права, и факт использования соответствующего объекта ответчиком, при этом истец освобождается от доказывания причиненных ему убытков.

Материалам дела подтверждается, что истец является правообладателем исключительных прав на товарные знаки № 773595, № 771584, № 775653. Материалам дела также подтверждается, что истец осуществляет предпринимательскую деятельность по производству строп различных видов. Информация о производимых истцом товарах содержится на странице его сайта https://kanta.ru/ .

Как разъяснено в пункте 162 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление № 10), согласно пункту 3 статьи 1484 ГК РФ никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения.

Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю. При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства.

Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При

этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается.

Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

При наличии соответствующих доказательств суд, определяя вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения, оценивает и иные обстоятельства, в том числе:

используется ли товарный знак правообладателем в отношении конкретных товаров;

длительность и объем использования товарного знака правообладателем; степень известности, узнаваемости товарного знака;

степень внимательности потребителей (зависящая в том числе от категории товаров и их цены);

наличие у правообладателя серии товарных знаков, объединенных общим со спорным обозначением элементом.

При определении вероятности смешения также могут учитываться представленные лицами, участвующими в деле, доказательства фактического смешения обозначения и товарного знака, в том числе опросы мнения обычных потребителей соответствующего товара.

Суд учитывает влияние степени сходства обозначений, степени однородности товаров, иных обстоятельств на вероятность смешения, а не каждого из соответствующих обстоятельств друг на друга.

Методология определения сходства сравниваемых обозначений и вероятности их смешения в гражданском обороте определена Правилами составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденными приказом Министерства экономического развития Российской Федерации от 20.07.2015 № 482 (далее - Правила № 482) и пунктом 162 Постановление № 10.

Товарный знак по свидетельству РФ № 773595 представляет собой изобразительное обозначение , охраняемое в отношении товаров 06, 22, 35 классов МКТУ.

Товарный знак по свидетельству РФ № 771584 представляет собой комбинированное обозначение , охраняемое в отношении товаров 06, 22 классов МКТУ.

Товарный знак по свидетельству РФ № 775653 представляет собой словесное обозначение , охраняемое в отношении товаров 06 класса МКТУ.

Судом первой инстанции установлено, что ответчиком на сайтах https://nt-rt.ru/ и kanta.nt-rt.ru. были незаконно размещены обозначения «Канта Плюс» и .

Истец заявлял, что нарушение исключительных прав истца на товарные знаки было выражено также в использовании обозначения «Kanta» в доменном имени kanta.nt-rt.ru.

Сравнивая противопоставленные обозначения, суд установил, что обозначения, использованные ответчиком, сходны до степени смешения с товарными знаками истца по фонетическому, семантическому и графическому признакам, данные обозначения полностью повторяют товарные знаки истца, фактически являются тождественными им.

Обозначение «Kanta» является транслитерацией обозначения «Канта», являющегося охраняемым словесным элементов товарных знаков по свидетельствам Российской Федерации № 771584, № 775653.

Суд обоснованно отклонил довод ответчика о том, что в рассматриваемом случае использование ответчиком спорных обозначений «Канта», «Канта Плюс» на сайте ответчика nt-rt.ru носило информационный характер, целью которого является информирование заинтересованных лиц как о существовании такого производителя, так и о готовности ответчика взять на себя всю логистику для поставки товара этого производителя до заказчика, поскольку из материалов дела не следует, что истец поручал ответчику функции информирования покупателей о своей продукции. (Аналогичные выводы содержатся в Постановлении Суда по интеллектуальным правам от 06.07.2022 N С01-1327/2021 по делу N А65-26298/2020).

Одной из функций товарного знака является индивидуализирующая. Благодаря товарному знаку маркированная продукция получает известность среди потребителей.

Индивидуализирующая функция, очевидно, нарушается тогда, когда другие лица используют зарегистрированный товарный знак с целью привлечения внимания потребителей к своим товарам.

Поэтому другие лица, используя чужой зарегистрированный товарный знак, нарушают исключительное право, даже если делают это не умышленно.

В качестве доказательств принадлежности ответчику доменов kanta.nt-rt.ru и https://nt-rt.ru/ истец представил в материалы дела скриншоты страниц с сайта ответчика в сети интернет.

Пунктом 55 Постановления Пленума N 10 разъяснено, что при рассмотрении дел о защите нарушенных интеллектуальных прав судам следует учитывать, что законом не установлен перечень допустимых доказательств, на основании которых устанавливается факт нарушения (статья 55 ГПК РФ, статья 64 АПК РФ).

