Постановление от 10 ноября 2023 г. по делу № А65-23193/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru e-mail: info@faspo.arbitr.ru




ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-64341/2020


Казань Дело № А65-23193/2019

10 ноября 2023 года



Резолютивная часть постановления объявлена 02 ноября 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 09 ноября 2023 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Герасимовой Е.П.,

судей Егоровой М.В., Минеевой А.А.,

при участии представителей:

ФИО1 – ФИО2, доверенность от 27.02.2023,

ИП ФИО3– ФИО4, доверенность от 12.05.2023,

ФИО5 – ФИО4, доверенность от 22.12.2021,

ФИО6 – ФИО7, доверенность от 25.05.2023,

ООО «ПКФ «Зубр-Сервис» – ФИО4, доверенность от 01.08.2022,

ФИО8 – ФИО4, доверенность от 17.03.2023,

ФИО9 – ФИО4, доверенность от 02.08.2022,

ФИО10 – ФИО11, доверенность от 03.05.2023,

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО1

на постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.07.2023

по делу № А65-23193/2019

по заявлению (вх. 47532) ФИО5, Казань, ФИО3, с. Куралово о признании недействительной сделки и применении последствий ее недействительности, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «ТОР Каз Инвест», Казань (ИНН <***>, ОГРН <***>),

УСТАНОВИЛ:

в Арбитражный суд Республики Татарстан 01.01.2019 поступило заявление ФИО1 о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «ТОР Каз Инвест» (далее – ООО «ТОР Каз Инвест», должник).

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 08.08.2019 заявление принято к производству, назначено судебное заседание по проверке обоснованности заявления.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 13.09.2019 (резолютивная часть оглашена 06.09.2019) заявление ФИО1 признано обоснованным, в отношении ООО «ТОР Каз Инвест» введена процедура наблюдение; временным управляющим утвержден ФИО12.

Сообщение о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликованы в газете «Коммерсантъ» № 167 от 14.09.2019.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 27.12.2019 (резолютивная часть оглашена 20.12.2019) ООО «ТОР Каз Инвест» признано несостоятельным (банкротом), открыта процедура конкурсного производства сроком на четыре месяца (до 20.04.2020); исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на временного управляющего ФИО12.

Сообщение о признании должника несостоятельным (банкротом) и об открытии в отношении него процедуры конкурсного производства опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 3 от 11.01.2020.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 19.04.2022 исполняющим обязанности конкурсного управляющего ООО «ТОР Каз Инвест» утвержден ФИО13.

В Арбитражный суд Республики Татарстан 13.11.2020 поступило заявление (вх. 47532) ФИО5, ФИО3 о признании договоров займа от 30.09.2016 на сумму 3 000 000,00 руб., от 07.10.2016 на сумму 7 000 000,00 руб., от 25.10.2016, на сумму 5 000 000,00 руб., от 19.12.2016 на сумму 6 000 000 руб., от 23.01.2017 на сумму 800 000 руб., заключенных между ФИО1 и должником, недействительной сделкой и применении последствий недействительности сделки.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 16.02.2023 в удовлетворении заявления кредиторов о приостановлении производства по рассмотрению обособленного спора отказано. Требования ФИО5 и ФИО3 удовлетворены, признаны недействительными сделками договоры займа от 30.09.2016 на сумму 3 000 000 руб., от 07.10.2016 на сумму 7 000 000,00 руб., договор займа от 25.10.2016, на сумму 5 000 000,00 руб., от 19.12.2016 на сумму 6 000 000 руб., от 23.01.2017 на сумму 800 000,00 руб., заключенные с ФИО1

Применены последствия недействительности сделок в виде взыскания в пользу должника необоснованно перечисленной суммы. Взыскано с ФИО1 в пользу ООО «ТОР Каз Инвест» 21 800 000 руб. 00 коп. неосновательного обогащения.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.07.2023 определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 16.02.2023 отменено в части применения последствий недействительности сделки. В остальной части определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 16.02.2023 оставлено без изменения.

