Постановление от 24 ноября 2023 г. по делу № А40-117354/2023

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-65464/2023

Дело № А40-117354/23
г. Москва
24 ноября 2023 года
Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи П.А. Порывкина

рассмотрев апелляционную жалобу

ООО «НИИ ПТМ №17»

на решение Арбитражного суда г.Москвы от 17.08.2023г., принятое в порядке упрощенного производства по делу №А40-117354/23

по иску ООО "НИИ ПТМ №17" (ОГРН <***>, ИНН <***>)

к ответчику АО "Гипротрубопровод" (ОГРН <***>, ИНН <***>)

о взыскании суммы убытков в размере 331 781,56 руб.,


без вызова сторон,



У С Т А Н О В И Л:

ООО "НИИ ПТМ №17" обратилось в Арбитражный суд г.Москвы с исковым заявлением к АО "Гипротрубопровод" о взыскании на основании договора №ГТП-878-2021 от 12.11.2021г. и дополнительного соглашения от 12.11.2021г. суммы убытков в размере 331 781,56 руб.

Дело рассмотрено судом в порядке упрощенного производства в порядке главы 29 АПК РФ.

Решением Арбитражного суда г.Москвы от 17.08.2023г. в удовлетворении исковых требований отказано.

Не согласившись с решением суда, ООО «НИИ ПТМ №17» обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит отменить решение Арбитражного суда г.Москвы от 17.08.2023г.; взыскать с АО «Гипротрубопровод» в пользу ООО «НИИ ПТМ №17» 331 781,56 руб.

В жалобе заявитель указывает, что вывод суда об увеличении общего срока согласования Программы инженерных изысканий (Программа ИИ) в связи с наличием замечаний к Программе сделан без каких-либо доказательств, направление замечаний в адрес истца ничем не подтверждается. В качестве подтверждения наличия и исправления замечаний ответчик представил лишь односторонний документ с перечнем замечаний.

Как указывает заявитель, задержка в согласовании Программы ИИ была вызвана действиями самого ответчика, данный довод материалами дела не опровергнут.

Вывод суда о том, что оформление процедуры допуска на объект для выполнения работ могло осуществляться параллельно с процедурой согласования Программы Инженерных изысканий, не основан на материалах дела и противоречит фактическим обстоятельствам дела. Программа ИИ разрабатывается на основе исходных данных, получаемых от заказчика, и согласовывается с заказчиком после подписания договора. При этом договор был подписан 12.11.2021г. Получение 03.11.2021г. исходных данных от заказчика не означает возможность приступить к работам, так как требуется разработка Программы и ее согласование.

В соответствии с п.8.7 Договора, выполнение инженерных изысканий без Программы выполнения работ по инженерным изысканиям не допускается.

В соответствии с п.12 задания на выполнение работ, методы и технология проведения изысканий, виды и объемы работ должны быть установлены Программой работ, согласованной с заказчиком.

Таким образом, допуск на объект для непосредственного выполнения работ может быть произведен только при наличии согласованной Программы, которую ответчик согласовал 01.12.2021г., что автоматически делало невозможным выполнение работ в указанный в договоре срок выполнение этапа 3.1.1 - с 15.11.2023г. по 15.12.2021г. При этом допуск ответчик согласовал с 20.12.2021г., не заявляя каких-либо претензий по срокам.

Также суд не дал оценку доводам истца о том, что ответчиком необоснованно и неправомерно начислена неустойка по этапу 3.1.3 - «Рассмотрение и согласование Генподрядчиком технического отчета по результатам технического отчета по результатам карстологического исследования», представляющего собой приемку работ ответчиком.

Согласно обоснованию начальной максимальной цены (НМЦ) (приложение №5 к иску), стоимость этапа 3.1.3 «Рассмотрение и согласование Генподрядчиком технического отчета по результатам технического отчета по результатам карстологического исследования» не предусмотрена. Таким образом, этот этап является приемкой работ заказчиком, а не этапом выполнения работ субподрядчиком. За просрочку по данному этапу необоснованно начисление неустойки субподрядчику, так как работы уже сданы, при этом стоимость данного этапа отсутствует в договоре, ответчик уже насчитывает неустойку за этап 3.1.2 «Оформление и предоставление субподрядчиком генподрядчику технического отчета по результатам карстологического исследования», предусматривающий собственно выполнение работ субподрядчиком, т.е. ответчик насчитывает двойные пени за одно и тоже нарушение.

Ответчик насчитал пени за нарушение срока по этапу 3.1.2 календарного плана «Оформление и предоставление субподрядчиком генподрядчику технического отчета по результатам карстологического исследования» в размере 160 000 руб., а затем насчитывает пени в целом за этап 3 - за нарушение сроков предоставления результата ПИР - отчета по результатам карстологических исследований.