Поэтому при разрешении вопроса о том, имел ли место такой факт, суд в силу статей 55 и 60 ГПК РФ, статей 64 и 68 АПК РФ вправе принять любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством, в том числе полученные с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в частности сети "Интернет".

По смыслу приведенной правовой позиции высшей судебной инстанции лица, участвующие в деле, могут самостоятельно фиксировать находящуюся в сети "Интернет" информацию доступными им средствами и представлять ее в материалы дела в виде скриншотов интернет-страниц, распечаток различных информационных ресурсов, распечаток электронной переписки и прочего.

Такие носители должны содержать дату фиксации информации (дату изготовления скриншота, дату распечатки сведений информационного ресурса и т.п.), адрес нахождения информации в сети Интернет (сетевой адрес, доменное имя, IP адрес и т.п.), а также должны быть заверены подписью представляющего их лица (представителя). В случае, когда юридически значимой является дата размещения информации в сети Интернет, соответствующий носитель должен содержать и эту дату.

Согласно пункту 2.6 Информационной справки при рассмотрении дел, связанных с защитой исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации, доказательства, полученные с использованием сети Интернет, являются относимыми, если фиксируют факт нарушения исключительных прав в тот период, за который предъявлено требование в конкретном деле (постановление Суда по интеллектуальным правам от 08.02.2016 по делу N А40-124810/2014, Постановлении Суда по интеллектуальным правам от 20.05.2021 N С01-546/2021 по делу N А57-3035/2020)

В рассматриваемом случае указанные требования к форме представления скриншотов страниц сайтов в сети «Интернет» истцом соблюдены надлежащим образом.

При этом относимость и достоверность представленных истцом доказательств ответчиком в установленном законом порядке не опровергнута, доказательства обратного суду не представлены, о фальсификации доказательств не заявлено (ст.ст. 65, 68, 161 АПК РФ).

Исходя из положений статьи 1253.1 ГК РФ в доведении информации до всеобщего сведения в сети Интернет, как правило, задействованы следующие лица: администратор домена, владелец сайта, провайдер хостинга, регистратор доменов, лицо, размещающее ссылки/оператор поисковой системы.

Суд первой инстанции верно указал, что если нарушение совершено на сайте, то по общему правилу надлежащим ответчиком по иску о защите исключительных прав, в том числе о пресечении нарушения (прекращении использования спорных объектов на сайте), является владелец сайта, поскольку именно он имеет возможность размещать и удалять информацию с сайта.

В силу пункта 17 статьи 2 Федерального закона от 27.07.2006 N 149-ФЗ "Об информации, информационных технологиях и о защите информации" (далее - Закон об информации) владелец сайта в сети Интернет - лицо, самостоятельно и по своему усмотрению определяющее порядок использования сайта в сети Интернет, в том числе порядок размещения информации на таком сайте.

В случае участия администратора домена в совершении правонарушения он также может быть привлечен к ответственности (в частности, если он предоставил возможность использования домена для совершения действий, являющихся нарушением, или получал доход от неправомерного использования результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации).

Под администратором домена понимается пользователь, на имя которого зарегистрировано доменное имя (пункт 1.1 Правил регистрации доменных имен в доменах .RU и .РФ, утвержденных решением Координационного центра национального домена в сети Интернет от 05.10.2011 N 2011-18/81).

По общему правилу владелец сайта может быть установлен на основании сведений, размещенных на таком сайте.

Так, согласно пункту 2 статьи 10 Закона об информации владелец сайта в сети Интернет обязан размещать на принадлежащем ему сайте информацию о своих наименовании, месте нахождения и адресе, об адресе электронной почты для обеспечения возможности правообладателям направлять претензии по поводу нарушений на сайте.

В связи с этим наличие информации о наименовании организации, ее месте нахождения и адресе, об адресе электронной почты на сайте, размещение на сайте средств индивидуализации такой организации и/или ее товаров и услуг может свидетельствовать о том, что данная организация является владельцем сайта.

Иное подлежит доказыванию заинтересованным лицом (часть 1 статьи 65 АПК РФ).

