Постановление от 9 августа 2023 г. по делу № А65-8467/2023

ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности решения арбитражного суда,

принятого в порядке упрощенного производства,

не вступившего в законную силу

11АП-10813/2023

Дело № А65-8467/2023
г. Самара
09 августа 2023 года
Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе судьи Романенко С.Ш.,

рассмотрев в порядке упрощенного производства, без вызова сторон, дело по апелляционной жалобе ООО "Табыш" на решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 29 мая 2023 года в виде резолютивной части (мотивированное решение изготовлено 07 июня 2023 года) по делу № А65-8467/2023 (судья Андреев К.П.), принятое в порядке упрощенного производства,

по иску Общероссийской общественной организации "Общество по коллективному управлению смежными правами "Всероссийская Организация Интеллектуальной Собственности", г.Москва (ОГРН <***>, ИНН <***>) к Обществу с ограниченной ответственностью "Табыш", Тукаевский м.район, ФИО1 (ОГРН <***>, ИНН <***>),

о взыскании 29 000 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на произведение,

У С Т А Н О В И Л:

Общероссийская общественная организация "Общество по коллективному управлению смежными правами "Всероссийская Организация Интеллектуальной Собственности", г.Москва обратилась в суд с иском к Обществу с ограниченной ответственностью "Табыш", Тукаевский м.р-н, ФИО1 (ОГРН <***>, ИНН <***>) о взыскании 29 000 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на произведение.

Ответчиком также было заявлено ходатайство об исключении из материалов дела акта расшифровки записи №153 от 02.11.2022г.

Отказывая в удовлетворении ходатайства ответчика об исключении из доказательственной базы по делу поименованного в ходатайстве документа, суд исходил из того, что обществом не заявлено о фальсификации доказательств, их подложности, о сознательном искажении представляемых доказательств путем их подделки, подчистки, внесения исправлений, искажающих действительный смысл, или ложных сведений. Оснований для признания доказательств недопустимыми и оснований для их исключения из числа доказательств по делу судом не установлено. Суд полагает, что оценку доводов (проверку) и доказательств, представленных в материалы дела, следует проводить с учетом статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 29 мая 2023 года в виде резолютивной части (мотивированное решение изготовлено 07 июня 2023 года) по делу № А65-8467/2023, в удовлетворении ходатайства ответчика об исключении из материалов дела акта расшифровки записи №153 от 02.11.2022г. отказано.

Исковые требования удовлетворены частично.

Взыскано с Общества с ограниченной ответственностью "Табыш", Тукаевский м.р-н, ФИО1 (ОГРН <***>, ИНН <***>) в пользу Общероссийской общественной организации "Общество по коллективному управлению смежными правами "Всероссийская Организация Интеллектуальной Собственности", г.Москва (ОГРН <***>, ИНН <***>) 20 000 руб. компенсации за нарушение исключительных прав на произведение, а именно:

№
Название

Исполнители

Получатели вознаграждения на территории РФ (исполнение)

Изготовитель

Получатели вознаграждения на территории РФ (исполнение)

Размер компенсации

1
INSANITY

ROMPASSO &

BANDANA

ООО «Эффектив Рекордс»

Video Content Inc

ООО «Эффектив Рекордс»

20 000 руб.

а также 1 379 руб. 31 коп. госпошлины.

В оставшейся части в иске отказано.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ответчик обратился в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой на решение, в которой просит решение отменить, в удовлетворении исковых требований отказать.

При этом заявитель жалобы указал, что считает неверные выводы, к которым пришел суд первой инстанции касательно относимости и допустимости вышеуказанного Акта расшифровки записи № 153 от 02.11.2022 г. как надлежащего доказательства относительно предмета спора по настоящему гражданскому делу привели к нарушению прав ответчика на законное и обоснованное решение относительно предмета спора по настоящему гражданскому делу.

Кроме того, вопреки указаний суда первой инстанции на тот факт, что в подтверждение осуществления сообщения в эфир указанных музыкальных произведений истцом представлен СД-диск, содержащий видеозапись использования произведений, а также кассовый чек от 18.08.2022 г., обращает внимание суда апелляционной инстанции на тот факт, что копия данного СД-диска, содержащего видеозапись использования произведений, а также какие-либо иные приложения к иску, в том числе кассовый чек от 18.08.2022 г. в адрес ответчика истцом либо судом первой инстанции не направлялись, что свидетельствует о нарушении процессуальных прав ответчика на ознакомление с материалами дела.

Помимо прочего, так как спор рассматривался в порядке упрощенного судопроизводства ответчиком заявлялось ходатайство на ознакомление с материалами дела онлайн за исх. № 169 от 06.04.2023 г., однако, при ознакомлении с материалами дела видеозапись с вышеуказанного СД-диска, на которую указывает истец и суд первой инстанции в открытом доступе в материалах дела размещена не была, что также лишило ответчика права на своевременное ознакомление подготовку обоснованной позиции по настоящему делу.

При этом, ответчиком, по тексту отзыва на исковое заявление, указывалось что так как ответчик лишен права на ознакомление с видеозаписью, записанной на СД-диск ссылка истца на то что некий громкоговоритель принадлежит истцу является необоснованной так как: истцом не указано что за оборудование используется для воспроизведения музыкальных произведений; каким образом ответчик получил доступ к данным музыкальным произведениям с возможностью их воспроизведения; не установлено право собственности, пользования или владения на указываемый истцом громкоговоритель.

Таким образом ответчик был лишен законного права на ознакомление с материалами дела в полном объёме, а судом первой инстанции оставлено без внимания нарушение обязательного претензионного порядка истцом установленного АПК РФ.

