Постановление от 24 октября 2024 г. по делу № А07-358/2023

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000 http://fasuo.arbitr.ru
П О С Т А Н О В Л Е Н И Е № Ф09-6710/24

Екатеринбург 24 октября 2024 г. Дело № А07-358/2023

Резолютивная часть постановления объявлена 22 октября 2024 г. Постановление изготовлено в полном объеме 24 октября 2024 г.

Арбитражный суд Уральского округа в составе: председательствующего Кудиновой Ю. В., судей Шершон Н. В., Новиковой О. Н.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Сапанцевой Е.Ю., рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 (далее – заявитель кассационной жалобы) на определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 05.04.2024 по делу № А07-358/2023 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.09.2024 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли участие лично ФИО2 (паспорт) и лично ФИО1 (паспорт), а также его представитель ФИО3 (паспорт, доведенность от 11.04.2022).

Представленный через систему «Мой Арбитр» отзыв ФИО4 (далее – должник), ФИО5, ФИО6 на кассационную жалобу приобщаются к материалам кассационного производства ввиду заблаговременного направления их лицам, участвующим в деле (статья 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, далее – АПК РФ).

Представленные 17.10.2024 ФИО2 дополнительные документы (как указано в заявлении – переписка между ФИО2 и ФИО5 по электронной почте) к материалам кассационного производства не приобщаются и возвращаются кассатору ввиду того, что в силу статьи 286 АПК РФ исследование и оценка доказательств не входит в компетенцию суда округа, дополнительные доказательства не могут быть

приобщены к материалам дела на стадии кассационного обжалования вступивших в законную силу судебных актов.

Поступившие в суд округа пояснения ФИО1 в порядке статьи 81 АПК РФ также не могут быть приобщены к материалам кассационного производства по причине отсутствия доказательств заблаговременного направления позиции лицам, участвующим в деле, то есть в связи с несоблюдением требований части 2 статьи 279 АПК РФ по своевременному направлению дополнений и письменных пояснений к кассационной жалобе участвующим в обособленном споре лицам (разъяснения абзаца третьего, четвертого пункта 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»).

ФИО6 обратился в Арбитражный суд Республики Башкортостан с заявлением о признании ФИО4 несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 28.09.2023 заявление признано обоснованным, введена процедура реструктуризации долгов ФИО4

На рассмотрение Арбитражного суда Республики Башкортостан поступило заявление ФИО1 о включении требования в реестр требований кредиторов должника в сумме 14 000 000 руб.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 05.04.2024 в удовлетворении заявления отказано.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.09.2024 определение суда первой инстанции оставлено без изменения.

В кассационной жалобе ФИО1 просит указанные судебные акты отменить, направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В обоснование доводов кассационной жалобы заявитель указывает, что течение договора не окончено, расчеты по договору оказания юридических услуг должны производиться с момента возврата имущества ФИО4, что объясняет ранее отсутствие имущественных притязаний кредитора к должника; настаивает, что полным исполнением обязанностей ФИО7 следует считать возбуждение уголовного дела, положительное решение гражданского суда, соответственно, поскольку обязательство ФИО4 все еще не прекращено (пункты 2,3 договора от 01.03.2017), то срок его исполнения не наступил (исходя из пункта 3 договора); полагает, что судом апелляционной инстанции безосновательно отказано в ходатайстве заявителя о переходе к рассмотрению дело по правилам первой инстанции, поскольку судом первой инстанции рассмотрен спор в отсутствии привлечения лица, на которого также распространялись условия договора – ФИО2 и ФИО5 (как участника договора, а не как представителя должника).

По мнению заявителя кассационной жалобы, судом апелляционной инстанции нарушено право заявителя на представление дополнительных доказательств, возможность представления которых непосредственно в суд первой инстанции была ограничена, ввиду обжалования уголовного приговора и ненахождения дела в суде первой инстанции; указанными документами подтверждались факты совершения действий по исполнению договора – поиск потерпевших, консультирование, обеспечение следственных действий, составление процессуальных документов, выбор линии защиты прав потерпевших и должника, организация исследования на полиграфе и судебные акты по гражданским делам № 2-313/2018, № 33-1144/2018, № 2-7384/20, № 2-2066/2017, № 2-7247/2023; отмечает, что ФИО1 на протяжении шести лет оказывал должнику юридические услуги, в том числе с участие привлеченного адвоката – Буйловой З.С., что подтверждается, в том числе, восстановленной перепиской между сторонами договора.

