Постановление от 2 марта 2025 г. по делу № А75-4480/2023

Арбитражный суд

 Западно-Сибирского округа



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень                                                                                                   Дело № А75-4480/2023


Резолютивная часть постановления объявлена 26 февраля 2025 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 03 марта 2025 года.


Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                                   Зюкова В.А.,

судей                                                                  Кадниковой О.В.,

ФИО1 -

при ведении протокола помощником судьи Рахмеевой Д.Р. рассмотрел в судебном заседании с использованием системы веб-конференции кассационную жалобу ФИО2 (далее - ответчик) на определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 04.08.2024 (судья Кашляева Ю.В.) и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 10.12.2024 (судьи Дубок О.В., Аристова Е.В., Брежнева О.Ю.) по делу № А75-4480/2023 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Иртышнефтепродукт» (ОГРН <***>, ИНН <***>, далее – ООО «Иртышнефтепродукт», должник), принятые по заявлению конкурсного управляющего к ФИО2 об оспаривании сделок должника.

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, - ФИО3, ФИО4

В судебном заседании в онлайн-режиме принял участие представитель ФИО2 - ФИО5 по доверенности от 29.12.2023.

В Арбитражном суде Западно-Сибирского округа приняли участие: конкурсный управляющий ФИО6, представители ФИО7 – ФИО8 по доверенности от 21.02.2023, ФИО9 по доверенности от 11.10.2024.

Суд установил:

в рамках дела о банкротстве должника конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным договора купли-продажи   административного здания, расположенного по адресу: Тюменская область, Ханты-Мансийский автономный округ - Югра, <...>; земельного участка под объектом недвижимого имущества, расположенного по адресу: Тюменская область, Ханты-Мансийский автономный округ - Югра, <...>, заключенного между ООО «Иртышнефтепродукт» и ФИО2

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 04.08.2024 заявление конкурсного управляющего удовлетворено, признан недействительным  договор купли-продажи недвижимого имущества от 25.05.2021, заключенный между ООО «Иртышнефтепродукт» и ФИО2, применены последствия недействительности сделки, ФИО2 обязана возвратить в конкурсную массу ООО «Иртышнефтепродукт»: административное здание, кадастровый номер 86:12:0101090:475, расположенное по адресу: Ханты-Мансийский автономный округ - Югра, <...>; земельный участок под объектом недвижимого имущества, кадастровый номер 86:12:0101090:0144, расположенный по адресу: Ханты-Мансийский автономный округ - Югра, <...>.

Не согласившись с принятыми судебными актами, ФИО2 обратилась с кассационной жалобой, в которой просит их отменить, направить дело на новое рассмотрение в соответствующий арбитражный суд в ином составе суда.

В обоснование кассационной жалобы ее податель ссылается на ошибочность выводов судов об аффилированности ответчика по отношению к должнику, а также о непосредственном участии ответчика в финансово-хозяйственной деятельности должника. Полагает, что родство ответчика с умершим ФИО10 не свидетельствует о недействительности оспариваемых сделок. ФИО2 не являлась стороной по делу № А75-4480/2023, не могла знать о затруднительном финансовом положении должника; по мнению кассатора, права кредитора ФИО7 нарушены быть не могли, поскольку были обеспечены дорогостоящим имуществом должника; указывает на неполноту судебного разбирательства в связи с не рассмотрением ходатайства третьего лица об истребовании доказательств.

С позиции кассатора, судом первой инстанции необоснованно не принят во внимание отчет об оценке от 09.04.2021 № 301/21, а также отвергнута кандидатура эксперта-оценщика ФИО11, предложенного ответчиком, заключение эксперта от 23.05.2024 № 03-2024 содержит существенные недостатки, о чем свидетельствует заключение специалиста (рецензия) № 63/06/24-РО.

Кассатор полагает, что факт поступления денежных средств в размере 6 972 000 руб. от ФИО2 на расчетный счет должника документально подтвержден, в связи с чем судами неверно применены последствия недействительной сделки в виде обязания ответчика возвратить спорное имущество, в результате чего на стороне должника возникло неосновательное обогащение на сумму в указанном размере.

