Постановление от 12 октября 2020 г. ФАС ЗСО (ФАС Западно-Сибирского округа)

383/2020-50361(4)


АРБИТРАЖНЫЙ СУД


ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА



ПОСТАНОВЛЕНИЕ


город Тюмень Дело № А70-14786/2016

Резолютивная часть постановления объявлена 12 октября 2020 года.

Постановление изготовлено в полном объёме 13 октября 2020 года.


Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:


председательствующего Доронина С.А., судей Ишутиной О.В., Лаптева Н.В.-

рассмотрел в открытом судебном заседании с использованием средств аудиозаписи кассационную жалобу ФИО1 на определение от 16.03.2020 Арбитражного суда Тюменской области (судья Поляков В.В.) и постановление от 02.07.2020 Восьмого арбитражного апелляционного суда (судьи Смольникова М.В., Брежнева О.Ю., Шарова Н.А.) по делу № А70-14786/2016 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Лер-рэ» (ИНН <***>, ОГРН <***>; далее - общество «Лер-рэ», должник), принятые по жалобе ФИО1 на действия (бездействие) конкурсного управляющего ФИО2.

В заседании принял участие представитель конкурсного управляющего ФИО2 - ФИО3 по доверенности от 19.08.2020.

Суд установил:


в рамках дела о банкротстве общества «Лер-рэ» его участник ФИО1 обратился в арбитражный суд с жалобой на действия (бездействие) конкурсного управляющего, выразившиеся в нарушении законодательства при организации и проведении торгов по реализации имущества должника; необоснованном расходовании средств, поступивших в конкурсную массу должника, в том числе на выплату своего вознаграждения и оплату труда лиц, ранее состоявших в трудовых отношениях с обществом «Лер-рэ»,


а также привлечённых конкурсным управляющим для обеспечения исполнения своих обязанностей; неверном исчислении и выплате мораторных процентов.

С учётом перечисленных нарушений ФИО1 просил взыскать с конкурсного управляющего убытки в общем размере 34 666 533,65 руб., а также отстранить его от исполнения обязанностей конкурсного управляющего обществом «Лер-рэ».

Определением от 16.03.2020 Арбитражного суда Тюменской области, оставленным без изменения постановлением от 02.07.2020 Восьмого арбитражного апелляционного суда, в удовлетворении жалобы отказано.

Не согласившись с указанными судебными актами, ФИО1 обратился с кассационной жалобой, в которой просит их отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении его жалобы.

В обоснование кассационной жалобы её податель ссылается на то, что, поскольку конкурсным управляющим заявлен отказ от исполнения договора купли-продажи по причине его оплаты победителем вторых торгов, уплаченный последним задаток не подлежал возвращению; длительность осуществления продажи имущества должника обусловлена незаконными действия конкурсного управляющего, выразившиеся в непубликации сведений о составе реализуемого имущества; ввиду незначительности имущества должника и его упрощённой системы налогообложения у конкурсного управляющего отсутствовали основания для привлечения бухгалтера для обеспечения своей деятельности; неправильное исчисление конкурсным управляющим размера мораторных процентов привело к их незаконной выплате.

Изучив материалы обособленного спора, доводы, изложенные в кассационной жалобе и отзыве на неё, выслушав объяснения представителя конкурсного управляющего, проверив в соответствии со статьями 286, 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) законность обжалуемых определения и постановления, суд округа не находит оснований для их отмены.

Как усматривается из материалов дела, в ходе проведения в отношении общества «Лер-рэ» процедуры конкурсного производства публичное акционерное общество «Сбербанк России» (далее - Банк), являясь залоговым


кредитором имущества должника (нежилые помещения с кадастровыми номерами 72:23:0217004:3596, 72:23:0217004:3597, 72:23:0217004:3595), разработал и утвердил Положение о порядке организации и проведения торгов по его реализации (далее - Положение), путём объединения трёх объектов недвижимости в один лот.

Сообщение от 19.10.2017 № 2167193 Положение было опубликовано в Едином Федеральном реестре сведений о банкротстве (далее - ЕФРСБ).

Первоначальные (по цене 37 601 699 руб.) и повторные (по цене 33 841 529 руб.) торги по реализации залогового имущества должника признаны несостоявшимися ввиду отсутствия заявок на его приобретение (сообщения в ЕФРСБ от 25.12.2017 № 2340051, от 19.02.2018 № 2472085).

