Постановление от 25 декабря 2025 г. 10 ААС (Десятый арбитражный апелляционный суд)

ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, <...>, https://10aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-12740/2025

Дело № А41-98453/22
26 декабря 2025 года
г. Москва


Резолютивная часть постановления объявлена 23 декабря 2025 года

Постановление изготовлено в полном объеме 26 декабря 2025 года

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Терешина А.В.,

судей: Епифанцевой С.Ю., Высоцкой О.С.,

при ведении протокола судебного заседания ФИО1,

при участии в заседании:

от конкурсного управляющего ООО ПК «Вектор» - ФИО2 по доверенности от 26.09.2025,

от ФИО3 – ФИО4 по доверенности от 23.08.2023 (веб-конференция),

от ВТБ Лизинг (АО) – ФИО5 по доверенности от 02.03.2024,

иные лица, участвующие в деле, не явились, извещены надлежащим образом,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ООО ПК «Вектор» на определение Арбитражного суда Московской области от 08.07.2025 по делу № А41-98453/22,

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Московской области от 19 декабря 2022 года было возбуждено производство по делу о банкротстве ООО ПК "ВЕКТОР".

Решением Арбитражного суда Московской области от 18 октября 2023 года ООО ПК "ВЕКТОР" было признано банкротом, в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО6

Конкурсный управляющий ООО ПК «ВЕКТОР» обратился в Арбитражный суд Московской области с заявлением о признании сделки в отношении автомобиля <***> недействительной.

Конкурсный управляющий ООО ПК «ВЕКТОР» просит признать дополнительным соглашение № 2 к договору лизинга № АЛ 89441/03-19 КГН от 22.11.2019, заключенное между АО ВТБ Лизинг и ООО «ПК ВЕКТОР», ИНН <***>, от лица которого действовала директор ФИО7 и договор купли-продажи № АЛВ 89441/03-19 КГН от 13.11.2020, заключенный между АО ВТБ Лизинг и ФИО7

Применить последствия недействительности сделки в виде обязания:

ФИО3 (ИНН <***>, зарегистрированной по адресу: 641876, <...>),

ФИО8 (ИНН <***>, дата рождения: 22.07.1996 г., место рождения: дер. Макарова Шадринского р-на, Адрес: 641811, Курганская область, <...>), - ФИО9 (ИНН <***>, зарегистрированной по адресу: 641876, <...>)

ФИО10 (зарегистрированной по адресу: <...>) являющихся наследниками ФИО7 (ИНН <***>) возвратить в конкурсную массу ООО «ПК ВЕКТОР» Прицеп WIELTON NW-3 2019 г.в., ПТС № 77 РК 097697 выдан 15.11.2019 ООО «Вельтон», двигатель № отсутствует, цвет - серый, VIN <***> шасси № SUDNW3D0000092120, госномер АН064245, СТС 9918000306 от 18.12.2019.

Определением от 08.07.2025 Арбитражный суд Московской области в удовлетворении требований отказал.

Не согласившись с принятым судебным актом, конкурсный управляющий ООО ПК «Вектор» обратился в Десятый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит определение отменить, ссылаясь на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела.

Законность и обоснованность определения суда проверены апелляционным судом в соответствии со статьями 266 - 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав материалы дела и доводы апелляционной жалобы, заслушав представителей лиц, участвующих в судебном заседании, апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

Из материалов дела следует, что между АО ВТБ Лизинг, в качестве лизингодателя, и ООО ПК «ВЕКТОР» (должник), в качестве лизингополучателя, был заключен договор лизинга № АЛ 89441/03-19 КГН от 22.11.2019, в рамках которого лизингодатель приобрел в собственность и передал за плату на условиях, определенных договором лизинга, во временное владение и пользование лизингополучателя в финансовую аренду (лизинг) прицеп WELTON NW-3, VIN <***> (далее – «Предмет лизинга»).

Договор лизинга заключен в соответствии с Правилами лизинга автотранспортных средств от 27.05.2019 и является договором присоединения в силу ст. 428 ГК РФ (п. 1.1 Договора лизинга).

Предмет лизинга был передан во временное владение и пользование должника 06.12.2019.

