Постановление от 7 апреля 2024 г. по делу № А32-10191/2021

ПЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-10191/2021
город Ростов-на-Дону
07 апреля 2024 года
15АП-2797/2024


Резолютивная часть постановления объявлена 26 марта 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 07 апреля 2024 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Долговой М.Ю.,

судей Сулименко Н.В., Сурмаляна Г.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии:

от финансового управляющего ФИО2 представитель ФИО3 по доверенности от 13.04.2023 (онлайн),

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО2

на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 30.01.2024 по делу № А32-10191/2021

об отказе в удовлетворении заявления финансового управляющего о признании сделки супруги должника недействительной,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО5 (ИНН <***>),

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО5 (далее – должник) финансовый управляющий ФИО2 обратилась в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением о признании недействительными договоров пожизненной ренты от 28.03.2015, заключенных между ФИО6 и ФИО7 (далее - ответчик).

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 30.01.2024 по делу № А32-10191/2021 в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, финансовый управляющий ФИО2 обжаловала определение суда первой инстанции от 30.01.2024 в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и просила обжалуемый судебный акт отменить.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что суд первой инстанции не дал оценки доводам о том, что договоры не являются реальными. Податель жалобы указывает, что целью договора являлось сокрытие активов.

В отзыве на апелляционную жалобу ФИО7 просил оставить судебный акт без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании представитель финансового управляющего ФИО2 поддержал доводы апелляционной жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом уведомленные о времени и месте судебного разбирательства, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, признал возможным рассмотреть апелляционную жалобу без участия не явившихся представителей лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, отзыва, выслушав представителей участвующих в деле лиц, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, общество с ограниченной ответственностью «Агроинвест» обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании ФИО5 несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 18.03.2021 заявление принято, возбуждено производство по делу.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 12.10.2021 в отношении должника введена процедура реструктуризация долгов гражданина.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 21.03.2022 в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 07.10.2020 финансовым управляющим имуществом ФИО5 утверждена ФИО2.

Финансовый управляющий ФИО2 обратилась в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением о признании недействительными договоров пожизненной ренты, заключенных 28.03.2015 между ФИО6 и ФИО7, о применении последствий недействительности сделок, просит восстановить право собственности ФИО5 и ФИО6, по 50 процентов доли, в отношении следующего имущества:

1. Нежилое помещение с кадастровым номером 23:47:0305028:449 по адресу: <...>, пом. V, литер А).

2. Земельный участок с кадастровым номером 23:47:0301002:302 по адресу: <...>.

3. Жилое здание с кадастровым номером 23:47:0306034:77 по адресу: <...>.

4. Земельный участок с кадастровым номером 23:47:0306034:19 по адресу: <...>.

5. Помещение с кадастровым номером 23:47:0305028:417 по адресу: <...>.

6. Помещение с кадастровым номером 23:47:0305028:362, площадью 112,1 кв.м. по адресу: <...> пом. ХV, литер А1.

7. Помещение с кадастровым номером 23:47:0305028:307, площадью 125,3 кв.м. по адресу: <...> пом. ХV, литер А1.

Согласно сведениям ЕГРН 30.03.2015 произведена единовременная регистрация перехода права собственности к ФИО7 с сохранением обременения в пользу ФИО6

Согласно позиции финансового управляющего, данные сделки представляют собой единую операцию (сделку) по отчуждению имущества и являются недействительными, как совершенные между аффилированными к должнику лицами с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Оценив представленные доказательства в совокупности, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что суд первой инстанции обоснованно отказал в удовлетворении заявления, исходя из следующего.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I - VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI настоящего Федерального закона.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В абзаце 4 пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением Главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление № 63) разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Суд апелляционной инстанции установил, что заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) принято к производству арбитражного суда определением от 18.03.2021, оспариваемые сделки совершены 28.03.2015, следовательно, они не попадют под период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии со статьей 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Пунктом 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что если из закона не следует иное, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна.

Согласно статье 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 по делу № 305-ЭС16-2411 отмечено следующее.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

При наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводов стороны спора о мнимости установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно. Следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Установление факта того, что в намерения сторон на самом деле не входили возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным основанием для признания сделки ничтожной.

Согласно части 2 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права могут быть ограничены на основании федерального закона и в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом) (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как следует из материалов дела, по соглашению от 24.03.2015, заключенному должником и его супругой с сыновьями, ФИО7 и ФИО7, ФИО6 передает сыновьям в собственность недвижимое имущество по отдельно заключаемым договорам, в том числе по договорам пожизненной ренты, при условии, что они обязуются пожизненно содержать должника и его супругу, а именно: обеспечивать по мере необходимости и просьбе одеждой, питанием, иной помощью. ФИО8 Аветисович дает свое согласие на передачу недвижимого имущества. Минимальный размер денежного содержания определяется договорами пожизненной ренты.

Пунктом 4 указанного соглашения предусмотрено, что обязательства по содержанию родителей могут исполняться как совместно сыновьями, так и каждым из них по отдельности (л.д. 34).

