Решение от 29 января 2018 г. по делу № А40-186446/2017

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

Дело № А40-186446/17-75-2497
30 января 2018 г.
г. Москва


Резолютивная часть решения объявлена 23 января 2018 года

Полный текст решения изготовлен 30 января 2018 года

Арбитражный суд в составе судьи Нагорной А.Н.,

при ведении протокола судебного заседания секретарём судебного заседания ФИО1, с использованием средств аудиофиксации,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению (заявлению)

Публичного акционерного общества «Территориальная генерирующая компания № 1» (зарегистрированного по адресу: 198188, <...>, лит. Б; ОГРН: <***>; ИНН: <***>; дата регистрации: 25.03.2005 г.)

к Межрегиональной инспекции Федеральной налоговой службы по крупнейшим налогоплательщикам № 4 (зарегистрированной по адресу: 127381, Москва г., ул. Неглинная, д. 23/6, стр. 1; ОГРН: <***>, ИНН: <***>, дата регистрации: 22.12.2004 г.)

о признании недействительным решения от 23.06.2017 г. № 03-1-29/1/21 «О привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения» в части доначисления налога на имущество организаций за 2012-2014 г. в размере 90 188 963 руб., в том числе в 2012 г. на 40 628 108 руб., в 2013 г. на 27 338 754 руб., в 2014 г. на 22 222 102 руб., начисления соответствующих сумм пени и штрафа (с учетом уточнения заявленных требований от 30.10.2017 г. – т. 4 л.д. 15)

при участии представителей

от истца (заявителя) – ФИО2 по доверенности от 01.01.2018 г. № 318-2018,

от ответчика – ФИО3 по доверенности от 07.11.2017 г. № 04-13/14870, ФИО4 по доверенности от 26.10.2017 г. № 04-08/14239, ФИО5 по доверенности от 20.02.2017 г. № 04-13/02365,

УСТАНОВИЛ:

Публичное акционерное общество «Территориальная генерирующая компания № 1» (далее - заявитель, Общество, налогоплательщик, ПАО «ТГК-1») обратилось в арбитражный суд с заявлением к Межрегиональной инспекции Федеральной налоговой службы по крупнейшим налогоплательщикам № 4 (далее - ответчик, налоговый орган, Инспекция) о признании недействительным решения от 23.06.2017 г. № 03-1-29/1/21 «О привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения» в части доначисления налога на имущество организаций за 2012-2014 г. в размере 90 188 963 руб., в том числе в 2012 г. на 40 628 108 руб., в 2013 г. на 27 338 754 руб., в 2014 г. на 22 222 102 руб., начисления соответствующих сумм пени и штрафа (с учетом уточнения заявленных требований от 30.10.2017 г. – т. 4 л.д. 15).

В судебном заседании представитель заявителя поддержал требования по доводам заявления и дополнительных письменных пояснений с учетом уточнения заявленных требований; представитель ответчика возражал по доводам оспариваемого решения, отзыва на заявление и пояснений.

Заслушав представителей сторон, исследовав материалы дела, суд пришел к выводу о том, что требования Общества не подлежат удовлетворению исходя из следующего.

Из материалов дела следует, что Инспекцией в соответствии со статьей 89 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ) проведена выездная налоговая проверка Общества по всем налогам и сборам за период с 01.01.2012 по 31.12.2014.

По результатам рассмотрения материалов выездной налоговой проверки Инспекцией вынесено оспариваемое Решение, согласно которому заявитель привлечен к налоговой ответственности, предусмотренной статьей 122 НК РФ, в виде взыскания штрафа в общей сумме 2 659 623 рубля, Обществу начислены налоги в общей сумме 124 507 177 рублей и пени в общей сумме 24 275 525 рубля. Также Обществу уменьшены налог на добавленную стоимость (далее – НДС), неправомерно предъявленный к возмещению за 3 квартал 2012 года, на 6 527 525 рублей и убытки по налогу на прибыль организаций за 2012-2013 годы на 39 681 051 рубль.

Заявитель, частично не согласившись с Решением Инспекции, в порядке, установленном статьей 138 НК РФ, обратился с апелляционной жалобой в Федеральную налоговую службу, в которой просил отменить Решение в обжалуемой части.

Решением ФНС России от 17.10.2017 №СА-4-9/20907@ апелляционная жалоба налогоплательщика удовлетворена по эпизодам: о включении ПАО «ТГК-1» в нарушение статей 171, 172, 252 НК РФ в 2012 году в налоговые вычеты по НДС 6 527 525 рублей и в расходы по налогу на прибыль организаций затрат в размер 36 264 028 рублей по операциям приобретения мазута у ЗАО «ТД «Эллит» (пункты 2.1.3, 2.3.5 Решения); о неверном расчете Инспекцией пени по налогу на имущество организаций. Инспекции поручено произвести перерасчет пени.

Заявитель по настоящему делу оспаривает решение налогового органа в части доначисления налога на имущество организаций за 2012-2014 годы в размере 90 188 963 руб., в том числе в 2012 г. на 40 628 108 руб., в 2013 г. на 27 338 754 руб., в 2014 г. на 22 222 102 руб., начисления соответствующих сумм пени и штрафа.

Суд, отказывая в удовлетворении заявленных требований исходил из следующего.

Так, оспариваемым решением установлено, что ПАО «ТГК-1» в нарушение пункта 1 статьи 373, пункта 3 статьи 380, пункта 11 статьи 381 НК РФ в отношении ряда объектов основных средств неправомерно применена в 2012 году льгота по налогу на имущество организаций и в 2013-2014 годах пониженная ставка, в результате чего занижен налог на имущество организаций за 2012-2014 годы на 117 662 353 рубля.

Основанием для доначисления налога на имущество организаций послужил вывод Инспекции о том, что спорные объекты основных средств Общества не относятся к линиям энергопередачи и не являются их неотъемлемой технологической частью.

Заявитель указывает, что технологический процесс выработки, передачи и потребления электроэнергии является единым и одномоментным процессом. При этом основные средства электростанции участвуют, в том числе в процессах передачи электроэнергии.

