Постановление от 5 марта 2020 г. по делу № А40-194337/2017

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-4758/2020


Москва Дело № А40-194337/17

05 марта 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена 27 февраля 2020 года

Постановление изготовлено в полном объеме 05 марта 2020 года

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи А.С. Маслова,

судей Н.В. Юрковой и М.С. Сафроновой

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ООО «Карс-Инвест» на определение Арбитражного суда города Москвы от 23.12.2019 по делу № А40-194337/17, вынесенное судьей Е.Н. Кондрат в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Карс-Инвест»,

об отказе в признании сделок недействительными, признании за ФИО2 права собственности;

при участии в судебном заседании:

от ФИО2 - ФИО3 дов. от 14.06.2019

от к/у ООО «Карс-Инвест» - ФИО4 дов. от 21.02.2020

У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 22.11.2017 общество с ограниченной ответственностью «Карс-Инвест» (далее – ООО «Карс-Инвест», должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев, конкурсным управляющим ООО «Карс-Инвест» утвержден ФИО5.

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление конкурсного управляющего ООО «Карс-Инвест» об оспаривании взаимосвязанных сделок, совершенных между должником и ФИО6 (далее – ФИО6), ФИО6 и ФИО7 (далее – ФИО7), ФИО7 и ФИО2 (далее – ФИО2).

Кроме того, в Арбитражный суд города Москвы поступило заявление ФИО2 о признании права собственности на жилые помещения.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 12.11.2019 указанные заявления конкурсного управляющего ООО «Карс-Инвест» и ФИО2 объединены в одно производство для совместного рассмотрения.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 23.12.2019 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника о признании оспарвиаемых сделок недействительными. Кроме того, указанным судебным актом за Ежовой И.В. признано право собственности на:

- двухкомнатную квартиру № 93, общ. пл. 81,7 кв.м. по адресу: Россия, Московская область, городской округ Красногорск, <...>,

- двухкомнатную квартиру № 165, общ. пл. 74,4 кв.м. по адресу: Россия, Московская область, городской округ Красногорск, <...>,

- двухкомнатную квартиру № 102, общ. пл. 79,3 кв.м. по адресу: Россия, Московская область, городской округ Красногорск, <...>.

Не согласившись с вынесенным судом первой инстанции определением конкурсный управляющий должника обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить, принять по делу новый судебный акт.

В апелляционной жалобе конкурсный управляющий указывает на то, что суд первой инстанции ошибочно признал факт оплаты квартир первоначальным покупателем ФИО6, а также достаточности денежных средств для покупки квартир ФИО2 Кроме того, по мнению заявителя апелляционной жалобы судом первой инстанции не дано правовой оценки доводам управляющего и имеющимся в деле доказательствам отсутствия у оспариваемых сделок экономической целесообразности, а также тому факту, что ФИО6 и ФИО2 являются супругами. Помимо прочего конкурсный управляющий повторяет свои доводы, приводимые в суде первой инстанции о неплатежеспособности должника в спорный период. Также заявитель апелляционной жалобы обращает внимание суда апелляционной инстанции на то, что суд первой инстанции не учел, что запрет на совершение сделок с недвижимостью застройщика в наблюдении связан с запретом введения самой процедуры наблюдения при банкротстве застройщика.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего должника апелляционную жалобу поддержал по доводам, изложенным в ней, просил определение суда первой инстанции от 23.12.2019 отменить, принять по настоящему обособленному спору новый судебный акт.

Представитель Ежовой И.В. на доводы апелляционной жалобы возражал по мотивам, изложенным в приобщенном к материалам дела отзыве, просил обжалуемое определение суда первой инстанции оставить без изменения.

Рассмотрев дело в порядке статей 156, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, выслушав объяснения явившихся в судебное заседание лиц, изучив материалы дела, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены или изменения определения арбитражного суда, принятого в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, ООО «Карс-Инвест» осуществляло продажи по договорам долевого участия жилых помещений в строящемся доме по строительному адресу: Московская область, <...> корпус 86, кадастровый номер земельного участка 50:11:0030308:29.