В отзыве на кассационную жалобу ФИО6 поддерживает позицию ФИО1, просит отменить судебные акты; ФИО4 и ФИО5 просят оставить оспариваемые судебные акты без изменения.

Проверив законность обжалуемых судебных актов в пределах доводов кассационной жалобы в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 АПК РФ, суд округа оснований для их отмены не усматривает.

Как установлено судами и следует из материалов дела, ФИО1 в обоснование заявленных требований о включении в реестр требований кредиторов задолженности в сумме 14 000 000 руб. ссылался на следующие обстоятельства.

Между ФИО1 и должником заключен договор возмездного оказания услуг от 01.03.2017, согласно условиям которого ФИО1 (исполнитель) оказывает юридическую помощь ФИО4 и ФИО5 (заказчики) по возврату похищенного имущества, а именно:

 трех земельных участков и расположенных на них жилых домов, расположенных по адресу: <...>; <...>; <...>; <...>; <...>;

 автомобиль марки Мерседес GL (гос. номер <***>;  автомобиль марки Опель Антара (гос. номер <***>

Согласно условиям договора для возврата заказчикам имущества исполнителем оказываются следующие услуги:

 представление интересов в государственных, муниципальных, административных органах районов Республики Башкортостан и города Уфы, в судах (первой, второй инстанции), в том числе в районных судах, апелляционных судах и кассационной инстанциях Верховного суда Республики Башкортостан и Российской Федерации, а также в других

федеральных и коммерческих организациях для разрешения вопросов связанных с выполнением задания Заказчика.

 составление исковых заявлений и других заявлений, в том числе в правоохранительные органы, претензии, составление и обращение с самостоятельными заявлениями, запросами, жалобами, ходатайствами, получение ответов на поданные запросы, оказание устных либо письменных консультаций, организация работы для получения результата поставленной задачи, оказание других сопутствующих услуг и помощи, не противоречащих законам Российской Федерации,

В счет оплаты оказываемых услуг заказчик передает исполнителю 2/4 доли жилого дома и 2/4 доли земельного участка (две квартиры в таунхаусе) по адресу: <...>; в случае компенсации ущерба стоимости похищенного имущества денежными средствами заказчик передает исполнителю два коттеджа в п. Шмидтово, площадью 150 кв. м, или наличные денежные средства, равные рыночной стоимости коттеджей, что на момент заключения договора составляло от 3 000 000 руб. до 3 500 000 руб. Услуги оплачиваются незамедлительно после возврата Заказчику вышеуказанного имущества или денежных средств.

В подтверждение факта оказания услуг должнику заявитель ссылается на карточки по гражданским делам № 2-313/2018, № 33-21144/2018, № 2-7384/2023, № 2-7247/2023, а также два судебных акта по делам № 2-313/2018 и № 33-21144/2018.

Ссылаясь на то, что оплата за указанные выше услуги должником не произведена, задолженность составила 14 000 000 руб., ФИО1 обратился в суд с настоящим требованием о включении в реестр требований должника задолженности в указанной сумме.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из того, что материалы дела не содержат доказательств факта оказания ФИО1 услуг по договору.

Суд апелляционной инстанции, повторно рассмотрев дело, согласился с выводами суда первой инстанции и оставил определение без изменения.

При этом суды руководствовались следующим.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127- ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве, в ходе процедуры реализации имущества гражданина требования конкурсных кредиторов и уполномоченного органа подлежат рассмотрению в порядке, предусмотренном статьей 100 настоящего Федерального закона.

Арбитражный суд при наличии возражений относительно требования кредиторов проверяет их обоснованность, по результатам рассмотрения выносит определение о включении или об отказе во включении указанных

требований в реестр требований кредиторов (пункт 4 статьи 100 Закона о банкротстве).

