Решение от 10 марта 2022 г. по делу № А08-1599/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

БЕЛГОРОДСКОЙ ОБЛАСТИ

Народный бульвар, д.135, г. Белгород, 308000

Тел./ факс (4722) 35-60-16, 32-85-38

Сайт: http://belgorod.arbitr.ru


Именем Российской Федерации




Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А08-1599/2019
г. Белгород
10 марта 2022 года
Резолютивная часть решения объявлена 20.01.2022

Полный текст решения изготовлен 10.03.2022.


Арбитражный суд Белгородской области

в составе судьи Пономаревой О. И.,

при ведении протокола судебного заседания с использованием средств аудиозаписи секретарём судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению ООО СТРАХОВАЯ КОМПАНИЯ "ГЕЛИОС" (ИНН <***>, ОГРН<***>)

к ООО "ПОДРЯДЧИК" (ИНН <***>, ОГРН <***>),

третьи лица: ФИО2, ФИО3, ФИО4

о признании полисов комбинированного страхования имущества юридических лиц № 390-0024269-06100 от 29.10.2018; № 390-0024268-06100 от 29.10.2018; № 390-0024267-06100 от 29.10.2018 незаключенными,


в судебном заседании участвуют представители:

от истца: не явился, извещен;

от ответчика: ФИО5 по доверенности №1 от 06.06.2019 (сроком на 3 года), паспорт, диплом;

от третьего лица:

от ФИО2: не явился, извещен;

от ФИО3: не явился, извещен;

от ФИО4: не явился, извещен;

Установил:

ООО СК «Гелиос» обратился в Арбитражный суд Белгородской области с иском к ООО «Подрядчик» о признании полисов комбинированного страхования имущества юридических лиц № 390-0024269-06100 от 29.10.2018, № 390-0024268-06100 от 29.10.2018, № 390-0024267-06100 от 29.10.2018 незаключенными.

В качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечены ФИО2, ФИО3, ФИО4.

Требования истца мотивировано тем, что с учетом проведенного истцом почерковедческого исследования установлен факт отсутствия собственноручной подписи директора иркутского филиала ООО Страхования компания «Гелиос» ФИО6 на полисах страхования, что, по мнению истца, является основанием для признания договоров страхования не заключенными, так как подписаны неустановленным и неуполномоченным лицом, в связи с этим на поступившее 17.12.2018 в адрес истца заявление на выплату страхового возмещения выгодоприобретателям по вышеперечисленным полисам были направлены письма исх. 01/01/01-05.171 от 16.01.2019 и исх. 01/01/01-05.170 от 16.01.2019 соответственно, в которых сообщалось, что выплата страхового возмещения по оспариваемым полисам страхования невозможна вследствие отсутствия договорных отношений между истцом и ответчиком.

Также истцом отмечено, что указанные обстоятельства, а также выводы независимой экспертизы свидетельствуют о том, что спорные полисы в нарушение положений ст. ст. 160-161 ГК РФ в графе «страховщик» были подписаны неустановленным (неизвестным) лицом, что, в свою очередь, позволяет сделать вывод об отсутствии намерения (волеизъявления) истца заключать договор страхования с ответчиком. Кроме того, заключение договора страхования имеет свою особенность, предусмотренную п. 2 ст. 940 ГК РФ, в соответствии с которой договор страхования может быть заключен путем составления одного документа либо вручения страховщиком страхователю на основании его письменного или устного заявления страхового полиса, подписанного страховщиком. Однако, с учетом установленного факта отсутствия собственноручной подписи директора Иркутского филиала ООО Страховая Компания «Гелиос» ФИО6 на вышеуказанных полисах, следует, что договоры страхования не были заключены ни путем составления одного документа, ни путем вручения страховщиком страхователю на основании его письменного или устного заявления страхового полиса, подписанного страховщиком. Таким образом, сам по себе факт выдачи полиса без подписанного сторонами договора страхования не может служить доказательством заключения полисов.

В связи с этим, по мнению истца, полисы комбинированного страхования имущества юридических лиц от 29.10.2018 №390-0024269-06100, № 390-0024268-06100, № 390-0024267-06100 являются незаключенными, соответственно заявление ответчика о наличии страхового случая в соответствии с указанными полисами - необоснованными и не подлежащими рассмотрению.

В судебном заседании представитель истца заявленные требования поддержал, указав на необоснованность доводов ответчика о том, что директор ООО «Подрядчик» обратился к страховому агенту ООО СК «Гелиос» - ФИО2, поскольку данный довод опровергается объяснениями ФИО4, данными им 05.03.2019, согласно которым бланки страховых полисов поступили в ООО «Подрядчик» от страхового агента ФИО7. Никаких ссылок на то, что ответчик контактировал с агентом ИП ФИО2, объяснения не содержат. Истец никаких доверенностей в адрес ФИО7 не выдавал, агентских договоров с указанным лицом не заключал.

По мнению истца, изложенное подтверждает тот факт, что представитель ответчика, занимавшийся заключением или сопровождением заключения договоров страхования, обращался не напрямую в ООО Страховая Компания «Гелиос» и не к уполномоченному истцом лицу, а к гражданину, чьи полномочия на изготовление и подписание договоров страхования ничем не подтверждены. Более того, такие полномочия отсутствуют вовсе. В этой связи, ссылка ответчика на добросовестность действий его представителя при заключении договоров страхования ничтожна. Более того, указанные договоры не являются пролонгацией, так как выгодоприобретателями указаны физические лица, а не ООО «Подрядчик». Также истец отметил, что подтверждением того, что страховщик не одобрял сделку, тем более на тех условиях, которые указаны в спорных полисах, является и тот факт, что ООО Страховая Компания «Гелиос» вернуло ответчику денежные средства, перечисленные последним якобы как страховая премия.

Наличие на полисах оттиска печати ООО СК «Гелиос» объясняется наличием у ФИО8 фирменных бланков ООО СК «Гелиос», которые не являются бланками строгой отчетности и выдаются сотрудникам ООО Страховая Компания «Гелиос» для распечатки на указанных бланках как страховой документации, так и суброгационных и регрессных требований и ответов на судебные запросы, и коммерческих предложений. Отсутствие волеизъявления на подписание и удостоверение оттиском печати полисов комбинированного страхования имущества юридических лиц № 390-0024269-06100 от 29.10.2018, № 390- 0024268-06100 от 29.10.2018, № 390-0024267-06100 от 29.10.2018 подтверждается и заключением судебной экспертизы, согласно выводам которой, на бланки сначала были нанесены оттиски печати, а лишь потом текст. Данный вывод подтверждает тот факт, что оттиск печати на полисах не удостоверяет документ, что прямо свидетельствует об отсутствии волеизъявления истца на заключение полисов комбинированного страхования имущества юридических лиц № 390-0024269-06100 от 29.10.2018, № 390-0024268-06100 от 29.10.2018, № 390-0024267-06100 от 29.10.2018. Кроме того, если бы истец желал заключить договор страхования имущества ФИО4 и ФИО3, то страхование осуществлялось в соответствии с Правилами комбинированного страхования имущества и гражданской ответственности физических лиц, а не юридических, как это указано в полисах комбинированного страхования имущества юридических лиц № 390-0024269-06100 от 29.10.2018, № 390-0024268-06100 от 29.10.2018, № 390-0024267-06100 от 29.10.2018, что может свидетельствовать исключительно о том, что лицо, изготовившее текст полисов, делало это в спешке, без одобрения истца, без учета фактических данных, о чем свидетельствует и неправильное указание Правил страхования, и неправильное указание реквизитов доверенности, и нанесение текста после оттиска печати). Реестр выданных доверенностей за 2018 г. содержит информацию о доверенностях, выданных ФИО6 (14, страница 2), ФИО9 (346, страница 26), ФИО10 (12, страница 2). По смыслу статей 160 и 168 ГК РФ наличие в договоре поддельной подписи одного из участников при том, что в нем присутствуют все существенные условия, свидетельствует о недействительности договора, как сфальсифицированного документа.