Выражая несогласие с выводами суда первой инстанции с указанием на то, что ответчик осуществлял сообщение в эфир музыкальных произведений без выплаты вознаграждения, тем самым допустил нарушение прав авторов музыкальных произведений в следствие чего, истцом в адрес ответчика была направлена претензия с требованием о выплате компенсации правообладателям авторских прав и предложением заключить соответствующий договор, ответчик ссылаясь на положения ст. 420 ГК РФ, по смыслу указанной статьи, свободное усмотрение сторон на заключение договора ограничивается самими сторонами в тех случаях, когда они заключили предварительный договор, считает, что из действий истца усматриваются нарушения принципов добросовестности и равноправия сторон, установленных п. 3 и 4 ст. 1 ГК РФ.

Так как прямых и неоспоримых доказательств осуществления ответчиком сообщения в эфир музыкальных произведений без выплаты вознаграждения истцом не представлено ответчик вправе полагать что привлечения его к какой-либо ответственности невозможно пока истцом не будет доказано иное.

Истец не представил отзыв на апелляционную жалобу.

Законность и обоснованность судебного решения, принятого по делу Арбитражным судом Республики Татарстан, проверена Одиннадцатым арбитражным апелляционным судом в соответствии с требованиями статей 268 – 272.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии с частью 1 статьи 272.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено судом апелляционной инстанции без вызова сторон по имеющимся в деле доказательствам.

Рассмотрев дело в порядке апелляционного производства, проверив обоснованность доводов, изложенных в апелляционной жалобе, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта в связи со следующим.

Как следует из материалов дела, в соответствии с приказом Министерства культуры Российской Федерации от 21 июля 2014 года №1273 «О государственной аккредитации организации по управлению правами на коллективной основе на осуществление прав исполнителей на получение вознаграждения за публичное исполнение, а также за сообщение в эфир или по кабелю фонограмм, опубликованных в коммерческих целях» и с приказом Министерства культуры Российской Федерации от 21 июля 2014 года №1274 «О государственной аккредитации организации по управлению правами на коллективной основе осуществление прав изготовителей фонограмм на получение вознаграждения за публичное исполнение, а также за сообщение в эфир или по кабелю фонограмм, опубликованных в коммерческих целях» (свидетельства Министерства культуры Российской Федерации от 23.07.2014 №МК-04/14 и №МК-05/14), Общероссийская общественная организация "Общество по коллективному управлению смежными правами "Всероссийская Организация Интеллектуальной Собственности" является организацией по управлению правами на коллективной основе, аккредитованной Министерством культуры Российской Федерации на осуществление деятельности в сфере коллективного управления, предусмотренной подпунктом 1 пункта 1 статьи 1244 Гражданского кодекса РФ.

Обращаясь с настоящим иском на основании свидетельств о государственной аккредитации организации по управлению правами на коллективной основе от 23.07.2014 №МК-04/14 и №МК-05/14 и распоряжения от 18.08.2022 №18/08/22, истец указал, что 18 августа 2022 года ответчик в помещении магазина «Находка, расположенного по адресу: <...> осуществил публичное исполнение следующих фонограмм:

№
Название

Исполнители

Получатели вознаграждения на территории РФ (исполнение)

Изготовитель

Получатели вознаграждения на территории РФ (исполнение)

Размер компенсации

1
INSANITY

ROMPASSO &

BANDANA

ООО «Эффектив Рекордс»

Video Content Inc

ООО «Эффектив Рекордс»

20 000 руб.

В подтверждение факта осуществления сообщения в эфир указанных фонограмм истцом представлен СД-диск, содержащий видеозапись использования фонограмм, а также кассовый чек от 18 августа 2022 года.

Перечень способов защиты нарушенных прав, установленный статьей 12 ГК РФ, является открытым. Проводя фиксацию, представитель истца воспользовался правом на сбор и получение доказательств.

Для целей идентификации фонограмм, сообщение в эфир которых было зафиксировано представителем ВОИС в видеозаписи, было проведено фонографическое и музыковедческое исследование, результаты которого содержатся в заключениях специалиста, имеющего необходимую квалификацию и знания.

В результате указанного мероприятия был установлен факт публичного исполнения с использованием звукового устройства фонограмм и исполнения, входящих в репертуар ВОИС.

Факт публичного исполнения фонограмм подтверждается аудиовидеозаписью.

Поскольку ответчиком лицензионный договор на право публичного исполнения вышеуказанных произведений заключен не был, 29.08.2022 истцом в адрес ответчика направлена досудебная претензия исх. №189 с целью урегулирования спора в досудебном порядке.

Данная претензия была оставлена ООО «Табыш» без ответа и удовлетворения, в связи с этим истец обратился в арбитражный суд с исковым заявлением

Исследовав и оценив имеющиеся в деле доказательства, руководствуясь статьями 309, 1250, 1252, 1311, 1245, 1263, 1258, 1314, 1242, 1326, 1229, 1301 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 65, 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции верно исходил из наличия права истца, на обращение в суд за защитой прав конкретного правообладателя (или неопределенного круга лиц в случае, предусмотренном абзацем вторым пункта 5 статьи 1242 ГК РФ) , подтвержденное свидетельством о государственной аккредитации, на основания пункта 20 Пленума № 10, поскольку является аккредитованной организацией (статья 1244 ГК РФ), а и доказанности факта нарушения ответчиком исключительного права на произведение

Положением Всероссийской Организации Интеллектуальной Собственности от 09.01.2013 № 1 был установлен размер компенсации за нарушение исключительного права на произведение из расчета 14 500 руб. за одно произведение для категории предприятие общественного питания, к которым относится общество.

Аккредитованная организация также вправе от имени неопределенного круга правообладателей предъявлять требования в суде, необходимые для защиты прав, управление которыми осуществляет такая организация.