В кассационной жалобе (с учетом дополнений) ФИО1 просит определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 16.02.2023 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.07.2023 отменить, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований ФИО5, ФИО3 о признании договоров займа от 30.09.2016 на сумму 3 000 000,00 руб., от 07.10.201 на сумму 7 000 000,00 руб., от 25.10.2016 на сумму 5 000 000,00 руб., от 19.12.2016 на сумму 6 000 000 руб., от 23.01.2017 на сумму 800 000,00 руб., заключенных с ФИО1 недействительной сделкой.

В обоснование кассационной жалобы заявитель указывает на нарушение судами норм материального и процессуального права; приводит доводы о том, что договор займа является реальной сделкой, факт передачи денежных средств подтверждается актами приема-передачи, в связи с чем не может быть признан мнимой; имелась финансовая возможность по выдаче займов, ссылаясь так же на заключение ею договора займа от 31.10.2013 на сумму 20 000 000 руб. с ООО «Медицинский центр «Остеопат»; решение Ново-Савиновского районного суда от 19.01.2019 по делу № 2-293/2019 подтверждает фак выдачи займов; заявитель указывает, что не является аффилированным лицом.

От ФИО10, ФИО5, ФИО14, ФИО9, ООО ПСК «Зубр-Сервис», ФИО8, ФИО6 поступили письменные пояснения по кассационной жалобе.

В судебном заседании представители ФИО1, ФИО9, ИП ФИО3, ООО «Проектно-коммерческая фирма «Зубр-Сервис», ФИО8, ФИО5, ФИО6, ФИО10 изложили свои доводы и возражения.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Арбитражного суда Поволжского округа и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет", явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем, жалоба рассматривается в их отсутствие в порядке, предусмотренном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Проверив законность обжалуемого судебного акта, правильность применения норм материального и процессуального права в пределах, установленных статьей 286 АПК РФ, обсудив доводы кассационной жалобы, судебная коллегия кассационной инстанции приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов данного обособленного спора и установлено судом первой инстанции, обращаясь с заявлением в арбитражный суд, в подтверждение наличия оснований о признании сделок недействительными, кредиторами представлены копии договоров займа от 30.09.2016 на сумму 3 000 000,00 руб., от 07.10.2016 на сумму 7 000 000,00 руб., от 25.10.2016, на сумму 5 000 000,00 руб., от 19.12.2016 на сумму 6 000 000 руб., от 23.01.2017 на сумму 800 000,00 руб., актов приема-передачи денежных средств от 30.09.2016 на сумму 3 000 000,00 руб., от 07.10.2016 на сумму 7 000 000,00 руб., от 25.10.2016, на сумму 5 000 000,00 руб., от 19.12.2016 на сумму 6 000 000 руб., от 06.02.2016 на сумму 800 000,00 руб., заключенных ФИО1 и должником.

Согласно пункта 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) по договору займа одна сторона (заимодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества.

Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

На основании пункта 1 статьи 809 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором займа, заимодавец имеет право на получение с заемщика процентов на сумму займа в размерах и в порядке, определенных договором.

В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющий передачу ему заимодавцем определенного количества вещей (п. 2 ст. 808 ГК РФ).

По смыслу перечисленных норм гражданского законодательства, договор займа является реальной сделкой и считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

При этом, как разъяснено в абз. 3 п. 26 Постановления Пленума ВАС РФ от № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

В целях проверки доводов заявителей, судом первой инстанции неоднократно предлагалось ФИО1 представить отзыв на заявление, доказательства финансовой возможности предоставления денежных средств по оспариваемым сделкам, оригиналы договоров займа и актов приема-передачи денежных средств.

Однако ответчиком в материалы настоящего обособленного спора в качестве подтверждения наличия финансовой возможности были представлены копии договора купли-продажи квартиры № 04/2012 от 21.04.2012, стоимость которой составляет 4 500 000 руб.; налоговые декларации ИП ФИО1 за 2014, 2015, 2016 годы; справка о наличии открытых счетов в ПАО «Татфондбанк» и выписки о движении денежных средств на счете банковского вклада в ПАО «Татфондбанк».