Для реализации функции по подготовке энергии к передаче по сетям разных классов напряжения и выполнения иных обязанностей, неразрывно связанных с передачей энергии, Общество должно располагать комплексом объектов основных средств, позволяющих трансформировать и распределять энергию.

Заявитель отмечает, что обязательным условием для отнесения имущества к льготируемым объектам является наличие технологической связи между энергооборудованием и линиями энергопередачи, а не физическое (территориальное) расположение данных объектов.

В соответствии с технологическим предназначением линии энергопередачи могут быть разделены на линии электропередачи и линии передачи тепловой энергии.

Вырабатываемая генератором электроэнергия поступает на сборные шины и затем распределяется между собственными нуждами, нагрузкой генераторного напряжения и энергосистемой, то есть процесс производства электроэнергии заканчивается на стадии поступления ее на сборные шины генераторного напряжения. Далее начинаются процессы распределения и передачи электроэнергии.

Следовательно, под линией передачи электроэнергии понимается совокупность основных средств, составляющих единый технологический комплекс, обеспечивающих передачу электроэнергии от сборных шин генераторного напряжения по линиям электропередач до приемных устройств потребителей электроэнергии.

«Тепловая сеть» - совокупность устройств (включая центральные тепловые пункты, насосные станции), предназначенных для передачи тепловой энергии, теплоносителя от источников тепловой энергии до теплопотребляющих установок.

Таким образом, под линией передачи тепловой энергии понимается совокупность основных средств, составляющих единый технологический комплекс, обеспечивающих передачу (прием, преобразование и доставку) тепловой энергии теплоносителя от источников тепловой энергий до теплопотребляющих установок.

Понятия «электрическая цепь» и «цепь передачи тепловой энергии» подразумевают совокупность устройств и объектов, образующих путь для движения электрического тока и тепловой энергии.

В заявлении Общество приводит пояснения относительно оснований принятия спорных объектов основных средств в состав льготируемого/облагаемого по пониженной ставке имущества.

Так, например, Общество указывает, что главные корпуса различных ТЭЦ, имеющие код ОКОФ 11 4521111 – «теплоэлектроцентраль промышленно-отопительная» являются зданиями теплоэлектроцентрали промышленно-отопительной (ТЭЦ) и входят в подкласс «Здания электрических и тепловых сетей» (11 4521012), которые включены в состав имущества, относящегося к линиям энергопередачи, а также сооружениям, являющимся их неотъемлемой частью.

Назначение главного корпуса - размещение специального оборудования электрических и тепловых сетей (аккумуляторные батареи, щиты управления, трансформаторы, генераторы, турбоагрегаты, сетевые насосы, насосы аварийной подпитки теплосети, запорная и регулирующая арматура и т.п.), которое участвует в процессе производства и передачи тепловой и электрической энергии потребителю.

Данный объект, представляющий собой инженерное сооружение для размещения элементов электрических и тепловых сетей, является сложным, единым и неделимым объектом, а также неотъемлемой технологической частью линий энергопередачи.

Налогоплательщик также указывает, что Обществом в налоговый орган было направлено экспертное заключение ФГБОУ ВПО – Ивановский государственный энергетический университет им. Ленина (далее – ИГЭУ) по вопросам относимости спорных объектов к льготируемому имуществу.

Представленные Обществом возражения были частично приняты Инспекцией, в том числе в отношении ряда зданий водогрейных котельных.

При этом налоговый орган оставил без удовлетворения возражения Общества по аналогичным объектам ЦТЭЦ и ТЭЦ-5.

Заявитель указывает, что позиция Инспекции в части признания права на льготу должна быть единой, последовательной и непротиворечивой, в связи с чем, налоговый орган был обязан принять доводы Общества по всем зданиям водогрейных котельных, вне зависимости от наименований данных объектов, принятых для целей бухгалтерского учета.

Также заявитель указывает, что Инспекцией было вынесено постановление от 19.04.2017 № 5 о назначении технической экспертизы спорных объектов. В качестве экспертной организации Инспекцией было выбрано Содружество экспертов Московской государственной юридической академии им. О.Е. Кутафина (далее – СОДЭКС) в лице экспертов ФИО6 и ФИО7

По результатам проведенной экспертизы экспертами было составлено заключение от 19.05.2017 № 74-17.

Заявитель указывает, что им был заявлен отвод экспертной организации и вышеуказанным экспертам, но ему было необоснованно отказано в отводе экспертной организации.

В отношении заключения от 19.05.2017 № 74-17 заявитель отмечает, что в мотивировочной части заключения отсутствует исследование функционального использования объектов, являющихся предметом технической экспертизы, на предмет установления их относимости к линиям энергопередачи либо имуществу, являющемуся их неотъемлемой технологической частью. Также в заключении в графе «функциональное назначение» таблицы 2 экспертами дано описание исследуемых объектов, не позволяющее установить их относимость/не относимость к линиям энергопередачи.

В частности, при оценке главных корпусов Общества экспертами не учтено, что данные объекты, имеющие код ОКОФ 11 4521111, являются зданиями ТЭЦ и входят в подкласс «Здания электрических и тепловых сетей» (11 4521012), которые включены в состав имущества, относящегося к линиям энергопередачи.

Экспертами также не принято во внимание, что помимо оборудования, являющегося источником тепловой и электрической энергии, в главных корпусах размещено специальное оборудование электрических и тепловых сетей, выполняющее передающую функцию.

Таким образом, заявитель считает, что заключение экспертов от 19.05.2017 № 74-17 не является результатом проведенной технической экспертизы спорных объектов.

Обществом с целью получения объективного экспертного суждения было привлечено профильное экспертное учреждение – ИГЭУ, которое по результатам проведенной экспертизы представило положительное заключение об отнесении части спорных объектов к линиям энергопередачи либо сооружениям, являющимся их неотъемлемой технологической частью, а также об участии данных объектов в процессе передачи электрической и тепловой энергии.

Также Общество указало, что Инспекцией неверно рассчитаны пени по налогу на имущество организаций.