В пункте 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Пленум № 10) также указано, что исходя из положений статей 1242, 1245 ГК РФ, организация по управлению правами может выступать в суде как от имени конкретных правообладателей, так и от своего имени.

Аккредитованная организация вправе предъявлять требования также от имени неопределенного круга правообладателей (абзац второй пункта 5 статьи 1242 ГК РФ).

По смыслу пункта 5 статьи 1242 ГК РФ, предъявляя требования в суде, а также совершая иные юридические действия, необходимые для защиты прав, переданных в управление организации по управлению правами, эти организации действуют в защиту прав лиц, передавших полномочия на управление правами.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности (правообладатель), вправе использовать такой результат по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных ГК РФ. Использование результата интеллектуальной деятельности (в том числе их использование способами, предусмотренными ГК РФ), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную ГК РФ, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается ГК РФ.

В соответствии со статьей 1270 ГК РФ автору произведения или иному правообладателю принадлежит исключительное право использовать произведение в соответствии со статьей 1229 ГК РФ в любой форме и любым не противоречащим закону способом (исключительное право на произведение), в том числе способами, указанными в пункте 2 статьи 1270 ГК РФ). Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на произведение.

Согласно статье 1286 ГК РФ по лицензионному договору одна сторона - автор или иной правообладатель (лицензиар) предоставляет либо обязуется предоставить другой стороне (лицензиату) право использования этого произведения в установленных договором пределах.

Как усматривается из материалов дела, в результате фиксации фактов публичного исполнения музыкальных произведений, используемых ответчиком, было проведено фонографическое и музыковедческое исследование. Согласно приложенному в материалы дела заключению специалиста от 24.12.2021, в результате распознавания специалист идентифицировал произведения, а также указал, кто является исполнителями данных произведений согласно музыкальным сервисам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1233 ГК РФ правообладатель может распорядиться принадлежащим ему исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности любым не противоречащим закону и существу такого исключительного права способом, в том числе путем его отчуждения по договору другому лицу (договор об отчуждении исключительного права) или предоставления другому лицу права использования соответствующих результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации в установленных договором пределах (лицензионный договор).

Таким образом суд первой инстанции верно отметил, что доказательств того, что данные произведения, а также их части были использованы на законных основаниях, ответчик не предоставил. Ответчику не предоставлено право на использование спорных музыкальных произведений, доказательств обратного в материалы дела не представлено.

Как следует из пункта 93 Пленума № 10, лицом, осуществляющим публичное исполнение произведения (в том числе при его представлении в живом исполнении), является юридическое или физическое лицо, организующее публичное исполнение в месте, открытом для свободного посещения, или в месте, где присутствует значительное число лиц, не принадлежащих к обычному кругу семьи, то есть лицо, которое берет на себя инициативу и ответственность за проведение соответствующего мероприятия.

Лицо, организующее публичное исполнение, должно заключить договор о предоставлении ему права на публичное исполнение произведения с правообладателем или организацией по управлению правами на коллективной основе и выплачивать полагающееся вознаграждение. Отсутствие данного договора свидетельствует о неправомерности использования ответчиком заявленных произведений.

При этом в пункте 94 постановления №10 разъяснено, что необходимо отличать публичное исполнение произведения с помощью технических средств, в частности с помощью радио, телевидения, а также иных технических средств, от таких самостоятельных способов использования произведения, как сообщение его в эфир или сообщение его по кабелю.

Материалами дела, в частности, кассовым чеком от 18 августа 2022 года, подтверждается, что ответчик осуществляет предпринимательскую деятельность в помещении магазина «Находка», расположенного по адресу: <...>.

Актом расшифровки №153, аудиовидеозаписью факта публичного исполнения музыкальных произведений подтвержден тот факт, что 18 августа 2022 года в помещении магазина «Находка», расположенного по адресу: <...>, установлено звуковое устройство.

Для целей идентификации музыкальных произведений, публичное исполнение которых зафиксировано на аудиовидеозаписи, специалист Р.В. Иванина, имеющая необходимое музыкальное образование, провела исследование, результаты которого содержатся в Акте расшифровки записи от 02.11.2022г.

Согласно выводам специалиста, изложенным в Акте расшифровки записи от 02.11.2022г. №153, подтвержден факт исполнения и изготовления фонограмм, поименованных в исковом заявлении.

Как следует из пунктов 2 и 3 «Информационной справки, подготовленной по результатам обобщения судебной практики Суда по интеллектуальным правам в качестве суда кассационной инстанции с учетом практики Верховного Суда Российской Федерации, по вопросам, возникающим при оценке доказательств в делах о защите исключительных прав исполнителей и изготовителей фонограмм» (утвержденной постановлением президиума Суда по интеллектуальным правам от 07.12.2017 года N СП23/36), заключение музыковеда может приниматься судами в качестве доказательства названия использованной фонограммы и имени исполнителя, если достоверность представленной музыковедом информации не опровергнута ответчиком.

Законодательство Российской Федерации не устанавливает специальных требований к расшифровкам записей, осуществленным в целях защиты нарушенных прав и законных интересов правообладателей.

Ответчик не представил необходимые документы, подтверждающие фактическую передачу последнему авторами музыки и текста непосредственно или через цепочку договоров прав на публичное исполнение спорных музыкальных произведений, и не заявил о наличии таких обстоятельств.

Таким образом суд первой инстанции правомерно пришел к выводу о том, что в нарушение положений статьи 65 АПК РФ ответчиком не представлены доказательства, подтверждающие правомерность использования им спорных музыкальных произведений, исключительные права на которые принадлежат другим лицам.