С учетом изложенного истец просил удовлетворить исковые требования.

Ответчик в отзывах на иск, в письменных пояснениях и в судебном заседании требования истца не признал, просил суд отказать в удовлетворении исковых требований в полном объеме, ссылаясь на недобросовестное поведение истца, а также на факт заключения договоров страхования через страхового агента истца - ФИО2 Отметил, что имущество ООО «Подрядчик» ранее страховалось в ООО СК «Гелиос», поэтому после истечения 18.10.2018 срока договора ответчик принял решение продлить договор страхования (перезаключить), при этом воспользовался услугами страхового агента ФИО2 Директор ООО «Подрядчик» пояснил страховому агенту ООО СК «Гелиос», что он не готов оплатить страховую премию, но намерен заключить договор в максимально короткие сроки, в связи с чем ФИО2 предложила оформить отсрочку оплаты страховой премии до 10.11.2018; данные условия устроили страхователя.

Агент ООО СК «Гелиос» ФИО2 является действующим страховым агентом, договор с ней не расторгнут, указанный иск имеет разовый характер, поскольку в данном случае имеет место быть многомиллионная страховая выплата по убытку, который уже произошел. Таким образом, для любого разумного участника оборота очевидно, что в данном случае имеет место попытка истца переложить негативные последствия по заключенной сделке.

При этом ответчик отметил, что в своих пояснения директор Иркутского филиала ФИО6 указала, что страховой агент ФИО2 зарекомендовала себя с хорошей стороны, вопросов к ее работе у страховщика не возникало. Однако при возникновении многомиллионного убытка страховой агент превратился из зарекомендовавшего себя с хорошей стороны страхового агента в лицо неблагонадёжное, самостоятельно подписывающее страховые полиса, намерено превышая свои полномочия.

Ответчик указал, что договоры (полисы) страхования имущества ООО «Подрядчик» заключались и были действующими за период с 19.10.2017 по 18.10.2018, и заключались в том же порядке, как и оспариваемые полисы через страхового агента ООО СК «Гелиос» ФИО2 Соответственно, действуя разумно и добросовестно, ООО «Подрядчик» обратилось к тому же страховому агенту ООО СК «Гелиос» - ФИО2, которая ранее страховала его имущество. Причин, по которым ответчик мог не доверять страховому агенту - не было. Согласно письменным пояснениям страхового агента ФИО2, она согласовала существенные условия спорных договоров страхования с куратором ООО СК «Гелиос», в том числе и отсрочку платежа. Из указанного следует, что ООО СК «Гелиос» скрыло от суда тот факт, что спорный договор страхования был им согласован, вместе с тем представитель ООО СК «Гелиос» в своем отзыве указывает, что о наличии договора в страховой компании не знали до получения письма от страхового агента и договор страхования никто не согласовывал.

Одновременно ООО «Подрядчик» просит суд относиться критически к показаниям свидетеля ФИО6, которая, будучи представителем юридического лица – истца ООО СК «Гелиос», является заинтересованным лицом в данном судебном разбирательстве и непосредственно заинтересована в удовлетворении заявленных исковых требований. В связи с тем, что ФИО6 имеет полное представление о ходе судебного разбирательства, более того, от ее имени подписывались спорные договоры, агентский договор и иные представленные в материалы дела документы, показания ФИО6 не могут быть отнесены судом к доказательствам, в соответствии со ст. 64 АПК РФ. Так, в своих пояснения директор Иркутского филиала ООО СК «Гелиос» ФИО6 указала, что кроме нее страховые полисы подписывают страховые агенты, при этом в материалы дела страховщиком приобщена доверенность, выполненная без указания номера и даты составления (т.4 л.д.37,38), которая в силу п. 1 ст. 186 ГК РФ является ничтожной. На странице 11 агентского договора (т.4 л.д.12), на странице 16 дополнительного соглашения к агентскому договору № 142-800-14 АЮ от 12.04.2014 (т.4 л.д.28) указаны приложения к настоящим документам, под № 1 числиться доверенность страхового агента. Однако при исследовании данной «доверенности» становиться ясно, что данная доверенность не подписана уполномоченным лицом, и не содержит печать организации ее выдавшей. Но при этом данный документ был представлен стороной истца именно как доверенность страхового агента, об этом прямо указано в ходатайстве истца о приобщении к делу письменных доказательств от 06.08.2019.

По мнению ответчика, налицо намеренное введение истцом суда в заблуждение относительно представленного доказательства, который доверенностью не является, более того, истец документ приобщает именно как доверенность, выданную страховому агенту, на совершение определённых действий от имени страховщика. Следовательно, можно говорить о том, что ФИО2 не уполномочена страховщиком на подписание договоров страхования, при этом сама ФИО2 в своих пояснениях указывала, что полисы (договоры) страхования никогда не подписывала. Между тем, директор иркутского филиала ООО СК «Гелиос» ФИО6, в судебном заседании пояснила, что от ее имени страховой агент подписывает полисы (договоры) страхования, имея при этом доверенность. По мнению ответчика, данные пояснения говорят о недобросовестном поведении со стороны страховщика, который, по сути, поручает неуполномоченным лицам заключать полисы (договоры) страхования, а в дальнейшем признавать их незаключенными. Более того, подписи на документе от имени доверителя должны быть с обязательным указанием, что подпись совершена по доверенности доверенным лицом, тем более, что само «уполномоченное лицо ФИО2» указывает, что никогда не подписывала полисы от имени ООО СК «Гелиос», а в графе полиса Страховщик указано: директор Иркутского филиала ООО СК «Гелиос» ФИО6 (либо страховщик (представитель Страховщика) ООО Страховая компания «Гелиос» Иркутский филиал ФИО6), а не представитель ООО СК «Гелиос» по доверенности ФИО2 По мнению ООО «Подрядчик», при указанных обстоятельствах ООО СК «Гелиос» обязано доказать факт подписания спорных полисов именно ФИО2 Довод ответчика, о том, что в Иркутском филиале ООО СК «Гелиос» полисы подписывают третьи лица от имени директора филиала, соответствуют реальным обстоятельствам дела и подтверждены представленным в дело доказательствами, в том числе заключениями экспертов.

Ответчик отметил, что ни одного полюса, подписанного руководителем истца, в материалы дела не представлено; утверждение, что полюса подписывает именно руководитель филиала, документально не подтверждено и опровергнуто всеми экспертизами. Доводы истца о том, что у него никто не контролирует печать организации и ею пользуется бесконтрольно при желании любой работник (в связи с чем наличие печати на документах просто формальность, не влекущая никаких последствий для истца, не основаны на нормах права.

В этой связи ответчик просит отказать ООО СК «Гелиос» в удовлетворении заявленных требований.