ООО «Карс-Инвест» 07.09.2018 получило разрешение № RU50-11-11681- 8 на ввод в эксплуатацию 3-х секционного многоквартирного жилого дома с офисными помещениями, расположенного по адресу: Московская область, <...> корпус 86, кадастровый номер земельного участка 50:11:0030308:29.

Постановлением Администрации городского округа Красногорск Московской области от 17.09.2018 №2263/9 объекту присвоен почтовый адрес: Российская Федерация, Московская область, городской округ Красногорск, <...> с присвоением кадастрового номера. Жилой дом поставлен на кадастровый учет с присвоением кадастрового номера 50:11:0030308:2034.

Между ООО «Карс-Инвест» в лице директора ФИО8 и ФИО6 09.09.2015 был заключен договор долевого участия в строительстве № 2/78, согласно которому застройщик обязался построить жилой дом и после получения разрешения не ввод жилого дома в эксплуатацию и передать следующие объекты долевого строительства:

- двухкомнатную квартиру, строительный номер 129. общей площадью 81,5 кв.м.,

- двухкомнатную квартиру, строительный номер 78. общей площадью 79.5 кв.м.,

- двухкомнатную квартиру, строительный номер 21В, общей площадью 82.8 кв.м.

Согласно п. 2.2. договора долевого участия в строительстве № 2/78 от 09.09.2015. цена квартир составляет 12 190 000 руб., сумма денежных требований подлежала оплате в срок не позднее 31.12.2015.

Договор долевого участия в строительстве № 2/78 от 09.09.2015 был зарегистрирован 30.09.2015.

23.09.2015 стороны заключили дополнительное соглашение к договору долевого участия в строительстве № 2/78 от 09.09.2015, согласно которому внесли изменения в п. 3.3.1. договора и установили, что сумма оплаты может быть произведена путем перечисления денежных средств или путем передачи векселя на указанную сумму.

Указанное дополнительное соглашение к договору было зарегистрировано в Росреестре 03.12.2015.

В дальнейшем 15.10.2017 между ФИО6 и ФИО7 был заключен договор уступки прав № У/2/78 по договору долевого участия в строительстве № 2/78, согласно которому ФИО6 уступает ФИО9 свои права на получение указанных квартир.

12.10.2018 между директором должника ФИО8 и ФИО7 подписаны акты приема-передачи квартир и зарегистрировано за ней право собственности на три квартиры но адресу: Россия, Московская область, городской округ Красногорск, <...>, а именно двухкомнатные квартиры №93, № 165, № 102.

16.03.2019 между ФИО7 и ФИО2 заключены три договора купли-продажи квартир, согласно которых ФИО7 передала последней спорные квартиры.

Согласно п. 2 указанных договоров право собственности продавца - ФИО7 возникло на основании акта приема-передачи объекта долевого строительства от 12.10.2018, договора уступки прав №У/2/78, разрешением на ввод в эксплуатацию от 07.09.2018.

Таким образом, ФИО2 является собственником трех квартир по адресу: Россия, Московская область, городской округ Красногорск, <...>, а именно:

- двухкомнатная квартира №93, общ. пл. 81,7 кв.м.

- двухкомнатная квартира №165, общ. пл. 74,4 кв.м.

- двухкомнатная квартира №102, общ. пл. 79,3 кв.м.

