Постановление от 4 мая 2021 г. по делу № А49-1956/2020

ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная 11 «А», тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности судебного акта

Дело № А49-1956/2020
г. Самара
04 мая 2021 года
Резолютивная часть постановления объявлена 27 апреля 2021 года

Полный текст постановления изготовлен 04 мая 2021 года.


Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

Председательствующего судьи Гольдштейна Д.К.,

судей Александрова А.И., Мальцева Н.А.,

при ведении протокола судебного заседания

секретарем судебного заседания ФИО1,


без участия лиц, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания,


рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда по адресу: <...>, апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Пензенской области от 14.01.2021 по заявлению ФИО2 о включении требования в реестр требований кредиторов

по делу о несостоятельности (банкротстве) Открытого акционерного общества «Техпроммаш», ИНН <***>, ОГРН <***>,



УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Пензенской области от 10.06.2020 ОАО «Техпроммаш» признано несостоятельным (банкротом) по процедуре банкротства ликвидируемого должника, в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО3.

Объявление о введении в отношении должника процедуры конкурсного производства сроком на шесть месяцев опубликовано в газете «Коммерсантъ» 20.06.2020.

15.10.2020 в Арбитражный суд Пензенской области от ФИО2 поступило заявление о включении в реестр требований кредиторов должника требования в сумме 10 402 689 руб. 80 коп. Одновременно, заявитель ходатайствовал о восстановлении срока на подачу заявления о включении требования в реестр требований кредиторов должника.

По результатам рассмотрения обособленного спора Арбитражный суд Пензенской области вынес определение от 14.01.2021 следующего содержания:

«Заявление ФИО2 о включении в реестр требований кредиторов ОАО «Техпроммаш» оставить без удовлетворения».

ФИО2 обратился в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой на определение Арбитражного суда Пензенской области от 14.01.2021.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.02.2021 апелляционная жалоба оставлена без движения. Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.03.2021 вышеуказанная апелляционная жалоба принята к производству, судебное разбирательство назначено на 08.04.2021. Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.04.2021 рассмотрение апелляционной жалобы отложено на 27.04.2021.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, о времени и месте судебного заседания размещена на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Определением председателя судебного состава Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.04.2021 произведена замена судьи Поповой Г.О. на судью Мальцева Н. А.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 АПК РФ правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта, исходя из следующего.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Судом первой инстанции установлено, что 02 апреля 2018 между заявителем (займодавец) и должником (заемщик) был заключен договор займа, согласно которому заявитель предоставил должнику 2 000 000 рублей 00 копеек, под 23% годовых, сроком возврата до 30 декабря 2019.

Также 10 мая 2018 между заявителем (займодавец) и должником (заемщик) был заключен договор займа, согласно которому заявитель предоставил должнику 5 000 000 рублей 00 копеек, под 23% годовых.

В этой связи, заявитель обратился в суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника требования в сумме 10 402 689 рублей 80 копеек, в том числе основной долг 7 000 000 рублей 00 копеек, начисленные проценты в сумме 3 402 689 рублей 80 копеек.

Как указано судом первой инстанции, в качестве доказательств наличия денежных средств в указанном размере для выдачи займов заявителем представлены в материалы обособленного спора кредитное соглашение с ПАО «Промсвязьбанк» на сумму соответственно 1 500 000 рублей 00 копеек от 07.08.2018, а также банковские ордера ПАО Банк «ФК Открытие» о снятии денежных средств с лицевого счета заявителя в сумме 3 117 526 рублей 03 копейки, а также 10 441 342 рубля 47 копеек.

Согласно пункту 1 статьи 807 ГК РФ по договору займа одна сторона (займодавец) передает или обязуется передать в собственность другой стороне (заемщику) деньги, вещи, определенные родовыми признаками, или ценные бумаги, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество полученных им вещей того же рода и качества либо таких же ценных бумаг.

Если займодавцем в договоре займа является гражданин, договор считается заключенным с момента передачи суммы займа или другого предмета договора займа заемщику или указанному им лицу.

В силу пункта 1 статьи 809 ГК РФ если иное не предусмотрено законом или договором займа, займодавец имеет право на получение с заемщика процентов за пользование займом в размерах и в порядке, определенных договором.