При этом, как верно отмечено судом первой инстанции факт публичного исполнения результатов интеллектуальной деятельности подтверждается актом копирования оригинального видеофайла, содержащего фиксацию фактов публичного исполнения обнародованных музыкальных произведений от 18.08.2022г, актом расшифровки записи от 02.11.2022г. №153, аудиовидеозаписью, зафиксировавшей факт публичного исполнения произведений, кассовым чеком.

В представленной видеозаписи зафиксирован источник звучания музыкальных произведений, расположенный непосредственно рядом с кассами магазина ответчика. При просмотре видеозаписи, представленной в материалы дела, можно явно и четко установить, что непосредственно вблизи расположения технических средств, громкость звука увеличивается, а при отдалении от места расположения технических средств громкость звука уменьшается.

Оборудование, посредством которого осуществлялось публичное исполнение спорных фонограмм, находилось в помещении ответчика, в месте, открытом для свободного посещения. Во время осуществления своей предпринимательской деятельности ответчик не предпринял разумных и достаточных мер по исключению возможности неправомерного использования музыкальных произведений в принадлежащем ему помещении.

Таким образом, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу, что вопреки доводам ответчика, из представленной видеозаписи объективно видно и слышно, что источник звука расположен непосредственно и именно в помещении магазина ответчика.

Именно ответчик, в помещении которого осуществлялось публичное исполнение музыкальных произведений и фонограмм, и, в котором им осуществляется предпринимательская деятельность, является лицом, которое несет ответственность за осуществление публичного исполнения музыкальных произведений.

Суд первой инстанции обоснованно учел, что ответчик не воспользовался своим правом для представления в суд доказательств того, что публичное исполнение музыкальных произведений осуществлялось им для узкого круга лиц и не являлось публичным воспроизведением, а также не представил доказательств наличия у ответчика разрешений правообладателя на публичное исполнение фонограмм.

Исследовав материалы дела, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу, что записанная на DVD-диск видеозапись является надлежащим доказательством и подтверждает факт нарушения исключительных прав авторов на фонограммы.

Фиксацию фактов нарушения исключительных прав авторов на произведения проводили представители истца, которые фиксировали нарушение исключительных прав исполнителей и изготовителей фонограмм, что представляет собой способ самозащиты гражданских прав (статья 12 ГК РФ).

Ведение видеозаписи (в том числе, и скрытой камерой) в местах, очевидно и явно открытых для общего посещения и не исключенных в силу закона или правового обычая от использования видеозаписи, является способом самозащиты гражданского права, что соответствует статьям 12 и 14 ГК РФ и корреспондирует части 2 статьи 45 Конституции Российской Федерации, согласно которой каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.

В силу статей 12 и 14 ГК РФ, части 2 статьи 64 АПК РФ осуществление видеосъемки при фиксации факта публичного воспроизведения спорных музыкальных произведений является соразмерным и допустимым способом самозащиты, и видеозапись отвечает признаку допустимости доказательств.

При этом такой способ защиты нарушенного права как самозащита, прямо предусмотрен гражданским законодательством (статья 12 ГК РФ). В законе отсутствует норма о том, что надлежащими доказательствами являются только те доказательства, которые собраны лицом, участвующим в деле, или его представителем: участники процесса могут не только сами собирать доказательства, но также получать определенные доказательства в целях представления их в материалы дела от иных лиц.

Представленный истцом в материалы дела акт расшифровки записи от 02.11.2022г. также является относимым, допустимым и достоверным доказательством (статья 75 АПК РФ), поскольку позволяют установить существенные для дела обстоятельства - названия музыкальных произведений, что, в свою очередь, необходимо для определения авторов и охраноспособности фонограмм на территории Российской Федерации.

Данным актом расшифровки записи истец доказывает названия музыкальных произведений, исключительные права на которые нарушил ответчик. При этом доказательством того, что авторами спорных музыкальных произведений являются именно указанные в иске физические и юридические лица, является не акт расшифровки, а сведения из реестра, который ВОИС ведет на своем официальном сайте в соответствии с пунктом 5 статьи 1243 ГК РФ.

Заключение музыковеда может приниматься судами в качестве доказательства названия использованной фонограммы и имени исполнителя, если достоверность представленной музыковедом информации не опровергнута ответчиком.

Законодательство Российской Федерации не устанавливает специальных требований к расшифровкам записей, осуществленным в целях защиты нарушенных прав и законных интересов правообладателей.

При этом судом первой инстанции учтено, что музыковед обладает специальными знаниями в исследуемой области, что, в частности, подтверждается дипломом о музыкальном образовании.

При этом, суд первой инстанции верно указал, что в нарушение статьи 65 АПК РФ обстоятельства, зафиксированные представленной в материалы дела видеосъемкой, ответчик документально не опроверг.

При этом относимость и достоверность представленных истцом доказательств (кассового чека, видеозаписи) ответчиком в установленном законом порядке не опровергнута, доказательства обратного ответчиком не представлено, о фальсификации доказательств не заявлено (ст.ст. 65, 68, 161 АПК РФ).

При таких обстоятельствах совокупность доказательств позволяет с достоверности установить факт публичного исполнения фонограмм ответчиком.

Довод ответчика, что истец фактически не обладает правом на подачу иска от имени правообладателей, и нет никаких оснований полагать, что полученную компенсацию истец передаст правообладателям, судом первой инстанции правомерно отклонен в силу следующего.

В исковом заявлении имеется перечень всех музыкальных произведений, публичное исполнение которых осуществлял ответчик. Данный перечень содержит исчерпывающую информацию об авторах музыки и текста, исполнителях, а также о правообладателях спорных музыкальных произведений.

В соответствии со ст. ст. 1231, 1256 Гражданского кодекса Российской Федерации произведения иностранных авторов на территории Российской Федерации охраняются в соответствии с международными договорами.