Согласно разъяснениям Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, данным в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», в силу пунктов 3 – 5 статьи 71 и пунктов 3 – 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором – с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

При проверке обстоятельств действительного оказания ФИО1 юридических услуг должнику суды первой и апелляционной инстанций, приняв во внимание, что представленный кредитором договор от 01.03.2017 им не подписан; отметив, что каких-либо доказательств совершения действий по исполнению договора ФИО1 не представлено; равным образом, как и не представлено каких-либо доказательств того, что ФИО4 принимает результат оказанных услуг без каких-либо возражений; отметив, что ФИО1 не предпринимал каких-либо действий к понуждению должника к исполнению своих обязательств, не направлял претензии, не обращался самостоятельным исковыми требованиями о взыскании задолженности – признали, что имеющиеся в материалах дела доказательства не свидетельствуют об оказании ФИО1 или ФИО2 услуг во исполнение договора от 01.03.2017.

Судом апелляционной инстанции также было предложено ФИО1 раскрыть перечень оказанных услуг со ссылкой на имеющиеся в материалах дела либо на иные находящиеся в открытом доступе доказательства, между тем заявитель требования, представив перечень процессуальных действий (л.д. 105 – 106), совершенных при этом иным лицом – адвокатом Буйловой З.С., таких ссылок на материалы обособленного спора либо общедоступные источники, которые свидетельствовали бы об оказании услуг именно кредитором, не представил, в связи с чем суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции об отсутствии доказательств, подтверждающих факт оказания заявителем услуг должнику и в заявленном размере.

Таким образом, исследовав и дав оценку содержанию представленных документов, обоснованно исходя из того, что отчет об оказанных услугах (представленный в суд первой инстанции после оглашения резолютивной части определения) подписан в одностороннем порядке лишь

ФИО1, при этом в материалах спора имеются возражения должника, отрицающего факт оказания ему юридических услуг; ссылка на участие ФИО1 в судебных заседаниях в судах общей юрисдикции не подтверждена какими-либо доказательствами, поскольку из содержания представленных копий судебных актов по гражданским делам № 2-313/2018 и № 2-2066/2017 следует, что интересы Б-вых представлял ФИО2, отношения с которым не охватываются спорным договором, а должник настаивал, что услуг были оказаны ФИО2 в рамках отдельных соглашений (при этом право на истребование стоимости услуг, оказанных иным лицом, кредитор – не обосновал); доказательства осуществления ФИО1 каких-либо процессуальных действий в рамках уголовного дела, возбужденного в отношении ФИО8, в котором потерпевшими признаны супруги Б-вы, также не представлены; общедоступная информация с сайтов судов общей юрисдикции также не содержит сведений об участии ФИО1 при рассмотрении дел с участием Б-вых; при этом содержание услуг, определенных сторонами услуг как «юридическая помощь по возврату похищенного имущества» носит формальный, обезличенный характер, не позволяет определить состав, объем оказанных услуг; указание ФИО1 на участие как в судебных заседаниях по уголовным делам № 1-3/2020, № 22-6/2021, № 1-38/2022, № 22-3786/2022 не подтверждено относимыми и допустимыми доказательствами, равным образом, как и иное участие ФИО1 при проведении доследственной и следственной проверок в отношении ФИО8, участие в иных следственных мероприятия в рамках указанных уголовных дел, в связи с чем суды признали, что, обращаясь с рассматриваемым требованием, ФИО1 документально не опроверг возражения должника об отсутствии с его стороны факта оказания каких-либо юридических услуг должнику, что послужило для судов основанием для отказа в удовлетворении требований о включении в реестр.

Судами правильно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана надлежащая правовая оценка, верно применены нормы права.

Доводы кассационной жалобы о том, что фактически спорный договор оказания юридических услуг от 01.03.2017 распространялся и на ФИО2, является по своей природе четырехсторонне обязывающей сделкой, и влекущей равное распределение обязанностей исполнителя как на ФИО1, так и ФИО2, а соответственно, и обязанность суда первой инстанции привлечь к участию в рассмотрении настоящего спора второго исполнителя по договору – ФИО2, судом округа отклоняются, как несостоятельные.