Как разъяснено в пункте 78 постановления N 10, владелец сайта самостоятельно определяет порядок использования сайта (пункт 17 статьи 2 Федерального закона от 27 июля 2006 года N 149-ФЗ "Об информации, информационных технологиях и о защите информации", далее - Федеральный закон "Об информации, информационных технологиях и о защите информации"), поэтому бремя доказывания того, что материал, включающий результаты интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, на сайте размещен третьими лицами, а не владельцем сайта и, соответственно, последний является информационным посредником, лежит на владельце сайта. При отсутствии таких доказательств презюмируется, что владелец сайта является лицом, непосредственно использующим соответствующие результаты интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации.

Владельцем домена https://nt-rt.ru/ является ответчик, о чем свидетельствует информация, размещенная в разделе «Карточка предприятия» сайта и в разделе «Контакты» сайта https://nt-rt.ru/. Факт принадлежности ответчику данного домена ответчиком не оспаривается.

Суд верно отметил, что отсутствие формальной регистрации доменного имени третьего уровня – https://kanta.nt-rt.ru/ не исключает возможности привлечения ответчика

к гражданско-правовой ответственности за незаконное использование в указанном домене словесного элемента товарного знака, исключительные права на который принадлежат истцу.

Ответчик факт использования домена третьего уровня – https://kanta.nt-rt.ru/ не отрицал. Кроме того, ответчик своими фактическими действиями подтвердил наличие у него технической возможности администрирования спорного субдомена, удалив после предъявления иска спорный субдомен из сети Интернет, а также всю размещенную информацию об истце и о производимой им продукции, что подтверждено представителем ответчика в судебных заседаниях.

Использование чужого средства индивидуализации в качестве части доменных имен сайта, предлагающего однородные работы и услуги, использование товарных знаков при размещении информации на сайте и при трансляции рекламных видеороликов в сети Интернет, а также в настройках рекламной кампании по продвижению собственного сайта, подпадает под понятие использование права на товарный знак по ст. 1484 ГК РФ и, соответственно, приводит к нарушению исключительных прав истца.

Таким образом, в настоящем деле ответчик нарушил исключительные права истца на товарные знаки при их использовании при адресации в сети Интернет (в доменном имени), что также является самостоятельным способом использования товарного знака (подпункт 5 пункта 2 статьи 1484 ГК РФ).

На основании изложенного, с учетом установленного сходства сравниваемых обозначений до степени смешения, суд пришел к выводу о нарушении ответчиком исключительных прав истца на товарные знаки № 773595, № 771584, № 775653 при размещении тождественных обозначений на страницах kanta.nt-rt.ru и https://nt-rt.ru/, а также о нарушении ответчиком исключительных прав истца на товарные знаки № 771584, № 775653 в доменном имени https://kanta.nt-rt.ru/.

Отказывая в удовлетворении требований о взыскании компенсации за незаконное использование фотографических произведений (изображений), суд первой инстанции исходил их того, что что охраняемым объектом исключительного права истца применительно к настоящему делу является не контент сайта истца https://kanta.ru или иное составное произведение (например, каталог товаров истца), а самостоятельные объекты авторского права – фотографические произведения и реалистичные изображения продукции истца (объемные визуализации продаваемых истцом изделий).

Проанализировав совокупность представленных в материалы дела доказательств по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд пришел к выводу об отсутствии доказательств того, что истец является обладателем исключительных прав на спорные фотографические произведения и реалистичные изображения продукции истца (объемные визуализации продаваемых истцом изделий).

Суд установил, что представленные истцом доказательства не свидетельствуют однозначно о том, что спорные произведения были созданы творческим трудом самого истца, либо по его заказу. Из документов, представленных истцом в материалы дела, не усматривается ни дата создания фотографий и изображений, ни сведения о том, кто является автором оригинальных экземпляров, не указан источник происхождения фотографий и изображений, не приложены служебные задания на создание результата интеллектуальной деятельности (реалистичные изображения строп и др), Кроме того, истец не представил доказательств администрирования сайта kanta.ru с 2017 года.

Отклоняя довод истца о том, что в предмет доказывания по делу не входит установление авторства, что в рассматриваемом случае действует презумпция авторства, которая подлежит опровержению ответчиком, суд отметил, что исходя из характера спора о защите авторских прав на истце лежит обязанность доказать принадлежность ему исключительных прав на спорные фотографические произведения и изображения и

использование данных прав ответчиком, на ответчике - выполнение им требований действующего законодательства.

Ввиду отсутствия в материалах дела доказательств принадлежности истцу исключительных прав на спорные объекты, отсутствия доказательств «права на иск», суд не нашел оснований для взыскания с ответчика в пользу истца компенсации за нарушение исключительных авторских прав на фотографические произведения и изображения.