Проанализировав представленные доказательства, суд установил, что из данных по расчетному счету должника, открытому в ПАО Сбербанк, не усматривается факт поступлений на счет от имени ФИО1 в размере 3 000 000,00 руб., 7 000 000,00 руб., 5 000 000,00 руб., 6 000 000 руб., 800 000 руб.; отсутствуют сведения о поступлении денежных средств на счет должника, открытый в кредитном учреждении в указанных размерах и от имени иных лиц.

Вместе с тем, согласно пояснений и.о. конкурсного управляющего должника, учетная политика должника не была представлена ни в ходе наблюдения, ни в ходе конкурсного производства со стороны должника, что свидетельствует об отсутствии реальности хозяйственных отношений между ООО «ТОР Каз Инвест» и ФИО1 по предоставлению займов по оспариваемым договорам.

С учетом пункта 2 Постановления Правительства РФ от 06.05.2009 № 359 (ред. от 15.04.2014) «О порядке осуществления наличных денежных расчетов и (или) расчетов с использованием платежных карт без применения контрольно-кассовой техники провести операцию в бухгалтерском учете не представляется возможным; из представленных и.о. конкурсного управляющего должником доказательств судом установлено, что должник не подавал в налоговый орган сведения о достоверной бухгалтерской отчетности, бухгалтерские балансы со стороны должника сдавались лишь в 2015 и 2016 году, за период с 2017 года по настоящее время бухгалтерские балансы отсутствуют.

С учетом вышеизложенного, учитывая отсутствие доказательств, подтверждающих реальную передачу должнику денежных средств, суд первой инстанции пришел к выводу, что формирование актов приема-передачи денежных средств без реальной хозяйственной операции и передачи денег не подтверждает факт совершения сделки.

Отклоняя доводы ФИО1 об отсутствии оснований для оспаривания сделок по основанию, предусмотренному статьей 170 ГК РФ, ссылающейся на то, что факт реальности сделки подтверждается вступившим в законную силу решением Ново-Савиновского районного суда города Казани от 19.01.2019 по делу № 2-293/2019, суд указал, что вопрос действительности спорных договоров не был предметом исследования суда общей юрисдикции, а также из содержания судебного акта не следует, что должник по настоящему делу возражал, ссылаясь на обстоятельства, свидетельствующие о недействительности спорных сделок.

Относительно доводов ФИО1, ссылающейся на обстоятельства, изложенные в ходатайствах лиц, участвующих в гражданском деле № 2-5712/2018 (№2-293/2019), суд первой инстанции установил, что они были предметом оценки суда общей юрисдикции, в отношении которых было вынесено соответствующее гражданскому процессуальному законодательству процессуальное решение, при этом суд исходил из того, что решение Ново-Савиновского районного суда города Казани от 19.01.2019 по делу № 2-293/2019 не является в силу статьи 69 АПК РФ преюдициальным судебным актом относительно вопроса действительности спорных договоров, поскольку в рамках данного дела вопрос действительности договоров займа проверяется с учетом специальных норм Закона о банкротстве о признании недействительными сделок должника, применение которых, согласно пункту 1 части 6 статьи 27 АПК РФ, относится к исключительной компетенции арбитражного суда.

Отклоняя доводы ФИО1 о том, что реальность спорных сделок может быть подтверждена представленными в материалы дела № А65-23193/2019 налоговыми декларациями ИП ФИО1 за 2014-2016 годы, и ее доход в указанный период составил 18 583 500 руб., суд первой инстанции указал, что ФИО1, осуществляя предпринимательскую деятельность в качестве индивидуального предпринимателя, находилась на упрощенной системе налогообложения, и с учетом положений главы 26.2 Налогового кодекса Российской Федерации, сумма в размере 18 583 500 руб. не является доходом ФИО1, позволяющим обосновать финансовую состоятельность ответчика для возможности предоставления спорных займов, а лишь является суммой общей выручки индивидуального предпринимателя ФИО1 в период с 2014-2016 г.г.