В удовлетворении ходатайства о приобщении к материалам обособленного спора дополнительных доказательств, а именно отчета об оценке отказано с учетом компетенции окружного суда, установленной статьей 286 АПК РФ.  Причины, по которым данные доказательства не могли быть приобщены в судах первой и апелляционной инстанции, не указаны.

Конкурсный управляющий, ФИО7 в отзывах возражают против доводов, изложенных в кассационной жалобе, соглашаются с выводами судов первой и апелляционной инстанций.

В судебном заседании представитель ФИО2 поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе, в полном объеме, конкурсный управляющий, представители ФИО7 возражали против доводов кассатора.

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом округа.

Удовлетворяя заявленные требования, суды исходили из следующего.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данных в абзацах 33 и 34 статьи 2 Закона о банкротстве.

Как следует из материалов дела и установлено судами, между должником и ФИО2 заключен договор купли-продажи недвижимого имущества от 22.04.2021, в соответствии с которым должник передает в собственность покупателя:

- административное здание (далее – задание), расположенное по адресу: Тюменская область, Ханты-Мансийский автономный округ - Югра, <...>;

- земельный участок (далее – земельный участок) под объектом недвижимого имущества, расположенный по адресу: Тюменская область, Ханты-Мансийский автономный округ - Югра, <...>.

Цена договора составляет 6 972 000 руб. (пункт 2.1. договора).

Регистрация данного договора приостановлена (уведомление от 14.05.2021 № КУВД001/2021-18015048/2).

В целях устранения оснований приостановления сторонами представлен новый договор купли-продажи недвижимого имущества от 25.05.2021, в соответствии с которым вышеуказанные объекты недвижимости (здание с кадастровым номером 86:12:0101090:475 и земельный участок с кадастровым номером 86:12:0101090:144) переходят в собственность ФИО2 (далее – договор купли-продажи).

Переход права собственности к покупателю зарегистрирован 31.05.2021, что подтверждается выписками из ЕГРН.

Признавая договор купли-продажи недействительным на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, суды установили, что на дату его заключения у общества имелась задолженность перед иными кредиторами, требования которых в дальнейшем были включены в реестр кредиторов должника.

Так, наличие признака недостаточности имущества ООО «Иртышнефтепродукт» после совершения договора купли-продажи подтверждается тем, что размер денежных обязательств должника перед кредиторами на момент совершения сделки составлял 17 712 754,14 руб.

Между ФИО7 (займодавец) и ЗАО «Иртышнефтепродукт» заключены договоры займа от 30.10.2014, от 04.08.2016, от 10.08.2016, от 26.07.2016, от 22.12.2017, от 26.07.2018, от 08.08.2018 и дополнительные соглашения к указанным договорам.

Образовалась задолженность по договорам займа в виде основного долга всего в размере 17 350 000 руб., процентов за пользование денежными средствами на сумму 302 754,14 руб. Данные обстоятельства подтверждаются решением Ханты-Мансийского районного суда по делу от 21.12.2020 № 2-2512/20. Требования кредитора включены в реестр требований должника.

Также суды указали на неравноценное встречное исполнение обязательства.

Согласно заключению эксперта № 03-2024 рыночная стоимость объектов недвижимости на дату заключения договора купли-продажи от 22.04.2021 составляет 16 417 000 руб. в том числе: земельный участок - 13 120 000 руб.

Судами верно установлено, что стороны сделки являются аффилированными.

Материалами дела подтверждается и участвующими в деле лицами не оспаривается, что согласно выписке из ЕГРЮЛ учредителем должника являлось ООО «Геонефть» (ИНН <***>). Участником ООО «Геонефть» в период с 19.09.2018 по 06.11.2020 являлась ФИО2 с долей 30,6 %. В момент заключения спорного договора учредителями ООО «Геонефть» являлись: ФИО12, ФИО13, ФИО14. Согласно справке нотариуса от 06.03.2018 из реестрового дела, ФИО2 является супругой умершего ФИО10. Одобрение спорной сделки купли-продажи от имени должника осуществлено ФИО3 (генеральным директором ООО «Геонефть»), что подтверждается протоколом № 2 решения единственного участника ООО «Иртышнефтепродукт» от 21.04.2021.