В рассматриваемом случае, как верно отмечено судом апелляционной инстанции, в спорном договоре ФИО2 не поименован как «исполнитель» или «соисполнитель», дописка о распространении указанного договора на ФИО2 должником и самим ФИО2 не

подписана, из объяснений должника следует, что услуги ФИО2 оказывал в рамках отдельных соглашений, ввиду чего суд апелляционной инстанции признал, что ФИО9 стороной спорных правоотношений между ФИО1 и ФИО4 – не является, мотивированных суждений о том, что вынесенный по результатам настоящего обособленного спора судебный акт может повлиять на его интересы, приведено не было, соответственно у суда первой инстанции отсутствовали основания для привлечения его к рассмотрению спора в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора.

Кроме того, суд округа полагает необходимым отметить, что в судебном заседании суда округа ни ФИО1, ни ФИО2 не представили развернутых пояснений относительно того, как следует толковать дописанное условие о распространении действия договора на ФИО2 – следует ли считать ФИО1 и ФИО2 соисполнителями по договору или самостоятельными исполнителями, обязанности по оказанию юридических услуг между которыми были разделены, в какой из частей договора обязанности исполнялись ФИО1, а в какой – ФИО2

При этом в материалах дела имеется поступивший после оглашения судом первой инстанции резолютивной части обжалуемого судебного акта процессуальный документ, поименованный как заявление о частичном отказе от исковых требований, из буквального содержания которого следует, что такой частичный отказ на сумму 7 млн. руб. «о взыскании с ФИО4 за ФИО2» обусловлен тем, что «по ФИО2 договор оказания услуг не заключался, в связи с чем выводы судов об отсутствии нарушений прав ФИО2 принятыми судебными актами являются верными и обоснованными; доказательств того, что спорный договор имел обязательную юридическую силу как в отношении ФИО1, так и в отношении ФИО2 – не представлено.

Доводы кассационной жалобы заявителя о том, что договор возмездного оказания услуг от 01.03.2017 не оспорен, не признан недействительным, правомерно не приняты судами во внимание, поскольку в силу общих правил доказывания при рассмотрении обособленного спора по включению в реестр требований кредиторов именно заявитель, обратившийся с требованием о включении в реестр, обязан представить первичные документы в подтверждение факта оказания услуг, иные участники процесса при наличии возражений обязаны подтвердить их документально (например, представить доказательства встречного предоставления от должника). Между тем, обращаясь с рассматриваемым требованием, ФИО1 доказательств реального оказания должнику юридических услуг в рамках договора от 01.03.2017, в том числе путем привлечения третьих лиц, с надлежащим оформлением такого привлечения, согласованием с заказчиком возможности привлечения субисполнителя, оплаты услуг такого субисполнителя и т.п. – не представил, что послужило

основанием для отказа в удовлетворении требований о включении задолженности в реестр требований кредиторов должника.

Вопреки мнению заявителя, именно невыполнение ФИО1 процессуальной обязанности по доказываю обстоятельств исполнения обязанностей по договору оказания юридических услуг с должником послужило причиной для отказа в удовлетворении заявленных требований.

Доводы кассационной жалобы о непоследовательном поведении суда апелляционной инстанции, отказавшего в приобщении дополнительных доказательств, судом округа рассмотрены и отклоняются исходя из следующего.

По смыслу части 2 статьи 268 АПК РФ и разъяснений пункта 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении АПК РФ при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» разрешение вопроса о принятии дополнительных доказательств находится в пределах усмотрения суда апелляционной инстанции и принятие дополнительных доказательств судом апелляционной инстанции не может служить основанием для отмены постановления суда апелляционной инстанции.

Суд апелляционной инстанции, откладывая судебное заседание, назначенное на 01.07.2024, предложил ФИО1 раскрыть перед судом перечень оказанных услуг со ссылкой на имеющиеся в материалах дела доказательства или иные, находящиеся в открытом доступе доказательства. Между тем к дате следующего судебного заседания – 09.08.2024 такие пояснения не поступили, а кредитором были направлены документы, которые суд апелляционной инстанции расценил как новые доказательства по спору.