Конкурсный управляющий, полагая, что вся цепочка взаимосвязанных сделок, а именно: договор долевого участия в строительстве №2/78 от 09.09.2015, заключенный между ООО «Карс-Инвест» и Ежовым А.В., договор уступки прав №У/2/78 от 15.10.2017 по договору долевого участия в строительстве №2/78 от 09.09.2015, заключенный между Ежовым А.В. и Гараниной К.И., три договора купли-продажи квартир от 16.03.2019, заключенные между Гараниной К.И. и Ежовой И.В., а также сделка, совершенная генеральным директором должника Лебедевой Е.Б. и Гараниной К.И., оформленная актом приема-передачи объекта долевого строительства от 12.10.2018, отвечает признакам недействительных сделок по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 612 статьей 613 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статьями 10, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, обратился в Арбитражный суд города Москвы с рассматриваемым в рамках настоящего обособленного спора заявлением.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении указанного заявления конкурсного управляющего должника, исходил из не представления им достаточных доказательств наличия оснований для признания оспариваемых сделок недействительными. При этом суд первой инстанции удовлетворил заявление Ежовой И.В. и признал за ней право собственности на спорные объекты недвижимости.

Суд апелляционной инстанции соглашается с такими выводами Арбитражного суда города Москвы.

Согласно пункту 2 статьи 612 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трёх лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате её совершения был причинён вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатёжеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника.

В пункте 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63) разъяснено, что для признания сделки недействительной по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 612 Закона о банкротстве, необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Заявление о признании ООО «Карс-Инвест» несостоятельным (банкротом) было принято Арбитражным судом города Москвы 12.01.2018, а оспариваемые сделки совершены 09.09.2015, 15.10.2017, 12.10.2018, 16.03.2019, то есть в период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 612 Закона о банкротстве.

Суд апелляционной инстанции приходит к выводу о недоказанности конкурсным управляющим должника наличия совокупности всех указанных выше обстоятельств.

В частности, конкурсным управляющим должника не представлено доказательств причинения вреда имущественным правам кредиторов.

В соответствии с положениями статьи 2 Закона о банкротстве под вредом, причинённым имущественным правам кредиторов, понимается любое уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику.

Заявляя о причинении вреда имущественным правам кредиторов конкурсный управляющий указывал на то, что ФИО6 не произвел оплату по заключенным с ООО «Карс-Инвест» договорам долевого участия.

Однако материалами дела подтверждается, что после заключения договоров долевого участия ФИО6 было предложено приобрести вексель ООО «Карс-Инвест» с последующим принятием его в качестве оплаты за приобретаемые квартиры.

Данное предложение связано с тем, что в оплату за приобретаемые у дольщика квартиры застройщик может получить только после государственной регистрации Договора долевого участия. В противном случае застройщик допустит совершение административного правонарушения в сфере долевого строительства. ФИО6 согласился на это предложение и приобрел у застройщика вексель, что подтверждается квитанцией к ПКО от 23.09.2015.

Затем 24.09.2015 ФИО6 передал вексель, приобретенный у ООО «Карс-Инвест», обратно, стороны согласовали, что с момента передачи векселя обязанность по оплате квартир считается исполненной.

Таким образом, оплата за спорные квартиры ФИО6 была произведена.

Третье лицо ФИО8 подтвердила факт внесения денежных средств в кассу ООО «Карс-Инвест».

Доводов о том, что рыночная стоимость трех спорных квартир составляла более 12 190 000 руб. – суммы, указанной в договоре долевого участия в строительстве № 2/78, конкурсный управляющий не заявлял, соответствующих доказательств не представлял.

Следовательно, факт причинения вреда имущественным правам кредиторов конкурсным управляющим не доказан.

Не доказано конкурсным управляющим и то, что договор долевого участия в строительстве № 2/78 от 09.09.2015 был заключен с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

Так, обосновывая доводы о неплатежеспособности должника, конкурсный управляющий ссылается на судебные акты о взыскании неустоек, которые были вынесены в 2016 году, то есть уже после заключения договора с ФИО6 в 2015 году. Из обстоятельств дела усматривается, что ООО «Карс-Инвест» имело основных средств на сумму около 900 млн. руб., что не позволяет говорить о недостаточности денежных средств.

Каких-либо иных доказательств, свидетельствующих о недостаточности имущества и наличии неплатежеспособности должника на момент совершения оспариваемых сделок, в материалы дела не представлено.