Таким образом, должник и ответчик являются аффилированными лицами.

Помимо этого, как следует из материалов дела, 18.06.2020 предъявлен иск должнику о взыскании суммы по договорам займа и процентов. Данный иск был направлен в суд еще в период участия ФИО2 в обществе. Решением Ханты-Мансийского районного суда по делу от 21.12.2020 № 2-2512/20 с должника в пользу кредитора взыскано: задолженность 17 350 000 руб., проценты 302 754,14 руб., расходы по оплате государственной пошлины 60 000 руб. Встречный иск должника о признании сделки ничтожной оставлен без удовлетворения. Ответчик прекратил участие в обществе 06.11.2020, т.е. в период рассмотрения иска в суде, в связи с чем на момент совершения сделки не мог не знать о затруднительном финансовом положении должника.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела документы, доводы и возражения участвующих в деле лиц, принимая во внимание совершение сделки в период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, учитывая, что на момент заключения сделок должник отвечал признакам неплатежеспособности, установив факт аффилированности сторон, принимая во внимание, что в результате заключения спорных сделок причинен вред имущественным правам кредиторов в виде выбытия из собственности должника имущества, реализация которого может привести к частичному удовлетворению требований кредиторов, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу о наличии оснований для признания оспариваемого договора купли-продажи недействительной сделкой на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона банкротстве.

Суд округа считает, что выводы судов первой и апелляционной инстанций о наличии основания для признания сделки недействительной соответствуют доказательствам, имеющимся в деле, установленным фактическим обстоятельствам и основаны на правильном применении норм права.

Доводы кассационной жалобы об ошибочности выводов суда о неравноценном встречном исполнении обязательств не соответствует фактическим обстоятельствам дела.

Факт того, что рыночная стоимость спорных объектов выше договорной, подтверждается в совокупности следующими доказательствами: заключением судебной экспертизы от 23.05.2024 № 03-2024 (рыночная стоимость объектов недвижимости на дату заключения договора купли-продажи от 22.04.2021 - 16 417 000 руб. (стр. 73)); кадастровой стоимостью объектов в размере 14 594 768,82 руб.; объявлениями должника, согласно которым стоимость офиса по адресу <...> по состоянию на 22.12.2020 составляла 13 000 000 руб.

В опровержение указанных доказательств ФИО2 представлена рецензия № 63/06/24-РО на заключение судебной экспертизы, составленная специалистом ФИО15 (стаж 1,5 г.).

Отклоняя выводы рецензии, суд апелляционной инстанции указал, что специалистом не представлено иного расчета рыночной стоимости спорных объектов, не обосновано, какие замечания повлияли на итоговую стоимость объектов недвижимости, выводы специалиста в рецензии не опровергают реализацию спорных объектов по заниженной стоимости; вопреки ошибочным утверждениям специалиста, на странице 4 заключения имеется подпись ФИО16 о предупреждении ее об уголовной ответственности, следовательно, заключение эксперта соответствует требованиям законодательства.

Довод о том, что экспертиза произведена без осмотра, судами отклонены, поскольку оценка рыночной стоимости определялась не на текущую дату, а на дату заключения договора купли-продажи. Какие обстоятельства, имеющие доказательственное значение, должны быть установлены в момент осмотра, специалист не конкретизирует. При этом иная стоимость ответчиком не доказана.

Как верно указано судом апелляционной инстанции и не опровергнуто кассатором, заключение эксперта составлено лицом, обладающим правом на проведение подобного рода исследований, специальными познаниями, предупрежденным об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, содержит все необходимые сведения доказательственного значения, влияющие на определение рыночной стоимости объекта оценки, при отсутствии неполноты, неясности содержания заключения эксперта, а также противоречий в выводах эксперта, в связи с чем данное заключение является надлежащим доказательством продажи спорных объектов ответчику на нерыночных условиях. Доказательства, свидетельствующие о нарушении экспертом требований действующего законодательства, наличия в заключении противоречивых или неясных выводов, в материалы дела не представлены.