Третье лицо – ФИО2 – в нотариально удостоверенных письменных пояснениях (л.д. 85-87, т. 2) указала, что является страховым агентом ООО СК «Гелиос» на основании агентского договора № 142-800-14 от 12.04.2014, по которому действует как индивидуальный предприниматель. Работа по согласованию условий договора между ООО СК «Гелиос» и любым физическим или юридическим лицом осуществлялась при помощи программы Icra, а также посредством телефонного общения с куратором страховщика, который занимается непосредственным согласованием условий договора, утверждает размер страховой премии, выставляет счета на оплату страховой премии. В связи с тем, что страховому агенту в страховой компании выдаются пустые бланки с логотипом страховщика и печатями ООО СК «Гелиос», ФИО2 после согласования существенных условий и получения ободрения от представителя страховщика (куратора) перепечатывает из программы условия полиса (договора страхования) и отвозит в офис (Иркутский филиал ООО СК «Гелиос») для подписания договора страховщиком. Также было и в отношении договоров страхования от 29.10.2018 № 390-0024267-06100, № 390-0024268-06100, № 390-0024269-06100, заключенных между ООО СК «Гелиос» и ООО «Подрядчик, при этом номера договоров присвоил страховщик. Полисы страхования ФИО2 собственноручно не подписывала. Подписанные ООО СК «Гелиос» экземпляры полисов (договоров страхования) от 29.10.2018 № 390-0024267-06100, № 390-0024268-06100, № 390-0024269-06100 ФИО2 забрала в офисе страховщика (иркутский филиал), передала для подписания ООО «Подрядчик». Кто является непосредственным подписантом спорных полисов, не знает, так как при подписании полисов не присутствовала.

Уже после того, как к ФИО2 обратилось ООО «Подрядчик», она обратила внимание, что подписи в полисах всегда визуально были разные, однако никогда не придавала этому значение, поскольку страховая премия страховщиком по полисам принималась, при наступлении страховых случаев страховщик выплачивал страховое возмещение. В частности, сама ФИО2 в 2017 году страховала принадлежащий ей автомобиль в ООО СК «Гелиос», оплачивала страховую премию (возврата страховой премии не было), однако у нее даже не возникало мыслей, кто подписывает ее договор страхования и что в дальнейшем страховщик может признать этот договор страхования незаключенным.

Также ФИО2 пояснила, что ООО «Подрядчик» уже страховал недвижимое имущество в ООО СК «Гелиос» в 2017 году, страхование осуществлялось при ее участии. В связи с тем, что в октябре 2018 года заканчивался период страхования недвижимого имущества, ФИО2 предложила ООО «Подрядчик» продлить срок страхования на следующий год. Поскольку в период страхования проблем между сторонами не было, получила от страхователя согласие на следующее продление договора, у куратора ООО СК «Гелиос» подтвердила пролонгацию договоров, устно согласовала отсрочку оплаты страховой премии, озвучила клиенту (страхователю) размер страховой премии. Как узнала позже, ООО СК «Гелиос» неоднократно возвращало страховую премию страхователю, полагает, что такие действия страховщика происходят из – за большого размера страховой выплаты.

Также ФИО2 пояснила, что, работая страховым агентом ООО СК «Гелиос» с 2014 года и имея большую клиентскую базу, готова с согласия клиентов предоставить суду оригиналы полисов (договоров страхования), по которым визуально видно, что подпись стоит не директора Иркутского филиала ООО СК «Гелиос» ФИО6, но по которым страховая премия не была возвращена, а по некоторым даже осуществлена страховая выплата. Также в распоряжении ФИО2 имеется полис № 145-0003802-06100, заключенный ООО СК «Гелиос» с АО Авиакомпания «ИрАэро», в котором подпись страховщика от имени директора Иркутского филиала ООО СК «Гелиос» ФИО6 очень похожа на подписи в страховых полисах от 29.10.2018 № 390-0024267-06100, № 390-0024268-06100, № 390-0024269-06100, при этом по полису ИрАэро была произведена страховая выплата.

ФИО2 отметила, что оригиналы полисов страхования (экземпляры страховщика) от 29.10.2018 № 390-0024267-06100, № 390-0024268-06100, № 390-0024269-06100 были ею направлены в адрес ООО СК «Гелиос» Почтой России вместе с иными договорами страхования, реестром полисов; отправка подтверждается соответствующим заявлением и описью вложения. Между тем от страховщика она получила «странное» письмо, в котором ООО СК «Гелиос» сообщает, что отправленное ФИО2 письмо не содержит оригиналов указанных договоров, о чем составлен акт о несоответствии документов описи вложения. Также в этом письме было указано, что между обществом и ООО «Подрядчик» данные договоры не заключались. Устно об этой ситуации куратор страховщика ФИО2 ничего пояснить не смогла, ссылаясь на указание руководства не принимать от ФИО2 полисы страхования.

Принимая во внимание, что ФИО2 является страховым агентом более пяти лет, имеет большой опыт работы как со страховщиками, так и с потребителями страховых услуг, полагает, что страховщиком принято решение данный страховой убыток не урегулировать в связи со значительным размером страхового возмещения. Также отмечено, что приведенные пояснения даны ФИО2 с целью защиты своего доброго имени и деловой репутации.

Дополнительно ФИО2 представила письменные пояснения (л.д. 99-102, т. 4), в которых дополнительно указала, что оплата ее вознаграждения как агента согласно п. 4.1 агентского договора № 1425-800-14АЮ от 12.04.2014 зависит напрямую от полученных страховых премий страховщиком; свое вознаграждение она получает только после выплаты страховых премий страхователями. По настоящему спору страховая премия ООО СК «Гелиос» была несколько раз возвращена обратно ООО «Подрядчик», в связи с чем ФИО2 как страховой агент по спорным договорам вознаграждение не получила. Акт – отчет страхового агента составляется непосредственно куратором страхового агента в ООО СК «Гелиос», ФИО2 указанные акты – отчеты заключенных документов никогда не ведет и не составляет. Так как номера страховых полисов присваивает непосредственно страховщик, ФИО2 не может их составлять. Кроме того, страховые премии не всегда выплачиваются страховому агенту, юридические лица перечисляют страховую премию непосредственно на расчетный счет страховщика, агент не может знать о том, состоялось ли заключение договора ли нет и, как следствие, включать указанный договор страхования в отчет. В связи с тем, что спорные полисы страхования между ООО СК «Гелиос» и ООО «Подрядчик» оспариваются страховщиком, они не включены в акт – отчет агента и, как следствие, вознаграждение по указанным полисам в силу условий агентского договора ФИО2 не выплачивали. Также отметила, что акт – отчет агента она подписывает в офисе страховщика с периодичностью в 1 месяц, у своего куратора. ФИО2 подписала акт – отчет страхового агента за период, в котором заключались полисы страхования ООО «Подрядчик» без указания на них в отчете, т. к. хотела получить вознаграждение за указанный период. Без подписания акта – отчета агента страховщик вознаграждение выплачивать отказался.