Обосновывая доводы о заинтересованности ФИО6 по отношению к ООО «Карс-Инвест» конкурсный управляющий ссылался на участие ФИО6 в судебных заседаниях на основании доверенности от 24.05.2008.

Вместе с тем, как правильно указал суд первой инстанции, участие в судебных заседаниях в качестве представителя законодательство не относит к критерию заинтересованного лица.

Каких-либо иных доказательств того, что ФИО6 можно признать заинтересованным лицом по отношению к ООО «Карс-Инвест» конкурсный управляющий не приводит.

Как следует из письменных пояснений бывшего генерального директора должника ФИО8 ФИО6 и члены его семьи никогда не участвовали в принятии решений ООО «Карс-Инвест», не являлись заинтересованными лицами и не входили в группу лиц, а ФИО10 (агент – ООО «ИФК «Павелецкая») никогда не являлся участником ООО «ВИП АВИА» (г. Казань).

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции признает недоказанным конкурсным управляющий то, что оспариваемая сделка – договор долевого участия в строительстве от 09.09.2015 № 2/78, заключенный между ООО «Карс-Инвест» и ФИО6, совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, а также осведомленность об этом ФИО6

На основании изложенного суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции об отсутствии оснований для признания договора долевого участия в строительстве № 2/78 от 09.09.2015 недействительной сделкой по пункту 2 статьи 612 Закона о банкротстве.

Что касается доводов конкурсного управляющего о недействительности спорных сделок по основаниям, предусмотренным статьями 10, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что, совершая сделку, стороны намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Мнимые сделки совершаются для того, чтобы произвести ложное представление на третьих лиц. Мнимые сделки характеризуются несоответствием волеизъявления подлинной воле сторон: в момент ее совершения воля обеих сторон не направлена на достижение правовых последствий в виде возникновения, изменения, прекращения соответствующих гражданских прав и обязанностей.

Стороне в обоснование мнимости сделки необходимо доказать, что при ее совершении подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при совершении данной сделки.

Согласно разъяснениям Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение.

Исполнение сделки хотя бы одной из сторон исключает мнимый характер такой сделки.

В силу пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пунктах 87 и 88 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», недействительной в связи с притворностью может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки.

Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Прикрываемая сделка может быть также признана недействительной по основаниям, установленным Гражданского кодекса Российской Федерации или специальными законами.

Применяя правила о притворных сделках, следует учитывать, что для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок. В таком случае прикрывающие сделки являются ничтожными, а к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Материалами дела подтверждается, что договора долевого участия в строительстве № 2/78 от 09.09.2015 был заключен и исполнен между лицами, заинтересованность которых не доказана.

Не доказана и заинтересованность между ФИО11 и ФИО7, а также между ФИО7 и ФИО2

Все сделки, которые оспариваются конкурсным управляющим должника были исполнены.

ФИО7 после получения прав по договору долевого участия в строительстве № 2/78 совершила необходимые действия по подписанию актов приема-передачи квартир и оформлению прав собственности на спорные объекты недвижимости.

При этом доводы конкурсного управляющего о том, что сделка для ФИО7 не имеет никакой экономической целесообразности были правомерно отклонены судом первой инстанции. Так, для приобретения спорных квартир ФИО6 и ФИО7 оформили договор займа от 23.09.2015, согласно которому ФИО7 предоставила ФИО6 заем в размере 12 190 000 руб. на покупку спорных квартир. В дальнейшем ФИО6 в счет долга уступил ей права на получение спорных квартир (соглашение о погашении долга по Договору займа от 23.09.2015 от 15.10.2017). При этом стороны договорились, что у заемщика (ФИО6) есть право выкупить квартиры в срок не позднее двух месяцев после государственной регистрации права собственности ФИО7 на квартиры.

ФИО2 воспользовалась правом выкупа и заключила с ФИО7 договоры купли-продаж квартир.