Указанное обстоятельство послужило причиной отказа Банка от оставления предмета залога за собой, разработки и утверждения изменений № 1 в Положение, предусматривавшее проведение торгов путём публичного предложения, на основании которых в период с 19.03.2018 по 18.04.2018 управляющим проведены торги посредством публичного предложения (сообщение в ЕФРСБ от 15.03.2018 № 2524526), признанные несостоявшимися ввиду отсутствие заявок на участие в них.

В период с 04.06.2018 по 15.07.2018 управляющим на основании изменений № 2 в Положение, утверждённых Банком, проведены повторные торги посредством публичного предложения (сообщение от 25.05.2018 № 2726375, победителем которых признана ФИО4 с ценой предложения 27 079 000 руб. (сообщение в ЕФРСБ от 16.07.2018 № 2867923). В связи с нарушением ФИО4 срока оплаты за имущество должника управляющий отказался от договора (сообщение в ЕФРСБ от 20.09.2018 № 3052695).

В период с 03.12.2018 по 21.12.2018, в связи с утверждением Банком изменений № 3 в Положение, управляющим проведены третьи торги посредством публичного предложения победителем которых признан ФИО5 с ценой предложения 27 200 000 руб. (сообщение в ЕФРСБ от 19.12.2018 № 3324021).

Между управляющим (продавец) и ФИО5 (покупатель - победитель торгов) заключён договор от 21.12.2018 № 1 (сообщение


в ЕФРСБ от 24.12.2018 № 3338475), договор исполнен покупателем в полном объёме. Поступившие от реализации предмета торгов денежные средства направлены на удовлетворение требований кредиторов, а также выплату им мораторных процентов.

Статьёй 60 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) предусмотрена возможность защиты прав и законных интересов кредиторов путём обжалования конкретных действий (бездействия) арбитражного управляющего.

При рассмотрении таких жалоб лицо, обратившееся с суд, обязано доказать факт незаконности действий (бездействия) арбитражного управляющего и то, что эти действия (бездействие) управляющего нарушили права и законные интересы заявителя, кредиторов и должника, а арбитражный управляющий, в свою очередь, вправе представить доказательства, свидетельствующие о соответствии спорных действий (бездействия) требованиям добросовестности и разумности исходя из сложившихся обстоятельств (статья 65 АПК РФ).

Жалоба может быть удовлетворена только в случае, если вменяемыми неправомерными, недобросовестными или неразумными действиями (бездействием) нарушены какие-либо права и законные интересы подателя жалобы.

В соответствии с пунктом 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

Неисполнение или ненадлежащее исполнение обязанностей, возложенных на арбитражного управляющего в соответствии с настоящим Законом или федеральными стандартами, является основанием для отстранения арбитражным судом арбитражного управляющего от исполнения данных обязанностей по требованию лиц, участвующих в деле о банкротстве (пункт 1 статьи 20.4 Закона о банкротстве).

Отклоняя доводы жалобы ФИО1 о неправомерном возврате конкурсным управляющим задатка ФИО4, суды первой и апелляционной инстанций исходили из наличия заключённого


между ними соглашения о расторжении договора купли-продажи, мотивированное неуказанием конкурсного управляющего на наличие у приобретаемого имущества обременения.

Согласно пункту 1 статьи 447 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) договор, если иное не вытекает из его существа, может быть заключён путём проведения торгов. Договор заключается с лицом, выигравшим торги.

В силу пункта 5 статьи 448 ГК РФ участники торгов вносят задаток в размере, в сроки и в порядке, которые указаны в извещении о проведении торгов. Если торги не состоялись, задаток подлежит возврату. Задаток возвращается также лицам, которые участвовали в торгах, но не выиграли их.

Порядок продажи имущества должника, признанного банкротом, регулируется положениями статей 110, 111, 111.1, 139 Закона о банкротстве.

В силу абзаца второго пункта 2 статьи 111 Закона о банкротстве продажа части имущества должника осуществляется в порядке, определённом пунктами 4 - 19 статьи 110 Закона о банкротстве, с учётом особенностей, установленных этой статьёй.

Согласно абзацу первому пункта 16 статьи 110 Закона о банкротстве в течение двух рабочих дней с даты подписания протокола о результатах проведения торгов организатор торгов направляет победителю торгов и внешнему управляющему копии этого протокола. В течение пяти дней с даты подписания этого протокола внешний управляющий направляет победителю торгов предложение заключить договор купли-продажи предприятия с приложением проекта данного договора в соответствии с представленным победителем торгов предложением о цене предприятия.

В соответствии с абзацем вторым пункта 16 статьи 110 Закона о банкротстве в случае отказа или уклонения победителя торгов от подписания данного договора в течение пяти дней с даты получения указанного предложения конкурсного управляющего внесённый задаток победителю торгов не возвращается.