В отношении полисов страхования, заключенных 25.10.2018 между ООО «Подрядчик» и ООО СК «Гелиос» ФИО2, подтвердила, что вначале подписала договор у клиента, а затем предоставила на подпись страховщику. Учитывая, что ранее между сторонами договоров страхования не возникала никаких конфликтных ситуаций, предварительно согласовав условия с куратором, отдала на подписание клиенту, однако страховщик указанные полисы подписывать отказался. Далее страховщик согласовал договоры в новой редакции и ФИО2 29.10.2018 отдала их на подпись ООО СК «Гелиос», а затем подписала их у ООО «Подрядчик».

Помимо этого, в п. 5 дополнительных пояснений ФИО2 изложила причины, в силу которых она не являлась в судебные заседания, но предоставила нотариально удостоверенные пояснения по существу рассматриваемого спора (л.д. 99-100, оборот, т. 4).

Иными третьими лицами пояснения по существу рассматриваемого спора представлены не были, что не препятствует рассмотрению дела по имеющимся в нем доказательствам.

Исследовав материалы дела, заслушав пояснения представителей истца и ответчика, проверив доводы сторон, арбитражный суд приходит к выводу о том, что исковые требований ООО СК «Гелиос» подлежат оставлению без удовлетворения по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, ООО СК «Гелиос», получив уведомления ООО «Подрядчик» о повреждении имущества в результате пожара, произошедшего 08.11.2018, с приложением оригиналов полисов страхования от 29.10.2018 № 390-0024269-06100, № 390-0024268-06100, № 390-0024267-06100, приняло решение провести проверку, в ходе которой было установлено, что представленные ответчиком полисы, подписанные от имени директора Иркутского филиала ФИО6, ею не подписывались и в учетной базе истца не значатся. Таким образом, выплата страхового возмещения, по мнению истца не возможна, так как данные требования вытекают из полисов страхования, которые истец не заключал.

Истцом самостоятельно организовано проведение комплексного почерковедческого и технико криминалистического экспертного исследования представленных полисов страхования в «Экспертно-правовое бюро ФИО11» г. Москва

Согласно результатам проведенного исследования специалистом ФИО8 было установлено, что подпись от имени ФИО6 в графе «Страховщик» в полисах выполнена не ФИО6, а другим лицом с подражанием оригинальной подписи ФИО6 Печати на полисах проставлены оригинальными печатями истца. Подпись от имени ФИО6 выполнена после выполнения печатного текста на полисах, оттиск печати, вероятно, выполнен до нанесения печатного текста.

По заявлению ООО «Подрядчик» ФБУ «Иркутская лаборатория судебной экспертизы» проведены почерковедческие исследования ряда полисов страхования, выданных ООО СК «Гелиос», в том числе трех спорных полисов ООО «Подрядчик», по результатам исследований составлен предоставлен акт экспертного исследования № 484/2-6 от 23.05.2019.

Согласно данному акту, на исследование эксперту представлены полисы страхования: № 390-0021279-06100, заключенный с ООО «Фабрика Бетонов», полис № 145-0000368-0610, заключенный с ФИО12, полис № 145-0003800-06100 заключенный с ФИО2, полис №145-0003802-06100, заключенный с АО Авиакомпания «ИрАэро», полисы № 390-0020834-06100, № 390-0020835-06100, № 390-0020836-06100, заключенные с ООО «Подрядчик» в 2017 году, полис № 390-0021788-06100, заключенный с ООО «БСК-Групп», спорные полисы страхования от 29.10.2018 № 390-0024267-06100, № 390-0024268-06100, № 390-0024269-06100, ООО «Подрядчик» и ООО СК «Гелиос», а также дополнительное соглашение № 1 к договору комбинированного страхования средств наземного транспорта № 145-0003800-06100 от 01.08.2017, заключённое между ФИО2 и ООО СК «Гелиос» 20.12.2017.

Отвечая на вопросы, эксперт пришел к выводу, что подписи на представленных страховых полисах составленные от имени директора иркутского филиала ООО СК «Гелиос» ФИО6, выполнены не одним лицом, а разными.

По ходатайству ответчика к материалам дела приобщены оригиналы страховых полисов, заключенных ООО СК «Гелиос», действительность которых истец не оспаривает:

- полис № 390-0021279-06100 от 13.12.2017, заключенный между ООО «Фабрика Бетонов» и ООО СК «Гелиос»,

- полис № 145-0000368-0610, между ФИО12 и ООО СК «Гелиос» 15.05.2015,

- полис № 145-0003800-06100 между ФИО2 и ООО СК «Гелиос» 01.08.2017,

- полис №145-0003802-06100, между АО Авиакомпания «ИрАэро» и ООО СК «Гелиос» 23.08.2017,

- полис № 390-0020834-06100, между ООО «Подрядчик» и ООО СК «Гелиос» 18.10.2017,

- полис № 390-0020835-06100, между ООО «Подрядчик» и ООО СК «Гелиос» 18.10.2017,

- полис № 390-0020836-06100, между ООО «Подрядчик» и ООО СК «Гелиос» 18.10.2017,

- полис № 390-0021788-06100, между ООО «БСК-Групп» и ООО СК «Гелиос» 15.04.2018.

Определением суда по ходатайствам истца и ответчика 01.11.2019 назначена судебная почерковедческая и судебная техническая экспертиза документов, проведение которой поручено эксперту службы криминалистических экспертиз АНО «Комитет Судебных Экспертов», эксперту – криминалисту ФИО13, стаж работы по экспертной специальности с 1995 года.

На разрешение эксперту поставлены следующие вопросы:

Вопросы истца:

1. Кем, ФИО6 или иным лицом, выполнена подпись от имени ФИО6 в полисе к договору комбинированного страхования имущества юридических лиц от 29.10.2018 № 390-0024269-0611?

2. Кем, ФИО6 или иным лицом, выполнена подпись от имени ФИО6 в полисе к договору комбинированного страхования имущества юридических лиц от 29.10.2018 № 390-0024268-0611?

3. Кем, ФИО6 или иным лицом, выполнена подпись от имени ФИО6 в полисе к договору комбинированного страхования имущества юридических лиц от 29.10.2018 № 390-0024267-0611?

4. В какой последовательности были выполнены оттиск печати, подпись и печатный текс в полисе к договору комбинированного страхования имущества юридических лиц от 29.10.2018 № 390-0024269-0611?

5. В какой последовательности были выполнены оттиск печати, подпись и печатный текс в полисе к договору комбинированного страхования имущества юридических лиц от 29.10.2018 № 390-0024268-0611?

6. В какой последовательности были выполнены оттиск печати, подпись и печатный текс в полисе к договору комбинированного страхования имущества юридических лиц от 29.10.2018 № 390-0024267-0611?

Вопросы ответчика:

1. Одним лицом или разными лицами, выполнены подписи от имени ФИО6, расположенные в строке: «Директор Иркутского филиала ФИО6»:

- Полис № 145-0000368-0610, заключенный между ФИО12 и ООО СК «Гелиос», от 15.05.2015; .