Так, по филиалу «Кольский» Инспекцией пени за 2016 год начислены дважды (за период с 09.11.2015 по 31.12.2016 и за период с 01.01.2016 по 31.12.2016), а также при расчете пени с 08.08.2016 по 18.09.2016 неверно применена ставка пени в размере 0,0367, которая в данный период составляла 0,035.

А при расчете пени по филиалу «Невский» налоговым органом не была учтена переплата в сумме 8 257 130 рублей.

Доводы заявителя являются несостоятельными ввиду следующего.

Так, пунктом 1 статьи 374 НК РФ предусмотрено, что объектами обложения налогом на имущество организаций для российских организаций признается движимое и недвижимое имущество (в том числе имущество, переданное во временное владение, в пользование, распоряжение, доверительное управление, внесенное в совместную деятельность или полученное по концессионному соглашению), учитываемое на балансе в качестве объектов основных средств в порядке, установленном для ведения бухгалтерского учета, если иное не предусмотрено статьями 378 и 378.1 НК РФ.

В соответствии с пунктом 11 статьи 381 НК РФ (в редакции, действовавшей в 2012 году) освобождаются от обложения налогом на имущество организаций организации - в отношении железнодорожных путей общего пользования, федеральных автомобильных дорог общего пользования, магистральных трубопроводов, линий энергопередачи, а также сооружений, являющихся неотъемлемой технологической частью указанных объектов. Перечень имущества, относящегося к указанным объектам, утверждается Правительством Российской Федерации.

Согласно пункту 3 статьи 380 НК РФ налоговые ставки, определяемые законами субъектов Российской Федерации в отношении железнодорожных путей общего пользования, магистральных трубопроводов, линий энергопередачи, а также сооружений, являющихся неотъемлемой технологической частью указанных объектов, не могут превышать в 2013 году 0,4 %, в 2014 году 0,7 %. Перечень имущества, относящегося к указанным объектам, утверждается Правительством Российской Федерации.

Перечень имущества, относящегося к железнодорожным путям общего пользования, федеральным автомобильным дорогам общего пользования, магистральным трубопроводам, линиям электропередачи, а также сооружений, являющихся неотъемлемой технологической частью указанных объектов (далее – Перечень), утвержден Постановлением Правительства Российской Федерации от 30.09.2004 № 504.

В Перечне в разделе «Имущество, относящееся к линиям энергопередачи, а также сооружения, являющиеся их неотъемлемой технологической частью» приведены коды ОКОФ и наименования данного имущества и сооружений.

Обществом в 2012 году применялась льгота по налогу на имущество организаций, а в 2013-2014 годах пониженная ставка в отношении следующих объектов основных средств, которые налогоплательщик относил к линиям энергопередачи либо сооружениям, являющимся их неотъемлемой технологической частью: здания главных корпусов ТЭЦ, здания дозаторное и электролизной установки, котлоагрегаты, дымовые трубы энергетических и водогрейных котлов, турбогенераторы и турбоагрегаты, здания котельных, котлы паровые, котельные установки, генераторы, котлы-утилизаторы и т.п.

Инспекцией на основании представленных Обществом документов, в том числе технической документации (технических паспортов, инструкций, деклараций безопасности и иных документов) было установлено, что спорные объекты основных средств необходимы для производства электрической и тепловой энергии и не имеют отношения к имуществу, относящемуся к линиям энергопередачи, а также сооружениям, являющимся их неотъемлемой технологической частью.

Таким образом, установлено, что функциональным назначением, а также фактическим использованием спорного имущества ПАО «ТГК-1» является выработка энергии, а не ее передача.

Кроме того, установлено, что часть спорных объектов основных средств не поименована в Перечне, коды ОКОФ, соответствующие данным объектам, в Перечне отсутствуют.

По вопросу использования спорных объектов, по которым заявлена льгота и пониженная ставка при исчислении налога на имущество организаций, необходимо отметить следующее.

Так, согласно выписке из ЕГРЮЛ основным видом деятельности ПАО «ТГК-1» является производство электроэнергии (35.11).

В соответствии с информацией, размещенной на официальном сайте налогоплательщика www.tgk1.ru, «ПАО «ТГК-1» - ведущий производитель электрической и тепловой энергии в Северо-Западном регионе России».

Согласно с Основными направлениями реформирования электроэнергетики Российской Федерации, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 11.07.2001 №526 «О реформировании электроэнергетики Российской Федерации» предусмотрено обособление различных видов деятельности в энергетической сфере: генерации (производства энергии), оказания услуг по передаче энергии, сбыта энергии, оперативно-диспетчерского управления, а также определено понятие «производство энергии (генерация) и «передача электрической энергии (мощности)».

Производство энергии (генерация) - коммерческая деятельность организаций независимо от организационно-правовой формы по производству и продаже (поставке) электрической энергии (мощности) и (или) тепловой энергии (мощности) на оптовый или розничные рынки для дальнейшего преобразования, передачи, распределения и продажи (поставки) потребителям.

Передача электрической энергии (мощности) - оказание коммерческим организациям независимо от организационно-правовой формы - субъектам оптового рынка электроэнергии (мощности) услуг по передаче электроэнергии (мощности) по магистральным линиям электропередачи.

Кроме того, согласно статье 3 Федерального закона № 35-ФЗ от 26.03.2003 «Об электроэнергетике» субъектами электроэнергетики являются лица, осуществляющие деятельность в сфере электроэнергетики, в том числе: Производство электрической, тепловой энергии и мощности; Приобретение и продажа электрической энергии и мощности, энергоснабжение потребителей; Оказание услуг по передаче электрической энергии; Оперативно-диспетчерское управление в электроэнергетике; Сбыт электрической энергии (мощности), организация купли-продажи электрической энергии и мощности.

В соответствии со статьей 6 Федерального закона «Об особенностях функционирования электроэнергетики и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации и признании утратившими силу некоторых законодательных актов Российской Федерации в связи с принятием Федерального закона «Об электроэнергетике» от 26.03.2003 № 35-ФЗ предусмотрено, что юридическим лицам, индивидуальным предпринимателям, а также аффилированным лицам в границах одной ценовой зоны оптового рынка запрещается совмещать деятельность по передаче электрической энергии и (или) оперативно-диспетчерскому управлению в электроэнергетике с деятельностью по производству и (или) купле-продаже электрической энергии.