Несоблюдение этого порядка победителем торгов лишает его права требовать от должника возврата задатка, уплаченного в связи с участием торгах.


В силу пунктов 1 и 2 статьи 381 ГК РФ при прекращении обязательства до начала его исполнения по соглашению сторон либо вследствие невозможности исполнения (статья 416) задаток должен быть возвращён. Если за неисполнение договора ответственна сторона, давшая задаток, он остаётся у другой стороны. Если за неисполнение договора ответственна сторона, получившая задаток, она обязана уплатить другой стороне двойную сумму задатка.

Толкование указанной нормы в совокупности с правилами статей 330, 393 - 394, 401 ГК РФ, разграничивающими неисполнение обязательства и его ненадлежащее исполнение, позволяет заключить, что взыскание задатка в двойном размере как форма имущественной ответственности реализуется лишь в случае неисполнения обеспеченного задатком обязательства.

Судами первой и апелляционной инстанций установлено, что по результатам вторых торгов конкурсный управляющий и ФИО4 заключили договор купли-продажи, то есть выразили намерение и предприняли действия по согласованию условий сделки.

После выявления факта обременения приобретаемого имущества ФИО4 направила в адрес конкурсного управляющего претензию от 19.09.2018, в которой потребовала расторжения договора купли-продажи по соглашению сторон. Конкурсный управляющий согласился с претензией в связи с чем по соглашению сторон договор купли-продажи расторгнут.

Следовательно, воля на расторжение сделки была выражена как со стороны ФИО4 путём претензии, так и со стороны конкурсного управляющего путём реализации права на отказ от договора.

Принимая во внимание изложенное, выводы судов об отсутствии правовых оснований для признания действий конкурсного управляющего по возврату задатка, являются правильными.

Отклоняя доводы ФИО1 о неправомерном затягивании процедуры проведения торгов, суды первой и апелляционной инстанций исходили из наличия вступившего в законную силу судебного акта, которым отказано в признании недействительными торгов.

Согласно части 2 статьи 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее


рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

По смыслу приведённой процессуальной нормы преюдициальное значение приобретают лишь те фактические обстоятельства, установление которых судом ранее (по другому делу) основано на оценке спорных правоотношений в определённом объёме. Преюдициальное значение судебного акта следует воспринимать с учётом тех или иных особенностей ранее рассмотренного дела: предмета и основания заявленных требований, предмета доказывания, доводов участников спора, выводов суда по существу спора в связи с конкретными доказательствами, представленными лицами, участвующими в деле, и исследованными и оценёнными судом. При этом одна лишь оценка конкретного доказательства (в той или иной части) не может рассматриваться как основание, необходимое и достаточное для окончательного вывода о преюдиции.

Данная норма освобождает от доказывания фактических обстоятельств дела, но не исключает их различной правовой оценки, которая зависит от характера конкретного спора.

В рассматриваемом случае постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 27.11.2019, оставленным без изменения постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 20.02.2020, установлено, что, несмотря на бездействие конкурсного управляющего, выразившееся в неразмещении в ЕФРСБ изменений № 1, 2, 3 в Положение, не соответствует требованиям законодательства о банкротстве, такое нарушение, не могло негативно повлиять на проведение торгов, нарушить права и законные интересы залогового кредитора, участников и потенциальных участников торгов, а также участвующих в деле лиц.

Этими же судебными актами отклонены доводы ФИО1 о необоснованности объединения арбитражным управляющим всего залогового имущества в один лот, формировании начальной продажной цены без учёта аренды данного имущества («готового бизнеса»), а также о создании препятствий для свободной конкуренции путём установления необоснованного условия о задатке.

Определением Верховного Суда Российской Федерации от 31.07.2020 ФИО1 отказано в передаче кассационной жалобы для рассмотрения


в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации.

Таким образом, поскольку имеется вступивший в законную силу судебный акт, которым установлено, что торги осуществлены без существенных нарушений порядка и процедуры их проведения, а также не выявлены нарушения прав и законных интересов лиц, участвующих в деле, при этом новых доказательств, подтверждающих данные обстоятельства ФИО1 не представлено, выводы судов об отсутствии оснований для удовлетворения жалобы в данной части являются правильными.

Отклоняя доводы ФИО1 о неправомерном привлечении конкурсным управляющим для осуществления процедуры банкротства должника бухгалтера, суды первой и апелляционной инстанций исходили из осуществления обществом «Лер-рэ» в период проведения процедуры конкурсного производства хозяйственной деятельности, необходимости привлечения конкурсным управляющим специалиста.