- Полис № 145-0003800-06100, заключенный между ФИО2 и ООО СК «Гелиос», 01.08.2017;

- Полис № 145-0003802-06100, заключенный между АО Авиакомпания «ИрАэро» и ООО СК «Гелиос» от 23.08.2017;

В графе: «Страховщик: Директор Иркутского филиала ООО Страховая компания «Гелиос», в следующем документе: Дополнительное соглашение № 1 к договору комбинированного страхования средств наземного транспорта № 145-0003800-06100 от 01.08.2017, заключенное 20.12.2017, стороны ФИО2 и ООО СК «Гелиос»;

В графе: «Страховщик (представитель Страховщика) ООО Страховая компания «Гелиос» Иркутский филиал», в следующих документах:

- полис № 390-0020834-06100, заключенный между ООО «Подрядчик» и ООО СК «Гелиос» 18.10.2017;

- полис № 390-0020835-06100, заключенный между ООО «Подрядчик» и ООО СК «Гелиос» 18.10.2017;

- полис № 390-0020836-06100, заключенный между ООО «Подрядчик» и ООО СК «Гелиос» 18.10.2017;

- полис № 390-0024267-06100 от 29.10.2018, заключенный между ООО «Подрядчик» и ООО СК «Гелиос»;

- полис № 390-0024268-06100от 29.10.2018,заключенный между ООО «Подрядчик» и ООО СК «Гелиос»;

- полис № 390-0024269-06100 от 29.10.2018, заключенный между ООО «Подрядчик» и ООО СК «Гелиос»;

- полис № 390-0021788-06100 от 15.04.2018 комбинированного страхования имущества юридических лиц, заключенный между ООО СК «Гелиос» и ООО «БСК-Групп»;

- полис № 390-0021279-06100 от 13.12.2017, заключенный между ООО СК «Гелиос» и ООО «Фабрика Бетонов».

2. Кем, ФИО6 или другим лицом (лицами), выполнены подписи от ее имени, расположенные в вышеперечисленных документах?

3. Выполнена ли подпись от имени Страховщика (представитель страховщика) ООО Страховая компания «Гелиос» Иркутский филиал ФИО6 на полисах:

- № 145-0003802-06100 от 23.08.2017, заключенном между АО Авиакомпания «ИрАэро» и ООО СК «Гелиос»;

- № 390-0024267-06100 от 29.10.2018, заключенном между ООО «Подрядчик» и ООО СК «Гелиос»;

- № 390-0024268-06100 от 29.10.2018, заключенном между ООО «Подрядчик» и ООО СК «Гелиос»;

- № 390-0024269-06100 от 29.10.2018, заключенном между ООО «Подрядчик» и ООО СК «Гелиос» самой ФИО6 или сделана другим лицом от ее имени?

В случае если подпись в полисах выполнена не ФИО6, ответить на дополнительный вопрос: Выполнена ли подпись в графе «Страховщик (представитель страховщика) ООО Страховая компания «Гелиос» Иркутский филиал ФИО6» одним и тем же лицом или разными лицами?

21.11.2019 в суд поступило заключение эксперта № 31-102/2019СЭ от 18.11.2019 (л.д. 4-41, т. 6), согласно которому эксперт по итогам проведения порученной ему судебной экспертизы пришел к следующим выводам:

1. Подпись, расположенная в графе «Страховщик (представитель страховщика) ООО Страховая компания «Гелиос» Иркутский филиал, в полисе № 390-0024269-0611 от 29.10.2018, заключенном между ООО «Подрядчик» и ООО СК «Гелиос», выполнена не ФИО6, а иным лицом.

2. Подпись, расположенная в графе «Страховщик (представитель страховщика) ООО Страховая компания «Гелиос» Иркутский филиал, в полисе № 390-0024268-0611 от 29.10.2018, заключенном между ООО «Подрядчик» и ООО СК «Гелиос», выполнена не ФИО6, а иным лицом.

3. Подпись, расположенная в графе «Страховщик (представитель страховщика) ООО Страховая компания «Гелиос» Иркутский филиал, в полисе № 390-0024267-0611 от 29.10.2018, заключенном между ООО «Подрядчик» и ООО СК «Гелиос», выполнена не ФИО6, а иным лицом.

4. Первоначально, на полис к договору комбинированного страхования имущества юридических лиц от 29.10.2018 № 390-0024269-0611, был нанесен оттиск круглой печати «Для страховых документов 2», затем печатный текст бланка, и в заключении поверх, была выполнена подпись.

5. Первоначально, на полис к договору комбинированного страхования имущества юридических лиц от 29.10.2018 № 390-0024268-0611, был нанесен оттиск круглой печати «Для страховых документов 2», затем печатный текст бланка, и в заключении поверх, была выполнена подпись.

6. Первоначально, на полис к договору комбинированного страхования имущества юридических лиц от 29.10.2018 № 390-0024267-0611, был нанесен оттиск круглой печати «Для страховых документов 2», затем печатный текст бланка, и в заключении поверх, была выполнена подпись.

По итогам исследований, проведенным по вопросам ответчика, эксперт пришел к следующим выводам:

Подписи, расположенные:

В графе: «Страховщик (представитель Страховщика) ООО Страховая компания «Гелиос» Иркутский филиал», в следующих документах:

- полис № 390-0024267-06100 от 29.10.2018, заключенный между ООО «Подрядчик» и ООО СК «Гелиос»,

- полис № 390-0024268-06100 от 29.10.2018, заключенный между ООО «Подрядчик» и ООО СК «Гелиос»,

- полис № 390-0024269-06100 от 29.10.2018, заключенный между ООО «Подрядчик» и ООО СК «Гелиос.

В строке: «Директор Иркутского филиала ФИО6»

- полис №145-0003802-06100, заключенный между АО Авиакомпания «ИрАэро» и ООО СК «Гелиос» 23.08.2017, выполнены одним лицом.

Подписи, расположенные строке: «Директор Иркутского филиала ФИО6», в следующих документах:

- полис № 145-0000368-0610, заключенный между ФИО12 и ООО СК «Гелиос» 15.05.2015,

- полис № 145-0003800-06100 заключенный между ФИО2 и ООО СК «Гелиос» от 01.08.2017;

В графе: «Страховщик: Директор Иркутского филиала ООО «Страховая компания «Гелиос», в следующем документе: дополнительное соглашение № 1 к договору комбинированного страхования средств наземного транспорта № 145-0003800-06100 от 01.08.2017, заключенное 20.12.2017, стороны ФИО2 и ООО СК «Гелиос»;

В графе: «Страховщик (представитель Страховщика) ООО Страховая компания «Гелиос» Иркутский филиал, в следующих документах:

- полис № 390-0020834-06100, заключенный между ООО «Подрядчик» и ООО СК «Гелиос» 18.10.2017,

- полис № 390-0020835-06100, заключенный между ООО «Подрядчик» и ООО СК «Гелиос» 18.10.2017,

- полис № 390-0020836-06100, заключенный между ООО «Подрядчик» и ООО СК «Гелиос» 18.10.2017,

- полис № 390-0021788-06100 от 15.04.2018 комбинированного страхования имущества юридических лиц, заключенный между, ООО «БСК-Групп» и ООО СК «Гелиос»,

- полис № 390-0021279-06100 от 13.12.2017, заключенный между ООО «Фабрика Бетонов» и ООО СК «Гелиос», выполнены вторым лицом.

2. Подписи от имени ФИО6, расположенные в вышеперечисленных документах, выполнены не ФИО6, а двумя иными лицами.

Ответ на вопросы № 3 и № 4 содержатся в ответах на вопросы ответчика № 1 и № 2 (л.д. 27-29, т. 6).

Оценив экспертное заключение № 31-102/2019СЭ от 18.11.2019, суд приходит к выводу о том, что оно соответствует требованиям статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, каких-либо противоречий не содержит. Экспертиза назначена и проведена по правилам, определенным статьями 82, 83 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом разъяснений Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 N 23 "О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе", ввиду чего у суда отсутствуют сомнения в ее обоснованности и достоверности, квалификации эксперта и использованных им методиках, а также сторонами не доказано наличие противоречий в содержащихся в ней выводах.