Таким образом, в целях выполнения воли законодателя о разграничении монопольных и конкурентных видов деятельности в энергетике, генерация выделилась в отдельное юридическое лицо (ПАО «ТГК-1»).

Основной вид деятельности ПАО «ТГК-1» - выработка электрической энергии.

Все спорные объекты основных средств Заявителя, вопреки позиции ПАО «ТГК-1», входят в состав энергетических производственно – технологических комплексов.

В соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, Градостроительным кодексом Российской Федерации, Федеральным законом «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» от 21 июля 1999г. № 122-ФЗ, Правилами ведения единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним, утвержденными Постановлением Правительства Российской Федерации от 18 февраля 1998 г. № 219, а также Приказом Госстроя РФ от 17.11.2000 № 261 «Об утверждении Методических указаний по составлению технической документации энергетических производственно-технологических комплексов ГЭС и ТЭС (гидроэлектростанций и тепловых электрических станций) для целей государственной регистрации прав на недвижимое имущество», к энергетическим производственно - технологическим комплексам (в дальнейшем - ЭПТК) относятся: гидроэлектростанции (ГЭС); приливные электростанции; гидроаккумулирующие электростанции; государственные районные электростанции (ГРЭС); тепловые электростанции (ТЭС, ГТЭС); теплоэлектроцентрали (ТЭЦ).

В соответствии с Приказом Госстроя РФ от 17.11.2000 № 261 «Об утверждении Методических указаний по составлению технической документации энергетических производственно-технологических комплексов ГЭС и ТЭС (гидроэлектростанций и тепловых электрических станций) для целей государственной регистрации прав на недвижимое имущество», энергетические производственно - технологические комплексы ГЭС и ТЭС являются основной частью имущественного комплекса и означают сложную вещь, состоящую из зданий и сооружений (разнородных вещей), функционально и технологически связанных, образующих единое целое и предназначенных для производства (выработки) электрической энергии за счет использования механической энергии воды или в результате преобразования тепловой энергии, выделяющейся при сжигании органического топлива.

В силу ст. 134 ГК РФ, если разнородные вещи образуют единое целое, предполагающее использование их по общему назначению, они рассматриваются как одна вещь (сложная вещь).

В соответствии со статьей 135 ГК РФ, вещь, предназначенная для обслуживания другой, главной, вещи и связанная с ней общим назначением (принадлежность), следует судьбе главной вещи.

В данном деле является очевидным тот факт, что все спорные объекты располагаются на электростанциях и являются их неотъемлемой технологической частью, включая и подстанции.

Документами, подтверждающими правомерность позиции налогового органа, являются, например, Паспорт на производственное здание главный корпус ТЭЦ-14, Паспорт на производственное здание главный корпус 1 очереди ТЭЦ-15.

Следует отметить, что конструктивная связь объектов генерации с линиями энергопередачи не влияет на их функциональную способность вырабатывать энергию (тепловою или электрическую), поскольку при отключении от линий энергопередачи или замене их на другие, способность генерации вырабатывать энергию не будет утрачена.

Таким образом, спорные основные средства не могут одновременно являться неотъемлемой технологической частью линий энергопередачи и неотъемлемой технологической частью объектов генерации, поскольку это приведёт к правовой неопределенности статуса объектов недвижимости.

При этом, все элементы имущества ПАО «ТГК-1» имеют определенный правовой режим и специфическое правовое регулирование, которое определяет спорные объекты основных средств, как элементы производственно - технологического комплекса, предназначенные для выработки электроэнергии, что в свою очередь, соответствует их разрешенному виду использования в соответствии с видом деятельности самого налогоплательщика.

Таким образом, анализ действующего законодательства в сфере электроэнергетики показывает, что все спорное оборудование участвует в генерации энергии и в ее поддержании, а также в регулировании необходимых параметров.

С целью получения дополнительных доказательств для подтверждения фактов совершения Обществом нарушений законодательства о налогах и сборах или отсутствия таковых Инспекцией в ходе дополнительных мероприятий налогового контроля на основании статьи 95 НК РФ вынесено постановление от 19.04.2017 № 5 о назначении технической экспертизы в отношении спорных объектов, согласно которому проведение экспертизы поручено экспертам СОДЭКС ФИО6 и ФИО7

По результатам проведенной экспертизы экспертами подготовлено заключение от 19.05.2017 № 74-17, в котором сделан вывод о том, что спорные объекты основных средств не относятся к линиям энергопередачи либо сооружениям, являющимся их неотъемлемой технологической частью, поскольку входят в состав объектов электроэнергетики и участвуют в процессах производства (генерации) электрической и тепловой энергии.

На основании изложенного является обоснованным вывод о неправомерном применении Обществом в 2012 году льготы по налогу на имущество организаций, а также в 2013-2014 годах пониженной ставки в отношении спорных объектов основных средств.

В отношении доводов Общества о неправомерности выводов экспертов, изложенных в заключении от 19.05.2017 № 74-17, а также об отказе Обществу в отводе экспертов СОДЭКС ФИО6 и ФИО7 суд отмечает следующее.

Так, в соответствии с пунктом 1 статьи 95 НК РФ в необходимых случаях для участия в проведении конкретных действий по осуществлению налогового контроля, в том числе при проведении выездных налоговых проверок, на договорной основе может быть привлечен эксперт.

Экспертиза назначается в случае, если для разъяснения возникающих вопросов требуются специальные познания в науке, искусстве, технике или ремесле.

Пунктом 7 статьи 95 НК РФ предусмотрены права проверяемого лица при назначении и производстве экспертизы, в том числе право заявить отвод эксперту.

В пункте 8 статьи 95 НК РФ указано, что эксперт дает заключение в письменной форме от своего имени. В заключении эксперта излагаются проведенные им исследования, сделанные в результате их выводы и обоснованные ответы на поставленные вопросы. Если эксперт при производстве экспертизы установит имеющие значение для дела обстоятельства, по поводу которых ему не были поставлены вопросы, он вправе включить выводы об этих обстоятельствах в свое заключение.