В указанной части решение суда первой инстанции заявителем не оспаривается.

Приняв во внимание, что факт незаконного использования ответчиками обозначений, сходных до степени смешения с товарными знаками истца № 771584, № 775653, № 773595, подтвержден представленными в материалы дела доказательствами, пришел к выводу о наличии оснований для взыскания с ответчика компенсации за нарушение исключительных прав на товарные знаки № 771584, № 775653, № 773595.

Отклоняя довод ответчика о неиспользовании им изображения , охраняемого товарным знаком № 773595, суд первой инстанции указал, что данный изобразительный элемент был использован ответчиком в комбинированных обозначениях , размещенных на сайтах истца.

Отклоняя довод ответчика о том, что в рассматриваемом случае использование трех обозначений , , представляет собой одно нарушение, суд первой инстанции указал, что в данном случае товарные знаки не имеют общего доминирующего признака, который повторялся бы во всех товарных знаках.

В силу разъяснений, содержащихся в пункте 33 "Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 23.09.2015) если защищаемые товарные знаки фактически являются группой (серией) знаков одного правообладателя, зависимых друг от друга, связанных между собой наличием одного и того же доминирующего словесного или изобразительного элемента, имеющих фонетическое и семантическое сходство, а также несущественные графические отличия, не изменяющие сущность товарных знаков, то нарушение прав на несколько таких товарных знаков представляет собой одно нарушение.

Согласно подходу, изложенному в постановлении Суда по интеллектуальным правам от 23.12.2016 N С01-1143/2016 по делу N А40-251394/2015, при оценке довода о том, что товарные знаки являются одной группой (серией) товарных знаков следует руководствоваться правовой позицией, сформированной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26.06.2012 N 2384/12 по делу N А40-146649/2010, согласно которой товарные знаки составляют группу (серию), если отвечают в совокупности следующим критериям: зависимы друг от друга; связаны между собой наличием одного и того же доминирующего элемента; имеют фонетическое и семантическое сходство; между знаками существуют незначительные графические отличия, не изменяющие сущность товарных знаков.

При этом под серией товарных знаков понимается, как правило, три и более товарных знака, принадлежащих одному правообладателю, в основе которых лежит один элемент. Элемент, положенный в основу серии товарных знаков, может быть как словесным, так и изобразительным, а также представлять собой комбинированное обозначение.

Вместе с тем, делая вывод об отсутствии одной серии товарных знаков, суд первой инстанции не принял во внимание, что в пункте 33 Обзора судебной практики от 23.09.2015 речь идет не только о серии знаков, но и о группе знаков. Более того, в качестве примера в этом пункте приведено дело о защите прав на два товарных знака.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что товарные знаки № 773595 и № 771584 входят в одну группу товарных знаков, поскольку связаны наличием изобразительного

элемента , а товарные знаки № 771584 и № 775653 также образуют группу товарных знаков, поскольку связаны наличием словесного элемента .

Комбинированный товарный знак № 771584 входит в каждую их этих групп.

При этом нарушение прав истца на товарный знак № 773595 выражалось исключительно в использовании ответчиком комбинированного товарного знака № 771584, включающего изобразительный элемент .

Принимая во внимание, что указанные товарные знаки зарегистрированы на имя одного лица и применяются в отношении одной группы товаров (06 класса МКТУ), суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что для цели привлечения к ответственности они могут быть признаны одной группой товарных знаков.

Кроме того, ответчиком был заявлен довод о единстве намерений, в частности указано, что само упоминание в тексте на одной интернет-странице словесного элемента «КАНТАПЛЮС несколько раз не образует отдельных нарушений, так как направлены на достижение одной цели - довести информацию о компании- изготовителе «КАНТА ПЛЮС, и неважно сколько раз такой изготовитель был поименован в тексте, так как любое количество повторений не влияет на возможность увеличения неблагоприятных последствий. То есть, если рассматривать упоминание словесного обозначения «КАНТАПЛЮС» как нарушение, то оно охватывается единством намерений, а не образует несколько отдельных нарушений.

В силу пункта 56 Постановления Пленума № 10 использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации несколькими способами представляет собой, по общему правилу, соответствующее число случаев нарушений исключительного права.