Заключение основано на материалах дела, является ясным и полным, выводы эксперта носят последовательный непротиворечивый характер, сомнений в их обоснованности не установлено, полномочия и компетентность эксперта не оспорены.

Авторы экспертных заключений, положенных в основу принятых судебных актов, будучи лицами, оказывающими содействие правосудию (статьи 54, 55 АПК РФ, статьи 2, 41 Закона № 73-ФЗ), действовали добросовестно и разумно для цели предоставления ответов на поставленные судом вопросы, их должная квалификация подтверждена представленными в дело документами.

Каких-либо веских доводов или документальных подтверждений, позволяющих усомниться в достоверности экспертных выводов, кассатором не представлено, а его аргументы по своей сути сводятся к переоценке выводов экспертов, а также выводов судов, сделанных на основе исследования и совокупного анализа имеющегося по делу массива доказательств.

Таким образом, материалами дела подтверждается реализация имущества общества по цене, не соответствующей рынку, чем причинен существенный вред имущественным правам кредитора, при наличии в деле иных доказательств (кадастровой стоимости, цены спорного объекта в объявлениях должника, цены сопоставимых объектов).

Довод ФИО2 о том, что она не является аффилированным лицом, также судами оценен и верно отклонен.

ФИО2, вопреки сведениям из ЗАГС, указывает, что она не является аффилированным по отношению к должнику лицом. Однако материалами дела подтверждается, что участниками ООО «Геонефть» (100 % участник должника) в момент совершения сделки являлись: ФИО14, ФИО12, ФИО13

Согласно справке нотариуса от 06.03.2018 из реестрового дела ФИО2 является супругой умершего ФИО10.

Одобрение спорной сделки купли-продажи от имени должника осуществлено ФИО3 (генеральным директором ООО «Геонефть»), что подтверждается Протоколом № 2 решения единственного участника ООО «Иртышнефтепродукт» от 21.04.2021.

Таким образом, должник и ответчик являются аффилированными лицами применительно к статье 19 Закона о банкротстве.

Довод ФИО2 о том, что права ФИО7 не могли быть нарушены в связи с обеспечением требований кредитора имуществом должника, опровергается материалами дела, требования ФИО7 до сих пор не погашены. Отчетом временного управляющего установлено, что сумма требований ФИО7 в реестре составляет 16 960 054,57 руб.

Как указано в Определении от 17.02.2015 № 274-О Конституционного Суда Российской Федерации, положения статей 286 - 288 АПК РФ, находясь в системной связи с другими положениями данного кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, предоставляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела. Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципов состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо.

Полномочия суда округа по пересмотру дела должны осуществляться в целях исправления судебных ошибок в виде неправильного применения норм материального и процессуального права при отправлении правосудия, а не для пересмотра дела по существу (статья 286 АПК РФ, пункты 1, 28, 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»).

С учетом изложенного суды пришли к верному выводу о наличии оснований для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о несостоятельности (банкротстве).

Доводы кассатора о том, что суды не разрешили ходатайство об истребовании в Ханты-Мансийском районном суде определения о применении обеспечительных мер по заявлению ФИО7, подлежит отклонению, поскольку не представлены доказательства того, что такой судебный акт принимался в рамках дела № 2-2512/2020,  истребование данного документа не привело бы к приятию иного судебного акта, учитывая, что требования ФИО7 включены в реестр требований кредиторов как не обеспеченные каким-либо залогом, а как следует из отчета конкурсного управляющего требования ФИО7 не погашены, и денежных средств недостаточно для их погашения.

Вместе с тем суд округа считает заслуживающим внимания довод заявителя кассационной жалобы о том, что что судами не рассмотрен вопрос о применении последствий недействительности сделок именно в виде двухсторонней реституции.

Так, общим последствием недействительности сделок, предусмотренным пунктом 2 статьи 167 ГК РФ, является возврат другой стороне всего полученного по сделке.

Статьей 61.6 Закона о банкротстве предусмотрены также специальные последствия недействительности сделки в условиях, когда одна из ее сторон является банкротом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу.