Согласно представленным СОДЭКС сведениям и документам ФИО7 имеет высшее техническое образование в области теплоэнергетики, что подтверждается дипломом от 30.06.2011 рег. № 35080 ГОУ ВПО «Московский энергетический институт (технический университет)», которым ей присуждена степень бакалавра техники и технологии по направлению «Теплоэнергетика», и дипломом от 28.02.2013 рег. № 193830 ФГБОУ ВПО «Национальный исследовательский университет «МЭИ», которым ей присуждена квалификация инженер по специальности «Энергетика теплотехнологии».

Эксперт ФИО7 также имеет диплом от 01.07.2014 рег. № 314 ФГБОУ ВПО «Московский государственный технический университет им. Н.Э. Баумана» по специальности «Судебная экспертиза», квалификация – судебный эксперт и диплом о профессиональной переподготовке от 29.12.2015 рег. № 112/МД-29, согласно которому она прошла профессиональную переподготовку в ФГБОУ ВО «Российский экономический университет им. Г.В. Плеханова» по программе «Профессиональная оценка и экспертиза объектов и прав собственности».

ФИО6 имеет высшее техническое образование (МГАХТ им. М.В. Ломоносова, диплом от 29.06.1994, специальность «Физико-химические исследования металлургических процессов», квалификация – инженер физик-химик) и высшее специальное образование (МГТУ им. Н.Э. Баумана, диплом от 06.02.2012, специальность «Судебная экспертиза», квалификация – судебный эксперт, специализация – инженерно-технические экспертизы). Стаж экспертной работы в области инженерно-технических экспертиз и оценки с 2001 года.

Таким образом, привлеченные эксперты в полной мере обладают техническими знаниями, необходимыми при проведении экспертизы, и их квалификация соответствует вопросам, поставленным при проведении технической экспертизы, в связи с чем, у налогового органа отсутствовали основания для удовлетворения заявления Общества об отводе экспертов.

Вышеуказанным экспертам разъяснены их права и обязанности, предусмотренные статьей 25.9 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, а также эксперты предупреждены об административной ответственности по статье 17.9 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях за дачу заведомо ложного заключения.

В распоряжение экспертов была предоставлена вся необходимая техническая документация, позволяющая сделать вывод о функциональном назначении и техническом использовании спорных объектов основных средств.

Поскольку техническая экспертиза проводилась независимыми экспертами, исходя из их специальных познаний в данной области, на основании соответствующей технической документации, следовательно, отсутствуют основания для сомнений в результатах экспертизы и, соответственно, признания выводов экспертов неправомерными.

Следует отметить, что заключения ТЕХЭКО принимаются судами в качестве доказательств.

Так, в постановлении Десятого арбитражного апелляционного суда от 27.12.2016 по делу № А41-22674/15 (в кассационном порядке не обжаловалось) установлено следующее: «суд апелляционной инстанции полагает экспертное заключение Российского экологического фонда «ТЕХЭКО» надлежащим доказательством по делу, поскольку, как правильно установил суд первой инстанции, указанное заключение получено Инспекцией в рамках мероприятий налогового контроля при соблюдении прав налогоплательщика. Нарушение норм НК РФ при назначении и получении результатов приведенного экспертного заключения судом не установлено.

Исходя из изложенного, выводы экспертного заключения Российского экологического фонда «ТЕХЭКО» могут быть использованы в целях выяснения вопроса о принадлежности спорного имущества к линиям энергопередачи и сооружениям, являющимся их неотъемлемой частью апелляционный суд отмечает следующее.

Апелляционный суд полагает имеющееся в материалах настоящего дела экспертное заключение ОАО «Энергетический институт им. Г.М. Кржижановского» ненадлежащим доказательством, так как экспертами не исследованы и соответственно не отражены в заключении функции, назначение, расположение, принадлежность ряда спорных объектов, что ставит под сомнение обоснованность выводов заключения. Кроме того, экспертами не исследовалось являются ли спорные объекты объектами, относящимися именно к магистральным тепловым сетям, тогда как без разрешения указанного вопроса невозможно прийти к обоснованному выводу об их относимости к линиям энергопередачи».

В отношении представленного Обществом экспертного заключения следует отметить, что данное заключение представляет собой частное субъективное мнение отдельных лиц, которое не может опровергать выводов, сделанных экспертами СОДЭКС.

Экспертное заключение от 10.05.2017, подготовленное ФГБОУ ВО «Ивановский государственный энергетический университет имени В.И. Ленина» (далее - заключение ИГЭУ) противоречит как принципиальным процессуальным требованиям к производству и оформлению результатов экспертизы, так и материальным требованиям к проведению экспертизы обоснованности включения зданий ТЭЦ ПАО «ТГК-1» в перечень имущества, относящегося к линиям энергопередачи. Это делает заключение экспертов недопустимым доказательством по делу, содержание которого опровергается фактическими обстоятельствами и иными доказательствами, имеющимися в деле.

Так, заключение эксперта составлено с процессуальными нарушениями, не позволяющими признать его допустимым доказательством по делу.

Как доказательство, заключение эксперта исследуется наряду с другими доказательствами по делу (п. 3 ст. 86 АПК РФ). С точки зрения закона никакие доказательства (включая и экспертное заключение) не имеют заранее установленной силы, не обладают преимуществом перед другими доказательствами (п.5 ст. 71 АПК РФ).

Процессуальная форма проведения судебной экспертизы выступает в качестве гарантии получения достоверного доказательства - заключения эксперта. Требования к форме и содержанию заключения эксперта установлены Федеральным законом от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» (далее - Закон №73-Ф3). Указанные требования можно разделить на две основные группы: с одной стороны, это требования, направленные на обеспечение высокого научного уровня экспертизы, с другой - к обеспечению объективности и беспристрастности эксперта. Несоблюдение экспертом этих требований делает заключение по итогам экспертизы недопустимым доказательством по делу.

Так, у экспертов не была отобрана подписка о предупреждении об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения перед производством экспертизы.