Так же, по мнению суда, получение ответчиком 4 500 000 руб. в результате продажи квартиры по договору купли-продажи квартиры 04/2012 от 21.04.2012, не может свидетельствовать о подтверждении существенных для настоящего дела обстоятельств, поскольку указанная сумма была получена ФИО1 задолго до периода спорных договоров займа от 30.09.2016, 07.10.2016, 25.10.2016, 19.12.2016, 23.01.2017 на сумму 800 000 руб., при этом сам факт продажи квартиры 21.04.2012 не может однозначно подтвердить, что указанная в договоре квартира продавалась для целей выдачи займов должнику, который, согласно сведениям из ЕГРЮЛ, был зарегистрирован лишь 07.04.2015.

Кроме этого, по мнению суда, закрытие банковского счета в ПАО «Татфондбанк» и снятие ФИО1 22.10.2016 денежных средств в размере 5 288 146 руб. 70 коп., само по себе не подтверждает реальность спорных договоров займа на общую сумму 21 800 000 руб., а так же с учетом того, что 09.12.2016 ПАО «Татфондбанк» были введены ограничения на досрочное снятие вкладов, 12.12.2016 - лимит на снятие наличных в банкоматах, а 15.12.2016 Банк России назначил временную администрацию в ПАО «Татфондбанк», в связи с чем, суды пришли к выводу, что закрытие банковского счета в ПАО «Татфондбанк» и снятие ФИО1 22.10.2016 суммы в размере 5 288 146 руб. 70 коп., могли быть обусловлены перечисленными событиями, что, в свою очередь свидетельствует о должной осмотрительности ФИО1, которую она проявляет для исключения возможных финансовых рисков в своей предпринимательской деятельности.

Ссылка ФИО1 на протокол нотариального осмотра от 08.07.2020, представленный ею в качестве доказательств, свидетельствующих о реальности спорных договоров займа, отклонена судом, поскольку из его содержания не следует факт передачи ФИО1 денежных средств должнику в размере 21 800 000 руб.

При исследовании вышеуказанных копий договоров займа и актов приема-передачи, суд установил, что акты приема-передачи денежных средств от 30.09.2016 на сумму 3 000 000,00 руб., от 07.10.2016 на сумму 7 000 000,00 руб., от 25.10.2016, на сумму 5 000 000,00 руб., от 19.12.2016 на сумму 6 000 000 руб., от 06.02.2016 на сумму 800 000,00 руб. не содержат указания их относимости к спорным договорам займа от 30.09.2016 на сумму 3 000 000,00 руб., от 07.10.2016 на сумму 7 000 000,00 руб., от 25.10.2016, на сумму 5 000 000,00 руб., от 19.12.2016 на сумму 6 000 000 руб., от 23.01.2017 на сумму 800 000,00 руб.: из содержания договоров займа от 30.09.2016 на сумму 3 000 000,00 руб., от 07.10.2016 на сумму 7 000 000,00 руб., от 25.10.2016, на сумму 5 000 000,00 руб., от 19.12.2016 на сумму 6 000 000 руб., от 23.01.2017 на сумму 800 000,00 руб., не следует, что денежные средства по ним передаются по актам приема-передачи денежных средств, в качестве приложений акты приема-передачи денежных средств, в указанных договорах займа указаны не были.

Условия договора займа от 30.09.2016 на сумму 3 000 000,00 руб., от 07.10.2016 на сумму 7 000 000,00 руб., от 25.10.2016, на сумму 5 000 000,00 руб., от 19.12.2016 на сумму 6 000 000 руб., от 23.01.2017 на сумму 800 000,00 руб. достоверно позволяют определить, что сторонами какие-либо приложения, в том числе в виде актов приема-передачи денежных средств, предусмотрены не были.