С 27 мая 1973 года Российская Федерация является участником Всемирной (Женевской) конвенции об авторском праве 1952 года, а с 13 марта 1995 года - Бернской конвенции по охране литературных и художественных произведений 1886 года.

Международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы. Если международным договором установлены иные правила, чем те, которые предусмотрены гражданским законодательством, применяются правила международного договора.

Согласно п. 1 ст. 5 Бернской конвенции по охране литературных и художественных произведений – «в отношении произведений, по которым авторам предоставляется охрана в силу настоящей Конвенции, авторы пользуются в странах Союза, кроме страны происхождения произведения, правами, которые предоставляются в настоящее время или будут предоставлены в дальнейшем соответствующими законами этих стран своим гражданам». Гражданским кодексом Российской Федерации также предусмотрены одинаковые правила, регулирующие использование произведений как российских, так и иностранных авторов.

Относительно применения Указа Президента Российской Федерации от 28.02.2022 № 79 «О применении специальных экономических мер в связи с недружественными действиями Соединенных Штатов Америки и примкнувших к ним иностранных государств и международных организаций» стоит отметить, что настоящим Указом определяется порядок продажи, оборота иностранной валюты, акций ПАО, а также право кредитных организаций на открытие банковского счета и перевода денежных средств физических лиц в условиях санкций.

При этом упомянутый выше указ не является федеральным законом или международным договором Российской Федерации, не содержит норм, направленных на ограничение охраны исключительных прав иностранных компаний или иных норм, которые регулируют правовые отношения в сфере интеллектуальной собственности.

Ни Соединенными Штатами Америки, ни Российской Федерацией не вводились взаимные либо точечные санкции (ограничительные меры) в части использования объектов интеллектуальной собственности - объектов авторского права.

Со стороны законодательной или исполнительной власти РФ не принималось каких-либо федеральных законов либо иных правовых актов, обязывающих организации по управлению правами на коллективной основе приостановить сбор компенсации с нарушителей авторских прав.

ВОИС является аккредитованной государством организацией по коллективу управлению авторскими правами и осуществляет свою деятельность в рамках полномочий, предоставленных государственной аккредитацией, договорами с российскими правообладателями и иностранными организациями по управлению правами на коллективной основе.

Данные выводы суда первой инстанции суд апелляционной инстанции считает верными и соответствующими действующему законодательству.

Поскольку материалами дела подтвержден факт нарушения исключительных прав исполнителей и изготовителей фонограмм, то в данном случае указанное право подлежит защите избранным истцом путем взыскания компенсации.

Согласно ст.1301 ГК РФ в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных этим Кодексом (статьи 1250, 1252 и 1253 ГК РФ), вправе в соответствии с п. 3 ст. 1252 названного Кодекса требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда; в двукратном размере стоимости экземпляров произведения или в двукратном размере стоимости права использования произведения, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения.

Данные положения также закреплены соответственно в норме пункта 2 статьи 12 Договора Всемирной организации интеллектуальной собственности по авторскому праву от 20.12.1996, вступившего в силу для Российской Федерации 05.02.2009 (далее - Договор ВОИС), согласно которой «Информация об управлении правами» в смысле настоящей статьи означает информацию, которая идентифицирует произведение, автора произведения, обладателя какого-либо права на произведение, или информацию об условиях использования произведения и любые цифры или коды, в которых представлена такая информация, когда любой из этих элементов информации приложен к экземпляру произведения или появляется в связи с сообщением произведения для всеобщего сведения.

Как следует из разъяснений, изложенных в п. 62 Пленума № 10, рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных ГК РФ (абзац второй пункта 3 статьи 1252). Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение (ст. 168 АПК РФ), учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации (п. 3 ч. 1 ст. 126 АПК РФ), а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации (п. 3 ч. 5 ст. 131 АПК РФ).

При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с характером нарушения, однократностью и длительностью нарушения, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, и иными обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости, если же одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности.

В пункте 3 Справки о некоторых вопросах, связанных с практикой рассмотрения судом по интеллектуальным правам споров по серийным делам о нарушении исключительных прав (утверждена постановлением Президиума Суда по интеллектуальным правам от 29.04.2015 № СП-23/29) разъяснено, что при определении правомерности размера требуемой компенсации суду необходимо установить факт нарушения исключительных прав в отношении каждого объекта, а также определить соразмерную компенсацию с учетом объема причиненного интересам правообладателя ущерба, который может различаться в зависимости от фактических обстоятельств.

Как следует из материалов дела, истец обратился в арбитражный суд с требованием о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на музыкальные произведения в общей сумме 29 000 руб., а именно в размере 14 500 руб. за нарушение исключительного права на исполнение и в размере 14 500 руб. за нарушение исключительного права на использование фонограммы на произведение «INSANITY».

Как было указано выше, рассматривая дело о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, суд определяет сумму компенсации в указанных законом пределах по своему усмотрению, но не выше заявленного истцом требования. При этом суд не лишен права взыскать сумму компенсации в меньшем размере по сравнению с заявленными требованиями, но не ниже низшего предела, установленного пунктом первым статьи 1301 ГК РФ.

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Как указано в Постановлении Конституционного Суда РФ от 24.07.2020 N 40-П, нельзя исключать, что при некоторых обстоятельствах размер ответственности, к которой привлекается нарушитель прав на объекты интеллектуальной собственности, в сопоставлении с совершенным им деянием может превысить допустимый с точки зрения принципов равенства и справедливости предел и тем самым привести к нарушению статей 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации. Размер ответственности, несправедливый и несоразмерный допущенному нарушению, подрывает доверие граждан как к закону, так и к суду.