Наличие финансовой возможности у ФИО2 подтверждены справкой из ИФНС России № 33 по г. Москве о доходе, копией трудовой книжки, декларацией 2НДФЛ отца ФИО2, договорами займа.

На основании изложенного суд апелляционной инстанции приходит к выводу о недоказанности конкурсным управляющим злоупотребления сторонами спорных сделок своими правами, в частности, выразившегося в сговоре лиц с целью вывода из конкурсной массы должника активов в виде объектов недвижимости, а также притворности или мнимости этих сделок.

Кроме того, согласно разъяснениям, изложенным в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2018 № 27, о взаимосвязанности сделок могут свидетельствовать такие признаки, как преследование единой хозяйственной цели при заключении сделок, в том числе общее хозяйственное назначение проданного (переданного во временное владение или пользование) имущества, консолидация всего отчужденного (переданного во временное владение или пользование) по сделкам имущества в собственности одного лица, непродолжительный период времени между совершением нескольких сделок.

В любом случае признаки взаимосвязанности носят субъективный характер и устанавливаются только при рассмотрении конкретного дела, при этом ни один из выделяемых судами признаков не имеет абсолютного значения и может свидетельствовать о взаимосвязанности договоров только с учетом других обстоятельств дела. Главным является не время совершения (дата сделки), а экономически единая хозяйственная операция, направленная на достижение одной цели.

Каких-либо доказательств того, что все стороны оспариваемых сделок преследовали единую цель конкурсным управляющим должника не представлено.

При этом суд апелляционной инстанции учитывает, что ФИО6 и ФИО2 являются супругами, однако в отсутствие доказательства их заинтересованности с ООО «Карс-Инвест» и ФИО7 указанное обстоятельства не имеет правового значения и не может безусловно свидетельствовать о недействительности спорных сделок.

С учетом изложенного основания недействительности сделок, предусмотренные статьями 10, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, конкурсным управляющим не доказаны.

Что касается доводов конкурсного управляющего о наличии оснований, предусмотренных статьей 613 Закона о банкротстве, для признания актов приема-передачи квартир, подписанных между ООО «Карс-Инвест» и ФИО7, недействительными сделками, а также отсутствия согласия конкурсного управляющего на совершении указанных сделок суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 613 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, в частности при наличии одного из следующих условий:

сделка направлена на обеспечение исполнения обязательства должника или третьего лица перед отдельным кредитором, возникшего до совершения оспариваемой сделки;

сделка привела или может привести к изменению очередности удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки;

сделка привела или может привести к удовлетворению требований, срок исполнения которых к моменту совершения сделки не наступил, одних кредиторов при наличии не исполненных в установленный срок обязательств перед другими кредиторами;

сделка привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве).

Как правильно указал суд первой инстанции передача объекта недвижимости по акту приема-передачи не является сделкой, а представляет собой подтверждение факта владения и пользования помещением ответчиком, сама сделка (договор) был совершен ранее – 09.09.2015 и зарегистрирован в установленном порядке. С учетом изложенного при подписании актов не создается ситуация, когда возможно преимущественное удовлетворение требований одного кредитора перед требованиями других кредиторов.

В связи с чем основания, предусмотренные статьей 613 Закона о банкротстве, для признания актов недействительными сделками отсутствуют.

Относительно довода конкурсного управляющего об отсутствии его согласия на подписание актов приема-передачи, суд апелляционной инстанции установил следующее.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 19.03.2018 заявление кредиторов ФИО12 и МОО «Адепт Права» о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Карс-Инвест» признано обоснованным, в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО13

Решением Арбитражного суда города Москвы от 22.11.2018 ООО «Карс-Инвест» признано несостоятельным (банкротом), в отношении ООО «Карс-Инвест» открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО5

Согласно пункту 1 статьи 2014 Закона о банкротстве с даты принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства в отношении застройщика в ходе внешнего управления в деле о банкротстве застройщика требования о передаче жилых помещений, требования о передаче машино-мест и нежилых помещений, в том числе возникшие после даты принятия заявления о признании должника банкротом, и (или) денежные требования участников строительства могут быть предъявлены к застройщику только в рамках дела о банкротстве застройщика с соблюдением установленного настоящим параграфом порядка предъявления требований к застройщику.