При этом судом установлено, что из актов приема-передачи денежных средств от 30.09.2016 на сумму 3 000 000,00 руб., от 07.10.2016 на сумму 7 000 000,00 руб., от 25.10.2016, на сумму 5 000 000,00 руб., от 19.12.2016 на сумму 6 000 000 руб., от 06.02.2016 на сумму 800 000,00 руб., не следует, что они являются приложениями к спорным договорам займа; как следует из акта приема-передачи денежных средств от 06.02.2016 на сумму 800 000,00 руб., он датирован более раним периодом как договора займа от 23.01.2017 на сумму 800 000,00 руб., так и прочих спорных договоров займа, так как самый ранний из них датирован 30.09.2016.

Относительно признаков у ФИО1 заинтересованного лица по отношению к должнику с учетом статьи 19 Закона о банкротстве, разъяснений, данных в пункте 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» суд исходил из следующих обстоятельств.

Согласно представленного ответчиком в материалы дела нотариального протокола осмотра доказательств 16 АА 5866689 от 08.07.2020, осмотр доказательств был осуществлен по заявлению ФИО11, действующего в интересах ФИО10; материалами данного дела подтверждается, что ФИО11 представляет интересы конкурсного кредитора ООО «Тор Лайт», руководителем которого также является ФИО10, при этом правовая позиция конкурсного кредитора ООО «Тор Лайт» в настоящем обособленном споре в полном объеме совпадает с правовой позицией ФИО1, что подтверждается, в том числе и тем, что правовая позиция ФИО1, в том числе, обеспечивается ФИО10, в связи с чем суд пришел к выводу, что интересы конкурсного кредитора ООО «Тор Лайт», совпадающие с интересами ФИО10, совпадают с интересами конкурсного кредитора ФИО1

Ссылаясь на то, что факт реальности спорных сделок подтверждается, в том числе нотариальным протоколом осмотра доказательств 16 АА 5866689 от 08.07.2020, ФИО1 и ООО «Тор Лайт» указывали на сделки, которые заключались с участием ООО «Компания «Гранд» и ФИО10

С учетом вышеизложенного, а также исходя из общего анализа материалов данного дела о банкротстве, суд пришел к выводу о том, что условия, установленные пунктами 2.3 спорных договоров займа, которыми установлен размер процентов – 3% в месяц, не были условиями, доступными для иных кредиторов.

Кроме того, судом были приняты во внимание обстоятельства, установленные решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 20.03.2019 по делу № А65-36600/2019, подтверждающие, что ФИО10 является лицом, входящим в одну группу с должником и ООО «Компания «Гранд», объединенной единой экономической целью; кроме этого, судом были учтены обстоятельства, установленные вступившими в законную силу судебными актами: решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 1.08.2019 по делу № А65-7142/2019; по делу № А65-7731/2019; решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 13.12.2018 по делу № А65-23329/2018., подтверждающих аффилированность ФИО1

Из материалов дела следует, что, обращаясь в арбитражный суд с заявлением о признании ООО «ТОР Каз Инвест» несостоятельным (банкротом), ФИО1 основывала свои требования на решении Ново-Савиновского районного Казани от 14.01.2019 по делу № 2-293/19, которым с ООО «ТОР Каз Инвест», в пользу ФИО1 взыскана задолженность по договорам займа в размере 21 800 000 руб., проценты по договорам займа 15 997 000 руб., пени в размере 300 000 руб., а также расходы по оплате государственной пошлины в размере 60 000 руб., по исковому заявлению ФИО1, принятому к производству определением Ново-Савиновского районного суда города Казани от 19.11.2018.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 25.06.2021 включены требования ИП ФИО3 - одного из заявителей по настоящему обособленному спору, в состав третьей очереди реестра требований кредиторов ООО «ТОР Каз Инвест», в размере 480 330,00 руб. долга, 294 922,64 руб. пени, и в рамках проверки обоснованности требований арбитражный суд отклонил возражения конкурсного кредитора ФИО1, основанные на акте осмотра электроустановки № 13-19/321 от 21.06.2018, составленного Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору (Ростехнадзор) в связи с тем, что в материалах дела имеется письмо Ростехнадзора от 10.03.2021 № 290-5578 за подписью заместителя руководителя ФИО15 о том, что за период с января по декабрь 2018 г. проверки в отношении электроустановок административно-офисного здания не проводились.