Установление разумного и обоснованного размера компенсации - прерогатива суда (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2021), утв. Президиумом Верховного Суда РФ 30.06.2021).

Суд, принимая во внимание характер допущенного нарушения, вероятные убытки правообладателя, заявление ответчика о несоразмерности компенсации, исходя из конкретных обстоятельств дела и имеющихся доказательств, а также принципов разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения, правомерно полагал возможным определить размер компенсации в размере 20 000 руб., исходя из размера 10 000 рублей за каждое нарушение. (Постановление Суда по интеллектуальным правам от 16.02.2023 N С01-2460/2022 по делу N А60-58263/2021, Постановление Суда по интеллектуальным правам от 27.07.2020 N С01-837/2020 по делу N А12-43513/2019).

Руководствуясь вышеприведенными положениями действующего законодательства, оценив представленные по делу доказательства по правилам ст. 71 АПК РФ, исходя из характера допущенного правонарушения, степени вины ответчика, в отсутствие доказательств, подтверждающих неоднократность нарушения ответчиком исключительных прав истца, с учетом разового характера нарушения, а также с учетом требований разумности и справедливости, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу о взыскании с ответчика компенсации: за нарушение исключительного права на исполнение произведения в размере 10 000 руб. и в размере 10 000 руб. за использование фонограммы произведения, всего на сумму 20 000 руб.

Довод ответчика о несоблюдении истцом претензионного порядка судом первой инстанции отклонен в силу следующего.

Согласно части 5 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 02.03.2016 N 47-ФЗ, вступившей в силу с 01.06.2016) спор, возникающий из гражданских правоотношений, может быть передан на разрешение арбитражного суда после принятия сторонами мер по досудебному урегулированию по истечении тридцати календарных дней со дня направления претензии (требования), если иные срок и (или) порядок не установлены законом либо договором, за исключением дел об установлении фактов, имеющих юридическое значение, дел о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок, дел о несостоятельности (банкротстве), дел по корпоративным спорам, дел о защите прав и законных интересов группы лиц, дел о досрочном прекращении правовой охраны товарного знака вследствие его неиспользования, дел об оспаривании решений третейских судов. Экономические споры, возникающие из административных и иных публичных правоотношений, могут быть переданы на разрешение арбитражного суда после соблюдения досудебного порядка урегулирования спора, если он установлен федеральным законом.

В соответствии с требованиями, установленными пунктом 8 части 2 статьи 125, пунктом 7 части 1 статьи 126 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в исковом заявлении должны быть указаны сведения о соблюдении истцом претензионного или иного досудебного порядка, а к исковому заявлению прилагаются документы, подтверждающие соблюдение истцом претензионного или иного досудебного порядка, за исключением случаев, если его соблюдение не предусмотрено федеральным законом.

Истец обратился к ответчику с уведомлением о нарушении смежных прав №189 от 19 августа 2022 года.

Как указано в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 23.07.2015 N 306-ЭС15-1364, по смыслу пункта 8 части 2 статьи 125, части 7 статьи 126, пункта 2 части 1 статьи 148 АПК РФ претензионный порядок урегулирования спора в судебной практике рассматривается в качестве способа, позволяющего добровольно без дополнительных расходов на уплату госпошлины со значительным сокращением времени восстановить нарушенные права и законные интересы. Такой порядок урегулирования спора направлен на его оперативное разрешение и служит дополнительной гарантией защиты прав.

Согласно правовому подходу, изложенному в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 20.03.2017 N 309-ЭС16-17446, досудебный порядок урегулирования экономических споров представляет собой взаимные действия сторон материального правоотношения, направленные на самостоятельное разрешение возникших разногласий. Лицо, считающее, что его права нарушены действиями другой стороны, обращается к нарушителю с требованием об устранении нарушения. Если получатель претензии находит ее доводы обоснованными, то он предпринимает необходимые меры к устранению допущенных нарушений, исключив тем самым необходимость судебного вмешательства. Такой порядок ведет к более быстрому и взаимовыгодному разрешению возникших разногласий и споров.

Однако из материалов дела не усматривается намерения ответчика добровольно и оперативно урегулировать возникший спор во внесудебном порядке, напротив, в судебном заседании ответчиком было выражено несогласие с требованиями, изложенными в требованиях истца.

Таким образом, в рассматриваемом случае оставление иска без рассмотрения приведет к необоснованному затягиванию разрешения возникшего спора и ущемлению прав одной из его сторон.

При таких обстоятельствах у суда не имелось оснований для оставления искового заявления без рассмотрения на основании пункта 2 части 1 статьи 148 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В отзыве на исковое заявление ответчик ходатайствовал в случае удовлетворения требований истца как в целом, так и в части принять обеспечительные меры в виде передачи на хранение взысканных с ответчика денежных средств на депозитный счет Арбитражного суда Республики Татарстан до востребования непосредственно правообладателями.

В пункте 19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее – Постановление №10) разъясняется, что при обращении в суд от имени конкретного правообладателя организация по управлению правами пользуется процессуальными правами и несет процессуальные обязанности истца (часть 4 статьи 53 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

При этом организация должна принять разумные меры по установлению правообладателей и заблаговременному их уведомлению о намерении обратиться с соответствующим требованием в суд, а также предоставить им иную информацию, имеющую отношение к делу (части 1 и 2 статьи 4, статья 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Если организация по управлению правами действует на основании договора с другой организацией, в том числе иностранной, управляющей правами (пункт 3 статьи 1242 ГК РФ), указываются сведения о фамилии, имени и отчестве или наименовании правообладателя, а также сведения о наименовании и местонахождении этой организации.