02.11.2020 в адрес АО ВТБ Лизинг поступил запрос от ООО ПК «ВЕКТОР», оформленный в Личном кабинете клиента на официальном сайте лизингодателя, об оформлении договоров выкупа на Предмет лизинга на третье лицо: ФИО7.

06.11.2020 ФИО7 оплатил выкупную стоимость Предмета лизинга, установленную договором, что подтверждается платежным поручением № 952541 от 05.11.2020.

В последующем между АО ВТБ Лизинг и ООО ПК «ВЕКТОР» было заключено Дополнительное соглашение № 2 от 13.11.2020 к договору лизинга № АЛ 89441/03-19 КГН от 22.11.2019, в рамках которого ООО ПК «ВЕКТОР» обязалось возвратить АО ВТБ Лизинг Предмет лизинга для его последующей продажи третьему лицу, указанному самим лизингополучателем.

Вследствие уступки права выкупа, предмет договора лизинга был возвращён АО ВТБ Лизинг по Акту возврата от 13.11.2020.

На основании вышеуказанного ходатайства и в соответствии с п. 11.3 Правил лизинга, право собственности на Предмет лизинга было передано ФИО7 по выкупной стоимости, предусмотренной Договором лизинга, на основании договор купли - продажи № АЛВ 89441/03-19 КГН от 13.11.2020 (далее – «Договор выкупа»).

Обращаясь в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением, конкурсный управляющий указал, что договор купли – продажи и дополнительное соглашения являются недействительными сделками, заключенные со злоупотреблением правом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из отсутствия допустимых доказательств в их подтверждение.

Апелляционный суд считает выводы суда первой инстанции законными и обоснованными, доводы апелляционной жалобы подлежащими отклонению.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона N 127-ФЗ от 26.10.02 "О несостоятельности (банкротстве)" и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 63 от 23.12.10 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

В связи с этим по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

Как отмечалось ранее, обращаясь в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением, конкурсный управляющий ФИО6 указал, что соглашение является недействительной сделкой, заключенной со злоупотреблением правом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 63 от 23.12.10 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 6 названного Постановления закреплено, что согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 7 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 63 от 23.12.10 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Производство по делу о банкротстве ООО ПК "ВЕКТОР" было возбуждено определением Арбитражного суда Московской области от 19.12.2022, оспариваемые сделки заключены 13.11.2020, то есть в пределах периода подозрительности, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В отношении договора купли – продажи суд апелляционной инстанции отмечает следующее.

Тот факт, что ФИО7 в период с 07.04.15 по 09.07.19 являлся генеральным директором ООО ПК "ВЕКТОР", а в период с 07.04.15 по 19.06.19 - его единственным участником, о недействительности оспариваемого договора не свидетельствуют.

Конкурсным управляющим не представлено доказательств того, что на дату заключения оспариваемого договора ООО ПК "ВЕКТОР" обладало признаками банкротства или стало обладать такими признаками после заключения данной сделки.

Производство по делу о банкротстве ООО ПК "ВЕКТОР" было возбуждено спустя более двух лет с даты заключения оспариваемого договора в связи с неисполнением должником судебного приказа Арбитражного суда Московской области от 28 июля 2022 года по делу N А41-52112/22 о взыскании задолженности по договору на оказание юридических услуг N ЮРУС/01/03/2022 от 01.03.22.

Таким образом, нет оснований полагать, что оспариваемый договор был заключен в условиях неплатежеспособности должника или привел к возникновению у него признаков несостоятельности.

Согласно абзацу 32 статьи 2 Закона о банкротстве под вредом имущественным правам кредиторов понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий либо бездействия, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В силу пункта 1 статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Таким образом, целью продажи является передача собственного имущества за соразмерное встречное представление.

По рассматриваемому договору ООО ПК "ВЕКТОР" продало ФИО7 транспортное средство TOYOTA HIACE, VIN <***> за 100 000 рублей.

Согласно отметке в договоре деньги за проданное транспортное средство (номерной агрегат) Продавец получил полностью.

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий ссылается на то, что транспортное средство было отчуждено по заниженной цене.

Однако, в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каких-либо допустимых доказательств в подтверждение данного довода заявителем представлено не было.