В силу положений пункта 1 статьи 64 Закона о банкротстве введение наблюдения не является основанием для отстранения руководителя должника и иных органов управления должника, которые продолжают осуществлять свои полномочия с ограничениями, установленными пунктами 2, 3 и 3.1 указанной статьи Закона о банкротстве.

Органы управления должника могут совершать исключительно с согласия временного управляющего, выраженного в письменной форме, за исключением случаев, прямо предусмотренных Законом о банкротстве, сделки или несколько взаимосвязанных между собой сделок: связанных с приобретением, отчуждением или возможностью отчуждения прямо либо косвенно имущества должника, балансовая стоимость которого составляет более пяти процентов балансовой стоимости активов должника на дату введения наблюдения (пункт 2 статьи 64 Закона о банкротстве).

Доказательств того, что стоимость отчужденного должником имущества превышала пять процентов балансовой стоимости активов должника конкурсным управляющим не представлено.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции приходит к выводу о не представлении конкурсным управляющим должника надлежащих доказательств наличия оснований для признания оспариваемых сделок недействительными.

При этом суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции о наличии оснований для признания права собственности на спорные квартиры за ФИО2

В соответствии со статьями 11, 12 Гражданского кодекса Российской Федерации защита нарушенных гражданских прав осуществляется судом путем признания права.

Сложившаяся судебная практика исходит из недопустимости ситуации, в которой лицо не может реализовать предусмотренное законодательством право на судебную защиту (постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 21.10.2008 № 7131/08, от 29.05.2012 № 17607/11).

Спорные квартиры являются объектом завершенного строительства, отнесены к недвижимому имуществу, которое согласно статье 128 Гражданского кодекса Российской Федерации является объектом гражданских прав. Следовательно, признание права собственности на объекты завершенного строительства возможно, в том числе и по решению суда.

Учитывая наличие в материалах дела доказательств исполнения ФИО2 своих обязательств, связанных с приобретением квартир, суд первой инстанции правомерно признал за ней право собственности на эти объекты недвижимости.

Все доводы, приведенные конкурсным управляющим должника в апелляционной жалобе были предметом рассмотрения суда первой инстанции, им дана надлежащая оценка, с которой соглашается суд апелляционной инстанции, в том числе по мотивам, изложенным выше. При этом суд апелляционной инстанции учитывает, что не представление суду оригинала векселя ООО «Карс-Инвест» обосновано объективными причинами. Так, судом первой инстанции установлено, 09.06.2017 сотрудниками УМВД России по Красногорскому району был проведен обыск по адресу: 117513, Москва, Ленинский <...>, в ходе которого была изъята вся документация, относящаяся к хозяйственной деятельности ООО «Карс-Инвест», в том числе и по взаимоотношениям с участниками долевого строительства ООО «Карс-Инвест», ввиду чего стороной не представлено оригинала векселя на обозрение суда

Различная оценка одних и тех же фактических обстоятельств и материалов дела судом первой инстанции и конкурсным управляющим не является правовым основанием для отмены или изменения оспариваемого судебного акта.

При указанных обстоятельствах суд апелляционной инстанции считает определение суда первой инстанции обоснованным, соответствующим нормам материального права и фактическим обстоятельствам дела, в связи с чем не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы по изложенным в ней доводам.

Руководствуясь статьями 266 – 269, 271 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 23.12.2019 по делу № А40194337/17 оставить без изменения, а апелляционную жалобу конкурсного управляющего ООО «Карс-Инвест» – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.

Председательствующий судья:А.С. Маслов

Судьи:М.С. ФИО14

Н.В. Юркова