Согласно части 2 статьи 268 АПК РФ дополнительные доказательства принимаются арбитражным судом апелляционной инстанции, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него, в том числе в случае, если судом первой инстанции было отклонено ходатайство об истребовании доказательств, и суд признает эти причины уважительными.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 29 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» при решении вопроса о возможности принятия новых доказательств, в том числе приложенных к апелляционной жалобе или отзыву на апелляционную жалобу, суд апелляционной инстанции определяет, была ли у лица, представившего доказательства, возможность их представления в суд первой инстанции или заявитель не представил их по независящим от него уважительным причинам.

Принимая во внимание, что на стадии апелляционного производства не было приведено уважительных причин невозможности представления дополнительных доказательств суду первой инстанции, учитывая, что новые

доказательства получены после вынесения обжалуемого определения, то есть действия по сбору доказательств совершены после вынесения судебного акта, что не свидетельствует об уважительности причин непредставления документов суду первой инстанции, суд апелляционной инстанции обоснованно отказал в их приобщении.

В рассматриваемом случае суд округа учитывает, что ФИО1, являясь непосредственным инициатором обособленного спора о включении в реестр требований кредиторов должника, занимая позицию в споре, что именно он оказывал юридические услуги, в том числе посредством привлечения субисполнителя, имел возможность, в том числе процессуальную, для сбора доказательств, подтверждающих факт исполнения договора с должником. Однако в ходе рассмотрения обособленного спора по существу ФИО1, будучи осведомленным о возражениях должника против заявленного требования, настаивавшего, что кредитором никакие услуги оказаны не были, отношения между Буйловой З.С. и должником, ввиду отсутствия у ФИО1 статуса адвоката, носили самостоятельный характер, не воспользовался процессуальным правом представления в материалы дела относимых и допустимых доказательств, подтверждающих надлежащее исполнение ФИО1 обязательств по договору оказания услуг, и не ходатайствовал перед судом о необходимости оказания процессуального содействия в сборе доказательств, а следовательно, в силу части 2 статьи 9 АПК РФ принял на себя риск несовершения соответствующих процессуальных действий.

Таким образом, суд апелляционной инстанции, отказывая в удовлетворении ходатайства ФИО1 о приобщении дополнительных доказательств, руководствовался статьями 159, 184, 185, частью 2 статьи 268 АПК РФ, установив отсутствие уважительных причин невозможности представления суду первой инстанции дополнительных доказательств, а также, что данные документы не были заблаговременно раскрыты перед другими участниками процесса.

Кроме того, ФИО1 в суд апелляционной инстанции каких-либо пояснений по обстоятельствам подписания и исполнения спорного договора оказания юридических услуг, в том числе относительно того, в чем заключался предмет договора, каким образом и с помощью каких ресурсов он был исполнен, в чем заключалась необходимость и целесообразность привлечения дополнительных ресурсов к его исполнению – не изложил, равно как и не представил каких-либо пояснений о невозможности их предоставления; вследствие подобной процессуальной пассивности инициатора обособленного спора суды первой и апелляционной инстанции, оперируя лишь теми доказательствами, которые были представлены в данный обособленный спор, пришли к выводу об отсутствии достаточных оснований для удовлетворения заявления.

В своей кассационной жалобе ФИО1 не указывает, каким именно документам, имеющимся в материалах дела, противоречат выводы судов о недоказанности реальности правоотношений между сторонами и

отсутствия оснований для включения требований ФИО1 в реестр требований кредиторов.

Переоценка же доказательств и выводов судов первой и апелляционной инстанций выходит за рамки компетенции и полномочий суда кассационной инстанции, установленных нормами статей 286 – 288 АПК РФ.

Таким образом, доводы заявителя кассационной жалобы судом округа отклоняются, как не свидетельствующие о наличии оснований для отмены обжалуемых судебных актов по смыслу статьи 286 АПК РФ и вместе с тем являвшиеся предметом исследования судов первой и апелляционной инстанций, получивших надлежащую правовую оценку.

На основании изложенного и принимая во внимание, что судами не допущено нарушения или неправильного применения норм материального и (или) процессуального права, при этом фактические обстоятельства спора установлены судами верно и в полном объеме, обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 05.04.2024 по делу № А07-358/2023 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.09.2024 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий Ю.В. Кудинова

Судьи Н.В. Шершон

О.Н. Новикова