Сторонами выводы эксперта не оспорены, о проведении повторной либо дополнительной экспертизы заявлено не было.

Следовательно, в ходе экспертного исследования достоверно установлено, что при заключении страховых полисов в Иркутском филиале ООО СК «Гелиос» имеет место систематическое подписание страховых полисов от имени директора Иркутского филиала ООО СК «Гелиос» ФИО6 неустановленными и неуполномоченными лицами. Кроме того, заключением судебного эксперта установлено, что все предоставленные на экспертное исследование страховые полисы подписывал не директор Иркутского филиала ООО СК «Гелиос». Данный факт установлен, как в отношении признанных страховой компанией полисов, так и в отношении оспариваемых полисов страхования.

Соответственно директор Иркутского филиала ФИО6 в подчинённом ей филиале страховой компании, ввела недобросовестную систему подписания страховых полисов третьими лицами вместо подписания полисов самостоятельно. Проконтролировать, кем именно был подписан оспариваемый страховой полис директором филиала или иными лицами ответчик не имел возможности, поскольку все действия по подписанию страхового полиса ООО «Подрядчик» осуществляло через уполномоченного истцом страхового агента, полномочия которого подтверждены представленными в дело документами и не оспариваются истцом.

Суд приходит к выводу о том, что, обращаясь в арбитражный суд с настоящим иском о признании страховых полисов незаключенными, истец имел целью извлечь выгоду из недобросовестных действий директора своего филиала, при этом пользуясь сложившейся систематической и недобросовестной практикой, применяемой в Иркутском филиале ООО СК «Гелиос» по подписанию полисов не директором Иркутского филиала, а третьими лицами.

В ст. 10 ГК РФ указано, что никто не может получать выгоду из своих недобросовестных действий.

Допрошенная в судебном заседании директор иркутского филиала страховщика ФИО6 пояснила, что в Иркутском филиале все договоры всегда подписываются ею лично, еще могут подписывать три сотрудника по доверенности и агент (если подписывает агент по доверенности, то он ставит свою фамилию).

Однако данные пояснения директора филиала опровергаются судебной экспертизой, согласно которой все предоставленные на судебное экспертное исследования страховые полиса, в том числе и признанные страховой компанией, подписаны не ФИО6, а иными лицами.

Более того, установленные обстоятельства подписания страховых полисов в ООО СК «Гелиос» явились основанием для вынесения директору Иркутского филиала ООО СК Гелиос» предписания ОП – 5 МУ МВД России «Иркутское» о принятии мер по устранению обстоятельств, способствовавших совершению преступления (л.д. 96-97, т. 4), в соответствии с которым ФИО6 предписано исключить в дальнейшем случаи нарушений положений Федерального закона от 27.11.1992 № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации», приказа Минфина РФ от 02.02.2011 № 9н «О продаже страхового портфеля страховой организации по согласованию с органом страхового контроля», приказа Минфина РФ от 27.07.2012 № 109н «О бухгалтерской (финансовой) отчетности страховщиков» с целью пресечения в дальнейшем преступлений либо иных правонарушений, связанных с оказанием услуг пор заключению договоров комбинированного страхования с физическими и юридическими лицами, организациями, выразившихся в получении бланков договоров страхования от имени директора Иркутского филиала ООО СК «Гелиос» третьими лицами.

В соответствии с п. 2 ст. 1 ГК РФ граждане и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора

Согласно статье 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В силу статьи 160 ГК РФ сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами.

Договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей (статья 420 ГК РФ).

На основании ст. 421 ГК РФ стороны свободны в определении условий заключенного ими договора.

Согласно ст. 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Согласно ст. 432 ГК РФ договор может быть заключен в любой форме, предусмотренной для совершения сделок, если законом для договоров данного вида не установлена определенная форма.

В соответствии с пунктом 2 статьи 434 ГК РФ договор в письменной форме может быть заключен путем составления одного документа, подписанного сторонами, а также путем обмена документами посредством почтовой, телеграфной, телетайпной, телефонной, электронной или иной связи, позволяющей достоверно установить, что документ исходит от стороны по договору.

В силу ч.1 ст. 942 ГК РФ при заключении договора имущественного страхования между страхователем и страховщиком должно быть достигнуто соглашение:

- об определенном имуществе либо ином имущественном интересе, являющемся объектом страхования;

- о характере события, на случай наступления которого осуществляется страхование (страхового случая);

- о размере страховой суммы;

- о сроке действия договора.

Согласно ч.1 ст. 943 ГК РФ условия, на которых заключается договор страхования, могут быть определены в стандартных правилах страхования соответствующего вида, принятых, одобренных или утвержденных страховщиком (правилах страхования)

Согласно ч.1 ст. 957 ГК РФ договор страхования, если в нем не предусмотрено иное, вступает в силу в момент уплаты страховой премии или первого ее взноса.

Судом установлено, что 29.10.2018 года между ООО СК «Гелиос» (страховщик) и ООО «Подрядчик» (страхователь) заключены три договора комбинированного страхования имущества юридических лиц № 390-0024267-06100, № 390-0024268-06100, № 390-0024269-06100, в отношении нежилых помещений, расположенных по адресу: Иркутская область, Иркутский район, в 500 м на юго-запад от Ново-Иркутской ТЭЦ. Выгодоприобретателями по указанным договорам страхования являются ФИО3, ФИО4 Страховыми рисками являются пожар, удар молнии, и иное.

Оспаривая данные полисы страхования, истец настаивает на их незаключенности ввиду их не подписания директором филиала.

Оснований для признания указанных договоров не заключенными судом не установлено и доказательств этому истцом в судебном заседании не представлено.

Под страховой премией понимается плата за страхование, которую страхователь (выгодоприобретатель) обязан уплатить страховщику в порядке и в сроки, которые установлены договором страхования (ст. 954 ГК РФ)

Согласно п. 5.6 Правил страхования страховая премия по договору страхования (полису) может уплачиваться единовременно или в рассрочку. Сроки и порядок уплаты страховой премии указываются в договоре страхования (полисе). Если страховой случай наступил ранее, чем страхователь полностью уплатил очередной страховой взнос (при уплате в рассрочку), не нарушая при этом сроков уплаты, указанный в договоре страхования, то размер подлежащей оплате оставшейся части страховой премии вычитается из суммы страхового возмещения (страховой выплаты), если иное не предусмотрено договором страхования (п.5.8 Правил страхования)

Пунктом 7 страхового полиса № 390-0024269-06100 от 29.10.2018 установлена общая страховая премия в размере 30 000 руб., дата внесения до 10.11.2018.

Пунктом 7 страхового полиса № 390-0024268-06100 от 29.10.2018 установлена общая страховая премия в размере 24 000 руб., дата внесения до 10.11.2018.

Пунктом 7 страхового полиса № 390-0024267-06100 от 29.10.2018 установлена общая страховая премия в размере 18 000 руб., дата внесения до 10.11.2018.

Как видно из договоров, при заключении между сторонами (страховщиком и страхователем) достигнуто соглашение обо всех существенных условиях договоров страхования и договоры страхования все существенные условия содержат.