В соответствии со ст.25 Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» в заключении эксперта или комиссии экспертов должно быть отражено предупреждение эксперта в соответствии с законодательством Российской Федерации об ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Согласно п. 5 ст. 55 АПК РФ за дачу заведомо ложного заключения эксперт несет уголовную ответственность, о чем он предупреждается арбитражным судом и дает подписку. Такая подписка направляется в суд вместе с заключением эксперта (ст. 14 закона № 73-ФЗ).

Однако отметка в Заключении о предупреждении экспертов об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения сделана не была.

Данное обстоятельство имеет важные процессуальные последствия - оно исключает возможность привлечения экспертов к уголовной ответственности, установленной ст. 307 УК РФ, в случае составления заведомо ложного заключения.

Таким образом, заключение эксперта не соответствует требованиям пункта 4 части 2 статьи 86 АПК РФ и является недопустимым доказательством по делу.

Кроме того, в Заключении ИГЭУ не указаны методы, примененные при производстве экспертизы.

Применяемые методики должны соответствовать современному уровню научных знаний в данной области, методическим рекомендациям, обобщенной экспертной тактике, изложенной в методической и специальной литературе Министерства юстиции РФ и других министерств, ведомств и организаций. Приступив к производству экспертизы, эксперт должен применять рекомендованные экспертные методики и имеющиеся в его распоряжении технические средства для полного, объективного и научно обоснованного решения поставленных перед ним вопросов. Сведения о примененных методиках, которыми эксперт руководствовался при разрешении поставленных вопросов, обязательно указываются в исследовательской части заключения.

Процессуальный закон не регулирует и не может регулировать внутреннюю сторону проведения экспертизы - ее научную методику, конкретные способы и пути исследования. Однако, несомненно, что любая судебная экспертиза должна проводиться на научной основе, на уровне существующих достижений науки и техники в данной области, а эксперт - обладать определенным уровнем квалификации (компетентности).

В нарушение требований статьи 25 Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» в Заключении по результатам судебной экспертизы не указаны примененные в ходе выполнения поставленной задачи методы. Более того, в экспертном заключении нет указания на вид исследования, то есть является ли данная экспертиза технической, или какой-либо другой.

Таким образом, Заключение экспертов не содержит положений, дающих возможность проверить обоснованность и достоверность сделанных выводов на базе общепринятых научных и практических данных.

В статье 25 Закона №73-Ф3 определен документ, составляемый экспертом по результатам проведенных исследований - Заключение эксперта и требования к его составлению.

Представленное Обществом Заключение ИГЭУ не отвечает требованиям статьи 25 закона №73-Ф3, поскольку поименовано как Экспертное заключение либо Реферат со списком исполнителей и руководителя.

Налоговый орган указал, что не был извещен о производстве экспертизы, в связи с чем, обществом и экспертами были нарушены права налогового органа: заявить отвод эксперту; просить о назначении эксперта из числа указанных им лиц; представить дополнительные вопросы для получения по ним заключения эксперта; присутствовать при производстве экспертизы и давать объяснения эксперту. Обратного заявителем суду не представлено.

Исследование проведено не в полном объеме, поскольку вся описательная часть Заключения экспертов построена исключительно на исследовании оборудования, расположенного в спорных объектах, тогда как предметом настоящего спора являлись самостоятельные объекты учета - здания.

Так, в постановлении Девятого Арбитражного апелляционного суда от 27.07.2017 по делу №А40-1740/17 (оставлено без изменения Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 05.10.2017) судом сделан вывод, что спорные объекты являются самостоятельными объектами учета, на которые имеется техническая документация, свидетельствующая об их производственном и функциональном назначении, в связи с чем, техническая документация по иным объектам, не может являться доказательством обоснованности применения налоговой льготы и пониженной ставки при исчислении налога на имущество организаций по спорным объектам.

Таким образом, выбранный экспертами метод проведения исследования на основании установления функционального назначения оборудования, расположенного в спорных объектах, является необоснованным ни с точки зрения действующего законодательства в сфере электроэнергетики, ни с точки зрения судебной практики.

Исследование проведено только на основе технического назначения оборудования, а не в зависимости от вида деятельности, о чем сообщили эксперты в разделе 7.1 Заключения.

Все элементы имущества имеют определенный правовой режим и специфическое правовое регулирование, которое определяет спорные объекты основных средств, как элементы производственно - технологического комплекса, предназначенные для выработки электроэнергии, что в свою очередь, соответствует их разрешенному виду использования в соответствии с видом деятельности самогоналогоплательщика.

В связи с вышеизложенным, между электрической частью электростанций, потребителей электрической энергии и электрическими сетями, между тепломеханической частью ТЭС и тепловыми сетями имеется четкое технологическое и организационное разграничение.

Это разграничение устанавливается при технологическом подключении потребителей и производителей электрической и тепловой энергии к сетям и фиксируется в актах разграничения балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности сторон - сетевых организаций и производителей и потребителей электрической и тепловой энергии.

На границе балансовой принадлежности осуществляется передача в сети электрической (или тепловой) энергии заданного качества и требуемого количества с необходимым учетом и фиксацией.

Так, например, в соответствии с п.5.3 СТО 70238424.27.100.019-2008 «Теплофикационные установки ТЭС. Организация эксплуатации и технического обслуживания. Нормы и требования» границами теплофикационных установок по сетевой воде являются головные (разделительные) задвижки присоединяемых тепловых сетей или ограждение территории ТЭС. Разделительные задвижки являются оборудованием ТЭС и обслуживаются ее персоналом.

По пару границами теплофикационной установки является запорная арматура на паропроводах подвода пара к сетевым подогревателям или точки врезки этих паропроводов при отсутствии запорной арматуры, а по линии конденсата - точки ввода трубопроводов КГП после сетевых подогревателей в трубопроводы и оборудование ТЭС, не относящиеся к ТФУ.

Как следует из пункта 34 ГОСТ 19431-84, линия электропередачи - электрическая линия, выходящая за пределы электростанции или подстанции и предназначенная для передачи электрической энергии на расстояние. Согласно ГОСТ 24291-90 линией электропередачи (ЛЭП) называется электроустановка, состоящая из проводов, кабелей, изолирующих элементов и несущих конструкций, предназначенная для передачи электрической энергии между двумя пунктами энергосистемы с возможным промежуточным отбором.