В пункте 20 Постановления N 10 обращено внимание на то, что аккредитованная организация (статья 1244 ГК РФ) действует без доверенности, подтверждая свое право на обращение в суд за защитой прав конкретного правообладателя (или неопределенного круга лиц в случае, предусмотренном абзацем вторым пункта 5 статьи 1242 ГК РФ) свидетельством о государственной аккредитации.

В соответствии с Указом Президента Российской Федерации от 27.05.2022 N 322 "О временном порядке исполнения обязательств перед некоторыми правообладателями" в целях исполнения обязательств перед правообладателями должник, уплачивает вознаграждение, платежи, связанные с осуществлением и защитой исключительных прав, принадлежащих правообладателю, и другие платежи, путем перечисления средств на специальный рублевый счет типа "О", открытый должником в уполномоченном банке на имя правообладателя и предназначенный для проведения расчетов по обязательствам.

Согласно пункту 4 данного Указа на специальный счет типа "О" вносятся в том числе платежи по лицензионным договорам, сублицензионным договорам, договорам о передаче полномочий по управлению правами (в том числе заключенным организацией по управлению правами на коллективной основе) и иным договорам, предусматривающим выплату вознаграждения в связи с использованием должником результатов интеллектуальной деятельности и (или) средств индивидуализации, исключительные права на которые принадлежат правообладателю (далее - договоры).

В силу пункта 6 письма Министерства экономического развития Российской Федерации от 19.07.2022 N 26614-КМ/ДО1 и относительно официальных разъяснений постановления Правительства Российской Федерации от 06.06.2022 N 1031 "О реализации некоторых положений Указа Президента Российской Федерации от 27.05.2022 N 322 "О временном порядке исполнения обязательств перед некоторыми правообладателями" положения Указа распространяются на все правоотношения, предусматривающие исполнение денежных обязательств, связанных с использованием объектов интеллектуальной собственности, перед правообладателями, перечисленными в пункте 1 Указа (за исключением случаев, в которых применимы исключения, предусмотренные пунктом 17 Указа), вне зависимости от сроков возникновения обязательств и сроков необходимости выплаты, вне зависимости от природы обязательства (по договору или без договора) или вида договора (обязательства).

В пункте 12 указанного письма также разъяснено, что платежи ОКУП в адрес правообладателя, указанного в пункте 1 Указа, необходимо осуществлять через специальные счета типа "О" в порядке, предусмотренном Указом в случаях, когда должник уведомляет о необходимости специального порядка расчетов ОКУП (то есть не применимы исключения, предусмотренные пунктом 17 Указа), а также в случаях поступления в ОКУП средств в рамках бездоговорного управления для платежей правообладателям, в отношении которых ОКУП реализует специальный порядок расчетов в рамках положений Указа.

РАО является аккредитованной организацией в сфере коллективного управления исключительными правами на обнародованные музыкальные произведения (с текстом или без текста) и отрывки музыкально-драматических произведений в отношении их публичного исполнения, сообщения в эфир или по кабелю, в том числе, путем ретрансляции, что подтверждается свидетельством о государственной аккредитации организации по управлению правами на коллективной основе от 23.08.2013 N МК-01/13, выданным на основании приказа Министерства культуры Российской Федерации от 15.08.2013 N 1164.

В соответствии с пунктом 5 статьи 1242 ГК РФ организации по управлению правами на коллективной основе вправе от имени правообладателей или от своего имени предъявлять требования в суде, а также совершать иные юридические действия, необходимые для защиты прав, переданных им в управление на коллективной основе.

Таким образом, ВОИС осуществляет свою деятельность в интересах неограниченного круга лиц, включающего всех правообладателей соответствующей сферы деятельности. При этом в репертуар ВОИС входят все обнародованные музыкальные произведения (с текстом и без текста) и отрывки музыкально-драматических произведений (за исключением произведений тех правообладателей, которые в установленном пунктом 4 статьи 1244 ГК РФ порядке направили в адрес ВОИС уведомление об отказе от управления этой организацией их правами) и для их правомерного публичного исполнения на территории Российской Федерации пользователю необходимо заключить с ВОИС лицензионный договор о предоставлении права на публичное исполнение произведений.

С учетом приведенных нормативных положений каких-либо обстоятельств, прямо запрещающих ВОИС выполнять свою уставную деятельность и осуществлять деятельность по защите прав авторов и иных правообладателей, как во исполнение полученной аккредитации, так и во исполнение принятых на себя обязательств перед иностранными сообществами, ответчиком не приведено.

Таким образом, действующим законодательством не предусмотрена выплата компенсации за нарушение исключительных авторских прав правообладателям путем внесения денежных средств на депозит суда.

Кроме того, в рассматриваемом случае ВОИС были заявлены исковые требования о взыскании компенсации не в свою пользу, а в пользу конкретных правообладателей с выдачей ВОИС исполнительных листов для фактического взыскания денежных средств и выплаты правообладателям.

Довод апелляционной жалобы о неправомерности вывода суда первой инстанции об отказе в удовлетворении ходатайства об исключении из материалов дела «Акта расшифровки записи № 153 от 02.11.2022 г.», в связи с тем что ответчиком не заявлено о фальсификации доказательств, их подложности, о сознательном искажении представленных доказательств путем их подделки, подчистки, внесения исправлений, искажающих действительный смысл или ложных сведений, поскольку ответчиком в разделе 6 отзыва на исковое заявление было указано на тот факт, что данный акт составлен с грубыми нарушениями, которые не позволяют считать данное доказательство допустимым, а также относимым к предмету спора по настоящему делу, отклоняется судом апелляционной инстанции в силу следующего.

Согласно ст. 161 АПК РФ, с заявление о фальсификации лицо, участвующее в деле, обращается в арбитражный суд с заявлением в письменной форме о фальсификации доказательства, представленного другим лицом, участвующим в деле.