В соответствии с пунктом 1 статьи 810 ГК РФ заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.

Согласно статье 309 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований – в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Односторонний отказ от исполнения обязательства, в соответствии со статьей 310 Гражданского Кодекса Российской Федерации, не допускается.

Исходя из разъяснений пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. Здесь же судам рекомендовано при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Целью проверки судом обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования.

По общему правилу основанием к включению требования в реестр является представление кредитором доказательств, ясно и убедительно подтверждающих наличие и размер задолженности перед ним и опровергающих возражения заинтересованных лиц об отсутствии долга.

При рассмотрении обоснованности заявлений о включении требований в реестр судом должен применяться более строгий стандарт доказывания по сравнению с обычным общеисковым гражданским процессом.

Судом установлено, что заявитель, в силу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве являлся заинтересованным по отношению к должнику лицом, поскольку с 10.10.2011 являлся руководителем и членом Совета директоров должника и владел 26% обыкновенных акций должника, что следует из имеющегося в материалах дела списка аффилированных лиц должника – ОАО «Техпроммаш» на различные даты.

При рассмотрении обоснованности заявлений о включении в реестр требований аффилированных по отношению к должнику лиц судом должен применяться еще более строгий стандарт доказывания по сравнению с включением в реестр требований рядовых гражданско-правовых кредиторов (определение Верховного Суда Российской Федерации от 23.08.2018 № 305-ЭС18-3533).

Поскольку кредитор и должник являются аффилированными лицами, к требованию кредитора должен быть применен еще более строгий стандарт доказывания, чем к обычному кредитору в деле о банкротстве. Такой кредитор должен исключить любые разумные сомнения в реальности долга, поскольку общность экономических интересов, в том числе повышает вероятность представления кредитором внешне безупречных доказательств исполнения по существу фиктивной сделки с противоправной целью последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора и уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю кредиторов независимых.

При этом наличие в действиях стороны злоупотребления правом уже само по себе достаточно для отказа во взыскании долга.

В связи с этим основанием для включения требования в реестр является представление кредитором доказательств, ясно и убедительно подтверждающих наличие и размер задолженности перед ним и опровергающих возражения заинтересованных лиц об отсутствии долга.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6), наличие внутригрупповых отношений и, как следствие, общности хозяйственных интересов имеет существенное значение для правильного разрешения спора, поскольку установление подобного факта позволяет дать надлежащую оценку добросовестности действий как кредитора, заявившего о включении своих требований в реестр, так и должника.

Аффилированный кредитор не может ограничиться представлением минимального комплекта документов в подтверждение реальности отношений. Он должен исчерпывающе раскрыть все существенные обстоятельства, касающиеся заключения и исполнения самой сделки, оснований дальнейшего внутригруппового перераспределения денежных средств, подтвердив, что оно соотносится с реальными хозяйственными отношениями, а перечисление денежных средств и последующие операции обусловлены разумными экономическими причинами.

При этом аффилированный кредитор не имеет каких-либо препятствий для представления суду полного набора дополнительных доказательств, находящихся в сфере контроля группы, к которой он принадлежит, устраняющего все разумные сомнения по поводу мнимости сделки.

Если аффилированный кредитор не представляет такого рода доказательства, то считается, что он отказался от опровержения факта, о наличии которого со ссылкой на конкретные документы указывают его процессуальные оппоненты (ст. 9 и 65 АПК РФ).

Арбитражный суд первой инстанции указал, что из представленных конкурсным управляющим должника сведений следует, что заявителю периодически выплачивались денежные средства. Так, 09.01.2018 заявителю за счет должника были выплачены 2 000 000 рублей 00 копеек с указанием на возмещение по авансовому отчету, 16.02.2018 заявителю единовременно тремя платежами были выплачены денежные средства в общей сумме 2 062 372 рубля 60 копеек с указанием на заработную плату за три месяца (май, июнь, сентябрь 2017).

С учетом указанного, арбитражный суд первой инстанции пришел к выводу о недоказанности заявителем предоставления должнику займа в указанном размере, отражении его по расчетным счетам должника и использование должником полученных денежных средств в своих интересах и посчитал заявленные требования не подлежащими удовлетворению.