Предоставление в качестве доказательств документации в отношении объекта капитального строительства, при условии, что ФИО1 не является участником упомянутых публичных правоотношений, суд расценил их как доказательство вовлеченности ФИО1, обладающей особым статусом, в отличии от иных конкурсных кредиторов.

Так же, судом был установлен факт наличия между ФИО10 и ФИО1 отношений, основанных на родственных связях их как родителей детей, между которыми заключен брак (сватьи), который не оспаривался ФИО1; доказательств, опровергающих данный факт, в материалы дела не представлено.

Аффилированными лицами являются физические и юридические лица, способные оказывать влияние на деятельность юридических и (или) физических лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность (абзац третий статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках»).

Механизм заключения сделок между аффилированными лицами в ряде случаев направлен на инициирование процедуры в рамках так называемого контролируемого банкротства, а также искусственного создания задолженности в целях сохранения ликвидных активов должника. В свою очередь, инициирование процедур в рамках так называемого контролируемого банкротства может преследовать цели завладения имуществом, которое де-юре не принадлежит должнику, а момент и возможность возникновения права собственности на которое, на прямую зависит от факта признания должника банкротом.

С учетом вышеизложенного, суд пришел к выводу о наличии согласованных действий ФИО10 и ФИО1, целью которых является получение контроля над процедурой банкротства.

Принимая во внимание совокупность установленных в рамках настоящего обособленного спора обстоятельств, суд пришел к выводу о том, что оспариваемые договоры займа, заключенные между должником и ФИО1, являются недействительными сделками, заключенными исключительно с намерением причинить вред иным кредиторам.

В силу положений пункта 1 статьи 170 ГК РФ и разъяснений Верховного Суда Российской Федерации, содержащихся в пункте 73 постановления Пленума от 23.06,2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - постановление Пленума от 23.06.2015 N 25), мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Мнимая сделка характеризуется тем, что ее стороны не преследуют целей создания соответствующих сделке правовых последствий, то есть совершают ее лишь для вида. В этом проявляется ее дефект - отсутствие направленности сделки на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей. Характерной особенностью мнимой сделки является то, что стороны стремятся правильно оформить все документы, не намереваясь при этом создать реальных правовых последствий. У них отсутствует цель в достижении заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей, сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. В связи с этим установление несовпадения воли с волеизъявлением относительно обычно порождаемых такой сделкой гражданско-правовых последствий является достаточным для квалификации ее в качестве ничтожной.

Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника. В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. При этом стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение (пункт 86 постановление Пленума от 23.06.2015 N 25).

При наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно (тем более, если решение суда по спорной сделке влияет на принятие решений в деле о банкротстве, в частности, о включении в реестр требований кредиторов).

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского Кодекса Российской Федерации" следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Верховный Суд Российской Федерации в своей практике придерживается правовой позиции о том, что лицо, оспаривающее сделку как мнимую (пункт 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации), находясь в условиях доказательственной ассиметрии, представляет только доказательства разумных оснований считать сделку мнимой, а ее стороны для опровержения данного довода представляют доказательства реальности сделки (определение от 11.09.2017 N 301-ЭС17-4784).

При оценке доводов о пороках сделки суд не должен ограничиваться проверкой соответствия документов установленным законом формальным требованиям. Необходимо принимать во внимание и иные доказательства, в том числе об экономических, физических, организационных возможностях сторон осуществить спорную сделку.

Учитывая, что формальное составление документов об исполнении сделки не исключает ее мнимость (пункт 86 постановления N 25), сторонами должны быть представлены исчерпывающие доказательства реальности сделки, положенной в обоснование исковых требований, с подтверждением таковой доказательствами, исходящими от незаинтересованных в исходе спора лиц.