Из п. 39 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.12.2021 N 46 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции", следует, что в порядке статьи 161 АПК РФ подлежат рассмотрению заявления, мотивированные наличием признаков подложности доказательств, то есть совершением действий, выразившихся в подделке формы доказательства: изготовление документа специально для представления его в суд (например, несоответствие времени изготовления документа указанным в нем датам) либо внесение в уже существующий документ исправлений или дополнений (например, подделка подписей в документе, внесение в него дополнительного текста). В силу части 3 статьи 71 АПК РФ не подлежат рассмотрению по правилам названной статьи заявления, касающиеся недостоверности доказательств (например, о несоответствии действительности фактов, изложенных в документе).

Исходя из положений части 1 статьи 64, части 2 статьи 65, статьи 67 АПК РФ не подлежит рассмотрению заявление о фальсификации, которое заявлено в отношении доказательств, не имеющих отношения к рассматриваемому делу, а также если оно подано в отношении документа, подложность которого, по мнению суда, не повлияет на исход дела в связи с наличием в материалах дела иных доказательств, позволяющих установить фактические обстоятельства.

Заявление о фальсификации доказательства может быть подано только в письменной форме. В нем должно быть указано, какие конкретно доказательства являются фальсифицированными и в чем выражается фальсификация.

По смыслу указанных норм указание в отзыве ответчика на исковое заявление на тот факт, что данный акт составлен с грубыми нарушениями, которые не позволяют считать данное доказательство допустимым, а также относимым к предмету спора по настоящему делу, в отсутствие письменного, мотивированного заявления о фальсификации, не является таковым заявлением, а лишь выражают отношение ответчика к данному доказательству, в связи с чем вывод суда первой инстанции признается верным.

В связи с чем вопреки, мнению ответчика выводы суда первой инстанции касательно относимости и допустимости вышеуказанного Акта расшифровки записи № 153 от 02.11.2022 г. как надлежащего доказательства относительно предмета спора по настоящему гражданскому делу не привели к нарушению прав ответчика на законное и обоснованное решение относительно предмета спора по настоящему гражданскому делу.

Факт, что копия СД-диска, содержащего видеозапись использования произведений, а также какие-либо иные приложения к иску, в том числе кассовый чек от 18.08.2022 г. в адрес ответчика истцом либо судом первой инстанции не направлялись, а при ознакомлении с материалами дела видеозапись с вышеуказанного СД-диска, на которую указывает истец и суд первой инстанции в открытом доступе в материалах дела размещена не была, не свидетельствует о нарушении процессуальных прав ответчика на ознакомление с материалами дела, поскольку в соответствии с ч. 1ст. 41 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, лица, участвующие в деле, имеют право знакомиться с материалами дела, делать выписки из них, снимать копии.

Ч. 2 ст. 41 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами. Злоупотребление процессуальными правами лицами, участвующими в деле, влечет за собой для этих лиц предусмотренные настоящим Кодексом неблагоприятные последствия.

Таким образом, у ответчика имелось право и возможность на ознакомление с материалами дела в полном объеме.

Обязанность добросовестного пользования всеми принадлежащими ему процессуальными правами лежит на ответчике, чего в свою очередь со стороны ответчика исполнено не было.

В связи с чем, ответчик не был лишен права на ознакомление с видеозаписью, записанной на СД-диск.

Вопреки доводом ответчика, в обязанность истца не входит доказывание истцом какое оборудование используется для воспроизведения музыкальных произведений, каким образом ответчик получил доступ к данным музыкальным произведениям с возможностью их воспроизведения, а так же установления права собственности, пользования или владения на указываемый истцом громкоговоритель.

Оставление судом первой инстанции без внимания нарушение обязательного претензионного порядка истцом установленного АПК РФ, не нашло своего подтверждения поскольку в решении содержаться выводы по доводы о не направлении претензии в адрес ответчика.

Нарушений принципов добросовестности и равноправия сторон, установленных п. 3 и 4 ст. 1 ГК РФ, путем направления претензии с требованием о выплате компенсации правообладателям авторских прав и предложением заключить соответствующий договор, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Со стороны истца представлены доказательства осуществления ответчиком сообщения в эфир музыкальных произведений без выплаты вознаграждения истцом, все доказательства признаны судом относимыми и допустимыми, заявлений о фальсификации при рассмотрении дела в суде первой инстанции не заявлено, таким образом, ответчик правомерно привлечен к ответственности путем взыскания с него компенсации в размере 20 000 рулей.

Апелляционный суд, проанализировав предоставленные в материалы дела письменные доказательства, приходит к выводу о том, что доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не опровергают установленные по делу обстоятельства и не могут поставить под сомнение правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права.

Доводов, основанных на доказательственной базе, опровергающих вышеназванные выводы Арбитражного суда Республики Татарстан и позволяющих отменить судебный акт, апелляционная жалоба не содержит, в связи с чем удовлетворению не подлежит.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для безусловной отмены судебного акта, при рассмотрении дела апелляционным судом не установлено.

На основании изложенного арбитражный апелляционный суд считает, что обжалуемое решение принято судом первой инстанции обоснованно, в соответствии с требованиями норм материального и процессуального права, и основания для его отмены отсутствуют.

В соответствии с требованиями статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе подлежат отнесению на заявителя жалобы.

Руководствуясь статьями 101, 110, 268 - 271, 272.1. Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

Решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 29 мая 2023 года в виде резолютивной части (мотивированное решение изготовлено 07 июня 2023 года) по делу № А65-8467/2023 - оставить без изменения, апелляционную жалобу ООО «Табыш» – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в двухмесячный срок в Суд по интеллектуальным правам.

Судья С.Ш. Романенко