Кроме того, Шадринским районным судом Курганской области принято решение от 02.06.2022г. по делу № 2-19/2022, которым по тому же предмету, по аналогичным основаниям разрешён спор о недействительности вышеуказанных сделок без применения норм законодательства о банкротстве, однако, с выводами исключающих возможность признания сделок недействительными по специальным основаниям.

В производстве Шадринского районного суда Курганской области находилось гражданское дело № 2-19/2022 по иску ООО ПК «Вектор» к ответчикам ФИО3, ФИО8, ФИО9, ФИО10 о признании сделок недействительными, в том числе сделки, рассматриваемой в настоящем споре.

ООО ПК «Вектор» обращалось в суд с иском к ФИО8, ФИО3, ФИО9, ФИО10, о признании недействительным соглашения.

Согласно решению Шадринского районного суда Курганской области от 02.06.2022г. по делу № 2-19/2022 в иске отказано, согласно апелляционному определению Курганского областного суда от 14.03.2023г., определению Седьмого кассационного суда общей юрисдикции, решение Шадринского районного суда Курганской области от 02.06.2022г. оставлено без изменения.

Истец - ООО ПК «Вектор» в обоснование иска указывал о причинении ему ущерба, поскольку транспортные средства отчуждены по цене значительно ниже рыночной, совершены не уполномоченными лицами в отсутствие согласия владельца имущества, просил возвратить транспортные средства в собственность ООО ПК «Вектор».

Иск был заявлен ООО ПК «Вектор» в лице директора ФИО8, который является ответчиком по настоящему делу.

Разрешая требования о признании недействительной сделки в отношении транспортного средства и с учетом всех обстоятельств дела, суд установил, что основания недействительности сделки, на которые ссылается Истец, отсутствуют.

В судебных актах указано, что обстоятельств, подтверждающих мнимость сделок судом не установлено. Материалами дела подтверждено, что обстоятельства покупателя по оплате спорных транспортных средств выполнены, заключенные договоры купли-продажи фактически исполнены, с момента приобретения транспортных средств ФИО7 реализовал все свои права собственника автомобилей, произведя за свой счёт обслуживание и ремонт.

Из представленных в дело доказательств в их совокупности следует, что продажа автомобилей ФИО7 не повлекла ущерб интересам общества и не отразилась на его деятельности» (стр.10, стр.13 апелляционного определения судебной коллегии Курганской областного суда от 14.03.2023г. по делу № 2-19/2022 № 33-672/2023).

Данные факты конкурсным управляющим должника не опровергнуты.

Кроме того, в отношении дополнительного соглашения суд апелляционной инстанции отмечает следующее.

Как отмечалось ранее, между АО ВТБ Лизинг, в качестве лизингодателя, и ООО ПК «ВЕКТОР» (должник), в качестве лизингополучателя, был заключен договор лизинга № АЛ 89441/03-19 КГН от, в рамках которого лизингодатель приобрел в собственность и передал за плату на условиях, определенных договором лизинга, во временное владение и пользование лизингополучателя в финансовую аренду (лизинг) прицеп WELTON NW-3, VIN <***> (далее – «Предмет лизинга»).

Договор лизинга заключен в соответствии с Правилами лизинга автотранспортных средств от 27.05.2019 и является договором присоединения в силу ст. 428 ГК РФ (п. 1.1 Договора лизинга).

Предмет лизинга был передан во временное владение и пользование должника 06.12.2019.

В силу ст. 608, 665 ГК РФ, ст. 11 ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)», п. 7.1. Правил лизинга предмет лизинга, переданный во временное владение и пользование лизингополучателю, является собственностью лизингодателя.

Согласно п. 2 постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 N 17 "Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга" по общему правилу в договоре выкупного лизинга имущественный интерес лизингодателя заключается в размещении и последующем возврате с прибылью денежных средств, а имущественный интерес лизингополучателя - в приобретении предмета лизинга в собственность за счет средств, предоставленных лизингодателем, и при его содействии.

Приобретение лизингодателем права собственности на предмет лизинга служит для него обеспечением обязательств лизингополучателя по уплате установленных договором платежей, а также гарантией возврата вложенного.