В соответствии с п.19.2 договора, в случае нарушения субподрядчиком установленных календарным планом сроков выполнения работ, в том числе сроков начала и окончания выполнения работ по этапам выполнения ПИР, нарушения сроков передачи результатов ПИР по накладным и оригиналов акта сдачи-приемки работ, генподрядчик вправе предъявить субподрядчику требование об уплате пени за каждый день просрочки в размере 0,3% от стоимости этапа работ, по которому допущено нарушение срока, но не более 20% от стоимости работ по этапу, указанному в календарном плане.

В соответствии с п.19.3 договора, в случае нарушения субподрядчиком установленных календарным планом сроков выполнения промежуточных этапов ПИР генподрядчик вправе предъявить субподрядчику требование об уплате пени в размере 5 000 рублей за каждый день просрочки. Ответчик насчитывает неустойки на основании п.19.2, п.19.3 договора за одно нарушение - просрочку передачи отчета по карстологическим исследованиям, что является необоснованным.

Таким образом, ответчик фактически применяет двойную меру ответственности за одно и то же событие - просрочку в сдаче технического отчета по результатам карстологических исследований, что является недопустимым.

Также заявитель указывает, что судом допущено нарушение процессуального права, которое выразилось в нерассмотрении ходатайства истца о снижении начисленной неустойки ответчиком на основании ст.333 ГК РФ. Согласно приведенному в возражениях на отзыв ответчика контррасчету, в случае удовлетворения судом заявления истца о снижении неустойки сумма, подлежащая взысканию с ответчика, составит 260 559,02 руб. - разницу между суммой, полученной по банковской гарантии и суммой уменьшенной неустойки.

Позиция заявителя, по его мнению, подтверждается судебной практикой.

АО «Гипротрубопровод» представило письменный отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит оставить решение суда первой инстанции без изменения, апелляционную жалобу ООО «НИИ ПТМ №17» без удовлетворения.

Проверив доводы апелляционной жалобы, изучив материалы дела, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения требований апелляционной жалобы и отмене решения суда первой инстанции.

Из материалов дела следует, что 12.11.2021г. между АО "Гипротрубопровод" и ООО "НИИ ПТМ №17" был заключен договор №ГТП-878-2021 и дополнительное соглашение на выполнение ПИР по договору субподряда №ГТП-878-2021 от 12.11.2021г. на выполнение проектно-изыскательских работ и оказание услуг по авторскому надзору на объектах системы ПАО "Транснефть".

В соответствии с п.2.2 договора, объем, стоимость, начальный и конечный сроки и иные условия выполнения ПИР (этапов ПИР) по каждому объекту стороны согласовывают в дополнительных соглашениях на выполнение ПИР по объекту. Дополнительное соглашение на выполнение ПИР заключается сторонами одновременно с заключением договора. Дополнительное соглашение на выполнение ПИР составляется по форме приложения №1 к договору.

На основании п.п.3 п.1 дополнительного соглашения, субподрядчик обязуется выполнить работы по инженерным изысканиям, а генподрядчик принять и оплатить результаты работ по следующему объекту: "Система подвижной радиосвязи на участке ПКУ 920 НП Дружба-ПКУ 1098. Строительство", стоимость работ по объекту составляет 1 658 907,86 руб.; начальный и конечный сроки выполнения работ по объекту - 15.11.2021г.- 15.02.2022г.

В соответствии с п.9.1 договора, результатом ПИР по инженерным изысканиям являются материалы инженерных изысканий.

На основании п.16.2 договора, субподрядчиком в качестве обеспечения исполнения обязательств по договору была предоставлена банковская гарантия ПАО АКБ "Металлинвестбанк" от 24.11.2021г. №559438-БГ/1.

В соответствии п.6 гарантии, обязательства гаранта перед бенефициаром ограничиваются суммой 539 624,82 руб., требование может быть заявлено до 31.01.2023г. включительно.

15.02.2022г. письмом №12 истец направил в адрес ответчика отчетную документацию.

Посчитав, что субподрядчиком допущена просрочка выполнения работ по этапам 3.1.2 и 3.1.3 календарного плана, ответчик предъявил истцу претензию №ГТП-101-03/21522 от 03.03.2022г. по уплате неустойки.

29.03.2022г. был подписан акт сдачи-приемки работ №2 без замечаний.

08.04.2022г. работы истца были оплачены ответчиком в полном объеме в сумме 1 658 907,86 руб.

06.06.2022г. ответчик направил истцу повторную претензию №ГТП-101-03/60918 об уплате неустойки.