Арбитражный апелляционный суд соглашается с указанными обоснованными выводами суда первой инстанции.

Доводы апелляционной жалобы судебной коллегией суда апелляционной инстанции отклоняются.

Заявителем не опровергнуты выводы суда первой инстанции о наличии отношений аффилированности между кредитором и должником.

Как следует из пункта 1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020), на аффилированном с должником кредиторе лежит бремя опровержения разумных сомнений относительно мнимости договора, на котором основано его требование, заявленное в деле о банкротстве.

В условиях банкротства должника и высокой вероятности нехватки его имущества для погашения требований всех кредиторов между последними объективно возникает конкуренция по поводу распределения конкурсной массы, выражающаяся, помимо прочего, в доказывании обоснованности своих требований. Во избежание злоупотреблений в этой части законодательством установлено, что по общему правилу требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов должника только после судебной проверки, в ходе которой в установленном законом процессуальном порядке проверяется их обоснованность, состав и размер (пункт 6 статьи 16, статьи 71, 100 Закона о банкротстве).

Это правило реализуется посредством предоставления кредиторам, требования которых включены в реестр требований кредиторов, и иным указанным в законе лицам права на заявление возражений, которые подлежат судебной оценке (пункты 2 - 5 статьи 71, пункты 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве).

При рассмотрении подобных споров конкурирующему кредитору или иным лицам, участвующим в обособленном споре, достаточно заявить убедительные доводы и (или) представить доказательства, подтверждающие существенность сомнений в наличии долга. При этом заявляющемуся кредитору не должно составлять затруднений опровергнуть указанные сомнения, поскольку именно он должен обладать всеми доказательствами своих правоотношений с несостоятельным должником.

На это неоднократно указывалось как в утвержденных Президиумом Верховного Суда Российской Федерации обзорах судебной практики Верховного Суда России Российской Федерации (обзоры № 1(2017), № 3(2017), № 5(2017), № 2(2018) со ссылками на определения № 305-ЭС16-12960, № 305-ЭС16-19572, № 301-ЭС17-4784 и № 305-ЭС17-14948 соответственно), так и в определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации, рассматривавшей подобные судебные споры (определения № 308-ЭС18-2197, № 305-ЭС18-413, № 305-ЭС16-20992(3), № 301-ЭС17-22652(1), № 305-ЭС18-3533, № 305-ЭС18-3009, № 305-ЭС16-10852(4,5,6), № 305-ЭС16-2411, № 309-ЭС17-344 и другие). Аналогичная правовая позиция изложена также в постановлении Президиума ВАС РФ от 13.05.2014 по делу №А41-36402/2012.

Совершая мнимые сделки, аффилированные по отношению друг к другу стороны, заинтересованные в сокрытии от третьих лиц истинных мотивов своего поведения, как правило, верно оформляют все деловые бумаги, но создавать реальные правовые последствия, соответствующие тем, что указаны в составленных ими документах, не стремятся. Поэтому при наличии в рамках дела о банкротстве возражений о мнимости договора суд не должен ограничиваться проверкой документов, представленных кредитором, на соответствие формальным требованиям, установленным законом. Суду необходимо выяснить, представлены ли достаточные доказательства существования фактических отношений по договору.

При этом, следует учесть, что если кредитор и должник являются аффилированными лицами, то к требованию кредитора должен быть применен еще более строгий стандарт доказывания, чем к обычному кредитору в деле о банкротстве. Такой кредитор должен исключить любые разумные сомнения в реальности долга, поскольку общность экономических интересов, в том числе повышает вероятность представления кредитором внешне безупречных доказательств исполнения по существу фиктивной сделки с противоправной целью последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора и уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю кредиторов независимых (определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6), от 11.09.2017 № 301-ЭС17-4784), что не отвечает стандартам добросовестного осуществления прав. При этом наличие в действиях стороны злоупотребления правом уже само по себе достаточно для отказа во взыскании долга (пункты 1 и 2 статьи 10 ГК РФ, абзац четвертый пункта 4 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

В связи с этим основанием для включения требования в реестр является представление кредитором доказательств, ясно и убедительно подтверждающих наличие и размер задолженности перед ним и опровергающих возражения заинтересованных лиц об отсутствии долга (пункт 26 постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве»).