Согласно пункту 1 статьи 20.3 Закона о банкротстве арбитражный управляющий имеет право привлекать для обеспечения возложенных на него обязанностей на договорной основе иных лиц с оплатой их деятельности за счёт средств должника, если иное не установлено названным Законом, стандартами и правилами профессиональной деятельности или соглашением арбитражного управляющего с кредиторами.

В соответствии с пунктом 5 статьи 20.7 Закона о банкротстве оплата услуг лиц, привлечённых арбитражным управляющим для обеспечения своей деятельности, или определённый этой статьёй размер оплаты таких услуг могут быть признаны арбитражным судом необоснованными по заявлению лиц, участвующих в деле о банкротстве, в случаях, если услуги не связаны с целями проведения процедур, применяемых в деле о банкротстве, или возложенными на арбитражного управляющего обязанностями либо стоимость таких услуг явно несоразмерна ожидаемому результату.

В пункте 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.12.2009 № 91 «О порядке погашения расходов по делу о банкротстве» (далее - Постановление № 91) разъяснено,


что при рассмотрении вопроса об обоснованности привлечения привлечённого лица суду следует учитывать в том числе, направлено ли такое привлечение на достижение целей процедур банкротства и выполнение возложенных на арбитражного управляющего обязанностей, предусмотренных Законом, насколько велик объём работы, подлежащей выполнению арбитражным управляющим (с учётом количества принадлежащего должнику имущества и места его нахождения), возможно ли выполнение арбитражным управляющим самостоятельно тех функций, для которых привлекается это лицо, необходимы ли для выполнения таких функций специальные познания, имеющиеся у привлечённого лица, или достаточно познаний, имеющихся у управляющего, обладает ли привлечённое лицо необходимой квалификацией.

Из содержания пункта 5 статьи 20.7 Закона о банкротстве и разъяснений, содержащихся в Постановлении № 91, следует, что суд вправе оценить правомерность привлечения арбитражным управляющим лиц для обеспечения его деятельности, поскольку, исходя из общего смысла Закона, все процедуры банкротства осуществляются под контролем суда.

Поскольку в рассматриваемом случае, суды первой и апелляционной инстанций сочли, что привлечение конкурсным управляющим бухгалтера было обосновано и необходимо для достижения целей процедур банкротства, оснований для признания жалобы ФИО1 в данной части не имеется.

Отклоняя доводы ФИО1 о неправомерном исчислении и выплате конкурсным управляющим мораторных процентов, суды первой и апелляционной инстанций исходили из того, что они выплачены кредиторам не в полном объёме, в связи с чем не усмотрели нарушений прав участника должника.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.12.2013 № 88 «О начислении и уплате процентов по требованиям кредиторов при банкротстве» (далее - Постановление № 88), в период процедуры наблюдения на возникшие до возбуждения дела о банкротстве требования кредиторов (как заявленные в процедуре наблюдения, так и не заявленные в ней) по аналогии с абзацем десятым пункта 1 статьи 81, абзацем третьим пункта 2 статьи 95 и абзацем третьим пункта 1 статьи 126 Закона


о банкротстве подлежащие уплате по условиям обязательства проценты, а также санкции не начисляются. Вместо них на сумму основного требования по аналогии с пунктом 2 статьи 81, абзацем четвертым пункта 2 статьи 95 и пунктом 2.1 статьи 126 Закона о банкротстве с даты введения наблюдения и до даты введения следующей процедуры банкротства начисляются проценты в размере ставки рефинансирования, установленной Центральным банком Российской Федерации на дату введения наблюдения.

В силу пункта 3 статьи 137 Закона о банкротстве мораторные проценты, начисляемые в ходе процедур банкротства на основании пункта 2 статьи 81, абзаца четвёртого пункта 2 статьи 95 и пункта 2.1 статьи 126 Закона (в том числе за время наблюдения), уплачиваются в процедурах финансового оздоровления, внешнего управления и конкурсного производства в ходе расчётов с кредиторами одновременно с погашением основного требования до расчётов по санкциям (пункт 7 постановления № 88).

Особенность мораторных процентов заключается в том, что они не включаются в реестр требований кредиторов, не учитываются при определении количества голосов, принадлежащих кредитору на собрании, вместе с тем выплачиваются одновременно с погашением основного требования и до расчётов по санкциям (пункты 4, 7 Постановления № 88).