Пени в общем размере 331 781,56 руб. были выплачены банком-гарантом 28.07.2022г.

Банк предъявил истцу требование о возмещении уплаченной суммы в адрес генподрядчика, которое оплачено истцом по п/п №186 от 10.08.2022г.

В силу ст.15 ГК РФ, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с п.1 ст.393 ГК РФ, должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

Возмещение убытков в соответствии со ст.ст.15, 393 ГК РФ является мерой гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств.

В соответствии с указанными нормами права заявитель, при обращении с требованием о возмещении убытков, должен доказать факты ненадлежащего исполнения ответчиком договорных обязательств, причинения ему убытков, причинную связь между допущенным ответчиком нарушением и возникшими убытками, а также размер убытков.

При этом для удовлетворения требований о взыскании убытков необходима доказанность всей совокупности указанных фактов. Недоказанность одного из необходимых оснований возмещения убытков исключает возможность удовлетворения требований (Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015г. №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016г. №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств»)

Согласно п.5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств»), по смыслу ст.ст.15 и 393 ГК РФ, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками.

Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (ст.404 ГК РФ).

При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение.

Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков. Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (п.2 ст.401 ГК РФ).

По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (п.2 ст.1064 ГК РФ).

Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

В соответствии со ст.309 ГК РФ, обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Односторонний отказ от исполнения обязательств, по общему правилу, не допускается (ст.310 ГК РФ).

В силу ст.702 ГК РФ, по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

В соответствии со ст.330 ГК РФ, неустойкой признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности, в случае просрочки его исполнения. Неустойка является одним из способов обеспечения исполнения обязательств, средством возмещения потерь кредитора, вызванных нарушением должником своих обязательств, но не должна служить средством дополнительного обогащения кредитора за счет должника.

Действующее гражданско-правовое регулирование института ответственности по общему правилу исходит из того, что лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство, несет ответственность при наличии вины (п.1 ст.401 ГК РФ).

Согласно п.5 Постановления Верховного Суда РФ от 24.03.2016г. №7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", вина должника в нарушении обязательства предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательства доказывается должником (п.2 ст.401 ГК РФ).

В силу п.3 ст.401 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств.

Доказательств, свидетельствующих об отсутствии его вины в просрочке исполнения обязательства, истцом в материалы дела не представлено.

Согласно п.1 ст.708 ГК РФ, в договоре подряда указываются начальный и конечный сроки выполнения работы. По согласованию между сторонами в договоре могут быть предусмотрены также сроки завершения отдельных этапов работы (промежуточные сроки). Если иное не установлено законом, иными правовыми актами или не предусмотрено договором, подрядчик несет ответственность за нарушение как начального и конечного, так и промежуточных сроков выполнения работы.

Как следует из материалов дела, в соответствии с п.4.1 договора, выполнение ПИР и оказание услуг по авторскому надзору, предусмотренных соответствующими дополнительными соглашениями по объекту/объектам, должно быть начато и завершено субподрядчиком в сроки, установленные календарным планом.

Как верно установлено судом первой инстанции, в нарушение данного пункта договора, работы по промежуточному этапу 3.1.2 календарного плана выполнены несвоевременно. Их окончание было запланировано на 15.01.2022г., фактически технический отчет по результатам карстологического исследования представлен в адрес генподрядчика 16.02.2022г., то есть срок выполнения работ нарушен на 32 дня.

В связи с просрочкой начала проведения работ по завершающему этапу 3.1.3 календарного плана, срок окончания работ в целом по этапу 3 календарного плана субподрядчиком также был нарушен - просрочка составила 42 дня, акт подписан 29.03.2022г.

Доводы истца о необоснованном начислении неустойки за просрочку выполнения работ по промежуточному этапу 3.1.2 календарного плана в связи с отсутствием просрочки со стороны субподрядчика и нарушением указанных сроков по причине неисполнения генподрядчиком встречных обязательств на предыдущем этапе 3.1.1, справедливо отклонены судом первой инстанции.

В соответствии с п.1 ст.330 ГК РФ, неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

В силу п.1 ст.329 ГК РФ, исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором.

Согласно материалов дела, субподрядчик в соответствии с требованиями нормативных правовых актов РФ и Регламентов Компании на основе задания на выполнение работ по инженерным изысканиям составляет и утверждает Программу выполнения работ по инженерным изысканиям (п.8.4 договора). Программа ИИ была согласована генподрядчиком 01.12.2021г. Таким образом, у субподрядчика отсутствовали препятствия для своевременного начала выполнения работ по этапу 3.1.1 календарного плана.