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6), наличие внутригрупповых отношений и, как следствие, общности хозяйственных интересов имеет существенное значение для правильного разрешения спора, поскольку установление подобного факта позволяет дать надлежащую оценку добросовестности действий как кредитора, заявившего о включении своих требований в реестр, так и должника.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности. О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение.

Верховный Суд Российской Федерации в определении от 06.06.2017 № 81-КГ17-5 указал, что вменяемый контроль над обществом-должником должен быть подтвержден лишь прямыми доказательствами - исходящими от бенефициара документами, в которых содержатся явные указания, адресованные должнику, относительно его деятельности. О наличии подконтрольности, в частности, могли свидетельствовать следующие обстоятельства: действия названных субъектов синхронны в отсутствие к тому объективных экономических причин; они противоречат экономическим интересам должника и одновременно ведут к существенному приросту имущества лица, привлекаемого к ответственности; данные действия не могли иметь место ни при каких иных обстоятельствах, кроме как при наличии подчиненности одного другому и т.д.

Как установлено судом первой инстанции кредитор (ФИО2), в силу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве является заинтересованным по отношению к должнику лицом, поскольку являлся руководителем должника, членом Совета директоров должника и владел 26% обыкновенных акций должника, что следует из имеющегося в материалах дела списка аффилированных лиц должника – ОАО «Техпроммаш» на различные даты.

Как указано в п. 1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020), совершая мнимые сделки, аффилированные по отношению друг к другу стороны, заинтересованные в сокрытии от третьих лиц истинных мотивов своего поведения, как правило, верно оформляют все деловые бумаги, но создавать реальные правовые последствия, соответствующие тем, что указаны в составленных ими документах, не стремятся. Поэтому при наличии в рамках дела о банкротстве возражений о мнимости договора суд не должен ограничиваться проверкой документов, представленных кредитором, на соответствие формальным требованиям, установленным законом. Суду необходимо выяснить, представлены ли достаточные доказательства существования фактических отношений по договору.

В ситуации, когда не связанный с должником кредитор представил косвенные доказательства, поставившие под сомнение факт существования долга, аффилированный кредитор не может ограничиться представлением минимального комплекта документов в подтверждение реальности отношений. Он должен исчерпывающе раскрыть все существенные обстоятельства, касающиеся заключения и исполнения самой сделки, оснований дальнейшего внутригруппового перераспределения денежных средств, подтвердив, что оно соотносится с реальными хозяйственными отношениями, а перечисление денежных средств и последующие операции обусловлены разумными экономическими причинами.

При этом аффилированный кредитор не имеет каких-либо препятствий для представления суду полного набора дополнительных доказательств, находящихся в сфере контроля группы, к которой он принадлежит, устраняющего все разумные сомнения по поводу мнимости сделки.

Если аффилированный кредитор не представляет такого рода доказательства, то считается, что он отказался от опровержения факта, о наличии которого со ссылкой на конкретные документы указывают его процессуальные оппоненты (ст. 9 и 65 АПК РФ).

В данном случае кредитор разумные сомнения по поводу обстоятельств и оснований совершения сделки не опроверг, в связи с чем суд первой инстанции обоснованно не нашел оснований для включения требования заявителя в реестр требований кредиторов должника.

Оба спорных договора со стороны как заемщика, так и займодавца подписаны непосредственно ФИО2.

По договору займа от 02.04.2018 якобы состоявшаяся передача денежных средств оформлена лишь приходным кассовым ордером от 02.04.2018 №12 на сумму 2 000 000 руб., доказательства внесения денежных средств на банковский счет должника не представлены.

По договору займа от 10.05.2018 якобы состоявшаяся передача денежных средств оформлена лишь приходным кассовым ордером от 10.05.2018 №17 на сумму 5 000 000 руб. Также представлен расходный кассовый ордер от 10.05.2018 №30 на ту же сумму, по которому денежные средства выданы ФИО4 с указанием «возврат на расч. счет ч\з ФИО4 по договору займа б\н от 10.05.2018 от ФИО4». Из квитанции ПАО «Промсвязьбанк» от 10.05.2018 №00091 следует, что дененжыне средства в указанной сумме внесены в пользу получателя ОАО «Техпроммаш» от ФИО5 с назначением платежа «Взнос по дог. №б\н от 10.05.2018г.».