В соответствии с пунктом 29 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации 23.12.2010 № 63 (ред. от 17.12.2024) «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» если сделка, признанная в порядке главы III.1 Закона о банкротстве недействительной, была исполнена должником и (или) другой стороной сделки, суд в резолютивной части определения о признании сделки недействительной также указывает на применение последствий недействительности сделки (пункт 2 статьи 167 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.6 и абзац второй пункта 6 статьи 61.8 Закона о банкротстве) независимо от того, было ли указано на это в заявлении об оспаривании сделки.

В отношении удовлетворенного определением суда реституционного требования должника к другой стороне сделки суд выдает исполнительный лист.

В отношении же удовлетворенного определением суда денежного реституционного требования другой стороны к должнику, если сделка признана недействительной на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве, суд разъясняет в определении, что упомянутое требование подлежит удовлетворению в порядке, предусмотренном пунктами 2 - 4 статьи 61.6 Закона о банкротстве (в том числе в случае, когда должник получил имущество по сделке после возбуждения дела о банкротстве).

Как установлено судами, в обоснование недействительности договора купли-продажи управляющий ссылался на неравноценность встречного предоставления по сделке, поставив под сомнение как согласованную в договоре стоимость имущества, так и произведенную сторонами оплату по договору.

Вместе с тем в подтверждение факта оплаты в материалы дела представлены платежные поручения.

Как указали суды, денежные средства по договору купли-продажи от 21.05.2021 внесены покупателем на расчетный счет продавца, что подтверждается соответствующими платежными документами.

Ответчик указал, что платежное поручение № 41540924 от 15.03.2021 на сумму 5 232 000 руб. также относится к оплате по договору купли-продажи, однако судом установлено, что в назначении платежа указан иной договор, также представлены платежные поручения от 28.04.2021 № 486197 на сумму 650 000 руб. в назначении указан договор от 22.04.2021, 1 000 000 руб. в назначении указан договор от 22.04.2021, 329 000 руб. в назначении указан договор от 22.04.2021, 671 000 руб. в назначении платежа указан договор от 22.04.2021, 1 000 000 руб. в назначении указан договор от 22.04.2021, 1 000 000 руб. в назначении платежа указан договор от 22.04.2021, 1 322 000 руб. в назначении платежа указан договор от 22.04.2021.

Суды, оценивая данные платежные поручения, указали, что действующее законодательство не запрещает изменение назначения платежа. Изменение назначения платежа в случае ошибки при оформлении бухгалтерских документов само по себе не является безусловным основанием для вывода о недействительности совершенной сделки и при доказанности соответствующих правоотношений между сторонами означает лишь исправление допущенной в платежном поручении неточности. Между тем материалами обособленного спора не подтверждается документальное уведомление кредитной организации об изменении назначения платежа, что обусловливает возникновение у суда сомнений в действительном наличии обязательств.

Иными словами, суды пришли к выводу об отсутствии оплаты по договору, что также следует из резолютивной части судебных актов, которыми не применены последствия в виде восстановления права требования ответчика к должнику.

Вместе с тем судами не оценены доводы о том, что изначально между должником и ФИО2 заключен договор купли-продажи недвижимого имущества от 22.04.2021, в соответствии с которым должник передает в собственность покупателя: здание; земельный участок.

Регистрация данного договора приостановлена (уведомление от 14.05.2021 № КУВД001/2021-18015048/2).

В целях устранения оснований приостановления регистрации, сторонами представлен новый договор купли-продажи недвижимого имущества от 25.05.2021, в соответствии с которым вышеуказанные объекты недвижимости (здание и земельный участок) переходят в собственность ФИО2 Переход права собственности к покупателю зарегистрирован 31.05.2021, что подтверждается выписками из ЕГРН.

Таким образом, изначально был заключен именно договор купли-продали от 22.04.2021. Как указывает кассатор, в рамках указанного договора в период проведения экспертизы договора государственным регистратором покупателем и произведена оплата.