В соответствии с пунктом 5 статьи 2 Федерального закона от 27.07.2010 №190-ФЗ «О теплоснабжении» тепловая сеть - совокупность устройств (включая центральные тепловые пункты, насосные станции), предназначенных для передачи тепловой энергии, теплоносителя от источников тепловой энергии до теплопотребляющих установок.

В силу пункта 3.6 СП 124.13330.2012 (Свод правил. Тепловые сети. Актуализированная редакция СНиП 41-02-2003), утвержденного Приказом Минрегионразвития России от 30.06.2012 № 280, магистральные тепловые сети - тепловые сети (со всеми сопутствующими конструкциями и сооружениями), транспортирующие горячую воду, пар, конденсат водяного пара (теплоноситель) от выходной запорной арматуры (исключая ее) источника теплоты до первой запорной арматуры (включая ее) в тепловых пунктах.

Таким образом, нормами отраслевого законодательства определены границы имущества, относящегося к линиям электропередачи, совпадающие с точками разграничения балансовой принадлежности, а также границы магистральных тепловых сетей.

Относимость спорных объектов к линиям электропередачи и магистральным тепловым сетям с учетом их границ, установленных отраслевыми нормативными актами, экспертами не раскрывается.

Выводы, изложенные в Заключении ИГЭУ сделаны без учета определений: «линии энергопередачи», «линии электропередачи», «магистральные тепловые сети», «электрическая сеть», «электропередача», «электростанция», позволяющих разграничить объекты, участвующие в производстве электрической и тепловой энергии и объекты, участвующие в ее передаче потребителю.

Таким образом, объекты, отнесенные налогоплательщиком к льготной категории, находятся в пределах точек границы балансовой и эксплуатационной ответственности и являются единым энергетическим производственно-технологическим комплексом в силу закона, тогда как исследование, проведенное экспертами не является обоснованным и полным.

Более того, судебная практика по аналогичной категории споров свидетельствует о том, что суды исследуют вопрос о нахождении имущества в границах балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности тепловой электростанции, поскольку нормами отраслевого законодательства определены границы имущества, относящегося к линиям электропередачи, совпадающие с точками разграничения балансовой принадлежности, а также границы магистральных тепловых сетей (постановления Арбитражного суда Московского округа от 11.05.2017 по делу №А41-23615/16, от 04.05.2017 по делу №22674/15).

В исследовательской части Заключения ИГЭУ содержится вывод о том, что в зданиях размещено специальное оборудование электрических и тепловых сетей, необходимое для генерации и транспорта электрической и тепловой энергии.

Таким образом, если объект основных средств обладает двойным назначением -участвует как в процессе производства, так и в процессе передачи произведенной тепловой и электрической энергии, то данный объект расценивается экспертом как объект, являющийся неотъемлемой технологической частью линий энергопередачи.

В соответствии с частью 2 статьи 8 Закона Российской Федерации от 31.05.2001 №73-Ф3 «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ» заключение эксперта должно основываться на положениях, дающих возможность проверить обоснованность и достоверность сделанных выводов на базе общепринятых научных и практических данных.

Иными словами, задача эксперта, как и любого другого профессионала, - сделать непонятное понятным для тех, кто просил от него разъяснений. Именно понятность изложения своего профессионального мнения и его обоснования - лучший показатель уровня квалификации эксперта.

Следует отметить, что в Заключении эксперты не приводят каких-либо мотивов, доводов в защиту примененных ими принципов распределения на генерирующее и сетевое оборудование, а также на «приоритетность» сетевого оборудования над генерирующим при расположенным в едином производственно-технологическом комплексе генерации, что свидетельствует о том, что данный подход является исключительно субъективным мнением самих экспертов.

Помимо этого, позиция экспертов о возможности отнесения спорных объектов к зданиям электрических и тепловых сетей по признаку нахождения в них как сетевого так и генерирующего оборудования, противоречит сложившейся судебной арбитражной практике.

Так, при рассмотрении данной категории споров суды отклоняют доводы налогоплательщика о том, что здание главного корпуса можно отнести к такому объекту, указанному в Перечне № 504, как «здания электрических и тепловых сетей» (код 11 4521012), поскольку в данном здании имеются главный щит управления, сетевые насосы для передачи тепловой энергии в сеть, комплектные распределительные устройства для распределения электрической энергии, которые упоминаются в примечаниях к льготируемым объектам (инженерные сооружения для размещения специального оборудования электрических и тепловых сетей, общестанционного пункта управления); здания водогрейных котельных (инв. № 1032Т102003, № 1032Т102039, № 103СТ103012) также относятся к объектам «здания электрических и тепловых сетей» (код 11 4521012), поскольку они соответствуют графе «Примечание» Перечня по указанному коду ОКОФ «инженерные сооружения для размещения специального оборудования электрических и тепловых сетей», так как в них размещается оборудование для подогрева сетевой воды с целью последующей передачи потребителям, как основанные на ошибочном толковании норм материального права.

Суды указывают, что здание по своему фактическому хозяйственному (экономическому) назначению фактически является зданием электростанции, что соответствует коду ОКОФ 11 4521011 (Постановление Арбитражного суда Уральского округа от 08.12.2015 по делу №А71-15077/2014).

В Постановлении Арбитражного суда Уральского округа от 12.08.2015 № Ф09-/ 5302/15 по делу № А50-19278/2014 суд исходил из того, что обязательным условием для отнесения имущества к подлежащему льготированию является наличие технологической связи между энергооборудованием и линией энергопередачи, а не физическое (территориальное) расположение указанных объектов. Сам факт наличия у общества линий энергопередачи, которым оно обосновывает наличие у него права на применение льготы, не может являться основанием для отнесения спорных объектов основных средств к их неотъемлемой части, поскольку они не связаны с процессом передачи электрической (тепловой) энергии в контексте Перечня № 504.

В Решении Арбитражного суда Пермского края от 09.10.2015 по делу № А50-17697/2014 судом сделан вывод о том, что «исходя из характеристик и функционального назначения оборудования, зданий главного корпуса и пиковой котельной, указанные объекты обеспечивают производство (выработку) энергии и регулирование ее параметров, и в передаче энергии не участвуют, не являются составной частью линий энергопередачи, непосредственно технологически не связаны с линиями энергопередачи, соответственно не относятся к линиям энергопередачи.