Таким образом из расчетных документов не следует, что денежные средства вносились на счет должника от имени ФИО2 Иные доказательства внесения денежных средств на банковский счет должника, их использования должником не представлены.

Документы, о наличии у кредитора финансовой возможности для выдачи займов представлены без каких-либо пояснений об обстоятельствах их получения и наличия.

При этом кредитный договор с ПАО «Промсвязьбанк» на сумму 1 500 000 руб. 00 коп. (индивидуальные условия договора потребительского кредита №760834896) датирован 07.08.2018 после даты спорных договоров займа и не может подтверждать наличие у ФИО2 денежных средств для их выдачи. Относимость представленной выписки по счету в АО «Альфа-Банк» ФИО6 к обстоятельствам спора не подтверждена.

Часть документов также не может быть отнесена к обстоятельствам, связанным с выдачей займов поскольку расходные операции совершены позднее дат спорных договоров (банковский ордер от 27.08.2018 №170314, расходный кассовый ордер от 27.02.2018 №509555, расходный кассовый ордер от 27.08.2018 №362490).

Иные документы соотносятся с датами спорных договоров займа, однако какие-либо объяснения относительно их источника и обстоятельств получения кредитором суду представлены не были. В частности, из банковской выписки ПАО Банк «ФК Открытие» видно, что банковский счет на сумму 10 млн. руб. открыт 10.11.2017 незадолго до даты подписания оспариваемых договоров, при этом учитывая перемещение денежных средств между кредитором и должником, на которое указывал конкурсный управляющий, а также принимая во внимание степень влияния, которое ФИО2 как руководитель и акционер должника имел в отношении последнего и, соответственно, возможность относительно свободного перемещения денежных средств между указанными лицами, представленных доказательств, исходя из перечисленных выше правовых позиций, по мнению суда, недостаточно для подтверждения реальности сделок займа, на которых кредитор основывает свои требования.

Поскольку кредитор, с учетом признания его судом первой инстанции заинтересованным по отношению к должнику, в материалы обособленного спора не представил достаточные относимые и допустимые доказательства реальности взаимоотношений с должником, а также учитывая характер безналичных платежей очевидно представляющих собой внутригрупповые расчеты, суд первой инстанции обоснованно посчитал заявленные требования не подлежащими удовлетворению.

Аналогичные выводы в рамках обособленных споров, связанных с рассмотрением требований аффилированных кредиторов устанавливались судами в настоящем деле и ранее (Постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 09.04.2021 № Ф06-2111/2021 по делу № А49-1956/2020; Постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 30.03.2021 № Ф06-2111/2021 по делу № А49-1956/2020).

Суд первой инстанции в данном случае правомерно исходил из того, что кредитор, являясь заинтересованным лицом по отношению к должнику, и фактически действуя через единую корпоративную структуру, не мог не осознавать перспективу увеличения своей кредиторской задолженности, однако действуя добросовестно и разумно, с учетом положений ст. 404 Гражданского кодекса Российской Федерации, стороны не предприняли мер по недопущению увеличения размера задолженности.

Кредиторы должника уже понесшие негативные последствия от вступления в отношения с должником, не могут нести негативные последствия недобросовестных действий контролирующих данное общество лиц, а требования, возникшие вследствие действий контролирующих данное общество лиц, не могут быть противопоставлены требованиям независимых кредиторов.

Несогласие заявителя с оценкой, установленных по делу обстоятельств не может являться основанием для отмены судебного акта.

Иные доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, основаны на неверном толковании норм права, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются апелляционным судом несостоятельными и не могут служить основанием для отмены оспариваемого судебного акта.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора в данном конкретном случае исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены правильно, выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, арбитражным апелляционным судом не установлено.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта по приведенным доводам жалобы и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд


ПОСТАНОВИЛ:

1. Определение Арбитражного суда Пензенской области от 14.01.2021 по делу № А49-1956/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

2. Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его вынесения, через арбитражный суд первой инстанции.



Председательствующий Д.К. Гольдштейн



Судьи А.И. Александров



Н.А. Мальцев