Суд первой инстанции обоснованно указал, что сроки согласования Программы ИИ генподрядчиком не нарушены, а увеличение общего срока согласования Программы ИИ связано с наличием замечаний к Программе ИИ и их устранением субподрядчиком.

Кроме того, в соответствии с ОР-13.100.00-КТН-030-12, оформление допуска для проведения работ на объекте могло осуществляться субподрядчиком параллельно с процедурой согласования Программы ИИ, что исполнено не было. При этом допуск был согласован и направлен 10.12.2021г., указанный период проведения работ с 20.12.2021г. Однако субподрядчик в запрашиваемый срок, 20.12.2021г., к выполнению работ на объекте не приступил, обратился с запросом о продлении допуска на проведение работ на объекте (письмо №1 от 11.01.2022г., письмо №4 от 17.01.2022г.)

Таким образом, как верно указано в решении суда, соблюдение срока выполнения работ по этапу 3.1.1 календарного плана полностью зависело от субподрядчика и не было связано с датой согласования программы ИИ и действиями генподрядчика.

Следствием нарушения сроков выполнения работ по этапу 3.1.1 календарного плана явилось нарушение срока выполнения работ по промежуточному этапу 3.1.2 календарного плана, а затем и по этапу 3.1.3, в связи с чем, ответчиком обоснованно начислена неустойка на сумму 331 781,56 руб.

Обращений субподрядчика о наличии препятствий для начала выполнения работ либо их приостановке в связи с длительным, по мнению истца, согласованием Программы ИИ, оформлением допуска на объект в адрес генподрядчика не поступало, соответствующие соглашения об изменении сроков выполнения работ по договору между сторонами не заключались.

При таких обстоятельствах вывод суда о том, что истцом не представлены доказательства, подтверждающие совокупность признаков, с наличием которых законодатель связывает взыскание убытков по ст.15 ГК РФ, является правильным.

Вопреки утверждениям заявителя в апелляционной жалобе, доводы истца о несоразмерности суммы неустойки были рассмотрены судом первой инстанции.

В силу п.75 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016г. №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», при оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения.

В соответствии с п.3 ст.1 ГК РФ, при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда РФ от 14.06.2016г. №52-КГ16-4, добросовестным поведением является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в ст.10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Как указал Президиум Высшего Арбитражного Суда РФ в постановлении от 01.07.2014г. №4231/14 по делу №А40-41623/2013, правила ст.10 ГК РФ не исключают квалификации судом в качестве злоупотребления правом требования о взыскании неустойки в той ее части, которая является очевидно чрезмерной, при установлении судом этого факта на основании возражений привлекаемого к ответственности лица.

В соответствии с п.1 ст.404 ГК РФ, если неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства произошло по вине обеих сторон, суд соответственно уменьшает размер ответственности должника. Суд также вправе уменьшить размер ответственности должника, если кредитор умышленно или по неосторожности содействовал увеличению размера убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением, либо не принял разумных мер к их уменьшению.

Правила п.1 настоящей статьи соответственно применяются и в случаях, когда должник в силу закона или договора несет ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства независимо от своей вины (п.2 ст.404 ГК РФ).

В силу абз.2 п.1 ст.401 ГК РФ, лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства.

Судом первой инстанции обоснованно установлено, что смещение сроков выполнения работ возникло по вине истца, по не зависящим от ответчика причинам.

Принимая во внимание изложенные обстоятельства дела, наличие в материалах дела доказательств выполнения ответчиком своих обязательств по спорному договору подряда, суд пришел к правильному выводу об отказе в удовлетворении исковых требований.

При изложенных обстоятельствах у суда апелляционной инстанции отсутствуют основания для отмены судебного акта по доводам, изложенным в апелляционной жалобе, из материалов дела следует, что суд первой инстанции принял обоснованное и правомерное решение.

Нарушений судом первой инстанции норм процессуального закона, которые могли бы повлечь отмену либо изменение решения суда, не установлено.

Таким образом, оснований, предусмотренных ст.270 АПК РФ, для изменения или отмены обжалуемого судебного акта по доводам апелляционной жалобы не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.266-269, 271, 272.1 Арбитражного процессуального кодекса РФ, Девятый арбитражный апелляционный суд



П О С Т А Н О В И Л:

Решение Арбитражного суда г.Москвы от 17.08.2023г. по делу №А40-117354/23 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ООО «НИИ ПТМ №17» - без удовлетворения.

Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме в Федеральном арбитражном суде Московского округа по основаниям, предусмотренным частью 3 статьи 288.2 АПК РФ.


Председательствующий судья: П.А. Порывкин


Телефон справочной службы суда – 8 (495) 987-28-00.