Таким образом, здание главного корпуса и пиковой котельной фактически являются зданиями электростанции.

Обязательным условием для отнесения имущества к подлежащему льготированию является наличие технологической связи между энергооборудованием и линией энергопередачи, а не физическое (территориальное) расположение указанных объектов и их наименование».

Идентичные выводы содержатся и в постановлении Арбитражного суда Московского округа от 31.03.2017 по делу № А40-178063/2015 (по иску ООО «Башкирская генерирующая компания», Определением от 26.10.2017 Верховный суд Российской Федерации направил дело на новое рассмотрение по эпизоду о неправомерном включении обществом в состав расходов на оплату труда, уменьшающих налогооблагаемую базу по налогу на прибыль организаций, расходов по выплате денежных компенсаций при увольнении работников общества по соглашению сторон, по остальным эпизодам судебные акты оставлены без изменения) и в постановлении Арбитражного суда Московского округа от 04.05.2017 по делу № А41-22674/2015 (по иску ПАО «ЮНИПРО». Определением от 28.08.2017 Верховным судом Российской Федерации отказано в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации).

Также следует отметить, что имеются судебные акты, в которых сделан вывод, что «ОКОФ применяется для выполнения статистических задач, а не регулирует вопросы налогообложения. Поэтому обязательным условием для отнесения имущества к подлежащему льготированию является наличие технологической связи между энергооборудованием и линией энергопередачи, а не физическое (территориальное) расположение указанных объектов.

Факт наличия у общества линий энергопередачи, которым оно обосновывает наличие у него права на применение льготы, не может являться основанием для отнесения спорных объектов основных средств к их неотъемлемой части, поскольку они не связаны с процессом передачи электрической (тепловой) энергии в контексте Перечня N 504. Технологические процессы производства (генерации), передачи (транспорта), использования электрической и тепловой энергии принципиально различаются. В то же время электрическая часть электростанций, линий электропередачи, потребителей электроэнергии состоит из технических устройств, конструктивно и функционально/идентичных и, соответственно, имеющих одинаковый код ОКОФ. Применение только кодов ОКОФ для идентификации оборудования, зданий и сооружений в части их отнесения к разделу Перечня «Линии энергопередачи» приводит к тому, что оборудование электростанций, обеспечивающее выработку электрической и тепловой энергии, потребителей электрической и тепловой энергии, ошибочно может быть отнесено к имуществу, входящему в состав линий энергопередачи, то есть в состав электрических сетей и сетей тепловых магистральных».

Приведенное толкование условий льготного налогообложения соответствует правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной, в частности, в определениях от 14.06.2017 № 308-КГ17-6698, от 28.02.2017 № 302-КГ16-21381 и от 23.12.2016 № 309-КГ16-17717.

Таким образом, суд пришел к выводу, что довод экспертов о том, что объекты основных средств здание, здание водогрейной котельной являются неотъемлемой технологической частью линий энергопередачи, являются ошибочными.

Следует учесть, что в рамках дела №А41-22674/2015 в удовлетворении требования заявителя отказано, так как установлено, что принадлежащие обществу объекты обеспечивают технологический процесс генерации тепловой энергии и транспортировку тепловой энергии потребителям по подводящим и распределительным тепловым сетям, не являющимся магистральными тепловыми сетями, что исключает их отнесение к льготируемому имуществу.

При рассмотрении данной категории споров, суды учитывают именно функциональное назначение предприятий (генерация), при этом наличие иных заявленных видов деятельности не влияет на функциональное назначение предприятия.

Таким образом, вопрос о праве на применение налогоплательщиком льготы, предусмотренной пунктом 11 статьи 381 НК РФ, и пониженной налоговой ставки может быть разрешен судом по имеющимся в деле доказательствам, которые свидетельствуют о правомерности позиции налогового органа изложенной в оспариваемом решении.

Довод заявителя о том, что экспертным учреждением не были оценены все объекты Общества, не принимается судом во внимание ввиду следующего.

Следует отметить, что проверка проведена налоговым органом выборочным образом. Кроме того, материалами дела установлено, что функциональным назначением, а также фактическим использованием спорного имущества (всех спорных объектов) ПАО «ТГК-1» является выработка энергии.

С учетом изложенных обстоятельств требования Общества о признании недействительным решения Инспекции о признании недействительным решения от 23.06.2017 г. № 03-1-29/1/21 «О привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения» в части доначисления налога на имущество организаций за 2012-2014 г. в размере 90 188 963 руб., в том числе в 2012 г. на 40 628 108 руб., в 2013 г. на 27 338 754 руб., в 2014 г. на 22 222 102 руб., начисления соответствующих сумм пени и штрафа не подлежат удовлетворению судом.

В связи с отказом в удовлетворении заявленных требований, расходы по уплате государственной пошлины подлежат отнесению на заявителя.

Руководствуясь статьями 167-170, 176, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении требований Публичного акционерного общества «Территориальная генерирующая компания № 1» (зарегистрированного по адресу: 198188, <...>, лит. Б; ОГРН: <***>; ИНН: <***>; дата регистрации: 25.03.2005 г.) к Межрегиональной инспекции Федеральной налоговой службы по крупнейшим налогоплательщикам № 4 (зарегистрированной по адресу: 127381, Москва г., ул. Неглинная, д. 23/6, стр. 1; ОГРН: <***>, ИНН: <***>, дата регистрации: 22.12.2004 г.) о признании недействительным решения от 23.06.2017 г. № 03-1-29/1/21 «О привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения» в части доначисления налога на имущество организаций за 2012-2014 г. в размере 90 188 963 руб., в том числе в 2012 г. на 40 628 108 руб., в 2013 г. на 27 338 754 руб., в 2014 г. на 22 222 102 руб., начисления соответствующих сумм пени и штрафа, - отказать.

Решение может быть обжаловано в месячный срок с даты его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.

Судья:

А.Н. Нагорная