Довод представителя истца о том, что необходимо обязательное заключение помимо полиса страхования, договора страхования судом не принимается, так как напрямую противоречит положениям ст. 940 ГК РФ.

В судебном заседании из пояснения сторон установлено, что договоры страхования от имени страховщика заключала ФИО2, которая действовала в рамках агентского договора №142-800-14 АЮ от 12.04.2014.

Истец не оспаривал, что полисы страхования составлены на бланках принадлежащих истцу, печать на бланках также принадлежит ООО СК «Гелиос».

Третье лицо ФИО2 в своих письменных пояснениях указала, что она заключала договоры страхования от имени страховщика по агентскому договору. В офисе страховщика она получала чистые бланки, которые содержали все реквизиты страховщика с проставленными на них печатями. После согласования с куратором истца всех существенных условий договора страхования, она пропечатывала условия договора на бланках страховщика. Данные доводы третьего лица подтверждаются проведенной по делу судебной экспертизой. Кем в действительности от имени директора иркутского филиала страховщика ФИО6 были подписаны полисы (договоры) она не знает.

В судебном заседании установлено, что оплата страховой премии произведена, что подтверждается полисом и платежным поручением, представленным стороной ответчика.

Факт произведенной оплаты истцом не оспаривается, равно как и факт возврата страховой премии обратно на счет ООО «Подрядчик».

Довод истца о том, что страховая премия ими была возвращена, поскольку указанные полисы страхования не значатся в базе истца, судом отклоняется, так как законодатель не связывает вступление договора в силу с момента поступления денег на счет страховщика. Нормами ГК РФ предусмотрено, что договор страхования, если в нем не предусмотрено иное, вступает в силу в момент уплаты страховой премии или первого ее взноса.

Кроме того, сам факт того, что страховщик узнал о заключении договоров страхования только после уведомления о наступлении страхового случая материалами дела опровергаются.

Так, в материалы дела истцом представлена объяснительная записка директора Иркутского филиала ФИО6, которая прямо указывает, что в октябре 2018 года заканчивался срок действия договоров страхования с ООО «Подрядчик». Сотрудником ФИО14 было получено согласование на пролонгацию данных договоров. О согласовании договоров страхования истца с ООО «Подрядчик» неоднократно говорит и страховой агент ФИО2

Законом от 27.11.1992 № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации» п. 4 ст. 8 установлено, что страховщик обязан исполнять договоры страхования, заключенные от имени и (или) в интересах страховщика страховыми агентами, страховыми брокерами, независимо от способов, сроков реализации страховых полисов и даты поступления страховщику страховой премии (страховых взносов), уплаченной страхователем страховому агенту, страховому брокеру.

Контроль за деятельностью страховых агентов осуществляет страховщик, в том числе путем проведения проверок их деятельности и предоставляемой ими отчетности об обеспечении сохранности и использовании бланков страховых полисов, сертификатов, об обеспечении сохранности денежных средств, полученных от страхователей, и исполнения иных полномочий (п. 5 ст. 8 Закона об организации страхового дела)

В судебном заседании установлено, что страховой агент ФИО2 за рамки агентского договора не вышла, при этом в силу п. 1.1 агентского договора она имела право заключать договоры страхования от имени страховщика.

Более того, в судебном заседании директор Иркутского филиала ООО СК «Гелиос» ФИО6 указала, что страховой агент работала на протяжении 4-5 лет и зарекомендовала себя с хорошей стороны.

На момент заключения спорных договоров страхования агентский договор с ФИО2 не был расторгнут. Полисы составлены на бланках принадлежащих истцу, оттиски печати на бланках также принадлежат печатям истца. Факт заключения договоров страхования на бланках страховщика с проставленными на них печатями страховщика истец не оспаривает.

Довод представителя истца о том, что ФИО2 нарушила агентский договор и является лицом не благонадежным, не могут быть приняты во внимание, так как в данном случае не имеют юридического значения. Суд считает, что истец, заключая агентский договор, несет риск неблагоприятных последствий, связанных с исполнением указанного агентского договора, кроме того указанные неблагоприятные риски не могут отражаться на страхователе, как на лице действовавшем добросовестно.

Кроме того, согласно п. 19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.11.2016 № 54 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении" представительство «по обстановке» возникает, когда в конкретной ситуации у третьих лиц есть все основания полагать, что лицо перед ними – это представитель, который действует от имени организации (ст. 182 ГК РФ)

Между тем, судом особо отмечается, что действующее законодательство направлено, в том числе на необходимость защиты прав добросовестных лиц и поддержание стабильности гражданского оборота, что в числе прочего, подразумевает направленность правового регулирования и правоприменительной практики на сохранение юридической силы заключенных сделок.

В силу положений ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Согласно пункту 3 статьи 10 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 10 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения (Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

В данном случае добросовестность и неосведомленность ответчика о факте подписания страховых полисов не директором филиала ООО СК «Гелиос» ФИО6, а третьими лицами установлена и доказана ответчиком.

Также судом отмечается, что ответчиком в 2017 г. были заключены страховые полисы: № 390-0020834-06100, № 390-0020835-06100, № 390-0020836-06100, которые признаны страховой компанией действующими, заключение осуществлялось через страхового агента ООО СК «Гелиос» ФИО2.

Полисы, заключенные в 2017 г. между истцом и ответчиком, были предметом исследования судебной экспертизы, при этом экспертом установлено, что подписаны они не директором филиала ООО СК «Гелиос» ФИО6 В 2018 году ответчик обратился к тому же страховому агенту с целью пролонгации страховых полисов.

При заключении страховых полисов в 2018 г. ООО «Подрядчик» действовало разумно и добросовестно, совершило все те же действия, что и при заключении страховых полисов в 2017 году, а именно обратилось к страховому агенту ООО СК «Гелиос» ФИО2, предоставило ей необходимые документы и подписало страховые полисы № 390-0024269-06100 от 29.10.2018, № 390-0024268-06100 от 29.10.2018, № 390-0024267-06100 от 29.10.2018.

Как установлено судебной экспертизой, страховые полисы, заключенные между истцом и ответчиком в 2017 г., в 2018 г. подписаны не директором филиала ООО СК «Гелиос» ФИО6 Действуя разумно и добросовестно ответчик не мог и не должен был предвидеть то обстоятельство, что все страховые полисы подписываются в филиале ООО СК «Гелиос» неустановленными третьими лицами.

По существу истец фактически указывает, что не в состоянии контролировать бланки с печатью иркутского филиала СК «Гелиос», а также действия или бездействие директора Иркутского филиала ООО СК «Гелиос» ФИО6, которая не в курсе кто и как подписывает от её имени страховые полисы.

Следовательно, ответчик не мог повлиять на сложившуюся в Иркутском филиале ООО СК «Гелиос» практику оформления и подписания страховых полисов, поскольку при всей заботливости и осмотрительности не мог знать, что страховые полисы в Иркутском филиале ООО СК «Гелиос» подписываются не директором, а неустановленными третьими лицами.

Суд в этой связи приходит к выводу о том, что истец не является добросовестной стороной, поскольку либо он должен был контролировать работу своего филиала, либо скрыл от суда факт о том, что страховые полисы подписываются за директора Иркутского филиала третьими лицами и одобрял такую практику.