При этом, в основании платежа указан договор от 22.04.2021. После приостановлении регистрации указанного договора, во исполнение требований, указанных в уведомлении от 14.05.2021 № КУВД001/2021-18015048/2, составлен новый договор от 25.05.2021, который прошел государственную регистрацию. В основании платежа ответчиком указан договор от 22.04.2021, так как на момент оплаты новый договор еще заключен не был.

Таким образом, ответчик указывал, что оплата была произведена фактически за те же объекты недвижимого имущества, которые поименованы в оспариваемом договоре.

Однако данные доводы какой-либо оценки со стороны судов не получили, при том что факт поступления денежных средств от ФИО2 на расчетный счет должника документально подтвержден, а сторонами в материалы дела не представлены доказательства наличия иного имущества, которое могло быть реализовано в пользу кассатора, а равно доказательства  иных правоотношений, в рамках которых могли перечисляться денежные средства должнику  (данные обстоятельства также подлежат проверке судами).

Между тем, применяя последствия недействительности сделок в виде односторонней реституции - возврата в конкурсную массу недвижимого имущества, суды оставили без внимания указанные платежи; мотивов, по которым суды пришли к выводу о том, что не подлежит применению с учетом положений статьи 167 ГК РФ и статьи 61.16 Закона о банкротстве двусторонняя реституция и право требования к должнику на соответствующую сумму не подлежит восстановлению, судебные акты не содержат.

Указанные обстоятельства не проверены судами, в то время как они имели существенное юридическое значение для правильного разрешения спора.

Доводы конкурсного управляющего и кредитора о том, что ответчик не заявлял данные возражения при рассмотрении обособленного спора подлежат отклонению, поскольку, как указано выше, суд в резолютивной части определения о признании сделки недействительной также указывает на применение последствий недействительности сделки (пункт 2 статьи 167 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.6 и абзац второй пункта 6 статьи 61.8 Закона о банкротстве) независимо от того, было ли указано на это в заявлении об оспаривании сделки.

Кроме этого, суды по существу  пришли к выводу, что оплаты по оспариваемому договору не было, в  связи с чем и не применили последствия в виде восстановления права требования ответчика к должнику, однако данный вывод сделан преждевременно и может повлечь нарушение прав ответчика в последующем при заявлении им требования о включении в реестр требований кредиторов в случае возврата имущества в конкурсную массу, в связи с чем разрешение вопроса о восстановлении либо от отказе в восстановлении  права требования подлежит именно в данном обособленном споре.

Таким образом, выводы судов сделаны при неполном установлении юридически значимых для дела обстоятельств, что не может быть устранено судом кассационной инстанции в силу отсутствия у него соответствующих полномочий, в связи с чем обжалуемые судебные акты согласно пункту 3 части 1 статьи 287, части 1 статьи 288 АПК РФ подлежат отмене в части неприменения последствий недействительности сделки в виде восстановления права требования ФИО2 к должнику с направлением дела на новое рассмотрение в Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа - Югры.

При новом рассмотрении дела суду следует учесть изложенное в настоящем постановлении в соответствии с частью 2.1 статьи 289 АПК РФ, в частности: оценить доводы ответчика о необходимости восстановления права требования к должнику (в том числе с учётом доводов о возврате займа), установить действительно ли данные платежи осуществлялись по оспариваемому договору, если нет, то установить иные обстоятельства перечисления указанных  денежных средств ответчиком должнику, по итогам установления всех юридически значимых обстоятельств разрешить спор в отмененной части по существу при правильном применении норм материального и процессуального права, решив в числе прочего вопрос о распределении судебных расходов, включая расходы по кассационной жалобе.

Руководствуясь пунктом 3 части 1 статьи 287, статьей 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 04.08.2024 и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 10.12.2024 по делу № А75-4480/2023 отменить в части неприменения последствий недействительности сделки в виде восстановления права требования ФИО2 к должнику.

В указанной части обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа - Югры.

В остальной части определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 04.08.2024 и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 10.12.2024 по делу № А75-4480/2023 оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 АПК РФ.


Председательствующий                                                      В.А. Зюков


Судьи                                                                                    О.В. Кадникова


ФИО1