28.03.2015 между ФИО6 и ФИО7 заключены договоры пожизненной ренты в отношении следующего имущества:

1. Нежилое помещение с кадастровым номером 23:47:0305028:449 по адресу: <...>, пом. V, литер А).

2. Земельный участок с кадастровым номером 23:47:0301002:302 по адресу: <...>.

3. Жилое здание с кадастровым номером 23:47:0306034:77 по адресу: <...>.

4. Земельный участок с кадастровым номером 23:47:0306034:19 по адресу: <...>.

5. Помещение с кадастровым номером 23:47:0305028:417 по адресу: <...>.

6. Помещение с кадастровым номером 23:47:0305028:362, площадью 112,1 кв.м. по адресу: <...> пом. ХV, литер А1.

7. Помещение с кадастровым номером 23:47:0305028:307, площадью 125,3 кв.м. по адресу: <...> пом. ХV, литер А1.

В пункте 5 спорных договоров ренты указано, что сторонам разъяснено и понятно, что размер пожизненной ренты не может быть менее двух установленных в соответствии с законом величин прожиточного минимума на душу населения в соответствующем субъекте Российской Федерации по месту нахождения имущества. На момент подписания договоров ренты величина прожиточного минимума составляет 8 027 руб. Увеличение объема содержания будет производится пропорционально росту величины прожиточного минимума по Краснодарскому краю.

Согласно сведениям ЕГРН 30.03.2015 произведена единовременная регистрация перехода права собственности к ФИО7 с сохранением обременения в пользу ФИО6

В силу статьи 583 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору ренты одна сторона (получатель ренты) передает другой стороне (плательщику ренты) в собственность имущество, а плательщик ренты обязуется в обмен на полученное имущество периодически выплачивать получателю ренту в виде определенной денежной суммы либо предоставления средств на его содержание в иной форме.

По договору ренты допускается установление обязанности выплачивать ренту бессрочно (постоянная рента) или на срок жизни получателя ренты (пожизненная рента). Пожизненная рента может быть установлена на условиях пожизненного содержания гражданина с иждивением.

В соответствии частью 1 статьи 596 Гражданского кодекса Российской Федерации пожизненная рента может быть установлена на период жизни гражданина, передающего имущество под выплату ренты, либо на период жизни другого указанного им гражданина.

Согласно пункту 1 статьи 170 Гражданского кодекса мнимая сделка - это сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия. Такая сделка является ничтожной.

Обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий, и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Вместе с тем, согласно правовой позиции Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении Президиума от 01.11.2005 N 2521/05, реально исполненный договор не может являться мнимой или притворной сделкой.

Исполняя условия договоров, ответчик обеспечивал ФИО6 денежное содержание. Так, в частности, на счет ФИО6 было перечислено:

- 29 205 000 руб. за период с апреля 2016 по май 2021 года со счета ФИО7;

- 770 000 руб. за период с июня 2018 по июнь 2021 со счета ФИО7.

Ответчик несет расходы по содержанию спорного имущества, оплачивает коммунальные расходы, имущественные и земельные налоги.

Согласно поданных налоговых деклараций, доходы ответчика, ФИО7 от предпринимательской деятельности за 2015 – 2023 годы составили более 120 млн. руб.

Доказательств того, что при заключении оспариваемых договоров пожизненной ренты его стороны не намеревались породить правовые последствия, присущие данному виду договора, равно как и подтверждения того, что ими преследовалась иная цель, нежели передача имущества в собственность плательщику ренты, материалы дела не содержат, и апеллянтом суду не представлено.

Правовые последствия сделки наступили, следовательно, она не является мнимой сделкой и не направлена на причинение вреда какому-либо лицу. Волеизъявление сторон при заключении сделки было направлено на заключение именно указанного договора.

Данные обстоятельства свидетельствуют о том, что стороны не только имели намерения на возникновение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такими сделками, но и совершали действия, предусмотренные для данного вида сделок.

В рассматриваемом случае заявитель не представил суду доказательств злоупотребления ответчиком правами, направленности сделки на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Обстоятельств, которые свидетельствовали бы о наличии сговора между сторонами сделок, либо о направленности действий должника и его супруги при совершении оспариваемой сделки на причинение ущерба должнику при осведомленности другой стороны сделки об этом, факта недобросовестного поведения (злоупотребления правом) контрагента, не установлено. Доказательств обратного в материалы дела не представлено.

С учетом установленного, заявление финансового управляющего удовлетворению не подлежало.

Доводы апелляционной жалобы не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, повлияли бы на их обоснованность и законность либо опровергли выводы суда, в связи с этим признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в любом случае основаниями для отмены судебного акта, судом не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 30.01.2024 по делу № А32-10191/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в порядке, определенном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления в законную силу настоящего постановления.


Председательствующий М.Ю. Долгова


Судьи Н.В. Сулименко


Г.А. Сурмалян