Вместе с тем использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации одним лицом различными способами, направленными на достижение одной экономической цели, образует одно нарушение исключительного права. Например, хранение или перевозка контрафактного товара при условии, что они завершены фактическим введением этого товара в гражданский оборот тем же лицом, являются элементом введения товара в гражданский оборот и отдельных нарушений в этом случае не образуют; продажа товара с последующей его доставкой покупателю образует одно нарушение исключительного права.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о ом, что экономической целью ответчика являлось информирование покупателей о продукции «Канта Плюс» и предложение к продаже продукции «Канта Плюс».

Согласно пункту 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных настоящим Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации. При этом в случае, если права на

соответствующие результаты или средства индивидуализации принадлежат одному правообладателю, общий размер компенсации за нарушение прав на них с учетом характера и последствий нарушения может быть снижен судом ниже пределов, установленных настоящим Кодексом, но не может составлять менее пятидесяти процентов суммы минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения.

В соответствии с пунктом 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, предусматривающей ответственность за незаконное использование товарного знака, правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

В пункте 59 Постановления Пленума № 10 разъяснено, что компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать размер понесенных убытков.

В пункте 35 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 23.09.2015, разъяснено, что при определении размера подлежащей взысканию компенсации суд не вправе по своей инициативе изменять вид компенсации, избранный правообладателем.

Рассматривая дела о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, суд определяет сумму компенсации в указанных законом пределах по своему усмотрению, но не выше заявленного истцом требования.

Как следует из содержания исковых требований и как неоднократно уточнялось истцом, в рассматриваемом случае истцом избран вид компенсации на основании подпункта 1 статьи 1301 ГК РФ, и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения.

При этом истец указал, что размер компенсации может быть рассмотрен, в том числе, исходя из подсчета обозначений и изображений на страницах сайта ответчика, согласно последнему уточнению исковых требований в обоснование компенсации указано следующее:

1) 100 000 рублей за нарушение исключительного права истца на товарные знаки № № 771584, 775653 в доменном имени kanta.nt-rt.ru - по 50 000 рублей за нарушение исключительного права на каждый товарный знак;

2) 330 000 рублей за нарушение исключительного права на 11 изображений на страницах сайта https://kanta.nt-rt.ru/ (позиции 1-11 Приложение № 6) и на 1 изображение на страницах сайта https://nt-rt.ru/ (позиция 12 Приложение № 6) – по 27 500 рублей за каждое изображение;

3) 1 370 000 рублей за размещение на страницах сайта kanta.nt-rt.ru 137 обозначений (Приложение № 3), в том числе 7 комбинированных, сходных до степени смешения с товарными знаками истца (позиции 19, 42, 75, 95, 111, 127 и 136 Приложение № 3), по 10 000 рублей за каждый факт размещения, где:

- 650 000 рублей за нарушение исключительного права на товарный знак № 771584 (позиции 1-18, 20-41, 43-74, 76-94, 96-110, 112-126, 128- 135 и 137 Приложение № 3) – по 5 000 рублей за каждый факт размещения;

- 650 000 рублей за нарушение исключительного права на товарный знак № 775653 (позиции 1-18, 20-41, 43-74, 76-94, 96-110, 112-126, 128- 135 и 137 Приложение № 3) – по 5 000 рублей за каждый факт размещения;

- 70 000 рублей за размещение на страницах сайта https://kanta.nt-rt.ru/ 7 комбинированных обозначений, сходных до степени смешения с товарными знаками истца (позиции 19, 42, 75, 95, 111, 127 и 136 Приложение № 3) – по 10 000 рублей за каждый факт размещения, а именно по 3 333,33 рубля за нарушение в отношении каждого Товарного знака № 773595, № 771584, № 775653.

- 110 000 рублей за размещение на страницах сайта https://nt-rt.ru/ 11 обозначений, в том числе 3 комбинированных, сходных до степени смешения с товарными знаками истца, где: 40 000 рублей за нарушение исключительного права на товарный знак № 771584 (позиции 2, 3, 5, 6, 7, 8, 9, 11 Приложение № 5) – по 5 000 рублей за каждый факт размещения;

4) 40 000 рублей за нарушение исключительного права на товарный знак № 775653 (позиции 2, 3, 5, 6, 7, 8, 9, 11 Приложение № 5) – по 5 000 рублей за каждый факт размещения;

5) 30 000 рублей за размещение на страницах сайта https://kanta.nt-rt.ru/ 7 комбинированных обозначений, сходных до степени смешения с товарными знаками истца (позиции 1, 4, 10 Приложение № 5) – по 10 000 рублей за каждый факт размещения, а именно по 3 333,33 рубля за нарушение в отношении каждого товарного знака № 773595, № 771584, № 775653.