В данном случае, с учетом установленных по данному спору обстоятельств, суд первой инстанции пришел к выводу, что оспариваемые договоры займа на общую сумму 21 800 000 руб. 00 коп., заключенные ФИО1 с должником, являются недействительными, мнимыми сделками, заключенными исключительно с намерением причинить вред иным кредиторам, в связи с чем судом первой инстанции сделка признана недействительной и применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО1 в пользу должника суммы неосновательного обогащения в размере 21 800 000 руб.

Апелляционный суд, повторно рассмотрев обособленный спор, согласился с выводами суда первой инстанции в части признания судом оспариваемой сделки недействительной (мнимой), при этом признал ошибочными выводы суда в части применения последствий недействительности сделки.

При этом апелляционный суд, с учетом позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, сформулированной в постановлении N 7204/12 от 18.10.2012, о том, что пункт 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации связывает применение реституции с фактом исполнения сделки, указал, что поскольку оспариваемая сделка является мнимой, фактически сторонами не исполнялась, направлена на создание мнимой задолженности по заемным отношениям с целью включения в реестр к должнику, применение реституции в качестве применения последствий ее недействительности, невозможно, в связи с чем, в применении реституции апелляционным судом было отказано.

В силу статей 67, 68, 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, исходя из их относимости и допустимости.

Разрешая настоящий обособленный спор, суд действовал в рамках предоставленных полномочий и оценил обстоятельства по внутреннему убеждению, что соответствует положениям статьи 71 АПК РФ.

В соответствии с частью 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказывать обязательства, на которое оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Под достаточностью доказательств понимается такая их совокупность, которая позволяет сделать однозначный вывод о доказанности или о недоказанности определенных обстоятельств.

Учитывая, что в материалах дела отсутствуют относимые и допустимые доказательства (статьи 67, 68 АПК РФ) в подтверждение реального исполнения оспариваемой сделки по предоставлению ФИО1 должнику займа, заявителем кассационной жалобы выводы судов о признании сделки мнимой не опровергнуты, и поскольку апелляционным судом отменено определение суда первой инстанции в части, судебная коллегия соглашается с выводами апелляционного суда, находит их не противоречащими примененным нормам права и установленным по спору обстоятельствам.

Доводы кассационной жалобы, касающиеся доказательственной базы (оценка обстоятельств совершения оспариваемой сделки, наличие финансовой возможности по предоставлению займа), не принимаются в качестве основания для отмены судебного акта, поскольку вопросы достоверности, относимости, допустимости, достаточности и взаимной связи доказательств разрешаются судами первой и апелляционной инстанций в каждом конкретном случае, исходя из обстоятельств дела; полномочиями по исследованию и оценке данных вопросов суд кассационной инстанции не наделен.

Следует учитывать, что специфика рассмотрения отдельных споров в рамках дела о банкротстве предполагает повышенные стандарты доказывания и более активную роль суда в процессе исследования доказательств.

Суд в совокупности оценил все представленные в материалы дела доказательства и дал им надлежащую оценку, при этом не отражение в судебных актах всех имеющихся в деле доказательств либо доводов стороны не свидетельствует об отсутствии их надлежащей судебной проверки и оценки.

Все иные доводы и аргументы кассационной жалобы проверены судебной коллегией и признаются несостоятельными, так как не опровергают законности принятого по делу судебного акта, направлены на переоценку обстоятельств, отличных от тех, которые были установлены судом, по причине несогласия заявителя жалобы с результатами указанной оценки, что не входит в круг полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, перечисленных в статьях 286, 287 АПК РФ, и основаны на ином толковании норм права, подлежащих применению при рассмотрении настоящего спора.

Несогласие заявителя жалобы с выводами суда, иная оценка им фактических обстоятельств дела и иное толкование к ним положений закона, не свидетельствует о неправильном применении судом норм материального и процессуального права.

Поскольку нарушений норм процессуального права, в том числе влекущих безусловную отмену судебных актов в силу части 4 статьи 288 АПК РФ, не установлено, основания для отмены обжалуемых судебных актов и удовлетворения кассационной жалобы отсутствуют.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.07.2023 по делу № А65-23193/2019 оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



Председательствующий судья Е.П. Герасимова


Судьи М.В. Егорова


А.А. Минеева