Поскольку в рассматриваемом случае, выплата мораторных процентов осуществлена только частично (по залоговому требованию - 32 %, по незалоговому требованию - 13 %), то оснований полагать, что действия конкурсного управляющего по неправильному исчислению размера мораторных процентов нарушили права и законные интересы кредиторов должника не имеется, в связи с чем отказ судов в удовлетворении жалобы ФИО1 в данной части является правильным.

Также суды обоснованно исходили из отсутствия доказательств неправомерного затягивания конкурсным управляющим процедур банкротства, ставших следствием начисления мораторных процентов.

В пункте 53 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» разъяснено, что с даты введения первой процедуры банкротства и далее


в ходе любой процедуры банкротства требования должника, его участников и кредиторов о возмещении убытков, причинённых арбитражным управляющим (пункт 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве), а также о возмещении убытков, причинённых должнику - юридическому лицу его органами, могут быть предъявлены и рассмотрены только в рамках дела о банкротстве. Лица, в отношении которых подано заявление о возмещении убытков, имеют права и несут обязанности лиц, участвующих в деле о банкротстве, связанные с рассмотрением названного заявления, включая право обжаловать судебные акты.

Ответственность арбитражного управляющего, установленная пунктом 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой, поэтому убытки подлежат взысканию по правилам статьи 15 ГК РФ, с учётом специальных норм Закона о банкротстве.

Согласно пункту 2 статьи 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чьё право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В силу абзацев второго, третьего пункта 1 статьи 145 Закона о банкротстве конкурсный управляющий может быть отстранён арбитражным судом от исполнения своих обязанностей как на основании ходатайства собрания кредиторов (комитета кредиторов) в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения возложенных на конкурсного управляющего обязанностей, так и в связи с удовлетворением арбитражным судом жалобы лица, участвующего в деле о банкротстве, на неисполнение или ненадлежащее исполнение конкурсным управляющим возложенных на него обязанностей при условии, что такое неисполнение или ненадлежащее исполнение обязанностей нарушило права или законные интересы заявителя жалобы, а также повлекло или могло повлечь за собой убытки должника либо его кредиторов.

Из разъяснений, изложенных в пункте 56 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением


дел о банкротстве» следует, что при осуществлении предусмотренных Законом о банкротстве функций по утверждению и отстранению арбитражных управляющих суд должен исходить из таких общих задач судопроизводства в арбитражных судах, как защита нарушенных прав и законных интересов участников судебного разбирательства и предупреждение правонарушений в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Конкурсный управляющий не может быть отстранён в связи с нарушениями, которые не являются существенными; отстранение конкурсного управляющего должно использоваться в той мере, в какой оно позволяет восстановить нарушенные права или устранить угрозу их нарушения; отстранение конкурсного управляющего должно применяться тогда, когда конкурсный управляющий показал свою неспособность к надлежащему ведению конкурсного производства, что проявляется в ненадлежащем исполнении обязанностей конкурсного управляющего (пункт 10 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.05.2012 № 150 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с отстранением конкурсных управляющих»).

В рассматриваемом случае, незаконных действий (бездействие) ФИО2, при осуществлении им обязанностей конкурсного управляющего обществом «Лер-рэ», судами первой и апелляционной инстанций не установлено, следовательно, оснований полагать, что права и законные интересы кредиторов должника в целом и ФИО1, в частности, нарушены, не имеется.

С учётом изложенного, суды двух инстанций правомерно отказали в удовлетворении жалобы в части требований о взыскании убытков ввиду недоказанности всей совокупности обстоятельств, необходимых для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности и части требований об отстранении ФИО2 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должником, поскольку его компетенция под сомнение не поставлена, неправомерности действий не установлено.


Суд кассационной инстанции считает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, установлены судами первой и апелляционной инстанций посредством оценки представленных сторонами спора доказательств в порядке статьи 71 АПК РФ.

В целом приведённые заявителем в кассационной жалобе доводы не могут быть приняты во внимание как противоречащие совокупности имеющихся в материалах дела доказательств, оценённых судами первой и апелляционной инстанций в порядке статьи 71 АПК РФ, на основании правильного применения норм законодательства о банкротстве применительно к положениям о надлежащем исполнении арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей, переоценка которых в силу статьи 286 АПК РФ не входит в компетенцию суда кассационной инстанции.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 АПК РФ основаниями для отмены судебного акта, судом округа не установлено.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 289, 290 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение от 16.03.2020 Арбитражного суда Тюменской области и постановление от 02.07.2020 Восьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А70-14786/2016 оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 АПК РФ.

Председательствующий С.А. Доронин

Судьи О.В. Ишутина

Н.В. Лаптев