Дополнительно обосновывая размер компенсации, истец указал, что ответчик зарекомендовал себя как недобросовестный участник экономических отношений, что общая стоимость товаров, указанных в прайс-листе ответчика, составляет 8 057 753 руб., указывает факт неоднократного совершения ответчиком схожих нарушений. Истец также отмечает, что количество неправомерно использованных ответчиком обозначений влияет на характер совершенного правонарушения.

Как усматривается из искового заявления, несмотря на представление письменного расчета компенсации, истец не распределял сумму компенсации по каждому товарному знаку, напротив требование заявлено не разделенное между тремя товарными знаками.

Ответчик в отзыве и дополнениях к отзыву заявил о несоразмерности компенсации последствиям совершенного нарушения. Ответчик отметил, что им сразу же после получения претензии истца было прекращено нарушение исключительных прав истца, с момента выявления истцом обстоятельств, с которыми он связывает нарушение прав в отношении товарных знаков (12.12.2022 г.) до момента удаления информации с сайта ответчика (09.01.2023) прошел небольшой отрезок времени. Ответчик указал, что из материалов дела не следует, что ответчик специализируется на продаже товаров с незаконным воспроизведением товарных знаков или иных объектов исключительных прав, либо что торговля такими товарами составляет существенную часть предпринимательской деятельности ответчика. По доводам ответчика, со стороны истца отсутствует достоверное обоснования соразмерности требуемой им суммы компенсации допущенному, по его мнению, нарушению, размещение товарного знака истца в информационных целях на сайте nt-rt.ru не имело для истца негативных последствий, не являлось случаем недобросовестной конкуренции. Ответчик не осуществлял продажу контрафактного товара.

Заявляя требование о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда, истец должен представить обоснование размера взыскиваемой суммы, подтверждающее, по его мнению, соразмерность требуемой им суммы компенсации допущенному нарушению, за исключением требования о взыскании компенсации в минимальном размере (пункт 61 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации").

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 62 постановления N 10, размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При

определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и тому подобное), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что заявленный истцом размер компенсации в 1 910 000 руб. является чрезмерным, противоречит принципам разумности и справедливости, не отвечает требованиям дифференциации ответственности в зависимости от всех имеющих существенное значение обстоятельств.

Истец не обосновал вероятный размер своих убытков и не сослался на иные обстоятельства, способные повлиять на размер взыскиваемой судом компенсации и подтвержденные доказательствами, в связи с чем, невозможно убедиться в соразмерности требуемого истцом размера компенсации в размере 1 910 000 руб. последствиям нарушения, совершенного ответчиком.

В рассматриваемом случае истец самостоятельно выбрал способ определения компенсации из расчета от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей за каждый случай нарушения исключительного права на основании подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Размер компенсации согласно указанным пунктам определяется на усмотрение суда исходя из конкретных фактических обстоятельств дела.

По требованиям о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей суд определяет сумму компенсации исходя из представленных сторонами доказательств не выше заявленного истцом требования.

Суд не лишен права взыскать сумму компенсации в меньшем размере по сравнению с заявленными требованиями, однако такое уменьшение должно быть обосновано.

Принимая во внимание характер допущенного нарушения, вероятные убытки правообладателя, исходя из конкретных обстоятельств дела и имеющихся доказательств, а также принципов разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения, суд апелляционной инстанции полагает возможным определить размер компенсации, подлежащий взысканию с ответчика в размере 200 000 руб.

При определении размера компенсации суд апелляционной инстанции учел, что ответчик выполнил требования истца о прекращении использования доменного имени третьего уровня https://kanta.nt-rt.ru/, а также удалил всю информацию об истце и производимой им продукции с сайтов https://kanta.nt-rt.ru/ и https://nt-rt.ru/. Истец не представил доказательств продолжения использования спорных обозначений ответчиком после получения претензии. Доказательств совершения аналогичных нарушений на момент вынесения решения судом не установлено.

Вопреки доводам заявителя, размещение ответчиком на страницах сайта kanta.nt- rt.ru и https://nt-rt.ru/ обозначений, тождественных товарным знакам истца и обозначений, сходных с ними до степени смешения, не направлено просто на информирование неопределенного круга лиц, а является их использованием.