По смыслу ст. 329 ГК РФ упомянутое обеспечение прекращается при внесении лизингополучателем всех договорных платежей, в том числе в случаях, когда лизингодатель находится в процессе банкротства либо он уклоняется от оформления передаточного акта, договора купли-продажи и прочих документов.

Право на приобретение предмета лизинга в собственность возникает у лизингополучателя по окончании срока действия договора лизинга при условии внесения всех лизинговых платежей, а также уплаты выкупной цены (п. 11.3.1 Правил лизинга). В силу п. 2 ст. 615 ГК РФ арендатор вправе с согласия арендодателя передать свои права и обязанности по договору аренды другому лицу (перенаем).

Пунктом 11.4 Правил лизинга стороны установили, что с согласия лизингодателя предмет лизинга может быть продан третьему лицу, указанному лизингополучателем, по выкупной стоимости предмета лизинга.

Порядок выкупа в указанном случае осуществляется в соответствии с п. 11.3 Правил лизинга, путем заключения договора выкупа с третьим лицом.

Вопреки доводам заявителя, сделка по выкупу совершена между АО ВТБ Лизинг и ФИО7 на условиях договора лизинга, при этом АО ВТБ Лизинг не вправе в одностороннем порядке менять размер выкупной стоимости, установленной договором лизинга, поскольку это приведёт к неосновательному обогащению АО ВТБ Лизинг.

Таким образом, отсутствие доказательств наличия у оспариваемых договоров признаков недействительной сделки, установленных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, суд первой инстанции обоснованно отказал в удовлетворении заявленных требований.

Конкурсный управляющий также просил признать оспариваемые договоры недействительными применительно к положениями статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

В соответствии с пунктом 1 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам (п. 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)").

Констатация судом недействительности ничтожной сделки в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации возможна в исключительных случаях, когда установленные судом обстоятельства ее совершения говорят о заведомой противоправной цели совершения сделки обеими сторонами, об их намерении реализовать какой-либо противоправный интерес, направленный исключительно на нарушение прав и законных интересов иных лиц (применительно к делу о банкротстве прав иных кредиторов должника). Исключительная направленность сделки на нарушение прав и законных интересов других лиц должна быть в достаточной степени очевидной исходя из презумпции добросовестности поведения участников гражданского оборота.

Кроме того, апелляционный суд отмечает, что основания признания сделок недействительными в рамках дела о банкротстве закреплены в главе III.1 Закона о банкротстве.

При этом, исходя из разъяснений, данных в пункте 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 63 от 23.12.10 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" и пункте 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 32 от 30.04.09 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)", наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную по статьям 10 и 168 ГК РФ.

Между тем, данные разъяснения касаются сделок с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 10044/11 от 17.06.14 по делу N А32-26991/2009, Определения Верховного Суда Российской Федерации от 29.04.16 N 304-ЭС15-20061 по делу N А46-12910/2013, от 28.04.16 N 306-ЭС15-20034 по делу N А12-24106/2014).

Правонарушение, заключающееся в совершении сделки в отсутствие встречного представления или при неравноценном встречном исполнении в целях уклонения от исполнения существующих обязательств перед кредиторами является основанием для признания соответствующих действий недействительными по специальным правилам, предусмотренным статьей 61.2 Закона о банкротстве, а не по общим основаниям, содержащимся в Гражданском кодексе Российской Федерации.

В рассматриваемом случае конкурсный управляющий ФИО6, заявляя о признании оспариваемого договора недействительной сделкой по признакам, закрепленным в Гражданском кодексе Российской Федерации, не указал чем в условиях конкуренции норм о действительности сделки обстоятельства о выявленных нарушениях выходили за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Учитывая изложенное, оснований для признания оспариваемых договоров недействительной сделкой не имеется.

Доводов, опровергающих выводы суда первой инстанции по существу, апелляционная жалоба не содержит.

При изложенных обстоятельствах апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта, в связи с чем апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 223, 266, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 08.07.2025 по делу №А41-98453/22 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Московского округа в месячный срок со дня его принятия. Подача жалобы осуществляется через Арбитражный суд Московской области.


Председательствующий судья

А.В. Терешин

Судьи


С.Ю. ЕпифанцеваО.С. Высоцкая