Действия в ущерб интересам ООО «Подрядчик», направленные на оспаривание страхового полиса, свидетельствуют о попытке истца переложить негативные последствия осуществленного им неправильного выбора менеджера на третье лицо, что не согласуется с принципом добросовестности (статьи 1 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Данные действия ООО Страховая Компания «Гелиос» суд признает как недобросовестное поведение стороны, злоупотребление правом.

При этом приоритет в рассматриваемом споре необходимо отдать ООО «Подрядчик» как лицу добросовестному, положившемуся на страховщика как профессионального участника рынка страховых услуг и у которого ранее ответчик заключал договоры страхования в отношении того же имущества.

Судом на основании собранных материалов дела установлено, что в Иркутском филиале ООО СК «Гелиос» страховые полисы от имени директора ФИО6 подписывают неустановленные лица, при этом как следует из материалов дела, истец заключение таких полисов не оспаривает, признает их надлежаще заключенными, страховые выплаты по ним осуществляет.

Вместе с тем, статьей 402 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что действия работников должника по исполнению его обязательства считаются действиями должника. Должник отвечает за эти действия, если они повлекли неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства.

В силу пункта 5 статьи 185 ГК РФ удостоверение полномочий действовать от имени юридического лица осуществляется его руководителем или иным лицом с приложением печати этой организации.

На основании части 5 статьи 2 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" общество должно иметь круглую печать, содержащую его полное фирменное наименование на русском языке и указание на место нахождения общества.

Согласно пункту 3.25 ГОСТ Р 6.30-2003 "Государственный стандарт Российской Федерации. Унифицированные системы документации. Унифицированная система организационно-распорядительной документации. Требования к оформлению документов" (постановление Госстандарта Российской Федерации от 03.03.2003 N 65-ст "О принятии и введение в действие государственного стандарта Российской Федерации") оттиск печати заверяет подлинность подписи должностного лица на документах, удостоверяющих права лиц, фиксирующих факты, связанные с финансовыми средствами, а также на иных документах, предусматривающих заверение подлинной подписи.

Таким образом, юридическое значение круглой печати общества заключается в удостоверении ее оттиском подлинности подписи лица, уполномоченного представлять общество во внешних отношениях, а также того факта, что соответствующий документ исходит от индивидуально определенного общества как юридического лица, являющегося самостоятельным участником гражданского оборота и субъектом предпринимательского права.

В силу статьи 182 Гражданского кодекса Российской Федерации полномочие на совершение сделки может явствовать из обстановки, в которой действует представитель.

Наличие печати юридического лица на спорных документах позволяет установить (индивидуализировать) юридическое лицо, от имени которого подписаны представленные истцом страховые полисы, поставлена печать.

Печать не может находиться в свободном доступе для лиц, не имеющих полномочия на совершение спорных действий. Юридические лица несут ответственность за использование собственной печати и, как следствие, риск ее неправомерного использования другими лицами.

В материалы дела не представлено доказательств незаконного выбытия либо использования печати общества по не зависящим от него причинам, в том числе в результате кражи. Доказательств того, что печать, проставленная в оспариваемых истцом полисах страхования, не является печатью ООО СК «Гелиос», истцом в порядке статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации также не представлено.

Таким образом, подписание спорных полисов страхования не директором Иркутского филиала ООО СК «Гелиос», с учетом проставления на них оттиска печати общества и отсутствия доказательств ее выбытия из обладания общества в результате противоправных действий третьих лиц, само по себе не может свидетельствовать о незаключенности спорных полисов страхования.

Действия работников юридического лица по исполнению обязательства, исходя из конкретных обстоятельств дела, могут свидетельствовать об одобрении сделки, при условии, что эти действия входили в круг их служебных (трудовых) обязанностей, или основывались на доверенности, либо полномочие работников на совершение таких действий явствовало из обстановки, в которой они действовали.

К одному из признаков подобной обстановки судебная практика относит наличие у представителя печати юридического лица, о потере которой или ее подделке этим представителем юридическое лицо в судебном процессе не заявляло (определения Верховного Суда Российской Федерации от 09.03.2016 N 303-ЭС15-16683, от 24.12.2015 N 307-ЭС15-11797, от 23.07.2015 N 307-ЭС15-9787)

ООО СК «Гелиос» не отрицает факт того, что печать общества не выбывала из его обладания.

При этом суд учитывает, что истцом, кроме подписи директора Иркутского филиала ООО СК «Гелиос», не оспаривалась подлинность оттиска печати организации и не заявлялось о выбытии печати из владения ответчика в период заключения оспариваемого договора или позднее.

Принимая во внимание, что истец не заявлял об утрате печати организации, влекущей за собой возможность ее использования иными лицами, не отрицал, что проставленный на спорных полисах страхования оттиск печати является оттиском подлинной печати, не пояснил, при каких обстоятельствах на страховых полисах была проставлена его печать.

ООО СК «Гелиос» не доказано, что лицо, чья подпись стоит на спорных полисах страхования, не является работником истца и что осуществление таких юридически значимых действий как выдача страховых полисов не входит в круг должностных обязанностей работника истца, подписавшего их со стороны страховщика, либо его подпись была сфальсифицирована (статья 65 АПК РФ).

Заявление о фальсификации оттиска печати в спорных полисах страхования с целью исключения их из доказательственной базы по делу ООО СК «Гелиос» в порядке ст. 161 АПК РФ заявлено в ходе рассмотрения дела не было.

При этом понятие "фальсификация доказательств" предполагает совершение лицом, участвующим в деле, или его представителем умышленных действий, направленных на искажение действительного содержания объектов, выступающих в гражданском, арбитражном или уголовном процессе в качестве доказательств. Таким образом, под фальсификацией доказательств понимается подделка либо фабрикация письменных доказательств.

Из заключения судебной экспертизы лишь следует, что не только спорные страховые полисы, но и иные, не оспариваемые истцом полисы страхования, подписаны не директором Иркутского филиала ООО СК «Гелиос» ФИО6, а иным лицом.

В то же время на спорных полисах страхования от 29.10.2018 имеется печать предприятия, наличие которой не свидетельствует о фальсификации документа.

Обстоятельства проставления в спорных документах печати истца помимо его воли либо фальсификации печати судом не установлены. В материалах дела отсутствуют сведения о получении другим лицом печати помимо воли истца и сведения об обращении в следственные органы по поводу хищения кем-либо данной печати.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что наличие на спорных полисах страхования оттиска печати в силу части 5 статьи 2 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" является одним из способов идентификации юридического лица в гражданском обороте и при отсутствии опровергающих доказательств дополнительно удостоверяет подлинность и действительность документа и содержащейся в нем информации, поэтому оснований для признания полисов (договоров) страхования от 29.10.2018 № 390-0024267-06100, № 390-0024268-06100, № 390-0024269-06100 незаключенными не имеется, в связи с чем исковые требования ООО СК «Гелиос» подлежат оставлению без удовлетворения.

В соответствии со ст. 110 АПК РФ расходы по оплате государственной пошлины подлежат отнесению на истца.


Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ООО СТРАХОВАЯ КОМПАНИЯ "ГЕЛИОС" (ИНН <***>, ОГРН <***> о признании незаключенными полиса комбинированного страхования имущества юридических лиц от 29.10.2018 № 390 – 0024269-06100, № 390 – 0024268 – 06100, № 390 – 0024267 – 06100 оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в месячный срок в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Белгородской области.


Судья

Пономарева О. И.