Истец не поручал ответчику функции информирования потенциальных потребителей о своей продукции, не заключал дистрибьютерских соглашений и не выдавал лицензий на право использования товарных знаков ни в хозяйственной деятельности, ни при оформлении интернет-сайта, в том числе регистрации домена или администрировании субдоменов.

В соответствии со статьей 157 Постановления Пленума ВС РФ № 10 с учетом пункта 1 статьи 1477 и статьи 1484 ГК РФ использованием товарного знака признается его использование для целей индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей.

В рассматриваемом случае употребление товарных знаков и их охраняемых элементов было очевидно направлено на индивидуализацию представленных на сайте товаров (для индивидуализации которых товарные знаки зарегистрированы), на котором также размещался прайс-лист с указанными товарами и форма для оставления заявок покупателями.

Словесные элементы «Канта плюс» или «КАНТАПЛЮС» также не имеет общеупотребимого значения. Многократное использование ответчиком обозначений, сходных с товарными знаками до степени смешения, вводит пользователей сайтов ответчика в заблуждение относительно источника происхождения товаров и услуг, создавая ложное впечатление о том, что ответчик является партнером (например, дилером) истца и реализует его товары, что не соответствует действительности.

Такое употребление ответчиком товарных знаков создает у пользователей сайтов kanta.nt-rt.ru и https://nt-rt.ru/ ложное впечатление о том, что ответчик является производителем товаров, представленных под брендом «Канта плюс», и/или уполномочен производителем (правообладателем) на реализацию его продукции, что является недостоверной информацией.

Довод заявителя о том, что используя товарные знаки истца, он лишь привлекал потенциальных клиентов на свои услуги, при этом указывая на производителя товаров, противоречит фактическим обстоятельствам.

На сайтах, где ответчиком размещались спорные обозначения, отсутствовали какие-либо идентификаторы, позволяющие потребителю установить реального производителя товара «КантаПлюс». Более того, как следует из пояснений самого ответчика, даже он сам не знал реальные и актуальные данные официального производителя, поэтому в любом случае не мог привести такие идентификаторы на сайтах.

До удаления страниц сайта kanta.nt-rt.ru ответчик обладал возможностью зафиксировать все необходимые ему для подтверждения собственных доводов сведения. Указание на приведенный в приложении № 1 к отзыву на исковое заявление пример с другим продавцом неприменимо, в том числе по причине того, что на представленных в материалы дела истцом скриншотах видно, что ни на одной из страниц сайта kanta.nt-rt.ru (в частности на главной странице, как приведено в примере) нет блока «Правовая информация». Доказательств обратного ответчик не представил.

Кроме того, пример страницы сайта с товарами других продавцов не является свидетельством указания такой информации на сайте kanta.nt-rt.ru.

Довод заявителя о том, что судом первой инстанции цель упоминания товарного знака истца не была установлена, противоречит содержанию мотивированного решения, в котором указано, что целью ответчика являлась информирования покупателей о продукции «Канта Плюс» и предложение к продаже продукции «Канта Плюс». Судом установлено, что в рассматриваемом случае ответчиком допущено незаконное использование обозначений, тождественных товарным знакам истца.

Вопреки доводам заявителя, длительность совершения нарушения была учтена судом при определении размера компенсации.

В связи с этим доводом суд апелляционной инстанции также указывает, что при определении размера компенсации в размере 200 000 руб. принимался во внимание период, в течение которого ответчиком допускалось нарушение прав истца.

С учетом того, что при определении количества допущенных ответчиком нарушений суд первой инстанции руководствовался понятием серии товарных знаков, а суд апелляционной инстанции – понятием группы товарных знаков, судами первой и апелляционной инстанций было установлено разное количество допущенных истцом нарушений. Между тем, с учетом самого характера допущенных нарушений, размер компенсации определен судами в одинаковом размере.

На основании изложенного арбитражный апелляционный суд считает, что обжалуемое решение принято судом первой инстанции обоснованно, в соответствии с требованиями норм материального и процессуального права, и основания для его отмены отсутствуют.

Расходы по государственной пошлине в связи с рассмотрением апелляционной жалобы в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежат отнесению на заявителя жалобы.

Руководствуясь статьями 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 14 сентября 2023 года по делу № А65-3273/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в двухмесячный срок в Суд по интеллектуальным правам, через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий Л.Л. Ястремский

Судьи Д.А. Дегтярев

С.Ш. Романенко